В том, что многочисленные посты не относятся к спаму и не являются массовым взломом аккаунтов, репортёр убедился. Как минимум, подстраховался — в статье имелись комментарии крупных социальных сетей, что какие бы то ни было признаки взлома отсутствуют. Параллельно приводилось множество примеров из этого самого интернета, где жители Турции призывали Османов вернуться на престол и повести страну дальше.

Чего не было — так это материалов с людьми, которые и правда разделяли бы эту идею. Интервью взятых через интернет — десятки. При этом ни одной живой встречи. Это подсознательно смущало, но сколько бы главный редактор ни размышлял, оформить подозрения в конкретные мысли не получалось.

Спустя пару минут его отвлекли с другим материалом. В этот раз куда более злободневным — по свидетельствам очевидцев, несколько нигерийских Защитников, которые относились к Корпусу, устроили бой прямо в офисе. Предположительно один или двое погибли.

Точного подтверждения информации не было, но естественно они тут же дали новость, пометив её, как стоящую на проверке.

Следом Моро утвердил заметку о расходящейся в интернете волне мемов на тему «Лагов — единственный настоящий Защитник». Там вскользь упоминалась теория о том, что волну раскачали искусственным образом, запостив с бот-аккаунтов несколько десятков тысяч нужных материалов. Но в основном материал был посвящён изменениям в обществе и фигуре самого Лагова, о котором до сих пор было известно не так много.

Как только Этьен переключился на чтение экономического обзора, который должен был сегодня выйти, рядом с его столом снова появился Жак. Посмотрев на поднявшего голову редактора, победно улыбнулся и протянул телефон.

Несколько секунд глава редакции молча смотрел на изображение турка, который с суровым видом говорил что-то в микрофон. За его спиной стояли ещё двое турок в армейской форме и не менее сурово пялились в никуда.

— Это что?

Горящий значок «лайв» Моро видел. Но вот турецкого языка не знал, что мешало понять, чем именно желал похвастаться Жак. По лицу последнего скользнуло было разочарование, но он тут же снова улыбнулся.

— Один из членов династии Османов. На телестанции, которую заняли поддержавшие его военные. В прямом эфире заявляет о возрождении Османского султаната.

Этьен моргнул. Сюрреализм. Ещё менее вероятный, чем прилетевшие из космоса Столбы. Тем не менее, как им говорили на факультете журналистики — если ты начинаешь спорить с фактами, увольняйся. Или возьми отпуск. Потому как медийщика, искажающего картину мира можно назвать как угодно, но только не журналистом.

— Сейчас же дай это новостью. Вот прямо сейчас. Потом слушай и фиксируй основные тезисы. Когда закончат — публикуй.

Довольный собой Жак умчался в соседнее помещение, а Моро потёр двумя пальцами переносицу. С каждым днём он понимал этот мир всё меньше и меньше.

Варзов открывал рот, чтобы снова закричать, но тут земля рядом с ним дрогнула и пытавшийся подняться на ноги парень, снова упал. Ошеломлённо глянул на рассечённую землю. Мелочиться я не стал — замкнул тело птицы в громадный шар, полностью изолировав от окружающего мира.

— Теперь отступаем. Собрались! Вспомнили, чему я вас сегодня учил!

Подействовало — двое парней кинулись к Варзову и подняв его под руки, повели всё ещё дрожащего археолога следом за остальными. Возглавил группу Франсуа, а я оказался замыкающим. Фланги прикрывали Дмитрий с Ольгой.

Реальной угрозы поблизости не просматривалось, а Рух была мертва. Тем не менее ситуация была настолько непонятной, что я предпочёл перестраховаться. Дав команду остановиться только после того, как мы удалились на пару километров от места схватки.

— Что ты имел в виду, когда кричал, что она всё передаёт?

Вопрос, на мой взгляд был очень простым. Но Варзову так не казалось. Посмотрев на меня, он тут же отвёл взгляд в сторону, уставившись на лес за моей спиной. Потом покосился туда, где за деревьями скрывались руины города.

— Я не уверен… Это было очень странно. И… Ну вы понимаете…

— Нет. Пока совсем ничего не понимаю. Потому и предлагаю тебе объяснить.

Парень посмотрел мне в глаза. Сглотнул слюну. Даже без Тессы я мог уверенно сказать, что он сейчас боится. В ужасе от того, что видел. Наверняка мозг прямо сейчас пытался его убедить, что всё это лишь выверты психики и на самом деле ничего такого не происходило.

Воздушная стена отсекла все внешние звуки. Неожиданно наступившая тишина заставила Варзова вздрогнуть.

— Ты видишь, что происходит вокруг? Полностью уничтоженная цивилизация, от которой не осталось ничего кроме развалин. Есть мнение, что Землю ждёт то же самое. Теперь понимаешь, почему я должен узнать о том, что ты узнал?

Позже. Этот разговор я собирался провести заметно позже. Но пришлось сейчас. Иначе он бы так и продолжал мямлить, не зная, стоит со мной делиться или нет.

— То же самое? Как?

Отчасти я своей цели добился — в его глазах появились проблески интереса. К нему правда примешивался страх. Но всё равно это было лучше той жуткой паники, которую я наблюдал совсем недавно.

— Сначала расскажи, что именно ты там видел. И помни — я сделаю всё, чтобы тебя защитить.

Мне даже не пришлось кривить душой. Варзов только что продемонстрировал свою ценность. Сильно взлетев в моей внутренней табели о рангах.

— Я… Эту птицу сделали, понимаете? Там было что-то… Не завод, а какая-то непонятная штуковина. И много-много таких птиц. Сотни.

Что? Мне сейчас подсознательно захотелось повернуть голову и глянуть в сторону, где лежал мёртвый крылатый монстр. Переборов себя, продолжил смотреть в глаза парня, где постепенно становилось всё меньше ужаса.

— Ты сказал, она передаёт информацию.

Напоминание заставило его вздрогнуть и снова повернуть голову, смотря на деревья.

— Она… Не знаю, как объяснить. Поднималась из базы и охотилась, когда поступал сигнал. Каждый раз транслируя всё своим хозяевам.

— Куда именно?

О том, каким будет ответ я догадывался. Пусть и не хотел его слышать, потому что это ломало слишком многие выводы, сделанные в прошлом, но предполагал, что знаю о чём говорит Варзов.

— Что-то вроде… Станции на океанском дне.

Теперь настал мой черёд изумляться. Искусственно созданная птица, которая охотилась на кого-то, сразу же вызывала мысли о Столбах. Тех двенадцати серых колоссах, которые стояли в этом мире и больше не были активны. Самой логичной версией мне казалась та, в которой птица Рух отправляла данные именно туда. Но нет — речь шла о какой-то станции на дне океана.

— Почему ты так считаешь? Где тогда создали эту птицу?

Несколько секунд помолчав, он заговорил, отвечая на мой вопрос. Потом принялся излагать ответ на следующий. До тех пор, пока я не понял, что больше из него ничего не вытащить.

Определённая картина в моей голове сложиться успела. Не сказать, что она мне нравилась. Однако Варзов говорил уверенно, а причин не верить его словам, у меня не было.

Отталкиваясь от того, что почувствовал археолог — птиц Рух сделали здесь же. Прямо в Золотом мире. Уже после их собственного дня Контакта. Кто именно — он не знал. Но на просьбу описать тех, кого видел, без малейшей запинки обрисовал лэйков.

Парень даже помнил их разговоры. Не дословно, а скорее на уровне ощущений. Те, кто занимался производством птиц, обсуждали как быстро получится выполнить задачу и стоит ли пытаться удлинить жизненный цикл изделий.

Причина по которой Варзов уловил смысл разговора, была очевидной — он коснулся птицы, способной переводить другие языки при помощи меноса. Автоматически расшифровывать разговоры. И если опираться всё на те же образы, что возникли в голове студента-археолога, дальше всё это передавалось на станцию под толщей воды. Он даже схематически изобразил карту Золотого мира на земле и ткнул в место, где по его мнению, был нужный объект.

Далековато. Ещё и на океанском дне. Уверен, о безопасности станции неизвестные тоже должным образом позаботились.

Мысль о том, что у открывшихся фактов могут быть совсем иные, куда более простые объяснения, в мою голову тоже пришла. Поэтому, когда Варзов во второй раз пересказал мне всё, что видел после касания, я перешёл к самому практическому моменту в его истории.

— Ты сказал, что птица поднималась с какой-то базы?

Юноша сразу же кивнул.

— Что-то вроде подземной ячейки, в которой она спит. Раньше были автоматические двери. Теперь они уже не закрываются. Но система оповещения работает.

Об этом он уже говорил. Птица должна была наблюдать за прибывающими в руины города «гостями», убивая некоторых из них, чтобы поддерживать своё работоспособное состояние.

Информация была не просто важной. Потенциально, она могла перевернуть всю ситуацию. Имелась только одна проблема, которую я собирался немедленно исправить — её было слишком мало.

Глянув на Франсуа, который что-то объяснял студентам, которые возмущались поставленным мной воздушным барьером, я снова посмотрел на Варзова.

— Сможешь найти эту её берлогу в руинах?

* * *

Первыми кудрявого раздолбая отыскали полицейские. Тессе очень хотелось, чтобы это была её служба. Но со всем справились те, кого обычно использовали в качестве дешёвой рабочей силы и расходников.

Особенно обидно было осознавать причину их первенства. Полицейские поверили в слова парня. Решив рассмотреть их не как безумную шутку или оборот речи, а буквально. После чего принялись изучать все сообщения о проблемах у дальнобойщиков, либо водителей других грузовиков.

Всё, что им оставалось потом сделать — отправить к участку шоссе, где крутился этот зумер, пару дронов и посмотреть на происходящее издалека.

К счастью, ничего предпринимать они не стали — передали данные вверх по цепочке, где они продолжили подниматься вплоть до уровня правительства. И вот она здесь — в кабинете, где собрались главы ведомств и важные фигуры. Официально девушку представили, как главу рабочей группы МИ-6, которая занимается Защитниками. Тем не менее чувствовала она себя всё равно не в своей тарелке.

Однако служба в разведке предполагала навык мимикрии и им Прескотт владела отлично. Жаль, нельзя было уйти в её любимый защитный образ и стать глупенькой блондинкой. Но даже так — по мнению самой Тессы, держалась она хорошо.

— Предлагаю начать, господа. Учитывая обстоятельства, сегодня мы собрались в несколько необычном формате, но думаю стоит сосредоточиться на деле, а дебаты оставить парламенту. Озвучивайте свои идеи.

Мужчина, который сейчас сидел во главе стола представлял Букингемский дворец. По сути своей — короля. Человека, что неожиданно приобрёл заметное влияние на происходящие в стране процессы. Если ориентироваться на законы, такого происходить было не должно, но остальных участников собрания это ни капли не смущало.

Один из них, облачённый в военную форму, заговорил сразу же, как закончил речь глава совещания.

— Ядерный удар. Тактическая боеголовка на десять килотонн и от него точно ничего не останется.

На нём тут же скрестились шестнадцать взглядов — даже сэр Роберт Локвуд не удержался от того, чтобы приподнять брови.

— Вас не беспокоит, что оттуда до Лондона меньше десяти километров?

Вице-премьер уставился на армейца с вполне понятным негодованием, но тот лишь пожал плечами.

— Это угроза национальной безопасности. Представьте, что будет, если его следующей целью станет Букингемский дворец? Или Палата общин? Правительство?

Тесса подумала о том, что не считая двух полицейских, этот кудрявый идиот, которого уже успели окрестить «неубивашкой», никого не убил. Запросто мог вырезать их всех в полном составе, но предпочёл оставить живыми.

— На наш взгляд, преждевременно говорить о таком уровне угрозы. Считаю, применение ядерного оружия надо оставить на самый крайний случай.

Военный насмешливо покосился на директора МИ-5.

— Это на какой? Тот, в котором контрразведка будет способна сделать хоть что-то? Он в одиночку положил вас всех на лопатки. Как ещё вы собираетесь с ним справиться?

— Отыскать оригинал и прострелить ему голову.

Слова вырвались у Тессы сами собой и теперь головы участников совещания повернулись к девушке.

— Вы же видели съёмки местности со спутника и дронов? В каждый конкретный момент времени, виден только один его клон. Если теория о том, что оригинал умеет перемещаться в любую из своих копий, делая её основным телом, верна, поймать его будет практически невозможно. И где мы там разместим снайперов?

Глава антитеррористического департамента полиции говорил разумные и правильные вещи. Не учитывал он только одного — кардинально изменившегося мира вокруг.

— Я считаю нужно дождаться Лагова. Он справится с этим кризисом.

Остальные участники совещания переглянулись. Сэр Роберт, который за всё это время не проронил ни слова, явственно напрягся. А представитель короля внимательно посмотрел на Прескотт.

— Почему вы считаете, что этому русскому есть до нас дело? Они там спят и видят, как бы выпотрошить нас всех с особой жестокостью.

Это он зря — Тесса видела русских и чувствовала их эмоции. Нормальные парни. Процент тех, кто негативно реагировал узнав, что она британка, был невелик. А Лагов… Ему, кажется вовсе не было никакого дела до национальностей. Прескотт не понимала, как такое может быть, но сейчас вдруг осознала, что он ни разу не испытывал эмоций, связанных с чужими нациями. Никакого негатива. Позитива правда тоже не было. Будто ему и правда наплевать.

— Он спас обе службы и не попросил ничего взамен. Обучил меня, как распоряжаться своими новыми возможностями и не против наладить взаимодействие.

Штатный офицер МИ-6 говорила дальше, приводя новые и новые аргументы в пользу Лагова. Основной проблемой была их околонулевая эффективность. Из всех присутствующих за столом, хотя бы с каким-то позитивом реагировал только глава разведки.

— Правильно я вас понял, — растягивая слова, заговорил военный. — Вы предлагаете нам спрятать голову в песок и ждать, пока нас спасёт какой-то мутный русский тип?

Внутри Тессы шевельнулось раздражение. Совсем некстати подумалось, что на этом собрании нет ни одного Защитника. Что значит — она легко может с ними всеми разобраться.

Мысль была приятной. Но потом девушка вспомнила, где именно находится. Даже если прямо здесь, внутри помещения, нет Защитников, это не значит, что те не ждут где-то поблизости.

— Я предлагаю не провоцировать монстра, который сможет добраться до любого в этой комнате. Сейчас он развлекается с дальнобойщиками. Подумайте, как изменится его поведение после неудачного покушения?

На лицах сразу трёх мужчин отразилось желание ответить очевидной репликой о том, что атака на кудряша запросто может оказаться удачной. Прескотт предпочла сработать на опережение. Подавшись вперёд, на миг смешала их мысли видом своего глубокого декольте. Сама же, скользнула взглядом по лицам, фиксируя настроение и заговорила проникновенным голосом.

— Или вы желаете, чтобы вернувшись из Золотого Столба, Лагов пришёл за вашими головами? Он ведь точно не будет рад, если мы начнём действовать и облажаемся. Это я вам гарантирую.

* * *

По дороге в город мы остановились около птицы Рух и Варзов снова коснулся её перьев. Сам он утверждал, что его способность многоразовая. Но именно в этом случае, она сработала иначе. Несмотря на десяток предпринятых попыток, археолог больше ничего не увидел.

Строительство гипотез о причинах я оставил на будущее. Пока же повёл археологическую команду через развалины города.

В первые же минуты пришлось прочитать короткую лекцию о том, что блестящий жёлтый металл — вовсе не золото. Поэтому охотиться за ним и засовывать в рюкзаки не имеет никакого смысла. Разве что взять небольшой кусок на сувениры.

Потом — несколько раз предупреждать, что не стоит отходить в сторону, чтобы вблизи посмотреть на здания. Их интерес был мне полностью понятен. Иноземная культура Золотого мира — зрелище во многих отношениях интересное. Однако, несмотря на кажущуюся безопасность и поющих повсюду птиц, в руинах могло встречаться всякое.

Первый образец этого самого «всякого» наткнулся на нас через какую-то пару минут. Зверь, визуально напоминающий кабана, только втрое крупнее и с иглами, растущими из хребта, которые тот умел ловко метать.

Животное было ранга «гамма». Поэтому тяжело ранив его, я дал Варзову возможность добить, впитав менос. Парень на всякий случай коснулся и этого тела. Но способность предсказуемо не сработала — кабан оказался обычным зверем.

Потом нас атаковали мелкие ядовитые птицы, которых я встретил кислотными нитями, а дальше на пути оказалась местная разновидность муравьиного льва. Только этот сидел под землёй, а как только ты оказывался над ним, использовал способность, которая моментально погружала тело жертвы в почву и сдавливала со всех сторон.

Тепло я ощутил ещё на подходе — тварь, как минимум, была ранга «дельта». А сверкание меноса различил Франсуа. Он же заставил животное начать двигаться, разогрев почву, в которой то укрывалось.

Остальное было делом техники — я ударил воздухом, рассекая пласты почвы и расшвыривая их в разные стороны. Хлестнул кислотой, раня зверя и сбивая его концентрацию. Закончила же всё Ольга, прыгнувшая прямо на пульсирующую тушу и пробившая копьём его мозг.

До момента начала сегодняшней вылазки, она была «бетой» на её нижней планке. Теперь упорно подбиралась к «гамме». И судя по поведению, была совсем не прочь регулярно бывать по эту сторону Столбов.

Дмитрий на всё это поглядывал косо — по понятным причинам, такая активность ему не нравилась. С другой стороны, Ольга почти идеально подходила на роль главной охранницы археологической команды. Ей бы до «гаммы» только подняться, да обучиться всему, что необходимо. Плюс, побывать ещё в нескольких вылазках.

Логово птицы Рух оказалось почти в самом центре города. Громадная яма, на дне которой блестели металлические плиты.

Используя способность, я осторожно спустился вниз, двигаясь вдоль одной из боковых стен. Про автоматические двери Варзов не соврал — стоило надавить воздухом, расплескав слой земли, как стали видны створки.

Правда, ничего интересного внизу не оказалось. Только те же металлические стены и грязь. Самого археолога я вниз тоже спустил. Но сколько он ни трогал металл пальцами — увидеть ничего не вышло. Скорее всего из-за того, что стены не являлись механизмами.

Я бы с удовольствием побродил по окрестностям и поискал возможность установить где-то рядом маяк. Заодно поискав устройства, которые могли передавать сигнал птице Рух. Но студенты начинали сдавать. Тела всё ещё работали нормально — с этим проблем не было. Зато моральная усталость оказалась такой, что на любое событие те реагировали с изрядным запозданием. Даже Дмитрий выглядел немного уставшим.

На миг возник соблазн отправить назад всех кроме Варзова и Франсуа с Ольгой. Остаться тут вчетвером и продолжить осмотр. На первый взгляд идея даже показалась неплохой. Но потом я прикинул, какова вероятность отыскать рядом подходящий вариант для установки маяка. Добавил к этому усталость самого Варзова, который до сих пор не отошёл после контакта с Рух. И принял решение возвращаться назад всей командой.

Как обычно, сначала ушли все остальные — я отправился замыкающим. Уже думая про себя, что хотел бы вернуться назад, вдруг заметил три сверкающие точки в небе. Подозрительно напоминающие гигантских золотых птиц. Жаль затормозить процесс не вышло — в следующий миг я оказался на площади перед Золотым Столбом.

Небо уже светлело — занимался рассвет одиннадцатого мая. А к нам устремился гольф-кар, за рулём которого сидел молодой парень в костюме. Остановившись около меня, вышел из своей «машины» и достав телефон, протянул его мне.

— Мисс Прескотт очень ждёт разговора с вами.

Пару секунд подождав, понял, что я не спешу принимать из его рук телефон и шёпотом добавил.

— Она попросила передать, что им удалось обнаружить «неумирашку».

На этом моменте женщина ненадолго задумалась и её глаза вдруг чуть расширились.

— Вспомнила! Им всем ставили капельницу. Одну и ту же, одинаковым объёмом, каждое утро. Я ещё удивлялась, зачем таким разным пациентам, полностью одинаковый объём препарата.

— А что за препарат?

— Ох… Не знаю. Названия при мне ни разу не упоминали, а капельницы всегда ставила сама старшая медсестра.

Рё Ёсида кивнул. Частный детектив и до этого осознавал, что «Сад Счастья» не был обычной психиатрической клиникой. Список из тридцати девяти пациентов, которых теперь весь мир звал Угрозами, это доказывал. Однако показания этой женщины подсвечивали совсем другую сторону картины. Ту, которую он никак не мог объяснить логически.

Разум бывшего полицейского зацепился за слово «разные». До этого, когда он спрашивал её про пациентов клиники, Като ответила, что никого не помнит и рассказать о них ничего не может. Теперь же сама подчеркнула разницу, как будто та была очевидна.

Услышав его вопрос, собеседница на какое-то время задумалась. Отпила чая.

— Я просто вспомнила кое-что. Не знаю, можно ли об этом говорить… Это ведь врачебная тайна.

— Но вы же не врач. И не подписывали никаких бумаг.

Она согласно наклонила голову.

— Не подписывала…

Именно поэтому и осталась жива. Эту версию Рё Ёсида считал основной. Одна небольшая ошибка кадровика и данные Норико затерялись. Осталось только её резюме и заявка на работу, плюс предварительное одобрение. Возможно даже была запись о начале стажировки. Но вот финальную документацию никто не оформлял.

Если сделать допущение, что записи о стажировке в клинике позже удалялись, там могли посчитать, что её не нанимали. Возможно «Сад Счастья» и был местом, где происходили вещи, далёкие от понимания Ёсиды, тем не менее там тоже работали люди. Которые обычно и становились самым слабым звеном любой системы.

С чем ему повезло, так это с тем, что Норико Като не связывала медицинское заведение в котором работала и заявление Константина Лагова. Сама женщина не помнила названия клиники, где тогда стажировалась. Прошло уже пять лет, за которые память надёжно стёрла эту информацию, как ненужную. Всё, что сохранилось — воспоминание о медицинском центре в Окутаме, откуда её попросили через месяц работы, толком не заплатив.

— Там была девочка. Не знаю, сколько именно ей было… Может быть лет пятнадцать или шестнадцать.

Медсестра, сейчас работающая в крупном госпитале замолчала и Ёсида не стал подгонять. Посидел, смотря на неё в ожидании продолжения.

— У неё голова была, будто распухшей. Знаете, рождаются иногда такие дети… С деформированным черепом. У неё одна половина была втрое раздута. Вот сейчас почему-то всплыло в памяти.

Несмотря на то, что всё фиксировалось камерой телефона, который он прислонил к баночкам специй, Ёсида продублировал информацию в свой блокнот. С недавних пор он не слишком доверял электронике. И пусть на этот раз никого из них в Столб не затянуло, исключать такую вероятность полностью, было нельзя.

Перед тем, как закончить интервью, принялся задавать классические вопросы. Было ли что-то необычное, слышала ли она какие-то странные разговоры, случались ли в клинике какие-то инциденты и прочее. Норико в ответ качала головой и повторяла, что ничего такого не помнит. Вплоть до того момента, как он поинтересовался, не было ли у клиники посетителей. Вот тогда на её лице появилось такое же выражение, как в случае с воспоминанием о капельницах.

— А ведь действительно. Как-то приезжали. Целая делегация. Очень важные — все им кланялись. У всех сясё на лацканах.

Рука, которая держала ручку, замерла, не донеся стержень до бумаги. Сясё? Корпоративный значок, который носили только те, кто работал на кого-то из дзайбацу. Семейной японской корпорации.

Детектив постарался не подать виду, насколько сильное волнение бушует внутри. Сделав аккуратную пометку в блокноте, посмотрел на Норико.

— Вы помните как выглядели эти сясё? Что на них было изображено?

Гольф-клубы, поля и выпасы, редкие постройки и чуть более частые группы деревьев — так выглядели окрестности британской М-25, если смотреть на них сверху. Трасса почти полностью окружала Лондон — если посмотреть на карту, сразу же возникали ассоциации с МКАДом. Здесь даже существовало выражение «внутри М-25», которое использовали, когда хотели уколоть столичных жителей или вспомнить их в разговоре с оттенком упрёка.

Именно М-25 «неумирашка» выбрал для своих развлечений с дальнобойщиками. Я наблюдал за ним последние тридцать минут, с высоты полутора сотен метров. Как выяснилось, левитация отлично работала над спрессованным воздухом — мне оставалось только создать квадрат два на два метра и перемещать его вместе с собой по воздуху.

Гипотеза о том, что Защитник способен перепрыгивать из одного тела в другое, кажется подтверждалась — как только он заканчивал с одним водителем грузовика, то постепенно смещался дальше.

Причём бегать парень не любил. Как правило, сразу несколько его копий перемещались на велосипедах.

Ещё, теперь я знал его имя. Оливер Джейсон. Исчезнувший пять лет назад вместе со своей тётей, которая была опекуном парня. Тогда ему было семнадцать. Сейчас — двадцать два. Всё, что отличалось в этой схеме — страна транзита. Оливер отправился не в Египет или Тунис, а полетел в Дубай.

Загадкой оставались детали его способности. Он точно умел перемещаться между разными своими копиями, но уверенности в том, как именно это работало, у меня не было. Самый лучший для нас расклад, если в один момент времени существует единственный оригинал, состоящий из плоти и крови.

Хуже — если условный «настоящий Оливер» состоит из той же самой серой слизи. Самый плохой сценарий предполагал, что он может возродиться из одной её капли, а разум у всех копий коллективный и никакого оригинала не существует.

К счастью он конфликтовал с необходимостью перемещаться от здания одной службы к штабу другой для атаки. Что, как я надеялся, полностью исключало подобный вариант. Потому как в этом случае, я попросту не представлял, как именно можно было бы уничтожить цель.

Зато мы выяснили расстояние, на котором он способен создавать новые копии. Около пятисот метров.

Удобнее всего было бы достать их все тепловой способностью сверху. Если бы не её дальность действия. Мой максимум составлял те самые сто пятьдесят метров, с которых открывался лучший обзор. И на подобном расстоянии, степень воздействия была намного слабее. В случае с Франсуа речь вовсе шла о полусотне метров. К моменту, когда выйду на середину ранга «дзета», дистанция заметно подрастёт, составив почти полкилометра. Но брать «неумирашку» мы планировали прямо сейчас.

О классическом захвате речь не шла — невозможно удержать в плену того, кто может создавать свои копии. Надёжного способа лишить Защитника всех его возможностей тоже не существовало. Имелось лишь два не слишком эффективных варианта — либо загрузить его организм медью, либо держать на мощных психиатрических препаратах. Из тех, которые врачи дают пациентам в стационарах.

Риски в обеих ситуациях были непросчитываемыми. В первом случае было легко перейти черту и убить Защитника. Либо наоборот — его организм мог адаптироваться к присутствию меди и тогда тот получал возможность сбежать. Или, впав в безумие от длительной интоксикации, перебить всех вокруг. Препараты были ещё менее надёжны.

Резюмируя — на заключение, Оливеру рассчитывать не приходилось. Но и убивать его сходу, я не собирался. Парень был нужен в качестве источника информации. Он единственный из всех встреченных мной Угроз, кто не походил на полноценного шизофреника-садиста.

Заковыка была только в том, чтобы грамотно разделаться со всеми его клонами, избавив от соблазна попытки побега. Часть копий была прикрыта оптическими иллюзиями — среди них наверняка находился и сам оригинал. Не хотелось бы убить его до того, как мы сможем побеседовать.

Очередной раунд шоу «Оливер против дальнобойщиков» подошёл к концу — человеческая фигура растеклась серой слизью, а мужчина, который только что испуганно орал, стоя около своей машины, затих. После чего закричал ещё громче. А на поле появились фигуры велосипедистов.

Трое ехали открыто. Ещё двое — под оптическими иллюзиями. Плюс, ещё семнадцать пеших копий, среди которых пять тоже были защищены. Какой из них настоящий? Как определить?

Очередной клон вышел из небольшого сарайчика, стоящего на краю поля и двинулся к отаре овец. Те предсказуемо начали двигаться в противоположную сторону, но парень ускорился и попытался оседлать одну из них на манер боевого коня. Потерпев неудачу, переключился на вторую.

Я же запустил импульс. Дождался момента, когда в ушах начнёт ухать кровь и ринулся вниз, подталкивая сам себя.

Поразить сразу десяток целей при помощи тепловой способности — непросто. Но у меня это вышло. Одновременно Франсуа накрыл сразу трёх «невидимок». Эта группа была слишком далеко от центра событий, чтобы среди них имелся оригинал.

Врезавшись в землю, тут же устремился в другую сторону, поднимая за собой фонтаны грунта. Прыгнул. Ударил тепловой способностью, испарив ещё одну группу копий.

Приземлившись, закричал, используя менос, чтобы накрыть своим голосом все окрестности.

— Я пришёл поговорить! Но если откажешься, придётся тебя убить.

Какое-то время вокруг стояла тишина. Только блеяли перепуганные овцы, которые неслись подальше отсюда. Одна вовсе рухнула на траву, хотя их даже не зацепило. Сердечный приступ наверное. Надеюсь фермер её не слишком любил.

— Один идёт прямо к тебе, шеф.

Два наушника, пропитанных меносом и наши телефоны. Я бы предпочёл рации, которые позволили держать связь и на той стороне, но брать их с собой в Столб надеясь на удачу, было бесполезно. Зато телефоны, которые пережили первое путешествие, становились устойчивы к косвенному воздействию меноса. Наушники же мы просто пропитали энергией при помощи менос-ядер. Спалив не меньше сотни экземпляров, но в итоге добившись нужного результата.

Теперь у нас с Франсуа была удалённая связь. Очень удобно, если нельзя заранее определить план действий. Или как сейчас — когда к тебе направляется противник, прикрытый оптической иллюзией.

Ради справедливости — на расстоянии двадцати метров я его заметил. Всё же он был «бетой», а я «эпсилоном». По-хорошему, мой взор должен был обнаружить Оливера почти сразу. Но как и прочие Угрозы, он получил уникальную способность. Вероятно не одну.

Поняв, что я его вижу, парень расформировал оптическую иллюзию.

— И почему я тебе должен верить?

Остановившись, он засунул руки в карманы потрёпанного рабочего комбинезона, в который был одет этот клон. Уставился на меня, чуть выпятив нижнюю губу и склонив голову набок. Надо было перед этой беседой, глянуть в интернете, какие бывают визуальные признаки отставания в развитии.

— Потому что я мог легко тебя убить. До сих пор могу. Но пока не сделал этого. Хотя ты прикончил двух полицейских.

— А ты убил очень много меня. Или ты думаешь это не больно? Да каждая смерть ввергает меня в экзистенциальный кризис! Это как серпом по яйцам, только больнее!

Эмоционально взмахнув руками, он заметил животное, которое так и не поднялось с травы. Глянул на меня широко распахнутыми глазами в которых плескалось осуждение смешанное с изумлением.

— Овечку-то за что? Ну вот о чём с тобой после такого говорить?

Вопросы, которые он может задать, я прогонял внутри своей головы не раз. Но даже не предполагал, что тот может поинтересоваться побочными потерями среди мелкого рогатого скота. Однако отвечать было надо — лицо кудрявого паренька намекало, что тот ждёт реакции.

— Сердце у неё остановилось от испуга.

Тот повернул голову, снова смотря в её сторону.

— Бедная Йоррри. Она была великолепным боевым скакуном. Не забудем и не простим.

— Мне кажется, он и правда немного ку-ку, мон ами.

В наушнике ещё не затих голос канадца, а на лице Оливера уже появилась довольная улыбка.

— Повёлся? Да я знать не знал эту овцу. Их вон целая банда бегает — режь не хочу. Хотя не… Не надо резать. Я крови боюсь. Серьёзно — в обморок могу рухнуть.

Если это была его осознанная тактика, отчасти она работала — мне сложно было вычленить моменты, когда он в самом деле серьёзен, а когда шутит. Жаль, ночью мы так и не добрались до места внутри Золотого мира, где можно было бы получить способность Тессы. С ней вести переговоры было бы куда проще.

— Зачем тогда пришёл в отель? Там было полно трупов.

— Но сделал их не я. Только тех двух, перед которыми ты сам меня убил.

Смотря на лицо парня, которое сейчас было полно возмущения, я чуть изменил тембр голоса.

— Почему ты вообще там появился? Кто тебе приказал?

— Слышишь мужик, не знаю, как насчёт тебя, а я не сторожевой пёс, чтобы ему приказывали. Я сексуальный котяра, который гуляет там, где хочет и никто ему не указ! Понятно? Меня попросили помочь и я пришёл!

Вот и настал момент локальной истины.

— Кто именно попросил?

* * *

Открытые сделки принесли столько денег, что Кормин чувствовал себя настоящим миллионером. Не из тех, кто может зваться так формально, владея недвижимостью на миллион и инвестициями на пару сотен. Таких он знал множество — пафосные типы, которые ничего собой не представляли и выживали на десятку в месяц.

Нет. Сейчас он был по-настоящему богат. Пять сделок по фарме обогатили его на четыре миллиона, которые тогда показались бешеными деньгами. Но потом он влил два из них в палладий. Сразу у нескольких брокеров и под максимальное плечо.

Металл пошёл вверх таким темпом, что его два миллиона за сутки превратились в тридцать шесть. Часть позиций, правда была у рискованных брокеров, которые после такого запросто могли обанкротиться. Кормин был уверен, что как минимум часть из них не выводит сделки на рынок, являясь старой доброй «кухней». Но даже в этом случае у него оставалось более, чем достаточно. Тем более палладий ещё не закончил расти, да и медь показывала неплохие результаты.

Весь этот праздник омрачался лишь одной новостью — Кормин сидел взаперти. Агенты ФБР появились на рабочем месте пару часов назад. Настойчиво попросили проехать с ними, снова и снова повторяя, что он не задержан.

Наверное адвокат бы сказал, что от такого приглашения можно отказаться. Однако финансист не был идиотом — помимо нескольких агентов, к ним в офис явился ещё и полноценный отряд спецназа. А камеры показывали несколько подозрительных микроавтобусов, припаркованных около здания.

При этом интересовал их только один человек — он сам. По мнению Кормина, в таких обстоятельствах, даже самый последний идиот начал бы догадываться, что сотрудники лишь соблюдают видимость приличий.

Поэтому он действительно поехал с ними. И уже полчаса ждал в небольшой комнате. Зеркала во всю стену, как показывают в фильмах, тут не было. Однако на этом достоинства заканчивались. Потому как дверь была заперта, телефон у него отобрали, а внутри не находилось ничего кроме стола и двух стульев. Минималистический подход к дизайну. Телевизор бы что ли сюда повесили.

Наконец дверь распахнулась и внутрь вошёл мужчина с уставшим лицом и лёгкой сединой в щетине. Посмотрев на Майка, искусственно улыбнулся.

— Какие-то пожелания, мистер Кормин?

— На будущее, сюда бы неплохо повесить плазму. И поставить вендинговый аппарат с кофе.

Вошедший кашлянул. То ли от удивления, то ли чтобы скрыть смех.

— Вообще я имел в виду, не принести ли вам воды. Но обязательно передам ваш отзыв директору ФБР. Пусть учтёт при модернизации.

Теперь кашлянул уже сам финансист. Тридцать шесть миллионов слишком вскружили голову. Молча кивнув, Кормин опустился на один из стульев, предполагая, что сейчас начнётся беседа.

Собеседник его ожиданий не обманул — расположился напротив. Тут же открыв папку, которую держал в руках. Правда вместо бумаг, извлёк оттуда удивительно тонкий планшет, который разблокировал своим пальцем и принялся клацать по сенсорному экрану. После чего развернул к Майку, показывая изображение, которое напоминало скриншот видео.

— Узнаёте этого человека?

В первую секунду Кормин даже не обратил внимания, куда именно указывает палец мужчины. Больно неожиданной оказалась картинка. У того парня на правом фланге, действительно меч в руках? У другого ноги превратились в пыль. Ещё один, как будто порос зелёными побегами.

— Соберитесь. Узнаёте или нет?

Сотрудник брокерской компании и реализовавшийся миллионер прервал попытку посчитать количество трупов на скриншоте. Посмотрел на место, куда показывал агент ФБР.

Человека, показанного на экране планшета, он действительно знал. Тот, которому он слил все данные на Лагова, получив в обмен иммунитет и полную свободу действий.

— Дуглас Хартли.

Сухо озвучив ответ, Майк подумал, что воспользоваться заработанными миллионами скорее всего не успевает. Если он верно интерпретировал изображение, Хартли и его люди успешно убивали американских военных, которые выступали на их стороне. Это не просто измена. Вооружённый мятеж. Его роль во всём этом сводилась к изначальному информированию Дугласа о русском. Но кто в нынешних обстоятельствах, станет разбираться?

— У вас работает его племянник Джимми, верно? Согласно показаниям которого вы передали мистеру Хартли информацию о сделках некоего русского. Как выяснилось впоследствии — Константина Лагова. Я излагаю корректно?

Кормин с мрачной миной кивнул. Звучало всё это совсем не позитивно. Как чувствовал, надо было брать билет до Латинской Америки. Лежал бы сейчас на пляже с какой-нибудь продажной красоткой, которая умеет искусно работать ртом и наслаждался жизнью.

— Как вы уже поняли, мистер Хартли вышел из-под контроля. Не подчинился прямому приказу президента и поднял вооружённый мятеж. Убито более тысячи военнослужащих армии США. Уничтожены десятки единиц бронетехники и восемь истребителей. Погибли десятки Защитников, решивших оказать нам содействие.

С каждой новой фразой, Кормин мрачнел всё больше и больше. Одного не понимал — зачем ему всё это рассказывали? Повлиять на ситуацию он всё равно не мог. Рассказать что-то интересное — тоже. А тридцать шесть миллионов были слишком скромной суммой, чтобы ею заинтересовались на таком уровне.

— Награда за голову мистера Хартли составляет сто миллионов долларов. Принимается только мёртвым. По нашим сведениям прямо сейчас он с остатками своих сторонников приближается к мексиканской границе. Что до вас — формально мы легко можем приписать вас к участникам заговора и последующего мятежа.

Формально? Настроение финансиста оттолкнулось от дна, а сам он с интересом посмотрел на агента.

— Чтобы этого не произошло, мне потребуется что-то сделать?

Собеседник улыбнулся.

— Раз у вас открыт счёт Константина Лагова, то имеется и номер его телефона?

На несколько секунд Кормин застыл с открытым ртом, пытаясь сложить все компоненты этого странного вопроса воедино.

— Но вы же можете связаться с ним через обратную связь на сайте. Или почту. Пару ботов в мессенджерах они тоже вроде как запустили.

Фэбээровец покачал головой.

— Пробовали. Никто не отвечает.

Задержанный мужчина, который уже ощущал себя частью «новых денег», с удивлением развёл руками.

— А от меня вы тогда чего хотите?

— Ну как же. Заморозьте его счёт, обвините в инсайдерской торговле и настаивайте на личной встрече.

* * *

Запах крови и чувство причастности к чужой смерти. Раньше, с каждым новым этапом карьеры, китаец надеялся, что избавится от него. Пока не понял, что эти надежды не имеют смысла. Кровь и смерть всегда идут рука об руку с любым чиновником империи, что существует под солнцем и луной. Цементируют все слои бюрократии и одновременно дают возможность подняться наверх.

Отпив воды из стакана, он посмотрел на тело генерального секретаря. Тот умер на доли секунды раньше остальных. Способность, которая досталась Го Биню, являлась узкой. Всего лишь позволяла управлять графитом. Однако он был способным учеником, который непрерывно тренировался. А на беду всех присутствующих, карандаши лежали перед каждым из чиновников.

Защитники поблизости действительно были. Двое бойцов ранга «бета», которые сидели в соседней комнате. Правда генеральный не учёл одного простого факта — они подчинялись не ему лично, а месту, которое тот занимал. Мстить за труп человека, что был на самой вершине власти и погиб от воткнувшегося в глаза карандаша, ни один из них не собирался.

Совсем недавно они закончили свою короткую беседу и оба офицера склонили головы. Теперь же Го Бинь шагнул к массивным дверям, которые надёжно изолировали помещение для собрания. О том, чтобы поставить внутри камеры, речи естественно тоже не было.

Поэтому, когда из раскрытых дверей вышел только он, ожидающие чиновники из свиты каждого высокопоставленного бюрократа, растерялись. А тот, за спиной которого стояли сразу четыре человека в костюмах, шагнул к двери. Он обеспечивал быт и перемещения генерального секретаря. Формально будучи на семьи ступеней ниже Го Биня по разрядной сетке, но на деле являясь независимой фигурой. До недавнего времени.

— Что? — мужчина ошеломлённо моргнул, застыв в дверном проёме. — Что тут случилось?

— Они все умерли.

Остальные моментально обратились в каменные статуи. Взгляды были прикованы к выражению лица самого Го Биня и двум невозмутимым Защитникам, которые вышли вслед за ним.

Но вот распорядитель бывшего императора, успокоиться никак не мог. Он был обязан ему лично, а не системе. Что делало ситуацию несколько иной, чем у прочих.

— Но как? Почему они все…

Старый китаец, который только что стал номером один, шагнул ближе к потрясённому мужчине. Поднял руку, показывая.

— Видишь его? Вот он умер от инфаркта ещё вчера вечером. Того разбил инсульт. Рядом с ним — попал в аварию. Военный тяжело заболел и мы о нём ничего не знаем. Наверное тоже не выживет.

Замолчав, повернул голову, в упор посмотрев на соратника предыдущего генерального секретаря.

— Ты же слишком упорно трудился и схватил апоплексический удар.

Тот успел повернуть голову. В глазах засверкал страх, а рот начал открываться, чтобы исторгнуть мольбу о пощаде. Не успел — Го Бинь свернул ему шею раньше. Эх, молодёжь. Никакого уважения к делам старших. Ведь всего и надо было — стоять на своём месте, да помалкивать.

Развернувшись, скользнул взглядом по остальным. Остановив его на партийце, который отвечал за организационные вопросы.

— Немедленно собери Политбюро ЦК. Через два часа все должны быть на месте.

Тот на миг поднял взгляд, который был устремлён в пол и согласно кивнул. Сам же Го Бинь улыбнулся.

— На всякий случай напомню, что любая утечка будет приравнена к государственной измене и наказана смертью. А теперь приберитесь тут.

Подумав, ткнул пальцем в парня, облачённого в форму государственной безопасности.

— Тебя назначаю ответственным. Даю все полномочия, вплоть до расстрела на месте. Не подведи.

Несчастный вытянулся по струнке, поедая старика взглядом. Тот же довольно улыбнулся и двинулся дальше по коридору. Только что в истории Китая наступила новая эра.

* * *

Убивать Оливера я не стал. Наверное, стоило. Парень был из списка Угроз, а его способность могла доставить массу проблем. Однако при всём этом, Джейсон мог принести пользу в будущем. Не сказать, что у меня вышло за одну беседу переманить его на свою сторону. Но кое о чём мы и правда договорились. Ещё — он раскрыл информацию, значение которой я бы даже не взялся оценивать.

Тесса на подобный манёвр отреагировала спокойно. Но вот об остальных членах оперативного штаба, которые наблюдали за всем через камеры разведывательных дронов, находясь в Лондоне, такого сказать было нельзя.

— Почему вы оставили его в живых?

— Мы согласились на ваше участие только с одним условием — чтобы вы решили эту проблему. А вместо этого вы просто отпустили убийцу.

— Что нам теперь сказать семьям убитых полицейских? Один Защитник отпустил другого, потому что на жизни простых смертных им плевать.

Отдаю должное. Мужчине в пиджаке, который представлял в штабе лейбористскую партию, удалось меня зацепить. Правда, когда я повернулся, посмотрев ему в глаза, тот отшатнулся назад. Сразу же покосившись на членов штаба, что происходили из силовых структур.

— Первое — сами вы бы его не убили. Скорее разозлили и получили кровавую бойню. Сначала на трассе, а потом и в городе. Второе — он может помочь спасти множество жизней. Те полицейские предпочли бы сохранить миллионы жизней или убить одного человека с расстройством психики?

Получилось не слишком стройно и складно. Выступления никогда не были моим коньком, а сейчас я ещё и разозлился из-за услышанной реплики.

Сам лейборист отвечать не спешил. Стоял и пялился на меня, часто моргая. Зато заговорил офицер из МИ-5.

— Можем мы узнать, как именно он должен помочь вам спасти жизни?

— Пока нет. Слишком велика вероятность утечки или неадекватных действий ваших сотрудников, которые поставят всё под удар.

Контрразведчик вздохнул и переглянулся со своим коллегой из МИ-6.

— Боюсь, я должен напомнить, что операция проводилась на британской земле. По которой до сих пор ходит один из Угроз.

На миг вспыхнувший гнев уже начал гаснуть, так что я просто кивнул.

— Об этом никто не забывал. Как только вы сформируете единую оперативную группу под командованием Тессы Прескотт, которая будет заниматься Защитниками, как внутри страны, так и за её пределами, я поделюсь с ней информацией.

Взгляды, которые устремились на платиновую блондинку были крайне далеки от дружественных. Такой подход наверняка добавит ей врагов в самых разных структурах. Но ждать, пока местные бюрократы сами придут к подобному решению я не мог. Тем более мне в самом деле требовался британский правоохранительный аппарат. Как и все остальные на нашей планете.

— Вы же понимаете, что подобные решения совсем не в нашей компетенции?

Офицер МИ-5 был настроен и дальше продолжать диспут. Поэтому, озвучив ответ, что они должны передать это руководству с моим напутствием поторопиться, я мягко прервал его попытка возразит и покинул комнату.

Тесса вышла следом за мной. Поравнявшись в коридоре, стрельнула глазами.

— Мне тоже пока не сказать? Ждать властомочий?

Разведчица уловила, что её корявый русский смешит и приводит в хорошее расположение духа. Чем благополучно пользовалась.

Дмитрий, Ольга и Франсуа уже были в курсе. Первый вовсю ставил задачи команде аналитиков. Рё Ёсида на моё сообщение пока не ответил. Что до Тадеуша Сковски и Пак Джин Хо — требовалось подумать, как именно им преподнести информацию, вместе с тем избежав утечек.

В случае с Прескотт это было неактуально. Как штатная разведчица, она прекрасно понимала ценность данных. Реальное значение имел только вопрос лояльности. Который, как мне казалось, решился в пользу нашей команды.

— Помнишь, вы обсуждали, что атаки координируются кем-то одним или группой людей?

Такой разговор и правда не один раз вели. В основном без моего участия — я не видел смысла тратить время на бесполезные версии. Однако среди членов Корпуса, тема была одной из самых горячих.

— Конечно. Они подставлять Володю, убивать тебя тут и шатать Турция. Один центр.

На полуострове Малая Азия сейчас и правда было горячо. Особенно в Стамбуле, где дело в любой момент могло дойти до уличных боёв.

— Так вот. Теперь я знаю, кого нам нужно искать.

Причина была прозаична — правительство решило, что она им больше не нужна. Кремер была снята с довольствия и отправлена в резерв, закон о котором бундестаг принял только вчера.

Имелось и послание от секретаря Кризисного штаба по предотвращению особых угроз, который для краткости обычно звали просто штабом. Оттуда её благодарили за службу, уведомляли, что в соответствии с законом девушка должна держать их в курсе своего местонахождения и быть на связи. На тот случай, если власти решат, что её необходимо призвать на службу.

Федеральная пятёрка, в которую она входила, была полностью расформирована. Раньше правительство выстроило концепцию, по которой в каждой федеральной земле полагалось быть своей пятёрке Защитников, которые могли бы контролировать ситуацию. А их группа отвечала за угрозы федерального уровня.

Теперь пятёрки больше не существовало. Вместо неё создали батальон Защитников, что подчинялся Кризисному штабу и состоял из восьми рот, разбросанных по всей Германии. Командиром батальона и его лицом стала Лаура Свенсон. Тоже блондинка, только с точёными чертами лица и не стесняющаяся мужского внимания — комментарии прессе она давала в рубашке с глубоким вырезом.

Первой её эмоцией было немедленно устремиться назад в Берлин и учинить там такой переполох, чтобы они все на секунду задумались о том, что творят. Но потом взгляд зацепился за заголовок другой новости. О личинках и грядущей гражданской войне в Турции.

Проблемы южной страны, выходцы из которой плотно населяли кварталы по всей Германии, Йоханну нисколько не волновали. В отличие от личинок, которые демонстрировались на фото. Журналист заявлял, что первого «монстра» обнаружил стамбульский полицейский, зашедший узнать, как дела у двоюродного брата.

Потом, когда он доложил о ситуации, силы правопорядка провели несколько точечных рейдов, проверяя людей, что выступали в интернете за возрождение султаната Османов и чьи личности удалось установить. Полностью подтвердив очевидную гипотезу — каждый оказался заражён точно такой же тварью.

В момент, когда они привлекли военных и собирались полностью заблокировать Стамбул, часть армейцев начала выкидывать абсолютно неожиданные фокусы. По мнению автора материала, те тоже оказались заражены. Иначе объяснить захват телецентра и выступление одного из представителей Османов, предположительно тоже находящегося под внешним контролем, журналист не мог.

Дочитав до конца, Кремер снова открыла сообщение от секретаря ведомства. Лаура, занявшая её место была «гаммой». По её собственным заверениям, получившей ранг в Красном мире, куда её затянуло случайно.

Экспресс-тесты на ранг у Йоханны были с собой — один она распечатала сразу после выхода из Столба, на ходу лизнув бумажку. Теперь же девушка вытащила её из кармана и всмотрелась в полоску. Не зря ей казалось, что за полтора дня охоты тело разительно изменилось. Те озёрные костяные уродцы, которые оказались уязвимы к электричеству здорово подняли её ранг — девушка прошла две трети пути до «дельты».

Версий списков «лучших» или «топовых» Защитников, существовало множество. Часть изданий открестилась от анализа возможностей и вели только списки «самых популярных» или «медийных», но большинство предпочитали классический подход. В том, что касалось конкретных фамилий и разницы между Защитниками, верить им было никак нельзя. Однако в одном все они сходились — «дельт» на планете были считанные единицы. Если Кремер прорвётся к этому рангу, войдёт в число элиты.

Оглянувшись на Серебряный Столб, Йоханна вздохнула и снова опустила взгляд на экран своего телефона. Личинки с крыльями могли бы открыть большой простор для фантазии, не случись точно такого же в Германии. Гловацкий. Поляк по какой-то неведомой причине отправился в Турцию, решив возвести на престол династию Османов. Хотя, резоны ему наверное были ни к чему — не стоило забывать, что он был психом.

Убьёт его и станет настоящей героиней. Заодно утрёт нос русскому, который упустил жирную сволочь в Берлине.

Какое-то время девушка поколебалась. Потом запустила банковское приложение, куда недавно пришёл последний финансовый транш от немецкого правительства. Проверив баланс, ещё несколько секунд постояла на месте. И определившись, открыла сайт парижского аэропорта.

Единственным, кого Дмитрий мог оставить вместо себя, стал глава команды аналитиков. Он казался надёжным и башковитым парнем, который сможет удержать управляемость всеми процессами, не допустив эксцессов.

Не смог. И допустил. Времени казалось прошло всего ничего, а Павел Олегович успел разругаться с маркетологами, которые вели медицинский продукт. После чего заскучал и запустил ещё одну мем-волну с Лаговым — в этот раз на китайском языке. Даже песню под него нейронкой накатал, которая сейчас набирала популярность в китайском сегменте интернета.

Деятельный оказался старичок. Особенно после того, как его от души накормили мясом с той стороны. Можно сказать, на глазах помолодел. Теперь работал по шестнадцать часов в сутки и если верить главе аналитиков, нанял себе молоденькую «секретаршу» лет двадцати.

Кандидат на фармацевтическое направление закидал временного исполняющего заявками на финансирование, которые тот побоялся одобрять. В общей сложности набегало меньше миллиона долларов и все расходы были оправданы. Но у парня случился банальный ступор. Страшно стало тратить столько денег.

Это при том, что он сам составлял аналитические отчёты по продажам и отлично знал, сколько они заработали на продаже мяса «черепахи».

Самым хреновым было то, что оставить больше некого. Остальные кандидаты смотрелись ещё хуже. Единственный, у кого голова работала на все пятьсот процентов мощности — Павел Олегович. Однако, если его поставить за главного, он себе для начала целый штат «секретарш» наймёт и личный бордель организует. Потом запустит проект «Лагова в императоры галактики», а фармацевтов попросит изобрести аналог виагры, работающий хотя бы двенадцать часов в сутки. Это всё в мягком варианте — если у старого пиарщика не снесёт крышу и он решит держаться в рамках разумного.

Потому на время, когда они снова отправятся на ту сторону, временным главой опять станет лидер команды аналитиков. От него уже поступила просьба избавить его от такого стресса, но иных кандидатов у Дмитрия не имелось.

Пока же мужчина занимался тем, что разгребал накопившиеся задачи, одновременно пытаясь продвинуться по основному направлению — поиску «вице-президентов». Схема, от которой они решили отталкиваться пока прошла только частичную проверку — кураторов направлений было всего два. Но при этом оба развили бурную деятельность и на первый взгляд подтверждали теоретические выкладки.

Ещё Дмитрий решил оставить на месте кадровика. Новичок, которого он взял на стажировку перед походом на ту сторону, сумел не просто найти целую пачку кандидатов в координаторы, но и по собственной инициативе начал переговоры с одним из специалистов по производству боеприпасов. На первый взгляд, отлично подходящим для должности.

Что до всех остальных — предварительные контакты уже были установлены, теперь оставалось лишь вести переговоры. Чем он прямо сейчас и занимался. Параллельно отвечая на вопросы менеджера, который курировал продажу добычи из Столбов.

Всю её они структурировали, разделяя на универсальные и специализированные варианты. Первые помогали, независимо от заболевания, оздоровляли организм в целом и если речь шла о высокой концентрации меноса, были способны на полное восстановление повреждённых органов. При этом не гарантировали, что болезнь не появится вновь. Да и всякую мелочь, вроде простуды не предотвращали — работали только по тем проблемам, что у человека уже имелись.

Во втором случае, речь шла о множестве узких категорий, каждая из которых отрабатывала по конкретному заболеванию. Излечивая его и создавая иммунитет. Точно так же, как в случае с раком. Как выяснилось, добыча из Столбов могла вылечить всё. От аутоиммунных заболеваний до деменции. Они были единственными, кто предлагал подобное разделение и давал гарантии результата. Лагов лично составлял списки сырья. Он же пообещал найти и покарать любого, кто станет болтать языком или продавать информацию.

Но проблемой были не утечки. Им не хватало того самого сырья. Продажа мяса черепахи избавила пятьдесят тысяч человек от раковых опухолей. Из-за чего они получили полсотни тысяч добровольцев, которые продвигали их бренд в массы, привлекая громадный объём потенциальных клиентов.

Именно из-за этого Павел Олегович и разругался с маркетологами. Считал, что нужно незаметно направить эту энергию в нужное русло. Придать форму и ускорение, чтобы повысить эффективность. Как выразился сам пиарщик — обеспечить тотальное доминирование в информационной сфере.

Получив ответ маркетологов, в котором прослеживалась нотка «мы считаем это неэтичным», старик предсказуемо взбеленился. Ответное сообщение содержало массу всего. От «таких как вы, на конкурентном рынке сломали бы за день», до «соевых рекламщиков» и «беззубых веганов».

Дело дошло до взаимных блокировок и ультиматумов — как помирить враждующие стороны и заставить их работать вместе, Воронов представлял с трудом. Радовало, что шеф в это не вмешивается. Наверное… Если бы Лагов вклинился и разрулил ситуацию своей волей, это сняло бы груз, как минимум одной задачи.

С другой стороны, он и так забрал на себя решение ситуации в Лагосе, где трое условных основателей представительства Корпуса устроили схватку. В процессе оказалось полностью уничтожено арендуемое здание, а один из лагосцев погиб.

Оттуда пришло несколько развёрнутых сообщений, согласно которым, погибший планировал устроить бойню на территории Нигерии, получив за это пять миллионов долларов. Скриншоты таких же предложений, которые пришли на их собственные телефоны, нигерийцы тоже прислали. Очень мутная история. Тот факт, что с ней будет разбираться сам шеф, несказанно радовал. Поиск Защитника, который займётся сетью представительств Корпуса по всему миру, он тоже взял на себя. От Дмитрия требовалось только подыскать условного начальника штаба. Который будет отвечать за финансово-техническое обеспечение.

Если же смотреть в целом, процессов, которые предстояло отладить было множество. Поэтому он непрерывно писал, звонил и читал. Одну за другой решая задачи и постепенно продвигаясь к цели. Сейчас они закладывали фундамент. От того, насколько он окажется крепким, зависела устойчивость того гигантского здания, которое планировалось возвести.

Расстраивало, что пока они вынуждены торчать в Лондоне. Дмитрий с радостью бы вернулся в Питер, где предстоял переезд в новый офис. Да и собеседования оттуда проводить было проще. Кандидаты могли легко приехать и увидеться лично.

Поймав себя на том, что его раздражает британская столица, Воронов нахмурился и на миг отвлёкся от работы. Поднявшись на ноги, подошёл к окну. Постоял, смотря на улицу.

Мать. Вот из-за чего он сейчас переживал. В первую вылазку на ту сторону он был рад, что та стала Защитницей. По словам Лагова, ранг «альфа» болел в десятки раз реже, чем другие люди. А «бете» можно было вовсе забыть про все классические болезни человечества.

Но теперь… Она ведь не просто собиралась сходить с ними в эту вылазку и потом вернуться домой. Мать всерьёз вознамерилась стать Защитницей. Кто бы мог подумать — ей нравилось охотиться и исследовать.

Одна часть Дмитрия утверждала, что это прекрасно — видеть её такой после болезни. Сейчас Ольга даже близко не напоминала себя саму образца восьмидневной давности. Вторая напоминала про опасности двенадцати миров. Особенно сейчас, когда те начали открываться с абсолютно новой стороны. Искусственно созданные гигантские птицы, которые должны были убивать всё живое… Какие технологии нужны для того, чтобы подобных создать? И ради чего?

В кармане завибрировал телефон — тот самый лидер команды аналитиков написал, что по объекту «кукловод» пока пусто. У них не вышло найти никаких следов, которые вели к цели.

Сам Лагов никаких указаний о том, как именно называть цель, не давал. Тем не менее им требовалось какое-то обозначение и в данном случае оно едва ли не напрашивалось для использования. Вот новости не радовали. Особенно, если вспомнить, что происходило сейчас в Стамбуле.

Скрипнула дверь и на пороге показалась его мать. Ольга.

— Сынок, ты готов? Не забыл, что через пять минут выходить?

Оторвав взгляд от тёмной лондонской улицы, он обернулся. Выдавил улыбку.

— Помню. Скоро спущусь.

Чуть помедлив, женщина закрыла дверь номера. А Дмитрий, бросив взгляд на механические часы, двинулся к дивану на котором была сложена экипировка. Мать была права — через пять минут им нужно было выдвинуться к Золотому Столбу.

* * *

Я не допустил ни одной ошибки в своём плане. Реализовал все намеченные пункты — нейтрализовал Со Сан Хёка, забрав его силу, установил контакт с Пак Джин Хо, подтолкнув его к более раннему развитию и созданию Лиги, перевёл Го Биня в ряды Защитников. У меня был форум с громадным комьюнити, авторитет и мировая известность. Токийский мясник тоже не получил свою силу, а Михаил Марков, оказавшийся катализатором разрушения страны, был убит.

Отдельные события из-за этого ускорились — например в Китае объявили о смерти генерального секретаря партии из-за кровоизлияния в мозг, а его преемником Политбюро ЦК КПК назвало не кого иного, как Го Биня. До того, глава китайских коммунистов протянул намного дольше. Загнувшись, когда ситуация с Защитниками внутри страны накалялась.

Но это были логичные и предсказуемые изменения — в прошлый раз председатель китайской партии дал Го Биню власть не только из-за того, что тот был его правой рукой. Ханец сохранил позиции, потому что параноидальный генсек видел его противовесом Защитникам. Не понимая, что разделяя население на две категории, сам закладывает мину под всей страной.

Оттого Го Бинь и оказался фактическим правителем страны при больном генеральном, который не желал пользоваться ничем с той стороны. Почему — доподлинно известно не было. Возможно верил в одну из популярных теорий заговора, которые ходили по планете. А может быть просто спятил — когда глава государства способен отдать приказ поставить кого угодно к стенке, врачи предпочитают вести себя точно так же, как все другие. Заполнять документы так, чтобы ему понравилось и ни в коем случае не говорить о реальных проблемах. Уж тем более заткнуться и молчать, если речь идёт о психических патологиях.

Очевидно, генсек попытался убрать Го Биня или надавить на него. С отрицательным для себя результатом.

Как себя поведёт новый руководитель Китая, сказать было сложно. Однако хотелось надеяться, у него получится удержать ситуацию под контролем. Что уже стало бы локальной победой.

Проблема в том, что одерживая верх в одном месте, я тут же получал сразу несколько полыхающих очагов поодаль. Бросаться тушить их все сразу, я не мог. Для такого пока было недостаточно сил и людей, которым можно было бы доверять. Нельзя ставить во главе отряда человека, который способен тебя подставить или продать. При этом более или менее уверен я был только во Франсуа. Плюс, можно было рассмотреть Василину и Петра.

Как только мы получим способность, которая сейчас есть у Тессы, нужно будет переходить к массовой проверке потенциальных кандидатов. Скорее всего набирая не только полных новичков, но и Защитников ранга «альфа». Тех, кто не стал ждать, пока Корпус раскачается, чтобы принять поток новобранцев и самостоятельно отправился на ту сторону.

Раньше я считал, что у меня полно времени и можно будет делать всё в спокойном темпе. Теперь стало понятно, что рассчитывать на это не стоит. Действовать придётся в максимальном темпе и опираясь на обстоятельства.

Телефон завибрировал сообщением — Дмитрий информировал, что пока мы были в Золотом мире, с нами пытались связаться американцы. Некто, заявивший, что он представляет правительство США.

У них сейчас творился полный абзац. Дуглас Хартли, который возглавлял межведомственную группу слетел с катушек и увёл подчинённых на ту сторону. А когда, по возвращении их попытались арестовать, договорившись о поддержке с несколькими группами Защитников, отказался подчиняться.

Неизвестно, что именно Хартли творил в Синем мире, но готовность исполнять приказы у его людей присутствовала. Попытка произвести показательный арест обернулась масштабной бойней. Почти все «беты» из отряда самого Хартли полегли. Но он сам и выжившие «гаммы», по заверениям СМИ устремились к мексиканской границе.

Это отлично объясняло причину интереса штатовцев. Я бы с ними даже поговорил, но времени до отправки в Золотой Столб осталось совсем немного. Не хватит, чтобы разобраться в ситуации и принять какое-то решение. Жаль, Дмитрий не сообщил об этом раньше. С другой стороны — учитывая объём его задач, хорошо, что известие вообще не потерялось.

Я отпил из большой чашки, отправив в себя добрую четверть литра зелёного чая. Поставив, откинулся на спинку кресла. Ещё раз прогнал в своей голове сегодняшние события и варианты.

Решение отправиться в Золотой Столб было верным. Мой изначальный план полёта в Лондон строился исключительно вокруг способности Тессы. Археология прибавилась позже и была импровизацией.

События в Турции могли бы стать причиной отложить вылазку. Если бы это не было их основной целью. Восстановление династии Османов, мятеж небольшой части турецкой армии и все остальные компоненты цепочки, понадобились лишь для привлечения моего внимания. Не зря все они оказались сосредоточены в Стамбуле. Плотно заселённом мегаполисе, где даже две-три тысячи хорошо вооружённых солдат могут организовать массу проблем.

Реальным резоном всё перенести могло быть обнаружение «Головастой». Именно так Оливер Джейсон назвал, ту что попросила его сюда прийти. Ни имени, ни фамилии. О ней же написал Рё Ёсида, который каким-то чудом отыскал медсестру, что работала в той же клинике. Девочка с деформированным черепом. Самый загадочный пациент «Сада Счастья». Как минимум, потому что она являлась к ним во снах ещё тогда. Задолго до падения Столбов.

Теперь, её образы стали куда чётче — фактически она общалась с ними, пока те спали. При этом, где находится «Головастая» Оливер не знал. Даже предположить не мог.

Зато подтвердил другую мою гипотезу — свою способность он получил, после того, как увидел во сне, что и в какое именно время нужно сделать. Токийский мясник тоже кричал, что лицезрел всё в сновидении — механизм полностью совпадал.

В списке на тридцать девять пациентов было ровно десять женских имён. Но возраст отсутствовал. А на планете жило слишком много полных тёзок. Проверка всех потребует немало времени.

Ещё Оливер рассказал, как именно попал в Британию — оказывается его привезли сюда на морском судне. Вот куда точно делась тётя, парень не знал. Утверждал, что она точно находится в хорошем месте и они с ней по-доброму попрощались. Но даже в его балагурской манере это звучало не слишком уверенно. Если подумать — для человека, который пять лет провёл в медицинском учреждении для людей с опасными психическими патологиями, у Джейсона имелось поразительно мало воспоминаний.

Тем не менее, ориентир у меня имелся. Тесса уже стала главой оперативного штаба — приказ о назначении вышел полтора часа назад. В самое ближайшее время они приступят к поискам Головастой. Тадеуш Сковски тоже получил информацию. Елисеев, занятый поиском Защитника, который пытался его подставить, взялся за дело одним из первых. Я даже связался с Пак Джин Хо и кажется смог донести до него важность поиска этой конкретной цели. Вместе с тем дав понять, к чему может привести разглашение информации.

В Лагосе главным я пока назначил Дапо Ошоди. Того самого парня, которому срезал ноги Марков. Но от того, чтобы выкладывать ему всю информацию воздержался.

Скромно получалось. Совсем небольшое количество доверенных людей. Большинство из которых пока находились вокруг меня, вместо того, чтобы заставлять крутиться остальной механизм, параллельно следя за тем, чтобы крутился он исключительно в правильном направлении.

О том, что сразу после похода в Золотой Столб с этим придётся что-то делать, я раздумывал уже по дороге. Пока мы пробирались через столпотворение журналистов, ждущих нашего появления перед отелем.

Узнай они, с какой лёгкостью мы проскользнули мимо, прикрытые оптическими иллюзиями, наверняка оказались бы разочарованы. Правда, укрывались мы не только от них — о том, что лучшие бойцы Корпуса покинули отель, не знал даже персонал. Я хотел снизить вероятность утечки и атаки на археологов.

С Тессой встретились недалеко от Столба. Прескотт совсем недавно получила назначение и наверняка предпочла бы остаться здесь. Однако, отравление медью уже давало о себе знать — девушка порой ощущала чужие гипертрофированные эмоции. Направленными вспышками, которые воздействовали на её собственную нервную систему. Десятикратно увеличенные страх, ярость, возбуждение, интерес, тревожность. Последний час у неё выдался непростым.

Самый простой способ избавиться от отравления — провести какое-то время по ту сторону. В её случае, хотя бы несколько часов. В идеале, за это время требовалось получить порцию меноса и поесть пищи с высокой концентрацией энергии.

К Столбу мы подошли всё так же — под прикрытием оптических иллюзий. На всякий случай оглянувшись, я приложил к его поверхности руку и мир вокруг окутался золотом. А спустя секунду уже вдохнул запах солёного моря. Только вот…

— Какого хрена?

— Мерде. Как мы тут очутились, шеф?

— А что это там блестит?

Шагнув к самому краю квадратной скалы три на три метра, вокруг которой до горизонта всюду виднелась вода, я сначала глянул вниз, пытаясь понять, откуда тут вообще взялся этот камень. Только потом поднял взгляд наверх. Туда, куда указывала Ольга.

В воздухе и правда кое-что блестело. Сразу девять птиц Рух, которые стремительно к нам приближались.

* * *

Он мчался по тайге. Бежал, ловко огибая деревья и заросли кустарника. Перемахивал через препятствия. «Та, что говорит во снах», обещала ему здоровье и он его получил. Четыре целые конечности, восстановленное тело и возможность наслаждаться жизнью.

С рождения его ни во что не ставили. Считали пустым местом. Били и унижали. А когда подвернулся случай — продали тем, кто хорошо заплатил. Перед тем, как уйти, медсестра показала ему видео. То, где его мать соглашается расстаться с ним за тридцать тысяч долларов. Сказав, что если бы он просто не умел ходить, то ладно. Но ребёнок родился ещё и отсталым, а такое комбо ей точно ни к чему.

Потом… Он последовал совету «той, что говорит во снах». Преодолев себя подкатился на инвалидной коляске к Изумрудному Столбу и в нужный момент приложил руку.

Выбравшись обратно, добрался до места, где оставил свою сумку. Та была потрёпанной и грязной, а внутри лишь лежало скомканное полотенце. Никто не покусился на столь скромную добычу.

Только тогда стало понятно, насколько он изменился. Ярость и злость, до того бывшие где-то в глубине полыхнули так, что едва не бросился на прохожих. Чудом сдержавшись, побежал в лес. Сам не заметив, как начало меняться его тело.

Дорога до Архангельска, где всю жизнь жила мать, заняла почти целый день, за который он убил и сожрал несколько десятков разных зверей. Столкнулся даже с одним медведем, который не поняв с кем имеет дело, полез на рожон. Почему-то ему всегда казалось, что у медвежатины хороший вкус. В книгах про индейцев её описывали, как настоящее лакомство. А на деле… Лучше бы вовсе не пробовал.

Обратная трансформация была намного более сложной — снова залезать в шкуру обычного человека не хотелось. Тем не менее, желание убивать пересилило. Он снова стал обычным. Проломив череп прохожему, закутался в его одежду и отправился рыскать по городу.

Дважды его останавливала полиция и снова приходилось убивать. Пока наконец не уловил знакомый запах. Тот самый, что шёл от полотенца, на прощание оставленного медсестрой.

Он много раз прокручивал этот момент в голове, думая, как всё выскажет в лицо. Но на деле сорвался и уже через секунду выпотрошил её от паха до глотки. Потом изорвал останки на куски, сам не поняв, в какой момент обратился зверем.

Дальше оставалось только бежать. Прорваться в тайгу, свернуться клубком в кустарнике и сладко поспать, с чувством содранного пластыря, который приклеили сразу после его рождения.

Но во сне снова явилась «она». Та, которая говорила с ним последние пять лет. Ласково погладила по голове и попросила сделать кое-что ещё. Поэтому он снова здесь. Около Изумрудного Столба. Но совсем не для того, чтобы идти внутрь. Сегодня он будет убивать.

Крик, который хлестнул по ушам и тут же оборвался, заставил отвлечься, повернув голову. Что у них там происходит?

Очередь. Ещё одна. Какой-то бессвязный вопль. Разом захрипевшие рации у трёх армейцев, что устало брели мимо их палаток.

Пётр перекатился, схватив лежащее на земле копьё. Окружил себя воздушным щитом и закрутил головой по сторонам.

Это его и спасло — удар неизвестного противника пришёлся в барьер. Вместо того, чтобы разорвать его грудную клетку, враг отбросил Защитника назад. Троим военным повезло меньше — большой монстр, напоминающий странного перекрученного волка, снёс всё группу.

— К оружию!

Ничего более интересного Пётр не придумал — проорал то, что первым пришло в голову. Сам же немедленно кинулся вперёд, сжимая в руках копьё.

Наконечник последнего, по плану должен был вонзиться точно в бок гигантского волка. Однако тот благополучно ушёл в сторону. Так долбанув лапой по древку, что копьё едва не вылетело из рук.

Правее мелькнула ещё пара фигур, а Пётр получил новый удар в бок. На этот раз когти почти прошли сквозь защиту. И пусть немного завязли в воздухе, но всё равно пропороли плоть.

Что это за такая тварь, которая способна пробить защиту «гаммы»? Вопрос полыхнул в голове, когда парень покатился по земле. А следом появилось и осознание — монстр появился из-за стены. Пришёл из тайги, которая окружала Каргополь. Это не зверь с другой стороны. Он свой, с Земли. Но… Как?

Поднявшись, выставил копьё, готовясь атаковать, однако создание уже умчалось дальше. Походя, разорвав надвое одного из Защитников ранга «бета». Тот только сегодня радовался, что его получил.

— Круговая оборона! Работать звеньями! Прикрывать друг друга! Запрещаю атаковать.

Озвучив приказы, устремился дальше, к Столбу. Брать с собой остальных, никакого смысла не было. К «гамме» приблизились только двое — никакой поддержки от них в бою не будет. Но он сам отсиживаться в стороне не собирался.

Крики из лагеря ГУПАПа. Рявкнувшие выстрелы помповиков. С точки зрения Петра, полицейские слишком сильно полагались на огнестрел. Если хочешь выжить и преуспеть на другой стороне — так делать нельзя.

К ним он сворачивать не стал — монстр всё равно ринулся дальше. По пути порвав целую компанию Защитников, которые вышли из Столба. Новички — пересмеивались, смотря на бумажные тесты в своих руках и что-то обсуждая. Монстр разорвал их с потрясающей лёгкостью — никого старше «альфы» в группе не было.

Снова грохот очередей. Завывшая сирена тревоги. Той самой, которую установили для сигнала об атаках из Столба. Проблема была в том, что система обороны тоже была выстроена таким же образом. Военные готовились отбиваться от того, что полезет из Столба, а не защищаться от атаки с тыла.

Поэтому монстр спокойно добрался до второго периметра и помчал вдоль бетонной стены, убивая всех, кто встречался на пути. А это ведь непростой зверь. Сообразил, что не стоит перемахивать стену, подставляясь под огонь автоматических пушек и тяжёлых пулемётов. Вместо этого погнал вдоль, разрывая в куски их расчёты.

Пётр ускорился, чувствуя, как разваливается на ногах обувь. Мельком заметил ещё одного Защитника. Девушку в одних шортах, которая тоже задействовала ускорение и летела к зверю, вооружённая странным широким мечом.

В голове парня отстранённо мелькнула мысль, что на такой скорости и под подобным ракурсом, женская грудь смотрится очень забавно. Раньше он никогда не видел, чтобы она была настолько сплющенной и придавленной к грудной клетке.

Секунду и девушка обрушила клинок вниз. Намерение читалось легко и просто — она собиралась разрубить противнику хребет. Вот только, тот успел выскользнуть. Меч лишь поцарапал шкуру своим острием.

Спружинив лапами по земле, волк подпрыгнул. Развернулся готовясь ударить в ответ. В тот же миг, ему прямо в морду ударил фонтан раскалённого пара. А спустя ещё секунду, в бок вошло копьё.

Фокусу с паром, Пётр учился все последние сутки. Неустанно упражняясь и на Земле, и по ту сторону. Сейчас приём вышел безукоризненно. Разве что объёма было маловато.

Однако его всё равно хватило, чтобы на время ослепить противника и получить возможность вогнать в него наконечник. Незнакомая шатенка снова рванулась вперёд, взмахнув клинком, но зверь уже ушёл рывком в сторону, сорвавшись с копья. Пробежав несколько метров, кинулся на стену, будто отталкиваясь лапами от бетонных плит. И перемахнув её, упал с той стороны.

Девушка, которая либо была «гаммой», либо приближалась к этому рангу, лишь проводила его взглядом. А вот Пётр вертикально прыгнул и сформировав под ногами плиту прессованного воздуха, повторно рванул вверх. Вот она — наглядная разница между подготовленным Защитником из Корпуса и самоучкой.

Гигантский волк обнаружился внутри периметра — во весь опор мчался к Изумрудному Столбу. Парень, не опускаясь на землю, прыгнул, снова оттолкнувшись от воздуха. Повторил.

Только что вышедшие из Столба Защитники разбегались в стороны. Какой-то идиот выстрелил из пистолета, а воздух заполняли звуки сирены. Пётр же наконец подобрался на достаточное расстояние и после очередного прыжка, вертикально рухнул вниз. Этот приём они тоже практиковали — тот самый, который по рассказам Франсуа, командир использовал во время схватки с лэйком в Золотом мире.

Раньше он оттачивал его на некоторых животных Изумрудного мира. Сейчас — впервые применил против равноценного противника. И успешно!

Копьё с хрустом вонзилось в спину волка, совсем рядом с хребтом. Следом он ударил ногами, которые впечатались в спину твари так, что захрустели ломающиеся рёбра.

Правда это тоже помогло лишь отчасти — громадный волк устоял на ногах и продолжил мчаться вперёд. Секунда и он на полном ходу врезался в Столб. Вместе с изумлённым Петром, который так и стоял на его спине, держась за копьё.

* * *

Известие о том, что задача выполнена, пришло четверть часа назад. А сейчас принесли и само изделие. Первое в этом мире копьё, наконечник которого был полностью изготовлен из палладиевого металлического стекла.

Пак Джин Хо был доволен. Идеальный баланс, великолепная стыковка и прекрасное древко. Наконечник тоже сделан по всем правилам — такое оружие точно не стыдно подарить главе Корпуса Защитников.

Кореец предпочёл бы увидеться лично, но поток новостей подсказывал, что выкроить время у Лагова получится нескоро. Поэтому собирался просто отправить это копьё в качестве подарка от Лиги Защитников Кореи. Доставить его должны были дипломатическим бортом — президент республики тоже рассчитывал получить свои очки.

У самого Пак Джин Хо дел тоже хватало. Помимо компании по производству оружия, нужно было следить за подготовкой отрядов и курировать структуризацию информации о Чёрном мире. А ещё — ходить туда самостоятельно. Не дело это, когда руководитель слабее подчинённых по рангу. Даже если они сами на первых порах ничего не скажут, рано или поздно такое положение вещей встанет боком. Поэтому кореец не прекращал тренироваться, регулярно отправляясь в Чёрный Столб и лично ведя Защитников.

Вот с чем он пока разобраться не мог — своей реакцией на недавнюю беседу с Константином. Девочка, у которой раздут череп. Пять лет назад положенная на лечение в клинику «Сад Счастья», а сейчас ставшая той, что организует проблемы для всей планеты.

Он искренне не понимал, зачем ей это? К чему направлять Угрозы, сея боль, хаос и разрушения? Это из-за того, что она психопатка? Или есть какая-то рациональная причина?

Другой бы на его месте давно перестал думать о чём-то подобном. Но Пак Джин Хо привык анализировать перед тем, как действовать. Тот факт, что у него не имелось готового плана на случай, если её отыщут, для корейца был всё равно, что зудящее место, которое никак не удаётся почесать. По причине чего он снова и снова принимался решать интеллектуальные уравнения.

В дверь кабинета осторожно постучали и та приоткрылась. Вошедший секретарь уважительно поклонился, восхищённо взглянув на копьё и положил рядом с ним планшет.

— Твардовский-пусачжан-ним прислал сообщение, сачжан-ним. Просит опубликовать это.

Пак Джин Хо на миг прикрыл глаза. Он ни разу не видел Твардовского лично и даже с ним не разговаривал. Несмотря на это, специалист по информационным конфликтам, ему уже не нравился. Тот беспардонно и без всякого стеснения пользовался авторитетом Лагова, постоянно прося Лигу опубликовать что-то в социальных сетях. Официальные аккаунты появились всего двое суток назад, но уже стали одними из самых популярных в корейском сегменте.

Правда в этот раз речь шла вовсе не о картинках, которые тот называл мемами и не о ссылках на исследования в сфере фармацевтики, которые появились, как по щелчку пальцев. На экране планшета отображалась картинка гигантского зверя с очень странным высоким всадником наверху. Оба исчезали во вспышке, врезавшись в Изумрудный Столб.

— Что это?

— На лагерь около их Столба напали, сачжан-ним. Существо, похожее на зверя убило многих военных и Защитников. Пока его не ранил этот храбрец. Правда победить не смог — их обоих забрал Столб.

— И чего хочет Твардовский-пусачжан-ним?

Секретарь опустил взгляд, мельком посмотрев на собственный планшет. Потом вернул внимание на своего шефа.

— Это один из воинов сысын-нима. Он хочет, чтобы мы опубликовали посты о его подвиге. В том формате, который сочтём нужным.

Значит человек, нанятый Лаговым на должность главы информационного направления распознал тонкие намёки. Решив предоставить им немного больше свободы действий.

— Распорядись, чтобы подготовили текст. Такой поступок заслуживает уважения, а рассказать о нём не зазорно. Так мы и поступим.

Секретарь почтительно наклонил голову, но остался стоять на месте.

— Что-то ещё?

Мужчина секунду помедлил. Потом всё же продолжил.

— Я хорошо помню, как вы относитесь к коммунистам, сачжан-ним, но…

Неожиданно начало заставило Пак Джин Хо приподнять брови.

— Но что? К чему ты про них вспомнил?

— С нами только что связался человек, назвавшийся представителем Го Биня. Нового генерального секретаря КПК, председателя Политбюро и главы Центрального военного совета.

Сделав короткую паузу, покосился на своего шефа, оценивая реакцию.

— Они обнаружили на своей территории сразу две Угрозы. Го Бинь интересуется, не сможем ли мы на время забыть о разногласиях и объединить силы ради их уничтожения?

* * *

Девять птиц Рух. Приблизительно столько же квадратных метров камня под ногами. И плещущиеся вокруг волны, до которых было не меньше десяти метров.

— Ловушка, мон ами. Нас заманили в западню.

— Да мы сами сюда заявились, — тут же отозвался на слова канадца Дмитрий.

— Значит убьём ещё девять птичек, — беззаботно добавила Ольга.

В теории подобная точка входа могла иметь место быть. Но таких совпадений и правда не бывало — нас затянуло сюда специально. Только в этот раз по инициативе с нашей собственной стороны.

— На воздушные плиты и закройтесь иллюзиями. Постарайтесь держаться подальше. И помните — уязвимых мест у них ровно три.

Франсуа подпрыгнул, встав ногами на едва видимую и подрагивающую плиту воздуха.

— Мы помним шеф. Два глаза и одна жопа. Нужно уврэ лёй — смотреть в оба.

Тесса молча цокнула языком и тоже запрыгнула на плиту, оказавшись сбоку от каменной скалы. Следом тот же манёвр повторили Вороновы. Ещё через секунду все оказались прикрыты оптическими иллюзиями и ринулись подальше, перемещая воздух под ногами вместе с собой.

Все кроме меня. Я остался стоять посреди скалы, смотря на приближающихся птиц. Если сейчас окажется, что они способны менять тактику боя, у нас будут серьёзные проблемы.

Выдохнуть я себе позволил только спустя пару мгновений. Когда стало понятно, что все девять птиц несутся прямо на меня, а некоторые уже начали готовиться к удару способностью.

В этот раз я не стал совершать рывка в сторону. Вместо этого, запустил всё тот же импульс и подняв себя левитацией, оттолкнулся от воздуха, взмыв вверх. Тут же повторил приём, оказавшись на эшелон выше врага.

Птицы Рух кажется немного растерялись. Несколько из них не успели остановить удар способностью и поверхность скалы пошла трещинами. Я же ударил кислотной кровью по той тройке, что была ближе всех.

В этот раз было кратно сложнее. Сразу три цели, которые необходимо держать в фокусе, плюс шесть их товарок, что пытались меня убить.

Последних активно отвлекали другие — били спрессованным воздухом, кидались осколками скалы, а кто-то даже поднял в воздух не меньше пары центнеров воды, обрушив её на одну из Рух и временно ослепив птицу.

Сам я прыгал из стороны в сторону, держа контакт кислотой с целями. Дождавшись момента, когда внутри накопилось достаточно материала, ударил, выжигая мозг и в воду рухнули три гигантских золотых трупа.

В следующий момент одна из оставшихся птиц издала дикий визг на высокой ноте и ринулась почти вертикально вверх. Таща за собой заметную только нам женскую фигурку, которая вцепилась в копьё.

— Это то, что Володя называть русский баб?

Крик Тессы послышался с другой стороны скалы. А где-то сверху зазвучал голос Франсуа.

— Страшная воительница, шеф. Ты слышал, как бодро она кричала боевой клич? Никогда не буду ходить в душ с русскими женщинами. Не приведи судьба, уронить мыло…

Ольга действительно вогнала копьё в одно из трёх уязвимых мест птицы Рух. То, что находилось под хвостом.

Правда уже через секунду нам стало не до смеха — помимо умчавшейся наверх твари, рядом были ещё пять. Которые не оставляли попыток разобрать нас по запчастям.

Будь у меня вдоволь крови, ситуация стала бы куда проще. Но стоило отправить в воду ещё двух противников, как мир перед глазами начал периодически мутнеть, а движения слегка потеряли в скорости. Все дополнительные резервуары, которые я встроил в собственный организм, оказались пусты. А для их восполнения требовалась вода.

— Внутри скалы есть менос, мон ами.

Канадец, который завис прямо над каменной поверхностью, сразу же рванул в сторону, уклоняясь от новой атаки. Я же отметил, что когда закончим, нужно будет разломать этот кусок камня и оценить то, что находится внутри.

Способность, которая позволяла усиливать других Защитников, я начал использовать с первых секунд схватки. Только она и помогала держаться всем остальным — иначе им не хватило бы скорости, чтобы соревноваться с подобными монстрами.

Запустив импульс, дождался, пока тот сработает и прыгнул вверх. Ускорил самого себя давлением воздуха, молнией устремившись к одной из оставшихся птиц. Эта девятка была между «дельтой» и «эпсилоном» — ещё один фактор, что помог нам выжить. Вот и сейчас, противник не успел уклониться — наконечник копья вошёл точно в глаз и оружие на добрую половину погрузилось в плоть.

Оттолкнувшись ногами, я прыгнул вверх, вырывая оружие из раны. Заодно ушёл от атаки другой Рух, клюв которой пронзил воздух в месте, где я только что находился.

— Водой! Франсуа — слепишь одну, Дмитрий с Тессой — вторую.

Задумка сработала — обе потеряли ориентацию и я смог достать копьём ещё одну. С оставшейся было проще всего — когда перед нами осталась последняя Рух, рядом с которой не было союзников, птица перестала казаться серьёзной угрозой. Всё, что оставалось — ударить совсем тонкой нитью кислоты, делая вид, что я начал полноценную атаку. А когда та начала маневрировать — повторить фокус с ослеплением, после чего вогнать копьё в глаз.

Зависнув в воздухе, я перевёл дух. Восемь громадных птиц были в воде. А вот девятая… Задрав голову, я посмотрел вверх. Нашёл взглядом золотистую точку. Присмотрелся.

— Она взлетать или падать? Не понимать.

Дмитрий в ответ на слова Тессы только вздохнул. Сейчас Защитник был прикрыт оптической иллюзией, но уверен — на британку посмотрел осуждающе.

— Не хочу обнадёживать, но кажется падает, шеф.

Слова Франсуа не сильно приободрили Воронова, но тот хотя бы не стал озвучивать предложение, которое наверняка крутилось в его голову — ринуться вертикально вверх. Такое тоже было возможно. Но подъём на такую высоту прыжками занял бы немало времени и отнял много сил. Я же умел подниматься только находясь рядом с вертикальными плоскими поверхностями.

К счастью, золотая точка действительно стремительно снижалась. Когда оказалась ниже, стало возможно рассмотреть происходящее более детально, определив безусловного победителя. Ольгу Воронову, которая сидела на шее мёртвой птицы Рух, корректируя направление её спуска спрессованным воздухом и делая процесс более плавным.

Ловкое решение. Такое мог принять я сам, оказавшись в идентичной ситуации. Разница была только в том, что за моей спиной имелись годы опыта. Тогда как женщина именно в подобной передряге участвовала впервые.

Выпрямившись на спине гигантской птицы, Ольга окинула нас гордым взором и дождавшись, когда та окажется на нашем уровне спрыгнула.

— Больше так не делай.

Дмитрий, который только что расформировал оптическую иллюзию, посмотрел на мать с отчётливой укоризной и добавил.

— Рисковать надо с умом. А не просто так ставить свою жизнь на кон.

— Я увидела возможность и воспользовалась. Ничего страшного ведь не произошло.

Он наверняка собирался ей что-то ответить. И вряд ли это были комплиментарные слова. Однако сделать этого не успел. Внизу плеснула вода и вверх выстрелили щупальца. Десятки тонких серых щупалец.

* * *

Руки Тадеуша Сковски ощутимо дрожали. Парень прекрасно помнил, что происходит в Стамбуле. Видел на видео в интернете и записях из докладов, которыми поделилась турецкая полиция. Поручик отлично осознавал опасность личинок, способных управлять людьми.

Одну такую турки каким-то чудом взяли живой и поместили в загон со свиньями. Сам поляк прокомментировал бы это фразой про слабоумие и отвагу, но в этот раз подход сработал. Удалось выяснить, что существо, которое все они называли личинкой, способно самостоятельно размножаться. За один подход создавая несколько десятков своих копий поменьше.

Будто этого мало, они тоже умели плодиться. Как минимум единожды. Формируя ещё по десять-пятнадцать штук каждая.

Итого, одна изначальная личинка, как минимум была способна заразить около пятисот человек. Сейчас, смотря на фотографии той, что была обнаружена в голове у депутата Сейма, застреленного полицейским из собственной охраны, Сковски пытался сообразить сколько таких Гловацкий мог оставить в Варшаве.

Даже если десяток, сейчас это давало цифру в пять тысяч заражённых. Но… Парень прекрасно помнил, сколько этой мерзости было в аэропорту. Толстяк запросто мог использовать и сотню личинок. Возможно две. В таком случае, число потенциально инфицированных переваливало за сотню тысяч. Если же предположить, что тех было пятьсот или тысяча…

Что самое ужасное — он даже не мог быть полностью уверен в варшавском штабе. Тот полицейский, что обнаружил личинку, сразу же выслал фотографию своему старому приятелю, который сейчас работал в оперативной выездной группе, бок о бок с Тадеушем. Одновременно продублировал на официальную почту их команды.

И всё бы ничего, если бы не два занимательных факта. Из самого штаба, информация к ним поступила только после того, как тот полицейский рассказал, что уже скинул её в личном формате. А он сам пропал со связи.

Теперь Сковски был уверен, что правильно не стал никому раскрывать детали информации о «кукловоде». Неизвестно, могут эти личинки общаться ментально или каким-то ещё образом. Но раз турки способны оставлять сообщения в интернете, а депутат Сейма продолжал ходить на работу, заражённые точно могут проинформировать друг друга. То есть сведения точно бы попали к Гловацкому. А потом возможно и добрались бы до их основной цели.

Если не считать того, что Тадеуша ужасал масштаб возможного заражения и возможные последствия, имелась ещё одна проблема. Сам Лагов был не на связи. Глава Корпуса очень не вовремя отправился на вылазку в Золотой Столб. Забрав с собой всех, с кем можно было бы посоветоваться. Франсуа, своего секретаря и ту британку, что неожиданно спелась с русскими.

Оставался Пак Джин Хо, которому Константин вроде бы доверял. Но тот был далеко. Плюс, Сковски как-то видел одну дораму — общались они там настолько замудрёно, что становилось не по себе. Он наверняка ляпнет что-то не то и испортит отношения со стратегическим союзником. Да и вообще — чем он ему поможет из далёкой Кореи? Добрым словом? Такой помощи Тадеуш и сам был готов отсыпать кому угодно, в любом объёме.

— Может сообщить премьеру?

Сидящий рядом мужчина, в очередной раз предложил идею, которую их небольшая команда рассматривала уже множество раз. Она была одной из первых, которые приходили на ум. Проблема была лишь в том, что глава правительства тоже мог оказаться заражён.

Вторая мысль, казавшаяся очевидной — немедленно проинформировать союзников или сделать заявление в прессе. Но тут сразу вставал ещё один вопрос. Как эти самые союзники на это отреагируют? Ответ на который был очевиден. Окажись в соседнем с Польшей государстве город, где потенциально могло быть до нескольких сотен тысяч заражённых, Тадеуш в первую очередь подумал бы о силовом решении вопроса.

Самый гуманный способ — полная блокировка города с фильтрацией населения. Более эффективный вариант — блокировка с приказом стрелять на поражение и шквальный огонь по кварталам.

Ещё оставалась их собственая армия. Однако командиры соединений прямо сейчас были на совещании в Варшаве. И если их предположения, это не продукт коллективной паранойи, запросто могли вернуться в расположение частей инфицированными.

— На третьем канале только что объявили об экстренном выступлении президента.

Молодой парень, которого тоже сослали в их команду из Агентства внутренней безопасности, свёл руки на затылке и откинувшись назад, шумно выдохнул. Повернул голову, смотря на остальных.

— Ну вот и дождались, курва. Сначала послушаем или сразу объявим миру, что он не в адеквате?

Взгляд остановился на Сковски, который значился старшим в их небольшой группе. Тадеуш, после недолгого размышления, чуть качнул головой…

— Подождём и послушаем.

Они в самом деле подождали. До того самого момента, когда на экране появилось изображение президента Польши, который приосанившись, смотрел в камеру.

— Пане и панове. Не хочу пугать, но должен заявить. В столицу нашей родины проникло инопланетное заражение.

* * *

В первый момент я даже не подумал, что атака из-под поверхности воды может нам в чём-то угрожать. Для того, чтобы избежать рвущихся вверх щупалец, было достаточно одного прыжка вверх.

Однако потом они устремились ещё выше. А когда мы опять прыгнули, разрывая дистанцию, вдруг выстрелили тонкими столбами чёрной дряни, которая расплылась облаками внизу.

Вещество было легче воздуха и поднималось вверх — пришлось смещаться в сторону от скалы. Что не помогло — как только мы очутились в новом месте, из-под воды снова полезли щупальца, немедленно жахнувшие чёрным.

— Да сколько можно? Что это за тварь вообще, шеф?

Мы уже переместились на новую точку и внизу снова колыхались серые щупальца, уже принявшиеся выстреливать в воздух свою субстанцию. Поэтому вместо ответа, я просто направил спрессованную плиту воздуха в сторону.

Потом произошло событие, заставившее меня иначе посмотреть на происходящее. В этот раз щупальца полезли отовсюду. Со всех сторон и на всей площади моря. В радиусе, как минимум десятка километров. Эдакий уродливый гигантский ковёр, который без остановки портил воздух.

Единственным способ выйти из зоны поражения, был вертикальный подъём. Однако, дальше наши перспективы становились сомнительными. Тот распылённый порошок, которым неизвестный монстр выстрелил в первый раз так и поднимался ввысь. Намекая, что верхний потолок на котором он остановится, ещё не достигнут. Вполне может быть, что его вовсе нет, этого потолка.

— Как ты его не заметил? В нём вообще есть менос?

Мой взгляд был обращён на канадца, который обозревал клубы чёрной дряни, которая бурлила внизу, становясь всё ближе.

— Нет, шеф. Не вижу ни единой капли.

Маскировка. Либо способность, либо у этой безразмерной махины ранг не меньше десятого. Потому что я тоже не чувствовал никакого тепла. Для использования подобной хитрости, позволяющей скрывать от остальных не только свой внешний вид, но и менос, разрыв в рангах должен был составлять не меньше пяти.

Птицы Рух, с которыми мы лихо разделались, теперь казались даже не первой волной атаки, а проверкой. Попыткой понять, правильная цель попалась в ловушку или нет? Мы убили их и сами захлопнули собственный гигантский капкан.

— Смотрите.

Я ошибся. Ловушка оказалась не просто громадной. Скорее она была безразмерной — на десятки километров вокруг поднимались новые чёрные тучи. Идея о том, чтобы постепенно продвигаться в любом из направлений, изначально показалась здравой. Однако теперь, глянув туда, куда показывала Ольга, я начал в ней сомневаться.

— Можно ведь просто использовать воздушный щит. Это ведь, по своей сути, туман внизу, правильно? Воздух его сдержит.

За время, пока мы наблюдали и обменивались фразами, пришлось ещё дважды прыгнуть вверх. Скорость подъёма чёрной пыли росла буквально на глазах.

— Совсем не факт.

Мой короткий ответ, Ольгу не удовлетворил. Достав нож, женщина примерилась и одним ударом отсекла мизинец на левой руке. Даже не глянув на охнувшего сына, кинула его вниз, окружив воздушным барьером.

Комментировать это я не стал. А вот за стремительным спуском кусочка плоти проследил с интересом. Окунувшись в тёмное, вспухающее облако, тот почти сразу вернулся назад. Правда, выглядел совсем иначе — кость с жалкими ошмётками мяса. Воздушный барьер защитить его не смог.

Мозг, которому не хватало крови, работал вполсилы. Поэтому тепловую способность я испытал только сейчас. Выяснив, что она в отличие от воздушного барьера, работала. Успешно испаряя чёрное вещество, что быстро поднималось наверх.

Сделав ещё один прыжок, поднялся на очередные полсотни метров. Повернул голову к задумчивому Франсуа.

— Ты способен чувствовать менос сквозь эту тучу?

Потом все они снова прыгнули вверх, а Константин и канадец сместились в сторону. Их лидер использовал Лебуа в качестве своеобразного наводчика, чтобы расположиться точно над каменной колонной.

Ещё мгновение и Лагов окутался странной мерцающей плёнкой, которая чем-то напоминала марево самолёта. А потом вдруг устремился вниз.

Ольга непонимающе охнула и опять прыгнула, уходя от дыма, который подступил к самым ногам. Только после этого посмотрев на место, в которое нырнул Константин.

Единственное, что успела отметить женщина — окружающая его защита напоминала своей формой бур и в отличие от обычной, была отлично видна со стороны.

— Он же не умирать? Лагов не дурачок, так?

Англичанка, которую закадрил тот красавчик-майор, прокричала вопрос, смотря на Франсуа. Тот, обернувшись, рывком приблизился к ним.

— Тепло поверх воздушного щита. У него броня на пять тысяч градусов Цельсия.

Канадца Воронова прекрасно поняла — значит теперь он сам использовал поле перевода. Даже обидно немного. Все вокруг умели с ним обращаться, а вот она пока не научилась.

Но ещё больше она хотела получить такую же тепловую способность, как у Константина и Франсуа. Или что-то поинтереснее. Пока у женщины была только регенерация. И пусть та позволяла не переживать за отрубленный мизинец, который через несколько суток отрастёт, но хотелось бы чего-то куда более убойного.

— Он добрался. Ещё чуть-чуть.

Канадец говорил на английском, так что в голове у Ольги звучал чистый русский язык. Разительное отличие от англичанки, которая постоянно пыталась на нём говорить, ужасающе коверкая слова. А ещё в разведке ведь служит. Хреново их там учили.

Поймав себя на мысли, что просто завидует молоденькой блондинке, Ольга сначала поморщилась. Через секунду, снова прыгнув вверх, улыбнулась. Менос восстанавливал не только здоровье. Органы снова начинали работать. И если даже сейчас, она чувствует себя сбросившей, как минимум двадцать лет, то что будет к моменту, когда Защитница доберётся до ранга «дельты»?

Туман, который без остановки поднимался следом за ними, вдруг остановился. А потом начал развеиваться. Исчезал и таял, растворяясь прямо на глазах. И так по всему квадрату, что раньше был заполнен чёрной тучей.

Как Лагов вообще додумался совместить тепловую способность с защитой? И что такого он сделал внизу?

Лебуа осторожно спустился немного ниже, присматриваясь к исчезающим клубам дыма. Потом ударил воздухом, разметав ошмётки тумана в разные стороны. Ещё чуть выждав, продолжил спуск.

Переглянувшись, остальные двинулись за ним. Спустя ещё несколько секунд остатки тумана окончательно растворились и далеко внизу обнаружилась каменная скала, на которой виднелась человеческая фигура. Ни одного серого щупальца рядом не было.

На миг позволив себе свободное падение, Ольга всё-таки обхватила собственное тело воздухом и продолжила плавный спуск. Лебуа мчал вниз прыжками, каждый раз чуть притормаживая, но в итоге продолжая падать. Блондинка из МИ-6 решила поиграть в пафос и буквально создала себе воздушную лестницу, ведущую с неба. Вот сын держался рядом, не желая выпускать её из поля зрения.

По мере того, как она снижалась, становились видны детали. Скала оказалась расколота на три части, на вершине одной из которых восседал Лагов. Вокруг валялись расколотые металлические обломки, а в руках мужчина держал искорёженную конструкцию, тоже состоящую из металла.

— Что это за дары моря, мон ами?

Несмотря на расстояние, Ольга хорошо расслышала вопрос канадца. Точно так же, как и последовавший на него ответ Лагова.

— Вещь, которую точно стоит показать нашему археологу.

Стамбул, Варшава и грядущий апокалипсис в котором нас непременно захватят жуки-личинки. Как-то так рисовала ситуацию пресса, собирающая сейчас такую жатву в виде колоссальных просмотров, которой не было даже сразу после падения Столбов. Человечество содрогалось в истерике, требуя немедленно принять меры. Десятки государств объявили о закрытии границ с Польшей и Турцией. Греция начала мобилизацию и стянула все наличные силы к границе, ведя переговоры о совместных действиях с соседними странами. Германия начала разворачивать кордоны на границе с Польшей. Чешский премьер обратился к нации с экстренным сообщением и призвал каяться в грехах.

Паника. Вот что сейчас бушевало в головах миллиардов людей. Определяя их действия и поступки. Виной которым был один единственный Защитник, получивший мерзкую, но при этом крайне эффективную способность.

Всё это обрушилось на меня сразу же, как мы оказались около Золотого Столба. На связь вышли аналитики Дмитрия, объявился Тадеуш и даже пришло сообщение от Пак Джин Хо. Последний интересовался не потребуется ли мне помощь для стабилизации ситуации в Европе, одновременно вскользь упоминая, что планирует оказать поддержку Го Биню в уничтожении двух китайских Угроз.

В ответ я попросил сформировать канал связи с новым китайским лидером и точно так же, намёком, одобрил помощь китайцам.

Помимо предсказываемого апокалипсиса, атаковали лагерь около Изумрудного Столба. Какая-то мощная тварь, что выбралась из тайги. Кто конкретно был её целью непонятно. Но когда нападавший стал терпеть поражение, то кинулся в Столб. Исчезнув там вместе с Петром, который решил опробовать на нём приём с вертикальным падением сверху. Тот самый, которым я расколол скалу и добрался до механизма, чьё уничтожение немедленно остановило атаку. Могу поспорить — эта же металлическая коробка была ответственна за наше появление в нужной точке посреди океана.

Вот в случае с Петром я помочь никак не мог. Если они переместились вдвоём, то наверняка продолжили бой на той стороне. Либо Пётр оказался в произвольной точке Изумрудного мира, а его врага выкинуло где-то ещё.

Отыскать Защитника на чужой планете в любом случае было невозможно — оставалось только ждать и надеяться, что он выжил.

Зато до Варшавы и Стамбула я дотянуться вполне мог. Что заставило ещё раз взвесить ситуацию и оценить новые данные.

Прогноз Тадеуша, несмотря на весь его профессионализм, который мне крайне импонировал, был близок к апокалиптическому. С точки зрения парня, Варшава уже пала, а следом зараза должна была охватить всю Польшу и хлынуть дальше.

Определённый смысл в этом имелся. Но поручик не учитывал, что личинкам требуется менос. Которого в окружающей нас атмосфере почти нет. Именно поэтому, с каждой новой волной, они получались всё мельче и слабее. Срок жизни у каждой из них, включая выпущенных самим Гловацким, тоже был ограниченным.

Основной проблемой был сам поляк. Только он способен генерировать полноценных захватчиков, которые могут самостоятельно захватывать чужие тела, размножаться и жить куда дольше своих «потомков». Не говоря уже о том, что скорее всего располагают каким-то подобием разума.

Потенциал этого жирного Защитника я уже оценил. В аэропорту он выпустил не меньше тысячи разнообразных мелких тварей. Если вспомнить, что Гловацкий мог генерировать их на постоянной основе, Стамбул тот мог бы быстро подмять полностью. А учитывая свою свободу перемещения, устроить мятежи по всей Турции. Однако ничего подобного не происходило.

Что до польского правительства и президента — тут я склонялся к тому, чтобы согласиться с Тадеушем. Верхушка страны была заражена, парадоксальным образом используя собственное заявления об атаке с применением биологического оружия, чтобы распространять заразу дальше. Поочерёдно вызывая группы бюрократов из разных ведомств, подсаживая в их головы личинок.

Тем не менее, ничего экстраординарного они пока не предпринимали. Что означало — я наблюдал вторую попытку привлечь моё внимание. Страховку на случай, если Стамбул не сработает.

Игнорировать подобные кризисы мне совсем не нравилось. Вместе с тем, я не мог взять и прямо сейчас кинуться их спасать. Нельзя помочь кому-то подняться, если ты сам не слишком уверенно стоишь на ногах.

Поэтому, я раздал указания, проверил сделки на бирже, которая постепенно становилась всё менее значимой в плане доходов и отправился в номер, занятый командой археологов. Хорошие новости заключались в том, что за время нашего отсутствия их никто не потревожил. Плохие — мы так и не получили способность, ради которой отправились в Золотой Столб.

Ещё один ощутимый минус касался лично Варзова. О котором парень сразу догадался — увидев остатки механизма, которые я аккуратно уложил на стол его комнаты, он заметно побледнел.

— Снова? В прошлый раз… Это было очень болезненно…

Его нежелание было понятно. Однако других Защитников с такой способностью я не знал. Если судить по нашей прошлой попытке — несмотря на все предпринимаемые усилия, они так и не появятся.

— Я бы мог сказать, что ты к этому привыкнешь. Но не стану лгать — больно, наверняка будет каждый раз. Зато ты сможешь увидеть прошлое. Сделать то, на что неспособен ни один человек на планете. Разве это не то, о чём мечтают историки? Посмотреть на всё своими глазами?

Вздохнув, он кивнул. Манипуляция была простенькой. Её и манипуляцией то назвать стыдно. Тем не менее, ему хватило. Не зря в прошлый раз он занимался этим добровольно и по собственной инициативе.

Подойдя, парень внимательно осмотрел металлические осколки. Задержал взгляд на крупной части механизма. И выдохнув, приложил к ней руку.

* * *

Он привык, что в образе зверя сильнее всех вокруг и никто не способен причинить ему боль. Патрульные в Архангельске были беспомощны — он играл с ними, как с куклами. Даже медведь, который раньше одним своим видом заставил бы впасть в панику, был убит с первого удара.

Но эти люди… Они смогли ранить его. Плохие, ужасные монстры с дурацкими копьями и нежеланием умирать.

Самое отвратительное — оказавшись внутри Изумрудного мира, парень, которого когда-то давно звали Яшей, всё ещё чувствовал копьё, которое вонзилось глубоко в плоть и ноги Защитника, что стоял на его спине.

Яростно взревев, сделал кульбит, желая скинуть врага, а потом обрушиться на него лежачего. Но тот успел спрыгнуть первым. Выдернув оружие из раны и напоследок хорошенько пнув по уже сломанным рёбрам.

А когда сильный и могучий зверь начал разворачиваться, наконечник копья резанул по задней лапе, вспарывая плоть и разрывая сухожилия. Яша заорал. В голос и от души. Попытался отпрыгнуть в сторону, чтобы избежать ещё одного удара, но не учёл, что одна лапа теперь не работает и неловко растянулся на воздушных корнях.

Следующий удар пришёлся в бедро всё той же задней лапы. На этот раз пробивая мышцу насквозь и полностью лишая конечность функциональности.

Потом противник ранил его в бок и вторую заднюю лапу. Несколькими прицельными попаданиями выведя её из строя. Человек в образе громадного монстра приготовился умирать. Приподняв голову, следил за своим противником, ожидая, когда тот снова выбросит копьё и свет вокруг погаснет.

Увидев, что вместо этого, Защитник сделал шаг назад, Яша изрядно удивился. Потом нос ощутил знакомый запах — так пахли следы местных жителей, которые он встречал во время своей прошлой вылазки.

Волк начал поворачивать голову, но тут его шеи что-то коснулось и монстр провалился в сонное забвение.

* * *

Франсуа обожал утренние прогулки вдоль моря. Когда в лицо бьёт ветер, ты чувствуешь запах близкой солёной воды и можно сколько влезет любоваться водной гладью.

Однако, когда он размышлял о чём-то подобном, как правило представлял себя в компании красивой девушки. В крайнем случае, одного. Но точно никогда не думал о том, чтобы гулять вдоль побережья с кудрявым психопатом, который недавно вырубил две специальные службы Британии.

Однако, приказ Лагова был именно таким — пройтись с Оливером по порту, чтобы тот показал судно, на котором прибыл. Сам парень утверждал, что его привёз какой-то транспортник. Отталкиваясь от описания — сухогруз. Правда абсолютно не помнил его названия.

Сам шеф этим утром вылетел в Афины. Весь остаток ночи сидел и разговаривал с Варзовым, а потом прыгнул в джет и помчал в Грецию. Дмитрий на другом борте улетел в Петербург. Из их четвёрки осталась только Ольга, но после того как сын уехал в аэропорт, женщина стала слишком уж плотоядно поглядывать на канадца, так что он был отчасти рад ретироваться.

Вот с Тессой он наоборот, пообщаться был бы совсем не прочь. Но английская платиновая блондинка уже была прочно занята Елисеевым. И не испытывала к Лебуа ровным счётом никакого интереса. Новая способность, которую они всё-таки получили этой ночью, ещё трижды зайдя в Золотой Столб, гарантировала отсутствие всякого интимного интереса со стороны Прескотт.

Она же подсказывала, что идущий рядом Оливер Джейсон чаще всего полностью серьёзен и не испытывает никакой злобы. Франсуа пока не научился тонко читать человеческие эмоции, поэтому ничего более глубокого сказать сейчас не мог. Но ничего — в процессе научится. Тем более, шеф поставил его надзирать за всеми представительствами Корпуса.

Пока, правда, у них было всего одно такое — в Лагосе. Именно туда Лебуа должен был отправиться сразу после того, как разберётся со всеми делами здесь. Например выяснит, какое именно судно привезло сюда Оливера Джейсона и откроет представительства Корпуса в Лондоне и Париже.

— Так значит, чё получается. Я никого больше не убиваю, а вы меня оставляете в покое?

Канадец повернул голову к тощему кудрявому юноше, одетому в чёрную куртку, которую нередко носили подростки на местных окраинах.

— Что-то вроде того.

— А документики? — Оливер слегка прищурился. — Документики мне тоже сделаете? И домишко бы… И деньжат! Деньжат подкиньте. А то я как бомж. Двадцать копий вчера сделал, сидели мелочь просили. Едва на одного меня хватило, чтобы пожрать.

Франсуа очень хотелось сказать, что Оливер мог легко создать клона рядом с деньгами или едой. Раз он проник в два из самых защищённых зданий страны, провернуть нечто подобное с условным магазином или даже банком, никакого труда не составило бы. Но после короткой паузы, канадец решил, что это будет лишним. Если парень настолько буквально воспринимает договорённость с шефом, пусть так и будет.

— Ты же из Британии родом, верно? Тут хочешь и остаться.

Собеседник посмотрел на него чуть округлившимися глазами и провёл пятёрней по волосам.

— По акценту что ли не слышишь? Из Кардиффа я. Настоящий кельт! Вот так-то! На днях англикашки отведали на вкус истинный кельтский болт! И чё мы ваще до сих пор с ними в одной стране…

Кардифф… Вроде бы это столица одного из британских регионов. Два из них Лебуа помнил отлично. Сама Англия и Шотландия. Вот остальные… О, точно! Ещё Северная Ирландия.

Название четвёртого канадец вспоминал ещё секунд пять. Пока, в голове наконец не всплыло нужно слово. Уэльс. Там и правда жили потомки кельтов. Точно так же, как и на полуострове Бретань во Франции. Последние остатки народа, что когда-то был известен в качестве галлов.

Жильё в Кардиффе, он конечно же парню пообещал. О денежном содержании они тоже договорились. Франсуа был уверен, что попроси юноша Прескотт — та добилась бы выделения ему пентхауса где-то в Лондоне. И организовала всё, чего потребует душа парня — от обедов с тремя переменами блюд до оргий, которым позавидовала бы сама Клеопатра. Но Оливер почему-то решил обратиться с этой просьбой именно к нему. Либо не дурак и понимал, что в обмен британцы рано или поздно станут просить об услугах, либо наоборот дурак и не осознавал, в насколько выгодной ситуации оказался. Жаль, спросить напрямую и оценить искренность при помощи новой способности нельзя. Обидится же.

— Вот! На нём я приплыл.

Джейсон ткнул пальцем в одно из судов и Франсуа повернул голову. Сухогруз под названием «Белый цветок».

Сам Оливер сделал шаг, остановившись рядом.

— Если что, я могу там побродить, позырить. Тиснуть чё-нить. Бумажки там, баблишко.

Покосившись на него, Лебуа отрицательно покачал головой. Достав телефон, сделал фото судна и отправил его в общий чат с Тессой, где кроме него был сам Лагов и Дмитрий. Теперь это уже их дело. Выяснить, кому принадлежит судно, как Оливер попал на борт и кто стал организатором этой схемы.

Убрав телефон, повернулся к Джейсону и обнаружил, что тот внимательно изучает его, засунув руки в карманы куртки. Агрессии канадец не почувствовал, но кудрявый кельт был без сомнений напряжён.

— Вопросик такой у меня есть, — помедлив, он смерил его взглядом и прищурился. — То, что я хэдвасов вальнул, типа меня изгоем делает или чё-то такое?

— Кого вальнул?

Юноша поморщился. Цокнув языком, сплюнул на землю.

— Ну фэдсов. Чё ты на меня так смотришь? Копов! Тех обалдуев в отеле.

В этот раз Лебуа уловил смысл после первой же фразы — слово пришло в Британию из Штатов и часто использовалось молодёжью в Канаде. Удивление было вызвано иным — сутью заданного им вопроса. Опасаясь, что сейчас понял всё неправильно, уроженец Квебека решил переспросить.

— Изгоем среди кого?

— Ну-у… Среди вас. Ну чё ты не вдуплишь никак? В Корпус этот я могу вступить или чё? С головастиком мы разругались малость. Она ваще отбитая наглухо оказалась.

К такому Франсуа жизнь не готовила. Как и инструкции, оставленные Лаговым. Ни один из них не предполагал, что кудрявый Защитник, находящийся в списке Угроз, вдруг попросится в Корпус.

Чуть наклонившись вперёд, парень внимательно посмотрел на Лебуа. Вытащив правую руку из кармана, разочарованно махнул.

— А, ну и ладно. Не бери в голову. Тока это — фунтов хотя б полтинник подкинь. Тут паб рядом есть — щас забегу, малость притушить своё разочарование этой тухлой жизнью.

Канадец был совсем не уверен, что Корпусу нужен такой Защитник. С другой стороны — его способность дорогого стоила. А эмоции подсказывали, что юный кельт ни разу не солгал. Полицейские, конечно, были мертвы. Однако, Оливер пришёл в порт, как обещал. И вроде бы ни разу не нарушил закон.

— Я уточню у шефа.

Слова дались тяжело, но Лебуа их всё-таки выдавил. В глазах развернувшегося Защитника тут же заплескалась радость.

— В натуре? Вовек не забуду, бро! Вот те мой козырной зуб-резец.

Переминаясь с ноги на ногу, он подождал, пока Франсуа отправил Константину сообщение. Чуть поёжился от прохладного ветра.

— Ну так чё? Если прям щас выпишешь аванс, паб за мой счёт. Идём?

* * *

Три часа и пятнадцать минут. Именно столько длился перелёт из Лондона в Афины. Время, которое я провёл в полном одиночестве, если не считать с интересом посматривающей на меня стюардессы. Три часа анализа и размышлений.

Рё Ёсида прислал новый пакет информации. Неожиданный и наводящий на размышления. Ещё — намекающий, что в самом ближайшем будущем мне придётся навестить Японию. Что отчасти даже кстати — я ведь так и не исследовал место, в котором содержалась та китообразная махина со вскрытым черепом. Монстр, который предназначался Токийскому мяснику, а достался мне.

Плюс, в мире Индиго имелись неплохие варианты быстро получить солидный объём меноса, если знать пару секретов. Повезёт — смогу продвинуться на своём пути к «дзете».

Правда сейчас, мои мысли крутились отнюдь не вокруг развития. «Сад Счастья» и тридцать девять Угроз — вот о чём я думал. В прошлый раз они ведь тоже присутствовали. Никак не могло быть такого, что клиники не существовало. А значит, имелся тот же самый список людей. От Гловацкого до Оливера Джейсона. Однако они никак себя не проявили. Почему?

Раз во всём виновна эта Головастая, то где она была тогда? Мы ни разу о ней не слышали. Никто не знал о Неумирашке или толстом поляке, всегда готовом заразить окружающий мир насекомыми. Гигантского волка и мужчину, который был способен делать взрывчатку из воздуха, можно было отбросить в сторону — они были не настолько уникальны. Однако первые двое точно бы остались в человеческой памяти.

Необъяснимо, но факт. Знать бы ещё, что с этим самым фактом делать. Единственное, что приходило на ум — убийство будущего Токийского мясника. Если предположить, что им тоже управляла Головастая, а я прервал её цепочку, то…

Да нет. Тоже не сходится. Японский маньяк-убийца пусть и оказал влияние на мировые процессы, сделал это опосредованно. За счёт разрушения собственной страны. Сейчас же хаос распространялся по всему миру.

Обычно я не любил ломать голову над задачей, для решения которой изначально нет достаточных данных. Однако сейчас было впечатление, что информации вдосталь. Только сложить из неё осмысленную картину никак не получалось. Такую, чтобы разные её части не противоречили друг другу.

Параллельно в голове крутились слова Варзова. После контакта с механизмом парня трясло и крутило. Зато в глазах появился реальный интерес.

Суммарно он касался обломков девять раз. И наверное мог бы ещё, но я сам отправил студента спать. Поручив остатки захваченного механизма Ольге и попросив её продолжить работу со студентом на следующий день, фиксируя на камеру все его рассказы.

Однако и этих девяти раз хватило, чтобы Варзов вывалил на меня массу разнообразной информации. Если на трупе птицы Рух его способность сработала всего единожды, тут каждое касание открывало новый пласт — от производства механизма, который работал на базе меноса, до его установки внутри скалы.

Он не мог сказать, какие мотивы были у лэйков. Однако, подобных штуковин в Золотом мире было сразу три. Ещё — парень описал структуру подводного монстра. По его словам, это был биологический механизм. Управляемый чем-то вроде небольшого электронного мозга, который был встроен в контур. Тот самый, что я выдрал, расколов скалу.

Возможно кто-то счёл бы это открытие не столь важным. Тем не менее, новые вводные заставляли смотреть на ситуацию совсем под иным углом. Вызывая массу очевидных вопросов, первый среди которых звучал очень просто — зачем туземцам размещать механизмы, которые заработают только после того, как их собственный мир рухнет?

Самый простой ответ мой мозг сгенерировал сразу. Он даже звучал логично и легко объяснял все звенья цепи. Но при всём этом, крайне мне не нравился. Из-за чего самолёт в аэропорту Афин я покинул в весьма мрачном расположении духа.

Местные власти мы извещать не стали. Согласно официальной версии я сейчас летел в Варшаву, чтобы помочь польскому правительству справиться с заразой. Британцы даже послали борт-обманку, у которого должны были возникнуть «технические проблемы», из-за чего экипаж запросит посадку в другом городе.

Но вот греческая оперативная группа была в курсе и всё подготовила. Когда я покинул самолёт, прикрытый от всех окружающих оптической иллюзией, меня уже ждала машина. Открытый внедорожник, который тронулся в путь, как только я коснулся плеча водителя. Оттуда я выпрыгнул, когда авто на полном ходу проезжало мимо вертолётной площадки. А через несколько минут уже поднимался вверх на одной из воздушных машин.

Ещё полтора часа полёта, за которые я в основном общался с Петром. Парень пришёл в себя и был готов отвечать на вопросы, которых у меня тоже было немало. Не каждый день лаффары берут и утаскивают твоего врага, предварительно его вырубив.

Если верить Защитнику, именно это и произошло. Когда он собирался добить монстра, за спиной последнего появились лаффары. Семеро воинов с оружием в руках. Сначала Пётр решил, что они сами хотят его прикончить. Но аборигены всадили в тварь дротик из духовой трубки и тот отключился.

Попытка вступить в контакт ни к чему не привела. Разговаривать туземцы не хотели — трое наблюдали за парнем, готовые вступить в бой, а ещё четверо привязали гигантского волка к бревну, чтобы было удобнее тащить по лесу.

Вероятность того, что они забрали его для какого-то хитропридуманного ритуала тоже существовала и сбрасывать её со счетов не стоило. Однако мне было бы куда спокойнее, прикончи он эту тварь. Наверняка тоже одна из Угроз — кто ещё будет нападать на охрану Столба и Защитников, приняв образ гигантского волка.

О подобных оборотнях я раньше тоже не слышал. Если верить моему форуму и интернету в целом — среди остальных Защитников таких не существовало и сейчас.

Немного перчинки добавлял один небольшой нюанс — Пётр переместился на восточное побережье северного материка. В район двух пиков, где был установлен маяк. У них с Василиной привязки к нему не было и оба даже не догадывались о его существовании. Однако, парня вместе с громадным волком, выкинуло именно там.

Это означало, что забравшие волка лаффары, могли быть из того же племени с которым я уже дважды сталкивался и заключил соглашение. Жаль, интересоваться у Петра рисунками на телах и лицах аборигенов оказалось бесполезно — он ничего о них не запомнил.

Очень странная ситуация. И пусть военные были предупреждены, а помимо них около периметра дежурили Защитники, мне казалось, что волк из наших рук, считай ускользнул.

Плюсом к нашей беседе, пришло подтверждение успешного прибытия в Петербург от Дмитрия и необычный вопрос от Франсуа. Никогда бы не подумал, что кто-то вроде Оливера станет интересоваться вступлением в Корпус.

Потенциал его способности говорил сам за себя, да и Лебуа утверждал, что парень ведёт себя искренне, а ссора с Головастой не выдумка. Однако… Всё это было несколько странно.

При этом отказываться и упускать шанс привлечь на свою сторону того, кто изначально рассматривался игроком с другой стороны в качестве ударной фигуры, я тоже не хотел. Поэтому, после какого-то периода размышления, дал добро на его присоединение в качестве стажёра. С условием, что Франсуа лично за ним присмотрит, сделав своим помощником.

Канадца такое положение вещей, не сказать, что обрадовало. Но и серьёзных возражений не нашлось — пришлось соглашаться. Тем более ему всё равно понадобилась бы компания. Не дело, когда Защитник отвечающий за все представительства Корпуса кроме российского, раскатывает в гордом одиночестве.

Когда мы оказались вплотную к греко-турецкой границе, пришло ещё одно сообщение от Дмитрия. Лаборатория, куда мы отдали на анализы все ягоды из Изумрудного мира и жидкость, наполнявшую бассейн лэйка в Золотом, наконец завершила работу.

Правда, оценить результат я не успел — уже было пора выпрыгивать из вертолёта. А читать отчёт во время того, как несёшься гигантскими прыжками в сторону Стамбула неудобно. Будь ты хоть трижды «эпсилоном», всё равно трясёт, а букв не разобрать. Да и объём текста они прислали большой — краем глаза я всё-таки глянул, почти сразу закрыв и оставив на будущее.

Сам Стамбул встретило хмуро. Оказался затянут тучами, из которых периодически срывался дождь. Улицы, несмотря на обстановку и погоду были полны людей. Я же, опустившись на крышу одного из зданий около захваченного телецентра, повёл вокруг взглядом. Если эту операцию действительно планировала та самая девушка с раздутым черепом, она наверняка считала, что с моей стороны проблема будет решаться исключительно силой.

Зря. Сейчас мне противостояло ходячее и разумное биологическое оружие. А значит и действовать требовалось соответственно.

* * *

Йоханна Кремер устала. Добраться до Стамбула было просто — почти все рейсы, идущие в город пустовали. Туристы массово отказывались от давно оплаченных билетов — несмотря на отмену рейсов некоторыми авиакомпаниями, найти свободное место оказалось несложно.

Вот дальше произошло досадное. Основную ставку Кремер делала на способность, о которой никому не рассказывала. На ту, что позволяла запомнить отпечаток меноса каждого Защитника и потом отыскать его. Работала она в радиусе приблизительно пятнадцати километров, что для городской среды было более чем достаточно. А Гловацкого немка видела на близкой дистанции и естественно зафиксировала его отпечаток меноса. Такой же уникальный, как узор на подушечках пальцев.

Проблема была только в одном — сколько бы девушка ни перемещалась по Стамбулу, переодевшись в гражданское и спрятав топор в сумку, найти поляка не получалось. Голову же всё чаще посещали мысли, что тот может оказаться в Варшаве. Тогда как Стамбул был использован исключительно для размытия фокуса.

Звучало это логично. Польша была родиной Гловацкого и если бы он решил захватить где-то власть или переустроить жизнь страны на свой вкус, наверное стала бы первой мишенью. Однако в этой концепции её прилёт в Стамбул был полностью бесполезен, что немку категорически не устраивало.

Поэтому, прямо сейчас она сидела в очередном заведении, пила энную по счёту чашку турецкого кофе за сегодняшний день и отчаянно пыталась отыскать знакомый отпечаток. Не то слабое, едва заметное сияние, которое демонстрировали личинки Гловацкого, а его самого. Всех заражённых Кремер тоже чувствовала, но считала, что нет смысла тыкать зубочисткой в шею гидры. Если хочет победить — нужно срубить голову.

Сравнение было так себе — у эллинской гидры было девять голов и они отрастали, а у Гловацкого всего одна и если её снести, он скорее всего умрёт. Но девушка слишком устала, чтобы придумывать вариант получше.

Снова взяв чашку кофе, она замерла. Миг и вокруг разлетелись осколки, а пальцы ощутили влагу тёплого кофе. Лагов! Здесь, в Стамбуле — буквально километрах в трёх от неё.

Секунд десять посидела на месте, стиснув зубы и размышляя. Потом поднялась со своего места, сунула в руку нервного официанта банкноту на сто евро и взяв сумку, двинулась к выходу. Как там любят говорить, снимая разные юмористические ролики — искала медь, а нашла золото? Так вот — сегодня ей вовсе попался слиток палладия.

Было бы куда проще, если бы паренёк сам дал им полный расклад. Но Неумирашка повторял одно и то же — знать не знает, где до того был. Перевозили его под мощными седативными, очнулся уже в апартаментах без окон. Спрашивал, понятное дело, почему так — отвечали, что для его же безопасности.

Потом снова препараты, машина ночью и судно, на которое они поднялись. Он даже не мог толком сказать, как там оказался. Способность получил уже внутри Золотого мира. Увидел самого себя во сне, сжигающего какой-то комок слизи в каменном гнезде. Ещё успел отметить время в которое подошёл к Столбу и переместился внутрь.

Сделал всё точно, как во сне — отправился внутрь, прихватив пару пластиковых бутылок бензина и коробок спичек. Сжёг непонятную хреновину, которая от пламени почти моментально сдохла. Получил способность и ранг «беты». Выждав час, вернулся назад. Чтобы всем так жить. Бывают же удачливые сукины дети.

Дальше развлекался в окрестностях Лондона, пока на связи не объявилась кукловод, попросившая помочь. Сам он правда говорил, что девчонка просила убивать. Хотела, чтобы он вырезал МИ-5 и МИ-6 в полном составе.

После провала и гибели второго Защитника, который атаковал отель, лидер этой самой странной в мире подпольной структуры снова с ними связалась. Что именно предложила — оставалось непонятным. Но соглашаться парень не стал. Вместо этого решил присоединиться к Корпусу Защитников.

Знай она заранее, что тот рассматривает подобный вариант, сама бы предложила какие-то опции. Королевство тоже могло обеспечить немало материальных благ. Уж точно не меньше, чем Лагов. Но момент уже был упущен.

О том, чего может добиваться эта девушка и где она сейчас находится, Прескотт думала постоянно. Порой пыталась отгородиться от этих мыслей, но они всё равно настигали и требовали внимания.

Мотив. Сколько бы она ни возвращалась к этому, никак не могла отыскать мотивацию для действий «кукловода». Зачем ей это?

Следующий вопрос, который задавала себе британка — кому это выгодно? Ответ на него был очевиден. Но в свою очередь порождал громадное количество разнообразных теорий и заставлял иначе взглянуть на Столбы.

Всё это заставляло девушку выкладываться на полную. Активно пользуясь теми полномочиями, что были предоставлены ей премьер-министром. Например, прямо сейчас она ждала, пока её соединят по правительственной связи с офицером «Айби», который возглавлял индийскую оперативную группу контрразведки.

Было бы куда проще, пойди они по схеме самой Британии. Однако индийское правительство предпочло не нарушать разделения ведомств. Контроль Столба и окрестностей закрепили за военными, учёт Защитников отдали полиции, а у контрразведки оставили старый функционал — наблюдение и анализ. В Индии они тоже не имели права на самостоятельное задержание и своих оперативников. Потому занялись привычной аналитикой.

Канал связи она бы тоже предпочла использовать другой. Этот наверняка слушается всеми, кому не лень — итоги их беседы окажутся слишком у многих людей. Но бюрократические протоколы не давали выбора. К тому же после неудачного ядерного удара по своему Столбу, индийские чиновники стали куда более нервными.

В трубке зашелестело и там послышался голос визави.

— Мы получили ваш пакет данных и нам есть, что сказать. Проверьте вашу почту. Желательно прямо сейчас.

Тадао Хиираги всю жизнь делал то, что должен. Известный писатель, которого пиар-отдел нанял, чтобы написать его биографию, называл нынешнего главу дзайбацу Хиираги истинным самураем. В целом Тадао был с ним согласен. Самураи — это ведь не тот образ, который сейчас продвигали на каждом шагу. Они были воинами и аристократами. Заключающими сделки, торгующимися и продающими свои клинки за деньги. Могущими снести крестьянину голову за кривой взгляд, потом изнасиловать его жену с дочерью, а следом зарубить их всех в доме. Продукт своей эпохи. Грязный и кровавый, но любящий красивую упаковку.

Он же был продуктом уже своей эпохи. Шёл по головам и трупам. Безжалостно давя тех, кто подставлялся под удар и не испытывая сожалений. Делал всё, что нужно для выживания семейной корпорации.

Проблема была только с наследниками. Старший сын, которого он готовил в преемники, разбился при полёте на лёгком самолёте. Вздумалось ему почему-то научиться самому летать на «Цессне». Младший оказался излишне склонен к самодурству и алкоголизму. Хороший господин всегда должен знать, что как поставить на место слугу и не может опускаться на его уровень. Люди ведь не бегают по улицам, как собаки. Они водят псов на поводках.

Но это работает только в том случае, если господин соответствует. Когда человек ставит себя выше только из-за того, что получил кресло, никто не станет подчиняться ему по собственной воле. А при первом же случае предадут. Не может адекватный мужчина служить тому, кто глупее его самого.

Он пытался его исправить, но это было бесполезно. Младший сын не годился для того, чтобы занять трон.

Единственный внук стал было надеждой, но потом оказался в больнице. Врачи ставили диагноз за диагнозом и расписывали лечение, но каждый раз всё оказывалось полностью бесполезно. Он так и не выходил из наполовину вегетативного состояния.

Тадао потерял всякую надежду, но продолжал править, как прежде. Защищал свои территории, порой обрушивался на врагов и казнил предателей. Параллельно пытаясь придумать конструкцию, при которой контроль сохранит его семья, но у руля временно встанут наёмники. Или престол сможет занять одна из трёх внучек. Обстоятельства сейчас менялись и пусть сам глава семьи к этому относился с прохладой, женщина во главе дзайбацу смогла бы улучшить имидж корпорации.

К тому же, какой у него был выбор? Лучше пусть будет женщина, но своей крови, чем чужой человек, который станет думать в первую очередь о своих заботах, а потом уже о семье.

Так он думал тогда. Быстро изменив точку зрения, когда на пороге появились неожиданные гости. Люди, что пообещали его внуку здоровье. Он бы выкинул их за дверь, как нашкодивших щенят. Если бы не одно «но» — они предложили свои жизни в качестве гарантии.

Абсолютно железным аргументом это тоже не было. Отдельные личности регулярно переоценивали свои навыки и пытались скрыться от руки дзайбацу где-нибудь в дальних странах. Непременно удивляясь, когда их находили и отправляли на тот свет.

Однако, на кону стояла жизнь его внука. А если посмотреть шире — будущее всей семьи. Поэтому старик согласился. Взамен предоставив услуги, которые мало кто мог оказать — стереть определённые данные, в насквозь оцифрованной Японии непросто. Для такого потребовалось сменить добрую треть чиновников префектуры, пристраивая туда своих людей. И договориться с теми, у кого был технический доступ к базам и архивам.

Непростая задача. Но он с ней справился. Врачи же успешно решили свою. Внук смог нормально говорить и общаться. Три дня в неделю он проводил в клинике на территории префектуры Окутама. Ещё четыре — дома.

Были и некоторые странности — спал он теперь плохо, а в речи проскальзывали слова, которых дед не понимал. Но это его не волновало. Внук снова был мужчиной. Дзайбацу получило своего наследника.

Смотря на это из текущей точки времени, мужчина понимал, что должен был что-то заподозрить. Хотя, винить себя было сложно — кто в здравом уме стал бы просчитывать сценарий падения на планету гигантских Столбов, за которыми окажутся иные миры?

Вот и он не стал. Даже мысли о том, что излечение внука может быть связано с чем-то подобным не было. После того, как клиника и весь их персонал вдруг исчезли, растворившись за одну ночь, он естественно пытался их отыскать. Те оставили сообщение на той электронной почте, по которой они общались в экстренных случаях. Где попросили не волноваться и не пытаться их найти. Но их поступок выходил за рамки договорённостей и поэтому, он естественно попробовал.

Отыскать никого не удалось. А спустя полгода на планету рухнули двенадцать гигантских колоссов и внук, который самостоятельно всё ещё перемещался с некоторым трудом, попросил довезти его к тому, что упал в Токио.

Тадао не совсем понял для чего это было нужно. Но именно на эту просьбу внука намекали врачи из клиники, когда отправляли ему последнее письмо. Говоря, что после этого, парень излечится навсегда.

Поэтому он исполнил её. Начальник охраны лично доставил внука к Столбу. Но вот потом… Глава семьи Хиираги даже не знал, как всё это объяснить.

В дверь осторожно постучали и внутрь заглянул тот самый глава охраны. Кацухиро — человек, которого он первым нанял на службу. Вместе они прошли долгий путь. Оставив за собой реки крови и слёз проигравших.

— Внук просит о встрече с вами, тосю.

Мужчина, что был его правой рукой, склонил голову, а Тадао махнул рукой. Опустил руки на столешницу, переплетя пальцы. После того похода в Столб, внука он видел лишь дважды. И оба разговора прошли не в слишком позитивной обстановке. Зачем пришёл сейчас? Хочет извиниться?

Спустя несколько секунд юноша шагнул внутрь. Дед даже залюбовался. Ходит сам, подбородок вздёрнут. Никакой бледной кожи и подрагивающих конечностей.

— Я благодарен за всё, что ты сделал, дед. Но скажу прямо — тебе нужно уйти. Настало время взять дзайбацу в свои руки.

Тадао моргнул. Несмотря на всё своё недовольство он собирался передать ему компанию. Но не сразу. Возможно тот и стал Защитником, как их сейчас называют. Однако сила в чистом виде не вызывает никакого уважения. Сначала внук должен был поработать на позициях внутри компании. Показать себя, завязать контакты и получить репутацию. Нельзя взять, выйти из спальни и вскочить в кресло председателя.

— Не забывай с кем говоришь. Только я решаю, когда настанет чьё-то время.

Слова внука ещё и резанули по гордости, из-за чего ответ вышел чуть более резким. Но юношу это ни капли не смутило.

— Ты не понимаешь, дед. Хиираги станут первыми. Остальные рухнут на колени и будут молить, чтобы мы позволили им жить. Микадо сам отдаст мне корону.

Если до того, у старика оставались сомнения, теперь он окончательно определился — у Рюсея нервный срыв. Или что-то гораздо более плохое.

Вдавив кнопку селектора, что связывала с приёмной, где был Кацухиро, секретарь и двое телохранителей, он заговорил.

— Выведите его отсюда. А потом найдите лучших психиатров — пусть проведут осмотр.

Дверь распахнулась и внутрь шагнул глава охраны за спиной которого маячили двое телохранителей.

Кацухиро открыл рот и протянул руку, чтобы коснуться плеча наследника. Не дотянулся — лицо мужчины вдруг странным образом исказилось, а комната наполнилась звуком слабого хруста. В следующую секунду его опорная нога сложилась пополам и начальник службы безопасности рухнул на пол. Одного удара головой хватило, чтобы череп вдруг превратился в крошево.

Позади свалились оба телохранителя. Звуки из приёмной подсказывали, что секретарь их тоже не пережил.

— Кого бы ты ни позвал, я убью их всех.

Голос внука был спокойным. Как будто вовсе не он прикончил четверых мужчин, что верой и правдой служили его же семье.

Тадао поднял подбородок. Медленно встал из-за стола. На секунду остановился, сдерживаемый инстинктом самосохранения. Но почти сразу снова начал движение.

— Не так я представлял свою смерть.

Повернувшись, снял со стены меч, семь лет назад лично врученный императором. Тогда они закрыли большую сделку на Ближнем Востоке, сделав так, что все остались довольны.

Вытащив клинок из ножен, повернулся смотря на Рюсея и принимая позицию для боя.

— Ради чего ты предаёшь родную кровь?

Тот взглянул на него в ответ.

— Чтобы выжить, дед. И стать Достойным.

О чём именно он говорит, Тадао спросить не успел. Спустя секунду тело пронзила острая боль и японец с ужасом понял, что ни один его сустав больше не работает, как надо. Они разом потеряли свою гибкость. Стоило пошевелить рукой, как кости начинали крошиться внутри. Открыть рот, чтобы закричать — стала превращаться в пыль челюсть.

Из-за боли он машинально попытался отступить в сторону и тут же ощущит, как ломаются кости ног. Правда падение вышло не таким фатальным, как у его главного охранника. Старый японец успел увидеть, как внук проходит мимо и усаживается в его кресло. Потом картинка размылась, а перед глазами опустилась тёмная пелена.

* * *

Свой старый топор Кремер достала, когда до здания, в котором должен был находиться Лагов, оставалось уже совсем немного. Она тоже научилась окутывать себя искажающей пеленой и даже могла прыгать с одной воздушной подушки на другую. Русский наглядно продемонстрировал эту технику, когда вместе с напарником добирался до аэропорта в Берлине.

Спешить девушка не собиралась. Поэтому, оказавшись около постройки, замерла, прислушиваясь к собственным ощущениям. Крыша… Лагов был именно там.

Задрав голову, она посмотрела наверх. Что он там делает? На миг внутри кольнуло сомнение. Вдруг он здесь ради того, чтобы остановить Гловацкого? А она сейчас возьмёт и превратит его в зажаренную тушку.

Потом девушка вспомнила, как стояла на коленях, не в силах пошевелиться и разум тотчас затопило гневом. К тому же, кто сказал, что она его обязательно убьёт? Русский силён и живуч — Йоханна его просто немного проучит.

Двух прыжков хватило, чтобы подобраться к уровню крыши. Третьим она взлетела выше и приземлилась прямо на неё. Непонимающе моргнула. Закрутила головой, не понимая, почему не может определить точку, в которой находится Лагов. Способность сигналила, что он повсюду. Как будто вокруг неё сотни и сотни русских Защитников.

Потом послышался негромкий смех.

— Ты же не думала, что захватишь меня врасплох?

Внутри всё свело от ярости. Голос шёл сверху и немка тут же подняла голову. Ощущения не изменились — ей казалось, что наверху висит целая толпа Защитников. Правда, ничего не мешало ей ударить по площади. Почему бы и нет.

— Скажи, а как далеко ты можешь чувствовать других? Если я подведу тебя на расстояние двадцати километров, этого хватит?

Теперь голос зазвучал совсем с другой стороны, куда Кремер немедленно повернула голову. На миг захотелось немедленно обрушить свою первую способность, которая позволяла накрыть всю область электричеством, но девушка сдержалась.

— Ты о Гловацком?

— Именно. Сможешь почувствовать его за двадцать километров?

Кого она больше не любит? Поляка, который массовый убийца или русского, что порой напоминает полного психопата без грамма эмпатии?

Выбор был сложным, но с рациональной точки зрения предопределённым. Один был отморозком и Угрозой поистине планетарного масштаба. Второй — всего лишь грубым и бесячим Защитником.

— Пятнадцать. Но как ты это сделаешь?

Демонстративно опустив топор, она устремила взгляд вперёд, ожидая ответа. И спустя мгновение в самом деле его услышала.

— Для начала нам понадобится сырьё.

Не успела девушка уточнить, что именно Лагов хотел сказать, как в воздухе что-то мелькнуло и на крышу шмякнулось человеское тело. Кремер рефлекторно отшатнулась назад, а рядом с ней вдруг проступила фигура мужчины, который покосился на девушку, что ещё оставалась прикрыта невидимостью.

— Тебя случайно не мутит от вида крови?

* * *

Вскрывать человеческие головы, извлекать насекомых и сначала превращать их в сплющенный блин, а потом растирать в порошок — не самое интересное занятие. Но жизненно необходимое, когда тебе нужно отыскать кого-то вроде Гловацкого.

Раньше у меня такой возможности не было. Обычно подобное вовсе проворачивали с куском недавно отсечённой плоти, в которой ещё было достаточно концентрированного меноса. Того же, что пропитывал тело Защитника.

Если знать, как его заблокировать и что делать потом, можно было создать своего рода указатель. Вещь, которая приведёт тебя к цели. Нюанс был в том, что менос требовалось использовать немедленно. Не воспользовался в первые секунды — можешь забыть о такой опции.

Поэтому, подобный метод был недоступен в Берлине. Там, первейшей задачей было недопущение массового заражения — на тот момент я толком не оценил потенциал польского Защитника и не совсем понимал, как именно работает его способность.

Теперь всё было проще. Тем более заражённых я поднимал на крышу по одному. Спокойно доставал из затылка паразита, блокировал его барьером, чтобы не выпустить менос, а потом убивал и растирал.

Каждая порция получившегося «порошка» оставалась заключена внутри небольшой сферы. Когда их набралось достаточно, я соединил контейнеры. Окружил получившееся скопление пыли отдельным барьером и принялся за формовку.

— Как нам это поможет? Что ты вообще делаешь?

Блондинка, которая до того стояла и молча пыхтела рядом, всё-таки не выдержала.

— Использую плоть насекомых, чтобы создать указатель, который приведёт нас к Гловацкому. У его личинок тот же менос. Отпечаток идентичен.

В глазах немки, которая без своей чёрной формы смотрелась далеко не так пафосно, заплескалось изумление.

— Откуда ты знаешь про отпечаток?

— А разве о нём кто-то не знает?

Встречный вопрос заставил её шумно выдохнуть. Ноздри затрепетали.

— Никто! О нём не знал никто кроме меня. Откуда тебе всё это известно?

Закончив формовку, я стабилизировал барьер. Менос через него всё равно вытекал, но как минимум на сутки, этого хватит. На мой взгляд — достаточно, чтобы найти противника. Девочка-телепат считает, что может играть со мной в шахматы и раскачивать этот мир? Что ж. Посмотрим, как она запоёт, когда у неё закончатся фигуры.

— Это не имеет значения. В отличие от нашей договорённости. Она в силе? Ты со мной?

Снова выдохнув, она посмотрела на получившийся конструкт.

— Это что, палка? Ты серьёзно?

Согласен — по форме и правда напоминало обычную палку. С другой стороны мне ведь и был нужен указать, сужающийся с одного конца — чтобы можно было точнее указывать направление.

— Абсолютно серьёзно. Но не хотелось бы заставлять его ждать. Ты идёшь или остаёшься?

После недолгой паузы, она снова выдохнула. Задумчиво посмотрев на топор в своей правой руке, ещё секунду помедлила. Потом наконец спрятала его в сумку.

— Иду.

Когда ты не знаешь, где именно на планете находится цель, стоит обзавестись самолётом, способным доставить тебя куда угодно. А самый простой способ это сделать — арендовать бизнес-джет. Именно это и сделали люди Дмитрия. Отыскали свободный борт в аэропорту Стамбула и обеспечили его аренду. Всё, что оставалось — добраться до него, оказаться внутри и убедившись, что никто из экипажа не заражён, объяснить задачу.

Был и альтернативный вариант — воспользоваться помощью турецких ВВС. Как легко догадаться, турецкая армия от идеи восстановления династии Османов оказалась совсем не в восторге. Последние годы она уже не играла прежней роли — офицерский корпус подвергся глобальным чисткам и по сути оказался разгромлен. Однако традиции имели место быть. Особенно в тех видах и родах войск, где нельзя было просто взять и выкинуть на свалку истории весь личный состав.

Но это был бы совсем другой уровень риска. Поэтому я выбрал джет.

Имелась только одна проблема — немка, которая пыталась за мной угнаться, безнадёжно отставала. Создавать опору под ногами она уже научилась и саму технику прыжков освоила. Однако, никак не могла осознать, на что именно теперь способна. Из-за чего мозг гасил потенциал, а передвигалась она коротенькими рывками по десять метров. Таким темпом к аэропорту мы могли добраться часов через пять.

Какое-то время понаблюдав за этим, я одним прыжком вернулся назад. Придвинувшись, вошёл под её оптическую иллюзию, которую девушка не догадалась совместить с защитой.

Немка ойкнула и дёрнулась, чуть было не свалившись вниз. Но удержалась. То ли сама, то ли благодаря моей левой руке, которая обхватила талию.

— Держись. И не вздумай визжать.

Кажется обиделась. Глаза на миг стали по-настоящему яростными, а рот начал открываться. Но уже в следующую секунду брови взлетели вверх, а сама Кремер невольно прижалась ко мне, вцепившись руками.

— Как ты это делаешь? Что ты за монстр?

Горячее дыхание обожгло щёку, а я только поразился тому, как медленно у шёл естественный прогресс. Если взять реальные данные, в прошлый раз первые прыжки начали совершать только после нескольких месяцев наличия Столбов. А «эпсилон» был достигнут, кажется к восьмому месяцу.

Теперь же обсуждению прыжков по воздуху посвящена масса веток на моём собственном форуме, а сам я стал тем самым «эпсилоном». Франсуа запросто может стать вторым. Даже немка, которая потрясённо смотрела вниз, имела неплохие шансы добраться до пятого ранга. Может быть не в самое ближайшее время, но точно не через семь месяцев. Моё появление резко ускорило события, послужив их катализатором.

На вопрос девушки я отвечать не стал. Тем более он был скорее риторическим, чем реальным. Сосредоточился на скорости перемещения.

Спустя полчаса мы уже были около аэропорта. Ещё через двадцать минут я поднялся на борт. О времени вылета их оповестили, так что заявку администрации они подали заранее. До того, как мы стартовали сюда из Стамбула. Объяснив, что полетят сами и без пассажиров. Под предлогом того, что заказчик попросил забрать людей из другого аэропорта.

Общее направление полёта мне тоже было известно, потому в качестве места назначения я назвал Рим. Скорее всего потом придётся изменить курс и лететь куда-то ещё, но этого, как минимум хватит, чтобы вырваться за пределы Турции и начать полёт в нужном направлении.

На борт мы поднялись как раз следом за двумя заражёнными сотрудниками пограничной службы, которые проверяли самолёт.

Вот экипаж от нашего внезапного появления впал в настоящий ступор. Из которого их пришлось выводить призывами спасти родину и обещанием десятикратной оплаты. Дипломатия сработала на ура — совсем скоро мы пошли на взлёт. Пилотов даже не смутил тот факт, что возможно придётся менять курс во время полёта. Заверили, что в происходящем бардаке они найдут какое-то оправдание.

— А как же Стамбул? Ты бросишь всех этих людей на смерть?

Как только мы поднялись в воздух, усевшаяся напротив немка решила продолжить разговор. Правда, вариант для его начала выбрала немного странно.

Её эмоции я сейчас хорошо чувствовал. Злость, зависть, смущение и немного интереса, характер которого я пока не мог оценить. Подобной способности у меня раньше не было и для того, чтобы научиться пользоваться ею со стопроцентной отдачей, требовалось время.

— Кого? Те, у кого в голове личинки, уже мертвы.

— Что насчёт остальных? Эти насекомые, они ведь размножаются. И заражают новых людей.

— Те, которые в Стамбуле уже почти закончили свой цикл. Максимум, их число удвоится, не более.

Она втянула воздух и чуть прищурилась.

— Удвоится? Это могут быть сотни тысяч жизней. И с чего ты взял, что на этом всё остановится?

— Каждое следующее поколение становится слабее и в них меньше меноса. Что до жизней… Основную угрозу представляет Гловацкий. Убить его — значит спасти десятки, а то и сотни миллионов.

Произошло неожиданное — я вдруг почувствовал, что она со мной согласна. Правда вслух девушка произнесла совсем другое.

— Каждая человеческая жизнь бесценна.

И отвернулась, смотря в иллюминатор. Я же глянул на палку, которая лежала на коленях и слегка поворачивалась сама по себе. Глобально я с немкой был полностью согласен. Однако я прекрасно помнил картину уничтоженной Земли. Чувство полного опустошения, возникающее, когда приходит осознание, что от планеты ничего не осталось, тоже было живо в памяти. Поэтому философские концепции я предпочёл оставить на потом. А прямо сейчас — уничтожить одну из Угроз.

Указатель, который лежал на моих ногах продолжил смещаться, так что совсем скоро нам пришлось скорректировать курс. Потом повторить манёвр, объясняясь с наземными службами.

В какой-то момент палка снова начала крутиться, теперь разворачиваясь совсем в другую сторону. Гловацкий был где-то совсем рядом. Поляк пусть и покинул Турцию, но далеко бежать не стал. Остановился на одном из греческих островов.

Спустя десять минут полёта стало понятно на каком — внизу имелся только один остров. Лерос.

Когда я предложил экипажу посадить машину там, сославшись на поломку, капитан сначала наотрез отказался. Аргументируя это короткой взлётно-посадочной полосой. Для приземления её хватит. Но вот подняться в воздух будет невозможно.

Пришлось убеждать. Как деньгами, так и обещанием подтолкнуть самолёт воздухом при необходимости. Сработало — через несколько минут они отправили сигнал бедствия, а потом запросили посадки.

Попытка наземных служб перенаправить самолёт на остров Кос успехом не увенчалась — капитан убедительно излагал, что борт никуда больше не долетит и Лерос наш единственный шанс.

Я бы предпочёл просто выпрыгнуть в воздухе, но тут такого функционала предусмотрено не было. Поэтому приходилось сидеть на сиденье, на всякий случай прикрыв себя оптической иллюзией и ждать, пока успокоится бешено крутящаяся из стороны в сторону палка.

Затихла она только после того, как мы приземлились. Успокоилась и стала показывать строго в одном направлении. А напротив меня послышался тихий шёпот немки.

— Он тут. Совсем рядом. Несколько километров максимум.

* * *

Йоханна прекрасно помнила, как они пытались взять поляка в берлинском аэропорту. И осознавала, что тогда была допущена ошибка. Не стоило вот так явно идти к нему. Как минимум, требовалось замаскироваться.

Но то, как вёл операцию Лагов… Она даже не думала, что возможности Защитников можно использовать именно таким образом.

В полёте он всыпал в бокал воды какого-то порошка и попросил выпить. Ингредиент, позволяющий временно видеть друг друга под маскировкой. На самом деле — чтобы она была способна наблюдать за ним, но выразился мужчина именно так. Не желал акцентировать внимание на разнице в их ранге.

Зато сейчас она хорошо видела, как русский легко и просто взлетел в воздух с первых ступенек трапа и завис наверху. Покрутил головой. А спустя пару секунд приближающиеся к самолёту группы людей вдруг осыпались пеплом. Это же какую температуру он способен создавать в моменте? Десять тысяч градусов Цельсия? Двадцать? Ещё больше?

Следом Лагов устремился к зданию аэропорта, где сама немка чувствовала присутствие нескольких личинок. К моменту, когда тот закончил, она уже спрыгнула с трапа на землю. Защитник же приблизился с такой скоростью, что немка едва успела заметить. При этом затормозил в воздухе, не контактируя с землёй. После чего подхватил её и поднял вверх.

В этот раз никакой опоры внизу не оказалось и Кремер заболтала ногами в воздухе, возмущённая таким самоуправством. У него может и была какая-то способность, позволяющая левитировать в воздухе. Но вот она ничем таким похвастаться не могла.

Успокоилась только после того, как сформировала под своими ногами небольшую опору из воздуха. А рядом зазвучал голос русского.

— Показывай. Куда нам сейчас?

Она в самом деле показала. И они полетели. В этот раз Лагов предпочёл не совершать безумно длинные прыжки, а относительно медленно скользить в метре над землёй.

Правда, много времени дорога всё равно не заняла. Остров был небольшим — совсем скоро они оказались около здания, огороженного решётчатым забором. Табличка на воротах, к удивлению девушки, указывала, что тут находится психиатрическая клиника.

Гловацкий нашёлся почти сразу, как Лагов переместил их через забор. Толстый поляк сидел в саду и с довольным видом обжирался какими-то сладостями. Вокруг стояло несколько обнажённых по пояс девушек. Где-то около здания выстроился персонал.

Он ещё и что-то говорил, но из польского Йоханна могла разобрать только десяток слов, в которых не было шипящих звуков. А поле, обеспечивающее перевод, до пузана не дотягивалось. Иначе он бы почувствовал и узнал об их присутствии.

Девушка думала, что Лагов начнёт действовать после того, как поставит её на землю. Но вместо этого, русский вместе с ней подплыл чуть ближе к противнику. Остановившись, повисел какое-то время в воздухе, будто присматриваясь. В следующую секунду поляк дико заорал. По очевидной причине — любой начнёт кричать, когда у тебя вдруг исчезает поверхность тела и обе руки.

Глава Корпуса Защитников снова ударил жаром. Испепелил кожу Гловацкого и все те складки, в которых прятались насекомые, вместе с самими личинками. Заодно сжёг обе его руки и уничтожил кожный покров на бёдрах. При этом сработал филигранно — в некоторых местах была видна не обугленная плоть, а настоящая кожа поляка. Та, под которой прятались не мерзкие твари, а его собственное тело.

Откуда Лагов взял копьё, Кремер не заметила. Только что его не было, а теперь оружие оказалось в руках у русского. Сам же он сбросил маскировку и нацелил его в корпус противника.

— Где Головастая? Кто она?

Рухнувший на землю мужчина чуть повернул голову. И вдруг улыбнулся.

— Ты всё равно умрёшь. Вы все умрёте. А мы нет.

Наконечник копья упёрся в его корпус, прокалывая кожу и кажется начав вонзаться в грудную клетку.

— Уверен?

— Ты не убьёшь меня. Я видел своё будущее и оно прекрасно.

Перед тем как сблизиться с противником, Константин оттолкнул Кремер в сторону и теперь она сделала пару шагов вперёд, подходя ближе. Как этот мерзкий ублюдок мог видеть своё будущее?

— Это ложь. Если не заговоришь, никакого будущего у тебя не будет.

Самого Лагова слова про видения совсем не смущали. Так же, как его собеседник не напрягался из-за отсутствующих рук. Йоханна мельком глянула на девушек, которые стояли вокруг, но те так и не сдвинулись с места.

— Не завидуй. Мы стали тем, кем должны были стать. Избранными. Достойными, что поведут человечество к свету.

— Как ты сказал? Достойными?

Впервые за всё время, в голосе Лагова послышались какие-то эмоции. Толстяк тоже их услышал. И попытался воспользоваться ситуацией. Провернуть тот же фокус, что в прошлый раз и исчезнуть, убравшись в Столб, он по какой-то причине сейчас не мог, иначе давно бы это сделал. Вместо этого поляк выбрал другой вариант — его тело вдруг просело в землю, разрывая дистанцию с наконечником копья, а воздух завибрировал, сдавливая оружие русского.

Будь у него только оно, возможно всё получилось бы. Однако Гловацкий почему-то упустил из виду способность Лагова, которая позволяла жечь всё вокруг. Тогда как тот, без малейших колебаний её использовал.

Миг и тело безрукого Защитника превратилось в чёрную пыль. Почти одновременно с этим пришли в движение девушки — принялись хаотически перемещаться по саду, удаляясь от них. Тем же самым занялся строй мужчин, ранее стоявший около белого здания.

В воздухе мелькнули тонкие зелёные нити. Спустя секунду все заражённые осели мёртвыми телами на землю. Девушка почувствовала, как её обдало волной тепла — Лагов только что поглотил менос убитого поляка. Сам же Защитник повернул к ней голову.

— Твоя способность работает только на живых существах? Что насчёт механизмов?

Вот тогда цены реально взлетят. Одновременно вырастет никель. В попытке сэкономить, многие начнут использовать мельхиор, который на солидную часть состоит из никеля. В отличие от других вариантов, никель никак не влиял на специфическое воздействие меди, из-за чего был удобен в использовании. В том числе применяли и сплавы, где никеля было больше, чем меди.

«Монель К-500», который по ряду своих параметров был близок к стали, вовсе начали массово использовать для наконечников стрел и копий. Поглощению меноса они, в отличие от палладиевых, не способствовали, зато оказывали разрушительное воздействие на цель. Да и стоимость, учитывая рост цен на палладий и расценки оружейных компаний, что занимались производством, у наконечников из монеля, была в двести-триста раз ниже.

Тем не менее, сам никель тоже вырастет в цене. Именно поэтому я хотел сейчас завести часть свободных средств на биржу, долившись в медь и никель. Да и в сам палладий тоже докинув. Он один должен был принести около двухсот миллионов. Что до меди и никеля, где ёмкость рынка была намного выше, я рассчитывал заработать не меньше миллиарда. За счёт того самого наращивания позиций, с которым придётся подождать.

Сообщение брокеру я набросал, когда мы с Кремер сделали короткую паузу и выпили по чашке зелёного чая в одном из кафе Токио. Заодно поинтересовался у Рё Ёсиды не желает ли он стать представителем Корпуса на территории Японии? При необходимости встав во главе организации, которая напоминала бы Лигу Защитников Кореи. Зная все заморочки азиатов и отношения этих двух стран, японцы точно не пожелают оказаться на ступень ниже корейцев.

Тот попросил времени на подумать и я ответил, что у него есть, как минимум несколько часов. А потом мы с немкой снова устремились в путь — поднявшись над крышами домов и прыжками, продвигаясь в сторону Столба Индиго.

Спустя четверть часа уже оказались около него. После чего переглянулись и я поднял руку, касаясь поверхности колосса.

* * *

Го Бинь мог бы собой гордиться. Раньше подобного не совершал никто. Разгромить клан одного из потенциальных наследников генерального секретаря, не оставив тому выбора, кроме как отправить кандидата в опалу — бывало. Уничтожить серьёзного конкурента, натравив на него комиссию по партийной дисциплине — тоже случалось. Но вот сходу взять и захватить власть, действуя в одиночку и спонтанно — такого новейшая история Китая не знала.

Однако его приняли. Не без издержек, конечно. Глава той самой комиссии по партийной дисциплине, посмертно ушёл в отставку, плюс пришлось убрать ещё пару фигур. Но это были мелочи. Бюрократические винтики, возомнившие о себе невесть что. Главного, чего он опасался — открытого неподчинения армии и силовиков, не произошло.

Его уже объявили преемником, а съезд партии это решение должен был утвердить. После чего Го Бинь станет полноправным руководителем страны.

Одновременно с этим он был одним из самых сильных Защитников. Тем, кто перевалил за ранг «гамма». Именно поэтому, прямо сейчас Го Бинь находился в оперативном штабе Шанхая. Именно тут обнаружили одну из Угроз. Вторая нашлась в Гонконге и там был другой «гамма» — Пак Джин Хо. Глава Лиги Защитников Кореи, взявший с собой отряд для поддержки.

Смешно — весь мир искал этих таинственных людей, а найти удалось только им. Не зря партия потратила столько сил и средств, чтобы усыпать камерами все города и дороги. Из чувства самосохранения, конечно. В эпоху открытости и прозрачности, некоторым китайцам тоже хотелось чуть большей свободы и с таким следовало разбираться на месте. Го Бинь был слишком стар, чтобы лгать самому себе — выросшая новая аристократия банально желала сохранить свою власть и богатство, передав всё это детям. Многие из них уже были «патрициями» во втором поколении — их отцы сделали карьеру ещё раньше.

Будучи молодым, нынешний глава Китая ещё питал иллюзии. До того самого момента, как сам попал в элиту и увидел, как на самом деле всё происходит. Даже забавно, что часть китайцев отчего-то верила, что кого-то на самом верху в самом деле интересуют идеалы коммунизма и чиновники думают о простых людях. На самом деле всех интересовало влияние, деньги и положение при дворе нынешнего императора.

Теперь престол занял он. В экстремальных обстоятельствах — буквально захватив власть через убийство. Теперь Го Бинь собирался немного перестроить репрессивную машину, заставив её работать по иным алгоритмам и нацелив на контроль тех Защитников, что не войдут в ряды «Краснознамённого авангарда партии». Организации о создании которой он объявил сегодня. Подчиняться она должна была отдельному совету, что подлежал формированию членами Политбюро. Первый состав уже был утверждён. Го Бинь стал его председателем, а двое из четверых членов совета, сейчас находились вместе с ним в Шанхае.

План операции был прост. Сначала в квартиру, где находился объект, должны были постучаться сотрудники госбезопасности, одетые в форму полицейских. Потом — ворваться спецназ, усиленный тремя Защитниками. У каждого — оружие с палладиевым напылением.

При хорошем раскладе они собирались арестовать Угрозу и на этом операция заканчивалась. Никаких доказательств того, что те стали Защитниками, пока не имелось. В Шанхае они лишь зафиксировали, как он встречает на первом этаже пожилую женщину. После чего система распознавания лиц выдала предполагаемое сходство. Тот, что был в Гонконге засветился, выйдя на балкон.

Меры предосторожности они тоже приняли. В разумных масштабах — несколько ближайших кварталов были наполнены бойцами «вооружённой полиции». Внутренней армии, нацеленной на подавление беспорядков.

Бронетехника, тысячи солдат, многочисленные снайперы, расположенные повсюду и висящие в небе штурмовые вертолёты. Плюс Защитники — Го Бинь получивший вторую способность, что позволяла моментально перемещать с места на место куб пространства со стороной в тридцать сантиметров, был уверен в победе. Дистанция телепортации пока не превышала полусотни метров. Зато он мог дотянуться до цели на расстоянии до четырёхсот.

В оперативный штаб, расположенный на тридцать шестом этаже высотки, выводились изображения с нагрудных камер обеих команд. Прямо сейчас, Го Бинь в режиме реального времени наблюдал за ходом обеих операций.

Двери открыли почти одновременно. В обоих случаях — женщины-японки. Дальше ситуация развивалась схожим образом — они о чём-то начали спорить с псевдо-полицейскими и те в какой-то момент грамотно уложили их на пол, пропуская внутрь спецназ.

В случае с Гонконгом их встретил перепуганный парень, который что-то рисовал в альбоме. Даже не попытался сопротивляться — его сразу уложили лицом в пол и сковали руки наручниками. Тут же вколов мощную дозу седативного.

Вот в Шанхае всё обернулось иначе. Сверкающие красные нити, разлетающиеся в стороны клочья плоти и гаснущие нательные камеры.

Го Бинь пружинисто поднялся на ноги. Ринулся к балконной двери. На миг остановился, оценивая ситуацию. Враг был в воздухе и видимо замаскировался. Однако к такому повороту они были готовы — в следующую секунду пространство наполнили хлопки разрывов. Аэрозольные гранаты с инертной минеральной пылью. Начали разрабатываться сразу после появления первых невидимок. Теперь опытные образцы дошли до стадии применения на поле боя.

Фигура врага обрисовалась сразу же — он перемещался по воздуху, как раз находясь в прыжке. Го Бинь тоже прыгнул с балкона, уплотняя воздух под ногами и снова делая мощный прыжок вперёд. Заработали пулемёты — трассеры рассекли пространство, перекрещиваясь около силуэта объекта. Ударили автоматические пушки вертолётов.

Тот ответил сразу же — вниз ушли тонкие красные линии, что по форме напоминали молнии и тут же ухнуло несколько взрывов. Потом вспухли огненными шарами воздушные машины. Целое звено.

Го Бинь сделал ещё один рывок вперёд. Прищурившись, сосредоточился на едва видимом силуэте, который мчался вдаль.

Миг и маскировка спала — стала видна фигура человека, который запрокинув голову орал, прижимая руки к правому боку, в котором не хватало солидного куска мяса.

Менос не просто вернул зрению старого китайца остроту, а сделал его регулируемым — Го Бинь отлично видел, как в тело объекта ударила пуля снайпера. Крупный калибр, оставивший дырку в корпусе. Следом вонзилось ещё несколько. А потом Защитника разнесло в пыль. Ракета класса «воздух-воздух», выпущенная кем-то из второго звена вертолётов, успешно поразила цель.

Неплохо. Но только если оценивать ликвидации. В плане получения информации — полный провал.

Вернувшись назад, Го Бинь обнаружил склонённые головы офицеров. Кто-то вовсе встал на колени. Не привыкли ещё, что кто-то может демонстрировать такое. Или просто хотели польстить.

О причинах поведения китаец подумать не успел. Отвлёкся на слова того единственного, кто предпочёл не кланяться, а продолжить заниматься делом.

— Взятая японка заговорила, цзуншуцзи. Вкололи медикаментозную смесь под номером двадцать два и сразу пошла информация. Желаете послушать? Я могу прямо сейчас вывести в наушники.

* * *

Санзи-ра-тофф был вождём своего племени уже три смены сезонов и привык править. Тем более его готовили с самого детства. Обучали, намертво вколачивая в голову рассказы, которые передавались из одного поколения в другое.

Тогда он искренне не понимал, зачем тратить на это время. Охота, поведение зверей, исследование территорий и даже ковка оружия были полезны. Легенды, которые прорастали корнями в древние времена казались абсолютно ненужной вещью.

Так он считал вплоть до того момента, как рядом появился де-фарг-стос. Зверь, про которого шла речь в тех самых легендах. Он отправил за ним боевой отряд с лучшими воинами племени. А сам впервые заговорил с маленьким сыном о старых сказаниях. Решив, что передаст их слово в слово.

Тогда монстра удалось убить. Не без помощи чужих. Тех, о ком предки тоже предупреждали. «Чужаки-что-придут-убивать». Ещё их называли «Те-кто-обречены-как-мы». Но слово под которым скрывалось это значение, использовалось куда реже.

После этого он много думал. Отправлял охотников следить за лесами и отслеживать чужаков. Одновременно пытаясь понять, как быть. Сказания предков не оставляли никакого простора для фантазии. Раз здесь появились чужаки, совсем скоро грядёт то, что древние называли «последним-тактом-механизма». Что именно скрывалось под этим словом Санзи-ра-тофф не знал. Его отец, который в своё время задавал тот же самый вопрос своему родителю, тоже ничего сказать не мог. Однако, как мог объяснил — за этим определением кроется нечто страшное. Настолько, что это затронет все племена и укрыться не получится ни у кого.

А прямо сейчас перед ним лежал «просветлённый-во-имя-разрушения». Узнать его было несложно — от него тянуло совсем другим запахом. Иная сила текла внутри. Об этом тоже были истории, каким-то образом связанные с теми серыми махинами, которые стояли посреди джунглей. Санзи-ра-тофф не до конца их понимал — там было слишком много незнакомых слов, которые он пусть и заучил, но осознать не мог. Зато улавливал суть — такие же были и среди предков. Появившись почти сразу после «дня-когда-всё-пошло-не-так».

За маской гигантского волка, на которого он смотрел, скрывался такой же чужак, как и все остальные. Только в отличие от них, он никак не мог вернуться назад. Не позволял напиток, который он влил в его глотку. Особые ягоды, на которые предки указали именно для такого случая. Из них можно было изготовить смесь, не позволяющую гостям покинуть этот мир.

Ещё волк был надёжно связан, обездвижен и накормлен другими ягодами, напрочь вышибающими разум из тела. Сам Санзи-ра-тофф смотрел на него и размышлял, пытаясь определиться. Предки оставили историю и на этот случай. Детально проинструктировав, что делать, если произойдёт чудо и в его руках окажется одно из подобных созданий.

С их точки зрения, это могло стать спасением. Но вождь племени не был уверен, что понял всё правильно. А ещё ему было банально страшно. Ведь это означало, что им придётся бросить абсолютно всё и рискнуть жизнями.

Определившись, он поднялся на ноги. Посмотрел на старшего воина племени, что ждал приказов.

— Пусть-соберутся-как-для-похода. Всем-вооружиться-как-на-войну. Мы-пойдём-двинемся-на-марше к серому-камню-из-древности.

* * *

В первый раз нам не повезло. Оказались далеко от всех интересных мест и час провели на каменном склоне. В мире Индиго сейчас была ночь — судя по расположению пяти его лун, мы попали приблизительно на её середину. Планета вокруг свой оси оборачивалась за девяноста два земных часа — до рассвета было ещё далеко.

Без дела не сидели — на горном хребте, куда нас выкинуло, оказалось немало ценных трав. В мире Индиго их вообще было куда больше, чем во всех остальных. Тут, среди Защитников даже появилась особая категория травников, что в основном занимались сбором растений и экспериментами с ними. Тоже очень интересная ниша. Только куда более сложная при массовом подходе.

Немка в основном молчала, изредка задавая вопросы по поводу трав, которые мы собирали. Я чувствовал, что её разбирает любопытство. Пока я разбирался с молодым Хиираги, девушка ждала неподалёку и своими глазами произошедшего во дворце Кокё не видела. Но легко могла предположить, отталкиваясь от картины, которую мы застали в центральном офисе дзайбацу.

Однако блондинка проявляла недюжинную выдержку, благополучно воздерживаясь от всех вопросов. Вплоть до того момента, как я решил устроить перерыв и мы расположились прямо на каменном склоне.

— Зачем тебе Корпус?

Долго маневрировать Кремер не стала — вопрос был озвучен прямо в лоб. Пока я сортировал траву и укладывал её пучки в рюкзак. Практического смысла в нашем сборе было немного, но вот в качестве примера её использовать было можно. Сфотографировать, подготовить описания и выдать в качестве начальной методички тем, кто станет собирать траву в горах мира Индиго.

— Чтобы влиять на ситуацию.

Она слегка прищурилась.

— А это для чего? Что тебе в этой ситуации? Какая разница?

Уровень доверия к моей персоне у девушки всё ещё был невысок. При этом потенциал её способности был громадным. Особенно, если посмотреть с точки зрения поиска механизмов, вроде того, что оказался установлен в скале посреди Золотого мира.

Уверен, похожие имелись и во всех остальных мирах. Если они сделаны по одной и той же схеме, посмотрев на один, Йоханна способна отыскать все остальные. В отличие от Франсуа, она была способна фиксировать точный слепок. Причём на большом расстоянии — визуальный контакт для этого не требовался.

— В скольких мирах ты побывала?

Она на миг задумалась, рассматривая моё лицо и пытаясь понять, к чему задан вопрос.

— Этот второй. При чём тут это?

— На каждой из двенадцати планет картина одинакова. Бегающие дикари, остатки цивилизации и двенадцать серых Столбов. Не наводит на мысли?

Кремер стиснула зубы. Пару секунд подумала.

— Если их расы оказались такими из-за Столбов, нам не следует сюда заходить! И нужно предупредить остальных!

Даже на ноги начала подниматься — так её тема зацепила. Правда, потом покосилась на свои механические часы и опустилась обратно.

— Чем это поможет? Даже знай об этом заранее и заблокируй каждый Столб, он бы сам втягивал людей внутрь.

Над этим я думал не один раз и пришёл к выводу, что ни единой дельной опции нет. В самом жёстком и максимально эффективном варианте, когда военные убивали всех, выходящих из Столба, а территория вокруг колосса очищалась, чтобы можно было использовать почти любое тяжелое вооружение, напитанные меносом люди всё равно прорывались. Не сразу, а по прошествии времени. Но рано или поздно это бы свершилось.

Как минимум по той причине, что попавшие внутрь и выжившие предпочитали бы оставаться в том мире, куда попали. Какой смысл им возвращаться, если около Столба гарантированно убьют, накрыв ракетами? Но рано или поздно «вынужденные эмигранты» достигли бы седьмых и восьмых рангов. Когда армейское вооружение уже не играло бы значимой роли. И тогда они бы начали рваться назад. Погрузив общество в полный хаос.

Итоговый результат был бы таким же. Только без единого шанса на успех.

Именно эту версию, в её кратком варианте я и выложил Йоханне, когда та завела речь о том, что людей можно было бы проинформировать и предупредить.

Этого оказалось достаточно, чтобы немка на добрую минуту впала в прострацию. А к моменту, когда оказалась готова продолжить беседу, хронометр досчитал шестьдесят минут.

Вернувшись назад, мы несколько секунд постояли, на всякий случай оценивая ситуацию и оглядываясь по сторонам. Потом я снова приложил руку к поверхности Столба и пространство вокруг отсекла сине-фиолетовая стена.

Вот теперь попадание было именно таким, как надо. Мы стояли на широкой и очень длинной полосе суши, справа и слева от которой была водная гладь. А с двух других сторон она упиралась в лес.

Комплекс озёр. Судя по растительности — один из тех, что располагался на юго-западном материке. Что значило — мы прибыли по адресу.

Тихо дав Кремер команду приготовиться, я воспользовался способностью к левитации и поплыл над пропитанной водой почвой, оглядываясь по сторонам. Первая жертва попалась на глаза сразу — птица, что нахохлившись, сидела на дереве.

Срезав нитью кислоты, я кинул её в воду. Дождался, пока та забурлит от хищников, желающих её сожрать, после чего поднял куб воды в воздух и слил всю жидкость, оставив в тисках только десяток крупных рыб, немного напоминающих гигантских чешуйчатых щук.

Отрубив их головы, перевернул хвостами вверх. Погрузил в воду. Новые хищники приплыли почти сразу. Вот только добраться до добычи не смогли — я сразу же приподнял тушки выше. Позволяя крови капать вниз, но не давая их сородичам до них добраться.

Те ярились, высовывались из воды и периодически терзали друг друга зубами. Чем в конце концов привлекли внимание кого-то куда более крупного.

Приблизившийся глубинный монстр был громаден. Формально его называли озёрным сомом — из-за очертаний морды и длинных усов, которые он использовал, чтобы исследовать дно. Но на деле, махина, которая вырастала до тонны, была бронирована и обладала способностью управлять подводными течениями, от земных сомов разительно отличалась.

— Электричество.

Сразу после моей негромкой команды, по воде ударили мощные разряды и сом, который двигался к поверхности, будто подпрыгнул над водной гладью. Я же прыгнул и врезавшись ногами в спину, ударил копьём.

Несмотря на то, что достал до мозга, монстр пытался погрузиться на глубину. Пришлось использовать менос, чтобы толкать его водой, держа на поверхности и направляя в сторону берега. Параллельно нанося микроудары тепловой способностью, чтобы лишить работоспособности позвоночник.

Наконец тот затих, а я поглотил свою порцию меноса. Солидного объёма — именно этот сом оказался, как минимум «эпсилоном». Подобные создания могли существовать на дне озера веками. Накапливая внутри менос, отъедаясь и становясь всё более сильными. При этом их способность могла воздействовать только на подводных противников — применить её против нас, сомы были не в состоянии.

Всего их было не так много. Может быть пара сотен подобных особей на весь комплекс озёр. Но сегодня я собирался добраться до всех, кого получится выманить. По возможности взяв планку «дзеты».

Следующего сома добила уже Кремер. Я подвёл к берегу, уничтожая позвоночник и в этот раз вонзив копьё около головы, а она рубанула топором. Первым ударом вскрыв череп, а вторым разрубив головной мозг.

Поток меноса, который устремился к ней, девушка недооценила. Застонав, пошатнулась и неловко взмахнув руками, упала задницей прямо на мокрую почву. Правда это её сейчас не смутило — изумлённый взгляд был устремлён на придонного обитателя.

— Что это было? Откуда столько энергии?

— Видимо долго собирал. Предлагаю не тормозить и поискать ещё одного.

Говорить, что мы сейчас снимаем сливки, которые в прошлый раз достались Защитнику, случайно заметившему этих сомов, я понятное дело, не стал. В идеале было бы неплохо потом отыскать ещё один комплекс озёр на этом же континенте и повторить процедуру. Я отодвинусь от нижней планки «дзеты», а Йоханна наверняка возьмёт «эпсилон».

Пока же мы охотились здесь. Очень быстро выработав новый способ — Йоханна била электричеством и на поверхность всплывало какое-то количество рыбы. Дальше оставалось выпотрошить её воздушными лезвиями, дождаться хищников и ещё раз ударить разрядами. После чего повторить, запустив процедуру создания полноценного хаоса около поверхности и когда появится сом, атаковать.

Каждый из нас поглощал всё больше меноса, одежда пропитывалась запахом рыбьей чешуи, а количество сомов неуклонно сокращалось.

— «Дельта»!

Кремер подпрыгнула на месте и ловко подкинув топор, поймала его. Потом кинулась ко мне, почему-то решив обнять. Но сразу же осеклась и отступила назад. Немного смутилась — взгляд сразу же скользнул в сторону.

— Я… Меня заменили одной неумехой, которая до «дельты» пока не дошла. Теперь утру ей нос.

Немцы действительно изменили подход к формированию отрядов Защитников, убрав пятёрки и перейдя к военизированной структуре. Раньше Германия подобными экспериментами не занималась, но как мне казалось, большого эффекта это всё равно не даст.

Мы же продолжили дело уничтожения сомов. О тушах тоже не забывали — используя воздух, я таскал их за собой. А после того как вес перевалил за несколько десятков тонн, пустил в дело воздушные лезвия и кислотные нити, приступив к разделке.

Самым ценным продуктом была икра. Какого-то отдельного периода размножения именно у этого вида не было — ярко-розовые крупинки обнаружились в двух рыбах. Из остального — я забирал остатки хребтов, усы и цепочку косточек, которые связывали плавательный пузырь с внутренним ухом.

Первые были ценны концентрацией меноса. Вторые, при должном объёме могли дать способность электролокации. А косточки позволяли усиливать слух Защитников. В случае же обычных людей, даже небольшая порция порошка из них лечила некоторые из типов глухоты.

В рюкзак вся эта добыча не влезла — пришлось срезать энное количество веток и управляя ими при помощи воздуха, сплести что-то вроде импровизированной и ужасно уродливой гигантской корзинки, которую я таскал следом за нами по воздуху.

После этого перерыва мы продолжили охоту дальше. Остановившись только спустя пять с половиной часов, когда добрались до последнего озера. К тому моменту я уже минут двадцать, как получил ранг «дзета», а одежда полностью пропиталась запахом рыбы.

По моим прикидкам, уничтожено было немногим больше сотни сомов. Приблизительно половина. Но выманить остальных будет не так просто — они уже зафиксировали гибель своих сородичей и скорее всего на приманку реагировать не станут.

Поэтому я разделал последние несколько туш, после чего мы оба прикрылись оптическими иллюзиями и вернулись назад. В Токио уже был вечер, а пространство около Столба неожиданно оказалось заполнено людьми.

— Ну где же он. С ним ведь ничего не случилось?

— Почему так долго? Что можно так долго делать внутри?

— Как думаете он возьмёт меня в жёны? Что если я прямо тут признаюсь ему в любви? Вот, даже колечко купила…

— Не витай в облаках. Я вот просто попрошу расписаться на своей груди. Какая жена? Ты видела, с кем он зашёл внутрь? Говорят, сиськи такие, что одежда лопается.

Девушки. Не меньше тысячи столпившихся женщин и девушке, которые кого-то ждали. Айдола наверное какого-то. Хотя, это Япония, а не Корея. Тут популярные певцы могли называться по-другому.

Радовало, что моя версия иллюзии, которой я обучил и Кремер, скрывала в том числе запахи. Иначе на японок обрушился бы такой вал ароматов, что те наверняка начали бы разбегаться.

Из-за принятого «командного коктейля», я хорошо видел немку. Разобрав, как та остановилась около одной из девушек, заглядывая в её планшет. Потом, кажется бросила взгляд в мою сторону и двинулась дальше. Я тоже притормозил и посмотрел. Изрядно удивившись увиденному — на экране было изображение моего собственного лица. Крупным планом, на пресс-конференции в Стамбуле.

Только теперь до разума дошёл факт, который теперь казался очевидным — ждали они вовсе не какого-то айдола, а меня. Гайдзина, внезапно получившего популярность у местных.

Всё это было забавно, но оказываться под прицелом множества видеокамер я не собирался, поэтому оптическую иллюзию снял только за квартал от Столба. После чего достал телефон, намереваясь проверить не ответил ли Рё Ёсида, а потом поискать истоки собственной популярности.

Правда, когда развернул список уведомлений, взгляд зацепился совсем за другое сообщение. Пришедшее от Пак Джин Хо.

«Сысынним, господин Го Бинь шлёт вам приветствие и просит сообщить, что взял двух живых подозреваемых, которые дают показания. Он будет рад встретиться и обсудить то, что услышал от них».

Обычные люди вели себя, как всегда — для них всё происходящее наверняка выглядело очень странно. Лагов, переступив порог, тоже непонимающе нахмурился. Потом в глазах мелькнуло осознание и давление жара, из-за которого Пак Джин Хо почти не мог дышать, спало.

— Прошу извинить. Не подумал о том, какой эффект может произвести моё появление. Рад видеть вас этой ночью.

Глава Лиги молча склонил голову в кивке. Перед тем, как говорить, надо было немного прийти в себя. Генеральный секретарь КПК поступил так же. Сам Лагов виновато улыбнулся.

— Если вы не против, я был бы рад перейти к делу. Очень интересно, что они рассказали, но почти нет времени.

Момент встречи вышел немного неловким. Я даже не подумал, что оба азиата до сих пор могут быть «гаммами». Разрыв между рангами оказался слишком велик — оба наверняка испытали немало самых разных эмоций, когда я оказался поблизости. «Бетам» пришлось ещё тяжелее. Одно радовало — поблизости не оказалось «альф». Боюсь, у них бы возникли проблемы абсолютно критического характера.

Йоханна не ощущала всего того же самого из-за принятого ингредиента, который включал нас в одну команду. Теперь же я закрылся для окружающего мира. Врубил что-то вроде режима самоизоляции, в котором был не опасен для всех остальных.

Ранг «дзета» был первой ступенью, на которой Защитники приобретали подлинное могущество. Семьдесят многовековых рыбин, которых я прикончил в мире Индиго позволили прорваться к новой планке могущества. Забери остальных — сделал бы шажочек к седьмом. Но тогда немка не стала бы «дельтой».

Стоило отдать должное встречающей стороне — они моментально взяли себя в руки. А услышав мои слова о нехватке времени, немедленно приступили к делу — спустя каких-то двадцать секунд на одном из экранов появилось изображение женщины, уложенной на пол лицом вверх. В её плечо только что сделали инъекцию, а сама она вовсю тараторила, выдавая информацию.

С механическим аудио-потоком поле перевода работать было не в состоянии, из-за чего ниже пустили субтитры на русском и английском. Стоящая слева от меня Кремер тоже вглядывалась, периодически глухо матерясь.

Несмотря на своё нежелание тратить время на бесполезные размышления, я не раз обращался мыслями к персоналу клиники. Ситуацию с пациентами ещё можно было понять — тех собрали детьми, использовав их опекунов. Но врачи и медсёстры должны были быть посвящены в происходящее. Как минимум осознавать, что именно они делают. И при этом ни разу не проколоться. Из-за чего мне казалось, что основным мотиватором были не финансы.

Слова японки, которая всё никак не могла остановиться после вколотой медикаментозной смеси, подтверждали мою теорию.

Им сказали, что они спасутся. Классический формат апокалиптической секты. Только в данном случае имелось яркое вещественное доказательство. Двенадцать гигантских рухнувших с неба Столбов, дату падения которых точно предсказал человек, которого она назвала пророком.

Вопрос о том, кто это такой, ей задали сразу же после произнесённой фразы. Но на это женщина ответить не смогла. Сказала, что его не видел никто кроме главного врача клиники, а остальные лишь слушали аудиозаписи. Начиная с них день утром и засыпая под них же вечером.

Если не считать момента с упавшими Столбами, обещания были просты. Каждому из сотрудников клиники обещалось спасение и вечная жизнь. Счастье полной мерой, абсолютная безмятежность и даже спасение дополнительных трёх человек.

При грамотном подходе такие идеи можно было бы внедрить в головы персонала и сами по себе. А уж после реального падения Столбов, у тех исчезли любые сомнения. Что и требовалось для реализации финальной части плана.

Плохая новость заключалась в том, что ничего дельного о местонахождении всех остальных, медсестра рассказать не могла. Как и о глобальных планах её нанимателей. После падения Столбов, они получили персональные инструкции — за каждой был закреплён свой пациент, которого требовалось сопровождать.

В её случае было необходимо поселиться в Гонконге, использовав апартаменты, к которым у неё имелась ключ-карта. Недвижимость уже проверили — она была куплена два года назад и оформлена на местную компанию. Владельцем последней, в свою очередь был панамский оффшор, а всеми делами занимались местные юристы из специализированной фирмы. Полный тупик.

Что до медсестры — ей предписывалось находиться вместе с объектом и заботиться о нём. А как только тот пожелает, немедленно сопроводить к Красному Столбу в Шанхае. Наняв для этого частный транспорт и скрыв его лицо.

О том, что парню строжайше запрещено подходить к окнам или высовываться на улицу, там тоже говорилось. Запрет, из-за нарушения которого их в итоге и нашли. Если медсестра, по её собственным словам, сделала себе пластику ещё до вылета в Гонконг, то вот объект остался с тем же лицом.

Дальше пошла запись беседы с той же самой японкой, но уже в закрытом помещении. В отличие от экспресс-допроса, здесь вопросы задавали куда более вдумчиво, но суть оставалась идентичной. Ответы тоже почти ничем, кроме обилия не слишком важных деталей, не отличались — после быстрого взгляда Го Биня, один из офицеров перемотал файл к нужному месту.

Именно в этой части прозвучало название, которое принадлежало японской транспортной компании. Крупной и широко известной. А новый глава Китая медленно повернулся ко мне.

— У тебя есть возможности, которых нет у нас, гуйжэнь. Прошу — воспользуйся ими и отыщи тех, кто способен укрывать монстров в человеческом обличье.

Не факт, что ему уже было известно о спасении императора. Однако решение о создании Федерации Защитников Японии было публичным и понятное дело, без контакта с властями, я его принять не мог.

Рё Ёсида всё-таки согласился на моё предложение. А на объявление о наборе, которое я разместил на своём форуме, тут же начали откликаться люди. Суммарное число кандидатов стремительно перешагнуло порог сначала тысячи, а потом и десяти тысяч человек.

Правда, в сжатые сроки добраться до нужного токийского адреса смогли только жители столицы. Всем остальным придётся ждать следующего раза, когда в Японию прилетит Франсуа.

Среди тех, кто всё-таки заявился на встречу, было слишком много представительниц женского пола, которые высказывали самые разные пожелания и озвучивали свои предложения. Порой весьма экзотические и бесконечно далёкие от моральных норм. Некоторые вовсе пытались перейти к делу, ввергая Рё Ёсиду в глубокую задумчивость.

После первой серии инцидентов, я стал сразу различать их на расстоянии и разворачивать. Сначала лично, а потом при помощи охранников, которыми стали первые одобренные кандидаты.

В рядах тех ста пятидесяти четырёх человек, которых я одобрил, почти сотню тоже составляли женщины. У большинства из них мозги работали в том же самом направлении, но на более скромных оборотах. В идеале их тоже стоило бы отсеять, однако у меня было не так много потенциальных рекрутов. А лишние эмоции у японок выветрятся после пары вылазок на ту сторону.

Единственным официальным заявлением Федерации Защитников Японии был пресс-релиз о создании организации, выложенный на их сайте. Там же широкими мазками обозначались цели структуры и её подчинение Корпусу Защитников.

— Я приложу все усилия, господин генеральный секретарь. Однако, у меня есть встречная просьба — предоставить полные записи допроса этой женщины и захваченной Угрозы. Со своей стороны обещаю делиться всем ценным, что мы обнаружим.

Чуть помедлив, Го Бинь согласно кивнул.

— Конечно, гуйжэнь. Ты получишь всё, что нужно. Мы рассчитываем на тебя.

Немедленно повернув голову, он отдал распоряжение. После чего подошёл ко мне вместе с парнем лет двадцати пяти, в военной форме без знаков различия.

— Познакомьтесь с товарищем Сюй Цзяном, гуйжэнь. Он будет командиром «Краснознамённого авангарда партии», думаю вам есть, что обсудить.

Ловкий ход. Сам Го Бинь признать свою зависимость от Корпуса Защитников не мог. Для того, чтобы править, ему требовался авторитет. О котором можно будет полностью забыть, если генеральный секретарь КПК склонит голову перед презренным лаоваем.

Но вот если командир местного аналога корейской Лиги Защитников, решит наладить контакт с Корпусом, ничего страшного не произойдёт. С точки зрения внутренней пропаганды, он ведь даже не полновластный командующий. Всего лишь звено в механизме, над которым стоит совет организации. Полностью укладывается в схему, при которой с глобальной организацией говорит кто-то из второго, а то и третьего эшелона власти.

Одновременно Го Бинь получал канал связи и давал чёткий сигнал о том, что не собирается раскачивать лодку. Сильно большой веры ему не было. Думаю, сам старик считал, что уже расквитался за спасение внучки. Если же посмотреть объективно — старый искушённый в интригах, заговорах и убийствах функционер мог быть чрезвычайно опасен. С другой стороны, он только что ощутил уровень моего превосходства. Ранг «дзета» открывал критически иную глубину возможностей. Всё, что мне теперь требовалось — модернизировать собственное тело, чтобы увеличить запасы кислотной крови.

Пока же — провёл переговоры с «командиром» Авангарда. Как и думал, тот в основном напирал на темы сотрудничества и мирной политики их организации. Параллельно пытаясь заручиться поддержкой Корпуса в случае появления каких-то глобальных проблем, с которыми китайцы не смогут совладать самостоятельно.

Отработав обязательную часть, парень получил нужные ему формальные ответы и поклонившись, отошёл. А ко мне приблизился ещё один китаец, подав кейс в котором по его словам, были все необходимые материалы.

Времени оставалось не так много — в начале следующего дня требовалось быть около Жёлтого Столба в Индии. Но стоило мне принять кейс, как рядом оказался Пак Джин Хо.

— Если позволите, у меня тоже кое-что для вас есть.

Повернув голову, я собирался сказать, что мне нужно срочно выдвигаться в аэропорт. Но тут кореец продолжил.

— Первое в мире копьё с полностью палладиевым наконечником.

* * *

Комплектация штата перевалила за восемьдесят процентов — с точки зрения Дмитрия это был успех. Из должностей высшего звена, которые требовалось закрыть, осталось только две — безопасность и исследования. Да и то, исключительно по той причине, что заявка на эти две команды, появилась от шефа совсем недавно.

Основной момент — он подобрал руководителей для всех направлений. Медицинское страхование, фармацевтика, производство боеприпасов, логистика и недвижимость зарубежных представительств, создание холодного оружия. Отдельно стояла фигура человека, который отвечал за скупку добычи с той стороны, её контроль и перемещение к центрам производства. Тоже не самая простая задача, если вспомнить, что Корпус взялся скупать абсолютно всё и первые точки, размещённые прямо у Столбов, должны были появиться в самое ближайшее время.

Вакансии по узким командам тоже были закрыты. Финансы, юриспруденция, кадры — везде были профильные специалисты.

Теперь каждый из них, продолжал нанимать людей, отдавать распоряжения и строить нужную себе инфраструктуру. Задачами самого Дмитрия оставался контроль и координация. Плюс, указание вектора в котором нужно двигаться и постановка ключевых показателей.

С открытием представительств дело тоже шло полным ходом. Франсуа уже запустил в работу отделение Корпуса в Британии. Во главе оказалась Лавиния Фэншоу-Коул, что сам Воронов счёл хорошим щелчком по носу всем островным изоляционистам, которые считали, что королевству лучше придерживаться старой политики, при которой англичане сами по себе. Пусть попробуют пободаться с её дедом — судя по досье аналитиков там такой зверь, что сожрёт кого угодно и если будет надо, попрёт на самого короля.

Тем более оперативную группу, которая занималась Защитниками, возглавляла Тесса Прескотт, с которой у Лавинии сложились неплохие отношения.

Первые вылазки в Золотой мир уже начались — Фэншоу-Коул рьяно взялась за дело, сходу отправившись на ту сторону с отрядом кандидатов.

Франция теперь тоже была охвачена — там пришлось выбирать из нескольких неизвестных, которых канадец оценивал исключительно за счёт своей новой способности, но в данном случае выбора у них не было. К тому же возможность чувствовать эмоции других людей здорово выручала в работе. Помогая выбирать нужных людей и отсеивая тех, кто изначально был с гнильцой. На финальных собеседованиях персонала среднего звена, Дмитрий теперь тоже старался присутствовать. И с теми, кто уже был нанят, плотно общался. Парочку даже уволил — их эмоциональный настрой показался парню слишком неподходящим.

Работа кипела по всем направлениям разом. Предполагалось, что буквально через несколько дней начнётся массовая скупка добычи у выходящих из Столбов Защитников. С важным преимуществом перед всеми остальными — если они брали исключительно то, что уже было известно, а нечто новое могли попробовать разве что за копейки, Корпус был готов дать нормальную цену практически за всё. Лагов лично составил каталог для каждого из миров.

При этом, как именно используется то или иное вещество, раскрывать они не будут. Всё сырьё станет свозиться сюда, в Петербург. Они уже подписали договоры с двумя службами доставки.

Потом ингредиенты будут перерабатываться в готовое медицинское изделие. Самый простой вариант — капсулы, наполненные порошком. Либо он же, но расфасованный по пакетам.

Законодательство требовало раскрывать состав. Но тут имелся нюанс — никто не ввёл никакой системы названий. Все остальные просто не поймут, если Корпус самостоятельно присвоит названия отдельным видам и использует их при создании лекарств.

Как только заработает их фармацевтика, появится и программа медицинского страхования. Та самая к запуску которой сейчас тоже активно готовились. Глобальный проект, в рамках которого люди смогут ежемесячно платить энную сумму денег, в зависимости от пакета, а в случае заболевания, получить необходимое лекарство.

Основной момент в том, что даже небольшая доза условного препарата, созданного из перетёртых растений, мяса или костей, окажется пропитана меносом и поднимет иммунитет организма. Вероятность того, что потом человек заболеет, была невелика. Если только чем-то тяжелым и специфическим.

При этом их страховку всё ещё будут держать и платить за неё. Как раз по причине того, что может подхватить что-то серьёзное.

Выгода была очевидной. Деньги колоссальными. По прогнозам аналитиков, платёж от каждого клиента, в среднем будет составлять около ста долларов в месяц. Ориентировочное число самих клиентов, по мнению всё тех же аналитиков, составит не меньше ста миллионов человек в первый месяц. Нюанс был только в том, что им потребуется закрыть от четырёх до семи миллионов страховых случаев. Люди будут брать страховку, уже зная, чем болеют, а потом заявлять о новом диагнозе. Классическая схема.

Поэтому, перед запуском программы требовалось наладить производство. Чем быстрее, тем лучше — страховая компания могла ежемесячно генерировать колоссальный денежный поток. Особенно, если вспомнить, что средняя стоимость решения одного страхового случая — около двухсот долларов. А контракты с клиентами будут подписываться, как минимум на год.

При этом, подобный подход всё равно будет намного дешевле, чем классическое лечение с походами в стационар и уж тем более операциями, где одна процедура может стоить, как десять лет оплаты их страховки.

От потенциальных сумм захватывало дух. Он никогда не думал, что станет иметь дело с миллиардами долларов. А тут только за первый месяц выходила приблизительно такая оборотка. Ради справедливости, по расчётам, именно в первые тридцать дней к ним как раз должна была прийти основная клиентская масса. Дальнейший прирост составит по несколько процентов ежемесячно, не более того.

Но даже так, выходила могучая транснациональная корпорация. Для которой он прямо сейчас искал главу службы безопасности. Ударное крыло у Корпуса уже было и активно развивалось. Если Франсуа продолжит такими же темпами гонять от одного Столба к другому, совсем скоро у них будут представительства повсюду. А значит и число боеспособных Защитников сильно возрастёт. Однако все эти силы в первую очередь будут нацелены на решение иных проблем. В случае необходимости, им сразу же придут на помощь, да. Но для того, чтобы Защитники знали кого именно убивать, нужно будет указать цель.

Для этого и требовались безопасники. Парни, которые смогли бы отслеживать ситуацию, заниматься контршпионажем, перехватом сообщений и прочими разнообразными вещами. Параллельно Лагов попросил подумать над кандидатами на должность главы команды разведки. Тех, кто будет заниматься тем же самым шпионажем, но в отношении структур, с которыми Корпус не ладит. Или не до конца им доверяет.

Кандидатов на позицию главного безопасника было немало. Дмитрий отобрал уже семерых. Закончив, поднялся из-за стола и прошёлся по своему новому кабинету. Переезд в новый офис был завершён — из старого потребовалось забрать не так много вещей.

Начало двенадцатого. Конец тринадцатых суток после дня Контакта. Лагов сейчас должен быть в Гонконге — у них там уже начались четырнадцатые. А вот мать до сих пор на той стороне. Как ушла семь часов назад в вылазку вместе с археологами, так до сих пор и находится в Золотом мире. Либо наткнулись на что-то стоящее, либо получили возможность хорошо поохотиться. А может быть просто развлекаются.

Умом он понимал, что беспокоиться никакого смысла нет. Взрослый человек, который сам определился со своим решением и выбрал свой путь. Тем более он всё ещё с содроганием вспоминал, как она взяла и оттяпала себе палец. Такой вариант мамы сильно отличался от образа, который устоялся в его голове.

Но несмотря на все эти рациональные доводы, беспокойство всё равно не отпускало. Он хорошо помнил на что они нарвались внутри Золотого мира. И несмотря на свой рационализм, снова и снова прокручивал в голове картину того, как мать могла оказаться в подобной ловушке.

Минут пять мерил шагами кабинет, параллельно рассылая с телефона сообщения кандидатам и предлагая встретиться завтра в первой половине дня. А когда наконец снова уселся за свой стол, в мессенджере тихо звякнуло уведомление — пришло сообщение от шефа.

«Ознакомься со всем, что есть на записях. Отдай оперативной группе, которая занимается Угрозами. Любые утечки исключены. Приоритет максимальный.»

* * *

Копьё было великолепным. Именно таким, какое я планировал изготовить на собственном производстве. Только ещё чуть лучше, потому как делалось мастерами своего дела, которые занимались этим всю жизнь.

Раскланиваться за него тоже пришлось долго. И без нескольких стопок соджу, которые Пак Джин Хо пил, как полагается младшему, не обошлось. Формально это было лютейшим нарушением всех традиций. В Корее старший по возрасту всегда оставался старшим. Ты мог прийти в компанию позже и сделать карьеру, но парень, который учился на три курса старше тебя и при этом отирался на позиции сильно ниже, всё равно оставался твоим сонбэ. Зачастую только формально, но тем не менее.

Немке он подарок тоже вручил. Копьё и топор. Самый настоящий, с палладиевым напылением на стали. У копья наконечник тоже был с напылением — других вариантов из цельного палладиевого стекла у них не имелось. Да и в целом мире наверное таких не было.

— Это же был новый генеральный секретарь Китая?

Как только мы закончили со всеми ритуалами, обменялись заверениями в дружбе и загрузились в джет, Йоханна немедленно начала задавать вопросы.

Заметив выражение моего лица, немка видимо поняла, что уточнение получилось у неё риторическим, из-за чего сразу перешла к другому моменту.

— Почему они на тебя так смотрели? Как будто увидели годзиллу?

Никогда раньше плотно не общался с немцами. В нашем старом отряде они были и сразу несколько, но пересекались мы редко и до душевных бесед дело не доходило. Однако, если они там все такие бесцеремонные, жить в их стране наверное не слишком приятно.

— Потому что я перешёл планку шестого ранга.

Сначала она улыбнулась. С таким видом, будто услышала хорошую шутку. Потом сразу же нахмурилась.

— Шестого? Я прыгала от радости после четвёртого, а ты даже не сказал?

В чём окружившие Столб японки были правы, так это в оценке размера груди Кремер. Вот сейчас, вспомнив о том, как она прыгала, я невольно улыбнулся. Сама же девушка подозрительно прищурилась.

— Чему ты улыбаешься? Почему они чувствуют, а я нет?

— Потому что ты выпила командный коктейль. И он до сих пор действует.

Поджала губы. С недовольным видом уставилась на меня.

— Ну и ладно. Шестой ранг…

Всё с таким же видом отвернулась, сделав вид, что изучает топор. Удобно это — чувствовать чужие эмоции. Раньше я бы мог только гадать, что у неё на уме. Теперь же ощущал смятение, лёгкую зависть и одновременно восторг, плюс непонятно как затесавшееся удовлетворение.

Ничего негативного, в любом случае не наблюдалось, так что я спокойно переключился на текущие задачи. Для начала открыв небольшой кейс, внутри которого обнаружилось четыре флеш-карты с дублями одной и той же информации. Содержимое одной из них тотчас ушло Дмитрию. Кроме упоминания транспортной компании, японка говорила ещё много всего — нам в штабе показали лишь самое важное. И пусть из остального потока, китайцы ничего ценного вычленить не смогли, я хотел, чтобы данные проверили собственные аналитики Корпуса. Так будет надёжнее.

Потом настал черёд Рё Ёсиды. Плюс был в том, что у японца имелся профильный опыт и нужные связи. Минус вытекал из моего же решения сделать его главой новой структуры. Теперь Ёсида в какой-то мере был официальным лицом. И несмотря на то, что детектив демонстрировал исключительно положительный эмоциональный фон, на сто процентов ему доверять было сложно.

Не в том плане, что бывший полицейский мог всадить нож в спину. Совсем нет. Скорее он мог отказаться от какой-то задачи, посчитав, что тем самым ударит в спину собственную страну или лично микадо.

Будь у меня выбор и какие-то иные варианты, я бы предпочёл видеть на месте Ёсиды кого-то гораздо более лояльного мне лично. Однако за неимением лучшего, пришлось задействовать детектива.

В этом конкретном случае, предложение поставить в известность власти или привлечь их к расследованию, от японца не поступило. Обещал справиться со всем самостоятельно.

Суть в том, что компания, название которой вспомнила медсестра, обеспечила автомобили для каждой пары из пациента и сопровождавшей его женщины. А в отдельный микроавтобус загрузилось всё руководство клиники в полном составе.

Это не означало, что транспортники на сто процентов в курсе, где находится персонал клиники и Угрозы. Но у них могла иметься какая-то ценная информация. Я бы с радостью нанёс им визит прямо сейчас, однако для начала требовалось разузнать, кому именно следует задавать вопросы. После чего провернуть всё максимально тихо, чтобы не спугнуть потенциальную цель.

Тем более мы мчались к Жёлтому Столбу. На базу Джайсалмер, с которой прямо сейчас вёл переговоры Дмитрий, а по другому каналу давила Тесса.

Она же, спустя полчаса прислала сообщение с вопросом о Штатах. Якобы с их стороны была целая серия попыток выйти на связь, на которые не последовало никакой реакции.

Как внезапно оказалось — они и правда были. С парой маленьких нюансов — почта Дмитрия отправила письма в спам, а когда сотрудники Госдепартамента дозвонились до офиса, их сначала приняли за телефонных хулиганов, а потом за мошенников. Никто из сотрудников даже не подумал, что и правда может говорить с заместителем Государственного секретаря США, который отчаянно пытается дозвониться до их шефа.

Заблокированный счёт, как стало ясно, спустя сорок минут переговоров, тоже был их работой. За что они искренне извинились и заявили, что никаких претензий к моей торговле у них нет.

Боюсь, вопросы бы точно возникли к сделкам, открытым ещё до момента падения Столбов. Но тут меня нежданно подстраховали Угрозы. Сразу тридцать девять объектов, которые предвидели день Контакта и один за другим обретали уникальные способности.

Уверен, большинство аналитических команд ведущих спецслужб сходились на том, что я в какой-то мере похож на них. Возможно получил какие-то видения и решил в них поверить, что окупилось сторицей.

Тоже подозрительно. Но зато не сектант и не массовый убийца. Стать всемирным диктатором, пусть меня и называют так в прессе, тоже не хочу. Наоборот — стараюсь поддерживать порядок. А как говорится, из двух зол лучше выбрать меньшее. К тому же совсем не факт, что это самое зло вообще таковым окажется.

Созвонился я с ними прямо из самолёта — дальнемагистральные джеты без спутникового интернета в воздух не поднимались, так что на борту имелся весь необходимый функционал.

Предложение штатовцев оказалось в какой-то мере очевидным. Они желали окончательно разобраться с Дугласом Хартли, который прорвался в Мексику и достигнув соглашения с командующим мексиканской армией, заявил о приёме всех желающих в ряды «Армии освобождения Америки». От кого он её собрался освобождать, сам офицер не уточнял, но в роликах, которые я нашёл, вовсю распинался о засилье глобалистов, необходимости тотальной зачистки общества, ликвидации технологических гигантов и едва ли не физическом уничтожении Силиконовой долины. Прыгая от темы гетто для мигрантов к массовым казням всех белых воротничков.

Опять же — классика. Если посмотреть форумы и сообщества в социальных сетях, там каждый третий поклонник теорий заговора, который живёт в Штатах, такую же программу накидает. Те, что живут за их границей, тоже скорее всего продублируют, но потом перейдут к фазе два, начав её фразой «ну а дальше, наши войска…».

Крупнейшая экономика мира, около трёхсот миллионов человек населения и отбитый на всю голову отморозок, которому какой-то идиот из числа их бюрократов, решил дать власть.

И ведь он вполне мог собрать нужную ему армию. Раз Мексика обеспечит доступ к Розовому Столбу на своей территории, её ещё и получится подготовить. Если же предположить, что Хартли рванёт внутрь с тысячей людей, а выйдет хотя бы с парой сотен «гамм» и «дельт», это создаст кризис.

Поэтому я предложил равноценный обмен. Функционирование представительства Корпуса, возможность рекрутинга в него граждан США и одобрение всех проектов Корпуса. Штатовцы — одна из самых платёжеспособных аудиторий в мире. По прогнозам аналитиков, не менее трети клиентов нашей страховой компании придут именно оттуда. Для чего требовалось не только юридическое лицо, но и вся необходимая документация. Получить её обычным способом было практически невозможно — с этим я планировал разобраться несколько позже. Но на ловца и зверь бежит — они сами вышли на связь.

Когда переговоры подошли к концу мы уже подлетали к военной базе. Посадку нам всё-таки разрешили — помимо британцев, к делу подключились ещё и Штаты, так что у индийцев не было выбора.

А летели мы сюда по одной простой причине — приблизительно через час в Жёлтый Столб зайдёт индиец по имени Аман. Отправится он туда, чтобы заработать денег и оплатить долги. Даже справится с задачей. Правда задержится на долгие восемь часов. Зато вернётся с мощной способностью — получит возможность взаимодействовать с пластиком. Управлять длиной молекулярных цепочек и перемещать его солидный объём с места на место.

За время, которое он проведёт в Жёлтом мире, коллекторы ворвутся в его дом. Микрокредиты брал отец Амана, погибший из-за несчастного случая на стройке, но отдавали требовали от его семьи. Бандиты сломают обе ноги его матери и жестоко изнасилуют сестру. Коллекторы из микрокредитных структур одинаковы во всех странах.

Вернувшись, Аман обнаружит искалеченную мать и сестру, которая впала в настоящую «психологическую кому». Для начала он обеспечит им безопасное место. А потом начнёт вендетту. Тысячи убитых сотрудников микрофинансовых организаций, столько же мёртвых коллекторов, вырезанные семьи директоров и владельцев. Парень впал в раж и не щадил никого, включая детей. Благополучно убивая всех Защитников, что пытались его остановить и становясь сильнее. Именно с него потом взял пример Будапештский мститель.

Когда оставшиеся микрофинансовые структуры Индии закрылись, а их собственники бежали из страны, он принялся за кредитные департаменты банков. Занимаясь этим до того самого момента, когда его месть длиной в год, всё же остановили.

Где именно живёт его семья я не знал. Зато мне было известно, во сколько он окажется около Жёлтого Столба — именно кадры с этой записи, на которой была видна дата и время, потом тиражировали все СМИ.

План был прост — зайти внутрь вместе с ним и попытаться получить пятую способность. Одновременно помочь парню выбраться назад не через восемь часов, а спустя всего один час. И сразу же связаться с Дмитрием, чтобы тот выслал охрану по нужному адресу. Частное охранное агентство в Дели уже было найдено — мобильные группы рассредоточены по разным районам гигантского мегаполиса и лишь ждали команды.

— Почему мне кажется, что они нам не рады?

Убрав ноутбук в рюкзак, я взглянул на Кремер. Потом повернулся и посмотрел в иллюминатор. Невольно накатило чувство дежавю — танки целились в нас почти так же, как во время посадки в Москве.

* * *

Кэндзи Ито стал директором Государственного бюро информации Японии всего полгода назад. И даже не мог предположить, что на долю его службы, которая была создана относительно недавно и пока лишь вставала на ноги, выпадет такой объём задач.

Теперь ко всем прочим добавился ещё и Лагов. Мало того, что он на весь мир растрезвонил о клинике, из-за чего в медиа и социальных сетях начали появляться теории о виновности японцев, так ещё и развернул здесь отделение Корпуса. А перед этим спас жизнь микадо и продемонстрировал способности, при которых, отказывать ему было откровенно глупо. Если человек, который может забрать своё силой, вежливо просит, значит делает это из уважения к тебе. В ответ следует поступить таким же образом.

Основной вопрос, который задавали Кэндзи — почему бюро, которое играло роль разведки, ничего не известно о планах и намерениях русского Защитника? Он уже дважды побывал в Японии, а контакт до сих пор не установлен.

При этом в Британии с ним работает штатный офицер МИ-6, а ещё одна англичанка возглавляет местное отделение Корпуса. В Токио Лагов вовсе прилетел с немкой. Его правая рука — канадец. А из японцев — только старый детектив, который абсолютно не готов делиться информацией. И пятнадцать кандидатов, что не прошли отбор. Русский как будто чувствовал подвох, сразу же их разворачивая.

Задача, которую ему поставили, звучала просто. Внедрить своего человека в окружение Константина Лагова. На резонный вопрос, как это сделать, Кэндзи с некоторым раздражением напомнили, что вообще-то это он главный разведчик страны, а все остальные члены совета — гражданские. После чего потребовали предоставить готовый план в течение суток.

За работу он принялся со всем усердием. И проанализировав ту немногую информацию, которую можно было подтвердить, решил воспользоваться единственной уязвимостью, что была на виду. Любовью Лагова к женщинам. Прошло всего две недели, а он уже вывел наверх сразу трёх своих любовниц. Наверняка делясь с ними информацией. Оставалось надеяться, что японки тоже в его вкусе. А ещё — каким-то чудом объяснить это единственному офицеру бюро, которая подходила для выполнения задачи.

Каори Окада появилась спустя несколько минут. Стройная и высокая для жительницы островного государства. Точёные черты лица, идеальные формы — попробуй кто подсунуть такую Кэндзи до того, как он женился, тот бы без всяких раздумий купился.

Поднявшись на ноги, он посмотрел на молодую девушку. Чуть подождал, набираясь смелости.

— Во имя нашей страны, всех её жителей, императора и национальной гордости Японии…

Запнувшись, он кашлянул. Пальцами левой руки развернул свой ноутбук, показывая изумлённой девушке, лицо Лагова.

— Приказываю за следующие семьдесят два часа переспать с русским и стать его любовницей.

Вместо ожидаемого взрыва ярости, на лице Лагова вдруг появилась лёгкая улыбка.

— Желаете поговорить с вашим верховным главнокомандующим?

Только теперь Виджай обнаружил, что в правой руке Защитника имеется мобильный телефон. Генерал тоже его увидел — опустив взгляд, несколько секунд молча изучал аппарат. Потом поднял глаза на Лагова.

— Не думаю, что такие шутки сейчас уместны.

Тот вместо ответа медленно поднял руку, протягивая устройство.

— Какие уж тут шутки? Ваш президент ждёт.

Лицо у генерала стало такое, будто сейчас он начнёт кричать и плакать одновременно. На миг Шахевату показалось, что командующий сорвётся. Но вместо этого, тот взял телефон и приложил к уху.

Раз не бросил — на другом конце линии и правда был президент Индии. Подумать только — русский взял и просто набрал главу государства…

Что именно президент говорил генералу, Виджай не слышал. Зато хорошо видел, как менялось его лицо. Постепенно становясь всё более каменным. Наконец он коротко рявкнул что-то вроде «Слушаюсь» и протянул телефон обратно Лагову. После чего повернулся и посмотрел на самого Шахевата.

— Пойдёшь с ними. Наблюдать, фиксировать, доложить. Глаз с него не спускать. Любые нарушения предотвратить!

Адъютант настолько растерялся, что в первые несколько секунд даже не смог ничего сказать. А когда собрался с силами и хотел выдавить вопрос о том, как он сможет что-то предотвратить, если речь о ком-то вроде Лагова, Наненда уже шагал прочь.

Проводив его взглядом, Виджай посмотрел на улыбающегося Защитника, который смерил его взглядом.

— Если хочешь успеть, держись позади. Вопросов не задавать. Внутри не тупить. Станешь тормозить или творить какие-то глупости, я не смогу тебя защитить. Кивни, если понял.

Мгновение постояв на месте, Шахеват обескураженно кивнул. Мимо тут же промчался Лагов, за которым отправилась его спутница. Сам индиец, миг постояв на месте, побежал следом. Как только что выяснилось, эти двое даже ходили с такой скоростью, что майор едва поспевал.

Около Жёлтого Столба мы оказались чуть заранее — до момента, когда к нему подойдёт Аман, оставалось ещё пятнадцать минут. Время за которое я успел немного пообщаться с приставленным к нам офицером и напоить его раствором, что позволял переместиться вместе с нами. Раз безумный индийский генерал захотел отправить с нами одного из своих людей — пусть. Я своего согласия на это не озвучивал и гарантии его выживания не давал. Специально подставлять бедолагу не стану и от разнообразной ерунды уберегу, ясное дело. Но если вероятность погибнуть самому окажется слишком высока, майору придётся попрощаться с жизнью.

Порошок, который обеспечивал наш совместный переход, я тоже подготовил заранее. И когда около Столба появилась фигура Амана, направляющегося к мерцающей жёлтой махине, плавно подвёл мелкую пыль к его ноздрям.

За пару секунд до того, как индиец вооружённый стальной арматурой, обмотанной медной проволокой и двумя большими ножами, коснулся поверхности Столба, кивнул майору. Условленный сигнал, информирующий, что сейчас начнётся перемещение.

В следующий миг окружающий мир отсекло стеной жёлтого сияния. Практически перед самым этим моментом, я на всякий случай прикрыл себя оптической иллюзией, совместив её с воздушным щитом. Заодно и новое копьё, в которое за время ожидания успел влить сразу четыре менос-ядра, подтянул ближе к себе. То же самое проделала Йоханна.

Очутившись на той стороне, сразу же почувствовал, как проваливаюсь вниз и попытался создать под ногами пресс из воздуха. Осознав, что приём не срабатывает только после того, как продолжил погружаться. Барьер не прикрывал ступни — оттуда напирала жидкость, сдавливая воздух внутри щита.

Попытка сцепить воду, уперевшись в неё ступнями, всё-таки оказалась успешной — я затормозил погружение, оказавшись по колено в жидкости. Рывком подняв себя наверх закрутил головой, оценивая ситуацию. Правее, в темноте, плескались два индийца, которые барахтались на поверхности. Оба среагировали рефлекторно и начали плыть. Двигаясь в разные стороны, но не погружаясь на дно.

Вот немка размахивала руками и балансировала на одном месте. Погрузиться в воду у неё по очевидной причине не получалось — у девушки был такой же барьер, как у меня, создавший воздушный пузырь. При этом её стопы уже были в жидкости, а как сцепить её, создав основу, она не знала.

Визуально мы вроде бы оказались в пещере. Но меня смущал внешний вид стен и странные источники света, которые будто находились за полупрозрачным материалом и немного пульсировали. Да и жидкость, в которой мы сейчас находились, не слишком походила на воду, если присмотреться. Слишком вязкая и липкая.

Бултыхающийся Аман добрался до чего-то напоминающего берег. Вцепившись, выбрался. Следом, туда же двинулся сопровождающий нас майор по имени Виджай. Я же сместился в сторону Кремер, намереваясь стиснуть её воздушный барьер и вырвать из воды.

К счастью Защитница и сама сообразила, что делать — через секунду рывком поднялась над поверхностью. Тут же сформировав под ногами воздушную плиту. Развернувшись, мы оба двинулись к «суше», на которую как раз выбирался военный, вцепившийся в протянутую руку Амана.

— Оно живое. Чувствуешь? Пульсирует!

Как только майор вывалился на твёрдую поверхность, второй индиец начал говорить. А я снова повёл вокруг взглядом. Первое впечатление оказалось полностью верным — всё вокруг нас слегка пульсировало.

Когда я снял оптическую иллюзию, Аман с Виджаем синхронно шарахнулись в сторону.

— Ты кто такой? Что тут делаешь?

Пытаясь выплыть, первый благополучно потерял арматуру и один из ножей, но второй остался у него и он сейчас за него ухватился.

— Это Лагов. Командующий Корпусом Защитников.

Чуть отошедший от стресса майор заговорил, вводя второго в курс дела. А рядом со мной появилась фигура Кремер. Вместе с иллюзией, немка сбросила и воздушный щит, сразу же поморщившись от запаха.

— Чем так несёт? Откуда эта вонь?

Закрутила головой по сторонам, осматривая пещеру. Я же ослабил воздушный барьер, втянув ноздрями местную атмосферу. Вонь и правда была знатной. Но что куда больше сбивало с толку — я не мог понять, где именно мы оказались. Не имелось в Жёлтом мире живых пульсирующих пещер, освещаемых слабым и опять же жёлтым светом…

— Что вы тут все делаете? Как мы очутились в одном месте?

Вопрос Аман задал абсолютно верный, но отвечать на него я не стал. Вместо этого сделал несколько шагов по скользкой поверхности, одновременно используя менос, чтобы изменить параметры собственного зрения и более тщательно изучить обстановку.

Пещера размером приблизительно десять на пятнадцать метров. Слабо пульсирующая и на две трети заполненная вязкой жидкостью. Глубина — не больше нескольких метров. Дно неровное, с сильными выступами. «Суша» тоже совсем не плоская. А если коснуться её ногами, то становится понятно, что поверхность ещё и скользкая.

Отсюда было два потенциальных выхода — отверстия, через которые вытекала жидкость. Оба находились под уровнем «воды». Мы с Кремер могли легко пройти, но вот индийцам пришлось бы нырять.

Взгляд зацепился за какое-то несоответствие. Непонятную вещь, которой тут никак не должно было быть.

Опустившись на одно колено, я присмотрелся. Потом сформировал воздушное лезвие и ударил, рассекая материал по которому мы ходили. Оттянув, сорвал целый пласт, швырнув его в сторону.

Глаза не подвели — я смотрел на металл. Громадный кусок металла, обтянутый со всех сторон полупрозрачной субстанцией. Это же… Ничего себе! Ни разу не слышал, чтобы кто-то оказывался внутри.

Меккары, населявшие Жёлтый мир, пусть и делились на несколько условных наций, но как показали исследования, воевали между собой редко. Даже появление в их жизни меноса не привело к глобальной резне. Тем не менее, передел власти всё же произошёл. Да и какой-то объём крови тоже пролился.

Однако они дольше всех остальных пытались держаться. Если большинство прочих рас радостно погрузилось в резню, сражаясь за место под солнцем и сводя старые счёты, меккары старались избегать войн и даже занимались наукой.

Эта разработка стала одной из последних. Тогда они пытались очистить свои океаны от пластика. Знакомая ситуация, с которой Земля уже столкнулась в полный рост. Каждый человек носит внутри себя целый заряд микропластика, младенцы рождаются уже с ним, потому что подхватывают его в утробе матери и он же есть практически во всех блюдах, которые мы едим.

Точно такая же проблема имелась у меккаров. Решить которую они вознамерились тем же самым способом, который обсуждался на Земле. Создали бактерию, способную перерабатывать микропластик в воде. Чтобы, как минимум очистить от него свой громадный океан.

Технологию никак не могли доработать, но тут помог менос. На энный год после падения Столбов, Жёлтый мир был уже достаточно пропитан энергией, чтобы поддерживать жизнедеятельность бактерии и та стала активно размножаться.

Предполагалось, что когда океан окажется полностью очищен, в воду запустят ещё одну бактерию. Единственной пищей для которой станут все варианты первой. С тем, чтобы очистить воду, а после этого загнуться самой.

Не успели. К моменту, когда пришла пора пускать в дело тот самый второй номер, по Жёлтому миру прокатилась волна, выкосившая всех Защитников. Подавляющее большинство меккаров, которые на тот момент занимались теми или иными технологиями, достигли хотя бы земного ранга «альфа». Даже те, кто ни разу не был на той стороне. Сложно не пропитаться меносом, если каждый день имеешь с ним дело.

Все они одномоментно оказались мертвы. Те, кто рвался к власти, двигал прогресс и поддерживал порядок. Пассионарии, перебившие или подчинившие всех конкурентов. Как правило последние, тоже обладали тем или иным рангом, так что порадоваться не смогли — умерли.

Согласно доминирующей теории наших аналитиков, одновременно с этим посерели Столбы. Меккары не смогли больше посещать другие миры, обретать способности и поглощать менос. Всё, что им осталось — жить на планете, где уцелели лишь ошмётки технологий. Старые, что были до Эпохи Неодиночества, оказались утеряны. Со дня Контакта прошло уже тридцать лет — от классической медицины почти ничего не осталось. Да и все остальные отрасли изрядно хромали. Слишком многое строилось на способностях и управлении меносом. Как и в прошлый раз на Земле, если проводить параллели.

Многое осталось — некоторые производственные цепочки при всём желании нельзя было заменить Защитниками. Возможно меккары даже смогли бы постепенно восстановить цивилизацию. В отличие от лэйков они не стали переходить к глобальной войне всех против всех, а просто пытались выжить.

Но Жёлтый мир заполнили вирусы. Мутировавшие из-за меноса и смертоносные. С определённого момента времени, даже наш отряд перестал уделять внимание археологии и изучению записей. Однако, по самым скромным оценкам, до семидесяти процентов населения планеты погибло. Следом её поверхность начали заполнять новые растения и животные. Флора с фауной стремительно менялись, давя последние остатки форпостов цивилизации.

Всё это время бактерия продолжала делать своё дело. Неслышно и незримо уничтожая микропластик. Потом, когда с её точки зрения в океане закончилась еда, она мутировала и переключилась на вещи покрупнее. Переработав всё, до чего дотянулась, снова запустила процесс мутации. В финале это привело к появлению бесформенных колоссов из плоти, что бороздили океаны, охотясь за любыми осколками цивилизации.

Подводные лодки, корабли, научные станции, сползающие в воду постройки и даже бункеры, до которых добиралась вода. Эти гиганты жрали всё. Перерабатывали практически любые материалы — от металла и пластика до сухой древесины. Единственное, чего не трогали — живой плоти.

Никогда не слышал, чтобы кто-то оказался внутри одной из этих громадин.

Вернувшись к индийцам, которые тихо переговаривались между собой, периодически бросая косые взгляды на Кремер, я опустил взгляд на Амана.

— Какую часть этого места ты бы исследовал первой?

* * *

Азарт и ощущение победы — несмотря на ужасающие ароматы этого места, Йоханна Кремер чувствовала именно это. Первое место в федеральной пятёрке Защитников? Пусть вселенная забудет, что она когда-то из-за этого расстраивалась. Когда она вернётся, Лаура Свенсон, возглавившая батальон Защитников будет выглядеть глупой неуклюжей неумехой, со своим третьим рангом.

Лагов ни слова не сказал о том, где они очутились, однако немка наблюдала за русским и была уверена — он понял, что это за место.

Девушка не отказалась бы узнать, как он понял, что нужно отправиться вместе с этим индийцем. Своя теория у Кремер уже была. Она считала, что Лагов, точно так же, как и пациенты той клиники, видел сны о Столбах. Только тех забрали детьми, потому что так проще было промыть мозги и использовать. А вот русского не тронули. Возможно он показался слишком старым.

Теперь же Константин использовал свои знания на полную катушку. Возможно это не объясняло всего происходящего, но в подобную версию укладывалось большинство фактов.

Ну и самое главное — она стала «дельтой»! Если так пойдёт дальше, то не за горами ранг «эпсилон», после которого Йоханна должна была войти в когорту избранных. Тех, кто намного сильнее всех прочих на этой планете.

Пока же они путешествовали из одной пещеры в другую. Перемещались по протокам, заполненным непонятной субстанцией, которая только отчасти напоминала воду и плыли дальше. Чего Кремер пока не понимала, так это стратегии русского — он всегда спрашивал направление у Амана. Ровно до того момента, как выплыв в очередную пещеру, они не обнаружили, что на её стене пульсирует яркий жёлтый кусок плоти.

Именно такие освещали тут всё пространство — их свет пробивался через полупрозрачную субстанцию, из которой состояла эта махина. Издалека казалось, что это нечто вроде огоньков. Но как сейчас выяснилось, на деле им светили бесформенные ярко-жёлтые штуковины, которые пульсировали изнутри.

— Что бы ты сделал сейчас?

Лагов снова обратился к индийцу, который их сюда привёл. Тот же, чуть помедлив, повернул голову к русскому.

— Ударил бы ножом. Я пришёл сюда ради силы. Вот она — перед глазами.

Йоханна подумала, что сейчас Лагов сам устремится к цели и всадит в неё копьё. Вместо этого мужчина посмотрел на неё.

— Оставайся тут и присмотри за ними. Обеспечь безопасность. Эту штуку пока не трогать.

Оставалось только кивнуть и проводить взглядом русского, который исчез в протоке. Ещё чуть она подождала. Потом уселась на выступающий пригорок, держа копьё. Раньше Кремер бы переживала, оказавшись в одном помещении с индийцами. Ужасающие новости из этой страны регулярно оказывались на первых страницах медиа. Шанс подвергнуться нападению был бы зашкаливающим.

Но сейчас девушка ощущала себя в полной безопасности. Она «дельта». Если захочет, убьёт их, даже не коснувшись пальцем.

— Могу я поинтересоваться…

Немка резко повернула голову и подошедший к ней майор индийской армии отпрянул назад, тут же выставив перед собой раскрытые ладони.

— Я просто хотел спросить… Может быть вы знаете, какие планы у вашего командира?

Поле перевода меноса, которому её обучил русский, до сих пор казалось настоящим чудом. Шутка ли — мужчина говорил на индийском варианте английского, а она его прекрасно понимала. Более того — когда начнёт отвечать, говоря на немецком, он её тоже прекрасно поймёт.

— Это Лагов. Никто не может знать, какие у него планы.

Военный слегка наклонил голову в знак согласия. Бросил быстрый взгляд на протоку, в которой исчез русский.

— Но… Зачем он здесь вообще? Индии что-то грозит?

Странный человек. На Землю рухнули двенадцать Столбов, которые ведут в другие миры, а он задаёт такие вопросы. И ведь некоторые из этих планет уже проверили. Сделали снимки звёздного неба на полароиды, после чего проанализировали. Оказалось, это не какие-то мистические другие измерения. Самые обычные планеты, которые были расположены в той же самой вселенной, где они жили.

Глупо спрашивать, грозит что-то Индии или нет, когда под ударом вся Земля. Да и Лагов… Йоханне казалось, что русский постоянно ожидает от Столбов какого-то подвоха. Не зря он вечно настолько хмурый и погружённый в собственные мысли. Тогда, в Токио, были сотни самых разных девушек. Некоторые выглядели так, что любой из её знакомых мужчин не удержался бы от соблазна. Этот же прошёл через всю толпу, как будто её не заметив.

Зато посмотрел на её грудь… Тогда в самолёте, во время их разговора о…

— Всё-таки грозит? Умоляю вас, скажите какая.

В голосе индийца послышался лёгкий надрыв, а немка моргнула, сбившись с мысли. А потом заметила, как соплеменник майора медленно приближается к стене, сжимая в правой руке нож.

— Отойди!

Кремер пружинисто поднялась на ноги и мужчина оглянулся через плечо.

— Не приказывай мне! Я не собираюсь сидеть на месте и ждать, пока вернётся богатенький белый. Мне нужно заботиться о семье!

Сказал он это с такой уверенностью, будто мог на что-то повлиять. После чего удивлённо замер на месте. Не шевелясь и хлопая глазами. Поняв, что голову повернуть тоже не выходит, заговорил не меняя позы.

— Что со мной? Не могу пошевелиться.

— Конечно не можешь. Потому что я тебя парализовала.

Выражаясь более точно — сдавила воздухом, не позволяя сдвинуться с места. Но для индийца никакой разницы сейчас не было.

— Отпусти! Что ты творишь? Зачем?

— Приказ Лагова. Ты что не слышал?

Тот сделал ещё одно усилие. Напрягся так, что затряслись мышцы, но с места не сдвинулся.

— И что? Почему я не могу забрать своё?

— Потому что он так сказал. Заберёшь, когда даст команду.

— Он просто заграбастает всё себе!

Иди речь о ком-то ещё, Кремер могла бы согласиться. Но русский добровольно отдал ей треть тех громадных сомов, благодаря которым она поднялась до «дельты». Что-то подсказывало — индийца, который привёл их в это странное и вонючее место, он тоже не обделит.

Помощь пришла из неожиданного источника — заговорил майор, который стоял рядом.

— Командующий Корпусом всегда старается поступить по совести. Не станет он забирать себе всё. Оставит и тебе. Столько оставит, что на всё хватит.

Выбора у Амана не было и он сам это прекрасно понимал. Потому настаивать дальше индиец не стал. Однако, уже отойдя и усевшись в сторонке, зыркал в сторону Йоханны крайне злобно.

Военный, поняв что атмосфера для беседы не самая подходящая, переместился к нему, пытаясь успокоить парня. Сама же Кремер размышляла, как ей быть дальше.

Лагов пока не интересовался, какие у неё планы на будущее. Обошёлся без классических занудных вопросов о том, кем она видит себя через год или пару месяцев. Но рано или поздно этот момент наступит. Не просто так он ведь её за собой всюду таскает? Уж точно не ради того, чтобы впечатлить, соблазнить и воспользоваться.

Последний компонент заставил девушку мечтательно и одновременно печально вздохнуть. В голове было мелькнула мысль, что стоит где-то раздобыть косметику. Но сразу после неё пришла вторая — за всё время, что они путешествовали вместе, Лагов ни разу не пялился на неё. Даже в тот раз, когда она спала в самолёте, стянув с себя штаны и оставшись в кружевном белье. Что бы там ни тяготило его душу, мужчина точно не собирался отвлекаться, пока с этим не разберётся.

Вспомнив недавний вопрос индийца об угрозе для его страны, она невольно задумалась — может ли иметь место нечто подобное, но в масштабах всей планеты? Однако завершить свою мысль не успела — из протоки вынырнула фигура Лагова, который выбрался на сушу и надавил воздухом, снося все капли жидкости, что налипли на воздушный барьер.

Подойдя, Защитник окинул их взглядом. Остановил его на индийцах.

— Могу я поинтересоваться — у вас есть с собой механические часы?

* * *

Сложно синхронизировать свои действия, когда сразу у двух членов команды нет часов. Отчасти это был и мой промах — следовало подумать о такой возможности. С другой стороны, мы могли оказаться, где угодно и чтобы подготовиться ко всем возможным вариантам, мне бы понадобилась пара гигантских рюкзаков, забитых всякой мелочью. Плюс, центнер меди в слитках и пара тонн взрывчатки. На всякий случай.

Вопрос с подсчётом времени решили самым простым и примитивным способом — индийцы считали удары сердца. Не самый надёжный вариант, однако единственный, который оставался.

Больше всего сомнений было по поводу Амана. Я отлично чувствовал его нетерпение и на миг даже всерьёз задумался, не будет ли проще здесь и сейчас узнать у него адрес семьи, а потом сломать шею? Избавившись от слабого звена и подняв вероятность успеха.

Это было бы рационально. И сделало бы меня на шаг ближе к тому, кто способен легко пожертвовать кем угодно. В прошлом такие типы встречались повсеместно и я дал себе слово, что похожим на одного из них точно не стану.

Но индийца я к его позиции всё равно вёл последним. Первой стала Кремер — мы одновременно запустили отсчёт, договорившись ударить, как только он завершится. Немка осталась около того бесформенного куска пульсирующей жёлтой плоти, который мы обнаружили первым.

Майор Виджай Шахеват должен был ударить в нечто иное. Узел, который на мой взгляд занимался генерацией новых клеток. Какую он даёт способность, было неизвестно. Но скорее всего та тоже окажется ценной. Тогда как сам военный, показался мне приличным человеком. Излишне зацикленным на лояльности своему командиру и извечной армейской привычке думать совсем не теми категориями, которыми размышляют остальные люди, но вполне адекватным. Поэтому я дал ему цель, которая сможет сделать офицера Защитником и даст способность. А ещё вручил нож, чтобы у него было чем орудовать.

Амана я оставил через две пещеры, около ещё одного ярко-жёлтого сгустка. Сам же, врубил импульс и рванул дальше, с максимальной скоростью промчав три протоки и оказавшись около такого же пульсирующего «светлячка».

В прошлый раз индиец наверняка ударил ножом почти сразу, как заметил цель. После чего случилось нечто, задержавшее его тут на долгих восемь часов. Как я предполагал — гигантское скопление плоти могло выразить недовольство. Например изменить концентрацию воздуха или попытаться его отравить. Из-за чего мужчина отключился.

Сейчас нужно было ударить синхронно. После чего сразу же вернуться назад.

Сжимая копьё, бросил взгляд на хронометр. Атаковать мы должны были на шестьдесят второй минуте с момента входа сюда. До нужного момента оставалось ещё тридцать секунд.

Не успел отвести взгляд от циферблата, как стены, пол и потолок сократились. Яростно и мощно, едва ли не вдвое сузив объём свободного пространства в пещере. Вот жидкости меньше не стало — она моментально заполнила всё. Обеспечивая такое давление, что не будь у меня воздушного щита, пришлось бы тяжело.

Однако я был Защитником ранга «дзета». Снова врубив импульс, почувствовал как заухала в ушах кровь, а мир вокруг замедлился. Оттолкнувшись левой ногой, на животе проскользил по мокрой плоти. Оказался на краю расщелины, которую образовал вздыбившийся и изогнувшийся «пол» и свесил руку с копьём. Ударил, всадив наконечник точно в цель.

Поток меноса, который хлынул по древку был поразительным. Энергия оказалась не только концентрированной — она имела отчётливый привкус. Обычно такое имело место, если попадался зверь десятого или одиннадцатого ранга. Но объём поглощаемого меноса намекал, что уничтоженный «светлячок» был не выше пятого.

С другой стороны, он являлся частью системы. Не уверен, что её корректно было называть живым существом, но суммарно эта громадина в любом случае тянула минимум на «лямбду».

Дождавшись, пока менос иссякнет и впитается в моё тело, я подумал о том, чтобы вернуться.

Хорошо, что импульс до сих пор действовал — появившись в воздухе, я смог изменить положение тела и коснуться ногами земли до того, как рухнул. В десятке метров от меня отплёвывался от воды Аман. Спустя ещё секунду совсем рядом возникла фигура Кремер. Тоже в горизонтальном состоянии — едва успел её подхватить. Ещё бы чуть и рухнула лицом в землю.

Вот майора пока видно нигде не было. Убедившись, что немка пусть и потрясена, но стоит на ногах, я отбежал в сторону и задействовав импульс, промчался по окружности Столба. Обычно выходящие команды всегда возникали рядом, но порой случалось всякое.

Однако этот был не тот случай — военный до сих пор оставался внутри. Вернуться за ним сейчас тоже не получится — я окажусь совершенно в ином месте.

Повернув голову, посмотрел на Амана, который всё никак не мог отдышаться, усевшись на асфальте. Эмоции, которые я улавливал, напоминали фаталистические. Скорее всего понимал, что бьёт раньше. Но всё равно это сделал. Наверное испугавшись, что ему не достанется добычи.

Рациональное зерно в этом было — ошибись он при подсчёте и ударь уже после того, как внутренности гигантского морского создания сократились, мог бы ничего не получить. Однако мысль о том, что стоило свернуть ему шею всё равно в голове ещё раз пронеслась. Если бы я сейчас почувствовал хотя бы каплю злорадства или чего-то негативного — не задумываясь ударил бы тепловой способностью. Но пока ничего подобного в парне не ощущалось.

В моём же кармане завибрировал телефон. Один из тех аппаратов, которые я несколько дней целой пачкой пронёс в рюкзаке на ту сторону. Из десяти штук выжило сразу два. Современные, ультра-защищённые модели, которые использовались туристами или военными.

По умолчанию он был в режиме «не беспокоить». Для всех, за исключением нескольких человек. Один из которых и отправил мне сообщение. Павел Твардовский. Мой бывший преподаватель, а ныне глава информационного направления.

Послание было коротким. Текст о том, чтобы я вышел на связь, как только выйду из Столба, плюс ссылка на ролик. Клацнув, увидел видео, на заставке которого крупным планом было лицо Дугласа Хартли. А наверху красовался заголовок.

«Константин Лагов — авангард инопланетной армии вторжения. Вся правда о коварном русском».

* * *

Одно событие способно изменить жизнь каждого. Например, поступивший заказ от гайдзина на расследование обстоятельств закрытия психиатрической клиники в Окутаме. И последовавшая за этим цепочка событий.

Некоторые из старых знакомых удивлялись тому, что Ёсида согласился стать главой Федерации Защитников Японии. Один так открыто и заявил — с его точки зрения, Рё Ёсида всегда любил работать с бумагами и был из тех, кого называют интровертами. Из-за чего даже бросил полицейскую работу.

Объяснять, что оставил службу вовсе не из-за этого, а по причине смены парадигмы всей полицейской работы, детектив не стал. Но вот со своей оценкой в качестве интроверта не согласился. Работа частного сыщика, это не только засады, сбор данных в интернете и анализ. Ещё, это разговоры с людьми. Иногда очень много разговоров.

Раньше в подобных беседах ему приходилось лавировать, маневрировать и пытаться угадать момент, когда стоит вставить то или иное слово. Теперь всё было куда проще. Люди сами шли навстречу. Нарушали все известные протоколы с инструкциями и кланялись.

Причина была вовсе не в том, что Ёсида занял важную должность и был связан с Лаговым, которым восхищалась, как минимум, часть жителей островного государства.

Император. Интернет был наполнен слухами о том, что русский Защитник спас микадо. Сам Ёсида был в курсе произошедшего и технически, версия журналистов была близка к реальности. Если рассматривать только факты, то Лагов действительно спас жизнь монарха. Без всяких сомнений.

Другое дело, что никакой эпической битвы, в конце которой они сражались на мечах внутри дворца Кокё, не было. В реальности всё было кончено за пару секунд. Удар копья, а потом применение способности. Так обычно и бывает в реальной жизни.

В некоторых версиях, внутри дворца был и сам Ёсида. Но даже если нет — его ассоциировали с Лаговым и спасением микадо. Что открывало поразительно много дверей.

Даже в той транспортной компании, которая сотрудничала с «Садом Счастья» не стали чинить никаких препятствий. Полный доступ к внутренней документации и беседы с любыми сотрудниками.

От последнего бывший полицейский отказался. Он старался действовать максимально скрытно. В процессе предупреждая, что в случае утечки, виновным придётся столкнуться с последствиями.

При этом ему удавалось эффективно идти по следу. Несмотря на попытки затереть данные, обнаружились следы подписанных тогда документов. Никакой конкретики не имелось, зато была фамилия работника, который всё подписывал. Заместитель коммерческого директора, уволившийся три с половиной месяца назад.

Отыскать его было делом техники, но тут Ёсиду снова ждал тупик. Мужчина погиб два месяца назад. Попал под белый грузовик, гружёный холодильниками.

На первый взгляд здесь можно было бы и закончить. Однако Рё настоятельно попросил семью погибшего о помощи. Воодушевлёнными те не выглядели, но и отказать ему не посмели. Предоставили всю электронику, над которой работал бывший зам коммерческого директора. Два его телефона, столько же ноутбуков и жёсткий диск стационарного компьютера, который они не смогли расшифровать. К счастью не выбросили, а поменяли на новый, отдав технику младшему сыну, который честно признался, что играет на нём по шестнадцать часов в сутки.

Теперь Ёсида сидел в офисе известного технаря, который раньше попросил бы зайти к нему через несколько дней, и ждал, когда тот закончит. В этот раз специалист согласился сделать всё в его присутствии и максимально быстро.

— Нет тут ничего.

Детектив, который взялся за чашку с зелёным чаем, повернул голову.

— Совсем ничего? Нигде?

— На жёстком диске. Вирус какой-то наверное. Или удалённый доступ у кого-то был. Всё подчистую уничтожено.

Незадача. Если таким же способом подчистили телефоны и ноутбуки, цепочка всё же оборвётся. Записей с городских камер наблюдения сейчас уже не осталось — пытаться отыскать на них колонну машин, которая выезжает из Окутамы никакого смысла нет.

Все остальные ниточки были ещё более тонкими и японец погрузился в невесёлые размышления. Особенно, после того, как специалист назвал оба ноутбука пустышками. Следом к той же категории был отнесён один из телефонов и техник взялся за последнее из устройств.

— Тут тоже пусто, но… Секунду.

Начав клацать по клавиатуре, он хмыкнул.

— Погоди-ка… Это же… Да ладно. Не может такого быть.

Любопытство резвилось и прыгало на стены чертогов разума Ёсиды, но он крепился. С невозмутимым видом отпивал чай, посматривая на молодого парня.

— В каждом из телефонов и ноуте подсказка. Он её прямо в…

Осёкшись, махнул рукой.

— Вы всё равно не поймёте. Но это данные для подключения. Я только что подрубился — там хостинг. Арендованный сервер видимо. На котором целая груда документов…

Что именно «всё», Хартли не уточнял. Зато тут же переходил к следующей части, уверенно рассказывая, что Корпус Защитников на самом деле готовит планету к тому, чтобы капитулировать перед инопланетной армией. Якобы в какой-то момент, члены Корпуса, отделения которого сейчас открываются по всему миру, свергнут законные правительства и возьмут власть в свои руки. После чего из Столбов выйдут некие вторженцы и Лагов преклонит перед ними колено, став наместником Земли.

Тот ещё бред. Но с какой-то стороны — отчасти логичный. Как минимум, если человек далёк от этой области и не слишком критично воспринимает информацию — может сработать. Любители теорий заговора это вовсе воспримут, как манну небесную.

— Предложения? Идеи? Креативные концепции? Давайте же, у вас было целых девять минут!

Павел Олегович смотрел на них с таким лицом, как будто все эти девять минут они ломали голову над поставленной задачей, а не смотрели видео. Однако тут было ничего не поделать — старик обрабатывал информацию с какой-то поистине пугающей скоростью и от остальных требовал того же самого.

— Опровержение, заявления мировых лидеров, интервью экспертов и заявление президента США, что он мятежник. Этот псих поднял бунт против собственного правительства, а теперь крошит батон на нас — надо это донести до каждого.

Предложение коллеги-стажёра звучало относительно логично, но вот взгляд их шефа выражал неодобрение.

— Что я говорил вам про контраргументы? Как проверить свою концепцию?

— Попытаться самостоятельно её оспорить и встать на место потребителя информации, — медленно протянул Виталий, который предложил идею.

— И? Уже сделал?

Смотря на задавшего вопрос Твардовского, коллега какое-то время помолчал. Наконец печально вздохнул.

— Сделал… Опрокинуть нас будет элементарно. Сослаться на заговор элит, подкуп и угрозы. Навертеть ещё сверху чего-то остренького для приправы, сделать сенсационный вброс и всё. Люди сожрут, а потом кинутся искать добавку.

Их руководитель, с удовлетворённой миной кивнул.

— Верно. Мы сами вручим ему оружие, которое можно использовать против самих себя. Ещё идеи? Варианты?

Несколько секунд выждав, Павел Олегович мрачно вздохнул. Окинув их взглядом, ткнул пальцем в Морозова, который моментально напрягся.

— Что лучше всего работает против оппонента? От чего сложнее всего отмыться?

Парень втянул воздух, судорожно соображая. Первое, что приходило в голову — втянуть вторую сторону в какой-то эксцесс или создать его. Судебный иск, например или уголовное дело. Даже если всё прекратится через два дня, потом вокруг этого можно накрутить столько разных теорий, что опровергать устанет.

Однако это подходило только для обычных ситуаций. У них же тут был совсем нетипичный случай.

— Что-то личное и такое, чтобы затриггерить большую аудиторию.

— Вот! Правильно. Что это может быть в случае Хартли?

Андрей Морозов перевёл взгляд на экран, где до сих пор отображалось лицо американца. Как ответить, если он даже биографии его не читал? Нужно ведь, хотя бы от чего-то отталкиваться…

— Можно раскопать скандал. Или придумать…

Он выдал единственный универсальный вариант, который пришёл в голову, а шатенка, которая только что влила в себя полбанки энергетика, усмехнулась.

— Он начал вооружённое восстание против своего же правительства и убивал солдат своей страны. Есть что-то более скандальное?

Павел Олегович тут же повернулся к ней и на лице старика появилась улыбка.

— Никто не любит правительство. И как правило за дело — даже самые лучшие всё равно норовят злоупотребить властью, если появляется такая возможность. Соблазны слишком велики, чтобы устоять. Что уж говорить о худших. А солдаты… Слишком абстрактно. С чего это должно кого-то цеплять?

Стажёрка смущённо замолкла. Да и сам Морозов был чуть сбит с толку. Если шеф говорит, что бунт не затриггерит, нужно что-то понятное и простое. Из категории, которая будет сходу ясна всем. Вот только что?

— Можем взять юность. Поднять его прегрешения. Раздуть какое-то, чуть подвинтить и пустить в дело.

— Верное направление. Но абсолютно не та постановка задачи. Что ж вы такие травоядные все. Как вообще жить эту жизнь собрались?

Качая головой, он двинулся к доске для записей, которая стояла справа от гигантского экрана и следом скользнули взгляды всех присутствующих.

— Во-первых, он состоял в университетском содружестве, где кандидатов заставляли бегать по кампусу в памперсах и раздавать конфеты. Во-вторых, в девятнадцать лет, украл машину своего отца и сбил двух девочек-негритят на переходе. После чего скрылся с места преступления.

Морозов переглянулся с шатенкой, которая тоже выглядела немного ошарашенной. Профессор перечислял пункты с подкупающе уверенностью. Однако… Кто бы взял человека с такой биографией на работу в федеральное ведомство?

— В-третьих, спустя полгода после инфаркта муж их соседки попал в больницу и Дуглас Хартли вступил в связь с его женой. Продолжив после того, как супруг вернулся домой и заделав ей ребёнка. Когда мужчина обо всём узнал и скончался от сердечного приступа, семья Хартли переехала. С женщиной было заключено досудебное соглашение и выплачена компенсация.

Андрей колебался между желанием задать вопрос и инстинктом самосохранения, который призывал его не высовываться. Пока парень разрывался, Павел Олегович опять заговорил.

— Дополнительно бахнем мнение его однокашников по универу. Что Хартли всегда был с прибабахом, любил рассказывать небылицы и отличался нестабильным нравом. Туда же добавим мнение бывшего психолога из универа, которая семь раз отправляла его к психиатру, но парень ни разу не дошёл. Почти идеальный коктейль.

— Как мы это подтвердим?

Определившись, Морозов наконец задал вопрос. В ответ на который, шеф только махнул рукой и сразу принялся делать на доске новые надписи.

— Интервью с его однокурсниками, телефонный звонок декану, несколько вставок из самого университета, плюс видео с той самой женщиной. Дочь Хартли тоже вставим. Чтобы жалобно смотрела в камеру и говорила, что никогда не видела папу. Ну и какого-то родственника тех девочек. Сурового негра такого, внушительного, с сединой. И чтобы на один глаз слепой был.

Андрей уже начал догадываться, что последует дальше. А вот коллеги похоже не до конца.

— Откуда мы всё это возьмём? Даже если найдём фрилансеров в Штатах, они так быстро не справятся. И откуда у вас вся эта инфа?

Павел Олегович медленно развернулся, смотря на парня.

— Такой залёт бывает только однажды, боец. В следующий раз вылетишь отсюда, даже не успев договорить.

Тот удивлённо уставился на профессора, а сам мужчина внимательно оглядел своих подчинённых.

— Вы в самом деле не понимаете? Мы не станем никого нанимать. Ответим этому недоноску, возомнившему себя пиарщиком, в той же манере.

— То есть всё сфабрикуем?

— Придумаем красивую историю, расскажем её миру и будем смотреть, как враг корчится в огне, — развернувшись к стажёрке задавшей вопрос, старик шутливо погрозил указательным пальцем. — Забудьте о таких страшных словах. Мы не фабрикуем, а создаём историю. Понятно?

С довольным видом оглядев их, хлопнул в ладоши.

— А теперь за дело! Кто возьмётся отвечать за референсы для видео? Не вижу леса рук. Успеете уложиться в полчаса — премия. Две штуки евро. О, сразу трое. То есть, как за деньги, так сразу да? Васильев, берёшь на себя. Теперь к текстам — кто хочет взять универ?

* * *

Наненда орал, ярился и был опасно близок к тому, чтобы отдать приказ открыть огонь на поражение. Возможно он бы так и поступил. Но когда мы стояли на площадке перед Жёлтым Столбом, я на миг перестал сдерживать рвущийся наружу менос. Защитники моментально кинулись врассыпную, с ужасом на меня оглядываясь.

Тогда генерал сделал вид, что не придал этому никакого значения. Однако выражаться стал тише и слова подбирал тщательнее. Он знал на что способны Защитники и наверняка впервые видел, чтобы они от кого-то бежали в таком ужасе.

Домашний адрес Амана я выяснил буквально сразу же, как прочитал сообщение от Твардовского и ответил ему. Одна из мобильных групп оказалась около дома индийца, сразу же взяв его под охрану.

Что до проблемы с американцем — её я оставил на плечи команды информационного направления. Не зря же я бывшего преподавателя туда взял — пусть разбирается в медийном поле. А чуть позже доберусь до Мексики и решу вопрос в более категорическом формате.

Судьба Виджая Шахевата мне тоже полностью безразлична не была. Но и сделать для его спасения я сейчас ничего не мог. Гигантское скопление плоти, внутри которого мы оказались, могло быть в любой точке океана. Рассчитывать на то, что нас забросит в какую-то близкую точку, было глупо.

Этот момент я в своей стратегии не просчитал. Иначе точно бы заглянул в Изумрудный мир за головой змея. Вопрос о том, насколько череп окажется устойчив к воздействию громадной туши, оставался открытым. Однако попробовать стоило. Получить маяк, привязанный к подобному месту — дорогого стоит. Хотя бы по той причине, что менос действительно был высококонцентрированым и отлично передавал способность. Даже я, уже получивший целых четыре, сейчас взял пятую.

Много. Для окончания четырнадцатого дня, безумно много. В прошлый раз к концу этих суток, были единицы тех, кто получил хотя бы три способности. Даже две были редкостью. Далеко не каждое убийство обязательно наделяло Защитника какими-то навыками. Внутри Столба Индиго мы перебили множество древних сомов, но способности ни я, ни Кремер, не получили.

Даже если использовать их основные возможности, пять подобных навыков — могучая сила. При этом у каждой способности имелись свои собственные дополнительные грани. Некоторые из них мне были известны — требовалось лишь время, чтобы их раскрыть. Вот другие оставались покрыты тайной. С ними придётся разбираться самостоятельно.

На военной базе мы проторчали ещё четыре часа. Потратив их с пользой, понятное дело. Во-первых, я тренировал немку, обучая её как проще всего сделать оптическую иллюзию, чтобы поддерживать её с минимальными усилиями, рассказывал о сцеплении воды и показывал, каким образом можно использовать менос для отключения электротехники на расстоянии. Одновременно тренируя её бить так, чтобы вырубить исключительно нужную электронику, а не тупо гасить всё вокруг в определённом радиусе.

Во-вторых, устроил ей инструктаж по бою на копьях. Сама она предпочитала топоры — способность Кремер тоже была двойной и как она сама объяснила, электричество каким-то образом генерировалось около металлических частей её оружия, а уже потом било по нужной области. Научные специалисты наверняка найдут этому какое-то объяснение в будущем. Мне же пока хватило понимания, что с копьём это будет работать не хуже, чем с топором.

В процессе тренировки мы постепенно наращивали скорость, переходя в режим, близкий к реальному. В какой-то момент подойдя к порогу максимума для «дельты». Если у меня запас роста был солидный, то Кремер упёрлась в потолок.

Около площадки на военной базе, которую мы выбрали для тренировок и так собралась настоящая небольшая толпа из военных и Защитников. Несколько раз к ней подходили офицеры, пытаясь дать команду разойтись. Но если люди в форме их ещё как-то слушали, то Защитники никакого внимания не обращали. А после того, как я стал обучать Йоханну импульсу, людей вокруг стало ещё больше.

— Как они это делают?

— Да у меня машина медленнее ездит…

— Едва могу рассмотреть. Они вообще люди?

— Как такое повторить? Я тоже хочу!

Остановившись, я прошёлся взглядом по толпе, оценивая их эмоции. Семеро. Хотя нет… Пятеро. Скорее даже трое. Негусто, но с чего-то надо начинать.

На предложение поговорить вся троица откликнулась с радостью. А когда мы заканчивали, около палатки, которую любезно уступил один из пехотных офицеров, появился запыхавшийся парень. Защитник ранга «альфа», которого я приметил около Столба и попросил о небольшой услуге, пообещав заплатить менос-ядром.

— Тот майор. Вернулся он. Только что рядом со Столбом оказался.

Попросив подождать меня, я рванул к Жёлтому Столбу. Достигнув его сразу после генерала Наненды, который остановился перед своим адъютантом, что сейчас пытался выпрямиться.

Как я и думал, индиец потерял сознание и застрял внутри. Вырубился, оставшись во внутренностях громадной плавающей туши. Но, как и раньше Амана, его это не убило. Защитника вообще непросто убить. Даже если он всего лишь достиг ранга «альфа».

Сейчас офицер пытался вытянуться по стойке смирно и доложить генералу. Но тот совсем не горел желанием его слушать.

— Стал одним из них? Продался за силу? Тоже будешь лизать зад вторженцам, когда они придут? Забудь о том, что ты служил в индийской армии. Чтобы духу твоего тут не было.

Бедолага выглядел полностью ошарашенным — такого приёма от собственного командира он не ожидал. Сам генерал, крутнувшись, наткнулся взглядом на мою фигуру. Секунду постоял, испепеляя взглядом. Потом выдохнул и зашагал прочь. Я же шагнул ближе к Виджаю, на лице которого была абсолютная растерянность. Настроение офицера и его эмоциональный фон я оценивал, начиная с нашего прибытия на военную базу. И на мой взгляд, он идеально подходил для предложения, которое я собирался сделать.

— Виджай Шахеват, от имени Корпуса Защитников, предлагаю вам возглавить отделение в Индии. Что скажете?

Тот растерянно моргнул.

— Возглавить?

— Верно. В качестве руководителя.

Он шмыгнул носом. Постоял ещё секунду, покачиваясь из стороны в сторону.

— Могу я подумать?

— Безусловно. У вас есть пара часов до нашего вылета.

Кивнув ему, я отступил в сторону. Ход был сделан — теперь мяч на стороне Шахевата. С юридической точки зрения это всё более чем сомнительно. Слова генерала, какими бы они там ни были, не могли одномоментно разорвать его контракт с армией. Для этого требовалось пройти через документальную процедуру.

Однако, после дня Контакта в мире появилось очень много, сомнительных в юридическом плане, вещей. Правила игры критическим образом изменились.

Когда я двинулся назад к палатке, снова завибрировал телефон. В этот раз сообщение прислал Рё Ёсида. Японец считал, что нашёл Головастую.

* * *

Пётр замер, прикрытый оптической иллюзией. Присмотрелся к деревьям впереди. Здесь. В двадцати метрах от нынешней позиции он вывалился в Изумрудный мир вместе с волком. А потом появились лаффары и забрали его.

Его отговаривали возвращаться и проверять. Напирая на то, что волка скорее всего убили туземцы. Либо тот очнулся и вернулся назад, заранее прикрыв себя иллюзией.

Но он хорошо помнил глаза человека, который напал на них в облике этого зверя. Никаким рационализмом и логикой там не пахло. Будь эта тварь умна, вовсе бы сюда не полезла. Кто вообще сказал, что Угрозы обязательно должны быть адекватны? Гловацкий, которого шеф убил на греческом острове, казался бесконечно далёким от любой интерпретации слова «адекватность».

Он хотел отправиться сюда с того самого момента, как снова очутился около Столба. Каждый раз поддаваясь уговорам и останавливаясь.

Однако сегодня, парень решил проверить. Василину, которая хотела пойти с ним, оставил на базе, а сам устремился сюда. Скоро всё равно лететь в Лагос — перед этим Пётр Стогов хотел убедиться, что тут и правда нет волка.

Обнаружив капли крови на том самом месте, где стоял, секунду подумал. Потом осторожно двинулся по следу. Лагов запретил ходить сюда на охоту и водить отряды. Но ничего не говорил о том, что нельзя отправиться сюда на разведку. Командир отлично его поймёт — он и сам такой.

Юноша поймал себя на мысли о том, что пытается убедить самого себя и невесело усмехнулся. Даже если его выпрут, он всё равно хотел отыскать этого зверя и выяснить, что с ним случилось дальше.

Крови из волка вытекало много, а лаффары не слишком пытались её маскировать — Пётр спокойно шёл по следу. Дело было не в том, что он её видел — визуально никаких пятен, по которым можно было следовать, тут не имелось. Зато прекрасно чувствовал аромат. С тех пор, как он поднялся до «гаммы», у парня что-то случилось с обонянием — теперь оно позволяло ощущать запахи на весьма солидном расстоянии вокруг. Стогов не был уверен, способность это или нет, оставив вопрос до момента, как увидится с Лаговым. Но с удовольствием пользовался новой опцией.

К стоянке племени лаффаров он вышел абсолютно неожиданно. Вроде только что был среди молодой поросли деревьев и под переплетениями воздушных корней журчала вода, а теперь впереди высилось нечто вроде своеобразного частокола.

Секунд десять он стоял на месте, замерев и стараясь не двигаться. Казалось, что вот-вот покажутся туземцы, которые неминуемо его обнаружат. Лагов говорил, что способностей у них нет и сражаются они хуже Защитников, но концентрацию меноса почувствовать могут. Что значило — обнаружить его, аборигены тоже были в состоянии.

Поняв, что реагировать на него никто не собирается, отступил назад. Какое-то время подумав, решил двинуться вдоль этого частокола, прислушиваясь к происходящему внутри.

Долгие полчаса внимательного изучения обстановки дали полностью нулевой результат. Тогда Стогов решился на откровенную дерзость — подпрыгнув, сформировал под ногами прессованную плиту воздуха и заглянул внутрь.

Никого. Хаотично разбросанные по земле мелкие вещи и полная пустота. Ни одного лаффара. На миг он не поверил своим глазам. Даже предположил, что это иллюзия. Потом осторожно проплыл по воздуху вперёд, осматриваясь и пытаясь оценить ситуацию.

Тут действительно никого не было. Ни на земле, где располагалась часть построек, ни в воздушных «хижинах», которые аборигены размещали на ветвях деревьев.

Запах волка почти полностью потерялся на фоне множества ароматов, которыми было пропитано это место. Но Стогов всё же сумел обнаружить место, где лежало его тело — там до сих пор остались капли крови.

Загадка исчезновения туземцев тоже открылась почти сразу — они банально ушли. Собрались всем своим племенем, нагрузили на себя всё, что получилось и принялись маршировать вдаль. То ли прихватив гигантского волка с собой, то ли благополучно растворив его в воздухе.

Он даже попытался за ними проследить. И первую сотню метров это получалось — несложно идти по следу из запахов, которые оставляет большая группа существ. Но вот потом… Все ароматы будто пропали. Полный ноль.

Пётр искал физические следы и вспомнив своего деда-охотника, пытался нарезать круги, постепенно расширяя удаление от точки, где потерял след. В данном случае получался скорее полукруг. Но позже парень добрался и до окружности, которая полностью включала в себя деревню туземцев. После чего ушёл ещё дальше. Так ничего и не обнаружив.

Потратив немало времени и сил, всё-таки решил остановиться. Вернувшись в деревню лаффаров, прошёлся по хижинам, прихватывая то, что могло оказаться интересным. Оружия тут, ясное дело, не было. Но вот вещей, которые относились к быту, хватало. Про аборигенов пока не было известно почти ничего — такое лишним точно не будет.

Закончив, подумал о том, чтобы вернуться назад и через пару секунд уже стоял около Столба. Не успел сделать нескольких шагов, как к нему метнулась фигура Защитника из Корпуса. Замерев в паре шагов, тот окружил их плотным воздушным барьером, мешая подслушать другим.

— Василина сказала сразу тебя привести, как появишься. Что-то срочное от командира. Никому больше не говорит, ждёт тебя.

* * *

Несмотря на сногсшибательную новость, я постарался сфокусироваться на рациональном подходе и первым делом поинтересовался у Рё Ёсиды деталями.

Он тут же выложил мне второй пакет информации. Следом за ним — третий.

Высокопоставленный клерк в транспортной компании, который отвечал за маршруты для перемещения персонала и Угроз. Его гибель после столкновения с грузовиком. Найденные подсказки, которые он оставил как раз на такой случай.

Не думаю, что мужчина хотел помочь именно нам. Скорее всего, оставляя зацепки, он рассчитывал на полицию, которая займётся расследованием после его гибели. Но аварию никто не посчитал подозрительной — всерьёз обстоятельствами жизни и гибели японца не интересовались.

Тогда как он сам оставил нам настоящий кладезь данных. Мало того, что оказался неожиданно сообразительным и смог вычислить имена семерых пациентов, так ещё и указал, куда отправилось руководство «Сада Счастья».

Соображений на тему того, как именно происходил процесс эвакуации, у меня не было. Но отталкиваясь от записей, можно было предположить, что все отправлялись в путь под кодовыми именами. При этом, японцу не всегда был известен конечный маршрут. Иногда лишь место, в которое должны прибыть его люди и оставить там «пассажиров», которыми позже займётся кто-то ещё.

Полный комплект данных был у него только в семи случаях. При этом, два таких варианта — Шанхай и Гонконг. Китайцы, с которыми уже разобрался Го Бинь. Плюсом к ним были ещё четыре человека, которых отправили в разные города планеты. И Головастая. Он даже пометил её в списке. Указав, как самый важный объект из всех.

Правда, в данном случае данных было не так много. Только город, в который её должны были доставить. Хорошая новость состояла в том, что он был совсем небольшим.

Всё это я немедленно отправил Дмитрию, чтобы аналитики взяли в работу. А потом задумался. Убежище, в котором должен находиться персонал или Головастая? Теперь мне было известно её настоящее имя, но привычка называть девушку именно так, брала своё.

Ещё один вопрос — не ловушка ли это? На мгновение я даже всерьёз озадачился. Потом понял, что расставлять капкан им было не на кого. В прошлый раз никто знать не знал про «Сад Счастья» и его пациентов. В историю вошёл только Токийский мясник. Выстраивать настолько тонкую схему игры, когда о тебе гарантированно никто и ничего не знает, это перебор даже для полноценного параноика.

Много времени на то, чтобы определиться, мне не потребовалось. Определившись, принялся рассылать команды и корректировать планы. В первую очередь — свои собственные. Потому что в Мексику я теперь не летел. Моя дорога лежала совсем в другой конец света.

— Я решил. Приму ваше предложение.

Оторвав взгляд от экрана телефона, я посмотрел на подошедшего Виджая Шахевата, в глазах которого была решимость сворачивать горы и осушать океаны. После чего постарался придать себе торжественный вид. Вероятность того, что он согласится на предложенную позицию и так была высока, а поведение генерала вовсе не оставило шансов. Тем не менее, с точки зрения самого майора, сейчас совершался значимый поступок, а значит и выражение лица требовалось соответствующее.

К счастью, лично у меня он много времени не отнял. Буквально десять минут, за которые мы обсудили основные моменты. Плюс, ещё пятнадцать, что ушли на оценку полученной им способности. Очень необычной и крайне эффективной — он мог искусственно катализировать рост клеток организма.

На практике это выглядело, как стремительный рост какого-то органа или соединительной ткани, что приводило к ужасающим последствиям. Когда офицер попытался потренироваться на свинье, увеличив её печень, зрелище получилось не для слабонервных. Мне пришлось ударить тепловой способностью ей в мозг, чтобы животное не мучилось.

Объективно — очень мощная способность. Теперь я вовсе не был уверен, что принял верное решение, вонзив копьё в «светлячка» и получив возможность управлять пластиком.

Применить её на мне, я индийца тоже попросил. Убедившись, что рост клеток можно сдерживать и делать это достаточно эффективно. Но я был вынужден постоянно на это отвлекаться, когда он переключался с одного органа на другой. И это при том, что мои навыки управления меносом были намного выше любого иного Защитника. Не говоря уже о разнице в рангах. Тот факт, что он вообще оказался способен воздействовать на кого-то ранга «дзета», многое говорил о его способности.

Разобравшись с теми вопросами, которые кроме меня больше решить бы никто не смог, перенаправил его на Франсуа и Леонида, который заведовал работой с недвижимостью и снабжением всех отделений Корпуса. Хорошо, когда у тебя есть люди, которым можно поручить подобную работу. В самое ближайшее время Виджай должен был переместиться в офис на территории одного из городов поблизости. И начать первичный отсев кандидатов на приём в Корпус. Ну а я попрошу Дмитрия организовать давление на правительство, чтобы Наненду перевели в другое место.

Единственная причина, по которой он здесь командовал — эта территория изначально находилась в зоне ответственности его группировки. А после того, как военные и гражданские власти немного поцапались в процессе обсуждения ядерного удара, отношения у них были весьма натянутые. Из-за чего генерала и не перемещали — министр обороны хотел показать, что сам принимает решения и полностью контролирует ситуацию. Именно на него и давили Штаты с Британией, когда пытались обеспечить приземление тут моего джета.

Получилось. Только Наненде он сам звонить не стал. Спихнул ответственность на премьера, а тот сманеврировал и под предлогом того, что формально верховным главнокомандующим является президент, передал эстафету ему.

— Ты какой-то напряжённый. Что-то случилось?

Кремер озвучила вопрос, когда мы уже оказались на борту взлетающего самолёта. Избавив от необходимости самому начинать разговор.

— Что самое опасное ты делала в жизни?

Девушка ненадолго задумалась. Наморщила нос.

— Ходила по арабскому кварталу ночью, пьяной и в короткой юбке.

— И прокатило?

Поджав губы, качнула головой.

— Двоим сломала рёбра, одному нос. Четвёртый потом в полиции рассказывал, что я его ещё и ногами пинала, но такого не помню.

— Так полиция всё-таки приехала?

— Ну да… Арабы сами вызвали… Испугались.

Не выдержав, я расхохотался. Возможно нервы, что долгое время были в состоянии тотального напряжения, дали о себе знать, но короткая история показалась мне смешной.

Отсмеявшись, посмотрел на Йоханну, в глазах которой виделась лёгкая укоризна.

— Мы нашли ту, кто предположительно направляет остальные Угрозы. Я собираюсь отыскать, задать несколько вопросов и скорее всего ликвидировать. Не знаю, как насчёт уровня опасности, но это наверняка будет немного проблематичнее, чем разделать нескольких арабов. Что скажешь?

Изначально я хотел сказать нечто вроде «это будет в сто раз опаснее», но во-первых, сама её история забраковала такой ход, а во-вторых, звучало бы слишком натянуто и пафосно.

Сама немка выдохнула. Нахмурившись, исподлобья посмотрела на меня.

— Прежде чем отвечу, тоже хочу задать вопрос. Ты собираешься звать меня в свой Корпус или нет?

К счастью рядом оказался его, более сведущий в новостях коллега, который с готовностью всё растолковал. Теперь мы стояли на парковке аэропорта, оглядываясь по сторонам.

Аналитическая команда уже получила вводные данные и приступила к работе. В последнее время она активно расширялась, но со всеми задачами они всё равно не справлялись — не так просто с нуля развернуть полноценный аналитический центр, который не только собирал данные, превращая сырые цифры в удобно используемую фактуру, но ещё и мог бы делать по этой самой фактуре какие-то вменяемые выводы.

Прямо сейчас у группы, которая занималась Тронхеймом и окрестностями, задача была куда проще. Определить местоположение объекта, используя для этого все доступные ресурсы. Они были в курсе, что её сопровождает женщина-японка, которая должна была оказаться заметной в Норвегии. Так что ситуация несколько упрощалась.

Правда результатов аналитики пока не добились, а мы уже находились здесь. Готовые к бою, но не понимающие, как обнаружить цель.

— Для начала ты попробуешь открыть новую грань своей способности. Раз она позволяет искать тех, кого уже видела, наверняка сможет уловить любые частицы меноса.

— Грани? Ты сейчас говоришь о том, что способность может со временем становиться шире?

Её голос звучал в моей голове на русском, хотя говорила Кремер на чистом немецком. Тем не менее, даже так я чувствовал её глубокое изумление.

— Многограннее. Чем выше ранг, тем проще открыть новые грани и понять, как именно они работают.

Мне бы тоже стоило этим заняться. Выделить сутки и попытаться войти в режим максимальной концентрации. Пять обретённых способностей делали меня опасным противником и в своей «базовой конфигурации», но после их полного раскрытия, остановить меня будет крайне проблематично. Не говоря о том, как это повлияет на моё тело.

— Почему ты раньше не говорил? И что для этого нужно сделать?

Объяснить ей алгоритм было несложно — он сам по себе был элементарным. Но вот воплотить его на практике, у Кремер не вышло. Мы потратили около часа, однако раскрыть новую грань девушка не смогла. Поэтому пришлось действовать иначе — прощупывать территорию меносом. Такой подход позволял зафиксировать практически всех живых существ, но сильно ограничивал радиус действия. Здесь, в атмосфере Земле, я даже с шестым рангом мог вести поиск только в радиусе четырёхсот метров. Тогда как Йоханна в случае удачи, могла бы сразу проверить территорию, минимум в радиусе пятнадцати километров.

Но немка потерпела неудачу, так что пришлось действовать по старинке. С другой стороны — так была полная уверенность, что мы ничего не упустим. Разреженный менос, который я выпускал в атмосферу, ощущался как продолжение собственного тела, что сильно повышало качество поиска.

Для начала прошлись по территории аэропорта. Устраивать убежище где-то тут было бы не слишком логично и сложно. Но с другой стороны, именно так поступил бы человек, который предпочитает нестандартные решения.

Потом изучили небольшой городок Вернес, в котором располагался аэропорт и пробежались по окружающим его мелким деревням. В одной из последних, Йоханна вдруг остановилась, смотря куда-то в сторону. Я было решил, что блондинка обнаружила что-то интересное. Но та смотрела на табличку, что висела на здании старого вокзала.

«Hell — Gods-expedition». В этот момент я тоже замер, непонимающе смотря на указатель. В голове тут же закрутился добрый десяток теорий. Некоторые даже начали разрастаться в полноценные версии — вплоть до того момента, как холодный голос разума напомнил, что мы вообще-то в Норвегии. Что значит — указатели на английском тут если и могут быть, то их немного. А конкретно этот, в маленькой деревушке, наверняка на норвежском.

На минуту прервав поиски, я достал телефон и вбил туда запрос. Уже через секунду досадливо поморщившись — мы стояли около таблички, которую постоянно фотографировали туристы. Первое слово было названием этой самой деревни — Хель. А «годс» на норвежском означало груз. Никаких тебе «адовых божественных покатушек» или чего-то подобного.

Ни одного Защитники в Хеле тоже не нашлось. Кроме вокзальной таблички ничего интересного мы тут не встретили.

Дальше продолжили в том же духе — перемещаясь от одного населённого пункта к другому, проверили их все. После чего оказались в Тронхейме, начав изучать его улицы под прикрытием оптических иллюзий.

Я медленно плыл в воздухе, используя свою способность к левитации. Теперь она давала возможность подняться на высоту до пяти метров, что позволяло находиться над головами людей, избавляя от угрозы столкновения.

Если смотреть со стороны, девушка визуально делала всё то же самое. С той разницей, что ей приходилось постоянно держать концентрацию на удержании под ногами воздушной плиты и её движения вперёд. Одновременно и создавая себе опору, и выступая её двигателем. В бою или кризисной ситуации это могло стать решающим фактором. Чем больше ты отвлекаешься, тем выше вероятность потери концентрации.

Основным разочарованием стало полное отсутствие следов. Один раз показалось, что я почувствовал какой-то отголосок чужой энергии, но стоило присмотреться, как стало понятно, что её там совсем крохи. Скорее всего человек просто долгое время был рядом с Защитником. Либо использовал сильнодействующие лекарства. Как вариант — заказал себе один из сувениров с той стороны, которые сейчас активно продавались.

Спустя два с половиной часа я мог уверенно заявить — Тронхейм и окрестности проверены. Головастой здесь нет.

— Что будем делать? Полетим обратно?

Забравшись на крышу городской ратуши, я устроился на краю, наблюдая за вечерним городом. Рядом уселась Кремер.

— Подождём отчёта аналитиков.

Девушка с раздутым черепом была достаточно важна, чтобы задержаться здесь ещё и отложить визит в Штаты. Ещё я бы не отказался узнать, кто такой этот таинственный пророк, которого слушал персонал. Записи аудио, которые слушали медсёстры, были среди файлов, переданных мне Го Бинем. Но там ничего дельного не отыскалось — классический сектантский подход. С призывом уверовать в его слова, как речи вестника конца света и отринуть всех остальных.

Возможно это была пустышка. Но даже если так — кто-то всё равно являлся собственником клиники и организовал проект. То ли поверив голосам в своей голове, то ли получив другой канал связи.

Вот в этом моменте я вдруг подвис. До того разум лихо обрабатывал массу информации и учитывал постоянно меняющиеся условия задачи. Но человеческое сознание всегда инертно. Склонно опираться на старые знания, считая их приоритетными над любой новой информацией.

Именно это со мной и произошло. Мы всегда думали, что Столбы — некий механизм давно мёртвой цивилизации. Скорее всего, лишь какая-то его часть.

Основания для этого имелись — да, Столбы падали на планеты и провоцировали кризис, фактически формируя новую элиту. Потом по миру прокатывалась убийственная волна, что выкашивала всех Защитников. На поверхности планеты, которая уже была пропитана меносом, который приволокли Защитники и всё добытое ими, оставались лишь обычные жители. Которые получали порцию энергии из окружающей среды, но Защитниками это их не делало. Никаких способностей, а прогнозируемая длительность жизни — не больше двухсот лет. Максимум, который мы наблюдали среди туземных рас, планеты которых пронизывал менос.

Что случалось с переселенцами в другие миры, гарантированно было сказать нельзя. Но большинство аналитиков сходились во мнении — с вероятностью около девяноста пяти процентов все Защитники тоже должны были погибнуть. Обычные люди, если те имелись среди поселенцев, по идее выживали. Но таких было меньшинство. Как правило, уйдя на ту сторону и живя там, человек очень быстро становился Защитником ранга «альфа». Выжить могли только те, кто только-только вступил на новую для себя землю.

Но во всём этом не просматривалось фактора вмешательства разумного существа. Не знаю, от чего именно отталкивалась аналитическая группа, но на мой взгляд дело было в том, что мы не фиксировали ни единой попытки влезть в наши процессы со стороны. Хотя, может быть у них имелись и другие основания — вся информация стекалась к Виталию, который располагал способностью, позволяющей эффективно обрабатывать большие массивы данных.

А вот теперь, пример такого вмешательства был у меня перед глазами. Списать и этот факт на действие старинного механизма, некогда созданного, а потом забытого, тоже было возможно. Только вот проверку на логику подобное «списание» уже не прошло бы.

— У тебя такое лицо, как будто ты призрака увидел. Я чего-то не знаю?

Моргнув, я повернулся к Йоханне. Чуть качнул головой.

— Да нет… Оказалось, это я не в курсе кое-чего важного.

Девушка нахмурилась, вглядываясь в меня.

— Да нет… Так да или нет?

Действительно. Поле перевода работало отлично, но нередко переводило фразы почти буквально. Например, как сейчас.

— Нет. Тебя это пока не касается.

Менее задумчивыми её глаза не стали. А вот в моём кармане завибрировал телефон — на связь вышел лидер команды аналитиков. Они нашли японку. И локализовали район Тронхейма, в котором она предположительно жила.

* * *

Четыре команды САТ присланных полицией, две сотни бойцов СФГп и первая воздушно-десантная бригада в полном составе. Плюс сам Рё Ёсида и десяток Защитников, которых детектив отобрал первыми. Они даже успели побывать в Столбе Индиго. Провели там всего полтора часа, но зато успели получить дополнительный менос, а пара человек, включая самого Ёсиду приблизились к «бете».

Все эти силы были скрытно стянуты в Муроран. Промышленный город на острове Хоккайдо, около которого на четырнадцать километров тянулось скалистое побережье.

Согласно информации, которую укрыл заместитель коммерческого директора транспортной компании, именно тут находилось руководство клиники. Главный врач и все остальные доктора. В бункере, расположенном под скалами.

С точки зрения детектива, организаторы всего этого действа допустили целый ряд критических ошибок. Не только замкнули часть процессов на одну и ту же фигуру, но ещё и позволили ему ознакомиться с чувствительной информацией, которая не относилась напрямую к его обязанностям.

Причина была очевидна — никто не рассчитывал, что мужчина сможет с кем-то поделиться. Плюс, ему изначально хорошо заплатили за молчание.

Но при этом они допустили ещё одну необратимую ошибку — дали допуск к информации проекта. Позволили транспортнику осознать всю необычность заказа и заодно достаточно напугали, чтобы тот принял меры для возмездия в случае своей гибели. Потрясающий по своему масштабу прокол…

Бункер в породе действительно имелся — военные нашли его своими методами. Сначала обнаружив тоннель, который вёл к скалам из промзоны, а потом аккуратно разведав и само укрытие.

План действий был незамысловат — дождаться сигнала от Лагова и устроить серию направленных взрывов в промзоне, пробившись в тоннель. После чего добраться до бункера, вскрыть двери и всех арестовать. Ну а перед этим сам Ёсида должен был полностью обесточить укрытие внизу. Дотянуться меносом и уничтожить все источники электричества. Защитников внизу быть не должно, но вот какие-то системы обороны могли запросто обнаружиться.

Несколько дней назад Ёсида и подумать не мог, что окажется в такой ситуации. Теперь же едва ли не командовал крупной операцией силовых ведомств Японии. Улыбнувшись вывертам судьбы, экс-детектив ещё раз посмотрел на экран телефона. Все уже полчаса, как заняли свои позиции. Теперь осталось дождаться звонка или сообщения Лагова.

* * *

Франсуа нравилась его новая жизнь и статус. Нагрузка правда оказалась слишком уж серьёзной и свободного времени оставалось настолько мало, что он даже не мог отправиться на ту сторону. Однако, канадец понимал, что является, как минимум, третьим человеком в иерархии Корпуса. В самом худшем случае — четвёртым.

Не говоря уже о том, что жизнь его стала куда интереснее и в ней появился смысл. Разительное отличие от него же самого в прошлом, когда приходилось перебиваться случайными заработками, лишь мечтая о том, чтобы отыскать постоянную работу. А параллельно стараться не соблазниться криминалом.

В Каргополе они пробыли совсем недолго. Тем не менее оенить кандидатов, которых заранее подготовили к встрече, Лебуа успел. Из шестисот человек, которых заводили группами по десять, осталось сто двадцать четыре. Немало, если подумать.

С руководством определиться тоже получилось. Василина с Петром подготовили десять потенциальных кандидатов на различные руководящие должности. Одобрил канадец только пятерых. Одного пришлось вовсе попросить на выход. Как и ещё двух Защитников — в своё время они прошли проверку Тессы но после этого успели кардинально поменяться. Достаточно заметно, чтобы их исключить.

Сам Пётр летел с ним, сопровождаемый семью Защитниками. За главную в Каргополе осталась Василина, у которой появилось пятеро проверенных помощников, между которыми теперь можно было распределить задачи.

Шеф тоже был в воздухе — его самолёт двигался им навстречу, устремившись в Норвегию. Проще было бы поступить наоборот. Чтобы Лагов занялся Азией, а они полетели в Тронхейм. Но Константин хотел лично разобраться с Головастой и в этом канадец его прекрасно понимал.

Через несколько часов, Франсуа должен был высадиться в Калькутте. А Пётр вместе со своей группой поддержки отправится во Вьентьян. В каждом городе было ещё по одной Угрозе, с которыми должны были справиться члены Корпуса.

В этот раз они уберут сразу пятерых, включая самую опасную пациентку клиники. Это было бы отлично, если бы не сомнения, которые сейчас наполняли голову мужчины. Он был уверен, что Лагов справится. Но потянет ли Пётр? Не лучше ли будет отправить Оливера с ним, а самому посетить Калькутту в одиночестве? Шеф сказал, что не стоит. Да и сам Пётр уже был «гаммой», уверенно двигаясь в сторону «дельты». Но Лебуа всё равно казалось, что его стоит подстраховать.

В следующую секунду на свободное соседнее кресло уселся тот самый Пётр. Секунду подождал, смотря на канадца.

— Слушай, я тут кое-что странное видел в Изумрудном. Сижу теперь, голову ломаю. Может расскажу, а ты подскажешь, если будут идеи?

Франсуа медленно кивнул и поудобнее расположился в кресле.

— Без проблем. Рассказывай.

Стогов ещё пару мгновений помолчал. А потом начал рассказывать.

* * *

Когда Пак Джин Хо отправлялся в Гонконг, то был благодарен судьбе за отсутствие Угроз в Корее. Ему даже не хотелось представлять, что придётся разбираться с чем-то подобным на своей территории.

Как оказалось — выводы мужчины были преждевременными. Согласно данным, которые обнаружил Рё Ёсида, в Южной Корее находился один из пациентов клиники. Прямо здесь, в Сеуле.

Семьсот седьмой отряд уже занял позиции. Дополнительно в город была введена девятая бригада командования специальных операций. Не говоря о полиции, двух командах из Национальной разведки и вертолётах, что должны были подняться в воздух, как только поступит команда о начале операции.

Бойцы из Лиги Защитников Кореи тоже были тут. Двадцать пять человек, которых Пак Джин Хо счёл лучшими. Пятеро должны были отправиться в бой вместе с ним и стать своего рода первым эшелоном. Задачей остальных, было прикрыть отступление военных и защитить гражданских, если что-то пойдёт не так. Неизвестно с чем они там столкнутся — нулевой опасностью, как в Гонконге или противником, который уже обрёл мощную способность и готов убивать.

Помимо Сеула, Угрозы были обнаружены ещё в трёх городах. Два из них должны были закрыть люди Лагова, которые сейчас летели к цели. А в Янгон прямо сейчас летел Го Бинь. Неофициально, оставляя за спиной страну, в которой только что захватил власть. Пак Джин Хо даже не думал, что новый красный император настолько доверяет Лагову. Либо это просто манёвры — кореец отлично помнил свои ощущения, когда глава Корпуса появился перед ними в Гонконге.

Шестой ранг. Страшно подумать, на что он способен. А китайцы всегда славились изворотливой и хитрой дипломатией. Джин Хо был уверен, что обладай Го Бинь такой же силой, как Лагов, ситуация сейчас обстояла бы несколько иначе.

Оглянувшись на своих людей, которые смиренно ждали, придерживая копья, Джин Хо снова бросил взгляд на экран телефона. Лагов, как минимум полтора часа находится в Норвегии. Но до сих пор не дал отмашки. Что значило — свою собственную цель, лидер Корпуса пока не обнаружил.

* * *

Японка засветилась на камерах магазина, которые взломали айтишники, бывшие в составе аналитической команды. Точный адрес это отследить не позволяло, но зато дало нам район города в котором та жила. Вряд ли женщина стала бы ехать в сетевой супермаркет с другого конца Тронхейма.

Спустя десять минут мы уже были в нужном месте — теперь левитация позволяла развивать скорость до семидесяти километров в час, а пробки на высоте пяти метров полностью отсутствовали.

Имелась только одна проблема — повторно прощупав окрестные кварталы меносом, я ничего не нашёл. Никаких следов присутствия Защитника.

Странно. Японская медсестра здесь, а её подопечной нет? Версия выглядела настолько сомнительной, что я её сразу отбросил. И тут же подумал о другой — Головастая могла не являться Защитницей.

Это полностью объясняло мой провал во время её поисков. А ещё — давало наводку. Ведь именно здесь я ощутил ту самую слабую концентрацию меноса, принятую мной за что-то постороннее и не имеющее отношения к делу.

Частный дом. Два этажа, большое подвальное помещение и на первый взгляд ничего необычного внутри. Трое взрослых и двое детей, плюс ещё один взрослый в том самом подвале.

На всякий случай я покружил вокруг, убеждаясь, что всё в самом деле чисто. После чего приказал Кремер ждать снаружи и прикрывать спину. А сам опустился вниз, оказавшись в нескольких метрах от двери.

Себя я видел прекрасно, а оптическая иллюзия и концентрация меноса запросто позволяли пользоваться электроникой, пережившей поход на ту сторону. Поэтому я достал телефон и отправил сообщение Дмитрию. Вот и всё — он ретранслирует команду дальше, после чего наши команды ударят по противнику на территории Азии.

Я же пустил в дело свою новую способность, обратив пластиковую дверь грудой жижи. После чего шагнул, заходя внутрь.

Стоило пройти пару метров, как на лестнице послышались шаги и вниз стремительно спустилась японка, в правой руке которой был сжат кухонный топор.

Оружие я моментально вырвал воздухом, а саму азиатку спеленал. Но спустя миг её глаза закатились, из горла вырвался хрип, а сама женщина осела на пол. Мёртвой.

Четверо людей, которые были на втором этаже, моё появление полностью проигнорировали. Даже с места не сдвинулись — как сидели все в одной комнате, так там и остались, на прежних позициях.

Чуть подождав, я подошёл к двери в подвал. Толкнув, окинул взглядом ступени и начал спускаться вниз. На середине лестницы картинка перед глазами вдруг поплыла. А потом я обнаружил, что стою в полной темноте, не чувствуя своего тела.

* * *

Тронхейм. Теодор Якобсен не знал, что тут понадобилось Лагову, но сам факт приземления его джета переполошил наверху абсолютно всех. При этом пытаться обеспечить наблюдение обычными методами никто не пытался. Это всё равно было бы полностью бесполезно.

Вместо этого к Тронхейму перебросили их. Первую роту экспериментального норвежского батальона. Ту, из которой позже хотели вырастить целую бригаду, что специализировалась бы на беспилотниках.

Сейчас была смена его взвода. Сразу восемь аппаратов, которые висели над городом, снимая всё сверху и фиксируя. Абсолютно бесполезное занятие. Лагова они не видели ни разу. Причины по которым он тут объявился, тоже оставались полностью непонятными. Теодор не видел ни малейшего смысла в их присутствии. Даже если этот русский решит стереть Тронхейм с лица земли, что они ему сделают? Пальчиком погрозят и наругаются. Он же монстр, способный почти на всё, что угодно. Хорошо, что хотя бы адекватный. В противном случае мир бы уже превратился в полнейший хаос.

— Какого каменного тролля? Что у них происходит?

Опустив чашку кофе, Якобсен расплескал немного на штаны и поморщился. Но сразу же забыл об этой мелочи — на экранах и правда отображалось что-то странное. Все машины, будто разом забыли, что такое тормоза, врезаясь друг в друга, столбы и здания.

— А это как понимать? Посмотрите на людей!

Сержант Мортен вытянул чуть подрагивающую руку и теперь его командир тоже заметил — все прохожие замерли, подняв головы вверх и распахнув рты. Спустя секунду пришло осознание.

— Да они же кричат. Весь город.

Выдохнув, он разжал пальцы, которые судорожно сжимали подлокотник раскладного стула. Взяв рацию, нажал кнопку и произнёс код, который означал высшую степень угрозы, предполагающую потенциальное уничтожение всего Тронхейма.

— Командир. У нас ситуация «Алый лебедь». Повторяю — «Алый лебедь». Действую согласно протокола.

— Ох-х…

Выдавив шипящий звук, она осела вниз, а из портала высунулась зелёная уродливая морда. Вслед за которой показалась и вся фигура целиком.

— Свежее мясцо! Сочные бабёнцы! Свенги успели первыми!

Посреди дороги возникло ещё одно окно, откуда показалась пара таких же, только вооружённых топорами. В стороне третье.

Достоверной теории о том, что произойдёт, если меня здесь убьют, в голове не было. Но и проверять это на практике, я тоже не хотел. Поэтому, когда зеленокожий тип, у которого были видны клыки, попытался ударить меня копьём, отклонился в сторону, ухватился за оружие и рванул на себя.

Тот по инерции пролетел вперёд, врезавшись корпусом в забор. Я же, оставив пальцы левой руки на древке, впечатал кулак правой ему в нос. Потом вырвал оружие окончательно и ударил тупым конца древка в грудь, отбросив противника на газон. Где он и свалился рядом с умирающей женщиной.

Из обеих арок полезли новые зелёные типы, а та парочка, что была первой, ринулись на меня.

Способности по-прежнему не работали. А тело я хоть и чувствовал, но не понимал, насколько мои движения здесь пересекаются со мной настоящим, который существует в реальном мире.

Поэтому с места я поначалу предпочёл не двигаться. Перехватил трофейное копьё, развернув его наконечником к надвигающимся противникам. Одного уложил удачным ударом в корпус. Второму сначала пробил плечо, потому зацепил горло, а третьим ударом, вбил копьё прямо в глаз.

Однако враги продолжали появляться. По левую руку вылезло сразу четыре таких же зелёных орка. Правда нападать не стали — вместо этого окружили погибшую женщину, хрипло возмущаясь тем, что соплеменник убил такую сочную добычу. А обнаружив, что незадачливый копейщик ещё жив, тут же окружили его, принявшись активно пинать.

Зато семеро, что успели выскочить из второго портала посреди дороги, пёрли прямо на меня. Три копейщика и четверо с топорами. Многовато, чтобы совладать с ними всеми в одиночку и без способностей.

Пришлось изменить первоначальной концепции и начать двигаться — развернувшись, я кинулся по тротуару, удаляясь в противоположном от врагов направлении.

Хорошая новость — я спокойно двигался по прямой, что намекало на отсутствие прямой связи между моим перемещением здесь и манёврами моего тела в реальности. Плохая — порталов становилось всё больше и оттуда продолжали сыпаться орки.

Около дома, дальше по улице, взвизгнув шинами, затормозила машина. Оттуда тут же выскочил мужчина с пистолетом в руке. Распахнув калитку, кинулся к крыльцу дома.

Когда я преодолел ещё десяток метров, внутри раздались крики. Потом наружу выскочил парень, на ходу натягивающий трусы.

— Как ты могла Линда? С чистильщиком бассейна? Требую развод!

Из дома выскочила женщина. В отличие от парня, она одеться не пыталась. Слетев по ступеням, кинулась за ним.

— Марк! Подожди!

В следующую секунду, из портала на крыше дома дальше по улице, вылез ещё один зеленокожий. И увидев бегущего парня, метнул копьё. Угодив точно в цель — оружие вошло в плоть рядом с левой ключицей и вышло близко к правому бедру.

— Йолли попал! Йолли теперь взрослый! Аттестат зрелости получен!

С радостным воплем орк прыгнул вниз, срывая с пояса топор. Женщина тоже заорала. Скорее даже завизжала, кинувшись назад к мужу.

— Майки! Он убил его!

Тот остановился на крыльце, так и держа в руке пистолет. Было поднял руку, беря орка на прицел, но тут же опустил оружие.

— Так ему и надо! Грязная тварь. Надеюсь его семейку тоже сегодня прирежут!

Лицо женщины на миг исказилось, будто та хотела возмутиться. Но вместо этого, придерживая грудь, которая прыгала из-за быстрого бега, промчалась мимо мужа, исчезнув в доме. Следом скрылся и он сам.

Я же, чуть сбавив ход, вогнал наконечник в висок Йолли, который склонился к телу. И рванул дальше, пытаясь понять, как выбраться отсюда.

Техническая часть была ясна — я оказался в ловушке внутри собственного сознания. Созданной Головастой и ей же управляемой. Однако, она не сожгла мне мозги и не попыталась навсегда оставить в темноте. Вместо этого вокруг был похожий на реальность мир, где орки, что называли себя свенгами, выпрыгивали из порталов и убивали людей.

До того я с девушкой знаком не был. Но и признаков того, что она садистская психопатка тоже не имелось. Считать за таковой потенциальное уничтожение человечества было сложно — в данном вопросе пациентка японской клиники наверняка придумала себе железобетонное оправдание.

Самый очевидный вывод, который напрашивался сам собой — она не могла прикончить меня иначе. Либо оказалась слишком слаба, чтобы взять и убить Защитника шестого ранга.

Вариантов могло оказаться масса. Но прямо сейчас меня куда больше волновал совсем иной момент — что со всем этим делать? Вокруг открывались порталы, вдалеке ревела сирена, что-то орали орки. Я же пытался понять, как отсюда выбраться.

Стоп. Если это мой разум, то и она должна быть где-то здесь. Подобных способностей, которые были у Защитников, я не помнил. Однако звучало это абсолютно логично. Раз кто-то управлял моим сознанием, он должен с ним контактировать.

Версию, в которой она находилась в режиме «бога-стратега» и смотрела на всё откуда-то сверху, я сразу счёл приоритетной. Но она не оставляла шансов на победу, поэтому я сразу переключился на следующую теорию. Согласно которой, девушка всё-таки присутствовала тут, постаравшись укрыться в максимально труднодоступном месте.

Обогнув вставшую посреди дороги машину, я поднырнул под вражеское копьё и проколол наконечником живот орка. Потом ранил второго в руку, пропорол бок третьему и побежал дальше.

«Вы выжили на протяжении десяти минут. Ищите других выживших и убивайте, чтобы возвыситься.»

Сообщение на момент сбило с мыслей. Пришлось напрячься, чтобы вернуться к своим рассуждениям. А потом меня окатила ледяная волна страха — как только понял, что не помню, каким именно образом очутился в этом городе.

Вот теперь я в полной мере осознал опасность. Эта дрянь пыталась стереть мне память. Осколки и обрывки воспоминаний таяли как сладкая вата под водой. Единственное, что помогало — прогонять всё в голове снова и снова. Но делать это посреди пригорода, в котором шла бойня — задача не совсем тривиальная. К тому же я не был уверен, что уже что-то не забыл.

В момент, когда пришла эта мысль, я решил попробовать иной подход. Сконцентрироваться на задаче и удержать в голове именно её.

Для начала — где логичнее всего укрыться, если посмотреть на мир вокруг? Первое, что приходит в голову — внутри одного из домов? Но… Орки. Она ведь не зря добавила их в локацию обычного штатовского пригорода.

Впереди на дороге засверкало очередное окно портала, из которого показалась зелёная морда. Только в этот раз довольно ухмыляющийся зеленокожий получил пинок в брюхо и улетел назад. Следом кинулся я сам.

Слепящая белая вспышка и вот я уже стою на мокрой земле, а на меня смотрят изумлённые орки.

Вокруг какие-то дома, больше напоминающие землянки, к небу поднимается дым, в стороне слышатся гулкие удары. На миг замерев, я повёл взглядом, оценивая ситуацию. А потом начал действовать.

Первым делом кинулся вперёд, пролетев между двумя ошеломлёнными орками. Потом, развернувшись, вспорол одному из них глотку наконечником. Следом вонзил копьё в живот второго.

Ещё один, взревев кинулся на меня с топором и сам нанизался на моё оружие, тут же осев вниз.

— Чужак злой! Пусть его шаманы убивают. А меня ждут нежные жопы!

Радостно всё это прокричав, лысый орк, который был ростом мне по плечо, кинулся в портал. Переглянувшись, за ним последовало трое сородичей и я остался в гордом одиночестве. Ну почти — около соседней землянки сидел лысый карапуз, который с интересом наблюдал за ситуацией, не забывая грызть кость. Куриную вроде бы.

Несколько секунд я просто оставался на месте, крутя головой и выбирая линию поведения. Либо моя теория изначально ошибочна и перемещение сюда не несёт никакой угрозы для Головастой, либо она не в полной мере управляет ситуацией.

Проверить это можно было только на практике, поэтому развернувшись, я кинулся на шум барабанов. Помчался между землянок, оставляя за спиной изумлённых орков. Какая-то местная женщина с голой грудью кинулась следом, крича что-то про детей и ассимиляцию. Заодно орала про даргскую кровь, которая течёт по её венам.

Меня дважды пытались достать копьями, но оба раза я легко ускользал от ударов, а противники не спешили за мной гнаться. Орки были слишком заинтересованы порталами, чтобы отвлекаться на бегущего по лагерю незнакомца.

«Вы достигли шаманьего дома. Будьте готовы, что свенги станут защищать его ценой собствненых жизней.»

Впереди и правда появилась солидных размеров постройка, вокруг которой было что-то вроде небольшой площади. Цель должна быть внутри. Вот только какая? И что я тут делаю? У меня какие-то проблемы с этими свенгами?

Мысль была дельной и заставила нахмуриться. Но тут стоящие перед этим самым домом, пятеро орков, почти синхронно ударили в странного вида уродливые барабаны. А на меня кинулись трое их соплеменников. Яростных, вооружённых копьями и весьма ловко ими орудующих.

В следующий миг я уже отступал назад — в проход между землянок. Перешагнул старческую руку, которая высунулась оттуда, пытаясь ножом подрезать мою ногу. В ответ ткнул в темноту копьём, удачно во что-то попав. Потом, сманеврировав в сторону, ранил одного из нападающих в бедро. Второму зацепил кость и сделав ловкий выпад вонзил сталь ему в горло.

Третий ранил меня самого — наконечник разодрал ткань на левой руке и рассёк мышцу, заставив вскрикнуть от боли. Разорвав дистанцию, дождался, пока орк кинется, желая добить и встретил его ударом копья, проделав дыру в грудной клетке.

Самый первый продолжал ковылять ко мне, но оказался неповоротлив — я легко достал его ударом в голову.

Пятеро свенгов, что били в барабаны, на моё повторное появление никак не отреагировали. Так и продолжили молотить дальше.

Ко входу в этот «шаманий дом» я всё равно приближался с опаской. Оказавшись вплотную к нему, на момент застыл. Потом рывком бросился вперёд, сжимая в правой руке копьё, а в левой топор, который снял с одного из мертвецов.

Не зря бежал — вражеский выпад прошёл мимо. Воздух тут же затопил разочарованный рык, а рядом со мной пронеслось копьё. Вонзилось в бревенчатую стену и задрожало. Я же развернулся, готовый встретить ударом.

Напротив стояла орчанка. Идеальная настолько, насколько это возможно. Точёные черты лица, замысловатая кожаная рубашка, из которой выглядывала грудь, прикрытые шортами стройные бёдра, тонкая талия. И два топора — по одному в каждой руке.

— Не думала, что ты окажешься настолько хитрозадым живучим сукиным сыном. Кто ты такой?

Прекратив пялиться, я в самом деле попытался вспомнить. Вдруг осознав, что сам не знаю. Имя… Вот вроде и крутилось в голове, но я никак не мог его про себя озвучить.

— Не помнишь, да? — в голосе орчанки появились нотки издёвки. — Не такой уж ты и живучий.

Секунда и она кинулась в атаку. Я же сделал рывок назад и метнул копьё, пытаясь попасть ей в живот. Промахнулся — она ушла в сторону. После чего едва не достала меня топорами. И снова. Опять.

Мне оставалось отступать, через несколько шагов оказавшись около стены.

— Вот ты и допрыгался, жалкий червяк. Возомнил, что можешь тягаться с теми, кому суждено стать Достойными…

Последнее слово будто вонзилось в голову, заставив меня испытать приступ боли. А зеленокожая красотка снова бросилась вперёд.

Сам не знаю, откуда у меня сейчас в голове возник этот приём, но я кинулся ей в ноги. С такой уверенностью, как будто делал это каждый день и не по одному разу.

Врезавшись, ощутил, как она падает и ловко выскочил из-под падающего тела. Развернувшись, рубанул топором, загнав металл прямо в идеальную правую ягодицу. Та заорала от боли и рухнула лицом в землю. Сразу же попыталась встать, но я снова обрушил топор, перерубая рёбра. Ударил в третий раз, на этот раз попав в плечо. Встав, рухнул коленом на разрубленные рёбра. Обрушившись всем весом и ломая кости.

Встав на ноги, придавил ступнёй её левую руку со вторым топором. Вогнал своё оружие в плечо. Для надёжности ударил ещё раз. Опустился на колено рядом с ней.

— Кто ты такая? Где я? И как меня зовут⁈

Орчанка оскалила зубы, кривя лицо от боли.

— Жалкий раб, что сбежал из клетки. И вместо того, чтобы кинуться прочь, добрался до самого центра племени свенгов. Попробуй выберись теперь.

На момент мне стало не по себе. Звучало это действительно нелогично и глупо. Но… Разве я раб? У меня была причина прийти сюда. Я что-то искал… Только вот, что именно?

Зеленокожая снова криво улыбнулась.

— Ты умрёшь, если останешься. Вокруг полно воинов и совсем скоро они явятся сюда.

Она говорила дальше, а я смотрел на её плечо, где затягивалась страшная рана от моего топора. Все остальные ранения тоже исчезали — совсем скоро орчанка сможет подняться на ноги и продолжить бой. Магия? Или дело в чём-то ещё? Той самой вещи, которая крутится на краю сознания, но я никак не могу её поймать.

Встав, обвёл помещение взглядом. Я ведь стремился сюда, чтобы что-то отыскать. При этом, целью точно не была эта девушка. Но больше тут никого и ничего не было. Только песок.

Тогда я поднял голову вверх. Удивлённо моргнул, смотря на пульсирующую серую массу, которая оказалась подвешена к потолку.

— Твой единственный шанс, это бежать! Прямо сейчас! И не…

Не знаю, что она там собиралась сказать — разрубивший голову топор, заставил орчанку замолчать. Ещё несколько секунд я постоял на месте, смотря как стягивается к месту раны кровь и начинает стремительно срастаться череп.

Потом шагнул к копью, которое девушка метнула мне вслед в начале схватки. Выдернув его, подбросил в правой руке. И посмотрев вверх, вонзил в пульсирующее серое месиво под потолком.

* * *

Разочарование — чувство, которое хорошо знакомо каждому детективу. Всегда бывают моменты, когда ты ждёшь раскрытия дела, а вместо этого получается пустой пшик. Свидетель, которого долго искали, оказывается человеком, который ничего не знает, а отпечатки не совпадают с главным подозреваемым.

Рё Ёсида сталкивался с таким много раз и в какой-то степени привык. Однако сейчас он испытал самое серьёзное разочарование за всю свою жизнь.

Операция прошла безупречно. Он вырубил всё, связанное с электричеством, после чего военные пробились в тоннель. Следом они долго вскрывали массивную дверь, которая вела в бункер, а сам японец и остальные Защитники ждали момента для атаки.

Экс-полицейский действительно вошёл внутрь первым. Сразу же подумав, что дело неладно — никто не пытался напасть, не стрелял и даже не кричал. Их встретила темнота и тишина.

А потом они нашли тела. Трупы всех докторов клиники, что лежали вокруг стола. Вентиляция всё это время исправно работала, так что запах пусть и был ужасающим, но не настолько, чтобы не зайти внутрь. А вот состояние тел подсказывало, что умерли они давно. Вероятно дата была близка к дню Контакта.

И пусть в их работе никогда не стоило делать преждевременных выводов, Ёсида почти сразу подумал, что дело в сакэ. На столе стояла наполовину пустая бутылка этой марки, а по полу были рассыпаны пустые стопки.

Ещё все погибшие собрались с одной стороны стола, а напротив них, на стене висел большой монитор. Кто-то позвонил им и предложил открыть бутылку. После чего они выпили за успех своего предприятия и отдали концы.

Как только бункер был полностью проверен, представитель премьер-министра заявил, что сюда прибудет команда экспертов и следователей. После чего подошёл к экс-полицейскому.

— У вас есть связь с Корпусом Защитников?

Видимо уловив во взгляде Ёсиды немой вопрос, продемонстрировал ему экран телефона.

— В Тронхейме что-то происходит. Норвежцы утверждают, что к этому причастен Лагов.

Рё присмотрелся к прямой трансляции, которую вёл какой-то журналист. После чего потянулся к своему собственному телефону. Пожалуй, сейчас самое время написать Дмитрию.

* * *

Огненный болид промчался мимо и рухнул вниз. Покатился, разнося на куски дома и оставляя за собой след из полыхающих обломков. Франсуа не зацепило, но и он достать врага не смог. Тепловая способность в данном случае помочь никак не могла. Да и как бы она сработала, если твой враг сам состоит из чего-то напоминающего лаву?

Внизу притормозил огненный шар. Остановившись, разложился, став человекоподобной фигурой. Принялся крутить головой, пытаясь отыскать Лебуа, который ждал в воздухе.

— Эй? Ты чего так вскипятился? Мы ваще поговорить хотели просто. А твою маму я ни разу в жизни видел. Вот ваще по чесноку. Это шутка такая была.

Защитник повернул голову, смотря на очередного клона Оливера, который вышел из дома. Копия кудрявого кельта продолжала неспешно приближаться.

— Ну вот чё тебе такого пообещала Головастая? Зачем её слушаться? Ты же не псих, верно?

Полыхающий тип яростно взревел и на землю брызнули раскалённые капли. С точки зрения Франсуа он вполне себе тянул на полноценного психопата. Сейчас бы где-то взять тонн десять льда и ухнуть сверху на этого типа. Где только его достать, этот лёд?

Сам противник, какое-то время постояв, ринулся к Оливеру. Спору нет — свою задача уроженец Уэльса отрабатывал на все сто — его клоны раз за разом отвлекали бангладешца. Но рано или поздно тот догадается, что надо искать оригинал. Либо просто попробует сбежать. Тогда придётся мчать за ним через всю Калькутту, наблюдая за разрушениями.

Единственное, что приходило в голову — попытаться ударить воздухом. Сжать тисками и раздавить. Но такое он уже пробовал и противник дважды успешно вырвался из захвата. Его раскалённая форма, будто запросто проходила через все препятствия.

Заметив внизу ещё одного клона Оливера, который бежал по пустой улице, с которой давно убрались местные жители, Лебуа направился вниз. Опустившись за спиной у парня, который размахивал руками, смотря наверх и пытаясь привлечь к себе внимание, дал знать о своём присутствии.

— Аналитики сообщили, что вон там склад меди. Очень-очень много тонн медных листов.

Объяснять, к чему он про это вспомнил, не потребовалось. Канадец хорошо помнил атаку в Лондоне, когда именно Джейсон пытался отравить их медной пылью. Раз она могла подействовать даже на Лагова, должна сработать и против этого Защитника. И пусть сейчас речь пойдёт совсем не о пыли, эффект должен быть схожим.

— Подмани его поближе. А потом включусь я.

Коротко озвучив команду, Франсуа взмыл вверх. Подождал, пока появятся три новых копии Оливера, которые принялись оскорблять бангладешца. Когда тот расправился с ними, превратив в лужицы слизи, мужчина ударил сам.

Всё тем же способом — воздухом. Параллельно пытаясь остудить врага при помощи тепловой способности. Как выяснилось, таким образом она тоже работала.

Правда, как и в предыдущие две попытки, у него ничего не вышло. «Лавовый человек» вырвался из ловушки и устремился в атаку. А Франсуа помчал прочь от него, быстро набирая скорость.

В этот раз он не стал прикрываться оптической иллюзией или уходить вертикально вверх, чтобы убраться подальше. Просто летел в одну сторону, удерживая под ногами прессованную плиту воздуха и толкая самого себя в спину. При этом активно маневрируя, чтобы противник не смог достать одним точным прыжком.

Враг нёсся следом — сквозь жилые дома и постройки. Пёр напролом, снося всё, что попадалось на пути и пытался подгадать момент, чтобы броситься вперёд. Ещё одна грань его способности — возможность ускоряться и на какое-то время превращаться в эдакий огненный мяч, который крушит всё что встретит.

Здание склада, который расположили здесь же, в трущобах, стремительно приближалось. А когда до него оставалось совсем немного, Франсуа запустил импульс. Ровно так, как учил его Лагов.

Дождавшись, пока в ушах начнёт ухать кровь, устремился дальше. Начав тормозить только, оказавшись над гигантским складом. После чего остановился и развернувшись, посмотрел на противника.

Тот что-то взревел, кинувшись следом. Вот и момент истины — сейчас станет понятно, в самом деле внизу медь или аналитики ошиблись. У Лебуа связи с ними не было — контакт шёл через Оливера, который не так активно использовал менос. Шеф пытался показать, как надо действовать, чтобы телефон переживший поход на ту сторону, продолжал функционировать, но повторить это у канадца никак не выходило.

Зато летать он научился отлично. Вот и сейчас сделал мощный рывок в сторону, наблюдая за врагом.

Тот на полной скорости врезался в стену склада и исчез внутри. Потом послышался болезненный и сразу же захлебнувшийся рёв. Полыхнула яркая вспышка. Фонтаном обломков разлетелась крыша.

Защитник вновь обернулся полноценным шаром. Но в этот раз прыжок вышел совсем невысоким. Пробив крышу, мерцающий комок лавы, с которого почему-то не хотела спадать расплавленная медь, рухнул вниз. Яростно заметался внизу, будто не зная, куда двигаться, чтобы выбраться прочь.

В воздух поднимались волны пара, который в профильной среде звали «медным дымом», а внизу рушилось здание склада. Сам Франсуа покружив в воздухе, подождал пока шум стихнет и после этого снизился. Ударил воздухом, разгоняя в стороны дым.

Аналитики не ошиблись — склад был заполнен медью. Какую-то её часть, «лавовый человек» благополучно расплавил. Сам утонув в созданном озерце. Металл не позволял воспользоваться способностью, при помощи которой канадец видел чужой менос. Но мужчина прекрасно понимал, где именно сейчас находится враг — прямо вон там, залитый сверху толщей меди, из которой пытался выбраться.

Опустившись на землю, канадец увидел приближающегося клона Оливера.

— Пётр тоже закончил. У них там пустышка. Взяли живым вместе с медсестрой.

Подумав, что это отличные новости, Франсуа кивнул. Но почти сразу непонимающе нахмурился, смотря на мрачное лицо парня.

— В Тронхейме только какая-то лажа. Весь город, как под гипнозом. Встали и орут в никуда. Командующего нигде не видно — поговаривают, его ваще убить могли.

* * *

Труп японки и записка. Вот что обнаружил Пак Джин Хо, когда они ворвались внутрь квартиры, где находился один из Угроз.

Послание тот оставил на корейском. Извинившись за доставленные неудобства и сотрудничество с японцами.

Если не считать самого наличия этого листка бумаги с текстом на корейском языке, странными были ещё две вещи. Он называл Защитников «живыми мертвецами», а самому Пак Джин Хо советовал ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах не сталкиваться с «изумрудным врагом». Одновременно желал корейцу, не делать никого из своих близких Защитниками. Именно тогда и была использована фраза про мертвецов.

Перечитав всё ещё раз, глава Лиги Защитников Кореи осознал, что есть ещё одна вещь, которая его смущает. Угроза писал так, будто сам не слишком-то рассчитывает выжить. Возможно он пошёл на эту уловку специально, но именно такое впечатление сложилось у Пак Джин Хо.

Способность ускользнувшего Защитника, при этом была очевидна. Он мог видеть будущее. Скорее всего не каждый раз, когда этого желал и возможно не слишком далеко, однако точно был на подобное способен. Что открывало перед ним широчайшие возможности.

По какой именно причине тот решил уйти в свободное плавание, старый кореец не понимал. Но записку оставил при себе, на всякий случай сделав её фото. Слишком уж опасными выглядели слова о том, что все Защитники обречены, а тот, за кем они явились, попытается выжить. О таком точно стоило сообщить Лагову.

Всю остальную квартиру взялась обыскивать Национальная разведка, а сам Пак Джин Хо открыл сообщение от Го Биня. Красный император тоже закончил операцию. Угроза по душу которой он прибыл в Янгон, оказалась женщиной, что располагала способностью управлять растениями. Но в противостояние с генеральным секретарём это ей не помогло — китаец пустил в дело собственную способность, буквально разорвав бирманку на куски.

Франсуа Лебуа и Пётр Стогов, которые выполняли такие же операции в Индии и Лаосе, тоже справились. В одном случае уничтожив, а в другом пленив цель. Вот Ёсида отчитался, что всё в порядке. Однако детали сообщил лишь Дмитрию. А тот отложил окончательное информирование до момента, когда на связи окажется Лагов.

Что до самого русского, тот похоже был в затруднительном положении — новости из Тронхейма были неутешительными.

Неожиданно картинка эфира запущенная на телефоне японца, где демонстрировался город, на улицах которого один за другим замертво падали люди, сменилась изображением студии и блондинки, что принялась возбуждённо о чём-то говорить.

Норвежского языка, Пак Джин Хо, понятное дело не знал. Но неплохо понимал английский, субтитры на котором пустили ниже. Судя по ним, ситуация только что обострилась. Правительство Норвегии объявило о введении военного положения и запросило помощи у союзников. К Тронхейму начали перебрасывать войска.

* * *

В первые секунды, оказавшись в непонятном доме, Йоханна искренне растерялась. Тем более в голове было пусто и вспомнить, кто она такая, не выходило. А из одежды на ней имелся только короткий шёлковый халат, под которым ничего не было.

Когда в голове начали пробуждаться воспоминания, прямо в гостиной открылось что-то вроде магической двери, из которой начали выбираться орки. Зеленокожие и выглядящие вполне реально.

Спустившийся со второго этажа мужчина, который почему-то назвал её любимой, продержался совсем недолго — почти сразу помер от ударов копья. Следом зеленокожие переключили своё внимание на Кремер, которая раз за разом пыталась безуспешно использовать способность.

Однако, орки прогадали. Пока пятеро гостей из иного мира спорили, кто войдёт в состав той троицы, что будет приходовать немку в первую очередь, девушка добралась до кухни. Где и заняла оборону, используя для неё все подручные предметы. От горячей воды в кастрюле до кухонного топорика, ножей и массивной сковородки.

Пятёрка перевозбуждённых орков застыла вечным сном. Сама же девушка, поняв, что не может вспомнить, кто она такая, поднялась наверх и натянула на себя первое, что попалось под руку — розовые лосины с такой же майкой.

Вооружившись двумя трофейными топорами, с которыми она неожиданно ловко обращалась, заняла оборону на втором этаже дома. Успешно отбиваясь от каждой новой группы орков, которые врывались внутрь, рассчитывая поживиться добычей.

Кто она такая, уже не помнила. Просто уклонялась, блокировала и рубила в ответ. Отступая на лестничный пролёт каждый раз, когда в неё пытались метнуть копьё.

Потом мир вокруг вдруг зазвенел, а несколько зеленокожих, стоявших на лестнице, принялись завывать тонкими голосами. Следом очертания предметов начали быстро таять, тогда как голова наполнилась болью. А спустя ещё секунду, девушка обнаружила себя стоящей перед тем домом, куда отправился Лагов. Голова почему-то была поднята и задрана вверх — глаза смотрели точно в небо.

Глухо выматерившись, Йоханна кинулась внутрь. И почти сразу наткнулась на командующего Корпусом, который лежал на ступенях в подвал.

Убедившись, что он дышит, Кремер кинулась ниже. Выскочив в подвальное помещение, остановилась, готовая ударить электричеством. Но вместо этого застыла, шокированно наблюдая за зрелищем.

Головастая действительно была тут. Сложно перепутать с кем-то человека, у которого настолько жутко деформирован череп. Одна его половина была раздута раз в пять и торчала далеко в сторону.

Удивительным было не только это. Стенки раздутой части головы были прозрачными и Кремер отлично видела, как внутри перемещаются массы искрящейся синим взвеси. При этом сама Головастая выглядела так, будто вот-вот умрёт. Закрытые глаза, бледная кожа и непрерывная дрожь.

Она пыталась решить, стоит ли подойти ближе и проверить состояние девушки или лучше вернуться к Лагову. Но тут снаружи зазвучал голос, который был чем-то усилен. Вместе с ним Йоханна уловила звуки двигателей и решила, что стоит выйти. Оценить ситуацию, разобравшись, что происходит.

Главу Корпуса девушка прихватила с собой. Подняв, оставила у порога. А оказавшись перед домом, вдруг обнаружила здесь целую группу солдат и бронетехнику. Только тогда немка сообразила, что не использовала поле перевода и наконец пустила его в ход. Параллельно стараясь не обращать внимания на то, что её держат под прицелом.

— Правительством Норвегии введено военное положение. Мы имеем законное право применить силу. Немедленно сложите оружие и сдавайтесь.

Кремер выдохнула. Девушка росла в Германии. Стране, где следование бюрократической процедуре возведено в культ. Даже если она сейчас бесполезна или вовсе опасна и чревата смертями.

Одновременно с этим… Ну какого альва они такие долбанутые? Решили напасть на членов Корпуса Защитников, пока те разбираются с Головастой. А если она сейчас возьмёт и долбанёт электричеством? Умертвит их всех и пойдёт заниматься своими делами?

В следующий миг двигатели бронетехники прекратили урчать, а направленные в её сторону фонари погасли. Позади же зазвучал голос Лагова.

— Вы можете передать правительству Норвегии, что Корпус Защитников отменил их распоряжение о введении военного положения, так как в нём нет никакой необходимости.

На какое-то время установилась тишина. Кто такой Константин эти солдаты точно знали. И если с Йоханной они действовали так, как предписывал приказ, то сейчас замялись. Наконец один заговорил.

— Боюсь, наше правительство может не согласиться с вами, господин Лагов.

— Тогда мне придётся отменить и ваше правительство. Назначив новое, малость поумнее.

Чуть помолчав, добавил.

— Теперь, будьте так добры, разверните вокруг дома оцепление и никого не допускайте.

* * *

Возвращение в сознание было не самым приятным. Зато вернулась память — я снова осознавал самого себя и отлично понимал, что происходит.

Напомнив норвежским военным, кто тут главный, я сразу же устремился вниз. В подвал, где лежала Головастая. Девчонка, что едва меня не обыграла.

Меноса я в ней до сих пор не чувствовал. Только слабую концентрацию, которая могла появиться едва ли не естественным путём.

Голова выглядела ужасающе. С тем небольшим нюансом, что подобное никак не могло возникнуть само по себе. Тут наверняка был использован менос. Которого я в ней почти не чувствовал.

Стоило подойти ближе, как стало понятно, что энергия сосредоточена в той самой взвеси, что была внутри прозрачной части черепа.

Сама она была без сознания. В настолько глубокой отключке, что привести её в чувство у меня не получилось.

Решив, оставить это на потом, связался с Дмитрием, сообщив об успехе и поинтересовавшись результатами остальных. Затем описал ситуацию с норвежской армией, попросив Твардовского заняться информационной стороной проблемы.

На то, что в бункере отыщутся ответы на все вопросы, я само собой не рассчитывал. Но полный провал всё равно оказался серьёзным разочарованием. Такого я тоже не предполагал.

А вот находка Пак Джин Хо… Защитник, который умеет предсказывать будущее, не просто опасен. Он ультимативен. Если же ещё и умеет управлять своей способностью, то я вовсе не представлял, как такого можно убить.

С другой стороны — возможно ничего подобного делать и не придётся. Он сам разобрался с медсестрой, которая была сопровождающей и даже оставил несколько советов. На мой взгляд, это можно расценивать как своего рода заявление о том, что мужчина не представляет опасности. Было бы отлично переманить его на свою сторону, однако пока я не представлял, как это можно было бы провернуть.

В соседних домах нашлись медные сплавы, из которых путём использования воздуха и тепловой способности, вышло сформировать что-то вроде оков на руки и ноги. Загонять медную крошку внутрь организма Головастой я не стал. Девушка нужна была мне живой и разговаривающей. Пока она дышала — оставался шанс выяснить о происходящем побольше.

Но что-то вроде импровизированных дротиков, я подготовил. Разместив их по комнате, чтобы можно было сразу же ударить, потянув воздухом. Тепловая способность была бы куда надёжнее. Но кусок меди мог её ранить и при этом обездвижить. Тогда как удар раскалённым жаром, с гарантией бы убил.

— Кто-то приближается. Слышишь вертолёт?

Транспортировать Головастую я счёл не самой лучшей идеей, поэтому мы до сих пор оставались в подвале её дома. А вот вертолёт и правда подлетал. В Тронхейм всё ещё продолжали прибывать медики и военные. Однако за последние полчаса воздушных машин мимо не пролетало. Этот же кажется, целенаправленно летел к нам.

Оставив немку внизу, я окружил себя оптической иллюзией и поднялся наверх. Оказавшись во дворе, осмотрелся. Вертолёт уже приземлялся. Совсем недалеко от дома, где мы были.

Военным он не был, поэтому заметив, как оттуда движется фигура мужчины, одетого в костюм и сопровождаемого несколькими людьми, я зашагал ему навстречу.

Спустя несколько шагов понял, что так и не снял оптическую иллюзию. Сбросив её, увидел, как неизвестный заметно дёрнулся. Но траектории не изменил — помчал прямо на меня. Когда между нами оставалось не больше метра, остановился, протянув руку.

— Ольсен. Премьер-министр королевства Норвегия. Хотел бы принести вам благодарность за спасение Тронхейма.

Умом Хокон прекрасно понимал, что настолько далеко в столице не загадывали. Они там наверняка впали в ступор, когда поняли, что Лагов цел и жив, а кроме него в Тронхейме сражаться больше не с кем. Скорее всего испугались, что русский заявится задавать вопросы и решили сработать на упреждение.

Сам журналист на этом сыграл, получив свою минуту славы. После чего решил подвести итог сегодняшней трансляции.

— Как бы там ни было, теперь Норвегия может спать спокойно. Раз глава кабинета министров лично доставил Лагову орден, значит мы с ним не воюем.

Для самого Матисена, который уже долгое время комментировал происходящее внизу, это было скорее шуткой. А вот полтора миллиона зрителей его эфира с облегчением выдохнули.

Меня грозились убить, объявляли диктатором и пытались арестовать. Но до этого момента, ещё ни разу не вручали награды. Красивая, к слову. Большая. Что с ней делать было не совсем понятно. Не цеплять же сразу на одежду. Засунуть коробку в карман вроде тоже не слишком удобно. Поэтому я просто оставил её в левой руке.

— Мы можем поговорить внутри?

Сразу же, как я поблагодарил за награду, премьер указал взглядом на дом позади. Заставив на миг задуматься. Вероятность того, что у Головастой осталось достаточно сил для серьёзной атаки, была невелика. Но не равна нулю. В прошлый раз она погрузила в иллюзию целый город. Окунув сознания людей настолько глубоко, что получая ранения там, они умирали в реальности. Мозг не видел разницы, воспринимая всё происходящее в иллюзии, как чистую правду.

— Можем. Но с вероятностью в пару процентов, вы рискуете умереть.

Услышав мой честный ответ, премьер улыбнулся и молча зашагал к дому. А вот его телохранители, среди которых было два Защитника ранга «альфа», переглянулись.

— Количество жертв уже превысило тридцать тысяч человек. К пострадавшим можно смело отнести всё население Тронхейма. Всех, кто выжил. Вы можете рассказать, что здесь произошло? Из-за чего это случилось?

Вопрос был логичным и обоснованным. Погибли жители страны, которой он управлял. В отличие от меня, который уже совсем скоро покинет город, этому мужчине придётся расхлёбывать последствия. Объяснить всё это избирателям тоже будет необходимо.

— Здесь была обнаружена одна из Угроз. Именно она всё и устроила.

Уверен, именно такого ответа он и ожидал. Потому что лицо премьера даже не дёрнулось.

— Она нейтрализована?

Задав вопрос, тут же начал продолжать, но осёкся. Чуть подумал. И всё-таки заговорил.

— Если бы вы поставили нас в известность, правительство Норвегии с радостью пошло бы вам навстречу. Мы бы предоставили всю необходимую поддержку, а заодно эвакуировали население, избежав жертв.

Внешне он выглядел спокойным, но я прекрасно чувствовал его эмоции. Премьер был изрядно зол.

— Изначально я не был уверен, что она здесь. А потом стало слишком поздно. Мои извинения.

Организовать операцию иначе было бы сложно. Головастая легко и просто накрыла Тронхейм иллюзией — начни мы эвакуацию, девушка бы тоже это поняла. Сложно сказать, насколько она могла бы оказаться опасной, будь время на подготовку.

Всё это были верные слова. Однако тридцать тысяч погибших тоже никуда не исчезли. На мой взгляд, их жизни заслуживали слов извинения.

Сам премьер вздохнул и кивнул мне. Потом посмотрел в сторону коридора, где находилась дверь в подвал. Кремер только что зашумела внизу, чем привлекла внимание премьера.

— Ваша противница… Она же мертва?

— Нейтрализована. Что касается всего остального — без комментариев.

Новая вспышка гнева, Отличное у него самообладание. Эмоции чувствую отлично — жаром пышут. Но лицо спокойное. Если смотреть со стороны, вовсе не кажется, что он чем-то взбешён.

— Вы можете гарантировать, что она безопасна?

— В пределах девяноста восьми процентов, как и предупредил вас изначально.

Распрощались мы уже не так тепло, как повстречались. Изначально глава норвежского правительства действительно испытывал благодарность, видимо считая, что я спас жителей города. Плюс был напуган потенциальными последствиями моего конфликта с норвежскими военными, о котором ему наверняка доложили.

При этом канал связи он мне оставил. А спустя ещё двадцать минут ожидания, я им воспользовался. Попросив организовать разрешение на взлёт моего джета. Оставаться в Тронхейме дальше, рассчитывая дождаться момента, когда Головастая вдруг придёт в себя, я нужным не считал. Перевезу её подальше.

С взлётом проблем не возникло, а Головастую мы к самолёту доставили самостоятельно. У Дмитрия же вышло обеспечить для нас место размещения. Даже несколько — от полноценного армейского бункера, в восьмидесяти километрах к северу от города, до нескольких вариантов калибром поменьше.

Один из последних и был выбран. Бывшая военная база, на которой сейчас присутствовала лишь немногочисленная охрана. Основная прелесть — в радиусе двадцати километров не было ни единого населённого пункта.

На месте мы оказались в четыре часа утра. Морально измотанные и голодные. Из еды на базе нашлась только тушёнка, по несколько банок которой мы благополучно поглотили.

Параллельно я изучал новости и отвечал на сообщения. Аналитики прислали срочное уведомление — Дуглас Хартли ушёл на ту сторону. Взял с собой все остатки команды в полном составе и отправился в Столб. Заявив, что вернётся назад только после того, как будет уверен, что гарантированно меня уничтожит.

Красивые слова, за которыми ничего не было. Я доберусь до Мексики и отыщу его раньше, чем у американца получится подобраться хотя бы к «эпсилону». Нужно только дождаться, пока придёт в себя Головастая.

Что до остальных, то взятого в плен парня из Лаоса уже допрашивали. Если японская медсестра держалась, то вот он с радостью давал показания. Правда рассказать мог не так много — в основном то, что мы уже знали.

Куда больше информации дал бункер. Там были все, включая главного врача клиники. Доктора, которые были замешаны в ситуации и что-то знали. Тот факт, что их убили, огорчал. Однако вместе с этим он подтверждал, что над ними есть кто-то ещё. Даже если их пророк это фикция и выдумка, имелся другой человек. Зачистивший всё руководство, когда они стали не нужны.

Один и тот же почерк. Неизвестный тип убирал всех, кто мог его сдать. Но вот Головастая осталась жива. Ещё и угодила в плен. Уверен — в прошлый раз Токийский мясник выяснил имя основной цели именно у неё. После чего ликвидировал его. Знал бы — оставил мясника в живых, а зачистил бы во время первого известного убийства. Уже после того, как он разобрался бы со всеми остальными пациентами.

На другой стороне комнаты засопела Йоханна — сейчас мы занимали небольшой пустой спортзал, который оказался единственным помещением с целыми окнами. Кремер улеглась вздремнуть на маты около противоположной стены. Я же уселся на обнаруженный пластиковый стул.

Машинально обернувшись на звук, убедился, что немка действительно спит. Потом посмотрел на Головастую. И столкнулся с взглядом пары поблёскивающих глаз.

* * *

Три часа сна в сутки. Новый стандарт, который позволял чувствовать себя в состоянии бодрости и активно работать. Статус Защитника давал определённые преимущества, даже если ты достиг всего лишь ранга «беты».

С другой стороны — текущая кадровая позиция обеспечивала Дмитрию ещё больше. В моменты, когда он об этом задумывался, парень понимал, что сам не в курсе, кем себя считать. Раньше казалось, что сравнение с мощной транснациональной корпорацией оправданно и полностью передаёт смысл.

Но теперь, после всех событий последнего времени, он не знал, что и думать. Не бывает таких корпораций, перед которыми склоняются все, на кого ни посмотри. Начиная азиатскими тиграми и заканчивая европейскими странами. Если же вспомнить планы, которые собирался реализовать Лагов… Одна страховая компания превращала их в настоящих мастодонтов. Смотря на вещи объективно, шеф нацеливался на то, чтобы в будущем обеспечить себе монополию на медицинские услуги. Как минимум стать крупнейшим игроком в этой сфере.

При этом медицинскую науку он тоже планировал сохранить. Ради чего прямо сейчас шёл активный процесс найма специалистов. А по мере того, как фармакологические компании будут рушиться, они будут скупать всё, что от них останется.

Большого смысла Дмитрий в этом не видел. Если отдельные категории специалистов можно было каким-то образом приставить к полезной деятельности, то подавляющее число обещало быть полным балластом. С другой стороны, шеф ещё не совершал поступков, которые не имели бы обоснования. Порой его действия могли показаться безумными, но потом всегда проступала смысловая нагрузка.

Зевнув, мужчина отпил крепкого кофе. Трёх часов сна хватало для бодрости, но порой дико клонило спать. Как только получится выкроить время, надо будет слетать к Изумрудному Столбу и отправиться на вылазку. Поднять свой ранг, чтобы меньше спать и быть выносливее.

Мессенджер просигналил уведомлением — кадровики прислали окончательный список на собеседование с кандидатами на главного безопасника. Не успел он подтвердить получение, как всплыло новое оповещение — теперь от почтового клиента. Лаборатория, которой он поручил воссоздать вещество из Золотого мира, направила первый отчёт о результатах.

Анализ жидкости, что была в контейнере, где хранился лэйк, закончили ещё в момент, когда шеф выдвигался в Стамбул. Теперь же её активно пытались воссоздать. Загадочная смесь оказалась обычной трегалозой. Известным земным химикам дисахаридом. Проблема была лишь в том, что она состояла не только из него. Там имелись и дополнительные компоненты, с которыми сейчас ставились эксперименты.

Тем не менее, суть происходящего была ясна. Лэйк, с которым сражался Лагов, не просто ждал своего часа, чтобы подняться. Он заранее подготовил для себя тело. Дегидратировав его и обеспечив условия для длительного хранения.

Больше всего во всей истории Дмитрия смущала не жидкость. И даже не то, что житель Золотого мира столько протянул, пережив гибель своей цивилизации. Мозг плавили сразу две вещи. Во-первых, наличие у лэйка технологии, позволяющей притянуть сразу полторы тысячи человек со всего мира. А во-вторых, и это было тесно связано с номером один — его намерение куда-то уйти.

Самого Лагова это не удивляло. То ли он успел всё проанализировать и составить собственное мнение, то ли предпочитал не жечь зазря нервы. Но Дмитрий никак не мог отделаться от навязчивых мыслей о том, что происходящее является ничем иным, как замаскированным вторжением. Оно было совсем не похоже на нечто подобное. Ведь на Землю никто не вторгался. Однако, если присмотреться к ситуации более внимательно — на планете вовсю орудовали пациенты «Сада Счастья». Которые запросто могли сойти за группу поддержки врага.

Сами же завоеватели могли появиться позже. Раз у них хватило научного потенциала, чтобы отправить двенадцать Столбов, то…

В эту секунду, Дмитрий вспомнил о Столбах в каждом из миров. Это что же получается, неизвестные захватили, как минимум ещё сто сорок четыре планеты? А если на каждой из них тоже есть свои двенадцать Столбов?

Откинувшись на спинку стула, Дмитрий выдохнул. Всё-таки стоило больше спать. Чтобы меньше мыслей не по делу в голову лезло. Тем более работы ещё навалом — пусть он и закрыл почти все должности высшего звена, но это было только начало. Теперь наступила стадия реализации проектов. И практически каждый руководитель направления просил его помощи. Один Твардовский справлялся в полностью автономном режиме.

Слабо завибрировал телефон. Ещё одно срочное уведомление. Аналитики сочли его достаточно важным, чтобы оповестить немедленно.

Открыв сообщение, хмыкнул. Оно и правда того стоило. Бразильский охотник, который стал одним из первых людей, что получили способность заявил, что не признает Корпус Защитников и считает Лагова узурпатором.

В пику Корпусу, он заявил о создании Конгрегации Защитников. Собрав большую пресс-конференцию, где заявил, что они станут, как минимум, защищать всю территорию Южной и Центральной Америк. Но готовы взять на себя ответственность за любое количество стран.

Дмитрий уже собирался переслать сообщение шефу, когда на ноутбуке неожиданно вспыхнуло ещё одно сообщение. В этот раз от матери. Красный код. Ольга, чей сигнал ДжиПиЭс только что засветился на карте в районе Лондона, запрашивала немедленную эвакуацию.

* * *

Нынешнее положение дел Ольгу не просто устраивало — она была в восторге. Мало того, что вылечилась от тяжёлой болезни, которая буквально превращала её в развалину, так теперь ещё и открыла для себя абсолютно новую жизнь. Ту, в которой она была не старой развалиной, просто доживающей свой век, а человеком, что постоянно двигался вперёд.

Тем более, благодаря стечению обстоятельств они с сыном оказались среди соратников Лагова. Человека, которого многие считали едва ли не планетарным лидером.

А если говорить про исследования, которые они вели в Золотом мире… Это было настолько невообразимо, что порой женщина не могла поверить в происходящее. Она, которая только недавно была больной пенсионеркой, роется в руинах павшей цивилизации, охраняя археологов и параллельно поднимая свой ранг.

Последнему Воронова уделяла самое пристальное внимание. Охотясь буквально на всё, что попадало в поле зрения и стараясь поглотить каждую доступную порцию меноса.

— Есть! Вот, смотри — ещё одна такая же.

Взгляд Ольги, до того скользящий по округе, обратился вниз. Сама женщина стояла на прессованной плите воздуха, метрах в пятнадцати над поверхностью земли. А внизу работали археологи. Используя воздух, раздували в разные стороны песок и постепенно обнажали контуры старых домов, что в нём скрывались.

Сейчас одна из девушек вытащила очередную блестящую плиту. Брюнетка, которую вроде бы звали Дашей. К ней сразу же приблизился Варзов. Опустившись на одно колено, положил ладонь на поверхность. Какое-то время посидел, прикрыв глаза. После чего поднялся, с интересом смотря на ту часть «раскопок», где был найден этот кусок металла. Взмахнув рукой, дал команду копать именно там.

Ещё раз окинув взором пустое пространство вокруг, Ольга спустилась. Эти развалины, скрытые от глаз золотым песком, они обнаружили случайно. Когда группа проносилась рядом, паря в воздухе, один из Защитников почувствовал концентрацию меноса под землёй. Из-за этого они решили задержаться и оценить ситуацию. Обнаружив, что глубоко в песке скрываются остатки небольшой группы зданий. Причём воздвигнутых уже после того, как здесь появились свои Столбы. Иначе не было бы никакой концентрации меноса.

— Что-то интересное?

Варзов, который смотрел вдаль чуть расфокусированным взглядом, дёрнулся. Повернул к ней голову.

— Не уверен… Но возможно, да. Здесь был лэйк, который… Я даже не знаю, как это правильно сказать. Рисовал картины, что оживали.

Увидев, как изменилось лицо женщины, усмехнулся.

— Вот и я так же подумал. Но это реально картины, которые получают объём и наполнение. Не совсем понял, как он их активирует, но если это происходит, они заполняют всё пространство своим содержимым на какое-то время. Потом всё успокаивается.

С точки зрения женщины это было интересным. Эдакое театральное представление с полным погружением. Когда сам оказываешься среди актёров и можешь принять участие. Или просто наблюдать, находясь в нескольких сантиметрах от них.

Тем не менее один момент ей всё ещё оставался непонятным.

— Это можно как-то использовать? Или ты к нему прицепился просто из-за любви к искусству?

Покосившись на неё, парень качнул головой.

— Нет, конечно. Он создаёт картины о Столбах. Рисует зверей оттуда и пейзажи. Тамошних туземцев с оружием в руках. Думаю это стоит зафиксировать.

Теперь и Ольга посмотрела на руины здания, по своей форме напоминающего башню, с которыми сейчас работала почти вся группа археологов. Двенадцать серых Столбов в Золотом мире воспринимались ею, как данность. Женщина конечно размышляла на тему того, почему они сейчас не работают и что произошло с местной цивилизацией, но предпочла не погружаться в эту тему. Тем более, в отличие от остальных, она могла рассчитывать получить некоторые ответы прямо в процессе своей работы.

Справа что-то мелькнуло и она тут же сорвалась с места. Очередной «скорпион», как она их называла. Покрытый хитином монстр с парой конечностей, что напоминали по виду хвосты.

Как и обычно, он пришёл не один. Тварей было сразу одиннадцать и пусть все оказались ранга «альфа», на то, чтобы перебить живучих обитателей золотистой пустыни, потребовалось некоторое время.

К моменту, когда она вернулась, развалины башни оказались полностью расчищены. А Варзов стоял около массивного металлического куба, который они вытащили с её первого этажа. Осмотрев находку, парень протянул руку, коснувшись плоской стенки.

В следующий миг его тело безумно выгнулось, будто от мощного электроразряда. Сам же студент громко захрипел. Правда пальцы от куба не оторвал — так и остался стоять, касаясь его.

Подскочив, Ольга застыла рядом. Нечто подобное бывало и раньше, но куда слабее. Как правило в те моменты, когда Варзов видел нечто пугающее или перегружающее его психику. Как день, когда группа наткнулась на что-то вроде зала для массовых соитий лэйков. Студент потом едва ли не сутки отходил.

Но сейчас приступ заканчиваться никак не хотел. Поэтому Ольга сделала, то что инструкция оставляла на самый крайний случай — вцепившись в руку археолога, рванула её на себя, стянув пальцы с металлической поверхности.

Тот отшатнулся назад и тут же опустился на песок. Едва успела подхватить его рукой под спину.

— Что теперь делать?

— Он умирает?

— Да как такое может быть из-за какой-то железки…

Воронова рявкнула, приказывая заткнуться. Тряхнула юношу.

— Приди в себя! Чем тебе помочь?

Взгляд на миг стал чуть более осмысленным. Он повернул голову, столкнувшись взглядом с женщиной.

— Доложить… Срочно! Нужен Лагов…

Тут же обмяк, а потом снова выгнулся дугой. Ольга попыталась влить в него немного меноса. Потом хлестнула по щеке. Снова.

— Возвращайся! Подумай о возвращении назад!

По его лицу было абсолютно непонятно, услышал её парень или нет. Но через пару мгновений Варзов растворился в воздухе. Сразу после этого женщина сама подумала о том, чтобы вернуться. Оказавшись около Столба, нашла взглядом юношу к которому уже кинулись возникшие неподалёку археологи. Потом вытащила из кармана небольшой пульт, который благополучно пережил несколько походов на ту сторону и вдавила кнопку.

Когда Дмитрий дал ей эту штуку, Ольга думала, что та никогда не понадобится. Однако жизнь внесла свои коррективы.

* * *

Знакомый лес. Воздушные корни под ногами и плещущаяся внизу вода. Дом. Тот, который они покинули, чтобы отправиться прочь в поисках лучшей судьбы. Теперь он снова здесь. Почему?

Оглянувшись, Санзи-ра-тофф увидел, как медленно гаснет мерцающая поверхность каменного колосса. Исчезают, скрываясь в серости, последние пятна медного цвета.

Теперь он вспомнил. Не всё, но хотя бы часть. Как они оказались по ту сторону. Что именно там узрели. И сделку, которую им предложили. Вернее ему. Тому, кто вскрыл горло спящему монстру и использовал его кровь, как пропуск. Воспользовался заветами предков, которые уверяли, что если такая возможность представится, ею обязательно нужно воспользоваться.

Санзи-ра-тофф попытался вспомнить, что они советовали делать после этого, но не смог. Как будто воспоминания стёрлись из головы. Зато в разуме пробудилось другое воспоминание. Более близкое и до боли отчётливое. Инструкция, которую давал ему…

Откуда на той стороне взялся лаффар? Или Санзи-ра-тоффу просто показалось? Вроде бы нет — с ним беседовал соплеменник. Назвал себя одним из Достойных их мира, что теперь служит… Кому? Как он их назвал?

Мысли спутались и мужчина тряхнул головой. Постарался не думать о том, что сейчас было неважным. У него всего лишь одна задача. Если выполнит её — племя больше ни в чём не станет нуждаться. Никогда.

* * *

Смотрели мы друг на друга секунд пять. Я оценивал ситуацию и пытался понять, насколько девушка может быть опасна. Что разглядывала она, было вот так сходу не понять. Но среди эмоций я к своему удивлению ощутил не только злость, но ещё и интерес.

— Ты ведь знаешь, да?

Говорила она очень тихо и странным скрипящим голосом, но слова я хорошо расслышал.

— О чём именно?

С другой стороны зала, резко выпрямилась Кремер, схватившаяся за топор. Поведя взглядом, остановила его на Головастой и глаза немки расширились от удивления. Сама девушка с раздутой головой, на звук за своей спиной никак не отреагировала.

— О том зачем всё это и ради чего. Одного не пойму — если ты просто хочешь спастись, почему не поговорил? К чему столько убийств?

Это мне говорит та, что так легко обрекла на гибель десятки тысяч норвежцев в Тронхейме?

— Попробуй посчитать, скольких людей вы убили. И сравни с теми, кого прикончил я.

Она болезненно поморщилась, смотря на меня с таким видом, будто услышала самую большую глупость в мире.

— Людей? На фоне таких, как мы, остальные просто мясо. Тупой скот, который надо пасти и направлять, а потом пустить под нож и полакомиться вкусным стейком. Ведь именно так поступают все пастухи, правильно?

То есть она сейчас говорила про убийства других пациентов клиники, получается? Переживала, что я забрал их невинные жизни.

— Люди не скот. Ты просто зажравшаяся долбанутая психопатка, чьё уродство использовали, чтобы её купить.

Голос Кремер звенел на весь зал, а сама немка сделала несколько шагов к лежащей на столе Головастой. Та же булькающе засмеялась.

— Надо же. Ты позволяешь ей говорить. Я думала, это так. Пара сисек и набор дырок на ножках.

Йоханна побагровела, а пальцы сомкнулись на рукояти топора так, что древесина жалобно заскрипела. Чудо, что вообще выдержала — хватка Защитника ранга «дельта», совсем не шутки.

— На твоём месте я бы вёл себя более уважительно.

— Или что? Убьёшь меня? Три раза «ха». Тебе нужна информация, Лагов. И пока ты её не получишь, не посмеешь тронуть меня и пальцем.

Мысль о том, чтобы пытать девушку-инвалида казалась мне спорной. Одновременно с этим она ещё была массовой убийцей. Которая, по её собственным словам, собиралась отправить на тот свет практически всё население Земли. Если я верно интерпретировал её слова, конечно. Однако, ситуация всё равно была спорной. Достаточно, чтобы внутри возникло чувство отторжения.

Но вот Кремер ничего подобного не испытывала. И моё затруднение поняла абсолютно верно.

— Зато я ещё как посмею. Для начала раздроблю обухом все твои пальцы. Потом начну вырывать зубы. А когда закончу, примусь за твои щёки, глаза и гениталии.

Головастая заворочалась, разворачивая свою изувеченную гигантскую голову. Скосила глаза в сторону немки.

— Ты женщина. Поступишь так с такой же, как ты?

— Разве ты такая же? Сама ведь сказала, мы мясо и скот. Как там? Пасти, направить и доить, а потом пустить на стейки? Ну вот — я покажу тебе на что способно мясо, если пастух оказался так туп, что проиграл.

Угроза скривилась в яростной гримасе.

— Я проиграла не тебе, а ему.

— Нам! Мы были там вдвоём!

Сам я не мешал перепалке, внимательно наблюдая за эмоциями Головастой. Они сверкали настолько ярко, что это казалось ненатуральным. Даже Кремер, которая испытывала настоящий гнев, казалась сейчас не настолько злой.

Единственное объяснение, которое приходило в голову — пленная пыталась что-то скрыть. Поэтому я всматривался, пытаясь разобраться, что именно та пытается от меня утаить. И наконец распознал. Страх. Банальное человеческое чувство, которое никому не хочется демонстрировать публично. Особенно, если оказался в плену.

— Стоп. Рад, что вы нашли друг друга в этой жизни и близки к тому, чтобы стать подругами, но давайте к делу.

Обе девушки, которые так и не прекратили перепалку, повернули головы в мою сторону. Я же упёрся взглядом в лицо Головастой.

— Кто стоит за вашим появлением? Кем был организатор процесса?

Она промолчала. Лишь слабо улыбнулась в ответ.

— Если ты думаешь, что я ограничусь только беседой, ты глубоко ошибаешься. Это не та ситуация, где у тебя есть какой-то выбор.

Лежащая на столе Угроза, чьи руки и ноги были скованы медью, моргнула.

— А его и нет. Я не знаю, кто за всем стоял.

Сейчас она сказала правду. Либо искренне верила в свои слова, что воспринималось способностью точно так же.

— Ради чего вас всех готовили?

На её лице снова появилась лёгкая улыбка.

— Ты же и так знаешь. Зачем спрашивать о том, что очевидно.

— Предположи, что не знаю и не догадываюсь. Ради чего вы все были нужны?

Несколько секунд она молчала. За её спиной стояла яростная Кремер, чья грудь вздымалась от гневных вздохов, а Угроза казалось раздумывала, что именно ответить.

— Пасти и направлять. Дать укорот самым умным, убить самых сильных, разозлить самых спокойных. Сокрушать и разобщать.

В голове мелькнула мысль, что возможно стоило отправить отсюда Йоханну. С другой стороны — слушала немка максимально внимательно и эмоциональный фон у неё был предсказуемый. Что ещё более важно — до этого она не давала ни единого повода в себе усомниться.

— Кто ещё этим занимался? Как у вас получалось искусственно затягивать людей в Столбы?

Вот теперь в её разуме сверкнуло полностью искреннее и неподдельное изумление.

— Затягивать кого-то в Столбы?

Тут же спохватилась, убирая с лица удивление. Но было поздно — даже не имейся у меня способности оценивать эмоциональный фон, тут было бы всё понятно. Или нет — если бы я сам не ощутил её настроение, то наверняка подумал бы, что притворяется.

— Как всё началось? Что именно вливали вам в кровь через капельницы? Почему ты способна на такие вещи, хотя не являешься Защитницей.

Предыдущая эмоциональная вспышка выбила её из колеи и ослабила защиту. Но девушка всё равно какое-то время колебалась. Начав говорить только секунд через тридцать.

— Если ты ждёшь, что я расскажу как нас нашли и выложу тебе точную формулу вещества из капельницы — повзрослей уже. Нельзя быть таким старым и при этом верить в сказки.

Я машинально открыл рот, чтобы ответить и внезапно почувствовал её удивление — Головастая смотрела на меня так, будто в первый раз увидела.

Сначала я не понял, в чём дело. А через миг осознал — раньше она только контактировала с моим разумом. Оценивая возрастную планку через моё собственное мироощущение. Видимо где-то там внутри, я чувствовал себя очень старым. Что заметно расходилось с внешностью.

— Раз хочешь, чтобы я всё рассказала, у меня есть условие.

Прежде чем я успел что-то сказать, Головастая заговорила вновь, заставив меня удивиться. Какое может быть условие у Угрозы, желавшей уничтожить мир.

— Что именно?

Секунду помолчала, отведя глаза в сторону. Потом посмотрела на меня.

— Моя мать. Отыщи её и позаботься о безопасности. Она должна быть под надёжной защитой. Обещай мне это и лёгкую смерть. Тогда поговорим.

На этом моменте удивилась даже обычно невозмутимая Кремер. Уставилась на девушку, как будто впервые ту видела.

— Я постараюсь сделать всё, чтобы твоя мать не пострадала. Однако мне понадобятся данные, чтобы её найти.

Имя, фамилию и дату рождения она озвучила сразу же. После чего снова повернула голову — так, чтобы было удобно смотреть мне в глаза.

— Спрашивай.

Долго раздумывать нужды не было. Вопросы из условной серьёзной части уже были готовы.

— Что вам обещали за эту помощь?

— Место в будущем. Остальные будут обречены стать рабами. Мы войдём в число Достойных. Тех, кто останется жить и править.

— Как вы избежите волны, которая убьёт всех остальных Защитников?

Глаза изуродованной девушки стали едва ли не круглыми. Изумление, которое заполыхало в её голове я тоже почувствовал отлично.

— Откуда ты…

Осёкшись, несколько секунд подождала, постепенно успокаиваясь.

— Зависело от того, как именно будет развиваться ситуация. Мы могли отправиться дальше через Столбы следующего пояса или подождать здесь.

— Через те Столбы, что есть в двенадцати мирах? Как через них пройти дальше?

— Нам обещали показать. Как и второй способ.

Я продолжал задавать вопросы, переключаясь с одной темы на другую. Головастая в самом деле была уникальна. Способность вторгаться в чужие сновидения, видеть вещие сны и влиять на людей, которая появилась без участия меноса и была доступна ей фактически с самого детства — что-то из разряда фантастики. По поводу чего у меня уже появились некоторые мысли.

Что до всего остального — она могла рассказать немало нового, но ни одна из этих вещей не меняла картины целиком. Из глобального была только новость о том, что через Столбы в двенадцати мирах, оказывается можно пройти дальше. И рассказ девушки о том, как с ней выходили на контакт. Ласковый и мягкий мужчина, с которым они какое-то время говорили почти каждую ночь. Именно он убедил её согласиться помочь ему и заодно спасти свою жизнь. Он же воспользовался состоянием инвалидки и отношением к ней окружающих, чтобы взрастить мысли о мясе, скоте и её праве убивать.

Напрямую она этого не утверждала, но контекст был очевиден. Выпирал из каждого слова.

Что касается всех остальных — ей были известны только страны, без точных адресов. Встречалась она с ними во сне. А после того своего фокуса в Тронхейме и моего успешного ответа, вовсе потеряла свою способность.

Причина по которой она выбрала именно такой формат, оказалась крайне банальной — девушка тоже читала РПГ-книги. Орки же были взяты из одной книжной серии, которой она увлекалась в процессе болезни. О приключениях попаданца в механико-магическом Царьграде.

На то, чтобы поинтересоваться у неё всем, что я считал необходимым, ушло не так много времени — около часа. Когда я замолк, перебирая пункты списка и проверяя, не упустил ли чего, Головастая заговорила сама.

— Уверен, что не забыл поинтересоваться самым главным?

— Это чем?

Вопрос вырвался у меня на голых рефлексах, а сама девушка попыталась слабо усмехнуться.

— Собственным будущим.

Какое-то время я размышлял, смотря на неё. Потом, мельком глянув на Кремер, в самом деле озвучил вопрос.

— Ты можешь рассказать мне что-то о моём собственном будущем?

Кривая улыбка стала ещё чуть шире.

— Конечно. Вчера, до того, как вы прилетели в Тронхейм, я видела сон. Ты умрёшь уже сегодня, Константин Лагов. Этого не избежать.

Читать следующую главу: https://author.today/reader/641110/6140019