Солнечные лучи едва заметно пробивались сквозь небольшое, пыльное и заляпанное грязью окно, ведущее в подвал, а холодные, мокрые камни его стен словно бы излучали безысходность, страх и боль. Вероятно, потому, что в последнее время здесь свою судьбу окончило сразу несколько человек. Более того, именно сейчас подобные эмоции также излучал лежащий на полу в позе эмбриона, избитый и подрагивающий мужчина, по бокам от которого расположилось двое мордоворотов с деревянными битами в руках.

Четвёртым в помещении был спокойно стоящий высокий худощавый парень в простом сером костюме и с пустым взглядом карих глаз, который молча слушал запинающегося пленника.

— Мы шли туда за Всеславом Чародеевым! За хозяином дома! Там же мутная тема была! Парни Лома, перед тем как их покрошили на базе, избили этого лоха и забрали его деньги! Потом ещё должны были домой поехать и всё там перерыть. Да только мужик непростым оказался и сам им навалял! Многих тогда на больничку отправил! Что с ним стало потом и почему он оказался дома, непонятно. Не должны были его после подобного в живых оставлять. Поэтому Череп и велел всё проверить! Вдруг Лома с пацанами из-за этого типа положили? Мы туда пришли, а дома никого! Потом люди какие-то появились и стали ломиться в…

— Где он теперь? Этот Чародеев? — тихий голос молодого человека заставил говорившего заткнуться и задрожать ещё сильнее.

— Я не знаю! Клянусь! Не знаю! Никто не знает! Они с сыном словно сквозь землю провалились! Мы искали их всеми возможными способами! Всеми! Нужно было понять, что там произошло и кто устроил эту войну! Мы даже подняли авторитетных людей из соседних городов! Их все ищут! Все! Да только…

Молодой человек скосил взгляд на охранника, стоящего позади пленника, и тот заткнул говоруна выверенным ударом ноги в живот. Дождавшись, когда избитый отдышится, парень произнёс:

— Как на них вышли? Кто именно навёл Лома на Чародеевых?

— Этот… как его… Яковлев! Точно! Яковлев! Чиновник из администрации! — поспешил ответить пленник. — Он сдал Чародеева! Он! Ему сказали, что либо он платит долг, либо даёт наводку на человека, которого можно пощипать! Денег у мужика не было, и, чтобы сохранить колени, он был вынужден расплачиваться хотя бы так! Информацией! Да! Их точно сдал Яковлев!

— Яковлев, говоришь? — переспросил молодой человек, впервые услышав эту фамилию, и в его глазах мелькнула красная искорка силы. — Расскажи мне про него подробнее!

Спустя ещё некоторое время Аркадий Глинов и двое его помощников вышли из помещения.

— Найди мне этого Яковлева, Игорь. Найди, — не поворачивая голову в сторону мужчины, вытирающего кровь с пальцев, произнёс парень. — Выследи, убедись, что слежки за ним нет, а когда представится случай, привези для беседы к нам. Уверен, он поведает много интересного.

— А что по поводу рода Чародеевых? — уточнил второй из помощников.

— Нет! Никакой слежки за членами чужого рода! Предпосылок к новой кровавой бойне или межродовой войне нам точно не простят! — резко обернулся Аркадий, уставившись вспыхнувшими алым цветом глазами, на подавшего голос мужчину. Спустя несколько секунд свечение пропало, и он уже более спокойным тоном добавил: — Но слухи собирать продолжаем. Если в основную ветвь вернутся изгнанники или появится кто-то похожий на Фёдора или Всеслава, то я хочу об этом знать.

Поставив задачи подчинённым, молодой человек двинулся вверх по лестнице, в один из неизвестных никому домов семьи, где в данный момент укрылись остатки его почти уничтоженного рода. Мама, тётя, три сестры и младший десятилетний брат. Вот и всё, что осталось от недавно ещё вполне благополучного рода.

Ах да, из живых родственников ещё оставался и старший двоюродный брат, недавний наследник и одновременно безумец, по сознанию которого был нанесён сокрушительный удар неизвестными врагами, заставивший перспективного молодого мага устроить в городе кровавую баню. Вот только его, раненого и истощённого, после очередного рейда, Аркадий недрогнувшей рукой передал местному департаменту жандармерии.

Всё для того, чтобы защитить остатки рода. Отделить боевиков от рядовых членов семьи и позволить последним вернуться к нормальной жизни. К сожалению, уже всего лишь семьи. Ведь в ту страшную ночь вместе с главой рода и отцом они потеряли алтарь — сосредоточие мощи и силы Глиновых. Именно после его исчезновения девятнадцатилетний Аркадий — тихий, спокойный парень, предпочитающий книги и учёбу в ВУЗе, проснулся из-за ощущения невосполнимой потери и изменился.

Нет. Он не стал похож на своих более старших братьев, которые после потрясения слетели с катушек и принялись рыскать по городу в поисках бандитов, уничтожая всех подряд и не обращая внимания на последствия. Аркадий понял, что нужно брать ответственность за род в свои руки, и если ничего не предпринять, то Глиновы окончательно погибнут, а враги, нанёсшие неожиданный и коварный удар, не понесут никакого наказания.

Решив вопрос с наследником и жандармами, Аркадий остановил войну в городе, и тут же перевёз оставшихся в живых родственников в этот дом, который находился во владении человека, никак не относящегося к Глиновым. Этим он обезопасил семью от возможной мести бандитов. Затем молодой человек вернул к работе в лавках всех специалистов, нанятых семьёй, организовал ремонт зданий, провёл инвентаризацию и в кратчайшие сроки возобновил деятельность.

Что удивительно, но жестокость, с которой Глиновы расправились с преступниками, была высоко оценена местным обществом. Теперь клиентов среди обеспеченных членов боярских родов стало гораздо больше, а работники стали выполнять обязанности, казалось, ещё более ответственно. Хотя, может, всё дело в том, что преступное сообщество города уже потеряло всякие рамки и забыло, кто именно является силой в стране. Позволяя себе много лишнего в том числе и по отношению к аристократии…

Вспоминая дела минувших дней, парень оказался в тёмной гостиной с горящим камином, где, кутаясь в тёплые шали, сидели бледные женщины в чёрных вдовьих одеждах.

— Ну что там? Сынок? — подняла на него взгляд мама.

— Мы кое-что нашли, — не стал скрывать Аркадий, — новую ниточку к разгадке этого дела, которую все почему-то пропустили.

— Хорошо, — ответила женщина, и в её глазах мелькнуло странное удовлетворение. — Очень хорошо. Мы рады, что не ошиблись в тебе. Только холодный разум, нацеленный на результат, способен решить проблему и восстановить род, не подставив его под очередной удар врагов или жандармов.

— Вопрос с жандармами на некоторое время решён, а если у меня всё получится, то все обвинения с рода снимут, — напомнил Аркадий, и тётушка, жена бывшего главы, тут же вскочила на ноги, разъярённо зашипев.

— Ты отдал им своего брата! Защитника и наследника! Того, кто проливал ради нас кровь! Кто не боялся преступить закон для блага своей семьи!

— А ещё он делал это публично, чем не только защитил Глиновых, но и подставил нас всех под удар силовиков! Кто возьмёт замуж наших чудесных девочек, если у них такие неуравновешенные братья⁈

— Уж поверь мне! — прошипела тётушка, не пожелавшая сдаваться. — На столь чудный товар купец найдётся! Теперь нас уважают ещё больше, чем раньше!

— Это до тех пор, пока не узнают о пропаже кое-чего важного… — сделал намёк Аркадий на исчезновение алтаря и крутанул на пальце кольцо главы рода.

Которое проявилось у парня после того, как он вместе с мамой и тётушкой, собрал ценные «горошинки» из перстней погибших братьев и наследника, а затем по, архаичным записям в ритуальной книге сумел воссоздать походный алтарь. Временное решение до того момента, пока не найдётся оригинал.

Несколько секунд, тётушка, не ожидавшая подобного отпора, молчала. Она так и не смогла простить Аркадию пропажу мужа, алтаря и предательство наследника рода, который являлся её старшим сыном. Однако затем взяла себя в руки и нашлась с ответом.

— Лишь поэтому я не убила тебя в тот же миг, как узнала о произошедшем!

— Не смей так говорить с моим сыном, — не хуже змеи зашипела мама Аркадия. — Мы уже не раз это обговорили! Пропажа алтаря больно ударила по наследнику! Его нужно было изолировать ради благополучия рода!

— Ты так говоришь, потому что поймали не твоего сына! — воскликнула тётушка. — Что не он находится в заключении.

— Глупая женщина! Хотя бы один из твоих сыновей остался жив! Хотя бы один! И всё благодаря Аркадию! Он его так защитил! Никто не будет убивать столь сильно мага! Нанятые адвокаты добьются снижения наказания! А если нет, то ему всего лишь придётся отбыть несколько лет, убивая нежить в проклятых землях! Так что домой он вернётся сильным и возмужавшим! — отрезала мама парня.

В помещении воцарилась тишина, и первым её нарушил молодой глава.

— К этому времени хотелось бы узнать наших врагов и вернуть пропажу. И я надеюсь, что в этом вы мне поможете. Нужно поднять некоторые связи в соседних городах. Вдруг там кто-то продал вещи из наших лавок?

Наша встреча с Захаром Дмитриевичем Красновым произошла лишь на десятый день после печальных событий в проклятых землях. Мужчина, который, как мне удалось выяснить в ходе осторожных опросов знакомых ходоков, занимал весьма высокое положение в иерархии местной ассоциации истребителей, был плотно занят делами подчинённых отрядов, потерявших восемь своих бойцов, восстановлением и возвращением в строй раненых, а также траурными мероприятиями и множеством других дел. Вероятно, он медлил со встречей и по иной причине — занимался сбором информации обо мне со Всеславом.

Нет. Никакой слежки или чужих взглядов я на себе за эти дни не ощущал. Хотя для проверки несколько раз даже посещал проклятые земли, надеясь обнаружить чужака, но ничего подозрительного не заметил. Всё же Фёдор Меченый, навыки которого во мне просыпались, был больше бойцом войск специальных операций и диверсантом. Боевиком, а не шпионом.

Однако тем не менее логика подсказывала, что оставить столь примечательного юношу без внимания ходоки просто не могут. Если честно, я даже немного стал жалеть, что выручил из беды столько людей и обратил на нас столь пристальное внимание. Не подумал как следует и переоценил себя, из-за чего наша легенда стала тут же рушиться. Нужно было сразу подобрать небольшой отряд слабых ходоков, к которым можно было бы примкнуть и которые бы хранили тайну о столь сильном маге от товарищей по цеху, чтобы не переманили у них ценного кадра.

Жаль, что раньше подобная мысль мне не приходила. Видимо, сказывалось головокружение от успехов и тот факт, что я проживаю то ли вторую, то ли сразу третью жизнь. А значит, самый умный и всё у меня будет получаться. Ведь Федю со Всеславом из задницы я вытянул, привёл в порядок тело и магию. Не позволил убить себя не бандитам, ни аристократам. Даже печать предателя ослабил и обвёл вокруг пальца жандармов! Про то, как удачно внедрился в общество местных ходоков, посещаю проклятые земли, зарабатываю первоначальный капитал и вовсе молчу. Мне удавалось всё, даже выдавать Всеслава за немногословного, скрытного и весьма жёсткого высокорангового мага, которого лишний раз лучше не трогать.

Так что в моей излишней самоуверенности нет ничего удивительного. Хотя… Кое-что всё же есть. Например то, как я сумел дожить до этих дней, без столь грубых ошибок.

Однако долго заниматься самокопанием я себе позволить не мог. Понимал, что как только о нас начнут собирать сведения, то возникнет множество вопросов, не имеющих ответов, поэтому необходимо разработать новую легенду, чтобы отбить желание слишком глубоко копаться в нашей истории. Как? Ответ у меня было один. Создать впечатление, что я представитель боярского рода, который вместе со старшим родственником отправился в свободное плавание для получения опыта самостоятельной жизни и закалки характера.

Если честно, то звучало это слишком натянуто и, может, где-то даже нелепо. Мне могли не поверить, посчитать каким-нибудь изгоем или бастардом, или и вовсе мошенником, однако ничего лучше я придумать всё равно не смог.

Благо, как подсказала активировавшаяся память Меченого, подобный сценарий в мире пусть и не частое явление, но и не столь редкое. Княжеских или просто богатых родов не так чтобы и много. Да и не все семьи сумели сохранить деньги, влияние и власть. Так что остальным достаются крохи с барского плеча, и они вынуждены выживать. Ходить в народ, отправляться в проклятые земли, преподавать в лицеях и ассоциациях магов. В общем, начинать всё с чистого листа.

Исходя из этих соображений, я решил, что моя история всё же должна пройти проверку. А если Захар Дмитриевич или его люди как-то выяснят, кто мы такие на самом деле, узнают о нашем внезапном побеге и решат воспользоваться данным знанием в своих целях, то нет ничего сложного в том, чтобы вновь собрать вещи и сменить место проживания. Проклятых земель в Червоной империи достаточно, нужно лишь выбрать подходящую. Для этого я внимательно изучил карту, подготовил несколько маршрутов для отступления и три пары тревожных чемоданов со всем необходимым, которые спрятал за городом в тайниках.

Только приготовившись к неприятностям и убедив себя, что смогу сбежать в любое время, я наконец со всей возможной силой принялся за «обработку» Всеслава.

На разговоры с отцом Фёдора я тратил едва ли не по полдня, всякий раз начиная с того, что мне, его сыну и надежде рода, грозит серьёзная опасность, и только правильные действия отца сумеют остановить партнёров от поспешных шагов. Данный подход быстро дал результат. Мужчина тут же откладывал свои записи, в которые снова погрузился как-то глубоко и с каждым днём в разговорах и объяснениях всё больше походил на нормального человека. Пусть слишком молчаливого и замкнутого, но уже точно не странного, а иногда даже и весьма грозного. Особенно когда подозревал, что возможные партнёры могут захотеть причинить мне вред.

Приходилось по многу раз проговаривать необходимость сотрудничества, роста моих сил в подготовленном отряде ходоков, напоминать про возможный побег и гнать от себя мысли сделать ноги прямо сейчас. Пока ещё есть время.

Останавливало лишь то, что ситуация в другом городе могла бы повториться, и неприятности, гораздо более существенные, могут добраться до нас ещё быстрее, уже в первые дни. И что делать тогда? Снова бежать? И бегать так два года? До окончания обучения в школе? Нет. Нужно постараться закрепиться здесь и лишь потом реагировать на ситуацию. Да и пришедший в себя Всеслав демонстрировал готовность отработать как положено.

Ему я, к слову, отвёл роль моего старшего родственника и наставника. Мага, который скрывает свою силу, может быть весьма опасен и не даст никому меня в обиду. Для этого я, даже, закупил для отца несколько боевых артефактов и отвёз его на полигон, для тренировки. А себе, через знакомых стариков-скупщиков, всё же нашёл искомый артефакт в виде кожаного браслета с небольшим пространством, куда спрятал автомат. На переговоры с ходоками мне будет лучше взять его.

Ещё повезло, что скупщикам резко понадобилось два сердца моих мясных туш, иначе искомый артефакт я так бы и не нашёл. Правда, после сделки, у нас аккуратно поинтересовались, где мы вообще наткнулись на столь редких тварей и как сумели их уничтожить, ведь обычно подобная нежить передвигается в составе сильного отряда.

Пришлось мне, тщательно подбирая выражения, рассказать о Захаре Дмитриевиче, Игнате и их отрядах, которым мы пришли на выручку. Старики тогда многозначительно переглянулись, о чём-то задумались, а затем не скрываясь рассказали, что помог я весьма достойным и авторитетным в Камневске людям, которые добро не забудут. Что дела с ними иметь можно, как и со всеми ходоками, однако следует также помнить, что мы не одни из них, что не родственники им и не друзья. Доверять можно, но и не забывать проверять тоже.

Предупреждение я запомнил, поэтому в небольшой ресторан мы пришли в костюмах, которые не стесняли движения и были во всеоружии. Там нас, на входе, уже встречали двое парней, знакомых мне по проклятым землям. Одного из них я спас, когда тот защищал отца от гончих, а второй, был тем, который замешкавшись пропустил удар мясной туши, а позже был выделен мне в помощь для поиска и отбора законных трофеев.

Парней опередила молодая администратор с небольшой кожаной папкой в руке, которая с профессиональной улыбкой на лице, уточнила:

— Здравствуйте. У вас заказано? Могу я узнать ваши имена?

— Фёдор Всеславович и Всеслав Брячиславич, — ответил я, и в этот момент подошли молодые ходоки.

— Ирина, просим прощения, это наши гости, дальше мы сами, — произнёс Егор, и поздоровавшиеся парни пригласили нас следовать за ними, не забыв окинуть моего спутника настороженными взглядами.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, мы проследовали в отдельный кабинет. Егор открыл дверь, а вошедший первым Евгений представил сначала нас.

— Фёдор Всеславович и Всеслав Брячиславович.

А затем и принимающую сторону. Нас встречали трое. Уже знакомый мне Захар Дмитриевич Краснов — командир секции нескольких отрядов ходоков; Игнат Владимирович — лидер бойцов, сражавшихся с нежитью в день нашего знакомства и крепкий седой старик с мягкой улыбкой и цепким взглядом по имени Ратмир Богданович.

— А вот и наши гости! — после представления громогласно объявил Захар Дмитриевич, поднимаясь со своего места и впиваясь заинтересованным взглядом во Всеслава. — Рады! Очень рады вас видеть! Прошу! Присаживайтесь! Нам предстоит долгий разговор!

Мы заняли предложенные места и лидер ходоков произнёс:

— Всеслав Брячиславович, первым делом хочу выразить вам благодарность за подготовку столь грозного боевого мага, который в одиночку сумел переломить ход битвы с нежитью, что позволило многим нашим товарищам вернуться к своим семьям живыми.

Отец Феди молча кивнул и в ту же секунду Егор с Евгением положили на стол прямо перед нами два открытых футляра, на бархатной подложке которых лежали родственные магические жезлы со смутно знакомыми рунами. Затем рядом расположился средних размеров чемодан, заполненный всевозможными светящимися кристаллами и травами, а потом и его близнец, наполненный наличностью.

«Тысяч под сто рублей — прикинул я — и номинация самого дешёвого подарка. Уверен, эти артефактные жезлы и редкие ингредиенты стоят гораздо дороже. Плохо лишь то, что я не уверен во Всеславе, который словно забыл заученные слова и теперь холодным немигающим взглядом сверлит Дмитриевича. Блин, а ведь я предполагал, что нас попробуют задобрить подарками, хоть и не столь серьёзными и подобную вероятность мы отрабатывали».

Благо заминку заметил не только я, но и старик с необычным именем Ратмир, который решил сгладить углы.

— Всеслав Брячиславович, прошу вас принять эти скромные дары и позволить нам, пусть и столь банальным образом, но всё же выразить свою благодарность за спасение жизней наших товарищей. Только лишь от вашей доброй воли зависит сумеем ли мы сохранить лицо. Нельзя. Никак нельзя оставить Фёдора без благодарности. Выжившие члены ассоциации истребителей нежити этого просто не поймут, — заметив, что взгляд Всеслава переместился на него, Ратмир продолжил: — К тому же благодарность мы решили выказать с умом, чтобы она была максимальна полезна молодому магу. Магические артефакты из проклятых земель позволят ему сохранить больше сил в особенно жарких боях, редкие магические ингредиенты, приготовленные с помощью руки опытного мастера помогут очистить организм и каналы от засоров, родовых и личных проклятий, а также другой накопившейся грязи. Ну а презренные деньги, возможно несколько облегчат быт, позволив не обращать внимания на всякого рода мелочи, отнимающие много времени.

«Для снятия проклятий, значит? — мелькнуло в голове. — Неужели они поняли кто именно сидит перед ними? Или это к тому, что у родовых магов независимо от их желания, в ауре накапливается всякая гадость?»

Обдумать эту мысль мне не дал поднявшийся на ноги Всеслав, который перевёл твёрдый взгляд на Захара Дмитриевича и произнёс:

— Мы принимаем вашу благодарность!

Стоило отцу Феди сесть и посмотреть на меня, как я принялся закрывать чемоданы и футляры, а парни поставили их рядом со мной. После чего лидер ходоков произнёс.

— Раз мы успешно решили первый вопрос, то предлагаю перейти ко второму, — не дождавшись возражений, мужчина продолжил: — Наша секция истребителей нуждается в сильных и проверенных делом боевых магов, поэтому мы хотим предложить вам и Фёдору походы в проклятые земли в составе наших отрядов.

— Исключено! — отрезал Всеслав, а спустя несколько секунд, пояснил: — Мне это не интересно, моя специализация далека от боевой магии. А вот по поводу Фёдора, я не против. Буду даже рад, если с вашим отрядом он перестанет бездумно шататься вдоль периметра проклятых земель, искать пути в минных полях, получит прикрытие отряда во главе с опытным командиром, а также так необходимый ему боевой и магический опыт.

«Хорошо шпарит. Как по писанному», — остался я удовлетворён успехами натренированного Всеслава, а он тем временем продолжал.

— К тому же, по определённым причинам, я не имею возможности обучать его боевым заклинаниям. И одним из условий найма будет предоставление наставника.

— Он у нас есть. К тому же мы заинтересованы, чтобы наши маги были способными защитить отряд, — осклабился Захар Дмитриевич.

— В таком случае возражений не имею, — ответил Всеслав, — Но об условиях вы будете договариваться непосредственно с Фёдором, это часть его обучения.

Отметив как на мгновение прищурились глаза Игната Владимировича я понял, что оговорку услышали и приняли к сведению. Дождавшись, когда взгляды скрестятся на мне, спросил.

— Сколько составляет добыча мага при походах в проклятые земли в составе отряда?

— Стандартный отряд ассоциации состоит из десяти рядовых бойцов, одного командира и одного мага. Каждый из перечисленных имеет по доле с добычи, а две последних позиции, ввиду своих обязанностей, получают по ещё одной доле.

Перспективы, скажу сразу, были не очень. В одного я зарабатывал гораздо больше и мог позволить себе посещать проклятые земли гораздо чаще, вот только я шёл в отряд не за деньгами, а за знаниями, опытом и связями. Правда соглашаться вот так вот сразу тоже было нельзя, поэтому я сделал вид, что задумался и вопросительно посмотрел на Всеслава.

— Решать тебе, — суровым тоном отрезал он.

— В таком случае, — произнёс я после небольшой заминки, — Вступить в отряд я готов. Но для начала, лишь на месяца три. Чтобы и выполнить заключённое соглашение, и разойтись без лишних конфликтов, если мы по какой-то причине не сработаемся.

— Этого мало, — подал голос Ратмир. — Раз мы договариваемся не только о сотрудничестве, но и об обучении и передаче некоторых знаний нашими наставниками, то срок необходимо увеличить до полугода.

— Это зависит от того, — заметил я, — насколько качественное обучение я получу.

— Оно будет добротным. Я за этим прослежу, — заверил меня старик. — А если что-то не понравится, то сможешь пойти и пожаловаться на наставника. Игнат Владимирович, в отряд которого ты попадёшь, проводит тебя ко мне при желании.

Услышав своё имя, командир отряда едва заметно поморщился. Он явно был не рад новости, что придётся ходить в проклятые земли со столь молодым магом, но не противился решению руководства.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину и слово, неожиданно для меня взял Всеслав. Разговор уже давно вышел за пределы того, что мы проговаривали и я не думал, что он станет вмешиваться в разговор.

— Надеюсь, Фёдору не придётся переезжать к вам под бок? Я хочу, чтобы он продолжил жить со мной.

— Наши ходоки живут в разных районах города, — успокоил его Захар Дмитриевич. — Это раньше, для большей безопасности, ходоки расселялись компактно. Теперь ситуация изменилась. Людей стало слишком много.

— А какой график походов в проклятые земли? — спохватился я, поняв, что не задал один из самых важных вопросов.

— Раз или два в неделю, — взял слово Игнат Владимирович. — Суббота и воскресенье выходные. Всё же мы работаем ради нормальной жизни, а не живём на работе. В понедельник обычно готовимся к походу, проверяем экипировку, оружие и легко тренируемся, во вторник отправляемся в проклятые земли, в среду выходной. И четверг пятница либо отдых после сложного похода, либо подготовка к следующему. Всё просто.

Ратмир усмехнулся.

— В Камневске не так много ходоков, которые могут работать в вашем привычном темпе.

После того как мы пришли к соглашению и договорились о том, как будем держать связь Захар Дмитриевич предложил отметить это дело и шустрые официанты оперативно накрыли на стол.

От алкоголя Всеслав отказался, но согласился отдать дань уважения еде и продемонстрировав неплохое знание столового этикета. После ужина мы попрощались со всеми, а Егор и Евгений помогли спустить подарки вниз.

— Ну и как вам результаты переговоров? — спросил Захар Дмитриевич, когда дверь за гостями закрылась.

— Они точно бояре, — заметил Игнат Владимирович. — И не сильно это скрывают.

Краснов скосился на Ратмира, и тот молча кивнул:

— Это точно. И что удивительно порода чувствуется, что у отца, что у сына. Не понимаю только что заставило их покинуть защищённое поместье и прозябать здесь? Странно всё это.

— А они тебе никого не напоминают? — уточнил Захар Дмитриевич спустя некоторое время, — запах уж очень приметный. Я это ещё в первый раз понял.

Старик принюхался:

— А ведь точно, напоминают. Но кого именно сказать не могу.

— Кого-то знакомого? — уточнил Игнат зашевелив носом.

— Кого-то опасного, — ответил вместо него Захар Дмитриевич и с силой ударил кулаком по столу, — Нужно обязательно узнать из какого они рода! Кровь из носу! А то, видишь ли, они нашей благодарностью брезгуют! Словно это какая-то дешёвка, и им каждый день подобные артефакты и ингредиенты на блюдечке преподносят!

— Успокойся! — остановил вожака Ратмир — Бояре зверь особый, к нему нужно свой подход иметь.

— Не успокоюсь! — зло посмотрел на старика Захар Дмитриевич, — Всеслав вёл себя так спокойно, словно готов перебить нас всех одним щелчком пальцев! Мне с трудом удалось себя сдержать, чтобы не наброситься на него!

— Меня больше беспокоит не его поведение, а раздел магии, в котором он практикует и почему не может самостоятельно обучить его сыну, — заметил Ратмир и добавил. — В любом случае спешить нам некуда. Парень согласился работать с нами полгода. За это время мы к нему присмотримся изучим и выясним стоит за ними кто-либо или всё же нет и почему они используют столь странные имена. Хотя может человек, который делал им паспорта, изрядный шутник.

Уже на следующий день после разговора в ресторане за мной на крепком, свежем внедорожнике серого цвета приехал Игнат Владимирович. Придирчиво осмотрев наш дом и моё обмундирование, он велел садиться в машину, кивнул Всеславу, и мы отправились за город.

— Сразу скажу, — тронувшись, произнёс слегка раздражённый мужчина, — сегодня первый и последний раз, когда я тебя забираю и куда-то везу. Запоминай дорогу — и чтобы завтра к полдевятому был на учебной базе как штык. Всё понятно?

Тон командира мне откровенно не понравился.

«Сразу показывает кто здесь главный? Пытается задавить возрастом и авторитетом? Чтобы слишком много возомнивший о себе малец с непонятным происхождением помалкивал и не привлекал лишнего внимания? Нет. Такого мне не нужно. Дам палец — так руку по локоть отгрызут. Ещё и покрикивать через какое-то время начнут. Проходил уже такое. Так что зря Владимирович это затеял. Обращаться с собой подобным образом я не позволю», — подумал я и произнёс:

— Я не просил вас забирать меня из дома и везти на базу. А тем более делать это лично. Оставьте раздражение и досаду для тех, кто отдал вам приказ.

Щека командира дёрнулась. Он остановился у ближайшей обочины, повернулся ко мне и чуть нависнув своим немалым ростом, произнёс:

— Значит, слушай сюда, Федя. Я тебе не брат, не друг и уж тем более не мамочка! Я командир отряда истребителей нежити! Я занимаюсь этим делом вот уже около тридцати лет и заработал авторитет потом и кровью! Так что засунь свой характер куда подальше! Если я говорю «прыгать» — значит, прыгай! Если говорю «притвориться деревом» — ты это делаешь! Если говорю закрыть рот, то ты его захлопываешь, молчишь и не лезешь под руку. А не нравится — так можешь быть свободен! Я не заставлял тебя соглашаться на предложение руководителя секции и вступать в отряд!

— Я не нуждаюсь в таких родственниках, а тем более в мамочке. Приказы ваши, как командира, выполнять буду, парней в проклятых землях прикрывать — тоже. Можете не сомневаться. Да и учиться обещаю со старанием, — произнёс я и после небольшой паузы добавил: — Но и позволять на себе срываться я тоже никому не дам. Не нравится подчинённый? Его силы и возраст? Решайте вопрос с руководителем секции. Напомню, что вы вчера тоже присутствовали в ресторане и могли высказаться против, однако этого не сделали. Вот и не вымещайте на мне раздражение.

— Детский сад, — ответил Игнат Владимирович и повернувшись к рулю, продолжил движение. — Слово ему не скажи — десять обратно прилетит! Об этом я и говорил!

— Какой есть, — сказал я. — А что касается возраста, так у вас подмастерье лишь на несколько лет старше. Не понимаю причины недовольства.

— Потому что парни молчат, словно воды в рот набрали, и выполняют все приказы командира бегом, — произнёс мужчина и ухмыльнулся. — Ладно. Проехали. Будем считать, что первую притирку прошли. Всё же мне тоже нелегко. Столь молодых подчинённых у меня ещё не было. Даже не знаю, что делать во время похода: то ли отрядом командовать, то ли тебя охранять. Ведь за тебя мне Захар Дмитриевич голову оторвёт.

— Не слишком-то вы меня в первую нашу встречу прикрывали, — напомнил ему я. — Надеюсь, что и в будущем столь серьёзная охрана мне не понадобится.

— Посмотрим, — пожал плечами мужчина и бросил на меня хищный взгляд. — Всё зависит от твоей выносливости и не придётся ли кому-то из нас тащить тебя на своей спине. Если не ошибаюсь, ты обычно далеко в проклятые земли не заходил. Так ведь?

— Не заходил, — признался я.

— Тогда наши тренировки будут тебе особенно полезны, — заметил Игнат Владимирович, и мне послышалась в его словах толика предвкушения.

«Ну понятно. Решили устроить для молодого изматывающую тренировку, чтобы показать ему его место и чтобы он меньше пререкался с командиром, — понял я. — Известный приём. Интересно, что они мне приготовили и будут ли в этом принимать участие и другие ходоки?»

Пока мы ехали, я запоминал путь до выезда из Камневска, ворота, через которые нужно покидать город, а также дорогу, по которой мы отправились на учебную базу, расположенную где-то в лесу. А Игнат Владимирович вновь напомнил мне стандартный график походов в проклятые земли бойцов секции, который обговаривали вчера, и рассказал об ожидающих меня занятиях.

— Первым делом перекусим на базе, и ты отправишься на магический полигон, к наставнику. Он изучит твои заклинания, предложит, как их можно улучшить, и выяснит, чем может тебе помочь. Думаю, в этом деле вы без меня разберётесь, хотя первое время я поприсутствую. Хочу ещё раз посмотреть, на что ты способен. Чтобы иметь лучшее представление. После окончания индивидуального занятия направишься на общую тренировку с отрядом — они как раз вернутся со стрельб, и начнётся нормальная работа для всех с холодным оружием. Имей ввиду, что маг тоже должен быть способен защитить себя с помощью клинка. Ну а следом, если ты ещё сможешь двигаться, будет тренировка на выносливость — после этой фразы тон командира посуровел — Но будь уверен в одном: если тебе не удастся выдержать наш темп, то, несмотря на все приказы Захара Дмитриевича и хоть кого угодно, в проклятые земли мы вместе не пойдём. Я просто не позволю себе взять не поспевающего за отрядом человека, который будет мешать быстрому продвижению и тем подставит всех под удар.

— Справедливо, — согласился я, осознавая, что после недавних больших потерь командиры будут ещё трепетнее относиться к жизням подчинённых бойцов, и добавил: — Вот только я представлял себе жизнь обычных ходоков несколько по-другому. Походы в проклятые земли, убийство нежити и сбор добычи, сдача ингредиентов, отдых, а затем всё по кругу! А у вас тут какая-то муштра и постоянные занятия, словно попал в какой-то армейский учебный центр.

Игнат Владимирович усмехнулся:

— На самом деле ты недалеко ушёл от истины. Многие истребители из простых действительно существуют в похожем распорядке. А некоторые из них даже доживают до преклонного возраста. Вот только серьёзные люди, особенно в нашей ассоциации, понимают, что это путь в никуда. Лишь получив профессиональную подготовку и пролив ведро пота на тренировках, боец имеет возможность выжить и воспользоваться плодами своей победы. Наша цель — именно в этом. Никто не уничтожает нежить только лишь потому, что она грозит всему человечеству. Этим пусть другие занимаются. Боярские роды, к примеру.

Пропустив насмешку в словах командира, я был вынужден признать.

— Здравая позиция.

Вскоре мы доехали до нужного места и вид из окна мне откровенно не понравился. Тренировочная база, по моему мнению, выглядела не очень презентабельно. Прилегающая территория заросла травой, высокий бетонный забор покрылся мхом и зеленью, старый асфальт потрескался во многих местах, а пропускной пункт и откатные ворота уже давно нуждались в покраске. Внутри всё выглядело тоже не очень ухоженно. Земля была в высокой, сухой траве покрытой опавшей листвой, а также множеством сухих веток.

Пейзаж изменился лишь при приближении к центру базы, где всё было выкошено и вычищено и где разместились несколько больших зданий со следами давнего ремонта, а также вместительная парковка.

«А база-то не так плоха, как я о ней подумал. Скрывают её истинное состояние от посторонних? Но почему? Маскировка от загребущих лап каких-нибудь родов? Или просто чтобы не вызывать лишнюю зависть у властей? Хм. А может быть, сразу два варианта одновременно».

— Здесь у нас казармы, которые могут быть заполнены ходоками и членами их семей в случае непредвиденных ситуаций, — начал знакомство с объектом командир после того, как мы вышли из автомобиля. — Под ними располагается большая столовая, где можно в любое время много, вкусно и полезно подкрепиться. Дальше идут административное здание, хозпостройки, закрытые тренировочные площадки и спортзалы, бани, прачечная и кто его знает, что ещё. В общем, здесь есть всё необходимое для нормальных занятий.

Остановившись неподалёку от входа в столовую, со стороны которой доносились весьма аппетитные запахи, Игнат Владимирович посмотрел на часы и, едва заметно поморщившись, уточнил:

— Так что насчёт перекуса? Идём?

— Нет, я поел дома, — отказался я.

— Точно? — переспросил он. — Потом ещё нескоро попадёшь в столовую.

— Да, — успокоил его я. — Давайте лучше проследуем к наставнику магии.

Искомый человек обнаружился на укреплённом, окружённом свежеподнятым земляным валом полигоне — примерно тех же пропорций, что я видел на других сооружениях подобного типа.

Сразу возле входа располагался крепкий, добротный навес и несколько лавок. На одной из них сидел невысокий рыжеватый мужчина лет сорока, который окинул меня заинтересованным взглядом.

— Фёдор Деев! Наша новая знаменитость! — воскликнул он, поднимаясь с места и протягивая мне руку. — Очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — ответил я, отвечая на рукопожатие. Мужчина поспешил поздороваться с Игнатом Владимировичем, а затем вновь повернулся ко мне.

— Меня зовут Платон Игоревич, но ты можешь называть меня просто Платоном. Надеюсь, я ещё не столь дряхл, чтобы ко мне обращались как к какому-то старику. Да, Игнат Владимирович? — спросил маг и сам рассмеялся своей немудрёной шутке. — Ну да ладно. С этим определились, переходим к следующему вопросу. Руководство сектора решило, что я могу подтянуть тебя в боевой магии. Поэтому хочешь ты или нет, но в будние дни, если не отправитесь в поход в составе отряда, ты должен быть здесь уже в девять часов утра. Всё ясно?

— Да, — ответил я.

— Смотри, Платон, учи нашего мага добросовестно, — подал голос Игнат Владимирович, решив подколоть коллегу. — Если ему что-то не понравится, то Фёдор имеет право пожаловаться Ратмиру. А у того, ты знаешь, рука весьма тяжёлая.

— Ничего страшного. Уверен, что смогу дать ученику нужные знания.

— В таком случае я на время вас покину, — произнёс командир и добавил: — Платон, после занятия прошу отвезти его на мою учебную площадку. Мне будет не до этого.

— Без проблем, — кивнул маг и, дождавшись, когда Владимирович уйдёт, уже более серьёзным тоном произнёс: — Ну а теперь, Федя, покажи, что ты умеешь. Мне уже ребята все уши прожужжали о твоём подвиге.

— Да ладно, бросьте, — усмехнулся я. — Ничего такого не совершал. Просто оказался в нужное время в нужном месте и немного помог вашим.

— Немного? — переспросил Платон. — Не скромничай. Мне рассказали, как ты залил целое поле огнём и остановил одну из самых опасных волн. Если бы не это, думаю, мало кто из наших сумел бы вырваться и вернуться домой. Погибших точно было бы гораздо больше восьми. Поэтому — огромное тебе спасибо. И будь уверен — я сделаю всё, чтобы тебе помочь.

Высказав благодарности и заверения в своей искренней дружбе, Платон поставил меня на огневой рубеж, взял в руки массивную рацию, планшет для записей, секундомер и, удобно устроившись за небольшим столом, произнёс:

— Для начала ты продемонстрируешь мне свои заклинания, атакуя поднятые мишени. Затем мы проверим эффективность каждого из них по отдельности: силу и площадь поражения, процент контроля заклинания и его рассеивания на разной дистанции, точность, рефлексы и многие другие показатели. Насколько твоих сил хватит, ну а потом я найду чем тебя занять.

«М-да, тренировка у мага выглядит совсем не так, как я ожидал», — пронеслось в голове, а Платон тем временем скомандовал в рацию:

— Атака с места по неподвижной мишени.

По его команде на дистанции в пятьдесят метров поднялись четыре толстые железные пластины с красной точкой в центре.

— Двигайся вдоль огневого рубежа, останавливайся точно перед мишенью и атакуй. Если будешь бросать заклинания из одной точки, данные будут неполными — дистанция полёта хоть и незначительно, но увеличится — пояснил свои требования Платон.

Смутно вспомнив правила стрельбы в тире, пошутил:

— С предохранителя снимать нужно?

— Нет. И даже докладывать о готовности не надо, — хохотнул оценивший юмор Платон. — Действуй.

— Только у меня в арсенале лишь два боевых заклинания, — сразу предупредил его я. — Третье — щит.

— Ну и хорошо. Теперь я вижу, что ты живой человек, — вновь хохотнул наставник. — А то если бы ты владел ещё несколькими заклинаниями, мне бы можно было пойти утопиться от зависти. В твоём возрасте и два отработанных боевых конструкта — редкость! Так что действуй. Сначала одним атакуй первые мишени, затем вторым — следующие.

Так я и сделал. Отправил «огненные шары», а потом пару «воздушных серпов», не забывая, конечно же, про смену позиций.

— Нет, ты всё же уникум! — воскликнул наставник, когда закончил записывать показания в планшет. — Как тебе удалось добиться столь чистого и сбалансированного заклинания? Ты либо тренировался с самого младенчества, либо обладаешь невероятным талантом в магии. Хотя, может, это твои заклинания слишком хороши? Нет, вряд ли. Даже на их отработку понадобилось бы очень много времени.

— Думаю, здесь сыграли роль сразу несколько факторов, — уклончиво ответил я. — А вообще, в последнее время у меня произошёл некий скачок в умениях. Несколько месяцев я только и делаю, что тренирую эти заклинания.

— Это заметно, — хмыкнул Платон и, вновь поднеся рацию к лицу, скомандовал: — инвентарь убрать. Атака по неподвижной мишени на дистанции двадцать пять, пятьдесят, семьдесят пять и сто метров. Включить анализатор.

По его команде атакованные мной ранее толстые куски магического железа опустились в землю, и им на замену появились четыре других — на дистанциях, указанных магом.

— Сейчас проверим, насколько плотна структура твоих заклинаний и на какой дальности они ещё сохраняют свою убойную силу. Начнём с «огненных шаров».

После того как я отстрелял по всем мишеням разными конструктами, а Платон сделал свои записи, мы стали проверять мою реакцию и точность при появлении внезапно поднимающихся мишеней и маг неожиданно спросил:

— А правда, что ты один ходил в проклятые земли?

— И не раз, — согласился я и, сделав вид, что оговорился, добавил: — У нас считают, что только так можно выковать сильный характер и вырастить настоящего мага.

Платон уже привычно хмыкнул, но по его следующим словам я понял, что «вброс» достиг цели.

— Твои родные совсем не берегут столь одарённого мага, — произнёс он, надеясь, что я ещё раз оговорюсь и раскрою больше подробностей. — Мало кто в столь юные годы может не только пройти инициацию и освоить заклинания, но и не побоится их использовать.

— Это не так, — возразил я. — В простых семьях, конечно же, инициацию проходят лишь по окончании девяти классов школы. А вот в боярских родах ситуация иная. Их пробуждают на несколько лет раньше. Знаю пару парней, которые отправились в лицей магии уже подготовленными одарёнными.

«И пусть этих людей я помню по ещё не наступившему будущему — это ничего не меняет», — подумал я, а Платон тем временем обдумал мои слова и, после ещё нескольких упражнений, попросил показать, что я умею ещё.

— Только лишь «щит», — пожав плечами, напомнил ему я.

— Ну вот сейчас и проверим, насколько он у тебя хорош, — заявил Платон, указывая на ближайшую мишень. — Подойди и навесь защиту на неё, а я попробую пробить.

Сначала наставник использовал простейшие заклинания, и на пятом ударе защита ожидаемо рассыпалась.

— Не так плохо, — признал он, как минимум четыре серьёзных удара она сдержит. — А если использовать что-то посерьёзней? Заклинания среднего уровня силы?

Я вновь сформировал «щит», и на этот раз Платон добился успеха уже на втором ударе, использовав при этом, к слову, «усиленный огненный шар».

— Понравилось? — заметил он мой взгляд. — Специально для тебя и демонстрировал. Это одно из четырёх известных мне заклинаний подобной мощи. Подумал, что оно должно тебя заинтересовать и станет отличным дополнением к твоим обычным огненным заклинаниям. Всё же у них есть похожие элементы.

— Именно этого я и хотел, когда просил наставника, — заверил его я. — В последнем бою у меня была слишком слабая позиция против рыцарей смерти и здоровенных гулей. Они огромны и достаточно сильны для моих стандартных начальных заклинаний. Приходилось потрудиться и извернуться, чтобы выйти победителем. Так что мне бы хотелось иметь оружие помощнее.

Платон самодовольно усмехнулся:

— Видишь, насколько крутой наставник тебе достался? Я всё просчитал, когда поговорил с парнями. Понял, что тебе понравится и даже взял с собой обучающую шкатулку. Надеюсь, знаешь, что это такое?

«Ещё одна проверка от руководства секции, чтобы понять, насколько богат наш боярский род — ведь подобные вещи весьма дороги и редки», — подумал я и ответил утвердительно:

— Даже пользоваться умею.

— Ну тогда с обучения новому заклинанию мы и начнём. Надеюсь, тебе хватит пары месяцев, чтобы научиться его создавать?

— Не знаю, — признался я. — Нужно сначала хотя бы посмотреть на него.

— На самом деле у тебя должно получиться неплохо, — заведя меня под навес, усадив за стол и поставив на стол небольшую шкатулку, произнёс Платон. — У всех «огненных шаров» есть одинаковые элементы. Следует только понять закономерности.

Сосредоточившись на воспоминаниях Меченого, я положил пальцы на крышку шкатулки и подал в неё немного магической энергии. В тот же миг крышка слабо засветилась, и над ней появилась небольшая трёхмерная проекция заклинания, которое было невероятно сложным в освоении и лишь отдалённо напоминало мой почти базовый «огненный шар».

Разведя пальцы, лежащие на крышке, в стороны, я заставил проекцию увеличиться в размерах, а затем, покрутив шкатулку на столе, внимательно осмотрел её со всех сторон, достаточно легко вычленяя знакомые руны.

«Хм, если память Меченого не врёт, то я вижу перед собой стандартное шаблонное заклинание „среднего огненного шара“. Достаточно сильное, чтобы пробить щиты опасных противников, но не избавленное от множества ошибок. Помнится, нечто подобное ему преподавали в лицее, вот только результата, ввиду его слабых сил, удалось добиться лишь после оптимизации и формирования, по сути, нового заклинания на основе элементов базового. Полагаю, что подобным придётся заняться и здесь, чтобы не выбрасывать часть энергии в никуда. Например, на обогрев пролетаемого пространства».

Отметив, что я освоился в управлении шкатулкой, Платон произнёс:

— Я пока оставлю тебя на некоторое время, чтобы обработать данные с мишеней и понять, что именно нам с тобой нужно тренировать на следующих занятиях. А ты начинай изучение заклинаний. Вижу, работать с подобной магической техникой тебе не в новинку.

— А как же ценный совет от наставника? — уточнил я, пытаясь понять, с чего же начать.

— Советую начать с центра заклинания — руны огня — затем определить основу и двигаться от неё, запоминая все эти жуткие переплетения. Лично я так и учил.

«А что, остальные руны ты не видишь?» — подумал я, но свою мысль озвучивать не стал.

Платон ушёл, а я принялся вспоминать, из чего состоит мой обычный «огненный шар», чтобы найти аналогию между ними. В центре него, как и в заклинании средней силы, располагалась руна огня, которая была заключена в каркас силовых линий, оканчивающихся другими рунами, связанными уже между собой в определённом порядке, чтобы усилить друг друга. Были среди них руна формы — сворачивающая бушующий огонь в шар и не позволяющая ему выплеснуть энергию за свои пределы раньше времени; ветра — усиливающая составляющую огненного заклинания и увеличивающая скорость его полёта; имелось несколько рун составляющих энергетический блок, не позволяющий конструкту распасться в краткий миг его существования. Ну и многое другое, о чём я, прежде, не сильно желал задумываться. Теперь, видимо, придётся, ведь в заклинании «среднего огненного шара» обнаружилось сразу три энергетических блока.

Час пролетел почти незаметно. Я только разогнался, как появился Платон, который забрал весьма дорогую вещь, спрятав её в чемоданчик и пригласил меня прокатиться на его машине.

— Отвезу тебя на учебную площадку твоего отряда, а то Игнат меня порвёт. Он может.

К моему приезду на небольшом асфальтированном пятачке, рядом с которым расположился уже знакомый мне навес с учебным инвентарём, собрались все бойцы нашего отряда: Игнат Владимирович; два молодых подмастерья — Женя и Егор; а также восемь ходоков, среди которых я заметил наглого здоровяка по имени Лёха, требовавшего от меня в проклятых землях атаковать мясную тушу и заставившего успокоить его «огненным шаром» в грудь.

Платон остановил машину, крутанул ручку стеклоподъёмника и, высунув голову, крикнул:

— Всем привет! Я вам тут нового мага привёз! Забирайте!

Пока егеря здоровались, я обошёл машину и произнёс:

— Доброе утро!

— О! Знакомец приехал! — хохотнул один из крепких седовласых мужчин и направился в мою сторону. — Мы тебя уже заждались!

— Эй! Петрович! Не нагнетай! Я его сразу после занятия к вам отвёз! — сказал услышавший это Платон, который ещё никуда не уехал, и добавил: — Это вас, как всегда, со стрельб раньше времени отпустили!

— Так, а что там стрелять-то⁈ — уточнил второй из направившихся ко мне бойцов. — Магазин освободил и свободен! Ну, а тебе, парень, большое спасибо! Знатно ты нас за стеной выручил!

— Это точно! — добавил ещё кто-то, и я потратил некоторое время на выслушивание благодарностей.

— Вот только раз промазал и вместо мясной туши попал в Лёху! — добавил ещё один смутно знакомый боец, и все рассмеялись.

— Так я в неё и не целился, — заметил я, и все расхохотались ещё громче.

— Смешно вам⁈ — разозлился указанный ходок. — В проклятушке посмеётесь, когда придётся этого, с позволения сказать, мага, на своей спине тащить! А перед этим ещё и на тренировках понянчитесь! Вот увидите, не доведёт нас до добра такое прикрытие!

— Это мы выясним во время похода, — спокойным тоном заметил я, не желая развивать конфликт и собачиться на пустом месте в первый же день.

— Ага! Как же! — раздражённо заметил Лёха. — С тобой нас вряд ли выпустят в ближайшее время! Так что сопли вытирать придётся здесь!

— А тебе что? Кто-то велел этим заниматься? — уточнил я. — Если нет, то проблем не вижу.

— Дерзишь, малец? Я тебе Алексей Демьянович! И на «вы»! — произнёс здоровяк.

— Тогда и я, конкретно для вас, Фёдор Всеславович или господин маг.

— А ты не обнаглел? У нас сейчас будет занятие с оружием, а не магией! Я тебя в два счёта порву, понял?

— Понял, — сказал я. — Вот только если кое-кто перейдёт черту, позволив себе не учебный спарринг, а измывательство, я тоже сдерживаться не буду. Отправлю к целителям лечить ожоги или пришивать конечности.

— Так, стоп! — остановил ссору Игнат Владимирович. — Лёха! Парень теперь с нами, и это не обсуждается. Если есть вопросы — ты знаешь, кому их задать.

Затем командир посмотрел на меня и добавил:

— А ты, Фёдор, думай, что и кому говоришь! Мы один отряд, так что попридержи свои угрозы и не вздумай использовать магию во время тренировок. У нас занятия на выносливость и с холодным оружием. Порой они могут пойти не по плану, и даже я пропускаю пару тумаков. Не хочу, чтобы после подобного ты отправил моих бойцов к медикам.

— Этого делать не собирался, — ответил я. — Однако если кто-то думает, что сумеет надо мной безнаказанно издеваться, то глубоко заблуждается.

— Договорились, но и ты старайся. Сейчас как раз начнётся первое занятие, и мы посмотрим, чего ты стоишь, — произнёс Владимирович и скомандовал. — А теперь построились в одну шеренгу! Направо! За мной бегом марш!

Будучи самым младшим, а соответственно и низким, я вместе с парнями подмастерьями оказался в конце строя и рванул вслед за отрядом, который, вместо неспешного бега для нормальной разминки, сходу взял скорость чуть выше средней.

«Ну точно решили устроить выматывающую тренировку, чтобы показать нахальному мальчишке, насколько он слаб, — понял я. — Ну ладно. Посмотрим, чья возьмёт. Буду надеяться, что мои измывательства над собой в течение лета, кровь рода Чародеевых, а также постоянные походы в доспехах по проклятым землям сделали меня более сильным и выносливым».

Простая пробежка, которая проходила по какому-то огромному кругу, длилась недолго — минуты три, после чего бегущий первым Игнат Владимирович громко скомандовал: — Бег с высоким подниманием бедра!

Демонстрируя упражнение, он выбежал в сторону, пропуская бойцов и проверяя, как мы выполняем команду, а затем продолжил бежать там и отдавать указания, сменяя упражнение раз в две-три минуты.

— То же самое спиной вперёд! Теперь снова развернулись! Бег с захлёстыванием голени! Пятки касаются ягодиц!

После данного упражнения Владимирович скомандовал неизвестные мне «многоскоки». Пришлось выглядывать и проверять, что же это за зверь такой. Оказалось, всего лишь длинные прыжки с ноги на ногу с акцентом на зависание.

Затем был бег на прямых ногах, то же самое, но спиной вперёд, приставные шаги правым и левым боком, поочерёдное заведение ноги за ногу и самое неприятное — выпрыгивание вверх из приседа по хлопку.

Если до этого упражнения я хорошо размялся, или, может, даже чрезмерно хорошо, так как майка уже стала мокрой от пота, то на выпрыгиваниях мои мышцы ног впервые стали подавать неприятные сигналы. Дальше было хуже. Какой-то прыжок кенгуру. Это когда по хлопку необходимо было оттолкнуться от земли двумя ногами и подтянуть колени к груди. Не знаю, кому как, но очень быстро болью стали отдавать не только ноги, но и живот.

Что удивительно, высокие, крепкие и массивные ходоки выполняли упражнения без особых трудностей. Их движения были лёгкими, выверенными и какими-то даже воздушными. Некоторые сложности выполнения были лишь у подмастерий, двигавшихся не столь уверенно.

После нас ждали прыжки на одной и второй ноге, бег с ускорением и, наконец, тренировка верхней части тела. Правда, тоже на бегу. Мы повращали кистями, локтями, руками. Поделали всевозможные рывки и махи, другие упражнения.

Несмотря на мои самостоятельные занятия и выполнение в чём-то похожих движений, приноровиться к темпу отряда, давно отрабатывающего подобную тренировку, было сложновато. Где-то я замедлялся, сбивался с шага, запаздывал или тратил на упражнения гораздо больше сил, чем требовалось, однако особой усталости не чувствовал. Лишь пот, который пропитал не только майку и трусы, но и китель на спине, и ставшие мокрыми волосы, был индикатором серьёзной нагрузки на организм. Однако были в этом и положительные моменты. Я настолько хорошо разогрелся, что даже ноги с животом отпустило.

«Вступать в отряд стоило только лишь из-за подобных тренировок, — с удовлетворением подумал я. — Сам бы я ни за что не смог бы настолько добротно размяться и выполнить так много новых упражнений, а ведь это ещё не конец. Дальше будет ещё интереснее».

Наградой за мои старания и занятия в предыдущий месяц стали недоумённые взгляды от командира и Лёхи, а также удивлённые хмыкания от других мастеров. Я даже расслышал недоумённый вопрос от здоровяка.

— Владимирович, может, я первым побегу? Разминка была, конечно, добротной, но с ней справился даже маг, а это о чём-то и говорит.

— Сейчас я тебе побегу первым! Так побегу, что пару кругов на коленях ползти будешь! — огрызнулся Владимирович, и, когда мы вышли к нашему навесу, скомандовал: — Экипируемся по максимуму! Кирасы, поножи, наручи и шлемы! Про оружие не забываем!

— Лёха! — рыкнул кто-то. — Ты чего там⁈ Совсем башкой стукнулся! Когда мы в полной бегали⁈

— Теперь начнём делать это постоянно, — ответил услышавший вопрос командир. — Во… то есть, Захар Дмитриевич велел всем отрядам повысить выносливость. Сказал, что если бы были покрепче и тренировались без дураков, то погибших бы вообще не было.

— Ага! Как же! Давили так, что кости трещали! Удивляюсь вообще, что потерь так мало было, — заметил один из мужчин, но безропотно направился в сторону тяжёлых доспехов.

— Фёдор! — позвал меня командир и хлопнул по груде кожаной брони на одном из столов. — Оценивал на глаз, но вроде размер твой. Надевай. Пять минут, чтобы облачиться, и продолжим занятие.

Быстро накинув на себя кирасу, остальные элементы защиты и подтянув регулировочные ремешки, попрыгал на месте, пытаясь понять, как всё сидит. Добившись того, чтобы чуть более тяжёлая, чем привычная мне, защита, плотно облегала тело, я взял массивную тупую шашку и несколько раз на пробу ей взмахнул.

«Не по моей руке, — мысленно поморщился я, — длинная и громоздкая. Подозреваю, что второй этап тренировки понравится мне гораздо меньше, чем первый».

Так и произошло.

Командир вновь построил нас в одну шеренгу, проверил, как у кого держится защита, повернул всех направо и, показав простой рубящий удар сверху вниз в движении, и скомандовал.

— Дистанция пять метров! Отработка приёмов с оружием! Рубящий удар под левую ногу! Марш!

Первый боец дисциплинированно двинулся вперёд, начав отработку. Спустя несколько метров за ним отправился второй, потом третий и так, постепенно, очередь дошла до меня.

Проследив за мной несколько минут, Игнат Владимирович скомандовал новое упражнение, затем ещё и ещё одно. Мы рубили, кололи, атаковали на каждый шаг. Оттачивали простые удары едва ли не час. От чрезмерной нагрузки, непривычных доспехов и оружия мышцы на руках и спине как-то быстро забились и стали гореть огнём, однако я не сдавался. Работал в режиме остальных ходоков, для которых подобные упражнения тоже оказались не слишком лёгкими, особенно если наносишь удары столько времени. Мужики пыхтели словно паровозы, на одежде проявились потные разводы, но никто не роптал. Все выполняли приказы командира.

«Нам бы пару минут передохнуть, дать мышцам расслабиться, и все станут чувствовать себя гораздо лучше, — подумал я, нанося очередной удар. — Быстрее бы пролетело пару недель. К этому времени моя выносливость повысится и станет гораздо легче».

Остановив строй, Игнат Владимирович дал команду встряхнуть руками, потянуться и, посмотрев на меня, показал несколько серий, которые мы будем выполнять дальше. Некоторые ходоки, вновь покосились в мою сторону с недоумением. По их прикидкам я уже давно должен был просто плестись в конце, едва переставляя ноги, а вместо этого стою и слушаю приказы командира. К слову, взгляды я замечал и во время движения, когда то один, то другой боец, посматривали назад, проверяя, отрабатываю ли я с подмастерьями упражнения как положено. А если выполняю, то почему ещё держусь.

Небольшая передышка, устроенная командиром, действительно позволила мне, да и остальным ходокам, немного восстановить силы и взяться за оружие более охотно. Однако обрадоваться этому я особо не успел. Спустя каких-то десять минут пот заливал не только глаза, но и, казалось, пропитал собой всю одежду, а ноги, руки, спина и шея стали ныть ещё сильнее, и приходилось заставлять себя махать железом.

Это длилось, казалось, бесконечно. Я уже не замечал взгляды бойцов и командира, не обращал внимания на то, что и остальным было тяжело, просто шёл вперёд, погрузившись в некое состояние наподобие транса, и машинально напитывал тело магической энергией, надеясь хоть так облегчить своё состояние. Вероятно, именно поэтому мне и удалось дойти круг до конца вместе со всеми и, продолжая выполнять приказы командира, положить учебную шашку на стол под навесом.

«Ого⁈ Я всё же дошёл? — машинально вытирая пот со лба, подумал я. — И обратил внимание на красное от нагрузок лицо Егора, который устало пристроил рядом с моим своё оружие и, подхватив со стола три бутылки принесённой кем-то воды, протянул одну мне, а вторую Жене».

Благодарно кивнув, влил в себя эти жалкие поллитра и вылил последние глотки на лицо, которое уже стало немного пощипывать от пота и соли.

— Плохо! — оценил Игнат Владимирович наше состояние. — Очень плохо, что половина отряда вымотана и не может вести полноценный бой. Поэтому тренировочные спарринги на время отложим, пока не окрепнем, а сейчас продолжим увеличивать выносливость по-другому. Бегом марш!

На ходу командир продолжил пояснения.

— Каждый боец должен быть готов не только вступить в схватку с превосходящим противником, но и унести ноги в случае необходимости! А если, как в последний раз, этого сделать не удастся, то продержаться в бою гораздо дольше, чем того требуют обстоятельства! Недавний поход в проклятые земли показал, что нам всем, в том числе и мне, есть куда развиваться и к чему стремиться! Поэтому теперь тренировки будут гораздо более серьёзными, чем раньше!

Если честно, то после этих слов я ожидал хотя бы небольших возмущений от опытных бойцов, которые на походах в проклятые земли уже, кажется, некротическую гончую съели, ну или от того же несдержанного Лёхи! Вот только никто из них даже глазом не повёл: бежали молча, хотя тяжело было всем. Подмастерья, несмотря на свой меньший вес, едва поспевали за старшими товарищами, и их даже изредка стали тянуть за руки или толкать в спину.

Мне тоже было тяжело. Несмотря на избавление от оружия, деревянные мышцы всё никак не хотели расслабляться. Пришлось стискивать зубы, зацепиться взглядом за спины ходоков и вновь уходить в медитативное состояние, наполняя мышцы энергией и изредка подбадривать себя!

«Нет! Я не сдамся! Буду бежать вслед за всеми! Они хотят, чтобы наглый мальчишка получил урок⁈ А вот хрен! Я гораздо сильнее обычного человека! Во мне кровь самого Всеслава Чародея! Я что? Не смогу сравниться в беге с какими-то мужиками?»

Так я и машинально переставлял ноги, пока не понял, что бойцы остановились, а я, не сумев этого сделать и вовремя среагировать, обогнал их и продолжил движение.

«Нет! Назад!» — дал себе команду я и, сделав едва заметный небольшой круг, медленно потрусил обратно. Останавливаться для разворота не рискнул. В глазах темнело, сердце бешено стучало в груди, а мышцы стали наливаться свинцовой тяжестью и неприятной болью.

Кое-как вернувшись и заняв своё место в строю, я наконец остановился.

— Что, ещё на один круг пошёл? Не хватило? — прохрипел побагровевший Лёха, которому пробежка тоже далась нелегко.

— Не трогай его, — велел Игнат Владимирович, выглядящий не лучше остальных, — Федя показал очень хороший результат не только для мага, но и для подмастерья. Думал, что он ещё на разминке спечётся, а парень до конца дошёл! До конца!

— Так он лёгкий, — сплюнул на землю здоровяк. — Ветром несло да и всё. Только ноги переставляй. Да и бег в нашей профессии не главное. Ему нужно уметь после такой нагрузки ещё и нас прикрывать. Сможет он после такого бросать заклинания? Сможет он это сделать?

Молча подняв руку вверх, я сконцентрировался и бросил огненный шар в небо и, дождавшись, когда заклинание взорвётся, подошёл к ближайшему дереву и ухватился за него, словно за спасательный круг. У меня больше не было сил, чтобы стоять ровно.

— Ладно, твоя взяла! Не совсем слабака нам посватали! — отмахнулся Лёха, посмотрев на меня по-новому. — Но вот твои боевые возможности с клинком мы ещё проверим. Посмотрим, что можешь!

— Но не сегодня, — закончил вместо него командир. — Доспехи снимаем и оставляем на проветривании, потом идём в баню. Егор, Женя, покажите нашему магу, куда класть грязное бельё, где брать полотенце и остальное! Да и внутри присмотрите. Всё понятно?

— Я сам, — прохрипел я, чуть придя в себя и освободившись от тяжёлой брони, достаточно легко направился в указанном направлении. Темнота из глаз ушла, неудобные доспехи остались на столе и я стал чувствовать себя гораздо лучше.

После того как молодёжь ушла, Игнат Владимирович уточнил:

— Ну и как вам паренёк?

— Нормально, — ответил один из бойцов. — Толк будет. Даже удивительно, что он продержался так долго. Он точно обычный человек? Не из наших?

— А то ты бы не учуял? — фыркнул второй.

— Ну так он же маг, — пожал плечами ещё один. — А они покрепче обычных людей будут.

— А он ещё и потомственный, — заметил Игнат Владимирович. — Из какого-то боярского рода.

— Хрень всё это! — произнёс Лёха, снимая мокрый китель. — Мы сегодня так работали, словно снова подмастерьями стали. Я и не помню, когда так впахивал! Уже после разминки был полностью мокрым! А потом⁈ Это махание железом⁈ Командир сегодня был в ударе!

— После произошедшего вожак велел всем перейти на усиленные тренировки и повысить выносливость бойцов. Этим все занимаются, — пояснил командир, и его глаза вдруг стали звериными. — Хочешь это обсудить?

— Нет, — не отвёл взгляд Лёха. — Я это к тому, что сегодня мы с вами все впахивали. Да, никто не сдох и все готовы работать дальше, но все серьёзно устали. Я же прав?

Ходоки согласно закивали.

— Вот! — довольным тоном произнёс Лёха. — И кто-то хочет меня убедить, что мелкий боярский сынок сумел справиться там, где было трудно опытным, вошедшим в силу оборотням?

Присутствующие задумались, и здоровяк произнёс:

— Вот об этом я и говорю. С парнем что-то не так, и нам обязательно нужно выяснить, что…

После тренировки парни показали мне местный огромный банный комплекс с небольшой оранжевой плиткой на полу, множеством шкафчиков и лавок, где переодевались уставшие ходоки из других отрядов.

«Похоже на старую общественную баню, — подумал я, когда в голове всплыла подходящая ассоциация. — Только в несколько раз больше».

Обнаружив три свободных шкафчика рядом, парни стали раздеваться и указали мне на один из них. Пришлось возразить.

— Смысла нет. Запасную одежду я с собой не брал, тапочки, полотенце и остальное тоже. Как-то не хочется быть чистым и надевать на себя мокрую грязную одежду.

— Это мы сейчас исправим! — заявил Егор и, посмотрев номер моего шкафчика, сбегал к длинному стеллажу, откуда вернулся с двумя тазиками и парой резиновых тапочек для меня и какими-то гелями в небольших тюбиках.

— В один ложись берцы, а во второй — грязную одежду и неси на шкаф со своим номером. Пока будешь мыться, форму постирают и высушат, а обувь сполоснут и поставят в печку.

— Клади, — машинально поправил парня я и с долей удивления добавил: — А у вас тут сервис, однако. И что? Все ходоки оставляют здесь одежду?

— Многие. Не всегда есть возможность покинуть базу после тренировки, — ответил Евгений, а Егор продолжил:

— А вот сегодня в стирку будут отдавать вещи почти все. Чувствуешь, какой дух тут стоит? Давно мы так не тренировались, хотя подмастерьев у нас любят хорошенько погонять.

— Может быть, именно поэтому вы всё ещё живы? — предположил я, быстро складывая мокрую от пота одежду в таз.

— Не сомневаемся, — криво ухмыльнулся Егор. — Я бы точно без нагрузок не смог бы так долго держаться в землях. Но мысленно по поводу стоящего в воздухе непереносимого духа пота и грязных вещей согласился.

Сложив обувь и одежду, мы направились к стеллажу с тазиками, а Евгений потащил вещи в руках. Сложив свои ноши на полки с номерами, взяли чистые полотенца в небольшом окошке и направились в огромных размеров душевую со множеством однотипных кабинок, расположенных вдоль стен. В одной из них я с удовольствием провёл минут десять, смывая солёный пот.

После того как я вышел, парни показали, куда можно будет положить гели, и мы отправились в три вместительных парных с многоярусными лавками, уже забитых здоровенными мускулистыми мужиками. Подготовка в секции Захара Дмитриевича была серьёзной.

— О, молодёжь пришла! — воскликнул один из них, вставая. — Садитесь, погрейте свои кости, а мы с Михалычем пойдём.

— Точно кости! — хохотнул ещё один из них и с улыбкой обратился ко мне: — А ты, малец, чей будешь? Первый раз тебя вижу!

— Я новый маг в отряде Игната Владимировича, — произнёс я, ничуть не смущаясь, — и все разговоры тут же смолкли как по команде. Мужики с интересом и недоверием смотрели в мою сторону.

— Кто? — переспросил всё тот же боец, когда мы прошли мимо и уселись на освобождённое место. — Маг? Тот, который помог нашим за стеной?

— Тот самый, — подтвердил Евгений. — Моего отца тогда ранило, и одна из гончих уволокла его дальше от боя. Я бросился следом, чтобы помочь.

— Очень глупо. Эти твари пытались заставить отряд разделиться, — заметил кто-то.

— Я знаю, — кивнул парень, сглотнув, — но ничего не смог с собой поделать. И там встретился со стаей гончих. Мне удалось отбить пару атак и только. Тварей было слишком много. Они бросились на нас, вот только то одну, то вторую с третьей разорвало в воздухе заклинаниями, а потом появился Фёдор, показал мне, куда тащить отца, и поспешил нашим на помощь.

— Мне, конечно, говорили, что им помог какой-то молодой парень, — заметил один из бойцов, почесав затылок, и обратился ко мне: — но не слишком ли ты юн?

— Какой есть. У меня рано открылся дар, — ответил я.

— Да он это, точно, — сказал мужик сверху. — Мы тогда в отряде реагирования были, — подтвердил мои слова один из ходоков, — но в доспехах он, конечно, выглядел солиднее.

— А что? Кто-то с голым хреном производит впечатление прям очень представительного? — уточнил я, и парная взорвалась хохотом. Немудрёная шутка пришлась простым мужикам явно по вкусу, а один, продолжая смеяться, добавил:

— Вообще-то у нас тут есть парочка чемпионов! С такими выдающимися габаритами, что выглядят гораздо лучше, чем в костюме. Да, Дэн⁈

Парная вновь грохнула хохотом, и все разом вернулись к прерванным разговорам.

Хорошенько прогревшись, мы с парнями вновь ополоснулись, а затем я проследовал за ними в ещё одну дверь, за которой располагалось большое помещение со множеством высоких столов. За ними удобно устроились ходоки с пузатыми стеклянными кружками, с чем-то коричневым и пенным внутри. Последнее обстоятельство вызвало немалое удивление, поэтому я спросил:

— У вас тут что? И пиво сразу наливают?

— Ага! — улыбнулись парни, и только после этого мне в нос ударил коктейль запахов из трав. — Это так называемый фитобар. Обязательное место посещения для ходоков после изнурительных тренировок и походов за стену.

— Фитобар? — переспросил я, и в памяти всплыло размазанное воспоминание стакана с чем-то пенным и вкусным. — Это что? Напитки с какими-то травами?

Егор меня поправил:

— С целебными травами и редкими ингредиентами из проклятушки.

— Здравствуйте, дядька Макар! Нам как всегда! — сказал Евгений, подходя к стойке и обращаясь к пожилому усатому мужчине с добродушной улыбкой.

— А! Молодёжь! Ну как вам новые тренировки? Я надеюсь, не сдались? Бежали до конца?

— Не сдались! — подтвердили парни и получили в награду по две кружки с чем-то пенным.

— Ну и молодцы! — ответил старик и, опустившись ниже, шёпотом сказал: — По моей информации, это только начало. Поэтому чтобы всё выпили! Это поможет вам как никогда. Всё ясно?

— Да, — дружно ответили парни, и взгляд дядьки Макара переместился на меня. — А это кто с вами? Неужели тот самый слишком молодой и перспективный маг?

— Да, — вместо них ответил я.

— Тогда для тебя, дорогой, у меня сразу три кружки! Две нужно выпить с парнями, а крайнюю — после ещё одного посещения парилки. Только прогрейся как следует, чтобы пот стекал по коже обильно. Всё понял?

— Да, — успокоил его я и, приняв кружки, вместе с подмастерьями занял один из освободившихся столов.

— Ну и что это такое? — заинтересовался я, глядя на коричневатую пену.

— Это восстанавливающий чай, — ответил Евгений, ткнув пальцем в один из напитков. — Его пьём первым. Поможет завтра встать с кровати и снова тренироваться как не в себя. Потом пьём второй. Его дают только молодым подмастерьям или ходокам лет до двадцати. Помогает быстрее расти, укрепляет костяк, как-то улучшает мышцы и увеличивает иммунитет. Это если кратко.

— Серьёзный подход, — заметил я и уточнил: — Это из-за фитобара у вас все такие здоровые?

— Из-за тренировок и наследственности, — заметил Егор и с гордостью добавил: — У нас тут мало новичков. Все потомки ходоков прошлого. Почти у всех родственники занимаются уничтожением нежити по несколько сот лет.

— Заслуживает уважения, — признал я, и мы с парнями выпили.

Напитки оказались совсем не чаями, но всё же весьма приятными кислородными настойками, оставившими послевкусие полевых трав и, казалось, придавшими мне сил.

— А что это может быть за третий напиток? — спросил я у подмастерий, когда мы вновь разместились в парной.

— Не знаю, — покачал головой Женя, — но краем уха слышал, что магам дают больше напитков. Что-то там про развитие дара и прочего. Не вникал особо, мне это ни к чему.

Ответ на данный вопрос я получил у того же дядьки Макара, а также у молодого смутно знакомого мага, которому старик передал такой же напиток.

Это оказалась укрепляющая настойка, которая усиливает и расширяет магические каналы, а также наполняет источник энергией и увеличивает скорость его восстановления.

— А где-то после месяца, — подвёл итог старик, — я тебе ещё и очищающую настойку давать буду. Она помогает очистить ауру от разных проклятий. Полезная штука для одарённых. К вам всегда всякая гадость любит присосаться.

После посещения фитобара я ещё один раз сходил в баню и вышел оттуда посвежевшим и обновлённым. От боли в теле не осталось и следа. Забрав высохшую, чуть одеревеневшую обувь, а также ещё тёплую, приятно пахнущую одежду, я привёл себя в порядок и был препровождён терпеливо дожидающимися меня подмастерьями в столовую. Там нам выдали усиленное питание для роста с большим количеством мяса, а после отец Евгения, тот самый, которого я помогал спасать от гончих, предложил подвести меня до дома и искренне благодарил за помощь и подтвердил слова дядьки Макара по поводу ближайшего непростого месяца, который будет для нас весьма сложным. Всё из-за приказа командира секции, остановившего своим решением все походы за стену и велевшего устроить месяц интенсивных тренировок для повышения выносливости и умений бойцов.

— Так что готовься. Попотеть придётся знатно. Впрочем, сегодня ты и сам всё видел своими глазами. Пахать придётся всем. Даже ветеранам. Даже магам. Из-за этого, к слову, твои занятия с личным наставником сократили на час, — сказал мужчина и протянул листок. — Ну, а здесь список всего необходимого на базе, а также домашняя диета. Женя сказал, что тебя забыли об этом предупредить.

Когда я поблагодарил и взял сложенный листик, мужчина добавил:

— Если что, обращайся. Буду рад помочь. Ещё раз большое спасибо, что спас нас, а не прошёл мимо. Моя жена не смогла бы этого вынести…

Глядя вслед уезжающему автомобилю, я подумал:

«А может, это даже и хорошо, что нас сразу не погонят в проклятые земли, а сначала помогут окрепнуть. У меня будет время стать сильнее перед предстоящим походом. Кто знает, как там всё сложится за стеной? Может, опять нежити будет гораздо больше, чем планировалось?»

Вернувшись домой и застав Всеслава за известным занятием, переоделся и удобно устроился на кровати, чтобы проверить внутренний мир и узнать, как на него повлияли напитки из магических трав.

Погрузиться удалось далеко не с первого раза. Однако, когда это получилось, я отметил, что каналы и источник стали светиться чуть более ярко, чем до этого. Больше никаких особых отличий я не заметил.

Следующие три недели пролетели как один миг. Всё из-за усиленных выматывающих тренировок на выносливость, которые заставляли тяжело трудиться даже самых крепких ходоков. Нагрузки повышались постепенно. Стоило мне привыкнуть к одному уровню, обрадовавшись, что по окончании хотя бы не темнеет в глазах, как Игнат Владимирович тут же делал следующие тренировки более тяжёлыми. Можно было бы на него как-то обидеться, но я не мог. Во-первых, всё это делалось в том числе и мне во благо, а во-вторых, командир бежал рядом с отрядом и выполнял все команды вместе с нами.

Если бы не баня и её чудесный фитобар, то, подозреваю, мне пришлось бы гораздо тяжелее. Уже на третьей тренировке я бы точно сдулся и не смог бы столь быстро прогрессировать. Радовало также и то, что до окончания месяца всем бойцам запрещалось проводить спарринги, иначе быть бы мне битым и неспособным к занятиям. Ведь здоровяк Лёха продолжал относиться к наглому мальцу с предубеждением. Благо уже к концу второй недели ему стало не до меня: нагрузка получилась ощутимой и для вошедших в силу мужчин. Для чего командир увеличил занятия ещё на два часа.

Улыбки ходоков в бане стали вымученными, а в разговорах они начали изредка критиковать командира секции и каких-то старейшин. Особенно за то, что марафон выносливости нельзя было прервать занятиями с холодным оружием. Против повышения непосредственно выносливости никто не выступал.

Помимо тренировок до изнеможения, а также утренних занятий с Платоном, который на время оставил лишь улучшение моих практических навыков по точности и скорости удара заклинаний по мишеням, я изредка просил его приносить шкатулку с конструктом «среднего огненного шара».

Несмотря на скепсис в глазах наставника по магии, уже на второй неделе меня ждал успех. Правда, рассказывать о нём я никому не собирался. Можешь считать до десяти, остановись на семи, ну или на трёх, как в моём случае. Ведь воссоздал заклинание я лишь при помощи наследства Чародеевых, которое позволило легко выделить нужные руны и соединить их в заклинание. Обычным магам такая скорость изучения заклинания и не светит.

Конструкт я отрабатывал в выходные на полигоне, учился создавать быстро, а не после полуминуты напряжённого молчания, и одновременно с этим пытался улучшить, придумать, как сделать его более простым, удобным и мощным.

Именно этим я стал заниматься в будние дни и по выходным. Даже привлёк Всеслава к данному делу. Отец Феди достаточно неплохо, твёрдой рукой переписал себе отдельные элементы и принялся с интересом их изучать и экспериментировать. Результаты нашей совместной работы, а также несколько дельных предложений я решил проверить на практике в очередную субботу, вновь отправившись на полигон ассоциации истребителей.

«Средний огненный шар» получался всё ещё плохо. Помимо очевидных сложностей вдруг выяснилось, что моё сознание стремится создать более лёгкий и в совершенстве отработанный «обычный огненный шар». Приходилось переступать через себя и следить за формируемым рисунком, чтобы заклинание просто не взорвалось в руках из-за ошибок. Благо хоть вокруг тела я создавал нормальный щит, который уже несколько раз защитил тело во время нештатных ситуаций.

На полигоне мы с Всеславом провели большую часть дня. Я успел уже хорошенько проголодаться, но решил использовать время по максимуму, чтобы отработать все предложения по усилению заклинания на практике, и долго крутил его в руке то в одну сторону, то в другую. Именно в этот момент за спиной вдруг раздался незнакомый мужской голос:

— Чтобы шар стал мощнее, нужно повернуть руну объёма градусов на пятнадцать, тогда её связь с компонентом огня станет гораздо выше.

Резко обернувшись, я заметил высокого, казалось бы смутно знакомого мужчину лет тридцати пяти, который рассматривал меня с неменьшим интересом. Тонкий нос, пронзительный взгляд и характерная улыбка на лице, достаточно часто виденная мной в зеркале.

«Неужели к нам в гости прибыл кто-то из Чародеевых? Или это…»

— Бронислав! — прервал мои мысли резкий и недовольный голос Всеслава. — Ты пришёл отобрать его у меня⁈

— Здравствуй, отец. Рад тебя видеть. Ты неплохо выглядишь. Гораздо лучше, чем в нашу последнюю встречу, — кивнул мужчина, и я понял, что второе предположение верно. Это действительно мой старший брат.

— Убирайся вон! — прошипел Всеслав. — Убирайся, предатель!

— Предатель⁈ — голос мужчины изменился, и в его тоне послышалась сталь. — Предатель⁈ Это я предатель⁈ А может, ты? Тот, кто украл будущее у своих детей? Тот, кто лишил их принадлежности к боярскому роду и заставил жить в какой-то халупе? Тот, кому плевать на здоровье родных? Ведь ты ждал именно этого? Что мы сойдём с ума вслед за тобой? Такая наша судьба тебя не печалила? А мама? Ты не коришь себя за её смерть?

Сделав небольшую паузу, Бронислав продолжил:

— Если бы не школьный ритуал, род и появление магии, а также родственников, мы бы так и остались никчёмными людьми, прозябающими в нищете! Теряли бы рассудок вместе с тобой и обрекали бы на подобную участь наших детей и близких!

— Это путь нашей семьи! Твоего деда, ставшего изгнанником ради снятия печати! — рыкнул Всеслав.

Бронислав искренне расхохотался:

— Да? В самом деле? Если это так, то как ты оказался здесь? В проклятых землях? И почему именно тут мой младший брат набирается сил?

Не дождавшись ответа, мужчина посмотрел на отца с какой-то жалостью и перевёл взгляд на меня:

— Ты такой же ненормальный, как и он, или мы можем поговорить?

— А нам есть о чём побеседовать? — спросил я, вспомнив, что в своё время Чародеевы не оказали никакой поддержки Фёдору Меченому. — Ты давно ушёл и больше не возвращался. Разве есть нужда в этом сейчас?

Бронислав усмехнулся:

— Ну, прошлое мы с тобой не обсудим. Я покинул отчий дом ещё до того, как ты появился на свет. Однако тема для разговора есть. Вы же не против обеда?

— Как ты нас нашёл? — спросил я вместо того, чтобы соглашаться. Это было важно, ведь если подобное удалось провернуть родственничкам, то что мешает жандармам или бандитам пойти по тому же пути?

— По следу оставленного в гараже автомобиля. Зря вы его не спалили и продолжили рассекать по городу некоторое время, — ответил Бронислав серьёзно. — Деньги, даже небольшие, неплохо развязывают языки и позволяют легко обнаружить достаточно старый, но нужный ценителю автомобиль. Точного адреса мне, правда, никто не дал, поэтому я отправил своих людей в несколько городов собирать информацию, а остальное было делом техники. Вряд ли тебе интересны все детали.

— На самом деле очень даже, — не согласился с ним я.

— Это потому, что вас так активно ищут? — с превосходством в голосе уточнил Бронислав. — Глиновы, какие-то бандюганы, полиция и жандармы? Я никого не забыл? Если так, то можешь сказать мне спасибо. Пару ниточек, ведущих к вам, я оборвал. В том числе решил вопрос тех идиотов, которые делали паспорта, а также того вороватого чиновника. Кстати, вынужден снять шляпу: перед смертью этот слизняк поведал много интересного, что весьма лестно тебя характеризует.

«Понял, как я застращал Яковлева, заставив взять на себя обязательства и выполнить их, — подумал я и криво усмехнулся. — Плохо. Значит, он осознаёт, что мозги у меня в порядке. Выдать себя за недалёкого и больного человека не удастся. Блин. И что ему нужно? Хотя здесь всё понятно. Чародеевы начали нас искать после той самой ночи с нападением, когда им стали поступать вопросы от жандармов и тех же Глиновых. Удивительно, что последние вообще остались родом. Думал, преступники выкосили всех боевых и активных».

— Так что? Принимаешь приглашение? — чуть более раздражённым тоном уточнил Бронислав.

— После того как ты сознался в хладнокровном убийстве человека? — спросил я. — Конечно нет! Вдруг следом за бедолагой отправимся и мы?

— Этого не произойдёт, — покачал головой парень. — Ответишь на пару вопросов и будешь свободен.

— И после этого ты предлагаешь мне спокойно отправиться с тобой попить чай? — уточнил я.

— Вообще-то да, — согласился Бронислав. — Что-то мне подсказывает, что вы с отцом положили гораздо больше народа. В ином случае я никак не могу объяснить все странности, происходившие вокруг нашего дома в последние месяцы.

— У тебя слишком бурная фантазия, — не согласился с парнем я. — Нас пытались убить, и мы просто сбежали. Не улыбается сдохнуть из-за того, что кто-то вдруг устроил беспорядки возле нашего дома. Таких совпадений не бывает. Тем более привести хутор в нормальное состояние было для нас очень нелегко и дорого.

Бронислав похлопал:

— Молодец, Федя, хорошо врёшь, вот только я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. Но это обсудим в более безопасном от чужих ушей месте.

— А если мы не хотим идти? — уточнил я, и «средний огненный шар» в моей руке запылал ярче.

Улыбка с лица Бронислава пропала, и вслед за этим на полигон вошло четыре мужика с автоматами.

— Тогда мне придётся просить вас более настойчиво, — произнёс старший родственник и примирительно поднял руки. — Не пойми неправильно, но вы просто не оставляете мне выбора. Глава рода дал мне совершенно недвусмысленные указания.

«Задница! — подумал я, пытаясь просчитать ситуацию и определиться с дальнейшими действиями. — Они нашли нас гораздо раньше, чем я предполагал. Очередная ошибка. Чародеевы оказались не столь никчёмным родом, как мне казалось. Видимо, на моё восприятие повлияло их отношение к кровным родственникам, переманивание старших братьев, а также психические расстройства, настигнувшие семью Феди. И вот что мне ему теперь говорить? Как выкручиваться из ситуации? Что именно рассказывать? Ведь я полагал, что ко времени нашего знакомства успею набрать силу в землях, ослаблю проклятие предателя крови, а история возле хутора потеряет остроту».

Мои мысли прервало ощущение опасности, идущее со стороны Всеслава, уставившегося на вооружённых людей, насупившегося и словно бы готового убивать. За время, прошедшее с моего попадания, он откормился, оброс мясом и стал ещё более грозным на вид. Охрана Бронислава тут же напряглась, а я вспомнил «стрелу праха», сформированную отцом Феди в ещё более убогом состоянии души и тела, испугался, что это может повториться и ещё больше заинтересовать Чародеевых, поэтому произнёс:

— Хорошо, Бронислав. Мы готовы с тобой поговорить, но только с тем условием, что это будет нейтральная территория и твои псы опустят автоматы.

Мужиков перекосило от злости, а внезапно нашедшийся старший брат усмехнувшись сказал.

— Отлично. Надеюсь на твоё слово. Охранять и сопровождать вас не будут. Поэтому просто следуйте за нами.

PS

В среду и четверг, представлял Минское городское отделение Союза писателей Беларуси на 1 форуме молодых белорусских литераторов. Поэтому прошу понять и простить за опоздание:)

Надеюсь появление Чародеевых Вас удивило)

Проследовав на автомобиле за бронированным внедорожником Бронислава, мы остановились у уже знакомого ресторана, возле входа в который старший брат Феди ожидал нас в гордом одиночестве и при приближении произнёс:

— Я решил, что людное место будет более предпочтительным для нашего разговора, чтобы все чувствовали себя спокойно и не нервничали по пустякам. Людей, как вы видите, я тоже отослал, так что сможем поговорить откровенно и без лишних ушей. Вы можете мне доверять.

— С чего нам совершать эту ошибку? Лично я вообще вижу тебя впервые и почему-то уверен, что если не захотим отвечать на вопросы, то в помещение войдут бойцы с автоматами и заставят нас принять правильное решение? — произнёс я, а мужчина, глядя на меня словно на несмышлёныша, примирительным тоном произнёс:

— Ты же видишь, что я не желаю накалять обстановку. Зачем это делаешь?

— Потому что она с твоим появлением и так накалена. Ты говоришь одно, но если что-то пойдёт не по плану, будешь действовать по-другому и начнёшь угрожать от имени главы рода и своих головорезов.

— Если понадобится, то моих сил хватит, чтобы воспитать непутёвого младшего брата, — ухмыльнулся Бронислав, крутанув кольцом с рангом ратника, а я подумал:

«Очень и очень неслабо. Особенно если учитывать, что он перешёл в основной род из ветви изгнанников, позже других стал развивать свой талант, а также имеет печать предателя крови».

Посмотрев в глаза мужчины, произнёс:

— В таком случае тем более не понимаю, почему ты пытаешься строить из себя благородного рыцаря и заявляешь, что мы можем тебе доверять. Будь честным, скажи прямо, что заставишь нас дать нужные ответы.

На лице Бронислава было написано, что он думает о наглых мальцах, которые ломают всю игру, ему очень хотелось поставить меня на место, но делать подобного он не стал. Вместо этого развернулся и сказал:

— Следуйте за мной.

«А что ты думал, дружок? — пронеслось в голове, — что ты неожиданно появишься рядом, и мы с Всеславом бросимся тебе на шею, залив ворот рубашки горячими солёными слезами? А вот хрен ты угадал! Плевать нам на основную ветвь и её связи. Не совсем, конечно. Её опасность для нас я понимаю, но и падать на спину с задранными лапками при первых намёках на проблемы никто не собирается. Поэтому какие-то ответы от меня ты действительно получишь, по-другому мы просто не разойдёмся, однако добьёшься этого, если не с огромным трудом, то с нервами, и больше не захочешь иметь дело с наглым дурным подростком. А если нет, то постепенно я подобное желание у тебя и остальных Чародеевых отобью. Добренькие, блин. Что же вы Фёдору в его обучении не помогали?»

Вскоре мы вошли в небольшой кабинет на втором этаже, один в один похожий на тот, где я заседал с командиром секции, и шустрые официантки поспешили накрыть на стол.

— Они даже не спрашивали заказ, — заметил я, когда девушки ушли, и стал нарочито внимательно оглядываться по сторонам, — ты был так уверен, что мы согласимся на твоё приглашение? Давно это придумал? Если так, то что мешало тебе посадить в соседние комнаты вооружённых людей или подготовить это место для нашего устранения? Надеюсь, еда не отравлена?

Бронислав хмыкнул и откинулся на спинку стула.

— Ты мне нравишься. Вот честно. Такой же подозрительный и мнительный тип, как и я. Во всём ищешь подвох. Правда, почему-то не задумываешься, что если бы я хотел вас убить, то поступил бы гораздо проще и не стал городить огород. Автомобильная авария, смерть в проклятых землях или бытовой конфликт на улицах Камневска. Вроде бы у тебя не лучшие отношения с выпивающим контингентом? Я ведь прав.

— Это угрозы, а не ответ на вопрос, — покачал головой я, — яд может быть отложенного действия. Слышал о таком? Вдруг решишь избавиться от нас сразу после разговора?

— Вижу, что ответ тебе не нужен. У тебя есть своё видение ситуации, — сказал представитель старшей ветви, — поэтому если не хочешь, то и не надо. А мы сначала отдадим должное еде и лишь после этого перейдём к делам. Не хочется, чтобы блюда остыли.

— Точно не отравишь? — нарочито принюхался я к запаху, — а то всякое может быть, и утром проснёмся в подвале Чародеевых.

Бронислав помолчал несколько секунд, а затем произнёс:

— Ты начинаешь меня раздражать. Отец, он всегда такой?

— Не называй меня так! — тут же отрезал Всеслав, — ты отказался от нашей семьи!

— Это моя жизнь и мой выбор! — тем же тоном ответил Бронислав и уже более спокойно добавил, — приятного аппетита.

— Путь к сердцу мужчины лежит через желудок? — продолжил я играть на нервах старшего брата Феди, а затем придвинул к себе тарелку и принялся за еду. Она действительно была неплоха.

Закончив есть чуть раньше нас, Бронислав поставил на стол длинную широкую деревянную шкатулку и решил пояснить:

— Здесь хранятся антипрослушивающие артефакты, которые позволят нам не переживать за утечку разговора и быть более откровенными.

Когда он поднял крышку, то я отметил три предмета. Первым Бронислав активировал находящийся справа и светящийся зеленоватым каменный шар, энергетический двойник которого резко расширился, увеличившись в размерах, и создал вокруг нас зону тишины; затем также увеличился и куб, заставивший небольшую музыкальную колонку на стене замолчать. Крайним мужчина активировал пирамиду, над вершиной которой загорелся слабый, размером с ноготь мизинца, светлый огонёк.

— А что делает последний артефакт? — с подозрением в голосе спросил я, отметив, что от него в стороны никаких световых эффектов не расходилось, и на всякий случай сформировал волевую защиту.

«Надеюсь, этого вместе с защитным амулетом хватит на отражение неожиданного удара. Кто знает, что это за предмет?» — подумал я, а Бронислав жёстко ответил:

— Это то, что позволит мне честно и непредвзято разобраться в ситуации! Артефакт правды. Который покажет, где именно ты соврал! Неужели не слышал о таком? Хотя куда тебе? Ты же до недавнего времени на хуторе жил и ходил в обычную школу?

«Хм. Неужели такой реально существует? Тогда почему ни о чём подобном не слышал Фёдор Меченый? Или слышал, но я об этом забыл? Нет. Вряд ли. В этом случае Бронислав явно пытается ввести меня в заблуждение. Поэтому и тон резко изменил, и нелепыми наездами пробует сбить меня с толку, а может, ещё и заставить злиться или нервничать».

— О таком слышу впервые, — ответил честно я, внимательно отслеживая колебания светлого язычка над пирамидой, и решил сыграть картами старшего брата, — ты так смело рассуждаешь о моём образовании, наверное, до поступления в лицей магии ходил в ту же школу? Или за предательство родных тебе заплатили хорошими книгами?

— Было бы кого предавать, — спокойно сказал Бронислав, а Всеслав, услышав его ответ, сделал стойку.

— Хочешь сказать, что за всё это время у тебя ни разу не заболело сердце о родных? И ты не хотел им помочь?

— Нет, — очевидно соврал Бронислав, так как младшего брата к Чародеевым он всё же перетянул, и его глаза стали наливаться недовольством. Несмотря на ложь, огонёк на пирамиде вновь даже не шевельнулся, — а значит, я, скорее всего, прав. Это не артефакт правды. Однако для лучшего понимания было необходимо провести ещё один эксперимент, и теперь соврал уже я.

— А вот мне было жаль, что старшие братья нас покинули.

Изменений в артефакте вновь не произошло, и я уверился, что Бронислав нарочно вводил меня в заблуждение. Возможно, старший брат Феди понял, что я неспроста стал задавать эти странные вопросы, и быстро сменил тему, жёстко произнеся:

— Мы здесь не для того, чтобы болтать на семейные темы! Меня интересует произошедшее на хуторе перед самым вашим исчезновением! А также то, куда именно пропали Глиновы!

Я теряться не стал и ответил:

— Ты это серьёзно⁈ Считаешь, что их шкуры важнее наших собственных? Да плевать нам на них! Глиновы пришли к нам домой с оружием, и мы лишь чудом не пострадали!

Несмотря на то что я не верил в наличие артефакта правды у Бронислава, всё равно постарался ответить так, чтобы не произнести ни слова лжи. Так, на всякий случай.

— Пусть так, — кивнул Бронислав, — но вы должны знать, что они могли делать у вашего дома в столь поздний час? За чем именно они пришли?

— Никаких громадных сумм, никаких невероятных богатств и прочего добра, никаких артефактов, из-за которых необходимо было ломиться в дом, у нас не было, — вновь обтекаемо ответил я, — возможно, их почему-то заинтересовала наша фамилия.

— А бандиты? — внимательно всматриваясь в мои глаза, спросил Бронислав и ухмыльнулся, — им тоже было что-то нужно от изгнанников Чародеевых? Или они тоже совершенно случайно оказались возле вашего дома в столь поздний час? Невероятное стечение обстоятельств. Не так ли?

— Как и наша встреча с тобой на полигоне. Не думал вообще, что в ближайшие лет пять увижу кого-то из родственников, — парировал я и добавил, — на самом деле мы тоже удивлены, что было сразу два нападения. Хотя, вероятно, этим и должно было закончиться.

— О чём ты? — сделал стойку Бронислав.

— Да начать хотя бы с того, что на отца напали в городе бандиты, — произнёс я, помня слова старшего брата о зачистке свидетелей, — мы, конечно, разобрались, что виноват во всём оказался Яковлев, но вдруг его кто-то надоумил это сделать? Не спрашивай для чего, вероятно, чтобы у нас с преступниками был конфликт, ну или мы просто попали в сферу их интересов или засветились перед какими-то иными людьми. В любом случае это произошло. И поэтому нет ничего удивительного, что бандиты пришли за нами во второй раз. А вот то, что следом за ними заявились Глиновы, — это странно. Подозреваю, что это произошло неслучайно. Те же жандармы предположили, что это так бояре вырезают преступников.

— И ты хочешь сказать, что дело в Глиновых, а не в тех ваших покупках? — приподнял бровь Бронислав. — Не в том, что вы приобрели в лавке накануне⁈

Я позволил себе снисходительную улыбку.

— Ты действительно веришь, что дело в том дешёвом амулете? И что у нас были деньги на что-то более существенное? Ты дом наш видел? Да. Поэтому дело точно не в покупке.

— А в чём тогда⁈ — вновь начал давить мужчина, а я с недоумением спросил:

— Это у нас есть ресурсы целого рода? Или у тебя⁈ Возьмись за дело и разберись!

— Знаешь, Федя, — вдруг сказал Бронислав, — ты мне нравишься. Вот честно. И не только потому, что мой брат и каким-то образом сумел заставить отца покинуть его берлогу. Но и потому что так тасуешь факты, что тебе хочется верить. Вот только ты слишком витиевато отвечаешь на вопросы. Хочешь давать размытые ответы? Не выйдет! В главном ты мне соврать не сможешь. Ответь только «да» или «нет». Это ты убил Глиновых?

— Нет! — совершенно честно произнёс я, держа в памяти, что несколько парней из этого рода остались в живых после моего отъезда, а потом ещё и стали серьёзно кошмарить преступников города.

В наступившей тишине вдруг раздался старческий недовольный голос, заставивший Всеслава поднять взгляд:

— Покажи меня!

Бронислав едва заметно поморщился, нажал что-то на пирамиде, и в разросшемся кончике света появилась нечто вроде голограммы пожилого мужчины с суровым взглядом, который был чем-то неуловимым похож на Всеслава.

«Так и знал, что это не амулет правды», — самодовольно подумал я.

— Казимир! — едва не зарычал отец Феди, вовремя уводя разговор с опасной темы, — ты отобрал у меня двух сыновей и явился за третьим⁈

— Твоя семья — отвратительное место для талантов, — отрезал старик и жёстко добавил, — мы нашли им гораздо лучшее применение! Бронислав возглавил службу безопасности рода и показывает определённые успехи, а Николай работает в финансовой структуре и готовится к заслуженному повышению. Что ты, изгнанник, мог им дать? Жизнь мусора? Падали? Скота?

Всеслав зарычал от переполнявших его эмоций, а глава рода закричал:

— Кто убил Глиновых⁈ Всеслав⁈ Кто⁈ Дай мне ответ! Кто⁈

«Да он же специально его доводит! Выводит из себя, пользуясь проблемами с головой, и надеясь выведать главное», — понял я, но предпринять ничего не успел.

— Да они сами друг с другом сцепились! — прокричал отец Феди и громко засмеялся, — один атаковал другого в спину! Представляешь! Один другого в спину!

— Да⁈ Просто так атаковал⁈ — прокричал старик, и его голограмма резко увеличилась в размерах, — а почему тогда наш алтарь в ту ночь вдруг стал сильнее⁈ А⁈ Почему⁈ Просто так? Тоже сам собой⁈ Не ври мне!

— А это ты у Глиновых спроси! — прокричал также в ответ Всеслав, — зачем один напал на второго, нарисовал ритуальную фигуру возле нашего дома и куда-то потом исчез⁈

— Куда? Что ты мне чушь всякую несёшь! Говори правду! — стал терять терпение Казимир, — хочешь сказать, что один из Глиновых убил второго, провёл ритуал, стал предателем рода и сбежал? Ну ведь чушь же⁈

— Можно и не убивать родственника! — громко произнёс я в наступившей тишине, желая дать неплохо показавшему себя Всеславу небольшую передышку, — можно просто ослабить его щит, чтобы пули противника разбили конструкт и нанесли смертельные раны. В этом случае напавший предателем не станет. Ну промахнулся, но ведь даже раны не нанёс? И вообще, тут главный вопрос не в том, кто убил Глинова, а в том, почему это провернули возле нашего дома. Пусть мы не относимся к роду Чародеевых, но у нас та же фамилия, а значит, именно вас хотели подставить в первую очередь и увести следствие по ложному следу. Судя по приезде Бронислава, это сделать удалось.

— Ты сказал про ритуал! — не дал себя сбить с толку Казимир и уставился на Всеслава тяжёлым взглядом, — ты сказал, что Глинов его проводил! Что это за ритуал? Как он воздействовал на тебя⁈ И почему печать предателя ослабла⁈

Всеслав опять расхохотался, и я вновь стал переживать за то, что он сболтнёт лишнего.

— Если ты, глава рода, не разобрался в происходящем, то почему решил, что это сделаю я? Отправляй Бронислава, раз он у тебя на побегушках, и пусть разбирается! И пусть магов не забудет!

Незаметно выдохнув от вполне достойного ответа Всеслава, я услышал голос сделавшего стойку старшего брата:

— Где именно проходил ритуал?

— Перед участком, — произнёс я, пока отец снова не начал говорить, — там ещё вся земля выгорела.

— Там не было такого! — произнёс Бронислав, нахмурившись и пытаясь что-то вспомнить.

— Было! — отрезал я, — а если твои люди ничего не заметили, то пусть бы поискали странные следы, свежий дёрн или ещё что-нибудь, а потом подумали над тем, кто именно захотел скрыть следы и как это сделал.

— Хочешь сказать, что это всё придумали Глиновы⁈ Зачем им вообще друг на друга нападать⁈ Скрывать следы и делать всё остальное? — недоверчиво спросил старший брат.

— Почему нет? Вдруг один подставил другого, чтобы самому стать главой или передать власть в роду своим потомкам? Может, всё делалось ради денег и силы? Вдруг этот ритуал передал магические силы одного родственника другому. А может, ещё и молодость вернул? Вариантов может быть множество, но у нас с отцом нет знаний, чтобы дать ответ на вопросы и защитить себя в случае нападения бандитов или боярских родов. Не хочется умирать из-за того, о чём не имеешь ни малейшего понятия. Поэтому мы и сбежали.

На несколько мгновений в помещении воцарилась тишина, и Казимир обратил внимание на меня:

— Ты странно говоришь, владеешь боевой магией и гораздо умнее отца! Это подозрительно.

— Я не отдам тебе его! — прорычал Всеслав, но глава рода не обратил на него внимания и задал вопрос:

— Когда тебя инициировали?

Отчитывать перед Казимиром и Брониславом мне совершенно не хотелось, однако если начну качать права, то они могут заподозрить меня в чём-то и задавать ещё больше вопросов, а моя легенда по поводу отдыха в городе была итак шита белыми нитками. Пришлось отвечать.

— В начале лета. Когда я узнал, что через пару лет мне нужно будет проходить магический ритуал и отправляться в лицей магии.

— Я лично проводил инициацию! — вновь стал заводиться Всеслав, — и мне не понадобилась ничья помощь! Справился сам!

— И заклинаниям сам обучил? — с презрением уточнил Казимир, вновь заставив меня занервничать.

— И рунам! — отрезал Всеслав и гордо добавил, — я сам его обучаю!

— Обучал, — поправил его Бронислав, — теперь этим занимаются другие!

— Фёдор становится сильнее! — зло посмотрел на него отец, — это главное! А через пару лет станет могущественнее тебя! Вот увидишь.

Я поддержал Всеслава:

— Всё правильно. А ещё благодаря отряду я получаю прикрытие из опытных ходоков и их знания о проклятых землях. И да, становлюсь сильнее как воин и маг.

— Считаешь, что они сделают тебя сильнее? Или твой отец научит чему-то стоящему? — расхохотался Казимир, — когда надоест заниматься глупостями и учить мелочь, найди Бронислава, и он тебе поможет.

— Отца я не брошу! — отрезал я, успокаивая вновь рассвирепевшего Всеслава, — мне нравится наша жизнь!

— Хорошо. В таком случае не задерживаю! К вам вопросов больше нет. По поводу жандармов не переживайте. Проблемы с ними я улажу! — произнёс глава рода, и мы с отцом поспешили выйти из кабинета.

— Что думаешь? — спросил Казимир Павлович, когда за представителями младшей ветви закрылась дверь.

— Фёдор многого недоговаривает, но ничего фатального, иначе отец не сумел бы себя сдержать и проговорился бы. Он стал выглядеть гораздо лучше, чем в последнюю встречу, но с головой до сих пор проблемы. Его конец предрешён. Больше пяти лет я ему не дам.

— Не об этом спрашиваю! А о ритуале? Что думаешь по поводу его? Разве энергия от смерти могла перейти не только второму Глинову, но и Всеславу? — задал следующий вопрос глава.

— Не знаю, — покачал головой Бронислав, — мало данных. Необходимы маги рода, чтобы уловить хоть что-то. Если там действительно проводился ритуал, то Чародеевы — единственные, кто может решить вопрос и хоть немного с ним разобраться. Но что-то во всей этой истории мне не нравится. Может, потому что отец или Фёдор добили выжившего Глинова и получили его силы?

— Значит, разберись! — ответил Казимир, — выезжай на место и жди помощь от магов. Обеспечь безопасность группы и продолжай работу по поводу новых врагов нашего семейства. Не нравятся мне эти Глиновы. Малец прав. Как-то всё слишком странно у них. Один из сбежавших бандитов подтверждал нападения между родственниками, а значит, в этом Фёдор не соврал.

— Сделаю, — ответил Бронислав и уточнил, — группу слежки оставлять?

— Ни в коем случае! Где именно сейчас живут твои родственники, мы знаем. При необходимости свяжемся. Не хочу, чтобы мохнатые шавки обнаружили нашу слежку и поняли, к какому роду принадлежат Фёдор и Всеслав. Тогда их просто разорвут на месте. Лучше подготовь им нормальную легенду. Чтобы их посчитали представителями небольшого рода. Я же надеюсь, ты не рассказал, что они теперь работают с общиной оборотней?

— Нет! — отрезал Бронислав, который уже давно выбрал свою сторону.

— Вот и хорошо, — неприятно усмехнулся старик, — всегда хотел узнать, что будет с Чародеевым, которого укусит оборотень.

После разговора с Брониславом и Казимиром прошло уже три недели. Каждый день я ожидал, что встреча может повториться, что неудовлетворённые моими ответами родственники из старшей ветви, обнаружившие в рассказанной истории множество изъянов и белых пятен, решат возобновить предметный разговор и прояснить непонятные моменты, но этого не происходило. Объяснение у меня было лишь одно — обнаружение под мусором ритуального круга со странными знаками, неизвестными ни мне, ни Всеславу, сумело убедить их в правдивости наших слов.

А может, ненароком, я угадал ещё что-нибудь важное и подтверждающее нашу правоту? Вдруг именно сын напавшего на главу рода Петра в итоге стал лидером Глиновых? Если хотя бы в этом мы не промахнулись, то тогда наши ответы могли показаться ещё более достоверными и Чародеевы, посчитав, что попали в чью-то весьма странную и необычную интригу, стали судорожно осматриваться по сторонам в поисках вероятной угрозы, оставив в покое слабых однофамильцев.

Теперь у них хватает и других забот. А вот ко мне, если выживу и наберусь сил, обратятся позже. Уже в лицее, когда столкнусь с реальными сложностями и узнаю на практике, как бояре Червоной империи относятся к Чародеевым. В пользу этого факта также говорило и обещание Казимира закрыть проблему с жандармами. Явно хочет показаться передо мной хорошим и заботливым дядей, решившим головную боль ребёнка. Хотя, может, у него для такого шага были и другие причины.

Так что спустя указанное время я позволил себе несколько выдохнуть, расслабиться и теперь смотрел в будущее с оптимизмом. Всё же до последнего не верил, что удастся как-то отбрехаться. Но, видимо, несмотря на магический дар и произошедшие события, Чародеевы отнеслись ко мне как к несмышлёнышу. Ну что они действительно могли ждать от подростка? Что это он устроил весь этот замес в городе? Так это не так. Я лишь стал отправной точкой, остальное Глиновы с преступниками сделали сами. К Всеславу они, вероятно, относились с ещё большим предубеждением. Его крыша стала протекать уже очень давно, и Бронислав знал о подобном гораздо больше, чем кто-то иной. Хотя, если честно, лично меня отец Феди приятно удивил. Держался он во время встречи неплохо, выглядел почти нормально и даже сумел проявить хитрость и отвечать так, чтобы не говорить правды, которая могла нас выдать.

Именно этот эпизод позволил мне считать, что Всеславу постепенно всё же становится лучше. Правда после сложного разговора он проспал почти сутки, зато когда оклемался, то стал чуть более собранным, чем ранее. И глаза его теперь были не со столь пусты.

Несмотря на разрешение ситуации с родом, я ещё раз перепроверил тревожные чемоданы в тайниках и оставил их на месте. Опасность может прийти с той стороны, откуда я вообще не жду и было бы неплохо иметь варианты сбежать в любой момент.

Помимо моих опасений остальная жизнь шла, можно сказать, по-старому. Дни в учебном центре ассоциации истребителей тянулись всё так же напряжённо и заставляли выкладываться по полной. Утром я продолжал выполнять разнообразные задания от Платона и готов признать, что теперь мои заклинания стали более быстрыми, меткими и смертоносными. Затем был убийственный марафон выносливости от Игната Владимировича, посещение бани и восстановления, а также мои самостоятельные тренировки на полигоне ассоциации с новым заклинанием, которое получалось всё лучше и лучше.

Не прошло и недели как Егор с Женей обрадовали меня новой информацией, что скоро марафон по повышению выносливости завершится и начнутся полноценные спарринги. На улице, правда, к этому времени уже стало достаточно холодно, но на это видимо, было всем плевать кроме меня.

В первый же день, после привычного бега и разминки, ко мне в спарринг-партнёры решил напроситься здоровяк Лёха, не забывший унижения и того огненного шара, который я запустил в него за стеной.

— Маг — мой! Пора ему узнать, что такое настоящее сражение с опытным ходоком!

Я молча посмотрел на командира отряда, и тот покачал головой.

— Великоват ты для него. Пусть учится с подмастерьями сражаться. Они для него и так слишком сильны.

— С кем? — возмутился здоровяк — С этими слабаками? В проклятушке тоже будет только скелетов рубить? А? А если ему гули попадутся⁈ Лапки вверх и сдаваться! Нет! Так не пойдёт! Ему нужен опытный наставник!

— Лёха! — раздражённо посмотрел на мужчину командир — Не делай мне нервы! Я сказал — ты услышал! Мне нужно, чтобы парень мог чему-то научиться, а не проводил время на медицинской койке, после встречи с тобой!

— Так он же у нас крутой! Забыл что ли⁈ Да ты сам у него и спроси! — повысил голос Лёха, с насмешкой глядя на меня, — Ну что? Крутой? Ты же крутой? Вот и покажет свою крутость!

«За свою улётность денегне беру. А за красоту — тем более» — вспомнилась мне чья-то фраза, однако успокоиться она мне не помогла. Этот здоровяк, за прошедшее время, успел мне надоесть.

— Лёха! — как-то тихо и вкрадчиво произнёс командир, заставляя здоровяка посмотреть на себя — Я смотрю, ты слишком говорливым стал? Много сил после тренировки остаётся? Так мы это сейчас исправим! Ещё побегаешь! Ну или со мной в паре поработаешь!

— Защищаешь его? Этого молокососа? Который никого тут не уважает и ведёт себя словно пуп земли⁈ — заявил мужчина и оглянулся по сторонам — Вы все его защищаете! Все! А он этого недостоин! Учим его, силы вкладываем и ради чего? Чтобы он спустя пару месяцев просто ушёл⁈ Ну ладно бы только это! Ну уходят наши тайны на сторону, так он этого не ценит! Ещё и от боя бегает! Зачем нам такой товарищ за стеной⁈

«Он же специально меня провоцирует — подумал я, ощущая, как внутри просыпаются воспоминания Фёдора Меченого о жизни в лицее и первых годах службы в армии — Хочет показать мне, что это он здесь главный. Что он сильнее! Что я просто прячусь за спинами других и не достоин того положения в отряде, которое занимаю. Что на самом деле ничего из себя не представляю, а со мной почему-то носятся. Я держался. Долго держался, чтобы лишний раз не провоцировать конфликт в отряде и не тратить время на ненужные споры. Думал, что взрослый мужик должен смириться, перебеситься и не обращать внимание на такого мальца. Однако этого не произошло. Здоровяк продолжает перегибать палку. Отчаянно желая размазать меня и доказать, что я ничтожество и даже не подмастерье. Что я гораздо хуже, слабее всех и меня можно шпынять и гонять, как любого новичка. Вот только хрен он угадал!»

С этими мыслями я вышел вперёд, заглянул в глаза здоровяка и произнёс:

— Сейчас у нас будет спарринг и ты наконец закроешь свой поганый рот!

— Лёха! Федя! — повысил голос Игнат Владимирович — Я не давал команды к бою!

— Но вы и не останавливали его ранее, позволяя конфликту становиться глубже. Разрешали ему нападки в то время, как я их старался не замечать, но всему есть предел — произнёс я, хмуро уставившись на командира и сформировав вокруг магический щит, — Если вы не можете заставить своего подчинённого вести себя нормально, то это сделаю я!

— Ну вот! — довольным тоном протянул здоровяк — Видите! Маленький маг уже ни во что не ставит командира! Ему нужно преподать урок! Обязательно!

— Беру пример с тебя — сказал я приготовившись к бою и довольный собой здоровяк весьма быстро рванул вперёд и атаковал, заставляя меня нырнуть вниз и пропустить над головой мощнейший удар учебного оружия.

Уход в сторону, перекат и рядом вновь проносятся удары огроменного меча.

На мгновение остановившись, Лёха улыбнулся во все тридцать два и вновь устремился ко мне.

«Играешь, значит? Не напрягаешься? Думаешь одолеть меня одной левой. Ну-ну. Именно это тебя и погубит», — мелькнуло в голове, и дождавшись когда здоровяк сильно размахнётся я ускорившись бросился навстречу и схватив Лёху за кисть руки, потянул её дальше, увеличивая радиус его удара, и подсёк опорную ногу.

Разогнавшийся ходок, потерявшись в пространстве, не успел ничего предпринять, и его туша на огромной скорости столкнулась с достаточно крепким стволом десятилетнего дерева и сломала его, а я уже мчался следом, и моя учебная шашка нанесла мощный удар по вздрогнувшему и тут же лопнувшему щиту магического амулета.

— Ах ты! — буквально взлетел на ноги разъярённый Лёха, заблокировав очередной мой удар, и прокричал — Теперь тебе точно конец!

Вот только ничего сделать он больше не успел. В следующую секунду слабый огненный шар ударил здоровяка в грудь и отправил его в недалёкий полёт, до ствола ещё одного дерева, которое, на этот раз, не сломалось.

— Ах ты! — зарычал ходок, кираса и одежда которого была разорвана, а на груди расцветал неприятного вида ожог, и вновь поднял свой клинок, в который я отправил усиленный «серп ветра», лишивший противника оружия.

— Прекратить! — встал перед нами командир — Вы что творите! Ещё убийства мне здесь не хватало!

— Раньше нужно было думать! Когда подчинённый вертел слова командира на одном месте! — процедил я. — Теперь будьте добры отойдите в сторону и пожинайте плоды своей политики!

— Уйди! — тем же непримиримым тоном произнёс Лёха и попытался обойти командира, но тот ему не дал.

— Я порву его! Порву! — едва не прорычал здоровяк, не собираясь слушать Игната Владимировича, но сильный удар кулаком в опалённую область заставил его отлететь назад и рухнуть на колени.

— Если я сказал прекратить, значит прекратить! — повторил командир, посмотрев Лёхе в глаза, и тот, что-то в них прочитав, опустил голову.

— А ты⁈ — взгляд переместился в мою сторону — думай о том, что говоришь! Меня, в отличие от него, несколькими заклинаниями так просто не возьмёшь! И тогда я научу тебя манерам!

— Своего человека сначала научите! — не стал отступать я — Мне и так пришлось слишком долго терпеть его колючий язык!

Поднявшись наноги здоровяк посмотрел на меня с ненавистью и зло произнёс:

— Я к медикам! Дойду сам!

Проследив за его прямой спиной, Игнат Владимирович беззвучно выругался, затем взял себя в руки и рявкнул:

— Ну⁈ Чего встали⁈ Тренировку никто не отменял!

После небольшой разминки меня поставили в тройку к Егору и Жене, и мы по очереди стали сражаться друг с другом. Парни оказались очень быстрыми, ловкими и, как вскоре выяснилось, весьма сильными бойцами с тяжёлой рукой. Блокировать удары которых было форменным самоубийством. Повезло ещё, что в спарринге с Лёхой я сразу решил ничего подобного не делать, иначе он бы просто снёс меня с ног.

— Что, не ожидал такого? — спросил командир, тщательно следя за моим боем с Егором, когда мне в очередной раз пришлось блокировать сильный удар и добавил — не обольщайся, что тебе удалось один раз подловить Лёху. Он был расслаблен, игрался и не воспринимал тебя серьёзно. Парни же этой ошибки не совершат. Верно я говорю⁈

— Да — подтвердил Женя, а Егор, получив подтверждение правильности своей тактики сокрушительных ударов, вновь попробовал их повторить, но ошибся.

Кончиком клинка отведя в сторону шашку противника, я краем сознания отметил, как она с силой входит в землю, и нанёс удар не ожидавшему подобного противнику под колено, а затем и по шее.

Остальные бои проходили не менее успешно. Стоило только мне приноровиться к ловкости, силе и скорости подмастерьев, а также разобраться в их весьма схожем арсенале, как я стал побеждать их всё чаще и быстрее. И если три первых боя я Егору проиграл, то в остальных семи победил достаточно легко. С Женей было легче. Правда два первых спарринга я тоже слил, но лишь потому, что парень успел отдохнуть и был более свежим.

— Да кто ты такой вообще! — после очередного проигрыша вскочил на ноги парень и с силой швырнул клинок на землю — так просто не бывает! Ты младше нас! Младше! А уже пробудил магический дар и овладел несколькими заклинаниями! Так ладно бы только это! Как ты можешь, к тому же быть ещё настолько выносливым и быстрым⁈ Как⁈ Ты же обычный человек⁈

— Кхм-кхм! — подал голос отец парня и добавил — Маги — это уже не обычные люди. Они могут быть гораздо крепче!

— Но мы же с самого детства занимаемся! — возмутился Егор — С самого!

— Вы ещё не вошли в полную силу — позволил себе усмешку один из ходоков — лет через пять-семь разница между вами будет существенна. Уж поверьте.

— Не факт — добавил ещё один — Вон как Федя старается. Тяжело ему. Очень. Пыхтит. В глазах темнеет, а он работает и работает. Другой бы сдох уже. Поэтому отставание, если и будет, то не столь сильным.

— Да ладно бы только это! — произнёс Женя раздражённо — Как он вообще может побеждать, если не такой быстрый и выносливый? У меня ощущение, что я сражаюсь с отцом, который читает меня как открытую книгу. Сколько вообще времени нужно заниматься для такого⁈

— Дело не только в навыках — произнёс ещё один ходок и двинулся на место парня — Но ещё и в крови предков. Что-то мне подсказывает, что род Фёдора гораздо старше наших.

Заметив появление нового человека, Женя подхватил оружие и поспешил отойти к остальным ходокам, а напротив меня стал, невысокий жилистый мужчина с седыми волосами и небольшими морщинами, который с интересом произнёс.

— Как думаешь, почему именно ты их побеждал⁈ А⁈

— Потому что их больше учили сражаться с монстрами, а меня с людьми — сказал я, пытаясь отдышаться и восстановиться.

— Достойный ответ не лишённый истины — произнёс мужчина — А мне покажешь, на что способен⁈

— Не уверен — произнёс я, встряхнув натруженными руками ещё раз.

— Нежить не будет ждать, пока ты отдохнёшь. Поэтому к бою! — произнёс он и размазался в воздухе.

Понимая, что больше ничего сделать не смогу, я выставил клинок, окутал себя и оружие волевой защитой и был снесён мощнейшим ударом, который оказался гораздо сильнее, чем я вообще мог предполагать.

— Яков Иванович! — воскликнул командир, и мужчина ответил:

— Понял — буду медленнее! Не покалечу твоего мага!

Однако дальше было избиение. Яков Иванович сначала замедлился до моей скорости, где я стал оказывать ему сопротивление и парировать удары, а затем медленно, но верно начал ускоряться, заставляя меня напрягаться всё больше и больше и не забывая мотивировать несильными, но обидными ударами плашмя, после которых моё тело превратилось в один синяк.

— Достаточно! — после очередного удара сказал Яков, и я без сил опустился на землю, чувствуя, как всё тело ноет от боли, а ходок продолжил: — Хорошая, очень хорошая заготовка для бойца. Ему ещё не хватает скорости, силы и выносливости, но с чутьём воина, как сказал Женя, всё очень неплохо. Я бы сказал, невероятно хорошо. Даже удивительно.

Некоторое время все молчали, а затем седовласый произнёс:

— Мне интересно. Я буду с ним заниматься.

— Но… — начал было командир и был перебит.

— Теперь я в твоём отряде вместо Алексея. Не следует тянуть подобные конфликты за стену. Это чревато проблемами.

— Яков Иванович — обратился к седому отец Жени и поклонился — Прошу вас принять шефство и над моим сыном. Фёдору понадобятся спарринг-партнёры его уровня.

— Понадобятся, — согласился седой и посмотрел на Игната Владимировича, — Занимайся остальным отрядом, а молодёжь я возьму на себя. Егор? Ты же не против получить пару уроков?

— Благодарю! — тут же поклонились Якову все ходоки, а я понял, что мой новый наставник очень непрост.

— Давай поможем — произнёс Егор и парни подняли меня на ноги — заставляя скрежетать зубами от пронзившей тело боли.

— Что? Тяжело? — спросил у меня Яков Иванович и многозначительно улыбнулся — То ли ещё будет! А пока идите-ка вы ребята в баню. Восстановитесь. Пусть у вас будет последний день отдыха перед занятиями.

Парни тут же развернулись и даже командир ничего против подобного самовольства не сказал. А я думал о том, что если мной будут заниматься столь же серьёзно, то хрен я отсюда куда-то уйду. Продолжу сидеть здесь ещё полтора года, потому как настолько хорошую школу воинского искусства и закалки тела мне сейчас нигде не найти. Нигде. А раз так, то к лицейскому отбору я стану не только по настоящему сильным, ловким и выносливым, но и научусь виртуозно махать клинком по несколько часов. А там, глядишь, и девушки будут смотреть более благосклонно. После таких нагрузок я скоро перестану быть задохликом. Уже сейчас у меня, наконец, расправились плечи, появились мышцы, а фигура стала более крепкой.

«Работает фитобар. Работает — понял я и вдруг вспомнил родной мир, а также какие-то белорусские санатории, где я пил нечто подобное и путёвку куда было не так просто достать, — а какая у них молочка? А сгущёнка? А сырки?»

При этом, что за такая Беларусь я вспомнить так и не смог. Понятно, что какая-то страна, но больше ничего в голову не приходило. Постаравшись отбросить лишние мысли я понял, что уже могу идти сам и высвободив руки из захватов, спросил:

— А кто такой этот Яков Иванович?

— Это наш стар… — начал Егор, а Женя его перебил:

— Старший наставник по работе с клинком. Поэтому подозреваю, что скоро нас троих ждут очень тяжёлые времена.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своём, а потом Егор сказал:

— Федя, ты это… не обижайся на нас. Просто мы не ожидали, что ты и на холодном оружии окажешься также хорош.

— Проехали! — отмахнулся я. — Но за это будете должны поставлять мне интересную информацию, а то мне уже надоело тут мариноваться. За стену хочется.

— Да хоть сейчас — удивил меня Егор и, подмигнув Жене, добавил — Ходят слухи, что наш отряд отправят в проклятые земли уже через две недели.

— Если только мы не сдохнем на тренировках у нового наставника — невесело добавил Егор, а в это время Алексей, успевший обмазать место ожога заживляющей мазью и наложить повязку, переоделся, выехал за пределы учебного центра, вернулся в город, остановился у случайной телефонной будки и, проделав пару несложные манипуляции, произвёл звонок.

— Это я — хриплым голосом сказал он. — У меня получилось. Уйти из отряда Игната удалось. Да. Мальчишка? Нет. Его убрать мне не позволили. Слишком много лишних глаз было. Не отмазался бы. Пришлось хитрить и поддаться его магии.

Молча прослушав ответ, здоровяк произнёс:

— Да. Всё верно. В остальном всё идёт по плану. Краснов снова начинает вылазки. Через пару дней начнут запускать полноценные отряды, а затем, постепенно и остальных.

Ещё раз выслушав ответ, Алексей чуть повысил голос.

— Не стоит так со мной разговаривать! Я сделал всё, как и договаривались! Это ваша вина, что в тот раз погибло слишком мало ходоков. Нужно стараться лучше и не спешить! Если хотите получить власть в Камневске, то ждите команды. Я скажу, когда наступит подходящее время.

Первая же тренировка с Яковом Ивановичем стала новой вехой в проверке возможностей моего истощённого нагрузками организма.

По разговорам подмастерьев я уже понимал, что судьба подкинула нам интересного и необычного наставника, весьма уважаемого в среде ходоков Камневска, однако я и заподозрить не мог, что всё окажется настолько печально.

Начать хотя бы с того, что он являлся отнюдь не приверженцем уже привычного бега и повышения выносливости подобным образом.

— Стать полноценными воинами, — произнёс он, — и натренировать себя для долгого изматывающего боя вы можете только работой с клинком! Только с клинком! Всего пять минут настоящего сражения с использованием всех сил заменят обычную часовую тренировку. Поэтому больше на трассе с остальным отрядом я вас видеть не желаю. Всё понятно⁈

— Яков Иванович! А почему тогда командиры тренируют остальных по-иному? — спросил Егор.

— Справедливый вопрос, — сказал наставник, — и ответов на него может быть множество. Возможно, потому, что последний поход за стену показал необходимость дополнительных тренировок именно подобного типа, чтобы израненный и опустошённый отряд всё же сумел уйти из-за стены. Возможно, из-за того, что остальные ходоки, дожившие до своих лет и посетившие немало раз проклятые земли, уже, по большому счёту, весьма сильные, опытные и умелые бойцы, которые знают, с какой стороны браться за клинок. Заставлять их сражаться между собой — значит гарантированно получить целый медицинский центр серьёзно травмированных бойцов. И хорошо, если просто травмированных. Всё же нас всегда в первую очередь учили уничтожать противника.

Выдержав небольшую паузу и осмотрев наши фигуры внимательным взглядом, мужчина всё же добавил:

— Однако это вам не грозит. Над такими тощими доходягами ещё работать и работать. Я даже боюсь, что с ходу начинать с вами тренировку будет попросту опасно. Ещё потянете всё тело сразу — неприятно усмехнулся Яков, — после первого же удара. Поэтому давайте-ка бегом, следом за отрядом. Одного большого круга для нормальной разминки будет достаточно.

Этого действительно хватило. Мы явились к наставнику разгорячённые и готовые к бою. Он сразу велел нам взять учебное оружие и без всякой раскачки атаковал.

Бил сильно и быстро, никого не щадил, желая продемонстрировать новым ученикам их реальный уровень. Поэтому нет ничего удивительного, что в скором времени наша тройка покрылась множеством синяков и ушибов.

— Слабо, очень слабо, господа ученики, — комментировал потуги Яков Иванович. — Вы двигаетесь как беременные черепахи. Резче! Резче движения! Держите оружие крепко! Не как хрен, когда мочитесь! Вот так! Не сдаваться! Работать одновременно! И тогда, может быть, вы сможете выдержать мои тренировки, а не сдохнете в процессе!

С последним словом мужчина размазался в воздухе, и мы просто разлетелись во все стороны. Правда, я всё же успел среагировать, принял удар ноги на блок и благодаря этому сумел устоять на своих двоих.

Отметивший это наставник рванул следом и едва не напоролся на выставленный мной клинок, но всё же увёл лезвие в сторону и контратаковал, заставляя меня разорвать дистанцию.

— Ты смотри, снова среагировал, значит, с тобой нужно сражаться на чуть большей скорости, — притворно восхитился Яков Иванович, и я снова перестал успевать за его движениями.

Некоторые удары я всё же блокировал, другие отводил в сторону, однако наставник был гораздо искусен, и даже появление с его флангов подмастерьев, которые атаковали одновременно, ситуацию не изменило.

Спустя время он разорвал дистанцию, остановился и произнёс:

— Мои примерные возможности вы теперь представляете. К чему стоит стремиться на первом этапе, увидели. Так что если хотя бы за пару лет кто-то из вас достигнет подобного уровня, то я буду очень доволен. А пока перейдём к одиночным схваткам. Егор, Женя — пока отдыхайте. Фёдор — на середину. Я постараюсь работать с твоей скоростью и посмотрю, на что ты способен теперь.

«После того, как избил и заставил вымотаться? — подумал я с раздражением. — После такого, вероятно, продемонстрирую мало».

Так и получилось.

Я держался на морально-волевых и глухой злости к наставнику, а тот двигался стремительно, крутил в руках тяжёлый клинок, словно это лёгкая бамбуковая палка, и постоянно раздавал мне неприятные тычки.

— Неплохо, неплохо, — комментировал он мои движения, выбранную тактику и редкие переходы в контратаку. — Чувство боя у тебя всё же есть. На своём уровне ты можешь конкурировать и действительно показываешь достаточно неплохое владение клинком. А что будет, если немного увеличить скорость?

Получилось не очень. Если вначале я ещё держался и отбивал некоторые удары, то после очередного ускорения они посыпались градом. В какой-то момент я моргнул из-за попавшего в глаза пота, а когда открыл их, то обнаружил себя лежащим на земле.

'Ничего себе⁈ Это когда он успел меня приложить⁈ Прошло явно куда больше краткого мгновения — с недовольством подумал я, разглядывая склонившегося надо мной кряжистого и благообразного старика с небольшой белой бородой, суровым взглядом и крючковатыми пальцами с чуть заострёнными крепкими ногтями.

С рук незнакомца расходилось зеленоватое свечение, которое окутывало моё тело и, по-видимому, позволило мне прийти в себя.

Заметивший это старик тут же прекратил передачу энергии, лишая меня необычайной лёгкости, поднялся и прохрипел:

— Яков! Этот слабак готов! Забирай!

— Сейчас с подмастерьями закончу и займусь им снова, — прокричал в ответ наставник, занимающийся избиением (по-другому не сказать) покрасневшего от боли и злости Егора.

Женя обнаружился рядом: он был без сознания, свернулся в позе эмбриона, и именно к нему отправился старик-целитель, а никем иным этот неизвестный быть не мог — другой бы просто не смел в столь короткие сроки привести меня в порядок, убрать почти всю боль и вернуть силы к тренировкам.

«Но всё же, как именно Яков меня вырубил? И что это за странная методика подготовки? Может быть, вместо избиения он должен был узнать наши сильные и слабые стороны, а затем заняться отработкой приёмов, пониманием тактики боя и прочими полезными вещами?» — подумал я с досадой, наблюдая за избиениями Егора и поднимаясь на ноги. — «Или наставник ждёт, что мы вступимся друг за друга?»

Стоило только подумать об этом, как Егор рухнул на землю после очередного удара, и наставник бросился в мою сторону.

Тело, избавленное от боли и усталости, отреагировало словно само, на чистых рефлексах. Я с лёгкостью отскочил в сторону, а затем и контратаковал.

«Ого! Вот тебе и целитель! Круто он меня подлатал! Если он будет делать так постоянно, то я готов потерпеть его полные презрения взгляды», — подумал я, уходя от очередной атаки наставника.

— Ну хоть один что-то может! — прокомментировал Яков довольным тоном, и тренировка продолжилась.

На этот раз, когда ничего не отвлекало от боя, я действовал более смело и решительно: не только защищался, но и изредка атаковал.

Судя по всему, наставнику подобное изменение пришлось по нраву, однако он решил сыграть в свою игру и, сместившись к Жене, нанёс пришедшему в себя, но не успевшему собраться парню несколько ударов.

— Не спи! — рявкнул я, прикрывая его, и наставник, резко ускорившись, наградил меня парой неприятных тумаков, вот только стоило мне разорвать дистанцию, как он несколькими тычками привёл в чувство и Женю.

— Атакуйте одновременно! — велел Яков. — Иначе так и будете постоянно получать.

Некоторое время мы вдвоём действительно пытались достать крутящегося волчком и выматывающего нас наставника, однако вскоре он сместил фокус внимания на попытавшегося подняться Егора. На этот раз мне тоже удалось среагировать: первый удар по подмастерью я вновь успел отбить, вот только теперь и получил не пару, а сразу пяток сильных ударов.

Глухо зарычав от вспыхнувших эмоций, перешёл в отчаянную контратаку, пытаясь достать быстро вертящегося противника, который играючи отбивал все мои потуги.

— Это уже гораздо лучше. Гораздо. Вот только ты постоянно забываешь, что я намного быстрее тебя!

Ещё несколько болезненных пропущенных ударов меня не успокоили, напротив, затронули в глубине души ещё больше струн. В голове прояснилось, мышцы наполнились энергией, а перед глазами стояла лишь одна цель — достать противника любой ценой.

На несколько мгновений время словно бы замедлилось. Я сумел не только заметить движения ускорившегося наставника, но и парировал атаку и тут же ответил связкой, врезавшихся в память Фёдора Меченого.

«Достал!» — с удовлетворением подумал я, наблюдая, как рубящий удар прошёлся по бедру Якова, и продолжил атаку с той же скоростью.

На лице наставника мелькнуло недоверие, смешанное с удивлением, а в следующее мгновение он повторил серию моих ударов, которые я с лёгкостью парировал.

— Удивительно! — прокомментировал Яков, медленно, но верно повышая скорость и осыпая меня градом болезненных ударов, а в какой-то момент перед глазами снова потемнело.

«Да что это такое⁈» — со злостью успел подумать я, прежде чем отключился.

Пробуждение и в этот раз прошло без боли и с лёгкостью в теле. Вот только стоило открыть глаза, как инстинкты заставили перекатиться в сторону, и вовремя: рядом с головой просвистел клинок учебного оружия.

— На этот раз лучше, — с удовлетворением констатировал наставник, а старик-целитель, который сидел на небольшом стуле, недовольно фыркнул.

— Лучше? Считаешь, что эти инвалиды могут лучше? Яков, откажись ты от этих слабаков, пока ещё есть время. А то я тебя знаю: будешь с ними возиться несколько лет и потратишь уйму времени. Я-то думал, ты снова зовёшь меня тренировать своих орлов! Вот где соединилась скорость, сила и техника. А эти недоучки будут постоянно тянуть тебя вниз, так и не поняв, что такое настоящий бой.

Несмотря на оскорбления, высказанные едким тоном, подмастерья даже и не думали перечить целителю, из чего я сделал вывод, что в общине тот пользуется большим авторитетом. Хотя, может, ему ещё многое позволено и из-за весьма почтенного возраста.

— Ты к ним несправедлив, Герман, парни небесталанны, — покачал головой Яков Иванович и неприятно усмехнулся. — А вообще, обучить можно любого. Даже обезьяну в цирке научили ездить на велосипеде, полагаю, что не хуже дрессировщиков и парни поймут, как правильно держать клинок в руке…

До конца тренировки я терял сознание ещё несколько раз, что невероятно меня злило: всё же мне не хотелось оставаться беззащитным перед общинниками, однако это всё же происходило. Правда, к концу насыщенного тренировочного марафона мне стало на это откровенно плевать. На плечи навалилась усталость, мышцы болели и ныли, а мысли стали какими-то вялыми и тягучими.

Это, как я понял, была расплата за возможность быстро восстанавливаться и продолжать тренировки.

В себя я пришёл лишь благодаря бане и чудодейственным настойкам из фитобара дядьки Макара, буквально вдохнувших жизнь в измождённый организм. После них я хотя бы стал походить на человека, смог ориентироваться в пространстве и, несмотря на поганые ощущения, словно меня несколько раз пропустили через мясорубку, отметил кое-что странное. Отношение ко мне со стороны большинства рядовых бойцов несколько ухудшилось.

Если после победы над нежитью и спасения их товарищей меня воспринимали достаточно хорошо, как пусть молодого, но перспективного и неплохого парня, который принёс секции много добра, то теперь вдруг стали смотреть как на прибившегося чужака. Пусть пока без злобы, но и без былой приязни. Это настораживало, заставляло взбодриться и задуматься.

За последние дни был лишь один эпизод, который мог бы качнуть общественное мнение в учебном центре против меня, и это, конечно же, был конфликт со здоровяком Лёхой.

Ходокам явно не понравилось, что их собрата-бойца победил пусть и уже знакомый, но всё-таки пришлый маг. А может, это и сам здоровяк постарался, распуская про меня не очень хорошие слухи. Ему же как-то нужно было обосновать проигрыш такому молодому парню, как я.

В принципе, по большому счёту, на общественное мнение мне было плевать. Я изначально, отправляясь сюда, не собирался никому нравиться и ни под кого подстраиваться. Я пришёл за силой, опытом и знаниями и был намерен получить их в любом случае, а на отношение остальных, в том числе рядовых бойцов, мне было откровенно плевать. Неприязнь, конечно же, может осложнить моё пребывание в ассоциации. Но, если честно, то хорошие отношения не стоят того, чтобы я под всех подстраивался. Будь я на самом деле четырнадцатилетним юношей, мне бы хотелось признания, благодарностей и принятия своей картины мира. Я бы хотел понравиться, рассказывал бы, как всё было на самом деле, и совершал бы прочие ненужные телодвижения. Сейчас же мне этого делать не хотелось. Не примут меня ходоки — значит, так тому и быть. Общественное мнение при всём желании я не изменю. Так что нужно учиться жить и работать в тех условиях, которые есть.

В будущем, в лицее магии, это умение пригодится. Там предстоит столкнуться с молодым поколением ошалевших от вседозволенности бояр, оторвавшихся от родительского пригляда, которые оклеймят меня предателем крови из-за фамилии и попробуют прогнуть и заставить плясать под свою дудку. При этом будут использовать все известные методы давления, в том числе и психологического. Так что нужно натренировать навык противодействия подобному. Раз уж ситуация складывается данным образом.

Об этом я и размышлял, в одиночестве потягивая уже привычный отвар для магов за небольшим круглым столиком в фитобаре, когда ко мне подошли три крепких молодых мужика, обмотанных простынями. У них были широкие грудные клетки, мощные руки, бычьи шеи, наглые глаза и лица без проблесков интеллекта.

«В очередной раз удивляюсь, какие здесь здоровенные ходоки. Их что, богатыри зачали? Или фитобар — это не просто травы и настойки, а некие анаболические препараты? — подумал я с мысленным вздохом. — Мне до такого ещё расти и расти».

В это время центральный из бойцов облокотился на стол своим немалым весом и с угрозой в голосе произнёс:

— Это ты, что ли, тот самый маг, из-за которого Лёху из отряда выгнали? А⁈

— Нет, — глядя ему прямо в глаза, ответил я и заставил говорившего на мгновение удивиться. Он явно знал, кто я такой, и подобного ответа не ожидал, так что пришлось пояснить: — Я тот, кто поставил этого урода на место и победил его в честном бою. Пусть благодарит Игната Владимировича, что ушёл на своих двоих. Если бы не командир, я бы от него и мокрого места не оставил.

— А ты наглый! — процедил старший, поигрывая стальными мышцами. — Да только таких наглецов мы с парнями обломали с десяток, если не с сотню. Будешь строить из себя крутого — пожалеешь.

— Один уже дообломался, — ничуть не смутился я, наблюдая за потугами тугодумов выглядеть грозно. — Ты желаешь быть следующим на очереди?

— Много разговариваешь, — тихо прорычал стоящий сбоку ходок. — Ещё одно такое слово — и я вырву твои тонкие ручонки и вставлю тебе их в одно место! Ты понял?

— Да ты у нас фантазёр! Или это называется извращенец? Зачем чужому человеку что-то в какие-то места засовывать? Нужно тебя запомнить и не садиться рядом в бане, — усмехнулся я, ничуть не испугавшись и формируя волевую защиту. — А для этих твоих тыканий сил-то хватит? Или подружек позовёшь?

От злости и ярости ходок покраснел и попытался схватить меня за плечо, вот только прямо перед его рукой сформировался небольшой «огненный шар» — силы для магической дуэли у меня ещё оставались.

— Сука! Я тебя урою! — выругался мужик, одёргивая обожжённую руку, отпрыгивая назад, и злобно посмотрел на меня.

— Так, успокоились! — рявкнул дядька Макар. — Вы что тут у меня устроили, а? Поганцы! Подраться решили? Сил много после тренировок осталось? Командиры, как я посмотрю, недорабатывают? Так я сейчас лично Краснову наберу и расскажу, что тут происходит! Обещаю: завтра же для всей секции начнутся тяжёлые времена! Снова вернутся занятия на выносливость, и постараюсь довести до всех, кто к этому причастен. Вы этого хотите? Знаете, что вас тогда ждёт?

От услышанной перспективы ещё недавно грозные и наглые молодые мужики тут же сдулись и отступили.

— Дядька Макар! — поморщился центральный здоровяк. — Да мы просто шутим, чего ты начинаешь? Решили проверить молодого, посмотреть, как он реагирует на стресс, а то кто знает, как он себя за стеной поведёт? Вдруг сразу испугается и лапки кверху поднимет? Что тогда делать будем? Не хотелось бы снова людей терять.

— Знаю я ваши штучки, — зло произнёс Макар. — Помощнички, блин. Командир со старейшинами сам разберётся, что и как делать, а вы убирайтесь отсюда. И помните: если увижу что-то подобное ещё раз, то вам точно не поздоровится!

Последние слова были сказаны каким-то странным тоном и с неизвестным мне намёком, заставившим троицу тут же опустить головы и как-то поспешно покинуть фитобар.

— А ты, Федя, — взгляд старика сместился на меня, — не вздумай создавать свои поганые заклинания в моём заведении! Спалишь мне тут всё дотла, и что тогда делать? Я здесь, между прочим, всё своими руками делал!

— Даже эти столы? — спросил я, стараясь не выдать задумчивости.

— И их! И даже стены лично обшивал деревом! И бочки для этих чёртовых чаёв делал! Или думаешь, они были бы столь же полезны, если бы я сооружал их из другой древесины, а?

— Не задумывался об этом, — честно ответил я и нейтральным тоном добавил: — А по поводу заклинаний — учту на будущее.

Как-то оправдываться перед дядькой Макаром я не собирался: он присутствовал при конфликте и сам видел, кто был его инициатором, так что должен был сделать правильные выводы.

Однако не успел я допить коктейль, как в помещение вошёл ещё один пожилой ходок.

Это был крепкий старик с седыми волосами, крючковатым носом и каким-то неприятным пронзительным взглядом, который щеголял в лёгком костюме, светлой рубашке и дорогих ботинках.

— Что за крики, а драки нет? — спросил он, обращаясь к дядьке Макару, но смотрел при этом в мою сторону.

«А это что за персонаж? И почему мне кажется, что недавних гавриков ко мне подослал именно он?»

— Да так, — отмахнулся бармен, бросив на меня быстрый взгляд, но всё же ответил: — Драки не было. Просто молодёжи, как обычно, хочется проверить себя и показать свою удаль.

Старик с неприятным взглядом на это заявление лишь поцокал языком и подтвердил:

— Молодёжь, она такая. Им бы только кулаки почесать, да ещё и сделать это там, где подобного совершать не следует. Так кто, говоришь, мешает работать нашему фитобару?

— А я не говорил, — покачал головой дядька Макар, наливая одну из кружек. — Я, Леонович, если что, не такой уж и старый. В бою с молодыми волчатами покажу весь свой опыт, так что беспорядка на моей территории не будет.

— Вот и хорошо, но в любом случае знай, кому можно позвонить, — произнёс старик и, выдержав небольшую паузу, обратился ко мне:

— Значит, это вы, молодой человек, тут порядок нарушаете?

— Я лишь пью прохладительные напитки, — ответил я.

— В самом деле? — уточнил Леонович, бросив на мою чашку быстрый взгляд, и жадно втянул воздух носом. — Маг, значит? Да ещё и молодой? А не тот ли это одарённый, который недавно вступил в отряд Игната Владимировича?

Появление старика сразу после конфликта, его неприятный взгляд и информированность заставили отнестись к нему с недоверием, поэтому я спросил:

— А вы что, знаете всех новых магов секции?

— Таких примечательных и необычных? Конечно. Более того, мне также известны имена всех наших ходоков, — заметил старик и представился: — Игорь Леонович Мацавец — руководитель боевой подготовки секции.

— Значит, моё имя вы и так уже знаете, — не стал рассыпаться в любезностях я, надеясь, что подобное отношение от мелкого паренька заставит собеседника быть менее сдержанным и выдаст его, если он, конечно, всё же причастен к недавнему конфликту.

В помещении повисла неловкая пауза, а затем Леонович произнёс:

— А вы дерзкий молодой человек. Не боитесь, что я могу лично заняться вашей подготовкой?

— Насколько мне известно, у меня в наставниках и так один из самых сильных боевиков секции, а также наиболее подходящий маг, — ответил я. — Вы можете дать мне кого-то лучше? Буду рад. В ассоциацию, в первую очередь, я пришёл именно для обучения. Для меня походы за стену — это дело вторичное и уже привычное. Хотя чего уж скрывать, не менее ожидаемое. Слишком долго мы уже находимся в расположении учебного центра.

— И продолжите здесь находиться! — припечатал Леонович. — Якуб очень плохо отзывается о вашей готовности к походу за стену. Придётся продолжить тренировки.

— Ничего страшного. В любом случае когда-нибудь этот знаменательный день всё же наступит, а если нет — то с удовольствием потрачу время на занятия с весьма опытными и сильными наставниками.

Старик парировал:

— Спокойно и плодотворно можно учиться лишь в коллективе, где пользуешься определённым авторитетом и тебе никто не мешает. А подобные неприятности могут произойти, если не рассчитаешь сил и начнёшь оскорблять заслуженных ходоков, а также бросать в них боевые заклинания. Тогда на выходе можно получить совсем иной итог.

Я пожал плечами.

— Не думаю, что чьё-то негативное отношение будет слишком сильно мне мешать, а если это всё же произойдёт, то уйти из секции можно в любой момент. В мире много проклятых земель и не меньше отрядов, нуждающихся в уже опытном маге.

— Опытном? — неприятно хохотнул старик. — Может быть, с тем, кто ещё ни разу не доходил до центра проклятых земель и не знает, что такое острова некрополисов? И уж поверь, нам нужно задуматься о необходимости обучать столь наглого, дерзкого и ленивого одарённого, который не собирается выкладываться на тренировках! Магу начальных рангов достаточно часа или полутора, чтобы избавиться от излишка сил и активировать небольшой рост сил. А судя по тому, что ты здесь сегодня устроил, энергии осталось немало. Возникает справедливый вопрос: а чем ты вообще занимался на тренировке и почему наставник не смог отработать учебную программу как следует⁈ Может, задать этот вопрос Платону⁈

«Пытается запугать и сбить с мысли, заставить нервничать», — понял я, но старик, который, судя по манере поведения, привык давить, продолжил это делать.

— И это же надо было додуматься до использования заклинания огненного шара в фитобаре! Хорошо ещё, что здесь ничего не взлетело!

— Вы слишком много знаете для человека, который пришёл к разбору полётов с небольшим опозданием, — справедливо заметил я и мысленно улыбнулся. Мой план удался, вывести из себя наглого и самоуверенного старикана получилось. Он проговорился, а значит, я теперь знаю, кто мой враг.

Вот только Леонович попробовал отбить атаку.

— Новости о том, что наглый малолетка едва не устроил пожар в нашей зоне отдыха, уже давно распространилась по банному комплексу.

«Настолько быстро, что не прошло и минуты, а ты здесь уже в полной боевой готовности. Проверяешь исполнение своего поручения», — подумал я, не став говорить о том, как отношусь к информации, что огромные и звероватые мужики, не раз видевшие смерть в проклятых землях, являются самыми лучшими сплетниками в нескольких мирах и почти мгновенно передают интересные новости.

Не стал я и акцентировать внимание оторванного от рядовых бойцов старика помещении фитобара, который до его появления никогда так сильно не пустовал. И на том нюансе, что это всё явно произошло благодаря его персоне, что ещё раз подтверждает его неслучайное нахождение сейчас здесь.

— Тебе нечего ответить? — продолжил давить Леонович, когда понял, что я не собираюсь отвечать.

— А что мне говорить? — спросил я, сделав вид, что поверил ему. — Произошедшего уже не вернуть. Я правда использовал «огненный шар» для защиты. Вот только уверяю вас, если понадобится, то я повторю его вновь и вновь.

— В таком случае, молодой человек, я буду пристально следить за твоими успехами! Ты здесь учишься не просто так, а чтобы приносить пользу нашей ассоциации.

После того как Леонович ушёл, дядька Макар некоторое время смотрел ему вслед, а затем произнёс:

— Будь осторожен. Поверь, Игорь Леонович не тот человек, с которым тебе захотелось бы конфликтовать.

— Благодарю за информацию, — произнёс я, не став ему ничего доказывать. — Буду иметь в виду.

Затем, допив травяной отвар, я поблагодарил хозяина, прошёл мимо небольшой толпы недовольных ходоков, ломанувшейся в помещение, и, соблюдая меры предосторожности, направился к личной одежде и шкафчику.

«Нужно быть осторожным и ожидать удар с любой стороны. Против меня явно ведётся какая-то игра. Неужели Леонович узнал о моей принадлежности к Чародеевым и предателям крови? — подумал я и отогнал от себя эту мысль. — Если бы так, то, скорее всего, с нами бы не захотели продолжать отношения, а раз этого не происходит, то причина неприязни в другом. Вот только в чём? Может, Лёха его дальний родственник? Или я слишком молод, по его мнению, для вступления в организацию? Не знаю. Вариантов может быть много. Нужно будет позже и как-то аккуратно расспросить Егора и Женю. Вдруг они что-то знают?»

Я собирался домой и размышлял над разворачивающейся вокруг интригой и не мог знать, что с начальник службы безопасности прибыл на доклад по мне к одному из старейшин стаи оборотней, откуда уже вышло трое поникших молодых волков, едва не устроивших по своей дурости дебош в фитобаре.

«Нужно будет доложить вожаку, что разъяснительную работу с этими молодцами уже провели», — отметил безопасник и, войдя в помещение, занял предложенное место и принялся за доклад.

Стоило только его завершить, как Игорь Леонович, уже владевший данной информацией от одного из оперативников, всё же уточнил:

— Ты уверен в этом? Он точно изгой из слабого рода? Сегодня я уже с ним общался и понял, что мальчишка отнюдь не простой. Держится словно потомок великого князя инкогнито. Такое поведение из ниоткуда не берётся.

— Не сомневаюсь, — подтвердил безопасник. — Мальчишка пытается бросать пыль в глаза. Притворяется. Старается казаться лучше, чем он есть на самом деле, чтобы получить от нас максимум выгоды. По моей информации, помимо занятий магией с Платоном, он много тренируется дома, а также на полигоне ассоциации в выходные дни. Крайне целеустремлённый юноша.

— Я спросил не об этом! — более жёстким тоном произнёс старейшина, но безопасник не изменился в лице.

— Информация верна. Она поступила из трёх разных, не связанных между собой источников, которые по-своему и с небольшими дополнениями докладывали об одном и том же. Фёдор Всеславович — изгой Деевых. Четырнадцать полных лет. Бастард, но одновременно старший внук бывшего главы рода. Его отец погиб почти сразу после рождения сына, и старик, испытывающий чувство вины и ностальгии, личным решением принял ублюдка в семью. Так что парень стал бояричем и получил соответствующее воспитание.

— Что по остальным родственникам? Кто его мать? — спросил старейшина. — Сможем надавить на него через неё?

— Она скончалась при родах, — ответил безопасник. — Она была простым человеком, а плод оказался слишком большим, да ещё и неинициированным магом. По слухам, старик решил, что раз он так выпил мать, то потенциально достаточно сильный одарённый.

Староста посмотрел на безопасника с недоумением.

— Жора! Тебе сколько лет? Уже под пять десятков, а ты всё ещё в сказки веришь! От кого у молодого боярина мог родиться ребёнок? Да ещё чтобы женщина была неодарённой? Да от слуги, конечно! Ты же знаешь, что за безобразия порой в имениях аристократов творятся? И на кой главе рода в невестках вчерашняя служанка, которую пользовали все подряд? Да не нужна! Вот её по-тихому и удавили! А для остальных придумали красивую легенду, что она какая-нибудь певица или актриса.

— Актриса местного театра, — подтвердил безопасник, нахмурившись.

— Вот! — многозначительно поднял палец Игорь Леонович. — А я что говорил. Учись, пока я жив, а то так и будешь верить всему написанному. Мозги, Жора, включать нужно, мозги. Всё же ты у нас больше боевик и охранник, чем аналитик и интриган.

— Так зачем вы тогда вообще меня на эту должность тянули? — как-то обиженно спросил мужчина, и покачавший головой старейшина добавил:

— Да потому что у тебя потенциал есть, ты умеешь учиться, самокритичен, много работаешь и имеешь перспективы дорасти до нужного уровня. А остальные? Им хотя бы до тебя дорасти.

Безопасник скрыл довольную улыбку, а Леонович подумал:

«А ещё потому, что ты тупой солдафон без фантазии, которым легко манипулировать и который мне удобен».

Желая не затягивать паузу, Игорь Леонович поспешил задать следующий вопрос:

— Что стало причиной изгнания из рода? Какой-то проступок? Или всё более банально?

— Смерть покровителя, — доложил безопасник. — После похорон главы рода и, соответственно, его деда обстановка резко накалилась. Старшему внуку без защитников дали некоторое время на сборы и выпнули из имения.

— Удивительно, что вообще не убили, — заметил старейшина и уточнил: — Известно, кто инициировал в столь юном возрасте и обучил заклинаниям?

— Вариантов немного, навскидку имеется лишь один кандидат — бывший глава рода. Он явно понимал, что может произойти с беззащитным мальчишкой сразу после его смерти, и подстраховался. Возможно, таким образом он решил дать ему хоть какой-то шанс на жизнь.

Леонович посмотрел на Жору немигающим взглядом, но сказал не то, что вертелось на языке:

— А этот Всеслав? Выяснили, кто он такой? Его слуга? Наставник? Если так, то это очень странный выбор.

— Всего лишь обычный наёмник, — пожал плечами безопасник. — Он получил круглую сумму за то, что будет охранять мальчишку до его совершеннолетия, решать вопросы с органами власти и прикрывать от мелких проблем. Этим он, по сути, и занимается. Даже во время продажи металла и некротических камней предпочитает помалкивать. За стену с Фёдором тоже не ходит. Надеется, что там его угробят и можно будет закрывать контракт.

— Малец настоящая заноза в заднице. — согласился Леонович. — Не удивлюсь, если он по своему скудоумию успел настроить против себя единственного защитника. Слишком уж он наглый и самоуверенный.

На некоторое время в помещении повисла тишина, а затем старейшина уточнил:

— Какое решение по мальчишке принял Краснов?

— Пока новых вводных не поступало. Работаем, обучаем и наблюдаем. Если он окажется действительно столь хорош и талантлив, то нужно будет обязательно переманить его к нам. Подходящих вариантов, особенно из потомственных, очень мало.

— Ну, в общем, правильно, — согласился старейшина. — Нужно наблюдать за ним и изучать, чтобы не было лишних близких контактов. Кто его знает, с кем он успел познакомиться в доме Деевых. Про психологический портрет не забудь, характер у мальца ещё тот. Как бы он нам полстаи не перебил за то, что его обратили. Сам знаешь, от подобных перспектив порой ломались и более стойкие.

— Понятное дело, — кивнул безопасник. — Но в этом вопросе уже всё давно отработано. Дождёмся, когда он получит смертельно опасные ранения, ну или правильно подстроим ситуацию, чтобы ещё и целебные зелья ему особо не помогали и медики были далеко, а затем предложим альтернативу смерти. Уверен, он, как и остальные, ухватится за предложенный шанс. Никому не хочется умирать, тем более молодым. Когда ими не сделано и десятой доли из запланированного. Он нам после этого ещё и благодарен окажется.

— К такому характеру ещё и силу оборотня, — рассмеялся Леонович. — Он нам тут массовые побоища устроит, если не научить подчиняться.

— Это вы про инцидент на учебном поле? — уточнил безопасник. — Здесь скорее вина самого Алексея, а также командира его отряда. Мальчишка на удивление долго держался.

— Держался? — фыркнул Леонович. — Молокосос? Щенок недоделанный? Который не из стаи? И даже не один из нас? Да он вообще должен был молчать в тряпочку, а если уж открыл рот, то и получить обязан был от всех. Какой он пример подаёт подмастерьям? Чему учит? Ты об этом думал?

Безопасник промолчал, а Леонович со злостью в голосе продолжил:

— Мне плевать, кто прав, а кто виноват! Если бьют одного из нас — значит, атакована вся стая! И ответ должен быть соответствующим! Ну ничего! Я научу этих уродов родину любить! Яков уже отправился туда, а скоро появятся его волчата и наведут шороху! Они всё ещё не единожды пожалеют о главных принципах оборотней! Хорошо ещё не всё у нас мозги отсушили. Есть те, кто готов встать на защиту стаи!

— Это вы про инцидент в фитобаре? — уточнил безопасник.

— А про что ещё? — откинулся на спинку стула Леонович. — Сделали они, правда, всё топорно и при свидетелях, да ещё и чуть не сожгли фитобар, но всё равно молодцы.

Безопасник вновь промолчал, и старейшина атаковал уже его:

— А ты скажи мне, как у нас обстоят дела с занятиями по магии. Чтобы маг прогрессировал, нужно выжимать его досуха! Платон что, с ним вообще никак не занимается? И почему никто не задаёт ему неудобные вопросы? А⁈

— Работает, и судя по звукам, плодотворно, — поспешил ответить мужчина, — но подробности мне неизвестны.

— Так разберись! — припечатал ладонью по столу Леонович. — Пообщайся с этим наставником-весельчаком и сделай это прямо сейчас! А потом, как закончишь, отправь его ко мне. Тоже скажу пару ласковых!

На следующий день мой обычный весёлый и позитивный наставник магии оказался на удивление раздражённым и сосредоточенным на работе. Нет, он и до этого не халтурил с моим обучением, однако всё же позволял себе не всегда понятные шутки, смешки и отсылки на ходоков ассоциации. Сегодня этого не было и в помине. К тому же он сразу задал настолько высокий темп тренировки, что мне пришлось изрядно потрудиться, раз за разом поражая сразу несколько движущихся с разной скоростью целей.

На вопросы о своём изменившемся настроении и подходе к работе Платон ничего не отвечал и даже не отшучивался по данному поводу. Это было совсем на него не похоже. Из чего я мог сделать только один вывод: Игорь Леонович продолжает свою интригу и имел вчера неприятный разговор с моим личным наставником.

Почему именно на него я и подумал? Да всё из-за вчерашней встречи. После возвращения домой я долго размышлял по поводу произошедшего в фитобаре; о конфликте, возникшем у меня со здоровяком Лёхой и его товарищами; о том, что появление влиятельного общинника и разговор со мной должен был стать свидетельством посторонним о разрешении возникших противоречий. Вот только на практике всё получилось по-иному. Вместо решения конфликта Леонович прикрыл своих людей от Краснова и Ратмира Богдановича. Того авторитетного ходока, который присутствовал при приёме меня в ассоциацию, а может, и ещё от кого-то.

Так что сегодняшнее изменение в поведении Платона я тоже приписываю крючковатому носу вчерашнего знакомца.

Не знаю почему, но ему для чего-то было нужно настроить против меня ходоков ассоциации. Может, чтобы меня больше не считали спасителем многих бойцов отряда, а стали воспринимать как наглого, конфликтного мальчишку, которого учить и учить. Чтобы меня без лишних сантиментов ставили на место и заставляли полноценно работать в команде. Всё же я, несмотря на дисциплинированность и, в общем-то, смирное поведение, изредка позволяю вести себя не как подмастерье, рядовые ходоки и даже маги.

Так что конфликт должен был заставить меня стать более внимательным и осмотрительным, а тумаки от молодых мужчин, да ещё и обычных бойцов, снизить вес моего небольшого авторитета. Ведь если могут легко побить одни, то почему это не позволено другим? Да и после такого я точно должен был бы заткнуться и молча выполнять все распоряжения командира. Слабые права не качают.

Вот только ситуация пошла не по плану. Я изначально оставлял у себя после занятий с Платоном некоторое количество магической энергии, чтобы не остаться полностью беззащитным, и вчера это позволило остановить нападающих. Хотя, подозреваю, что неверно выбранное ими место конфликта тоже сыграло свою роль. Они-то явно шли просто припугнуть ослабленного и замученного мальчишку, и, в принципе, с подростком подобное могло бы сработать. Но всё пошло не по плану. С другой стороны, произойди стычка где-нибудь в другом месте, где ходоки имели бы защитные амулеты и доспехи, то они бы точно пошли на обострение.

Из этого всего следует, что, потерпев неудачу по понятным причинам, мой противник сделал работу над ошибками и решил лишить меня главного оружия, накрутив хвост наставнику по магии. Значит, в скором времени, когда Леонович убедится, что сил у меня стало в разы меньше после усиленных занятий, можно ждать очередного конфликта.

Несмотря на понимание ситуации, работал я ответственно. Как и всегда. Поэтому почти к концу занятия Платон всё же стал понемногу оттаивать.

— Неплохо, — констатировал наставник. — Сегодня ты большой молодец, однако три мишени из последнего десятка поразил, по большей части, случайно.

— Не согласен, — возразил я. — Вернее было бы сказать, что со второй попытки. Всё же вероятные противники двигались в рваном темпе. И раньше ты мне их не показывал.

— Ещё бы! — хохотнул маг. — Чтобы мы делали, знай ты все возможные сценарии атак? Да заскучали бы уже давно! Не ждёшь же ты, что нежить за стеной будет медленно дефилировать мимо тебя на удобной для атаки дистанции, дожидаясь, пока в неё прилетит боевое заклинание?

— Я ничего не жду. Работаю добросовестно. А то, что не попал с первого раза по разным мишеням, да ещё в двигающимся по-новому, не страшно. Главное, что всех их всё же поразил.

— Хочу посмотреть, когда не с первого раза убитый лучник засадит в тебя несколько стрел, — ответил Платон. — Так что завтра, послезавтра и в остальные дни продолжим работать в новом темпе и станем тренироваться гораздо усерднее. Маг прогрессирует лишь после того, как его выжмут до дна.

«А вот и очередной звоночек», — понял я и уточнил:

— Этому процессу есть научное обоснование? Или ты где-то услышал красивую фразу и сейчас транслируешь её мне?

— «Транслируешь»? Ты где таких слов-то понабрался? — хохотнул Платон уже более расслабленно. — Вообще-то это уже доказанный процесс. А кто-то даже защищал диплом по теме «Исчерпание магической энергии как ключевой фактор увеличения источника одарённого». Так что и не думай отлынивать, работать будем серьёзно. Твои возможности я уже знаю. Силу заклинаний мы с тобою улучшили, точность подняли и даже структуру конструктов несколько скорректировали! Теперь остаётся только отработка заклинаний в ситуациях, приближённых к боевым, увеличение ёмкости ядра, ну и обучение среднему огненному шару. Что-то мы на нём как-то сильно задержались. Как считаешь?

— Задержались? — теперь уже пришло время удивляться мне. — Хочешь сказать, что ты сам выучил его гораздо быстрее? Или кто-то из известных тебе магов? Да ещё и после сокращения учебного времени?

Платон спокойно ответил:

— Я — нет, зато одна птичка мне нашептала, что помимо наших тренировок мой ученик в выходные занимается на полигоне ассоциации и грохот там изредка стоит такой, словно он много экспериментирует с достаточно сильным заклинанием.

— Это не должно было быть громко, — усмехнулся я, ничуть не удивлённый новостью о слежке.

— Но было. Поэтому предлагаю отрабатывать новое заклинание вместе с наставником. Я буду следить за процессом и делать подсказки в освоении. Всё же, если ты обучишься подобному, то это автоматически поднимет выживаемость всего твоего отряда.

— Да понял я, понял, ты с меня не слезешь, — произнёс я, улыбнувшись. — Поэтому завтра покажу тебе то, чему научился. Сегодня, прости, сил уже не осталось.

Платон задумался.

— По моим прикидкам, ещё на два десятка «огненных шаров» тебя должно было хватить.

— Меньше, — соврал я. — Да и то, не забыл ли ты, что у меня сейчас запланированы и тренировки с отрядом? Если я выдохнусь здесь, приду бледный и усталый, то сначала Яков убьёт меня, а потом и тебя.

— Пусть только попробует, — фыркнул Платон, окончательно расслабляясь. — Тогда я покажу ему, что такое круговая огненная защита. Его седую аккуратную причёску уже давно нужно подправить. Аж бесит иногда.

— А ты такое умеешь? — заинтересовался я.

— Я много чего умею, — ответил маг довольным тоном. — Однако тебе об этом думать рано. Освой, для начала, хотя бы «средний огненный шар». Это уже будет очень-очень немало. Поверь мне. А теперь, раз мы определились, что твоего наставника по клинку я не боюсь, давай-ка ещё раз отработаем одиннадцатое упражнение.

— Нет, — ответил я. — Уже же говорил, сил почти не осталось, — и, прежде чем нахмурившийся Платон хоть что-то произнёс, добавил: — Давай лучше я на остатках сил всё же покажу тебе свой вариант «среднего огненного шара» и то, как именно его создаю.

Предложение наставнику по магии явно не понравился, но я упёрся рогом, и ему ничего не оставалось, как согласиться. Вот только осадочек от нашего первого конфликта, как подозреваю, сохранится надолго.

«Вот такими мелкими шагами Леонович и добьётся своей цели», — думал я, спеша на занятия к Якову, где меня с подмастерьями ожидали второй наставник и знакомый старик-целитель.

К слову, на улице вот уже некоторое время был значительный минус, повсюду лежали горы снега, и тренироваться в подобных условиях было не очень-то и комфортно. Однако, помимо меня, данный вопрос, по-видимому, никого не интересовал. Все присутствовавшие были одеты лишь в тонкие кителя, поверх которых находились латы и другая защита. Пришлось следовать их примеру, снимать куртку, экипироваться и брать в руки учебное оружие.

«Нет, ну они дают, конечно! Холодрыга ведь такая! — передёрнув плечами, подумал я, когда посмотрел на ничуть не замёрзнувших Егора с Женей. — Их что, с младенчества закаляют?»

— Что-то не вижу радости на ваших лицах! — прервал мои мысли Яков и атаковал нас без команды.

Мы ожидали чего-то подобного и даже попробовали отреагировать, блокируя и уводя клинок наставника, однако он резко ускорился, нанёс несколько сильных ударов, и наша тройка оказалась на утоптанном снегу.

— Ходок всегда должен быть готов к неожиданной атаке! Молодцы! Сегодня не зевали! Вот только над скоростью необходимо поработать! — наставительным тоном произнёс наставник и вновь атаковал нас.

Как и в первый день, он сначала отделал нас всех вместе. Правда, справедливости ради, старался не слишком-то и ускоряться. Двигался лишь чуть быстрее меня, однако даже этого опытному элитному бойцу хватало, чтобы продемонстрировать своё превосходство.

Сражаясь вместе, мы старались прикрывать друг друга, учились работать сообща и часто атаковали, правда, вновь и вновь пропуская удары. Долго так продолжаться не могло, поэтому нас тоже изредка ожидала удача, особенно в те моменты, когда во мне просыпалась память Фёдора Меченого и я вспоминал всё новые и новые комбинации ударов.

За такие локальные успехи наставник тут же нас избивал, оставаясь примерно на той же скорости. Это злило. Я не понимал, как он при таких вводных может быть настолько сильнее.

Кроме того, сколько ни размышлял, но так и не понял методику тренировки Якова. Бей сильнее, оскорбляй, заставляй прогрессировать, лечи и всё повторяй заново? Для меня подобный подход был какой-то дикостью. Казалось, что для достижения поставленных целей можно работать и по-иному. Хотя, вынужден признать, что благодаря этим тренировкам я гораздо лучше узнал пределы собственного организма, повысил реакцию, понимание боя с превосходящим по силе противником, а также разработал несколько рабочих тактик противодействия, что в будущем, возможно, спасёт мне жизнь.

После действий в тройке, когда наставник показывал свою силу и тот уровень, к которому необходимо стремиться, мы переходили на одиночные занятия. Первым он, как и всегда, избивал меня, раз за разом нанося чувствительные болезненные удары.

Я честно сопротивлялся. Плотно стискивал зубы и мысленно материл его всеми грязными словами, а также старался зацепить, чтобы не превращать занятие в его феерию. Так длилось до тех пор, пока я не терял сознание после очередного сильного удара. Затем наставник брался за подмастерьев, а целитель накладывал на меня руки, исцелял, и всё повторялось по кругу.

В подобном напряжённом ритме мы работали следующие две недели. За это время я гораздо лучше научился понимать рисунок сражения, пробудил больше воспоминаний Фёдора Меченого о работе с клинком и, казалось, стал чаще заставлять Якова защищаться. Несмотря на это, новостей о покидании расположения учебного центра нашим отрядом не появлялось. Сбылась угроза Игоря Леоновича. Он намеренно задерживал отряд, не позволяя ему отправляться за стену за добычей, аргументируя это слабой подготовкой мага и подмастерьев.

Это сделало обстановку в подразделении несколько более напряжённой, однако во что-то большее она не переросла. Кроме того, в центре подготовки на меня тоже никто и не думал нападать. Да, неприятных взглядов стало несколько больше, однако того, чего я опасался, не происходило. Враги затаились.

«Не стоит расслабляться, — сам себя настраивал я. — Они выжидают, хотят, чтобы я расслабился, а затем планируют нанести неожиданный удар».

— Фёдор, а ты что это задумался? — позвал меня Яков, отвлекая от неприятных мыслей. — Иди ко мне. Твоя очередь.

Тяжело вздохнув, я встряхнул уже восстановленными целителем руками, собрался с мыслями, подхватил учебный клинок и приготовился к бою.

Посторонние мысли при этом постарался откинуть: последнее время предпочитал в сражениях с Яковом сосредотачиваться лишь на нём и его ударах. Так получалось пребывать в некотором странном пограничном состоянии. Лучше реагировать на атаки, находить бреши в защите наставника и вообще держаться дольше обычного. Кроме того, в такие моменты я не искал ответов на вопросы, кто же я такой на самом деле, и работал так, словно всё это время был Фёдором Меченым, сражающимся с противником не на жизнь, а на смерть.

Также всё происходило и сегодня. Яков атаковал, а я защищался, пропуская болезненные удары и изредка переходя в наступление. Наставник уже давно понял, что уровень моих сил гораздо выше остальных, а также помнил про внезапные озарения, поэтому держался чуть настороже, успевая резко ускориться и нет-нет отбить очередной успешный удар. Однако сегодня всё пошло не совсем по плану. Я явно держался дольше обычного, старался отгородиться от волнами накатывающей боли и ещё больше сконцентрировался лишь на сражении, желая отрешиться от мешающих ощущений, и в какой-то момент заметил, что наставник как-то сильно открылся и слишком замедлился.

«Сейчас!» — мелькнула в голове мысль, и я взорвался градом ударов, заставивших наставника резко ускориться, отскочить назад и перейти в глухую оборону. Вот только позволять ему отступить я был не намерен и, сократив дистанцию, продолжил атаковать.

Яков отбивался, как-то странно поглядывая на меня, а я всё наращивал и наращивал темп, пока в какой-то момент ногу не скрутило судорогой, а следом за этим прошла цепная реакция по телу и неприятные импульсы распространились, казалось, по всем мышцам.

— Какого?.. — прохрипел я и рухнул на землю, словно подкошенный.

— Что с ним⁈ — воскликнул Женя непонимающе, а Яков, вместо ответа на вопрос, остановил целителя: — Стой, не помогай. Он должен побыть в таком состоянии хотя бы с десяток минут, чтобы организм привык к нагрузке и в следующий раз продержался чуть дольше.

— Что произошло⁈ — с трудом разжав стиснутые зубы, прохрипел я, переживая, казалось бы, самые отвратительные ощущения в этой жизни. — Что со мной⁈

— Не уверен, — огорошил меня наставник, потерев кончик носа указательным пальцем. — Если всё так, как мне показалось, то ты каким-то образом вошёл в состояние лада.

— Чего? Какая ещё Лада? — переспросил я. В голове возникла лишь ассоциация с маркой автомобиля.

— Лада. Ладование. Гармония. Равновесие, — произнёс наставник, чуть нахмурившись.

— Состояние, когда с головой всё в ладах, — пояснил старик-целитель и захихикал.

— Скорее, когда воин внутри себя спокоен и безмятежен. Он знает себя и свои силы. Полностью сосредоточен на сражении, — окинул меня внимательным взглядом Яков. — Возможно я и ошибаюсь и это было не проявление данного состояния. Может быть, приближение к нему или что-то подобное. Или лишь временное просветление. Вспомни, что ощущал. Это очень важно.

— Не знаю, — просипел я, напрягая память. — Мы сражались как обычно. Я постоянно пропускал удары, злился, всё тело ныло и болело, но я, как и всегда, старался сосредоточиться на бое и отрешиться от неприятных ощущений. Вскоре мне показалось, что вы как-то сильно раскрылись, и я атаковал. Потом попытался достать ещё несколько раз, пока не свалился без сил.

— Ты был близок к этому, — попытался замотивировать меня наставник, а Егор с восхищением в голосе произнёс:

— На какое-то время вы словно размазались в воздухе и стали двигаться как два вихря, а затем ты вдруг замер, и всё закончилось.

— Всё дело в его слабости! — пояснил довольный собой целитель. — Мозги созрели, а тело дохляка не позволяет использовать возможности по максимуму.

— Согласен, — прохрипел я. — Может, тогда хоть немного поможете дохляку?

— Нет уж. Я лучше с удовольствием посмотрю, как ты корчишься от боли. Тем более Яков сказал, что ты должен терпеть, — хохотнул старик и обратился к наставнику: — Мне кажется, ты слишком переоцениваешь мальца. Ну подумаешь, стал он на некоторое время чуть быстрее, и что? Может, состояние лада здесь вовсе ни при чём? Вдруг какая-то скрытая способность его рода? А ты уже посчитал, что перед тобой будущий великий воин.

— Да ничего я не считал, — отмахнулся Яков. — Просто удивился мальчишке, который в столь юном возрасте, пусть даже случайно, но как-то вошёл в состояние лада или близкое к нему.

— Своё мнение я тебе озвучил, — пожал плечами старик-целитель, а после того как он всё же поставил меня на ноги, мы продолжили работать в прежнем ритме. Правда, Яков надеялся, что я смогу вновь войти в состояние лада, однако больше в этот день у меня ничего существенного не получилось. Видимо, был слишком истощён.

После занятий всё пошло своим чередом, мы привели себя в порядок, пообедали в столовой и вместе с парнями направились на стоянку, где дорогу нам перегородило пятеро ходоков, трое из которых были знакомы по недавнему конфликту.

— Ну вот и свиделись, маг! — произнёс старший из них и без лишних слов резко сократил дистанцию, чтобы ударить меня кулаком в лицо.

От неприятной травмы меня спас защитный амулет, однако яркость вспыхнувшего поля отчётливо указывала, что долго он не протянет. Не успел боец ударить меня повторно, как ему в грудь влетел яркий «огненный шар», отправивший его в недалёкий полёт.

От второго удара противника закрыла пара его товарищей с аналогичными защитными амулетами.

— Эй, вы что творите⁈ — крикнул Егор, но тут же пропустил несколько чувствительных ударов от одного из незнакомых ходоков, которые взяли на себя подмастерьев.

— Заткнитесь, а то вы тоже получите! — рявкнул старший из-за спины прикрывавших его бойцов и, насмешливо посмотрев на меня, добавил: — Теперь магия тебе не поможет! У нас есть защита! Сразу со всеми ты не справишься! Не успеешь!

— То-то я смотрю, ты за чужими спинами прячешься, — усмехнулся я, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках укрытия или помощи. Ходок оказался прав, всех сразу победить я не смогу, кто-то обязательно меня достанет, а этого мне бы не хотелось, да и сил осталось мало.

— А ты зачем тогда отступаешь? — заметил мой манёвр старший, и бойцы стали расходиться в стороны, желая взять меня в условное окружение и не позволить сбежать к столовой, где сейчас находилось много воинов, в том числе и из нашего отряда.

— А пусть бежит! Как заяц! — воскликнул один из бойцов. — Посмотрим, на сколько его хватит!

— Да я и не думал сбегать! — ответил я, продолжая отходить назад, и, сфокусировавшись на артефакте-ремешке, достал из него подаренный Красновым магический жезл, усиливающий удар заклинания, который можно использовать вместо увесистой дубины.

Бойцы на несколько мгновений приготовились к бою, ожидая, что я решу тут же воспользоваться оружием, а я корил себя за то, что не взял вместо жезла пистолет, который в данном противостоянии был бы куда уместнее.

— Хорошо, что достал свою железяку, — вновь подал голос лидер. — Мы как раз думали, что тебе в одно место засунуть!

Слова, несмотря на ситуацию, заставили улыбнуться.

— А у вашей компании, я вижу, шутки только на одну тему. Вы бы к психологу сходили или ориентацию сменили. Ассоциация истребителей не место для извращенцев!

— Сейчас мы покажем тебе… — разозлился старший, собравшись броситься на меня, но вместо атаки я сформировал «огненный шар» и заставил его повиснуть над капотом даже на первый взгляд респектабельного и дорогого автомобиля.

— Эй! Ты чего это⁈ — в ужасе воскликнул один из ходоков, и я отметил, что замерли все, в том числе и Егор с Женей.

— Да вот интересно стало, — произнёс я, — что будет, если мой «огненный шар» вдруг попадёт в такой автомобиль? Он взорвётся подпалив остальные? Или прожжёт верхний слой, чтобы оплавить двигатель и другие системы? А может, машина просто загорится? Вы случайно не знаете?

— Ты что творишь⁈ — рыкнул боец, блокирующий Егора. — Совсем охренел? Это же машина Лешего! Да он с нас всех шкуры снимет! Даже вопрос не задаст!

— Так это же просто замечательно! — воскликнул я, понимая, что мой план неожиданно удался. — А этот Леший, случайно, не тот командир, который на днях переломал ноги сразу троим своим подчинённым? Слышал недавно столь интересную историю. А рядом, случайно, стоит не машина его мага? Он вроде как очень вспыльчивый человек! Его «огненные шары» гораздо сильнее моих!

— А ты попробуй спали! — сказал старший пятёрки нейтральным тоном. — С удовольствием посмотрим, как тебя за это порежут на лоскуты!

— А почему бы и нет? — спросил я, опуская шар ниже. — Без этого вы навалитесь на меня толпой попробуете сделать отбивную, а с моим трюком нам всем достанется одинаково. Вам, уверен, даже больше, чем мне. А меня пожалеют из-за малолетства, ну или из-за нахождения в медицинской палате.

— Да нужен ты нам! — процедил старший и уже более спокойным тоном добавил: — Пойдём, мужики, оставим этого слабака. Думаю, урок он усвоил и понял, что здесь ему не родовое поместье, мамкиной юбки нет и что в ассоциации истребителей нежити нужно слушать командиров отрядов и уважать старших бойцов. Ну а если задачу он не усвоит, то эту встречу можно повторить в более уединённом месте!

— Там, где нет чужих машин! — подсказал ему я и спрятал жезл в артефакт.

Старший заскрежетал зубами, но нашёл в себе силы фыркнуть и молча уйти, а следом за ним потянулась и четвёрка бойцов. Ко мне же в это время подошли поникшие подмастерья.

— Ты это… — отвёл Егор глаза в сторону. — Не подумай ничего, но мы бы этих здоровяков просто не прошли. Сам видел, какие они.

— Не прошли, — согласился я, а затем жёстко добавил: — Вот только вы даже не попытались! Даже не попробовали прикрыть мага отряда! А что будет в проклятых землях? Тоже против рыцарей смерти не пойдёте⁈ А⁈

— Это другое! — нахмурился парень, подняв на меня напряжённый взгляд.

— Это приказ оберегать отрядного мага! — отрезал я. — Кажется, именно это вам велел Игнат Владимирович после моей предыдущей стычки?

— Да не смогли бы мы к тебе пробиться! — горячо произнёс Женя. — Это же взрослые ходоки! Они уже в силу вошли! Да и ты сам со всем справился!

— И что с того? — перебил его я. — Напомнить, кто твой наставник? Кто учит тебя сражаться против превосходящих по силам противников?

Женя некоторое время уверенно смотрел мне в глаза, желая доказать правоту, а затем тоже опустил голову вслед за Егором.

Я же, выдержав долгую паузу, отчеканил:

— Чтобы подобное было в первый и последний раз! А пока, чтобы загладить вину, назовите мне имена этих уродов и где их можно найти. Хочу с ними обстоятельно побеседовать.

Евген приехал в учебный центр без настроения. Вчерашняя выволочка от старейшины отзывалась болью по всему телу, вызывала ярость и заставляла сжимать мощные кулаки.

«Попадись ты мне сейчас, маленький ублюдок, и я тебя на куски порву!» — думал молодой мужчина, мечтая встретить слишком удачливого мага. Он не мог сбросить раздражение на старого опытного оборотня, и поэтому виновником в своих бедах считал Фёдора Деева.

В глубине души он понимал, что в чём-то Игорь Леонович прав. Он сам виноват, что немного не доработал и не лучшим образом выбрал место встречи, да и диалог с магом тоже можно было построить по-другому, не позволяя мальчишке выставить его дураком. Но всё же стоит также заметить, что Игорь Леонович сам велел действовать тихо, без лишнего внимания, и не посвящать друзей в суть задания, а выставить всё собственной инициативой. Будто Евген желает поставить зарвавшегося мальчишку на место.

В принципе, он действительно был не против. Молодого мужчину раздражала щуплая детская фигурка, его человеческий запах, принадлежность к боярскому сословию и надменность, с которой новичок позволял вести себя в бане и столовой. Словно он пуп земли и спаситель общины! Хотя сам всего лишь оказался в нужное время в нужном месте, и просто помог нескольким ходокам, и там же атаковал ослабленного после многочасового боя Лёху. Да, только за это одно мальчишку нужно было порвать. К сожалению, выставлять свою нелюбовь напоказ было не рекомендовано, как и подкарауливать мага, поэтому сам старейшина подсказал, где можно его встретить с минимумом лишних глаз, и поговорить.

Получилось действительно удачно. Посторонних в фитобаре, помимо дядьки Макара, и не было, а малец потягивал отвар для одарённых. И всё вроде как должно было пойти как надо. Трое здоровенных ходоков должны были смутить и запугать уставшего после тренировок и опустошённого мага, вот только он не испугался. Оказался остр на язык, а затем, и сформировал «огненный шар», заставляя вмешаться ответственного за фитобар, почему-то вставшего на сторону мага.

Против кого-то другого Евген с парнями выступил бы не задумываясь, отстаивая своё мнение и желание поставить наглеца на место, но дядька Макар был не только уважаемым членом общины, но и весьма сильным старым оборотнем с внушительным списком побед в дуэльных поединках, поэтому они предпочли отступить. Благо, хоть Игорь Леонович тогда контролировал ситуацию и сумел их прикрыть.

А вот вторая неудача произошла по вине самого Евгена. Хотя при подготовке он считал, что выбрал идеальное место для встречи, с наименьшим количеством посторонних, и неплохо всё продумал. Старейшина, к слову, и тут не оплошал, заставляя наставников мага выпивать его силы досуха. Даже балагур Платон, и то на время перестал глупо шутить и ходить с приклеенной улыбкой.

Следом за этим у мальчишки шла тренировка Якова, который вообще никогда никого не щадил, избивая своих учеников по чем зря, и заставляя их выкладываться на полную. Вот только трогать его после этого Евген не собирался. Он ждал, пока малец сходит в баню, фитобар и столовую, а затем расслабленный двинется на парковку, и именно там его и перехватят, чтобы поговорить по-мужски, без лишних глаз.

Желая повысить шансы, Евген позвал с собой ещё двоих друзей для прикрытия, и каждому выдал по неплохому защитному амулету, выдерживающему по несколько попаданий слабых заклинаний. Не густо, но для много возомнившего о себе мальчишки должно было хватить. Евген не хотел повторения ситуации.

И всё поначалу шло как по маслу: двоих подмастерьев из отряда Игната перехватили пара парней, и те не смели рыпнуться, а вот маг вновь удивил не только наличием защитного амулета и достаточно грозного боевого жезла, но и тем, что оказался абсолютно безбашенным, пообещав устроить на парковке погром и спалить машины Лешего, его мага, а заодно ещё пару автомобилей авторитетных ходоков. Мысленно представив итоги погрома, Евген ощутил, как волосы на теле встают дыбом, но никак не показал своего волнения, и возможно, что угроза так и осталась бы невыполненной, но кое-кто из друзей не сумел сдержать язык, и мальчишка понял, что выиграл…

Потом пришлось выдать говоруну несколько унизительных подзатыльников. Ведь же надо было додуматься — рассказать наглому ублюдку о том, кому именно принадлежат автомобили, на которые тот нацелился, и сорвать операцию! Ведь он действительно был почти без сил! Несколько ударов, и «магический щит» разлетелся бы словно скорлупа гнилого ореха! Он же пошёл на угрозы от отчаяния, потому как иного выхода просто не было. И кое в чём мальчишка всё же оказался прав: по малолетству его вряд ли бы тронули всерьёз, а, может быть, за него сам вожак заступился, не зря же он его потянул в секцию в столь юном возрасте. А вот самому Евгену с парнями уйти бы от ответственности не удалось, и всем бы было плевать, что машины пожёг маг.

Это ещё хорошо, что Евген не настолько глуп, и сумел достойно выйти из положения, не потеряв лица, и не дав мальчишке психануть, спалив пол-парковки.

Вот только Игорь Леонович с таким выводом не согласился: после словесного унижения он несколько раз в гневе прошёлся длинными когтями по телу Евгена, оставляя на нём рваные, плохо заживающие раны, которые не спешили затягиваться даже при помощи зелий регенерации.

Размышляя над этим, Евген добрался до небольшой беседки и увидел четвёрку ожидавших его друзей, с которыми вчера они поставили на место наглого мага, пригрозив ему возможными суровыми последствиями.

«Да, именно так, — подумал он, с силой сжимая кулаки. — Что бы там ни говорил старейшина, но мы показали мальцу его место. Теперь он понимает, чего стоит, и что будет, попробуй он поставить себя выше других. После встряски он затаится, и трижды подумает, прежде чем лишний раз нервировать ходоков».

Обменявшись рукопожатиями и коротко переговорив, пятёрка двинулась к своему учебному полю вместе с десятком таких же групп. Вот только едва они преодолели треть пути, как из-за дерева расслабленной походкой вышел вчерашний маг — с боевым жезлом в одной руке и пистолетом в другой. Он нагло перекрыл дорогу и осмотрел их небольшой отряд.

— Отлично. Вся пятёрка в сборе, не придётся отлавливать вас по всему центру, — произнёс он и добавил: — Пистолет, пожалуй, спрячу, с ним будет совсем неспортивно. А жезл… — набалдашник засветился слабым зеленоватым цветом, — … думаю, он придётся в самый раз.

— Да ты охренел⁈ Тебе, ублюдок, вчера мало было? Пришёл угрожать? Да я тебя…— наконец отмер Евген, осознав, что наглец не только не понял вчерашний намёк, но и пришёл, чтобы справиться с ними. От осознания произошедшего внутри поднялась такая тёмная волна ярости, что неконтролирующий себя мужчина с рыком прыгнул к мальчишке. Вот только с мощного навершия его, засиявшего зелёным жезла, сорвался небольшой огненный шар, который сдетонировал прямо перед лицом ходока, отбрасывая тело далеко назад, и обжигая незащищённую кожу живота, груди и шеи.

Евген закричал от резкой неприятной боли, и ощутил, как горят его китель, майка и тугая повязка, а на коже расползаются страшные ожоги.

— Стой, урод! Ты что творишь⁈ — выкрикнул кто-то, и на мага бросились ещё трое ходоков, вот только тот особо не раздумывал, и в сторону противников полетели ещё три «огненных шара».

— А ведь действительно удобная штука! — расслышал Евген ненавистный голос, а затем три взрыва ударили по ушам.

Вот только на одном из нападавших оказался амулет, защитивший того от ударной волны и ожогов. Ходок рванул к противнику, но тот остановил его неожиданно сильным прямым ногой в живот, окончательно разрушившим защиту, а следом за ним в лицо прилетели хорошо отработанные удары массивным железным навершием, а затем и коленом в подбородок, заставившие ходока выплюнуть с кровью сразу несколько зубов.

Мальчишка по неопытности решил, что этого хватит, однако оборотень, притворявшийся человеком, лишь встряхнул головой.

— Тебе же хуже, стойкий ты наш — выдохнул малец, и очередной «шар» отправил ходока в полёт.

Пришедший в себя Евген сам не заметил, как оказался на ногах, и как на максимальной скорости бросился к магу вместе с последним из оставшихся в сознании друзей.

С нечленораздельным рыком они прыгнули на противника, но тот вновь выпустил ненавистные «огненные шары», а затем догнал Евгена, впечатал прямой удар ногой точно в ожог, а потом обрушил пару ударов жезлом на правую руку ходока, ломая её.

— Подарок на память! — произнёс мальчишка холодным тоном. — Попробуешь замахнуться на меня другой рукой, и я сломаю и её. Усвоил?

— Порву! — прорычал Евген, и по его лицу словно бы прошлась рябь. Он вздрогнул, попытался встать, но тут чей-то злой голос рявкнул.

— Какого хрена здесь творится⁈ Вы что тут? Белены объелись⁈

Мгновение, и рядом с ходоком возник здоровенный мужик с длинными волосами и грубыми чертами лица, который мощным ударом ноги отправивший в небольшой полёт, а затем попытался достать также и мелкого мага, однако того прикрыл щит.

— Я спросил, какого хрена тут происходит⁈ — навис высокий ходок над мальчишкой. — Ты что, оглох, что ли?

— Я прекрасно вас слышу! — холодно ответил молодой маг с жезлом в руке.

— Так отвечай, как это положено!

— О произошедшем я буду докладывать лишь своему командованию! — отрезал малец, глядя на здоровяка ледяными глазами.

Ответ здоровяку явно не понравился. Его резкий прямой удар ногой в щит отбросил наглого мага на несколько метров назад, но тот каким-то чудом не только устоял, но и сумел сохранить защиту.

— Этот — ткнул он пальцем в Евгена — уже пробовал на меня напасть. — За это я сломал ему руку. Ещё раз попробуете ударить меня, и тоже случиться с вашей ногой? Всё понятно?

Здоровяк опешил, затем побагровел от гнева, и уже готов был разорвать наглеца, но к месту стычки подтянулись ходоки из других отрядов, и драку удалось остановить. Рядом стал и Платон, который с интересом разглядывал насупленного, готового к бою ученика, командира отряда Лешего, а также пятёрку поверженных противников, часть которых уже с трудом вставала на ноги.

— И почему они ещё живы? — поинтересовался маг в наступившей тишине. — По моим расчётам, твои заклинания должны были не только пробить защиту или разорвать их, но и превратить часть внутренностей в хорошо прожаренный кусок мяса.

— Я максимально ослабил заряды, и взрывал их на подлёте. Моя задача состояла в том, чтобы вывести противника из строя ударной волной, а не убить.

— Хитро! — протянул Платон, но его перебил здоровяк.

— Вы, маги, совсем посходили с ума⁈ Что здесь, мать твою, происходит? Платон, почему твой ученик едва не отправил на тот свет пятерых бойцов? Вам заняться, блин, нечем? Забыли, где полигон? А⁈

— Понятия не имею, — поднял на него спокойный взгляд Платон. — Я подошёл, вижу побитую пятёрку, своего ученика над ними и тебя, Леший, который его чуть не угробил коронным ударом. Вот и решил вмешаться. Так что, я точно так же ничего не знаю, как и ты.

Взгляд наставника остановился на ученике.

— Фёдор, может, ты расскажешь, что здесь произошло?

— Учебный спарринг, — ответил мальчишка, непонятно куда спрятав жезл. — Вчера, как и некоторое время назад, они решили подкараулить меня после тренировок и проверить, насколько я силён. Вот только у меня не было настроения играть с ними в поддавки, а сегодня я восстановился и решил предметно поговорить. Вот только что-то эти наглые уроды, которые вчера бросались на меня и поливали грязью, сегодня растеряли всё своё красноречие.

— Да кто тебя караулил⁈ — со злостью подал голос один из ходоков. — Просто встретили случайно и хотели напомнить, что ты тут гость, а не хозяин! А то возомнил себя выше гор, раз выпер Лёху из отряда!

— Именно! Хотели перекинуться парой слов, чтобы ты вёл себя достойно, — рыкнул Евген, баюкая сломанную руку. — А он подкараулил и напал! И вместо того, чтобы поставить его на место, вы ещё с ним, и разговоры…

— Заткнись, когда старшие разговаривают! — прорычал Леший, который ещё не знал, что его машина вчера была под угрозой. — Урод, блин! Штопаный! Что? Поставили мага на место? Поговорили? Пфу! Страсти бабские устроили, и даже не смогли достойно ответить! Один пятерых уделал! Так ещё и голос подавать осмеливаются!

Разъярённый Леший подскочил к Евгену и несколько раз прошёлся ногой по его спине, но был остановлен Платоном.

— Стой! Стой! А то ещё добьёшь ненароком!

К этому времени к месту недавнего боя подошли ещё несколько групп ходоков, в том числе, и Яков со стариком-целителем.

Окинув происходящее быстрым взглядом, он сразу сделал нужные выводы, и недовольно бросил:

— Очень плохо, господин Деев! Очень! Зачем я вообще тебя учу, если ты при первой же возможности схватился за жезл! Да ты должен был покромсать их на части своей шашкой, а не магией! С ней любой дурак справится! Видимо, недоучил я тебя, не доучил. Ну ничего, как вернёшься — подкорректируем план обучения.

Старик-целитель рядом с наставником лишь ухмыльнулся, однако комментировать ничего не стал. Я заметил, что отчего-то, в последнее время, он относится ко мне гораздо лучше, чем раньше.

После победы над пятёркой ходоков жизнь стала в разы сложнее. И не потому, что кто-то вдруг начал плохо относиться ко мне из-за победы над Евгеном и его друзьями, хотя и у них нашлись свои защитники. Нет, всё дело в увеличившейся нагрузке, которую, как мне казалось, поднимать больше было некуда. Однако наставники каждый раз удивляли, раздвигая рамки наших возможностей и показывая, что мы ещё ничего не знаем об усталости.

Первым делом к Платону добавили ещё одного наставника по магии. Это был немногословный худощавый мужчина средних лет с узким разрезом глаз, который вначале молча наблюдал за моими действиями и ни во что не вмешивался. Поэтому сначала я просто принял его за человека от командования ассоциации, присутствовавшего, дабы проверить уровень обучения и моей отдачи.

Однако вскоре я про него просто забыл. Ведь наставник словно с цепи сорвался, заставляя меня раз за разом поражать всё новые и новые конфигурации перемещающихся по полигону мишеней и делать это своей разновидностью «огненного шара», которая взрывалась непосредственно перед противником и поражала его ударной волной.

После получаса напряжённой работы по множеству мишеней я весь взмок, однако отметил, что сил у меня сейчас осталось не так уж и мало, примерно пятая часть от объёма, а значит, Платон задумал что-то ещё.

Однако следом за напряжённой работой был этап создания «среднего огненного шара», который я формировал перед наставником, хоть и делал это нарочито медленно.

— Неплохо, — отметил Платон. — С каждым разом у тебя получается всё лучше и лучше, хотя заклинание вышло несколько отличным от моего.

«Конечно, отличным», — подумал я, вспоминая, как много экспериментировал и сильно его переделывал, чтобы сделать, быстрее, мощнее, устойчивее и экономичней. После создания пяти заклинаний, съевших ещё процентов десять от объёма энергии, настала пора третьего этапа — игры в утку, где и понадобился новый наставник.

Меня поставили в центр полигона, обозвав пернатым, а затем велели уворачиваться от ударов всеми возможными способами, после чего оба мага разошлись за границу круга радиусом в двадцать пять метров и атаковали.

Сука!

Время до окончания занятия пролетело как один миг, а всё потому, что два среднеранговых мага желали обязательно меня достать. Пришлось изрядно побегать по полигону, уворачиваясь, прячась за мишенями, прикрываясь «магическим щитом» и бросая навстречу особо опасным заклинаниям небольшие, но стремительные «серпы ветра», нарушающие структуру конструкта и заставляющие их взрываться на безопасном удалении от меня.

Но, как бы это грустно ни звучало, в основном мне приходилось крутиться как волчку, иначе запаса энергии просто бы не хватило до конца. Повезло ещё, что наставники держали границы честно, черту не переходили, иначе я вряд ли устоял бы на ногах.

После занятия, когда я поймал сразу два заклинания и пролетел несколько метров, от меня наконец отстали и выжатого, словно лимон, передали Якову.

Тот тоже миндальничать не стал и с ходу взял меня в оборот, в первые же мгновения отправив в небытие. Видимо, желал выразить недовольство моим столь неподходящим для тренировок состоянием. На помощь, как и всегда, пришёл старик-целитель, и скоро клинки зазвенели. И Яков продолжал работать всё в том же ускоренном, удобном для него темпе, в котором я не мог вообще ничего ему противопоставить, кроме состояния лада. Вот только оно почему-то возникать внутри меня не хотело. За две недели достигнуть его удалось лишь четыре раза, да и то каким-то странным и непонятным способом.

Быстро пришло понимание, что так дальше продолжаться не может. Нужно было как-то ускорить обучение вхождению в новое состояние. Мыслей особых не было, пока память не подкинула чьи-то воспоминания о неких воинах-ниндзя — клане убийц, которые умело притворялись другими людьми и учились словно бы натягивать на себя чужие личины. Из опытных воинов превращаясь в сутулых и испуганных работяг, босоногих крестьян, громогласных самоуверенных купцов или холодных властных чиновников. Для набрасывания той или иной личины эти воины составляли из пальцев различные фигуры и словно бы перепрошивали свою личность. Каждый символ означал другого человека, и спустя годы тренировок ниндзя учился молниеносно сбрасывать личины и умело перевоплощаться.

Не знаю, насколько это правда, может быть, просто легенда, но я решил воплотить её принципы в жизнь. Выбрать мало используемую фразу, которую буду мысленно повторять всякий раз, входя в состояние лада, чтобы затем, с её помощью, облегчить вхождение.

Думал я много, но почему-то в голову лезли странные ассоциации по типу «У шамана три руки» или «Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь. Девять. Добросердечный и прочее». Это были явно какие-то отсылки к культуре моего родного мира, но чёртов лич отобрал у меня воспоминания. Грёбанный урод! Поэтому, ещё немного подумав, я выбрал не слышанный нигде отрывок из какой-то песни, который сам возник в голове во время очередного перехода в состояние лада.

«Я свободен, словно птица в небесах. Я свободен, я забыл, что значит страх».

Не знаю, почему подсознание выбрало именно эти строки, но они мне понравились, отзываясь в моей израненной душе и служа напоминанием, что мне удалось вырваться из хрустальной тюрьмы, обмануть ублюдочного лича и начать жизнь по-новому…

Так что теперь я произносил эти строки всякий раз, стоило только войти в нужное состояние, а Яков, так и не дождавшись какого-то особого прорыва, а может, руководствуясь своими соображениями, пригласил на тренировку троих парней лет шестнадцати. Они были крепкими, жилистыми и очень ловкими, а один из них чем-то неуловимо походил на наставника.

Как вскоре выяснилось, старшего из них звали Олегом, и он действительно оказался сыном Якова. Двух чуть более крепких и коренастых парней звали Коля и Костя. Первый был внуком Ратмира Богдановича, второй — сын Краснова, командира секции.

После этого я уже по-новому посмотрел на своего наставника, которому доверили обучать будущую элиту, а также позволили включить в систему подготовки и своего сына. Значит, он тоже из совсем непростой семьи.

Но вернёмся к золотой молодёжи, тренирующейся с детства у весьма сильного наставника. Они оказались не только хороши в боевом плане, но и невыносимы в бытовом. Надменные взгляды, насмешливые фырканья и переглядывания очень быстро вывели Егора с Женей из себя, заставляя их совершать ошибки. Мне же поведение парней тоже не нравилось, однако лишь исходя из соображений, что они смеют смотреть в мою сторону с таким неприкрытым превосходством. Впрочем, класс у них оказался значительно выше, чем у подмастерьев моего отряда, хотя те тоже с малых лет обучались владению оружием. К сожалению, моих парней просто и без лишних сантиментов размазали по снегу.

Мне же пришлось изрядно постараться, чтобы продержаться хотя бы немного дольше. И это при том, что я давно уже не новичок в работе с клинками и имею память Фёдора Меченого, с помощью которой не раз неприятно удивлял даже наставника.

Вот только это мне не помогло. Олег оказался гораздо техничнее, несколько быстрее и значительно превосходил меня физически. Впрочем, последнее ничуть не удивило: я уже привык, что все вокруг, включая Женю с Егором, гораздо сильнее, ловчее и выносливее меня благодаря отварам дядьки Макара. Вот только я и сам оказался не прост, и, для того чтобы добиться победы, Олегу пришлось использовать, как мне показалось, состояние лада. Он резко ускорился, взорвался градом ударов, и я обнаружил себя на снегу.

— Отлично, просто отлично! — прокомментировал итоги первого боя наставник, когда мы пришли в себя. — Очень хорошо, что Олег с парнями освободились раньше плана и теперь помогут моим новым ученикам в спаррингах. Всё же я гораздо сильнее любого из вас, и мне сложно дозировать усилия, чтобы оставлять вам хотя бы призрачные шансы на успех. Со сверстниками же такой проблемы не будет: пусть они лучше подготовлены, но против них у вас куда больше шансов.

Услышав похвалу в свой адрес, Олег с товарищами довольно заулыбались, а старик-целитель, напротив, едва заметно покачал головой. Видимо, он уже отметил, насколько наша тройка прибавила в силе за последнее время, и понял, что ученикам наставника скоро придётся работать всерьёз.

«А может? — новая мысль была неожиданной. — Яков специально всё так устроил, чтобы я научился входить в состояние лада и поставил слишком самоуверенных парней на место?»

Не знаю, о чём всё же думал наставник, узнать не удалось, потому как до конца недели и даже на следующей мне так и не удалось войти в нужное состояние и как-то одолеть кого-то из тройки. Хотя, должен отметить, что уже успел приноровиться к стилю каждого из них, подобрал контрмеры и сражаюсь на равных. Даже научился определять, когда парни переходят к использованию техники лада, чтобы всё же меня победить.

К слову, за последнее время надменности в них явно поубавилось, хотя они и продолжали насмешливо фыркать или нарочито радостно поздравлять друг друга с очередной победой. Я же с каждым боем всё острее чувствовал внутри то самое ощущение спокойствия и покоя, позволявшее не только серьёзно ускориться, но словно бы контролировать пространство вокруг. Это было что-то неуловимое, что-то постоянно ускользающее, то, к чему я стремился всеми фибрами души, но никак не мог ухватить.

Иногда это злило. Ведь я знал: стоит лишь добиться успеха на краткий миг, почувствовать лад в душе — и этот козырь позволит надолго стереть самодовольные ухмылки с лиц волчат и одновременно сделает меня гораздо сильнее и опаснее. И вот этот момент настал во время боя с Николаем.

«Я свободен, словно птица в небесах. Я свободен, я забыл, что значит страх», — прозвучала музыка в голове, и сосредоточенный парень, только что перешедший в состояние лада, замедлился, а я принялся достаточно легко и уверенно его побеждать.

«Да если бы не выдающаяся физическая сила и ловкость, а также тренировки у Якова с детства, то я бы побеждал у него и без этой помощи», — пронеслось в голове, а парень продолжал отбиваться, даже не думая о контратаке.

Каким-то шестым чувством ощущая, что силы на исходе, я сбил противника с ног подножкой, приставил клинок к его шее, и меня вышвырнуло из состояния лада. При этом ощущения были такими, будто в этот раз вновь проиграл именно я. Мышцы тянули и болели, а некоторые неприятно подёргивались.

Первое поражение волчат очень сильно не понравилось Олегу с Константином, да и сам Коля смотрел на меня с неприкрытой злобой. А вот Яков, напротив, вёл себя словно на празднике. Громогласно поздравил нас всех с первой победой и даже отпустил мою тройку с тренировки пораньше. Не хотел, чтобы расстроенные фавориты на эмоциях не поломали нас или не наговорили много гадостей, из-за которых, в последующем могла бы разгореться настоящая ненависть и вражда.

Вероятно, именно из-за этого я сегодня вернулся домой пораньше, смог заняться медитацией был каким-то отдохнувшим и теперь словно бы более внимательным. Я тщательно и долго осматривал внутренний мир: источник магии, каналы и печать предателя крови. Это позволило мне заметить кое-что неприятное, а именно значительное снижение чёрной пыли в каналах, которую я уже научился достаточно оперативно убирать. Раньше, когда я активно уничтожал нежить в промышленных масштабах, её было гораздо больше. Теперь же, после приостановки походов и длительного перерыва, казалось, процесс остановился. Следовательно печать предателя перестала разрушаться и скоро может начать укрепление. Подобное меня в корне не устраивало.

«Так. Нужно будет обязательно подойти к Игнату Владимировичу с этой проблемой, ведь если не удастся в ближайшее время отправиться за стену в составе отряда, то придётся планировать одиночные вылазки на выходных. Хоть и не представляю, что там можно делать зимой со снегом, где легко и без проблем может спрятаться любой скелет».

Представив данную ситуацию, я даже передёрнул плечами.

А уже на следующее утро, после занятия по магии, когда я морально готовился на трёпку от изготовившихся к бою и желающих реванша волчат, на тренировку явился командир отряда и огорошил всех давно ожидаемой новостью.

— На сегодня все занятия отменить. Завтра утром отправляемся за стену, а пока, — он взглянул на часы и добавил, — даю всем три часа на сборы. В четырнадцать проводим строевой смотр, инструктаж, а затем брифинг с начальником штаба секции. И ещё, — взгляд Игната Владимировича остановился на наставнике, — волчата тоже прикомандировываются к нашему отряду.

За предоставленное время я успел съездить домой, проверил экипировку и снаряжение, индивидуальный перевязочный пакет и несколько поддерживающих зелий, защитный амулет и со спокойной душой отправился на смотр, который проводился на небольшом пятачке перед административным зданием. Помимо нашего отряда, выстроенного в одну шеренгу, неподалёку расположился и другой, как я понял, тот, что будет прикрывать нас за стеной.

— А, Фёдор! — заметил меня Игнат Владимирович и указал в конец строя. — Располагайся сразу за Егором. На этом задании, как и раньше, подмастерья будут тебя прикрывать.

— Понял, — кивнул я, занимая своё место, а Егор, улыбнувшись, сказал:

— Ну наконец-то настоящее дело! Я уже устал сидеть в этом учебном центре!

— Да ладно! — как-то невесело хохотнул Женя. — Просто ты радуешься, что занятия отменили и кое-кто не сорвал на нас злость из-за вчерашнего проигрыша.

— А если и так? — резко повернулся Егор. — Достали они меня уже, сил нет! Вроде и вижу всё, и скорость у меня не меньше, и даже отпор даю, но потом раз — и они резко ускоряются!

— Это всё состояние лада, — заметил я. — Каждый из волчат им владеет. Я теперь даже умею определять, когда они им пользуются. Старайтесь отрешиться от лишнего, сосредоточиться только на бое, и всё у вас получится.

— Да я и так сосредоточен на сражении, чтобы не получить ещё больше! — возмутился Егор и недовольно посмотрел на меня. — Куда там ещё сосредотачиваться⁈

— Значит, есть куда, — отметил я и добавил: — От боли тоже нужно стараться абстрагироваться, тогда результат точно будет.

— Уверен? — с надеждой спросил у меня Женя.

— Конечно, — поддержал я его. — Или ты думаешь, Яков берётся обучать прямо всех подмастерьев?

Парень задумчиво кивнул, но я видел, что мои слова его приободрили. Если раз за разом проигрывать, то можно потерять веру в себя.

Проследив за действиями остальных ходоков, я достал лишнее из рюкзака, уложил его на чистый асфальт, а на нём разместил всё, что находилось внутри. Слева от себя положил шашку в потёртых ножнах, а справа — магический жезл, которым пользовался в драке с Евгеном и его друзьями. Тогда, к слову, выяснилось, что сей магический артефакт помогает лучше концентрироваться на заклинании и позволяет творить его за доли секунды. В бою вещь просто незаменимая! Но тренироваться, как сказал мне Платон, нужно без него, чтобы не привыкать к костылям и их постоянной помощи.

Пока я размышлял над тем, как буду ходить с шашкой и жезлом по проклятой земле, что лучше спрятать в артефакт, на строевой смотр явились волчата, одетые в новую дорогую форму и щеголявшие однообразной добротной защитой.

— Ну и броня! Деев! Ты не мог одеться поприличнее? — произнёс Николай, оглядывая меня презрительным взглядом. Парень явно очень тяжело пережил проигрыш постороннему, которого ещё недавно постоянно выигрывал.

Этот вопрос услышали, казалось, все ходоки. Игнат Владимирович только хотел было что-то сказать, предотвратить очередной конфликт в отряде, но Яков, стоящий рядом, аккуратно взял его за локоть и покачал головой.

Отметив про себя этот факт, я нейтральным тоном произнёс:

— А мы что, собираемся на бал? Не знал, что должен впечатлять нежить своей новой формой, дымчатыми пластинами и открахмаленным воротничком.

Говорить о том, что во всём этом я не раз ходил в проклятые земли, не стал. Полагал, что уж своих волчат, являющихся очень сильными индивидуальными бойцами, Яков точно водил за стену, а значит, этот аргумент несостоятелен.

— При чём здесь это? — прошипел парень. — Я про твою защиту! Этот стыд никуда не годится!

— Не то, что на тебе, — согласился с ним я. — Неплохо выглядит. Рад, что у Ратмира Богдановича есть деньги, чтобы как следует экипировать внука.

Услышав намёк на авторитетного родственника, Коля покраснел, а Олег поспешил вмешаться:

— Вообще-то доспехи куплены на наши деньги! С долей отложенных с походов!

— А мне до этого какое дело? Купили и купили, — пожал плечами я.

— Вот именно! — прошипел Николай. — Не лезь не в свои дела!

— Последую совету, — послушно согласился я и жёстко добавил: — Но и тебе предлагаю его придерживаться! Это не твоё дело, в чём именно ходок отправляется в проклятые земли!

— Ты не ходок! — отрезал парень.

— Ты меня услышал, — ответил я и отвернулся. — Не желаю тратить время попусту.

— Так! Что там за разговоры⁈ — вдруг прервал нас грозный вопрос Якова. — Живо разложились! Скоро строевой смотр начнётся, а вы всё никак не наговоритесь!

Волчата покраснели от гнева, но подчинились, а я заметил в глазах наставника довольную улыбку. Или он хочет нас стравить, или просто рад, что с его зазнавшихся учеников кто-то сбивает спесь. Скоро узнаем.

После нас осмотрел командир отряда, а за ним и основные проверяющие лица. Ратмир Богданович, а также Аркадий Иванович Сурский — сухой, подтянутый мужчина с коротким ёжиком седых волос и ничего не выражающим взглядом. Это был новый для меня человек, оказавшийся начальником штаба секции и планирующий боевые действия согласно современной военной теории.

Последнее, признаюсь, оказалось для меня откровением. Почему-то думал, что ходоки придут в указанный квадрат, вырежут всех и вернутся, а тут всё как-то слишком забюрократизировано. Вон, у Игната Владимировича даже командирскую сумку проверили и ручки в ней.

Последним к проверке присоединился знакомый мне старик-целитель, который крайне придирчиво осмотрел все перевязочные и индивидуальные пакеты, а также собранные бойцами зелья. Помимо этого, у всех без исключения проверяли чистоту и заточку оружия, наличие артефактов и их заполненность. Остальное, типа грязных берцев и выцветшего обмундирования, вообще никого не интересовало. Все были сосредоточены на деле, а не на мелочах. Поэтому группа проверяющих достаточно быстро дошла до подмастерьев, меня и волчат. Нас, в отличие от опытных ходоков, проверяли с большим интересом.

Начштаба изучил мой жезл, добротную шашку и сосредоточил внимание на броне.

— Ты окреп и стал шире в плечах, — заметил он тихим голосом. — Где-то с месяц она тебе ещё послужит, а затем под замену.

— Как решишься, обратись к командиру, — добавил Ратмир. — Он подскажет нормальных мастеров, которые делают качественно и быстро. В город, к случайным лоботрясам лучше не ходи. Они тебе такого наделают, что за голову возьмёшься.

С этими словами он хлопнул Игната по плечу.

В это время Сурский взял мою шашку в руки, проверил остроту лезвия, осмотрел набитые руны и молча вернул оружие на место, перейдя к стоящему следом Олегу.

После нам велели всё собрать, отнести в автомобили и прибыть на брифинг, где начальник штаба доведёт отрядам их задачу. Совещание проходило во вместительной комнате с белым экраном на всю стену, старомодным проектором и несколькими десятками стульев.

Пригласив всех присаживаться, начальник штаба секции дождался, когда все это сделают и выключится свет, после чего взял в руки указку, и на экране развернулась детальная тактическая карта Камневской проклятой земли.

— Значит так, господа ходоки. Слушаем боевую задачу! — негромко, но так, что в помещении мгновенно установилась абсолютная тишина, начал он и ткнул кончиком указки в обозначенную красным территорию.

— Игнат, твой отряд — основной. Задача: прибыть в данный квадрат, уничтожить неприятеля, собрать полезные ингредиенты и артефакты, вернуться назад. Всё как и всегда.

— Антипов! — взгляд начштаба переместился на второго командира. — Ты — прикрытие. Дистанция пятьсот метров. Держаться настороже, быть в готовности отразить атаку и оказать помощь основному отряду в случае проблем. Убийство прущей на вас нежити и сбор найденных походя цветов разрешаю.

Выдержав небольшую паузу, мужчина продолжил:

— Идём далее. Основной отряд. Прибытие на погранпереход номер три в семь часов ноль минут. Прикрытие — на пятнадцать минут позже. Остальное время отряду Антипова выставлять также. С тем же отрезком. Далее докладываю по основе. Напоминаю: к их времени прикрытию нужно добавить пятнадцать минут.

Закончил Сурский на повышенном тоне, а затем всё так же спокойно продолжил:

— Там ещё пятнадцать минут на проверку снаряжения, амулетов и оружия. В семь тридцать — проход через пункт. Командиры, сверить часы. Пять, четыре, три, два, один. Пятнадцать ноль-ноль.

Окончив отсчёт и дождавшись кивков от командиров, начальник штаба ткнул кончиком указки в пропускной пункт и провёл её по красной линии.

— После прохождения пункта двигаетесь по указанному маршруту к четвёртой аномалии. По пути зачищая неприятеля и собирая ингредиенты. Контрольное время прибытия — одиннадцать ноль-ноль, это с учётом проводимых мероприятий.

«К какой ещё аномалии? Да ещё и четвёртой?» — заинтересовался я, и память Меченого отреагировала, подсовывая образы разрушенных зданий, куски покрытой мхом мостовой, а также множество нежити и редкие артефакты.

Судя по воспоминаниям, аномалии — это некие форпосты центрального некрополиса Каменской проклятой земли, которые рандомно расположены вокруг него и откуда можно каким-то образом переместиться в город мёртвых.

— Далее! Основа! — продолжил начальник штаба прерывая мои мысли. — С одиннадцати до двенадцати тридцати — зачистка периметра аномалии, разведка, картографирование нового участка. В тринадцать ноль-ноль — проникновение в аномалию, сбор ингредиентов и артефактов, уничтожение противника. В пятнадцать ноль-ноль — окончание работ и отход к пропускному пункту. В девятнадцать нулей жду звонок с докладом об окончании похода.

— Задача прикрытия в это время известна. Не дать нежити застать основу врасплох.

Выдержав небольшую паузу и обведя всех пристальным взглядом, мужчина продолжил:

— Порядок движения следующий! Головной дозор — из разведтройки. В центре — маг, командир и все подмастерья. В замыкании — группа прикрытия. Дистанция между подразделениями — десять метров. Вопросы?

Начальник штаба вновь обвёл всех внимательным взглядом и завершил:

— В таком случае расписываемся в журнале инструктажа и свободны. Завтра жду всех живыми и здоровыми.

Всеслав подвёз меня к учебному центру ассоциации примерно без десяти шесть. Встать, конечно же, пришлось ещё раньше, ближе к пяти, чтобы плотно позавтракать, привести себя в порядок и приехать в центр без опозданий. Удалось это мне легко, всего-то и нужно было что предупредить Всеслава и лечь в кровать на несколько часов раньше обычного. Правда поначалу я не мог уснуть, крутился, размышлял о том, как пройдёт наш поход за стену в составе отряда, но потом, сам не заметив когда, отключился.

Поэтому утром был достаточно бодр и свеж. Меня даже в сон не клонило.

Выйдя из машины, достал вещи с заднего сидения и попрощавшись с Всеславом, проследил как он уверенно развернулся и поехал в обратном направлении. Вообще, после нашего разговора в ресторане с командиром секции и его помощниками, отец Феди, скажем так, преобразился. Он теперь всё больше походил на нормального человека, пусть и молчаливого. Да и помощником стал первостепенным, убрав с моих плеч все заботы по быту. Наводил порядок, готовил, был водителям и старался даже проявлять инициативу, чтобы надежда рода отдыхала как можно лучше.

К примеру, нашёл в городе массажистку, которая приходила к нам после занятий и разминала мне уставшее тело. Также купил какую-то набитую гречкой подушку, поменял одеяло и готовил всё как в ресторане, не забывая про большое количество белка для растущего организма. Хотя он и сам, если верить глазам, стал гораздо шире в плечах.

Проведя нашу машину взглядом, направился к паре приметных бронированных автобусов с широкими защитными полосами на окнах, а также двумя пулемётными позициями на крышах. Рядам с ними также стояло три пикапа с сопровождением, и серьёзными стволами в багажнике, похожими на револьвер-переросток с барабанным магазином для гранат.

Утолив любопытство нашёл взглядом наш отряд, который частично разместился перед одним из автобусов. Стоящий во главе Игнат Владимирович увидел меня, постарался незаметно облегчённого выдохнуть и крикнул куда-то в сторону пропускного пункта:

— Дежурный! Запиши, что у меня все! Маг прибыл!

— Так, Федя! Не буду читать тебе нотации относительно приезда. Во время ты уложился, но давай будешь приезжать хотя бы за пятнадцать минут — произнёс командир, направляясь ко мне и добавил. — А теперь давай-ка ещё раз осмотрим твой рюкзак, жезл и саблю. Потом сможешь войти внутрь и занять место. Подожди! А где твоё оружие?

Услышав последние слова, ходоки у автобуса заинтересованно посмотрели в нашу сторону, а я переспросил.

— Ещё раз всё перепроверить? На с же вчера только осматривали⁈

— Вот именно. А вечером ты мог что-то выложить и забыть вернуть обратно — сказал мужчина и добавил — Так где оружие?

— Да вот оно! — ответил я, мысленно потянувшись к артефакту ремешку на запястье и достал магический жезл. А следом за ним, в другой руке, повинуясь посылу к аналогичному предмету появилась шашка.

— Всё понятно — хмыкнул командир — а я уже было подумал, что у нас ещё один рассеянный.

— Боярич — тихо заметил кто-то со стороны, а я решил пояснить свой выбор.

— Ну да. Носить легко, не потеряется и не будет цепляться за кусты с деревьями, передвигаться не мешает и оружие всегда под рукой. Очень удобные артефакты. Повезло, что второй у отца был.

Вернув клинок и жезл на место, уточнил.

— Подождите, а у нас что? Кто-то забыл оружие?

Игнат Владимирович невольно покосился в сторону своего отряда и он грохнул хохотом, а один из молодых ходоков возмущённо произнёс.

— Да что вы это всё время вспоминаете! Такое было лишь однажды! Да и то! Я же был с бодуна и это вы меня специально спаивали! Смотрели сколько в молодого влезет! Уверен, что и меч мой тоже вы тогда припрятали! Не мог он сам пропасть! Да ещё и в той щели оказаться!

— Ага! Как же! Мы спрятали! — хохотнул один из мужиков — Как напьётся так давай своё добро к разным отверстиям приставлять, а виноваты мы!

Ходоки вновь рассмеялись и я понял, что они рады походу в смертельно опасные проклятые земли. Уж слишком долго наш отряд продержали в учебном центре. Привыкшие к постоянным вылазкам, сражениям и риску люди не могли свыкнуться с вынужденным бездельем, но сегодня оно, наконец, прекратится.

Пока я размышлял Игнат Владимирович наставительным тоном произнёс.

— А это тебе наставление, что перед походом за стену, много пить нельзя.

— Не! Это для нас всех урок! — заметил кто-то и ходоки вновь рассмеялись.

Командир в это время быстро и внимательно осмотрел меня, содержимое рюкзака, и оставшись доволен, велел занимать место, где для мага было выделено сразу две сидушки. И это ещё хорошо, что автобус был большим, а то, скорее всего, пришлось бы ехать с кем-то из волчат.

К семи часам, как и было приказано начальником штаба, мы приехали к одному из пунктов пропуска в проклятую землю Камневска. Здание было большим, хорошо укреплённым и обвешанным различными огневыми точками, словно новогодняя ёлка игрушками. Помимо прямой бетонной крыши и множества пулемётов, оно выделялось узкими окнами, больше похожими на бойницы, а также крепкими металлическими решётками, которыми была закрыта возможность прохода внутрь.

Более того, пропускной пункт огораживал уже знакомый высокий бетонный забор с небольшой железной калиткой и отъездными массивными воротами и даже сеткой-рабицей перед ними, которая, как я полагал, сдерживает нежить во время её нашествия и позволяет вести более прицельный огонь.

Пока мы выгружались, приводили себя в порядок, а некоторые и экипировались, командиры отрядов отправились к пограничному пункту с целой кипой документов и появились оттуда лишь спустя минут пятнадцать.

— Всё! Дело сделано! Скоро будут запускать! Стройся! — объявил Игнат Владимирович, ещё раз окидывая нас пристальным взглядом и проверяя, всё ли у всех на месте. После чего первым вошёл через приоткрытые ворота, а я, двигаясь следом, наблюдал, как наш транспорт отъезжает в сторону и останавливается на специально предназначенной для этого стоянке.

«Вот и отлично. Значит уехать сможем в любой момент и ненужно будет никого ждать» — пронеслось в голове, а дальше был недолгий путь по узкой извилистой дороге, предназначенной для прохода отрядов непосредственно к границе проклятой земли.

«В принципе и правильно, нечего на режимный объект запускать экипированных и вооружённых людей. Кто знает какие цели они преследуют?»

Обойдя здание, мы оказались с его тыла прямо перед небольшим, но ещё более укреплённым строением с толстыми бетонными стенами и мощными поднимающимися вверх воротами. Перед которым была небольшая площадь и ещё несколько огневых точек.

«Вход в проклятые земли и наиболее вероятный источник угрозы — подумал я ощутив себя неуютно перед столькими стволами и сформировал вокруг „магический щит“ — ну его, лучше перестраховаться».

Выстроившись перед воротами, над которыми светила яркая красная лампа, мы дождались, пока они поднимутся и загорится зелёная, приглашающая нас войти внутрь. Стоило только оказаться в здании, как за спиной загорелась очередная красная лампа и ворота позади стали медленно закрываться. Затем поднялись те, что были перед нами и тоже вели в ещё одно аналогичное помещение.

«Сложно — пронеслось в голове — но вход в проклятые земли и вообще здание пограничного пункта проектировал какой-то параноик».

Оказавшись в следующем помещении я словно ощутил знакомый запах «проклятушки», а так же отметил ещё парочку пулемётных дул направленных в сторону вероятной опасности.

— Как-то не очень чувствуешь себя под прицелом такого оружия — сказал я стоящему рядом Жене.

— Это только в первые разы так, точнее в первые десятки — ответил он, а затем добавил: — Хотя после перерыва всё вновь ощущается как-то более резко и контрастно.

Николай за моей спиной тихо рассмеялся.

— Деев, ты что, никогда раньше не был в проклятых землях? Как тебя вообще в отряд взяли?

Перед походом непосредственно за стену, нагнетать конфликт с волчатами мне не хотелось, поэтому я решил ответить на вопрос, тем более в нём сквозила нотка неприкрытого удивление.

— Можете у Игната Владимировича уточнить. За что и почему. А здесь конечно был, только с другой стороны.

— Не звезди — подал голос Костя — Если бы ты был, то такому проходу не удивлялся. В Камневске пограничные посты по одному проекту строились.

— А разве попадать за стену можно лишь официально? — не понял вопроса я.

— Всё равно через пост должен был пройти! Как по-другому? — продолжал гнуть свою линию парень.

— Да через стену просто перелазишь и всё.

— Чего⁈ — не поверил Николай — Там же минное поле!

— Так его же пройти можно — не понял я — об этом вот у Жени можешь спросить. Он через него дважды бегал, когда отца выносил и когда помощь привёл. Вроде как-то справился. Неужели не слышали про специальные проходы минёров? Я думал вас всех в ассоциации по одной программе учат.

— Мы прогрессировали в других дисциплинах — нейтральным тоном ответил Олег.

Пока подмастерья с волчатами на удивление вполне мирно болтали, ворота ведущие за стену стали медленно подниматься я на всякий случай сформировал перед первой шеренгой магический щит. Вдруг там обнаружатся лучники в засаде или ещё кто-то?

Вскоре выяснилось, что я изрядный перестраховщик, и поблизости нет никого постороннего, а через десять метров от выхода расположена сетка-рабица с воротами, которая должна на время задержать прыткую нежить.

Выбравшись наконец-то в проклятую землю, командир прикрыл ворота и принялся отдавать указания отделениям на проверку участков местности, а меня с подмастерьями оставил на подхвате. Чтобы мог оказать поддержку любой из команд. Сам, что примечательно, не сдержавшись, тоже отправился в один из секторов.

— Даже волчат Яков с собой забрал, — поморщился Егор посмотрев на меня. — А нас оставили здесь.

— Выше нос! Мы оперативная группа отряда, — подколол парней я внимательно осматриваясь, а Женя меня поддержал.

— И правда, чего ты туда рвёшься? Ещё успеем по этой грязюке полазить.

— Кстати да — произнёс я заметив то, что не давало мне покоя и спросил: — А почему всё вокруг не в снегу? У нас вообще-то зима в разгаре. Почему здесь вместо белой пелены какая-то жидкая топь? И почему тут значительно теплее?

Женя хохотнул, а Егор с интересом уставился на меня и уточнил:

— Подожди, ты это серьёзно спрашиваешь или опять смеёшься над нами?

— Нет я полностью серьёзен и действительно не понимаю, почему здесь всё вот так — Я поднял голову вверх, посмотрел на небо и пожал плечами — Реально, где снег?

— Чаще всего он здесь превращается в дождь, — заметил Женя, наступив ногой на мокрую вязкую массу.

— Это я уже понял — отмахнулся я — Но ведь почему-то это происходит. Почему снег тает? Должно быть какое-то научное обоснование? Или нет?

— Так потому что это уже не наша территория, — пояснил мне парень таким тоном, словно какому-то слабоумному.

— Да в каком смысле не наша территория? Нет, то, что это проклятая земля, всем понятно, бесспорно. Но основополагающее слово здесь «земля» и она находится на нашей планете. И почему, когда рядом в ста метрах снег, здесь он превращается в дождь? Каким образом?

— Значит, то, что порох тут не взрывается, а электроника не работает тебя не удивляет? — уточнил Егор. — А то, что снег превращается в дождь, вызывает вопросы?

— Ну, вообще-то да, — согласился я. — Разве тебе было бы гораздо удобнее, если бы здесь всё было в снегу? Ты просто представь. Идёшь себе такой к аномалии, а из-под девственно чистого покрова вылазит нежить, которая может там хоть пару месяцев без движения находится. Вот бы веселуха началась.

— Даже не хочу думать о таком, — ответил Егор, уже по-новому посмотрев на жижу под ногами. — А что касается земли, то она всё же из-за проклятия уже не совсем наша и больше принадлежит некрополю и окружающим его аномалиям, которые её изменяют.

— А что такое аномалия? — задал я следующий вопрос.

— Ты и это не знаешь? — уточнил Егор как-то странно посмотрев на меня — как тебя тогда вообще вместе с нами отправили за стену, если ты базовых вещей не понимаешь?

— Наверное не знали, что о таком можно даже не слышать — предположил я и в этот момент память Фёдора Меченого отреагировала, подсовывая в голову не совсем понятные образы.

— Аномалии — это части некрополиса, её осколки, а он сам, скажем так, дорога в иные миры — ответил Женя

— В иные миры? — на всякий случай переспросил я и действительно вспомнил что-то такое — Об этом я слышал, но не думал, что правда!

— Конечно правда! — поспешили развеять мои сомнения парни — Или ты считаешь, что некрополи появляются сами собой? Или это нежить занимается архитектурой и возведением различных зданий?

— Ну, вообще, логичный вопрос. Не думаю, что они этим занимались. Зачем кому-то вообще строить развалины — ответил я, а Егор радостно согласился.

— Вот! Именно! Надеюсь, насчёт цитаделей ты хотя бы что-то знаешь?

— Это различные сооружения в центре каждой проклятой земли, сосредоточие силы главной нежити в данной области. Здесь например, это серый замок жуткого рыцаря.

— Или тёмная башня лича — подсказал Женя, но друг от него отмахнулся, а я мысленно вздрогнул и тут же разозлился, но постарался скрыть эмоции.

— Да я же не об этом. Цитадель — это по сути прокол реальности ведущий в другой мир, который притягивает к себе кусочки территорий из других планет захваченных неживыми и каким-то образом собирает их формируя некрополь. С этими участками, кстати, переносится немалое количество нежити. Или ты думал она просто так в проклятых землях формируется. Сама собой.

— Как-то слишком сложно, — заметил я. — И что, действительно переносит целые здание и кварталы? И всё это каким-то образом перемешивается?

— Ты правильно понял, — подтвердил мою правоту Женя.

— Хочешь сказать, что некрополи постоянно меняются? — на всякий случай уточнил я и понял, что это действительно так. И вероятнее всего именно так человек с Земли мог попасть в этот мир.

«Неужели на нас тоже напала нежить? Интересно, человечество смогло отбиться? Надеюсь, что да» — похолодел я, но парни прервали мои мысли.

— Конечно. Или ты думаешь, командир просто так постоянно ведёт разведку и делает зарисовку местности. Ну и происходит это не вместе и разом, а по частям, в произвольном порядке. Чаще во время полнолуния и не спрашивай меня почему, этого никто не знает. К слову поэтому, многие в такие дни в проклятые земли не суются.

— Если честно — признался я — то где-то я это объяснение уже слышал, но оно было слишком сложным. Но единственное, что хочу уточнить: это же всё научно доказанный факт? Или просто легенды ходоков?

На данное заявление парни пожали плечами ответив, что так их учили на занятиях в ассоциации.

— Поздравляю. Вы помогли мне получить новую фобию. Теперь буду в некрополе бояться перенестись обратно с каким-то участком в мир победившей нежити где нет живых.

Подмастерья расхохотались.

— Просто не ходи в полнолуние в проклятые земли как все нормальные люди и всё будет хорошо.

Пока мы с парнями болтали, вернулась первая группа разведчиков, которым удалось застигнуть одинокого скелета. Затем в короткие сроки подошли и остальные, принеся под ворота пару свежих гулей в доспехах ходоков.

Последних оставили у входа, и Игнат Владимирович позвонил по телефону расположенному в стене, чтобы сообщить о встрече с тварями.

— Теперь их разденут, идентифицируют, передадут родным кремированные останки и отложат нам доспехи, чтобы не пришлось их тащить через все проклятые земли — заметил Женя довольным тоном, так как в основном переноска лишних тяжестей ложилась на плечи подмастерьев.

Вскоре врата в пункт пропуска открылись, и оттуда показался готовый к бою отряд Антипова. Командиры быстро о чём-то переговорили и Игнат Владимирович выстроил нас в указанном начальником штаба порядке, и ходоки двинулись в сторону аномалии.

Что могу сказать: идти, несмотря на чавкающую грязь, оказалось не так сложно, особенно после долгих и выматывающих тренировок с командиром и Яковом в учебном центре. Однако ноги, несмотря на все возможные пропитки обуви, достаточно быстро промокли и покрылись коркой грязи.

«Плохо, знал бы что здесь будет такая жижа, то поискал бы на ноги что-то более подходящее — пронеслось в голове и мысленно улыбнулся заметив недовольные лица волчат, новая форма и щеголеватая защита которых, были покрыты слоем грязи — Ну вот и хорошо, а то собирались словно на бал».

За следующий час головной отряд зачистил небольшую группу скелетов, троих слабых гулей и пятёрку гончих. Справлялись сами и достаточно легко, затем подмастерья оперативно снимали некротические камни, доставали ингредиенты и мы продолжали движение. Однако я отмечал, что чем дальше мы проходим, тем более сильные и многочисленные противники нам попадаются. А затем, примерно на середине пути до аномалии, мы встретились с достаточно внушительным отрядом нежити, возглавляемым сразу тремя громадными и закованными в сплошную броню рыцарями смерти, десятком сильных откормленных гончих размером с небольшого телёнка и ещё несколькими гориллоподобными гулями с ужасающими мордами.

Ходоки перестроили сами собой в нужный порядок и Игнат Владимирович скомандовал:

— Маг! Первый удар по центральному рыцарю смерти, затем контролируй наиболее прытких гончих! Они не должны на полной скорости врезаться в строй! Иначе конец!

— Принял! — ответил я доставая магический жезл и стоило только ближайшему рыцарю устремиться к нам, как я бросил в него «средний огненный шар», желая наконец проверить его эффективность на практике.

Магический конструкт попал ровно в грудь в громыхающего противника, прокалил доспехи и взорвался, откинув нежить на несколько метров назад и оттолкнув ударной волной в стороны ещё двоих, которых встретил командир с Яковом.

Я же ещё раз бросил «огненный шар» в прыткую гончую, которая попробовала нанести удар, перепрыгнув через мёртвую нежить и заставил её потерять инерцию и рухнуть на землю. Следом заметил толпу приближающихся скелетов лучников и поспешил разобраться с ними небольшими но точными «серпами ветра».

Не успели мы совместно справиться с первым серьёзным отрядом нежити, как на помощь противнику с неприятными хрипами вылетело не менее двадцати небольших обезьяноподобных гулей, возглавляемых тройкой возвышающихся на голову здоровяков.

— Гули! — рявкнул командир, и я, понимая, что не все могут успеть среагировать на стольких противников, атаковал «огненными шарами» опасных здоровяков. Заклинания взрывал перед мордами, опаляя лицо и заставляя тварей значительно снизить темп, а затем прикрыл ещё парочку ходоков в сложной ситуации. К сожалению, против подобного типа нежити мои быстрые и почти невидимые «серпы ветра» помогали слабо. Для эффективности нужно было атаковать с близи и насыщенным энергией заклинанием.

Стоило напору ослабнуть, как я опустил оружие и больше вмешиваться не стал, чтобы сберечь силы. Нарубив нежить на куски все занялись добычей некротических камней, ингредиентов и освобождением трупов от ценного метала. Сложив последнее в кучу, Владимирович оставил на ней какие-то пометки, сделал запись на карте, чтобы забрать ценности при возвращении и мы продолжили путь, вновь уничтожая небольшие группы слабой нежити.

«Да, — подумал я в какой-то момент, — если бы пришлось идти сюда в одиночку, то меня бы прибили уже на полпути. В который раз убеждаюсь, что поход в проклятые земли — это командная работа. Хотя, может быть, я сумел бы как-то отбиться от первой волны противника и попросту сбежать».

К аномалии номер четыре мы вышли даже несколько раньше контрольного времени указанного командиром и начальником штаба. Примерно в десять тридцать. И сходу начали зачистку периметра.

Для этого вновь понадобились мои услуги. Оказалось, что здесь поблизости обитала огромных размеров мясная туша, много гулей и гончих, а также несколько десятков странных высоких скелетов с длинными саблями.

— Федя! Работай по крупным и кинь «шар» в этих странных серых ублюдков! Не нравятся они мне!

Нас пронесло. Необычная нежить оказалась медлительная и слаба, хотя, неосторожного ходока или небольшой отряд могла бы и победить. Выяснив это я сосредоточил внимание на самых опасных противниках, чтобы нас просто не задавили массой.

Вот только стоило мне увлечься, как я услышал напряжённые голоса нескольких наших бойцов.

— Федя! — почти сразу среагировал Игнат Владимирович и повернув голову в его сторону, я тут же услышал звуки грохота и лязга металла — это к нам, через грязь приближалось сразу пятеро высоких рыцарей смерти, прорези в защите которых мерцали от яркого зелёного света.

«Этих только средними огненными шарами», — подумал я, и два из них по очереди сорвались с магического жезла.

Первый влетел в кострюлеподобную голову центрального рыцаря, разрывая её на куски. А вот рыцарь смерти, ещё более массивный чем центральный, каким-то чудом избежал попадания и увернулся.

«Врёшь! Не уйдёшь!» — зло подумал я, заставляя шар взорваться и достаточно сильная ударная волна толкнула массивных рыцарей в спины, опрокидывая их на землю.

Двух крайних здоровяков тут же взяли на себя Игнат и Яков, ещё одного атаковали сразу два опытных ходока, а по последнему, который поднялся прямо напротив кого-то из волчат, я вновь ударил «средним огненным шаром».

— Какого хрена! — закричал парень и я понял, что это Олег, сын наставника. — Мы бы сами с ним справились, не нужно было помогать!

Не обращая внимания на его слова, принялся экономными серпами ветра выкашивать ещё одну толпу странной нежити с саблями и вдруг услышал крик Егора.

— Федя!

Обернулся, атаковал пару гончих, четвёрка которых приблизилась к моим подмастерьям, а затем разобрался с медлительной мясной тушей, которой понадобилось два «средних огненных шара».

Это была последняя серьёзная стычка и я вновь опустил жезл, экономя силы. С остальным справятся без меня.

Сразу после боя ко мне подошёл воодушевлённый Игнат Владимирович:

— Молодец! Ловко с рыцарем справился и остальных опрокинул! Всё же они в таком составе собираются достаточно редко! Видимо, эту аномалию уже долго никто не зачищал, успела накопить нежить!

— И по поводу Олега спасибо, — сказал подошедший Яков заглянув мне в глаза. — Рано ему ещё против такого противника в одиночку выходить. Так что не слушай причитаний волчат и в следующий раз снова помоги. Всё понял?

— Да — ответил я, понимая тревогу отца и наставника, а сам Олег раздражённо буркнул.

— И ничего не рано!

Затем мы потратили некоторое время на сбор трофеев и их сортировку. В разгар этого дела к нам с докладом прибыл один из разведчиков группы прикрытия, рассказавший, что отряд Антипова столкнулись с многочисленным противником, которому непозволили зайти нам в тыл.

— Что-то в последнее время нежити в нашем районе всё больше и больше, — задумчиво произнёс Яков, после этого — Причём нападает достаточно хитро, а не прямолинейно как раньше.

— Прогрессируют твари, — хмуро прокомментировал кто-то, и отряд, перестроившись в боевой порядок, продолжил движение, пока не остановился у большого туманного марева, из-под которого частично проглядывали силуэты каких-то зданий.

Разведка тут же приблизилась, что-то проверила, изучила и вбила два помеченных красной краской колышка на рассеянии три метра друг от друга.

— Это для чего? — шепнул я Егору.

— Чтобы заходили в одном месте. Если попробуешь войти рядом, то можешь оказать не там, где планировал, а…

— Маг! — позвал меня командир, не позволяя дослушать информацию и указал на ещё четверых ходоков — Становись в центр, растягивай защиту на всех и готовься. Двигаешься в первой волне.

Заняв место в центре построения, я растянул защиту на четверых ходоков и на всякий случай уточнил:

— Надеюсь, щит после пересечения границы аномалии не рассыплется? Я вижу её впервые и точных свойств не знаю.

— Будет стоять, как стоял, — ответил Игорь Владимирович. — Мы такое раз сто делали, так что вперёд! Одновременно! Паша, командуй!

— С левой ноги! Шагом марш! — произнёс боец рядом, и мы, беспрепятственно пройдя дымку, оказались внутри аномалии. Где я тут же ощутил возросшее давление проклятой земли.

Краски с момента выхода с пограничного пункта словно бы ещё больше потускнели, звуки стали более глухими, а навалившаяся на тело тяжесть была ощутимой. В обычной ситуации я бы отошёл назад, чтобы отследить этот переход, поподробнее его изучить и понять, как он на меня влияет, однако сейчас под моей защитой находилось сразу четверо бойцов, и этого делать было никак нельзя.

В следующий же миг мысли подтвердили несколько стрел от пятёрки скелетов-лучников, застрявших в моём щите, а сразу после этого из-за стен ближайших зданий вышли две высокие мощные фигуры размером с рыцаря смерти и с какими-то обтёсанными кусками дерева на плечах.

— Назад! Отступаем! — выкрикнул Паша, не позволяя мне как следует рассмотреть противника, и мы вовремя отошли, выходя из аномалии и пропуская рядом опаснейшие удары очень тяжёлого, хоть и примитивного оружия. Вот только противники не собирались ждать, пока мы соберёмся с мыслями и вновь зайдём для ответного удара, а последовали за нами, и стопятидесятикилограммовые брёвна поднялись высоко над рогатой головой, чтобы в очередной раз пролететь в опасной близости от нас.

— Не подставляться! Маг! Бей по оружию! — крикнул командир, но моё заклинание усиленного «серпа ветра» ударило не по толстому полену, а по кисти ближайшего противника.

Брызнула зелёная слизь, однако оружие громила не потерял, лишь на несколько мгновений замешкался, перекладывая его поудобнее. Тогда на помощь первому заклинанию отправилось второе, и «огненный шар» взорвал руку противника, заставив бревно с грохотом упасть на землю.

Здоровяк попробовал было его поднять, вот только на него бросилось сразу трое ближайших ходоков, и столько же атаковало второго. Не успел я атаковать магией и его, как за спиной противника появился Яков со светящимся клинком и несколькими сильными ударами перерубил мощную шею здоровяка, больше похожего на быка-переростка, ставшего на задние лапы с массивными копытами и имеющего на передних вполне себе обычные руки, только с четырьмя пальцами-сосисками.

К этому времени опытные ходоки добили и первого из здоровяков. Его голова тоже упала на землю, прокатилась вперёд и посмотрела на меня своими светящимися красным глазами. Вот только внимание привлекли не они, а странное ритуальное кольцо в носу нежити и парочка более мелких в ушах, которые даже на первый взгляд казались весьма необычными. Их металл отливал тёмным серебром со слабо светящимися рунами.

«Явно какие-то артефакты!» — пронеслось в голове, когда я заметил взгляд какого-то излишне возбуждённого командира.

— Быколюды! — прокомментировал Яков и отряхнул слизь с клинка. — Очень редкая и ценная тварь. Давно не доводилось их видеть.

— А ещё мощная, — произнёс я. — Если попасть под такой удар, то никакой щит не спасёт.

— Твой точно нет, — согласился наставник. — Против подобной нежити эффективна лишь ловкость, скорость, ну и правильное оружие. Несмотря на размеры, это достаточно шустрые и прочные твари.

Пока мы общались, несколько назначенных командиром ходоков принялись за разделку нежити, не доверив столь важное дело неопытным подмастерьям. Надев специальные перчатки, они вытянули приметные кольца из носов и ушей, оперативно вырезали рога с частью черепа, достали глаза и обнаружили за спиной у одного из быколюдов небольшую сумку с каким-то артефактом, плотно закрученным в грубую, но рваную ткань. Развернув её и внимательно рассмотрев находку, командир довольно улыбнулся.

— Да что это такое? Сегодня нас просто преследует череда удач! Уже давно столь знатной добычи не было! Сначала быколюды, которых здесь не видели лет под пять, и за ингредиенты с которых готовы заплатить огромные деньги, так ещё и целая россыпь артефактов!

— Будем надеяться, что этих тварей перенеслось в некрополис не слишком много, а то ещё достанут кого, — произнёс кто-то не радостным голосом. Видимо, когда-то уже имел опыт встреч с подобными противниками и был отнюдь не так рад, как Игнат Владимирович.

Завернув артефакты в новый отрез ткани, вручённый одним из бойцов, командир дождался окончания разделки, а затем выставил нашу четвёрку перед аномалией и велел заходить.

На этот раз нас вновь встретили выстрелы лучников, но других противников больше не появлялось. Уничтожив скелетов слабыми, но точными «серпами ветра», я проследил, как двое ходоков вбивают ещё пару приметных колышков позади себя у выхода из аномалии, и отошёл, не желая мешать проходу остального отряда.

Войдя к нам и осмотревшись по сторонам, Игнат Владимирович принялся отдавать указания.

— Петрович, ты со своим звеном берёшь левый фланг! Яков с волчатами — правый! Остальные — центр. Подмастерья и Фёдор — остаётесь здесь. В готовности оказать поддержку любой из групп! Всё! Разошлись!

Пока ходоки отправились на разведку, а подмастерья тяжело вздыхали из-за несправедливости жизни, я не первый раз подумал о том, что название «волчата» не слишком подходит ученикам Якова. И попытался представить, почему их стали называть именно так.

«Этому предшествовала какая-то история? Может, у Якова был позывной Волк? А парни — это его молодые волки? Или просто опасные противники, но ещё не вошедшие в силу?»

Не найдя ответов на этот вопрос, стал изучать местную архитектуру, которая на мой непритязательный взгляд выглядела странно. И это без учёта разрухи и многочисленных разрушений.

Вот только долго рассматривать достопримечательности и странные рисунки из камней не получилось. Первыми вернулись Яков с волчатами, которые тянули какой-то железный лом из своего здания, а также кучу другой мелочёвки. Затем появились бойцы и со второй стороны, рюкзаки которых были наполнены посудой, светящимся шаром и иными ценными вещами.

Вскоре откуда-то из центра донеслись звуки короткого боя, а затем появились и остальные наши бойцы, тянущие достаточно много ценностей. Из-за чего между зданиями образовалась небольшая кучка всевозможного добра, которую Егор с Женей стали перекладывать более компактно, а затем принялись наполнять рюкзаки. Помимо этого, отдельно было сложено и связано друг с другом два десятка мечей, которые, судя по подслушанному разговору, были пусть и ржавыми, но достаточно ценными. А ведь помимо них имелись ещё и те, что были в руках у странной нежити за пределами аномалии.

«И как тогда нам вынести всё это?» — с недоумением подумал я.

Помимо магического металла, различных предметов и артефактов, ходоки принесли немало весьма некротических и других камней, покрывающих некоторые здания, а также обнаружили множество ценных, насыщенных энергией трав, ягод и грибов, часть которых даже светилась от переполнявшей их силы.

— А разве их можно употреблять? — с сомнением в голосе уточнил я, ощущая на плечах так никуда и не девшуюся тяжесть аномалии. — Разве они не напитываются некротической энергией?

— В чистом виде вряд ли можно, — решил мне ответить один из опытных ходоков, несущий небольшую вазу с ягодами. — Но в них же не только некроэнергия, но и межмировая присутствует из-за постоянных порталов. Последней, кстати, гораздо больше. Поэтому если всё правильно сделать, то такие насыщенные энергией растения могут принести много пользы.

Помимо предстоящей денежной прибыли, приятным бонусом моего нахождения в аномалии стало очередное пробуждение памяти Меченого, который вспоминал некоторые растения и камни, как правильно их собирать и где искать.

Очистив прилегающую территорию от нежити и достаточно быстро забив вместительные рюкзаки до отказа, Игнат Владимирович со вздохом произнёс:

— Аномалия очень богатая. Ценностей много, и всё за раз не заберём, поэтому отбираем самые ценные и отступаем. Вернёмся сюда по графику.

— Петрович со своими бойцами ещё не вернулся, — доложил Игнату Владимировичу кто-то, но не успели они распределить добычу, и все ходоки как по команде посмотрели куда-то влево.

«Что там?» — не понял я, но не обнаружил никаких странностей, однако бойцы напряглись, словно видели или слышали что-то недоступное мне, и в этот момент земля чуть заметно вздрогнула, часть зданий тут же обрушилась, и среди поднявшейся пыли я обнаружил две огромные тени «мясных туш», сокрушительные снаряды которых неслись в нашу сторону.

Жезл нырнул в руку словно сам собой, а следом из него вылетело два «средних огненных шара», превратившие многокилограммовые куски некротической ткани в какие-то ошмётки.

— Бей ещё! — тут же скомандовал Игнат Владимирович, и очередное заклинание серьёзно ранило одну из тварей, заставив её рухнуть набок, а вторая туша проявила непривычную для вида скорость, рванула вперёд, разрушая ещё два здания, и нанесла удар по не успевшему отбежать ходоку. Несчастного снесло с места, отправив в далёкий полёт.

Не позволяя ей повторить успех, атаковал на опережение, хотя, по правде сказать, сил осталось очень мало. Всё же «средние шары» — достаточно прожорливые заклинания.

Добив две мясных туши и по-быстрому собрав трофеи, мы двинулись в обратном направлении, а Игнат Владимирович запросил помощи от отряда прикрытия в переноске раненого и некоторой добычи. Взяли мы её, оказывается, слишком много.

Возвращаясь назад по уже проложенному маршруту, отряд пару раз столкнулся со слабой нежитью, но это нас особо не задержало.

К пропускному пункту мы вернулись раньше запланированного, примерно часов в семнадцать, затем сгрузили добычу в пикапы, отдали раненого и на автобусах направились в сторону учебного центра, где должен был дожидаться Всеслав, который бы отвёз меня домой. Несмотря на серьёзную подготовку от Игната Владимировича и Якова, вымотался я знатно и мечтал лишь об одном: поскорее помыться, перекусить и лечь в кровать.

Первые два пункта выполнил сразу же после возвращения домой: снял с себя грязную одежду, которую отправил в стирку, с удовольствием помылся, смывая грязь и пот под плотной горячей струёй воды, и перекусил, а потом понял, что устал не так уж и сильно. Поэтому вместо того чтобы сразу занять горизонтальное положение, поудобнее устроился в комнате на полу, прикрыл глаза и постарался переместиться в свой внутренний мир, чтобы проверить, как там обстоят дела после посещения проклятых земель и убийства нежити. Первым, что бросилось в глаза, было значительно возросшее количество чёрной пыли в магических каналах.

«Ничего себе! Это что так на печать повлияло? Убийство сильной нежити? Или посещение аномалии? — удивился я, и удовлетворённая улыбка тут же показалась на лице. — Ну да ладно, потом узнаю, сейчас нужно очистить каналы от грязи. Работы предстоит много».

Запустив циркуляцию энергии, я принялся за дело и провозился с этим часа четыре, окончательно вымотавшись и лишившись сил. Попотеть пришлось неслабо, однако засыпал я с удовлетворением. Процесс разрушения проклятой печати вновь продолжился.

Следующий день, в который все члены нашего отряда отдыхали, я провёл дома и частично на полигоне ассоциации. Первым делом, как проснулся, решил заняться тренировкой магии. Всё же практика в проклятой земле показала, что «средний огненный шар», показанный Платоном и улучшенный мной, — это весьма серьёзный аргумент в сражениях с сильными видами нежити, и необходимо как следует его натренировать, чтобы ещё больше повысить скорость создания конструкта и одновременно уменьшить количество затрачиваемой энергии. Добиться нужного результата будет отнюдь непросто, и, судя по моему опыту с другими заклинаниями, потребует многих тысяч созданий, поэтому лучше начать данную работу как можно раньше. Помимо этого, на полигон я поспешил ещё по одной причине, так как во время похода ощущал, что мои заклинания «среднего шара», пусть и удачно отработали, но были очень далеки от совершенства и что если бы не подаренный Красновым магический жезл, во много раз повышающий концентрацию, то ситуация сложилось бы гораздо хуже. Подозреваю, что часть конструктов могла бы и вовсе взорваться передо мной при создании.

Потратив на тренировки достаточно много своей магической энергии, я отправился домой, где продолжил занятия, теперь уже воинских навыков, а именно переход в состояние лада.

У меня были свежи воспоминания от победы над Николаем, а также желание волчат Якова со мной поквитаться. Я представил, что могут сделать обозлённые подростки с великолепными боевыми навыками, поэтому работал со всей ответственностью.

К сожалению, упражнение давалось мне с большим трудом. Войти в состояние лада удавалось, но только лишь при полном покое да ещё и за минуты три-четыре. Данное обстоятельство мне откровенно не нравилось, однако всё равно требовало закрепления, и, повторив вход и выход четыре раза подряд, я стал учиться совершать переход в движении.

Во время нормального тренировочного процесса так делать было нельзя. Сначала требовалось закрепить навык вхождения, который стал получаться лишь недавно и после многочисленных попыток. Затем сократить время хотя бы до минуты или секунд тридцати и лишь потом переходить к следующему этапу. Вот только времени на это у меня не было. Не сумею быстро научиться данному навыку — и продолжу быть грушей для битья. Спешить с этим нужно было и потому, что ментальные силы и готовность концентрироваться постепенно таяли, и я понимал, что попыток осталось не так и много.

В конце концов мне удалось войти в нужное состояние и добиться этого примерно за минут шесть. Это было очень и очень долго, однако и такой результат казался мне неплохим. Я даже решил, что попробую провернуть этот трюк перед тренировкой у Якова, чтобы встретить любого из возможных спарринг-партнёров сразу в полной боевой готовности, и заранее предупрежу Егора с Женей, чтобы они меня не отвлекали. Ну а вечером после этого вновь собрал свой походный рюкзак с самыми необходимыми вещами, почистил и заточил оружие и подготовился к строевому смотру перед походом в проклятые земли.

Утром, как и ожидалось, командование вновь проверяло нашу готовность отправиться в проклятые земли, а Ратмир Богданович отдельно остановился на предыдущем успешном походе и похвалил всех за весьма впечатляющую добычу, боевые с которой вскоре всем начислят. После этого ходоки могли позволить себе отправиться домой или тренироваться в собственном темпе, а вот меня, подмастерьев и волчат взял на себя Яков.

Парни, судя по бросаемым взглядам, про поражение Коли не забыли и морально настраивались на бой. Тем же на ходу занимался и я, что позволило к моменту начала схватки быть в готовности войти в состояние лада.

Не без удивления обнаружив напротив себя Николая и услышав команду Якова я собрался, а парень тут же бросился в атаку. Мне удалось достаточно быстро показать ему, почему меня не стоит недооценивать. После того как я несколько раз опрокинул его на землю, не забыв нанести удары оружием по жизненно важным точкам, наставник поставил мне в пару следующего ученика — Константина.

Он был куда более собран, чем предыдущий, и глупо бросаться на меня в надежде на чудо не стал. Но я отсиживаться и ждать с моря погоды не собирался, времени в состоянии лада было маловато, и пришлось перейти к весьма активным действиям.

Явно поняв мою задумку, Яков после проигрыша второго ученика поставил напротив Олега, и вот здесь коса нашла на камень. С победой над ним у меня возникли некоторые проблемы: парень был несколько быстрее товарищей и куда более техничным, поэтому мы сражались примерно на равных. С переменным успехом, нанося друг другу сокрушительной силы удары.

Так продолжалось недолго, пока я, как и в предыдущий раз, не ощутил резкую боль по всему телу и не рухнул на землю со скованными мышцами.

Олег ещё успел рубануть меня клинком по плечу, но, заметив неладное, отскочил назад.

— Что это с ним? — уточнил он с недоумением и присел, разглядывая моё искажённое лицо.

— Перетрудился, — произнёс Яков, подходя ко мне, и добавил: — Ты меня удивил. Сегодня перешёл в состояние лада гораздо быстрее и держался дольше. Молодец, но впредь я буду еженедельно сокращать время вхождения на двадцать секунд. Учись быть быстрее.

— Ничего себе, его трясёт, — заметил Костя, подходя ближе. — Может, надо целителя позвать?

— Не надо, — ответил Егор, осторожно ощупывая свежую ссадину на лице. — Он должен несколько минут так потрястись, чтобы мышцы привыкли к нагрузке.

— Первый раз такое вижу, — заметил Коля и спросил у наставника: — А у нас почему подобного не было?

— Глупый вопрос, — ответил Яков и как-то характерно посмотрел на парня, что тот тут же опустил взгляд и заткнулся. Тем временем наставник произнёс:

— Меня больше интересует вопрос, кто нашего Федю учил махать клинком и сделал это настолько виртуозно. У него получается что-то очень странное, чему у меня даже нет нормальных объяснений. Он делает то, к чему организм не готов, так как силовой подготовки и мышечного каркаса просто не хватает, и применяет их так, будто отрабатывал подобное несколько десятков лет.

На некоторое время воцарилась тишина, а затем Яков уточнил:

— Ну что, Федя? Подскажешь имена своих наставников?

Я промолчал, не зная, что ответить и как правдоподобнее соврать. Ведь не скажешь же, что часть своих учителей я просто не помню, а другая не помнит, как обучала меня работе с клинком, ведь это будет происходить лишь в будущем.

Не дождавшись ответа, Яков как-то хитро усмехнулся, а я постарался отрешиться от навалившейся на меня боли и облегчённо выдохнул, лишь когда старик-целитель начал приводить меня в порядок.

А вот уже после этого волчата вдоволь накуражились, побеждая меня по очереди раз за разом. Без чувства лада я был им совсем не противник, хоть и старался огрызаться.

После тренировки, посещения бани, фитобара и приёма пищи меня по дороге из столовой на стоянку перехватил Платон, с которым мы отправились на магический полигон.

Наставник вновь, как бывало часто в последнее время, был мрачнее тучи, но всё же продолжал внимательно следить за тем, как я создаю заклинание, и позволил мне отработать его на различных мишенях для проверки убойной силы и сохранения конструкта на разном расстоянии до цели, а затем произнёс:

— Хочу поздравить тебя с первым успешным походом в проклятые земли в составе отряда. Ты показал, что действительно неплохой маг. Вот только есть небольшой нюанс, — выдержав паузу, мужчина продолжил, — для того чтобы выплатить причитающуюся сумму, от меня в бухгалтерии потребовали предоставить документы, подтверждающие твой магический ранг.

Я насторожился, поняв, что именно это, скорее всего, является причиной плохого настроения наставника сегодня. А раз так, то с этим делом что-то не так.

— А для чего им эта информация? — попытался я вытянуть из Платона немного сведений. — Задачу я выполняю. Ходоки защищены и вернулись домой живыми. Опасная нежить уничтожена. Разве это в нашем деле не главное?

— Именно это и есть главное, — подтвердил наставник мрачно. — Однако бухгалтерии всё равно необходимо знать твой ранг.

— Насколько знаю, — произнёс я, — полноценное выяснение ранга — дело совсем непростое. Необходимо проводить целый ритуал, тратить много времени и ресурсов на подготовку, задействовать опытных людей. Делать это всё только для того, чтобы понять примерный уровень силы одного одарённого, нерационально.

— Так и есть, но у нас уже всё готово, — ответил Платон, заставив меня ещё больше насторожиться. — Давай просто сделаем, и бухгалтерия отступит. Иначе проблемы будут у всех, в том числе и у меня с Яковом.

«То, что ты мне не друг, я знал давно, но то, что ты мне враг — не подозревал», — подумал я и в ответ на грубую примитивную манипуляцию, произнёс:

— Так ты поставь мне просто ранг новика или отрока. Ну или сам посчитай, какой мне больше из них подходит. Вряд ли я сильнее. Потом ведь идёт вой, ратник и ветеран, а про высшие — витязь и богатырь, вовсе молчу.

— Не выйдет, — отвёл взгляд наставник. — Необходимо точное заключение специальной комиссии. Официально.

«А в глаза-то не смотришь, — пронеслось в голове. — Видать, какие-то остатки совести всё же остались».

Несмотря на данное обстоятельство, я понимал, что Платон будет уговаривать меня до последнего, и это было плохо. Ведь как бы я ни напрягал память, так и не вспомнил детали ритуала и итоговый результат. Опасался, что он покажет мою истинную суть, что на мне лежит мощное проклятие предателя крови. Вдруг они поймут, что я из рода Чародеевых, и это кого-то испугает?

Может, будут опасаться, что проклятие перейдёт и на членов моего отряда? Или вдруг выяснится, что в ассоциации есть договор, запрещающий принимать к себе кого-то из членов моего рода? Всякое бывает. Но ещё больше я опасался того, что во время ритуала себя как-то проявит и Игорь Леонович, желая нанести мне вред. Тогда ведь придётся бить в ответ и разрывать договор с ассоциацией, а мне всё же пока хотелось бы оставаться в учебном центре. Время, проведённое здесь, нельзя ни в коем случае назвать пустым. Мне серьёзно увеличили силу, ловкость, скорость и выносливость. Обучили сложному и очень опасному заклинанию, учат уклоняться от нападения нескольких одарённых, дали опытного наставника с авторской методикой и сильных спарринг-партнёров. Бросать всё это не хотелось. Я прекрасно понимал, что сам бы никогда не смог загонять себя до подобного состояния. Во-первых, потому что человек — существо ленивое и не очень любит много и долго пахать. Во-вторых, потому как даже не представлял себе границы своих сил, которые постоянно раздвигали.

— Так что скажешь? — прервал мои мысли Платон.

— Скажу, что показывать истинную силу другим я пока не готов, и позволять кому-то задействовать меня в каких-то странных ритуалах — тоже. Так что нет.

— Ты считаешь, что мы хотим причинить тебе какой-то вред? — с искренним недоумением, как мне показалось, спросил наставник. — Да если бы мы хотели что-то с тобой сделать, то ты бы и сам этого не понял! Хватило бы желания и пары крепких ходоков.

Я криво усмехнулся:

— Так ты думаешь, именно поэтому Евген с парнями несколько раз ко мне цеплялись?

Платон тут же покачал головой и стал протестовать, доказывая, что бюрократы, нуждающиеся в документе, — это одно, а ретивые молодые ходоки — совсем другое и что нет ничего страшного в том, чтобы продемонстрировать начальству свой реальный уровень сил и потенциал развития. А также позволить и наставнику оценить эти данные. И в конце концов напомнил, что если бы кто-то хотел мне зла, то забрал бы безвольное тело с тренировки Якова.

Вот на это заявление мне нечего было возразить, однако я всё равно упёрся:

— Нет. Я не готов. Поэтому даже не проси.

— Ну, это твоё дело, — почесал голову наставник и хитро посмотрел на меня. — Но без официального бланка, где будет указан ранг, выплат по боевым ты можешь не ждать. А это, к твоему сведению, немало — почти шесть с половиной тысяч рублей!

— Хочешь сказать, что мы подняли порядка семидесяти кусков за последний поход? — переспросил я.

— Чуть больше, не забудь налог ассоциации, — подтвердил Платон и продолжил: — На самом деле очень неплохо. Тут тебе и быколюды, и рыцари смерти, и мясные туши, и немало ценных артефактов с другими интересными ингредиентами, которых уже давно здесь не встречалось. Видимо, сыграло роль то, что в аномалию долгое время никто не ходил, и там успели накопиться не только нежить, но и другие ценности.

— С одной стороны, я с тобой согласен, — произнёс я, — со второй, нам удалось вырваться оттуда только потому, что сильная нежить закончилась. Лично меня хватило бы ещё всего лишь на несколько заклинаний, после них силы были бы на нуле…

В итоге проговорили мы ещё примерно час, в связи с чем домой я возвращался загруженным и обеспокоенным. Понимая, что, скорее всего, в ассоциации на меня продолжат раз за разом давить, напоминая о необходимости проведения ритуала и становления ранга, и будут делать это до тех пор, пока отказы не станут выглядеть неприлично и не вызовут вопросы.

А раз так, то нужно самому решить проблему и сделать это безопасно для меня.

«Так, завтра у нас будет поход в проклятые земли, а послезавтра и ещё два дня — выходные. Это значит, что в это время можно будет отправиться по делу в соседний город и провести ритуал, а если нужно и задержаться на денёк, чтобы обезопасить себя, нынешнее место жительство и обучение в ассоциации. Потому как кто знает, какие результаты покажет ритуал? Ведь после аналогичного в школе все быстро узнали, что я настоящий представитель рода Чародеевых».

Стоило нам добраться до дома, как я быстро привёл себя в порядок, переоделся, направился на железнодорожный вокзал и там, на карте страны, обнаружил подходящее крупное поселение на семьдесят тысяч человек, рядом с которым не имелось никаких проклятых земель, а значит, и лишних ходоков…

Спустя некоторое время немолодой мужчина в неприметном автомобиле остановился на некотором удалении от дома Чародеевых, проследил за тем, как отец с сыном скрываются во дворе, и поехал к ближайшей телефонной будке, где, набрав длинный номер, произнёс:

— У меня хорошие новости. Я нашёл их в Камневске. Да, это точно они, — проговорил мужчина в трубку и, выслушав ответ, добавил: — Я знаю, что без фамилий. Докладываю, что ниточка с пропавшими доспехами себя оправдала и привела нас в нужное место.

Выслушав ответ, продолжил:

— Да. Группу встречу. Но один из объектов планирует зачем-то посетить соседний город. Предлагаю проследить за ним, вдруг выйдем на покровителей, а если не удастся, то произведём захват в безопасном месте и пригласим второго. С таким козырем на наших руках он не откажет.

Вновь замолчал, мужчина впервые за разговор позволил себе кривую усмешку.

— Задачу понял. Наблюдаю, на рожон не лезу и помню, что они сделали с чиновниками. Да. Конец связи…

Дождавшись, когда мужчина положит телефон, следящий за ним крепкий молодой человек расположившийся на заднем сиденье неприметного микроавтобуса хищно улыбнулся в своём зверином волчьем облике и медленно вернув себе человеческий вид, произнёс.

— А вот это интересные новости. Оказывается, у нашего одарённого малолетки есть серьёзные враги. Что же, в таком случае нужно будет проследить за тем, чтобы его всё же уничтожили. Игорь Леонович будет доволен…

Второй поход в проклятые земли проходил примерно так же, как и первый, хотя изменений хватало. Всё началось с прибытия: помня о словах Игната Владимировича, мы с Всеславом приехали несколько раньше, и теперь я даже был не последним в отряде, раздражение командира досталось другому. Затем последовала повторная проверка рюкзака с имуществом, поездка до пограничного пункта пропуска, короткое ожидание, проход по безлюдным простреливаемым коридорам, выход, встреча с несколькими видами слабой нежити и поход к аномалии под прикрытием одного из отрядов поддержки.

Главное отличие от первого раза заключалось в том, что нежити вблизи аномалии и в ней самой было как-то слишком мало. Поэтому за всё время я ни разу не вступил в бой. Со всеми противниками справлялись бойцы. Исходя из этого серьёзно изменилось и качество добычи. Теперь это были не дорогостоящие ингредиенты редкой нежити, а недорогие артефакты, множество различных кристаллов, трав и разная утварь оставленная с прошлого похода. Ходоки работали споро забирая всё ценное словно пылесосы. Из-за чего назад мы возвращались с нагруженными под завязку рюкзаками. При выходе двое ходоков не забыли забрать приметные красные колышки и оставили на деревьях и земле какие-то знаки свидетельствующие о зачистке, данного участка.

— В следующий раз будем заходить в аномалию через другой проход и попадём в иной район некрополиса — прокомментировал увиденное Егор — А здесь больше нечего брать.

После гораздо более раннего возвращения домой, небольшой очистки каналов, которые были загрязнены едва-едва, я провёл непродолжительную тренировку и начал готовиться к завтрашней одиночной поездке в соседний город.

Подобрал неприметную, но добротную одежду тёмных цветов; подходящий рюкзак из плотной ткани, в который уложил небольшой перекус, а также десять тысяч рублей для взятки ответственному за ритуал магу. Туда же отправилась сменная одежда и другие мелочи. Ну а артефакты с магическим жезлом и пистолетом, итак были при мне.

«Ещё бы третий купить для меча, и было бы совсем идеально» — пронеслось в голове.

Следующим утром, предупредив Всеслава о свои делах, я покинул дом, чтобы не привлекать внимание соседей выездом на автомобиле, затем добрался до железнодорожного вокзала, сел в вагон и, наконец-то, отправился в поездку.

Поезд оказался непрезентабельным, старым и пошарпанным. Проводники уставшими и напряжёнными. Сиденья — убогими, порезанными и исписанными какими-то маркерами. Контингент тут тоже подобрался своеобразный: помимо молчаливых и забитых людей, в основном среднего возраста, здесь имелись и пару громких компаний подростков, и несколько мужиков, пытавшихся строить из себя крутых.

«Ага, прямо очень значительно выглядят со своими наездами на простых людей и высокомерными лицами в столь убогом интерьере. И для чего эти понты? Кого впечатлять собрались?», — подумал я, когда очередной «крутой» послал куда-то подальше старушку и наехал на покосившуюся на него.

Несмотря на подобные инциденты и данных индивидуумов, драк в вагоне не было, дорога прошла без происшествий. Даже ко мне никто не цеплялся, что было удивительно. Хотя, может, это потому, что за последнее время я изменился. Стал ещё выше и немного раздался в плечах? А может, и зимняя куртка добавила мне лишнего объёма? Или остановили глаза, те которые в последнее время видели слишком много сражений?

Вокзал выбранного мной городка был грязным и неухоженным. Он выглядел гораздо хуже, чем в том же Камневске, и при ближайшем рассмотрении можно было обнаружить, что криминальных элементов здесь явно было больше. Стоило только толпе приехавших немного разойтись, как я ощутил на себе хищные оценивающие взгляды, от которых поспешил скрыться в здании вокзала. Оттуда направился в туалет, оказавшийся, на удивление, вполне современным и чистым. Вот только когда я вышел из кабинки, то увидел троих: интеллигентного вида мужчину с настороженным взглядом и двоих доходяг с хищными глазами, которые стояли у выхода и пялились в мою сторону.

Устраивать разборки с криминалом и привлекать к себе излишнее внимание совершенно не хотелось, поэтому я решил использовать интеллигентного мужчину как своеобразный щит и создал прямо перед ним «огненный шар», будто это было дело его рук. Бандиты, увидев заклинание, правильно оценили ситуацию и поспешно рванули на выход. Я же прекратил подпитку конструкта, тщательно вымыл руки, а затем, с нарочитой опаской поглядывая на опешившего мужчину, отправился на улицу, где обратился к добродушной старушке продававшей носки, и уточнил дорогу к местному филиалу ассоциации магов.

— Так это тебе на центральную площадь нужно, — сказала она, по-доброму улыбнувшись. — Там будет такое высокое красивое здание из стекла. Оно у нас в городе одно. Иди прямо по улице. Не ошибёшься.

— Спасибо большое, — поблагодарил её я и неспеша двинулся в указанном направлении, с интересом разглядывая захолустный городок.

«Да, далеко не Камневск, — оценил я убогие здания, расшатанные заборы, плохую уборку снега, мусор и многочисленные стайки подростков, недобро косящихся в мою сторону. — Всё же люди, живущие в городе, соседствующем с проклятыми землями, живут богаче. Там тебе и возможность дополнительного заработка и государство вкладывающее в них немалые средства, чтобы привлечь новых поселенцев. А вот в простом провинциальном населённом пункте экономическое состояние крайне удручающе, денег у людей откровенно мало, они живут от зарплаты до зарплаты, что негативно влияет на криминогенную обстановку, которая толкает молодёжь на кривую дорожку».

Несмотря на это, несколько кварталов я прошёл относительно спокойно. Никто не бросался наперерез и я даже слова бранного в спину не услышал. Однако недалеко от входа на площадь, в том месте где я отчётливо видел стеклянный купол нужного здания, меня перехватила компания из четырёх парней. Двое перекрыли путь выйдя и небольшого перекрёстка, ещё пара оказалась за спиной с арматуринами в руках.

Немногочисленные прохожие тут же поспешили разойтись и спрятаться в соседних зданиях, а старший из четвёрки вызывающим тоном произнёс:

— Ну и кто тут по нашей территории так вальяжно ходит⁈ А⁈

— Ага! Так мало того, что ходит! Так он… Это… И неплатит за проход! Непорядок! — набычился самый здоровый, стоящий передо мной рядом со старшим и его поддержал невысокий плюгавый тип с неприятным смехом, расположившийся со спины и взявший в руку нож: — Да вы посмотрите на него, он же сейчас расплачется!

Плакать я, конечно же, не собирался, однако отметил актёрскую игру и психологическое давление от подростков, набросил на себя волевую защиту, которая после вхождения в состояния лада, стала куда крепче и хищно усмехнулся. Последний конфликт с Евгеном и его парнями отчётливо показал, что пистолет в руке, в некоторых ситуациях, может быть гораздо полезнее магии, особенно в тех, где не желаешь развивать конфликт и переходить к открытому противостоянию. Стоило только мысленно потянуться к амулету на правой руке и развернуться, как холодное дуло оружия неприятно уткнулось последнему из говорунов в лоб, заставив его резко прекратить смех.

— Э-э-э, — протянул он вмиг осипшим голосом — Ты это! Не дури!

— Ага! Ты что творишь? — загипнотизировано глядя на оружие в моих руках, спросил старший. — МЫ же просто шутили. Поговорить хотели. Узнать кто ты и что почём…

— Да — сглотнул четвёртый сделав полшага назад — Спрячь ствол! Или тебя сейчас полиция заберёт!

— А мне плевать, — спокойно ответил я, демонстрируя, что возможные проблемы с ношением огнестрела меня совершенно не пугают и представив как убиваю отправленных за мной бандитов, добавил — Зато отправлю кого-нибудь из вас на тот свет. Я уже давно никого не убивал.

Видимо что-то прочитав в моих глазах говорун побелел и едва не покачнулся, а затем, сделав шаг назад встряхнул головой и рванул куда-то в сторону. Его сосед бросился следом, а дуло пистолета перенеслось в направлении старшего и здоровяка.

— Так и будете стоять? — спросил я и парни, не отрывая взглядов от пистолета, отошли назад, а затем бросились догонять сбежавших.

'Ну вот и хорошо, — подумал я и, спрятав пистолет обратно в артефакт хранения, продолжил движение в указанном направлении, чтобы вскоре оказаться на городской площади, где и увидел достаточно высокое здание со стеклянным фасадом, которое словно бы перенеслось в этот провинциальный городок откуда-то из будущего, ну или из моего родного мира, например. Слишком уж футуристично оно смотрелось на фоне тотальной нищеты и обшарпанных выцветших зданий и всеобщего уныния.

Внутрь, к слову, я попал без проблем. Просто дёрнул открытую дверь, вошёл в просторный пустой холл и направился к стоящей в центре небольшой стойке с телефонами и другой аппаратурой, где в мягком кресле застыл полноватый крупный мужчина средних лет. Он окинул меня быстрым внимательным взглядом и явно остался недоволен увиденным.

— Парень, ты не вовремя, ассоциация магов по выходным не работает. Завтра приходи.

— По выходным? — переспросил я. — Сегодня же пятница!

— Балбес! У нас выходные в понедельник и пятницу! Основной поток страждущих в субботу и воскресенье идёт. Пришлось подстроиться. Нет ну нужно же хоть время работы перед приходом. Ходят и ходят…

Заткнуться мужика заставил боевой жезл с засветившимся навершием, который я с грохотом положил на стойку перед ним, а затем и прозвучавшие слова, в которых слышалась угроза.

— Мне кажется, что подобные ругательства в нашем разговоре не совсем уместны. Как считаете?

Заметив боевой артефакт охранник тут же растерял всю свою спесь. Явно понял, что у простого подростка такой игрушки быть не может и вспомнил о вежливости. Однако растерянность решил скрыть за

— Молодой человек! Это ассоциация магии, а не балаган! Если считаете, что можете мне угрожать, то я сейчас нажму тревожную кнопку, и сюда явятся не только представители полиции, но и моё руководство. Которые обязательно спросят для чего нужно было угрожать должностному лицу боевым артефактом!

«Уже молодой человек, а не балбес. Метод кнута работает исправно», — с удовлетворением подумал я, произнёс.

— Если это и произойдёт, то я расскажу о том, что здесь произошло, а также и на оскорбление со стороны простолюдина. А если ассоциация попробует прикрыть своего человека, то моя семья решит все вопросы кардинально. Оскорбив члена рода, вы оскорбили его главу и других родственников. Полагаю, что они научат вас следить за языком, если не будет слишком поздно.

Мужчина посмотрел в мои холодные глаза, ощутив уверенность в неотвратимости наказания и побелев, поспешил поклониться.

— Прошу вас простить меня за резкие слова. Пусть я и не видел вашего кольца, но должен был помнить о правилах приличия. Чем могу помочь?

— Мне нужен кто-нибудь из магов, занимающихся проведением ритуалов. Его консультация по одному вопросу.

Охранник, не глядя на меня, вновь поклонился и поспешил ответить.

— Прошу прощения, но сегодня здесь лишь помощники старших магов. Подмастерья, которые непосредственно проводят ритуалы и готовят бумаги для наших клиентов. Они выполняют основную работу и, возможно, смогут вам помочь.

'Инициативный охранник. Когда понял, что может получить проблемы на ровном месте, то стал фонтанировать идеями — подумал я и положив на стойку несколько сотенных купюр, произнёс.

— Это хорошо. Приведи мне самого толкового и предприимчивого из них, того, кто обладает знаниями и не прочь подзаработать.

Охранник приподнял взгляд, заметил деньги на стойке, сглотнул и поспешил выполнить указание сбегав за нужным человеком лично.

Вскоре он вернулся с молодым нескладным парнем лет двадцати пяти.

— День добрый, меня зовут Александр, чем я могу вам помочь? — произнёс он.

Я перевёл взгляд с охранника на деньги лежащие на стойке и тот всё правильно понял, смахнув их в одно движение. Затем посмотрел на одарённого и положил рядом с ним пять сотен.

— Мне нужна консультация опытного человека. Где бы мы могли побеседовать приватно?

Говорить о необходимости проведения ритуала при охраннике, не стал. Всё же я планировал уговорить подмастерье мага пойти на нарушение инструкций и не хотел, чтобы лишние уши были причиной отказа. Помимо этого, необходимо было продемонстрировать ему некоторую сумму денег и показать серьёзность намерений, чтобы он не оценивал меня с призму возраста.

Парень некоторое время смотрел на деньги, затем, покосившись на охранника, принял их и добавил:

— Ну если только консультацию, то прошу следовать за мной в кабинет, там обстоятельно всё и обсудим.

Вместе мы спустились в хорошо освещённый подвал с большими потолками и оказались в средних размеров помещении с двумя рабочими местами. Александр занял кресло за одним из столов и указал мне на стул напротив.

— Прошу вас, присаживайтесь. И расскажите, чем я могу вам помочь? — произнёс он, бросив пристальный взгляд на мои руки, где, по его предположениям, должно было находиться кольцо принадлежности к боярскому роду.

Вместо этого я неспеша снял куртку, повесил её на спинку незанятого стула, поставил рядом портфель и лишь затем, сев на предложенное место, ответил.

— Мне нужны ритуалы. Один, чтобы узнать точный ранг и границы сил. Второй — для получения развёрнутого отчёта о магической структуре.

— По рангу я могу и так сказать, — бросил на меня быстрый взгляд Александр. — Судя по возрасту, это будет лишь отрок или новик. Не обижайтесь, но я здесь уже лет пять работаю и лучшего результата не видел. Просто за год-два на большее не вытянуть. Слишком слабые и неразработанные каналы у одарённых после инициации. Однако, при этом наш ритуальный зал имеет мощности для анализа магической структуры клиента и может показать его потенциал. Если же вы желаете провести более серьёзную проверку, то будьте готовы к длительному процессы, который займёт не менее двух с половиной часов, но будет достаточно подробным. А также выдаст полезные рекомендации по тренировкам, зельям и росту сил. Вас устраивает?

— Да. Хочу провести сразу два ритуала — ответил я после недолгой паузы, и Александр продолжил:

— В таком случае назовите свои данные, а я попробую найти незабронированное место на следующей неделе.

— Александр, вы меня не поняли, — сказал я и положил на стол перед мужчиной тысячу рублей. — Мне нужно получить заключение по ритуалам сегодня. И без имени, оно вам не нужно.

— Ну, вообще-то, мы не имеем… — начал было говорить мужчина, но я его оборвал:

— Сколько? Назовите цену!

Александр задумался, покосился на деньги и затем всё же ответил:

— На ингредиенты будет потрачено никак не меньше трёхсот рублей, ещё пять сотен нужно будет заплатить второму подмастерью за помощь в проведении ритуалов. В одиночку со столь сложными материями может управляться лишь старший маг. Ну и охраннику нужно передать пару сотен дополнительно, чтобы не додумался вызвать руководство, которое может помешать процессу.

— Хорошо, — согласился я и положил на стол запрошенные деньги — Проводите ритуал, но мне нужна анонимность. Не хочу, чтобы родня раньше времени узнала о моей задумке.

— Непременно, — с серьёзным лицом ответил Александр и сгрёб деньги, а затем провёл меня длинным коридором к ритуальному залу, в котором уже суетился его помощник — невысокий рыжий парень лет двадцати. Заметив меня, он перевёл взгляд на мужчину, прочитал что-то в его лице и поспешил отвернуться, однако я успел заметить довольную улыбку. С ней он бросился бегать по ритуальному залу и выставлять ингредиенты в понятные лишь ему точки и делать странные манипуляции.

— А он не ошибётся? Так спешит? — на всякий случай спросил я у Александра, замершего перед огромным круглым шаром-артефактом, поверхность которого отзывалась на прикосновения одарённого, словно была сенсорной.

— Нет. Он делал это уже тысячи раз. Повода для беспокойства нет. В этом зале проводится лишь один ритуал — проверка ранга. Правда, делается он углублённо и более подробно. Но об этом я уже вам говорил.

— Главное, чтобы вы предоставили мне стандартный бланк, а не что-то индивидуальное и отличимое от ритуальных залов в иных филиалах — заметил я.

— Он будет, — ответил парень и показал на целую стену, забитую различным оборудованием, артефактами и амулетами. — Информация пройдёт через приборы и выйдет в нужной форме. Для такого дела у нас всегда есть несколько подготовленных бланков с печатями. Дополнительная информация пойдёт приложением.

— Хорошо, а какова длительность времени первого ритуала? — уточнил я.

— Всего десять минут, — ответил Александр, наконец оторвав глаза от шара. — А теперь, перед началом, прошу продемонстрировать любое заклинание. Это обязательное требование. Энергия должна пройти по каналам и словно бы подсветить их для нашего анализатора.

— Хорошо, — кивнул я, создавая «огненный шар» и заставляя мага на мгновение приподнять брови. — Этого хватит?

— Более чем, — ответил он и, проведя меня в центр фигуры, отнёс туда две тумбы со стеклянными светящимися шарами, на которые попросил положить руки, замереть и не сопротивляться вливанию энергии.

Я сделал всё, как требовалось, помощники старшего мага разошлись за свои рабочие места, и вскоре тепло из шаров стало течь по рукам вверх, медленно заполняя энергией. Одновременно с этим то один, то другой ингредиент стал слабо светиться и исторгать вложенную в него силу.

Убедившись, что всё идёт как надо обратил внимание на Александра, который вдруг нахмурился и стал бегать взглядом с меня на свой шар и обратно.

— Что случилось? — спросил я после того, как ритуал завершился и рыжий парень разрешил покинуть центр фигуры, а Александр ответил таким тоном, словно его мир рушится.

— Ничего не понимаю. Как такое вообще может быть! Магические каналы большие, чистые и развитые, как у среднерангового мага! Целого воя! Или даже почти ратника! А ядро… а его словно и нет вовсе! Он едва заметен! Нет! Ну как такое вообще возможно⁈ Я же видел огненный шар! Его нельзя создать без силы!

— Это секрет моего рода, — отрезал я, и в этот момент появился рыжий парень с бумагами в руках, которые протянул их мне и сказал.

— Ритуал определил вас как мага ранга новик.

Я быстро пробежался глазами по документу, остался им доволен, а затем заглянул в приложение, увидел странную магическую схему организма, от которой даже у меня, профана, появились вопросы, и поспешил её скрыть.

— Что там? — спросил Александр, протягивая руку. — Мне необходимо ознакомиться с данными.

— Это секрет моего рода! Или думаете, я просто так оказался здесь у вас и добровольно плачу деньги? — произнёс я и добавил: — Предлагаю перейти ко второму залу, где будет проходить следующий ритуал. Времени осталось не так и много.

Александр недовольно посмотрел на помощника, который поспешил с бумажками, затем хлопнул себя по карману, в котором хранились деньги, и махнул рукой в сторону выхода.

— Прошу вас.

Вскоре мы оказались в большом куполообразном помещении, в котором рунами были исписаны не только пол, но и стены. Александр посадил меня в центр на небольшой постамент, попросил расслабиться и замереть, а его рыжий товарищ принялся носиться по залу, наполняя узлы фигуры ингредиентами.

Подготовка была долгой и потребовала около двадцати минут, в течение которых парни быстро ходили вокруг и постоянно что-то настраивали. Вскоре они замерли перед парой больших уже знакомых мне шаров, дали отмашку на начало и принялись за дело.

Ритуал начался. Я чувствовал, как через меня медленно, но верно, стала проходить энергия, которая скапливалась вверху, затем спускалась вниз по стенам, бежала по полу в центр и вновь поднималась к потолку. Это длилось долго, очень долго, однако расслабляться я не собирался, лишь предельно внимательно следил за лицом Александра, полагая, что в процессе он может выяснить что-то про меня, печать предателя крови и либо остановить ритуал, либо предпринять нечто неожиданное. Однако лицо парня пусть и было хмурым при изучении моей энергетики, но какой-то ненависти и агрессии я в нём не увидел. Даже если ему и хотелось вызвать охрану, узнав мой секрет, то взятка и нарушение инструкции не позволили это сделать.

— Всё готово! — произнёс рыжий помощник и протянул мне файл с десятком листов внутри. — На последних страницах будут рекомендации по тренировкам и зельям необходимым для улучшения дара. Но если желаете более профессиональной консультации старшего мага, то нужно обратиться в другой город. Чтобы не возникло лишних вопросов.

— Благодарю, — ответил я, принимая бумаги и пряча их в рюкзак, а затем подхватил куртку, накинул её и вместе с Александром направился в коридор.

— Предатель крови, значит? — спросил он, став на некотором отдалении, и я заметил его магический щит. — Надеюсь, Чародеев, а не Цепеш?

«Цепеш? Это первый вампир, что ли?» — задумался я и спросил:

— А ты как считаешь?

— Наш ты. Потомок Всеслава, — ответил мужчина. — Если бы был кровососом, то я бы уже вызвал охрану.

— Ритуал бы это показал? — заинтересовался я. — Что он не человек?

— Думаю, да. Хотя по тебе, кроме печати и других странностей ничего не показало— неуверенно кивнул маг.

— Потому что я обычный человек, пусть и с проклятием — ответил я и направился к выходу, а парень произнёс.

— Если понадобится ещё что-то по магическим ритуалам, то смело обращайтесь. Сделаем всё тихо и без лишней огласки.

— Договорились, — произнёс я и, удовлетворённый новым полезным знакомством, подумал:

«Нужно будет самому ознакомиться с анализом и, если он меня устроит, то обязательно привезти сюда Всеслава. Вдруг подскажут, как вывести из его странного состояния».

Оставив сотку охраннику, чтобы молчал обо мне, вышел на улицу, осмотрелся и двинулся обратно к вокзалу. Дело сделано и теперь можно ехать домой. Задерживаться здесь в мои планы не входило.

Вот только стоило мне преодолеть площадь, как из дворов и подъездов выбежало с десяток парней, двое из которых держали в руках пистолеты, направленные в мою сторону. Этих я узнал. Это были два неудачливых нападавших из утренней компании, рядом с которыми обнаружился третий — говорливый. Сейчас он не боялся. Смотрел на меня с триумфом. А затем произнёс.

— Ну что, урод? В штаны наложил? Сейчас ты не выделываешься? А⁈ Что молчишь? Язык проглотил?

— Ты слишком много болтаешь и не даёшь мне сказать — ответил я ощущая как волевая защита покрывает тело, а затем сформировал ещё и «магический щит», чтобы защититься от внезапного выстрела.

— Что? — покраснел говорун, но старший его перебил.

— Ты! Топай в переулок! Живее! А то я тебе сейчас колени прострелю! Всю жизнь с палочкой ходить будешь!

Устраивать драку возле здания ассоциации магов я не собирался. Полиция быстро установит участников, узнает откуда шёл поддавший огня маг, станет задавать вопросы подмастерьям и обязательно выяснят мои секреты. Поэтому я просто кивнул. Позволил завести себя в переулок, но дать отпор не успел. Дверь небольшого чёрного микроавтобуса открылась и из него вышло трое крепких мужиков с автоматами в руках. Один из которых произнёс.

— Спасибо парни. Дальше мы сами…

— А ты ещё кто такой? — спросил я, внимательно осматривая новых действующих лиц и внутренне подобрался. Если в первые мгновения я посчитал их кураторами банды малолеток, которых я проучил утром, то теперь понял, что это не так. Своим точно не пришло бы в голову ненавязчиво держать подопечных под дулами автоматов. Молодёжь это не заметила, а вот я благодаря остаткам памяти Меченого, отметил на раз. Скорее парни напряглись из-за того, что их стволы были гораздо меньше. В глаза также бросились и холодные взгляды тройки бойцов, их обладатели, по моему мнению, ради своих целей, могут убить здесь всех.

«Непростые мужики за мной приехали. Явно непростые» — подумал я, а старший из тройки жёстким тоном произнёс.

— Закрой пасть и иди в машину! Быстро я сказал!

— Нет. Не пойду, — покачал головой я. — Зачем? Чтобы вы меня там убили?

— Фёдор! — веско произнёс старший и перевёл ствол автомата на моё правое колено. — Мне велели привезти тебя живым. Живым! А не здоровым. Так что если будешь умничать, то получишь пару лишних отверстий!

«А вот и подтверждение моим мыслям. Боевики не связаны с малолетками и этим городом, раз знают моё настоящее имя. Скорее всего, это меня нашёл кто-то из старых врагов. Даже любопытно, кто это настолько целеустремлённым. Неужели Череп со своими бандитами? В таком случае снимаю шляпу. Они оказались более живучими, чем я думал. Или это всё же какая-то интрига Игоря Леоновича? Ладно. Скоро узнаем. А пока попробую раскачать ситуацию», — подумал я и, отчётливо хмыкнув, произнёс:

— Тебе велели, значит? Слышали, парни? Ему велели! Велели! Значит, перед нами не свободные охотники, а домашние псы, которые отправились выполнять поручения хозяина. Вот только псов за выполнение команды похвалят, погладят по головке и кинут кость, а вам что? Тем, кто сделал основную работу? А? Денег хоть дали? Или только пукалки дали на время подержать⁈ Где ваша гордость? Вы что лохи? Чтобы бесплатно работать? Или шестёрки каких-то залётных гастролёров?

— Вообще-то, только стволы и дали, — недовольным тоном заметил говорливый, и я, посмотрев на него, произнёс:

— Это мало. Очень мало. Вы хоть проверили, как они стреляют? Может там бойки спилены? Или это вообще палёные стволы? Из которых уже по кому-нибудь стреляли?

— Заткнись и иди! — раздражённо сказал один из парней с пистолетом, которого стала нервировать обострившаяся ситуация и боевики с автоматами, после чего он попробовал толкнуть меня в спину, вот только я отошёл в сторону и поставил ему подножку, заставив рухнуть на землю.

От него словно бы разошлись круги напряжения. Все тут же заговорили, поудобнее перехватили оружие, а один из автоматчиков приблизился ко мне вплотную, приставил оружие к животу и рявкнул:

— Живо в машину!

Он также попробовал схватить меня за руку, но я легко вырвал её и отступил назад.

— Нет! Не заставишь! Или хочешь сказать, что начнёшь стрельбу прямо в центре города? Если бы мог, то давно бы это сделать!

— Могу и устроить, — процедил мужик, и его глаза похолодели. — Не спасёт ни защитный амулет, ни артефакт. Ничто не выдержит очередь в упор из такого оружия!

«Это точно», — мысленно согласился я, но, посмотрев на лица сомневающихся подростков, продолжил агитацию:

— Тогда сначала с пар нями расплатитесь и пойдём! Предупреждаю, я стою никак не меньше пятидесяти тысяч! Если не под сто! А они предложили вам сущие копейки за столь серьёзную цель! Разве за эту мелочь стоит страдать и рисковать? А делать это придётся. Ведь когда пропажей своего члена заинтересуется мой род, то они поднимут науши весь город. Узнают у свидетелей, кто именно увёл меня с общественной улицы, в этот проулок и найдут всех из вашей банды. Всех! Даже тех, кого сейчас здесь нет! А в процессе ещё и порежут вас и ваших родных на куски. И всё только лишь для того, чтобы выведать правду. Неужели это того стоит?

— Чего ты стоишь и слушаешь его⁈ — процедил старший из автоматчиков, заметив, что ситуация обостряется — Тяни его нахрен в машину!

— Не так быстро! — сказал один из мальчишек и ткнул пистолет в голову стоящему рядом бандиту — Мы не договаривались, что придётся похищать боярича. Гоните бабки или валите нахрен. Он прав. Нечего собой рисковать ради какой-то пукалки.

— Да кому вы верите? — прошипел старший автоматчик — Из него боярич, как из меня танцовщица. Это изгой! У которого из семьи лишь отец.

— А ещё много других людей с такой же фамилией — заметил я, а кто-то из мальчишек справедливо добавил.

— Вот только его с улицы вы попросили забрать нас. Почему сами не пошли?

— Заткнись! — начал мужик, но я его перебил, решив повысить свои шансы:

— Каждому, кто станет на мою сторону и поможет взять этих ублюдков, обещаю безопасность и по пять тысяч рублей наличными. Моим родным будет очень интересно узнать, кто же именно покусился на члена их семьи!

— Пять тысяч? — прохрипел говорливый, и в этот момент из-за микроавтобуса показался мужик с массивным пулемётом, заставивший молодёжь машинально отступить назад.

— Стоять, сукины дети! Или всех покрошу! А ты, говорун! — нацелил он ствол на меня, — доставай пистолет и садись в машину. Пока я не наплевал на все инструкции и не превратил тебя в решето. Лучше ты сегодня здесь сдохнешь, чем мы будем друг в друга стрелять.

«Ну всё. Шутки кончились. Этот настроен решительно, понял, что я специально накаляю обстановку. Правда, если изначально они не желали меня ранить, то теперь ситуация изменилась. Поняли, что всё стало выходить из-под контроля».

— А если считаешь, что слишком ценен и я не нажму на спусковой крючок, то очень глубоко ошибаешься. Помимо тебя есть и твой отец, который расскажет нам всё нужное.

«Они знают про Всеслава, — услышал я главное. — Значит, точно бандиты из родного города, которым нужна от меня информация».

Мысленно потянувшись к артефакту-браслету на руке, я достал пистолет, медленно передал его стоящему напротив автоматчику, а затем, подталкиваемый стволом в спину, сел в салон автомобиля. Бойцы тут же загрузились следом, а пулемётчик устроился у задней двери с оружием наперевес, и спустя пару секунд автомобиль сорвался с места.

Стоило выехать на оживлённую улицу, как все двери тут же закрылись. Пулемётчик занял кресло на заднем ряду, позади меня, и положил на сиденье свою бандуру.

Автоматчики, приставив оружие к моей голове, просочились между мной и командиром, ведь мы сидели друг напротив друга, а затем старший лично приставил ствол к животу и добавил.

— А теперь давай артефакт! Тот, где у тебя хранился пистолет! — и мне пришлось снимать с правой руки кожаный ремешок.

— Отлично, всегда мечтал о таком. — заключил старший, спрятав его в карман. А затем несколько раз с силой ударил меня кулаком в лицо — Ублюдок, мать твою! В игры решил поиграть! Я тебе поиграю! Так поиграю! Дай только к месту приехать! Ты у меня будешь кровью сцать, будешь скулить как сука! Я выбью все твои зубы и выдавлю глаза!

— Командир! — раздался резкий голос пулемётчика позади, но вместо остановки старшего, он проговорил — у него защитный амулет. Нужно снять.

После у меня забрали амулет, рюкзак, проверили голени, пояс, подмышки и карманы на отсутствие оружия. Для чего мне пришлось на время снять щиты. Правда, командир уже спустил напряжение своими ударами и расслабился. Поэтому я незаметно вернул их на место. Даже слабого свечения не было. Не зря я так долго и усердно тренировался в этом заклинании в последнее время. А ещё молодец, что взял с собой и второй пространственный артефакт, в котором был спрятан магический жезл. Никто из присутствовавших не мог подумать, что на левой руке мальчишки есть точно такой же дорогой и редкий артефакт.

«Интересно, — пронеслось в голове, — а сколько они про меня вынюхали? Знают вообще, что я маг? Или нет? Хотя чего это я. Наверняка же знают. Как-то же они меня здесь выследили, в момент отъезда из Камневска? Явно всё продумали и не хотели привлекать внимание городских властей и ходоков. Да и к тому же явно знают, что был в ассоциации магов. Не на шашках же там бился?»

Стоило мне об этом подумать, как командир произнёс:

— И не думай, что твои магические штучки как-то помогут. Попробуешь использовать заклинания или дёрнуться, и я без раздумий всажу в тебя весь магазин. Мне моя жизнь важна. Всё понял?

— Я не настолько сильный маг, — криво усмехнулся я. — Только лишь учусь.

— Раз тебя берут в проклятые земли, значит, что-то ты явно умеешь, — не согласился со мной мужик. — Поэтому не дёргайся. А лучше вообще закрой рот и молчи. Я уже слышал сколь лживыми и ядовитыми могут быть твои слова. Может и моих парней на бунт подобьёшь.

— Дёргаться не собираюсь, — признался я, — но поговорить хочу. Нужно же узнать, кто меня похитил…

— Заткни пасть! — процедил командир. — Ты и так слишком много наговорил. Ещё слово и получишь несколько новых дырок в ноге! Всё понял⁈

Я молча кивнул и сделал вид, что присмирел. Не хотелось получить в лицо рукоятью автомата, к тому же решил, что пока есть время, попробую просчитать ситуацию.

«Так. Что мы имеем? Пятёрка бойцов: один водитель, трое автоматчиков и пулемётчик. Оружие последнего лежит рядом с ним, но он не сможет схватить его быстро и начать стрелять. Оно тяжёлое и слишком длинное в данном пространстве. Автомат старшего нацелен мне в живот. Он присматривает за мной лично. Взгляд не отводит и выглядит собранным. Ясно, что если попробую дёрнуться, то тут же получу очередь в живот. Или всё же по ногам? Пока непонятно, насколько сильно я нужен им живым. Хотя, судя по поведению старшего, очень даже нужен. Иначе они бы открыли стрельбу раньше времени и меня бы не жалели. Да и сейчас он бы назначил в охрану других бойцов, а не следил бы за мной сам, — подумал я, переведя взгляд на водителя и ещё двух автоматчиков. — Так, а эти пусть тоже держат оружие в руках, но уже расслабились и даже обмениваются короткими ухмылками, пока командир не видит. Следовательно, если решу атаковать, то первым делом нужно будет вырубать старшего и сидящего с ним рядом, оружие которого также смотрит в мою сторону. А делать это точно придётся. Это пока что противников всего пять, а когда приедем к пункту назначения, может быть в десять раз больше. А что меня там ждёт, я уже слышал. Точно ничего хорошего. Эх. Нужно было не опасаться последствий, а сбегать от парней прямо в центре города, хотя… эти бы всё равно попробовали меня перехватить там, и кто знает, удалось бы в данном случае захватить языка и как бы всё прошло? Сейчас-то шансы у меня всё ещё имеются».

Машина вдруг въехала в какую-то ямку, её ощутимо тряхнуло, и все, кроме меня, поспешили высказать несколько нецензурных слов в адрес косорукого водителя!

— А что я могу⁈ — раздражённо ответил он. — Сами сказали ехать этой заброшенной дорогой, тут она вся такая, а дальше будет ещё хуже! А если бы не снег, мы бы тут вообще подвеску оставили.

— Езжай молча и не выступай! — велел командир, а я задумался.

«А вот по поводу дороги это хорошая новость. Значит, надо дождаться очередного сильного толчка и начать действовать. Войти в состояние лада, в нужный момент дёрнуться и убрать ствол командира с линии атаки, направив его на пулемётчика. Очередь с близкого расстояния пробьёт его защиту и точно убьёт. Одновременно с этим ударю старшего усиленным „серпом ветра“, и лучше несколько раз, чтобы точно вывести его из строя. Главное — не атаковать „огненным шаром“: от его взрыва в замкнутом пространстве ещё и самого контузить может, если не чего-то похуже. Так. С этим определился. А что остальные? Успеют ли они за столь короткое время среагировать? Один точно нет. Он сидит рядом и не сможет быстро развернуть оружие в мою сторону, а вот у того, что разместился рядом с командиром, шансов больше. Его ствол тоже смотрит в мою сторону. Если решу действовать, придётся подбить его автомат ногой вверх. Всё, благодаря состоянию лада, должно произойти очень быстро. Молниеносно. Они не смогут среагировать. А справившись с командиром и пулемётчиком, займусь автоматчиком и его другом. Всё получится. Нужно лишь начать действовать».

Приняв решение, я чуть прикрыл глаза и стал входить в состояние лада, а как только это удалось, принялся ждать. Машину, как и предсказывал водитель, трясло немилосердно, а изредка попадались откровенно плохие участки с большими ямами. Автоматчики даже убрали пальцы со спусковых крючков, чтобы случайно не выстрелить, и поэтому после очередной глубокой ямы и дружных матерков я словно бы случайно отклонился в сторону и начал действовать.

Качнулся дальше вправо и, одновременно схватившись за цевьё автомата, отвёл ствол левее, направив его в тело сидящего позади пулемётчика. В тот же миг я с силой ударил по стволу бойца, разместившегося по диагонали, и бросил в командира мощный «серп ветра». Старший, ошарашенный резким изменением обстановки и прилетевшим заклинанием, начал стрелять почти в тот же миг, и короткая очередь, пробив защиту амулета пулемётчика, вывела его из строя. Не убирая руку с цевья, бросил в командира ещё один «серп ветра», вот только он дёрнулся, уходя от удара, и заклинание вошло в затылок ничем незащищённому водителю, заставляя автомобиль резко свернуть вправо.

«Сука!» — успел подумать я и в очередной раз ударив ногой по стволу автомата сидящего по диагонали противника, вернулся в исходное положение, одним движением пристегнул себя ремнём безопасности, а в следующий миг на меня навалился сидящий рядом боец, пытаясь задавить массой и машину тряхнуло, подбрасывая всех к потолку, а затем она и вовсе несколько раз перевернулась, швыряя тела и оружие по салону.

Ремень безопасности зафиксировал и прижал меня с такой силой, что магический щит раскололся на части, а следом пришла очередь и волевой защиты, которая не выдержала повторного рывка и пулемётного ствола прилетевшего сверху и ударившего меня в плечо. После этого меня ещё несколько раз хорошенько дёрнуло, я пропустил пару чувствительных попаданий по голове.

Когда машина наконец остановилась, я, потеряв сосредоточенность и состояние лада, слабым «серпом ветра» перерезал ремень безопасности, и ударом ноги в голову вырубил копошащегося на полу командира с неестественно вывернутой рукой, а затем и ещё одного автоматчика, пытающегося подняться на ноги. Третьему не повезло: он лежал в самом низу с головой, расплющенной тяжеленным пулемётом.

Убедившись, что противники без сознания, ударом ноги открыл задние двери микроавтобуса, затем вытащил за собой двоих выживших, крепко связал их найденными в багажнике верёвками, явно предназначенными для меня, а затем вернул свои вещи, в том числе и защитный амулет. Подумав, нырнул назад в автомобиль за автоматом и даже вытащил пулемёт. Так, на всякий случай. Вдруг к моим новым друзьям прибудет подкрепление?

Осмотрелся. Мы действительно оказались на какой-то заброшенной лесной дороге, где не было ни единой живой души. Прислушался.

«Так. Шума мотора тоже неслышно, а значит, мы здесь одни, и немного времени для приватного разговора имеется».

Первым делом я привёл в себя командира отряда, натерев его окровавленное лицо снегом.

— А? Что? — рыкнул он и попытался вырваться, но я схватил его за грудки, хорошенько встряхнул и произнёс:

— Имя? Фамилия? На кого работаешь?

— Да пошёл ты! — сфокусировав на мне внимание, произнёс мужик и стиснул зубы от боли, прострелившей сломанную руку.

Вместо повторного вопроса я с силой сжал его конечность в месте перелома. Мужик тут же страшно закричал и побелел, но не выключился.

— Имя? Фамилия? На кого работаешь? — после небольшого урока произнёс я, но ответа так и не дождался.

Экзекуцию пришлось повторить ещё три раза, а затем и привести командира в себя с помощью снега. Только лишь после этого он, наконец, слабым голосом ответил:

— Роман Патин. Дружинник рода…

«Чего? Какого блин рода? Это что, не бандиты?» — удивился я и надавил голосом:

— Какого ещё рода⁈

— Глиновых, — ответил пленный, заставив меня замереть.

«Не думал, что кто-то из них после гибели сильнейших магов, пропажи алтаря и бандитских войн останется жив, — пронеслось в голове. — А они ещё и оказались теми, кто сумел меня найти! Удивительно!»

Из дальнейших расспросов выяснилось, что вычислили нас из-за моей же ошибки. Из-за продажи части вещей, взятых когда-то в лавке Глиновых. Покупатели описали нашу внешность, а дальше всё было делом техники. Нас обнаружили, проследили, выяснили информацию о поездке в соседний город и решили брать меня там, где меньше толковой полиции и ходоков, а затем планировали отвезти в дом Глиновых и, наконец, выяснить, куда пропали два члена рода.

«Плохо. Плохо. Дела у меня очень плохи, — понял я. — Теперь Глиновы от меня точно не отстанут. Даже если я просто возьму Всеслава в охапку и попробую сбежать, они будут искать и преследовать. Делать это до тех пор, пока не найдут. А это значит, что решать с ними нужно кардинально. Не для того я столько лет пытался вырваться из ловушки лича, чтобы поднять лапки перед ублюдками, желающими моей смерти. Сначала нас попыталось убить и использовать старшее поколение, а теперь этим же занимается и младшее. Нет! Не выйдет!»

После недолгих размышлений я продолжил допрос и успел лишь выяснить адрес дома Глиновых, куда меня должны были отвезти, как издали послышался шум мотора автомобиля. Насторожившись, я затащил второго автоматчика за кузов перевёрнутого микроавтобуса, и те, кто ехал во внедорожнике, вдруг стали громко сигналить, что-то кричать и высунулись из окна.

«Какого⁈» — тут же напрягся я.

Незнакомцы вели себя очень странно, нелогично, и именно это заставило меня ещё больше насторожиться.

«Зачем они так шумят и привлекают внимание? Для чего?» — пронеслось в голове, и я резко обернулся, чтобы увидеть мощную громадную тень, несущуюся ко мне на четырёх конечностях.

Попытка поднять пулемёт не удалась. Крепкая когтистая рука ударила по нему, с силой отшвыривая в сторону, и едва не вырвала мне сустав. Вторую атаку встретила волевая защита, и я по небольшой дуге отлетел назад, пока не врезался спиной в ствол дерева и мысленно выругавшись на оставленный у земли автомат, достал из браслета магический жезл, чтобы сходу ударить «огненным шаром». Заклинание попало твари в грудь, взрывной волной отшвырнуло его на несколько метров, а затем она, спасаясь от второго «шара», с лёгкостью перепрыгнула микроавтобус.

— А ты молодец, Федя, — вдруг раздался знакомый голос, заставивший меня скрипнуть зубами. — Понял, откуда грозила опасность, но не успел.

— Евген! — произнёс я, отступая назад за деревья. — Какая встреча! Неужели ты решил прогуляться по лесу и подышать свежим воздухом? Правильное в общем, за здоровьем нужно следить. Вот только могу я узнать причину, почему ты решил остановиться именно здесь? И что за милую зверушку с собой притащил?

Мужчина расхохотался.

— Зверушку? Ты серьёзно? Неужели не узнал Сергею? Ты его не раз уже видел?

С этими словами тварь стой стороны от микроавтобуса разогналась, ударила по лежащей на боку машине плечом, и оно перевернулось в мою сторону отвлекая внимание и убивая командира дружинников. Одновременно с этим из-за авто рванули сразу две твари. Одна в высоком прыжке преодолела препятствие намереваясь обрушиться сверху, а вторая зашла с фланга.

Чувство смертельной опасности, две мощные зубастые твари в противниках и состояние лада накатили само собой, а с магического жезла, усиливающего концентрацию, слетело сразу два «средних огненных шара».

Почему именно они? Да потому что первый удар обычным особого вреда противнику не нанёс. Ну и из-за того, что при столь высокой концентрации я успел разглядеть врагов, и это мне не понравилось.

Меня хотели достать две почти трёхметровые здоровенные твари, пышущие злобой и яростью, что проглядывалось в рубиново-красных глазах, проступающих в глубине оскаленных волчьих морд. У них была густая тёмная шерсть, спадающая с могучих, бугрящихся сталью мышц, а вместо рук имелись тяжёлые узловатые лапы, увенчанные неестественно длинными загнутыми когтями, которые даже на первый взгляд казались очень острыми и опасными.

«Оборотни!» — мелькнуло в голове, и противников откинуло назад взрывной волной.

До моего слуха донеслось чьё-то поскуливание, а я сам уже запрыгнул на покорёженный злосчастный микроавтобус и бросил «огненный шар» в Евгена, не ожидавшего такого развития событий. Наглая ухмылка всё ещё не сошла с его лица. Вероятно, считал, что мне будет тяжело справиться с двумя монстрами и одним подготовленным ходоком. Вот только он не учёл наличия у меня «магического жезла»; умения входить в состояние лада, которое позволило быть на одной скорости с нападающими; пулемёта дружинников рода Глиновых; а также того, что я не собирался сражаться со столь опасным противником только лишь своими силами. Всё же мы не в проклятых землях, где действуют ритуалы «табу».

Евген от моего шара уклонился легко, а я, бросив ещё пару простых «шаров» в оборотней, заставляя тех увернуться, а сам спрыгнул вниз, прямо к отброшенному пулемёту и, резко развернувшись, нажал спусковой крючок.

Из состояния лада меня выбросило в тот же момент, а кинувшаяся в мою сторону тварь поймала длинную очередь из пулемёта и словно бы наткнулась на невидимую стену, разворотившую её грудь. Не став задерживать на ней внимание, ударил во второго оборотня, который приблизился и даже замахнулся

Не успел.

— Серёга! Пааша! — раздался громкий крик, больше похожий на яростный рык, и я собирался перевести ствол пулемёта на начавшего трансформацию Евгена, который на глазах покрывался мехом и существенно раздавался в плечах и росте, но краем глаза заметил несущуюся в мою сторону тень и перевёл ствол туда. Вот только ещё один оборотень успел раньше и сильным ударом лапы выбил оружие из рук. В следующий миг взрыв «среднего огненного шара» отбросил нас в разные стороны, разрушая мой очередной «магический щит», а следом в оскаленную пасть вошёл напитанный энергией «серп ветра». Верхнюю часть зубастого рта твари снесло вместе с волчьим носом и оборотень, заскулив, рухнул на землю. Брызнула кровь, а я мысленно потянулся к оставленному в браслете пистолету и начал стрелять по мчащемуся в мою сторону Евгену. Это оружие, по сравнению с раскуроченным пулемётом, показало себя отвратительно. Пули лишь на несколько мгновений задержали Евгена, но сделали главное — позволили мне выиграть время, чтобы бросить в него и катающегося по земле оборотня по два «средних огненных шара».

Скуливший затих и стал превращаться в человека, а Евген увернулся от двух заклинаний, отлетел назад от третьего и тут же получил очередь в широкую грудь из поднятого автомата. Вероятно, пожелай противник уйти и ему бы это удалось. Вот только увидевший смерть друзей оборотень потерял последние остатки разума и мчался ко мне как умалишённый из-за чего и пострадал.

Усовершенствованный мной «средний огненный шар» ударил по его правой руке, отрывая кисть, а следом по корпусу прилетело три «серпа ветра», оставившие на коже длинные глубокие порезы. Я продолжил бить и бить этим заклинанием, чтобы заставить Евгена потерять силы и принять человеческий вид. Всё же «средний огненный шар» отобрал у меня слишком много энергии. За короткий бой я потерял едва ли не семьдесят процентов из имеющегося. С испугу насыщая конструкты максимальным количеством энергии.

Вскоре Евген всё же начал принимать человеческую форму и при этом на нём почему-то появилась одежда.

«А вот это интересная особенность. Каким образом она на нём оказалась? Оборотни что? Обладают пространственными способностями? И как из стокилограммового мужика появляется огромная тварь в два или три центнера?» — подумал я и мощным ударом в голову отправил своего врага в нокаут, а сам поспешил наложить на его руку жгут, связать раз в десять плотнее чем дружинников и даже затянуть в багажник внедорожника, хоть это и было сложно.

Затем я на всякий случай бросил по контрольному заклинанию в успевших вернуть человеческий облик оборотней, с удивлением отметил, что автоматчик каким-то образом остался в живых, закинул его на заднее сиденье, привязав к ручке двери, подпалил микроавтобус, где могли остаться мои волосы, отпечатки, и другие биологические следы, поспешил покинуть место происшествия, чтобы уехать в другое, где можно безопасно переговорить с двумя своими пленниками не опасаясь появление полиции или случайных автомобилей. Слишком уж много важного, ценного и интересного они знают.

Развернувшись на заброшенной дороге, я поехал в сторону недавно покинутого города. Раз бандиты ехали этим маршрутом и не наткнулись на патруль — значит, она считалась безопасной или была уже проверенной дружинниками Глиновых. Не зря они ехали именно этим маршрутом. Так что лучше двигаться известным путём, а не направляться в другую сторону, где вполне возможно могла бы находиться дорожная инспекция. Встречаться с ней мне бы очень не хотелось. Ни с моим подростковым лицом, отсутствующими правами и двумя окровавленными телами на заднем сиденье угнанного автомобиля.

Город был мне незнаком. Местность рядом с ним — тоже. Я не знал, куда именно везти пленников для допроса, и поэтому особых вариантов не было. Только в лес, в чистое поле, подальше от чужих глаз и ушей. В идеале, конечно, хотелось бы найти заброшенное строение, старую ферму, лесопилку, полуразрушенную базу отдыха или промышленный объект. Я уже заметил, что подобного добра вокруг местных городов предостаточно, вот только где их найти, да ещё и без мало мальской охраны было непонятно.

Благо удача улыбнулась мне гораздо раньше, чем ожидалось. Стоило выехать на нормальную дорогу, как спустя несколько минут показался ещё один заброшенный съезд, ведущий в противоположном направлении от того из которого я выехал.

Узкий, занесённый снегом проезд я, вероятнее всего, просто бы не заметил. Но помог ржавый шлагбаум с выцветшей надписью «Проезд запрещён. Частная территория». Я оценил обстановку: свой старый, но надёжный внедорожник, его полный привод, позволяющий легко чувствовать себя в зимнем лесу, глубокий снег, отсутствие спрятанных под ним бетонных блоков. И открыв жалко скрипнувшее петлями препятствие, решительно поехал вперёд, с хрустом продавливая не такие уж и глубокие сугробы. Затем вышел из машины, вернул шлагбаум на место и продолжил движение.

Внедорожник двинулся вперёд с трудом, но с каждой секундой набирал ход и скоро ехать стало легче. Через пару километров пути, я обнаружил заброшенную лесопилку, покрытую слоем девственного снега, где уже несколько месяцев точно не ступала нога человека.

Здесь было два ржавых ангара с облупившейся краской, покосившийся деревянный забор с проглядывающими из-под белой толщи кусками мха, будка охранника с выбитым стеклом и очередной убогий шлагбаум, чуть менее ржавый чем первый. Я открыл его, проехал внутрь территории и остановился у ближайшего из сооружений, часть крыши которого у дальней стены обрушилась и через прореху которого внутрь попадало достаточно света.

Проверив дружинника Глиновых, который всё ещё был без сознания, я подошёл ко входу в ангар и осмотрел захламлённые внутренности из ржавых бочек, кусков железа, дерева и другого мусора, а также обратил внимание на небольшой свободный пятачок и несколько забетонированных высоких железных столбов непонятного предназначения.

«Наверное, на них крепилось какое-то тяжёлое оборудование. Для моих целей подойдёт как нельзя лучше» — подумал я и, сформировав в ладони «серп ветра», направился к багажнику, чтобы достать оттуда Евгена.

Тот, по всем признакам, был всё ещё без сознания: нокаут, благодаря многочисленным ранениям и потере крови, оказался глубоким. Но я всё же решил подстраховаться. Рывком стянул его вниз за ноги, а затем тут же ударил упавшее тело боковым в голову. Открывшиеся глаза тут же закрылись, а я получил возможность перетянуть пленника в относительной безопасности, не ожидая его внезапной атаки. Оборотни, как я уже понял, очень сильные и выносливые существа. Они даже в полумёртвом состоянии могут выкинуть всё что угодно. Например, внезапно атаковать, ну или укусить специальным образом, чтобы обратить.

Я тянул Евгена по снегу, чувствуя, как тяжело вздымается его грудь, и слышал едва заметные стоны. Затем подтянул его к одному из примеченных железных столбов и привязал остатками верёвки. Понимая, что для такого существа этого совершенно недостаточно, добавил к обмотке найденный здесь же кусок порванного железного троса в мизинец толщиной. Несмотря на возросшую за последнее время силу, затянуть его руками, как следует, не получалось. Трос оказался слишком прочным и фиксировал врага не так уж и надёжно. Пришлось искать небольшую палку, просовывать её между витками троса и старательно закручивать его, как жгут. Вскоре трос натянулся, с небольшим давлением впился в плечи пленника.

Этого мне оказалось мало. После недолгих поисков обнаружил ещё один подходящий обрезок троса, хоть и более узкий, замотал его ниже, на уровне талии, что помогло ещё более основательно сковать Евгена. Теперь, даже если он очнётся и попробует начать трансформацию, то у него это вряд ли получится. Металл не позволит нарастить массу и объём, а может, и боль от впившегося троса этому помешает. По крайней мере, я на это рассчитывал.

Вернувшись в машину, проверил состояние второго пленника, который всё ещё был без сознания, и на всякий случай, дополнительно привязал его к креслу остатками какого-то растрескавшегося провода, найденного здесь же в ангаре. На всякий случай. Если придёт в себя, начнёт дёргаться и попробует сбежать.

К моему возвращению Евген уже начал приходить в себя. Сначала просто постанывал, потом дёрнул головой, открыл глаза и осмотрелся, пытаясь понять, где находится. Я же поставил перед ним небольшой деревянный чурбак, подобрал с пола длинную, тяжёлую жердь с толстым концом, сел, положил рядом автомат и спокойно произнёс:

— Всё, приходи в себя. Не закатывай глаза. Вижу, что ты уже очнулся.

Евген сфокусировал на мне мутный взгляд, и его глаза тут же наполнились бешенством.

— Ты! Ты! Ублюдок! — прохрипел он и рванул вперёд. Металлические тросы тут же натянулись и немного ослабли.

«Ещё несколько подобных рывков, и он может расширить, а потом и скинуть верхний из них. Оборотень оказался гораздо сильнее, чем я рассчитывал» — подумал я и с силой зарядил кончиком жерди пленнику в лоб.

Удар был достаточно сильным. Пленник поплыл, а я тут же метнулся за столб и, пока он приходил в себя, подкрутил чуть ослабленный трос, возвращая привычное натяжение.

— Мразь! — вновь прохрипел Евген, опуская голову.— Какая же ты мразь! Ненавижу… Ты убил их… убил всех…

— Себя ненавидь, — ответил я, вернувшись на место. — Убил их действительно я. Но это же была твоя идея — выследить меня, подкараулить и наказать. Ну что? Наказал? Подставил друзей?

— Это всё твоя вина! — закричал он, вскинув голову. — Твоя! Мы не хотели ничего такого!

— Ничего такого? — повысил голос я.— Значит, парни просто так превратились в оборотней и играли со мной в догонялки? А после вы бы оставили меня в живых? Так значит⁈ Нет, Евген! Не ври! Ты хотел меня убить! Очень хотел! Но вместо нормально продуманного устранения, притащил с собой друзей и погубил их!

Лицо пленника исказилось от ненависти, глаза заблестели и на несколько мгновений стали звериными.

— Ты! — рычал он, напрягаясь и пытаясь разорвать тросы, но в этот раз безуспешно — Ты! Только ты во всём виноват! Уничтожу! Порву на части!

Евген начал судорожно дёргаться и кричать. Из его глаз катились злые слёзы, а я лишь молчал, позволяя ему выплеснуть эмоции. Я понимал, что он был раздавлен как физически, так и морально. Идеальный план устранения мага провалился. Меня они не взяли. Даже не ранили. Друзья мертвы. Сам мужик потерял руку, много крови и теперь сидит прикованный к столбу в холодном ангаре. А что ещё хуже — он позволил мне узнать их самый главный секрет, после которого всё в моей голове встало на свои места. Теперь я понимал, почему в секции Краснова все друг друга хорошо знают, почему там слишком трепетно относятся к каждой жизни своего ходока, отцы позволяют сыновьям заниматься столь опасным ремеслом, ну и откуда у них столь феноменальные возможности: сила, скорость, ловкость и выносливость. Удивительно, что я вообще смог выдержать тренировки с ними. Явно кровь Чародеевых помогла.

Мы сидели в тишине. Ветер изредка завывал в щелях, снег потихоньку сыпался с балок и крыши, а я ждал, когда дёргающийся Евген выпустит все эмоции, потеряет волю к сопротивлению и на него накатит опустошение. Лишь после этого заговорил.

— Мне нужны ответы. От них зависит то, как именно ты проведёшь последние часы своей никчёмной жизни.

Мужчина не шелохнулся.

Я не стал повторять. Просто взял жердь и её концом с силой ударил Евгена по голове. Он дёрнулся, заскрежетал зубами, и на меня вновь уставились два глаза полных ненависти.

— Вот так-то лучше! — произнёс я, оценив его вовлечённость в разговор, и повторил свои же слова: — Мне нужны ответы.

— Да мне плевать! — прорычал он, и в голосе послышались хриплые, почти звериные ноты, а черты лица стали меняться: скулы чуть заострились, глаза засветились красным, мускулатура налилась силой, но столкнулась с препятствием в виде боли и прочного железного троса. — Хоть на куски меня режь!

Пришлось ударить его жердью сильнее. Она глухо стукнула его по лбу, затылок встретился с железным столбом, и волна изменения схлынула, оставив лишь дрожь в спазмированных мышцах.

— Я рад, что ты не человек, — доверительным тоном и с лёгкой улыбкой произнёс я, постаравшись сказать это тоном психически неуравновешенного человека— Обычные люди слишком слабы. Один удар, и они уже готовы потерять сознание. Ты — совсем другое дело. Крепкий, сильный, выносливый. Оборотни очень живучие, и будет грех этим не воспользоваться. Сколько вас убивали, преследовали и вырезали, а вы всё здравствуете. Удивительные создания. У меня давно не было столь интересного экземпляра. Отдельно радует твоя готовность сопротивляться, будет приятно выбить из тебя всё!

— Что⁈ Что ты такое несёшь? — прохрипел Евген, не желая верить услышанному, ведь в таком случае его участь была ещё более печальной.

— Просто рассуждаю, — сказал я и, поднявшись, стал ходить из стороны в сторону, мысленно переносясь в свой родной мир и вспоминая поведение маньяков из множества виденных сериалов и кино. Почему-то в моей памяти было много отрывков про эту мерзость. Даже удивительно, почему там снимали столько фильмов на эту тему, делая подонков и убийц известными на весь мир. По мне так они заслуживали просто смертной казни и всё.

Уставший, опустошённый и морально раздавленный Евген отметил мои странные слова, дёргающиеся движения, странную мимику, и я впервые заметил зачатки страха в его глазах.

— Ты псих! — наконец сказал он. — Псих! Самый настоящий! Малолетний псих!

Я расхохотался. Громко, нарочито, с надрывом, а затем резко приблизился, посмотрел ему в глаза так, чтобы он мог разглядеть мои зрачки, и проникновенным голосом произнёс:

— А я не малец! Я не тот, кого ты видишь в этой жалкой оболочке! Если умеешь чуять ложь, то самое время проверить меня! Ха-ха! Да я уже давно даже не подросток! Это просто оболочка. Я не тот, кем кажусь! И крови тоже не боюсь! Совсем! Особенно тех тварей, которые на меня покушались! Таких я давлю без всякой жалости…

Не знаю, что Евген прочитал в моих глазах, но его зубы едва заметно задрожали. Я видел, как он пытается взять себя в руки, но не может отвести взгляд от моих глаз. Боль, потеря крови, отрезанная рука, гибель друзей и плен существенно снизили его критическое восприятие, заставляя верить моим словам. Больше было не во что. Почему? Всё просто — это был хоть сколь-нибудь правдоподобный ответ на вопрос, разгадку на который он всё никак не мог найти. Как тройка опытных ходоков в форме волков смогли проиграть какому-то мальчишке? Пусть и магу?

— Этого не может быть, — всё же нашёл в себе силы прохрипеть он. — Не может…

— А что может? Мальчишка, который владеет боевой магией как опытный чародей? Который с лёгкостью убивает подготовленных оборотней? А перед этим и своих пленителей⁈ А до этого и уничтожает огромный отряд нежити? — перебил его я и вновь расхохотался. — Такого действительно не бывает. Только вот почему-то ваш Краснов и седые старцы поверили в сказку.

Евген побелел, выдохнул, а затем всё же произнёс:

— Леонович, что-то знал… Это он велел за тобой следить…

— Это я уже и так знаю, — признался я, чем сбил Евгена с толку.

— Что тогда от меня нужно такой твари?

— Иронично слышать подобное от оборотня, который отправился в другой город, чтобы убить ребёнка, — хохотнул я и добавил: — Хочу знать многое. Ответишь честно, и тогда у тебя будет шанс на лёгкую смерть. Обещаю.

— Всего лишь? — прохрипел Евген, и я уже спокойно ответил:

— Есть вещи гораздо страшнее смерти. И если будешь молчать, то я с удовольствием с тобой поиграю.

Некоторое время мы сидели в тишине, а затем пленник произнёс:

— Почему я должен тебе верить? Какие у меня гарантии?

— Никаких, — просто сказал я.— Лишь моё честное слово. Ответь на мои вопросы, и получишь лёгкую смерть.

Некоторое время мужчина сидел в тишине переваривая ответ и храбрился, а затем всё же покачал головой:

— Нет.

— Считаешь, что сможешь терпеть боль? Это — самообман. Рано или поздно ты мне всё выложишь! Всё! Полностью! Но можешь посопротивляться. Так будет даже интереснее, — сказал я и без предупреждения, с силой, ударил Евгена по голове длинной жердью.

Он поморщился, а лбу стала стекать тонкая струйка крови, заливающая глаза и рот.

Затем, я без предупреждения нанёс следующий удар — в раненую культю. Лицо Евгена исказилось от боли, и по нему прошла волна изменений.

— Ты можешь бить меня, — прохрипел он, — можешь пытать. Что хочешь делай! Но…

Договорить пленник не успел. Огненный шар появился передо мной, преодолел расстояние между нами и прижёг закровившую культю. Я не хотел потерять своего так называемого «языка» раньше времени.

В ангаре раздался дикий крик. Евген задёргался и засучил ногами, а я поспешил развеять «огненный шар» и отметил, что под пленником стало расползаться мокрое пятно, а по ангару поплыл неприятный аммиачный запах.

Последнее обстоятельство в купе с невыносимой болью добило его окончательно. Он смотрел перед собой пустым взглядом и даже не думал о сопротивлении.

— А теперь, когда ты ощутил на своей шкуре лишь малую толику настоящей боли, давай поговорим о деле, — жёстко произнёс я.— Мне нужно знать, когда и при каких обстоятельствах Леонович велел тебе за мной следить.

— Нет, — покачал головой Евген, на самом деле удивив меня своей выдержкой. — Я буду молчать до тех пор, пока могу. Нет. Так просто ты меня не сломаешь. Я не подведу своих…

— Нет, говоришь? — задумался я, поднимаясь с чурбака и анализируя его оговорку. — Ну, раз ты настолько в себе уверен, то не буду тратить время. Вместо этого просто вызову сюда службу имперской безопасности, жандармов и полицию. Сообщу им по телефону, что знаю место, где находится самый настоящий оборотень, устроивший резню возле города. Как думаешь, скоро они появятся? И что ты ощутишь при встрече с ними? Не знаешь⁈ А вот они явно обрадуются такому неожиданному и приятному знакомству.

Евген замер. Впервые за всё время я увидел в его глазах не страх передо мной, а настоящий ужас. Лицо побелело, зрачки расширились, и даже дыхание остановилось на некоторое время.

— Ты не посмеешь, — наконец выдохнул он. — Они узнают про всех… Про маму, брата, сестру. Про всю нашу общину!

— Почему это не посмею? — непонимающе посмотрел на него я. — Нет, конечно, мне хочется заняться тобой всерьёз, самому позабавиться и проверить твою регенерацию на практике. Вот только я вдруг понял, что времени у меня особо и нет. Первым делом нужно будет посетить моих старых врагов, — кивнул я в сторону машины, — и убить всех там. На тебя у меня просто не остаётся времени. К тому же гораздо интереснее не самому резать и жечь, а знать, что только лишь из-за одной твоей фразы будут пойманы столько людей и начнётся настоящий геноцид. Это будоражит кровь.

Я нарочито шумно вдохнул носом воздух.

— Ты чуешь запах их скорой смерти? Может быть крови? Слышал, что силовики империи оборотней не очень-то жалуют. Разыскивают их пытают всех подряд. Даже детей слышал. Хотят таким образом накрыть всю стаю. Ведь если один сбежит, то может начать всё начнётся заново.

— Нет, — покачал головой Евген, и теперь в его глазах я видел не только ужас, но и выступившие слёзы. — Нет, они же узнают всё… Не надо!

«Ну наконец-то! Беспокойство за родных перевесило. А я уже начал думать, что его ничем не пронять и придётся действительно пытать и тратить время» — мысленно обрадовался я и произнёс:

— Ты прав. Стоит только кому-то узнать, что в городе живут оборотни, и на вас начнётся настоящая охота. Всех потащат в пыточные и будут резать на куски…

— Ты не посмеешь! — поднял на меня взгляд Евген. — Не посмеешь! Они тебя учили! Вкладывали знания! Тратили зелья! Своими словами ты подставишь всю общину! Всех, кого знаешь! А ещё потеряешь толковых наставников! Таких больше нигде не найти…

«Так-так. Значит, я не ошибся с предположениями, и большая часть ходоков секции — оборотни. А я-то дурак раньше думал, откуда у них такая сила, скорость и ловкость. До последнего, как грешил на фитобар и его чудесные травы. Хотя лично мне они действительно помогали. Но не об этом. Действительно ли оборотни все поголовно или есть там и люди. Нужно будет спросить обо всём подробно».

— Давай говорить откровенно, — произнёс я, вновь занимая место на чурбаке. — Я пришёл в секцию за знаниями и получал их. Мне плевать на вашу стаю, оборотней и ходоков. Точнее так было до недавнего времени. Вот только ты со своим покровителем заигрался. Решил меня уничтожить. А такого я не прощаю. Никому!

— Обещай мне быструю смерть и молчание об общине, — поднял на меня глаза мужчина. — Обещай. Клянись магией и жизнью! Тогда я отвечу на все твои вопросы.

— Клянусь магией и жизнью, что если ответишь на все мои вопросы, то я убью тебя быстро, и ничего не сообщу имперским безопасникам об оборотнях.

— Хорошо, я расскажу. Что ты хочешь узнать?— глухо ответил Евген, и чуть тише добавил. — Ты в любом случае всё узнаешь…

На этот раз разговор с пленником задался. Он подтвердил, что моим недругом в секции является Игорь Леонович — старейшина общины оборотней. Задачи по мне он ставил ему лично. Всегда один на один. И если изначально нужно было просто поставить мальца на место и проверить его реакцию на конфликт, то позже он велел отправить меня к целителям, а затем и следить и искать слабости. К слову, это Евген следил за мной пару дней назад, когда на нас с Всеславом вышли неизвестные. По обрывкам конспиративного разговора, который вёлся через телефонную будку, он выяснил, что это враги рода и они хотят меня захватить. После чего от Леоновича последовала команда проконтролировать и, если у нападающих ничего не получится, то убить меня.

— Почему наблюдатель тебя не заметил? — заинтересовался я.— Какими техническими средствами ты пользовался?

В мыслях я уже представил специальную аппаратуру для слежки за своими врагами, которую получу от оборотня, но его ответ поставил на мечтах крест.

— Я использовал частичную трансформацию, — произнёс он, и лицо исказилось, превратилось в нечто отвратительное, не принадлежащее ни человеку, ни волку. — Это умение позволяет обострить все чувства. И доступно далеко не всякому оборотню.

Заинтересовавшись, я заставил его почти слово в слово повторить подслушанный разговор и уточнил:

— А название моего рода они говорили?

— Нет, — ответил Евген. — Только «мальчишка» и «его отец». Так они вас называли. Но, Леонович, насколько я знаю, этой информацией владеет. Вроде называл вас какими-то Ведеевыми…

— Ты уверен? Точно? — произнёс я жёстче.

Теперь, когда я понял, что наш отряд почти полностью состоит из оборотней, тайна моего рода, в котором был первый обращённый, стала ещё более актуальной. Почему-то казалось, что волки не слишком хорошо воспримут Чародеева в своих рядах.

— Да. Уверен, — ответил Евген, поморщившись, а я поймал его взгляд, всмотрелся в лицо и произнёс:

— Для меня это очень важно. Ведь моя фамилия — Чародеев.

— Кто⁈ — непритворно изумился оборотень и глухо выругался, на мгновение забыв о том, где находится — Как? Нет? Не может быть!

— Чародеев, — повторил я, и Евген горячо продолжил:

— Нельзя. Тебе нельзя оставаться в отряде! Никто не знает, что будет, если Чародеев снова станет оборотнем!

— Я и не собираюсь. Или думаешь, мне хочется выть на луну и ждать, что против ополчится весь мир? Нет. Мне такого не нужно. Один мой предок как-то стал оборотнем, и это привело к плохим последствиям.

— Точно! Если это произойдёт! То в империи снова начнётся волна зачисток! Камневск оцепят, введут войска, боярские дружины и будут проверять всех… поголовно…

— Я не собираюсь становиться оборотнем, — повторил я, и в этот момент пленник расхохотался.

— В самом деле? Ха-ха? Не собираешься? А почему тогда тебя тогда взяли в нашу секцию? А? Как считаешь?

— Чтобы на одного потенциально сильного мага у вас стало больше… — начал было я, но Евген опять рассмеялся.

— Ты точно Чародеев! У вас, говорят, проблемы с башкой очень часто из-за печати! Нежить шинкуете, людей пачками режете, оборотней убиваете, а в элементарных вещах разобраться не можете! Да тебя взяли в отряд не просто так! А чтобы сделать одним из нас! Или считаешь, что каждому новичку ставят в наставники Якова и дарят заклинания через личного наставника? Тратят столько сил и показывают секреты? Да вожак просто увидел в тебе потенциал! Понимаешь⁈ Они бы так всё подстроили, что после обращения ты бы их ещё и благодарил, что не бросили на произвол судьбу! У нас подобное уже давно отработано: не ты первый, не ты последний! Но вот тебя, как сейчас выяснилось, кусать нельзя! Ни в коем случае! Иначе артефакт расскажет об обращении предателя крови и начнётся новая чистка!

— Я хочу подобного избежать, мне пока нельзя привлекать чужого внимания — честно признался я. — Но для этого мне нужно знать не только то, что касается секции, но и многое про жизнь простых оборотней. Тогда я смогу всё продумать и уйти, а если пропаду сейчас, после исчезновения четверых оборотней, то начнётся охота.

— Что тебя интересует? Спрашивай!

Наш дальнейший разговор занял никак не меньше трёх часов и предоставил мне много пищи для размышлений. Евген начал с описания стаи, старейшин, простых оборотней и их семей. Добавил, что процентов восемьдесят из наших ходоков — это оборотни. Остальные принадлежат людям и нужны для отвлечения внимания и маскировки.

Отдельно он рассказал про классификацию оборотней.

Они были двух типов: потомственные и обращённые. С последними было легко — это были укушенные люди, у которых была сила, чтобы пройти трансформацию и перейти в новое состояние. Те, кто послабее от укуса попросту умирали. К потомственным же относились те, кто родился в семьях оборотней, естественным путём, в том числе если родители были простыми обращёнными. К слову, таких было большинство в секции.

Среди них так же имелась разделение. В элиту потомственных входили те рода, в чьих жилах текла кровь ещё первых оборотней, тех самых дружинников, которых Всеслав Чародей обратил сразу после трансформации. По легендам, это были невероятно сильные существа. Нынешние им и в подмётки не годились. Кроме того, их дети, с наиболее чистой кровью, были гораздо опаснее своих сородичей.

Что примечательно, в нашей общине таких было девять семейств, и все они относились к родам вожаков и старейшин, то есть были связаны с властью. К этому числу также относился мой наставник Яков и недруг Лёха — тот самый, поймавший своей широкой грудью несколько «огненных шаров». Это из-за потенциала и рода командир отряда относился к нему более лояльно.

Также Евген рассказал про оборотней-магов. Их в секции было слишком мало, поэтому данную категорию обращали чаще всего. Находили одарённого средней руки, готовили его, тренировали, а затем при определённых обстоятельствах подставляли в проклятых землях и тут же обращали, чтобы сохранить жизнь. Рассказал он мне и про механику обращения, про то, что для него нужен лишь укус, слюна оборотня, но иногда хватает и небольшой царапины.

— Всё понимаю. Всё вроде логично — сказал я после долгого и обстоятельного разговора. — Кроме того, почему ходоки нашей секции сражаются в человеческом обличии? Ведь в теле оборотня вы настоящие машины для убийств!

— Это правило, написанное кровью, — ответил Евген. — Старое и проверенное. Как только оборотни начинают сражаться в волчьем обличье в проклятых землях, то в скором времени их кто-нибудь да и заметит. Затем к городу подтягиваются силы империи, начинаются зачистки, оборотней хватают, пытают и заставляют выдать своих. Понадобилась не менее нескольких сотен уничтоженных стай, чтобы это правило стали выполнять все поголовно. Кроме того, не менее важен тот факт, что против нежити зубы и когти оборотней не слишком-то и эффективны. Мертвячину жрать нельзя, можно подцепить болезнь, а вырванный кусок мяса из гуля редко того убивает. А вот в человеческом облике можно использовать всё накопленное людьми за многие тысячи лет умение уничтожать, использовать артефактное оружие, амулеты и доспехи. Старейшины постоянно твердят, что человечество гораздо страшнее любого вида нежити на этой планете.

Мысль, скажем так, не была революционной, поэтому мне оставалось лишь согласиться.

— Кроме того, — продолжил он, — если оборотень будет слишком долго находиться в своём втором обличье, то волчья сторона рано или поздно возьмёт верх, и тогда он станет вспыльчивым и агрессивным, что в скором времени приведёт к помутнению разума и сделает его противником всего живого. Такие оборотни начинают убивать всех подряд. После удовлетворения тяги к убийству их тянет в проклятые земли, где они ещё больше меняются и окончательно теряют разум. Таких называют дикими.

Информации Евген вывалил на меня много. Из-за ранений и обстоятельств беседы пленник говорил сбивчиво, перепрыгивал с темы на тему, отвечал не совсем то, что я хотел услышать, однако его слова давали мне много пищи для размышлений.

Кроме всего прочего меня очень интересовала реакция Игоря Леоновича на пропажу сразу четверых оборотней, отправленных за мной.

— Паника, — коротко ответил он. — Поняв, что мы пропали, а ты жив-здоров, он испугается. Недавно погибло восемь общинников и это было настоящее горе, а сегодня, из-за его ненужной инициативы погибнет ещё четыре. Думаю, он попробует на тебя надавить и узнать подробности, а может просто убьёт. Ведь если вожак узнает обо всём, то ему конец. Тебе — тоже. Но и ему…

«Нужно валить Леоновича, — понял я. — Убить его — и всё. А потом пусть оборотни сами разбираются друг с другом и пытаются понять, что происходит и куда пропали бойцы. А я со спокойной душой доучусь на их учебной базе, не позволяя себя укусить слишком рано. Как минимум полгода у меня для этого быть должно. А дальше посмотрим, но для начала нужно будет всё же окончательно решить вопрос с Глиновыми».

Вытянув из Евгена всё, что мне нужно, я неожиданно отправил ему «серп ветра» в горло, подарив ему быструю смерть. Ответы его мне понравились. Теперь пришла очередь Глиновых.

Закончив с оборотнем, снял металлические тросы и сформировал «огненный шар» с которым прошёлся по всем поверхностям, которых мог касаться, чтобы убрать свои следы. Затем отправился к автомобилю, откуда на меня большими глазами смотрел уже давно очнувшийся дружинник.

— Нет! Нет! Прошу! Не надо! Не убивай! — взмолился он, но я лишь разрезал верёвки на его руках слабым «серпом силы» и толкнул к ближайшему дереву.

Мужчина упал, растирая затёкшие конечности и со страхом посмотрел в мою сторону. Увидев своими глазами смерть связанного пленника он стал воспринимать меня очень серьёзно.

— Разомнись, проветрись и сделай свои дела — велел я — а дальше начнём работать.

Поняв, что прямо сейчас убивать его не собираются, дружинник кое-как поднялся и поспешил к дереву на ходу расстёгивая молнию на штанах

'Это я правильно сделал, что вспомни о нём — мелькнуло в голове — уже несколько часов в салоне сидел. Мог бы дел наделать и как бы мы потом в такой машине ехали к Глиновым?

Когда дружинник вернулся я, мысленно чертыхнувшись, ещё раз на всякий случай проверил его на наличие магических жезлов, артефактов и оружия. Не забыл и осмотреть руки в поисках специальных ремешков. А когда убедился в отсутствии оного, схватил мужчину за ворот куртки, сформировал «огненный шар», рванул на себя и процедил сквозь зубы:

— Ты видел, на что я способен. Шутить со мной не надо. Попробуешь дёрнуться, оспорить мои указания и отправишься на тот свет! Всё понятно?

Глаза мужчины округлились и он мелко закивал, не решаясь вытереть выступившую на лбу каплю пота.

— Да. Всё понял.

Я разжал пальцы и первым делом велел дружиннику затянуть мёртвое тело Евгена в багажник, не забыв и про голову. Мужчина справился лучше, чем ожидалось и даже не поморщился от переноски трупа. После этого я велел ему перетянуть к использованному столбу куски мусора и, убедившись, что он оставил множество отпечатков на поверхностях, в том числе и на тросах, отправил занимать водительское сиденье и сам сел рядом с пистолетом наготове. Затем огненным шаром прижёг все свои следы и лишь после этого дал команду трогать. Оставалось надеяться, что скоро пойдёт снег, который окончательно замаскирует здесь всё.

Выехав на трассу и закрыв шлагбаум, пленник вернулся в салон, а я у него уточнил.

— Надеюсь ты знаешь, где сейчас находится Аркадий Глинов и отвезёшь меня к нему?

— Да — ответил дружинник — Знаю. Он велел привести вас в дом на окраине города. Вот только ехать туда придётся долго. Несколько часов.

— Тогда трогай — велел я и автомобиль направился в сторону противоположную городу.

— Надеюсь не собираешься ехать по заброшенной дороге? — на всякий случай с угрозой спросил я — Там сейчас, должно быть, не протолкнуться от полиции.

— Нет — тут же замотал головой мужчина — Мы поедем прямо. Так тоже можно.

— Смотри мне — на всякий случай предупредил его я, а вскоре, проезжая мимо указанного место, увидел хорошо раскатанную колею, а также несколько расположенных в отдалении скорых и полицейских машин с включёнными проблесковыми маячками.

«Значит, обгоревшие тела оборотней и дружинников Глиновых уже обнаружили и теперь пытаются понять откуда взялись в лесу следы оборотней. Мы ушли из района вовремя» — подумал я и спросил.

— Требовалось ли от вас звонить Глинову и докладывать об успехе операции?

— Не знаю — сглотнул боец и испуганным тоном ответил — Я такого не слышал. Велели брать вас с отцом и везти в дом для разговора. Если какие-то отдельные инструкции и были, то они касались только командира.

«Так, пока всё сходится» — подумал я и задал мужчине ещё несколько уточняющих вопросов, проверяя не расходятся ли его слова с показаниями другого частично допрошенного.

Удовлетворившись ответами и немного расслабившись после выброса адреналина и стресса, я ощутил медленно накатывающий голод. В животе громко заурчало. Поэтому велел дружиннику остановиться на ближайшей заправке и заранее напомнил, что лучше бы ему лишний раз не дёргаться, иначе я легко его догоню, верну в машину и заставлю ехать голодным. Мужчина с моими доводами согласился и дёргаться не стал, а может вспомнил про труп Евгена в багажнике и понял кого обвинят в его смерти, если поднять шум. Поэтому мы без лишних вопросов долили бак до полного, набрали еды с напитками и продолжили свой путь. Правда, чтобы контролировать пленника и одновременно есть я переместился на заднее сиденье и не забыл пристегнуться. Кто знает, что дружиннику Глиновых придёт в голову.

Перекусив и собравшись с мыслями, мужчина, кадык которого ещё недавно дёргался от страха, взял себя в руки и осторожно произнёс:

— Послушайте, Фёдор, вы же ещё молодой парень, зачем вам брать грех на душу? Не убивайте меня! Прошу! У меня семья, дети, я на этой работе у Глиновых всего лишь какой-то жалкий месяц! Давайте я вам какую-нибудь службу сослужу и буду полезен⁈ А⁈

«Разговорился. Видимо решил, что после еды я стану добрее» — подумал я и недовольным тоном произнёс.

— Срок службы говорит лишь против тебя. Одного месяца вряд ли хватит, чтобы стать подонком и согласиться похищать детей! Следовательно ты и раньше был таким. Плохим человеком!

Пленник дёрнул плечом, замотал головой и, захлёбываясь словами, произнёс:

— Так я и не знал, что нашей целью является похищение подростка! Я бы никогда не согласился на это! Никогда! Мне лишь говорили, что нужно будет захватить какого-то мужика — врага рода. А настоящую задачу поставили уже на подъезде! Так что отказаться у меня возможности не было.

«Ну да, как же — мысленно хохотнул я и задумался — И что делать? Если не дам ему надежду на спасение, то он может начать действовать более решительно. Вылетит навстречку например. Или ещё что-нибудь придумает. А почему нет? Вдруг посчитает, что раз всё равно помирать, то почему бы и не с музыкой? Как по мне, то это звучит гораздо лучше, чем просто позволить кому-то себя убить».

— Знаешь, — произнёс я, — на самом деле это не такая уж и дурная идея. Полезный слуга мне скоро понадобится. Поэтому, если найдёшь чем откупиться или какую службу сослужить, то можем о чём-нибудь и договориться. Ну а если нет, то я перережу тебе горло без лишних разговоров да и все дела. Ты видел. Я это умею.

— Да я что хотите сделаю! — всплеснул руками мужчина и даже повернулся в мою сторону, но я тут же рыкнул.

— Руль держи и смотри прямо! На дорогу! А то ещё вылетим из-за твоей глупости!

— Понял! Принял! — резко вернулся в обратное положение водитель и уже оттуда, искоса поглядывая в зеркало заднего вида, произнёс: — Да я, что хотите сделаю! Что хотите! Я телохранителем могу быть, охранником, курьером, и ещё что-нибудь. А если мои услуги не нужны, то и выкуп заплатить могу. У меня немного. Тысяч десять всего. Но я готов отдать их все! Честно!

— Это не деньги за жизнь! — заметил я и с нарочитой брезгливостью поджал губы. — Хотя для кого как. Вдруг отдав их мне, ты позже попробуешь отомстить и всё вернуть?

— Я не буду! — с деланной искренностью в голосе попытался заверить меня пленник. — Зачем мне это? Я просто хочу сохранить свою жизнь! Чтобы у моих детей остался отец! Только и всего!

Разглядывая его лицо в зеркале, я словно бы неуверенно произнёс.

— Знаешь, я тебе не верю. Ты сейчас скажешь всё что угодно, а потом можешь обмануть, но всё же есть одно дело, после которого я смогу тебе доверять и позволю сохранить жизнь. Для этого даже твоих десяти тысяч не нужно.

— Что от меня надо! — тут же сделал стойку водитель. — Я на всё готов! На всё!

— Отлично. В таком случае я хочу, чтобы ты убил Аркадия Глинова.

— Что⁈ — поперхнулся пленник.

— Хочу, чтобы ты убил Аркадия Глинова, — терпеливо повторил я, чеканя каждое слово. — Хочу, чтобы ты замарал руки в убийстве боярина. Сделаешь это и мы с тобой точно сможем договориться. Ты будешь замазан кровью и про меня никому не скажешь, иначе я тоже молчать не буду и сдам тебя.

— Фёдор, — прохрипел пленник, — при всём уважении, но он очень опасен! Он не позволит мне даже приблизиться к себе! Просто не даст! Я могу убить охрану, отвлечь его выстрелами из автомата, чтобы вы могли нанести удар, но не более!

— Ну, не хочешь, как хочешь — скучающим тоном произнёс я, но пленник поспешил возразить.

— Да нет! Нет! Ну почему не хочу⁈ Хочу! Но Аркадий очень опасен. После пропажи отца и главы рода он сорвался с катушек. Чуть ли не с сотню человек заморил в своём пыточном подвале! Всё искал какие-то зацепки! Он силён! Очень! И я просто не представляю как его убить!

— Мне плевать. Или ты поможешь мне его убить, или сам отправишься на тот свет! — ответил я и пленник тут же закивал.

— Я помогу. Помогу! Я же не отказываюсь! Он и мне тоже никогда не нравился! Слишком безумным стал. Людей пачками резал! Но он очень силён…

— А охранников убрать сможешь? — оборвал поток его слов я — Это же твои друзья.

— Да какие друзья⁈ — замотал головой пленник. — Знакомые, которые просто ходили со мной на одну работу. Да и то, большую часть вы нейтрализовали. Осталось всего двое.

— Так мало? — уточнил я не поверив.

— Основа дружины погибла во время пропажи главы рода и конфликта с бандитами. Осталось лишь трое. Нас, остальных, наняли в процессе и то с большим трудом. Никому не хотелось встревать в новые конфликты бояр, да и Глиновы сейчас много людей себе позволить не могут. Это же каждому платить зарплату нужно, страховку, и прочие блага.

Остаток дороги я расспрашивал пленника о семействе Глиновых, их делах, людях которые прошли через пыточные и изредка задавал проверочные вопросы, чтобы убедиться, что он нигде мне не соврал. Путь нам предстоял долгий, да и необходимо было перепроверить информацию от пленника и его командира, вдруг они где-то мне соврали?

Итогом стало почти физическое желание отправить пленника и Аркадия на тот свет. У парня совсем поехала крыша и он стал самым настоящим маньяком, пытая всех подряд, а дружинники ему в этом помогали.

Также мужчина рассказал, что творилось в городе после нашего с Всеславом отъезда: как словно обезумевшее младшее поколение рода Глиновых принялось вырезать бандитов, пытаясь узнать, куда пропали их родители; как город оцепили силовики и стали наводить порядок; как за Глиновых неожиданно для многих вступились другие аристократы, которым вольница бандитов в последнее время, была совершенно не по нраву. Кроме того, после произошедшего девушкам семьи стали активно интересоваться, и даже были какие-то поползновения к заключению брачного договора, однако нынешний глава рода добро на это почему-то не давал. Я подозревал, что дело в алтаре, который пропал и без которого данное мероприятие нельзя было провести…

Ехали мы достаточно долго. Я, признаюсь, успел устать. Поэтому в минутах пятнадцати от дома, на подъезде. Велел остановиться. Нужно было размяться и приготовиться к бою. После чего я, на основе слов пленника придумал план действий и напоследок жёстким тоном произнёс.

— Попробуешь дёрнуться, предупредить кого-нибудь обо мне или предпринять хоть какое-либо подозрительное действие и будь готов к смерти! Всё понял?

— Всё-всё! — поспешил заверить меня пленник и вытер выступивший пот. — Я же говорю, этих несчастных я не знаю! Они не мои друзья и мне на них просто плевать!

— Смотри мне! — с угрозой в голосе произнёс я, кое-как согнувшись лёг в место для ног и положил руку на плечо водителя, чтобы он понимал серьёзность ситуации. А затем обновил на себе волевую защиту и «магический щит».

Вскоре автомобиль въехал в небольшой отнорок и остановился перед тяжёлыми откатными воротами, а мой пленник опустил окно, высунул голову и зло крикнул:

— Эй! Есть здесь кто живой? Открывай!

— Кто? — почти тут же раздался чей-то настороженный голос. — Антоха, ты что ли? А где остальные?

— Я, конечно! — эмоционально крикнул водитель. — Открывай. Сейчас всё расскажу! Или мне отсюда орать.

Ворота чуть откатились, в проёме показалась лысая голова и цепкий взгляд, который выхватил лицо пленника:

— Какого хрена вы так долго возились? И что это за машина?

— Долго рассказывать. Главное, что дело сделали — поморщился Антон и услышав нужное охранник поспешил открыть ворота.

Я осмотрелся. Внедорожник въехал в тёмный двор с небольшим крепким особняком на два этажа, гаражом и с парой автомобилей, расположенных слева, на парковке.

— Помни мои слова! — произнёс я и отпустил пленника.

— Помню — отрезал он и открыв дверь поспешил к багажнику.

— Иди сюда, смотри, что покажу!

— Что там? — подошёл к нему охранник. — Кого взяли? И что это за запах?

Больше ничего мужчина сказать не успел. Монтировка в руках Антона сделала оборот и ударила прямо в лысый затылок. Тело упало лицом в утоптанный снег и он стал окрашиваться в красный цвет.

— Иди в дом! — тут же скомандовал я, открывая заднюю дверь и выскакивая на снег.

— Понял! — кинул настороженно оглядывающий окна Антон и быстрым шагом двинулся к входу, но в тот же миг из-под мостовой появились массивные земляные пальцы с неровными краями, будто бы вылепленные из глины. Они схватили предателя и в одно мгновение превратили его внутренности в фарш.

«Засада! Скорее всего, командиру нужно было отзвониться после нашего захвата», — подумал я и на всей возможной скорости рванул к дому.

Сделал это вовремя: те же самые глиняные пальцы вновь появились из-под земли и пытаясь меня схватить поддели днище автомобиля, которое тут же перевернулось набок.

«Плохо. Плохо. Дела у меня очень плохие», — думал я, входя в состояние лада и уходя от глиняной руки, бросил «огненный шар» в ближайшее окно, куда залетел сразу после взрыва.

Быстро пролетевшись по комнате, рванул в гостиную, а оттуда и по другим помещениям, чтобы убедиться в отсутствии второго охранника на первом этаже, который мог бы зайти мне в спину.

Следующим этапом был осторожный подъём по лестнице. Вот только стоило мне к нему приблизиться, как из-за парапета появился автоматчик и очередь из его оружия попала мне в грудь, отбрасывая назад.

Понимая, что если бы не амулет, «магический щит» и волевая защита, то мне бы, скорее всего, пришёл конец, я обновил размётанные щиты, рванул назад и выставив вперёд руку, бросил в сторону предполагаемого нахождения противника несколько взрывных «огненных шаров», а затем ещё пару раз повторил заклинание.

Несколько вспышек озарили второй этаж. Я услышал грохот, звон и полный боли крик, после чего вбежал по лестнице готовясь к бою и бросил в склонившуюся фигуру «серп ветра».

В следующий момент противник рухнул на пол, а мне в спину прилетело что-то похожее на каменный кулак. Среагировать я просто не успел, лишь переместился в сторону разбитого окна и меня с силой выбросило из дома.

Удар об землю вышел сильным. Несколько мгновений я просто лежал, смотрел в чёрное небо и пытался хоть немного вдохнуть. Получалось плохо. Вот только и сдаваться я не собирался. Пульсирующий магический жезл появился в моих руках, и во все окна второго этажа тут же полетели накаченные энергией «огненные шары».

Внутри раздался грохот, а я, выгадав несколько секунд, с трудом поднявшись на ноги скрылся за перевёрнутым внедорожником и только тогда воздух вновь стал понемногу проникать в лёгкие. В этот момент раздался спокойный, но какой-то неживой молодой голос:

— Чародеев! Ты просто не представляешь, как сильно я рад тебя видеть! — рассмеялся Глинов. — Главное, не спеши умирать, мне нужны ответы на вопросы! За последнее время я очень хорошо научился спрашивать! Тебе понравится!

— Тебе больше — подумал я и чувствуя, как лёгкие наполняются прохладным свежим воздухом поднял магический жезл и ударил в тёмный силуэт на втором этаже сразу двумя «средними огненными шарами» и резко отскочил назад.

Сделал это вовремя. Глинов пытался меня заговорить и одновременно с этим попробовал схватить меня своими каменными пальцами вновь вылезшими из мостовой.

«Хренов урод! — пронеслось в голове, когда тёмный силуэт отлетел внутрь дома поймав „средние огненные шары“. — Что за жуткое заклинание? Остальные Глиновы демонстрировали конструкты попроще».

Пока внедорожник трещал сжимаемый «пальцами» я рванул в дом, затем тут же на второй этаж и там обнаружил пошатывающегося, окровавленного Глинова из горла которого торчал огромный кусок стекла. Парень, который был лишь на несколько лет старшем этого тела, светился каким-то зеленовато-коричневым цветом, шатался и пытался что-то нечленораздельно произнести.

«Да он же вкладывает в заклинание свою жизненную силу!» — вдруг понял я и бросил в Аркадия «средним огненным шаром», желая сбить каст.

Вот только моё сильнейшее заклинание отлетело от ауры, и взорвалось, а по всему зданию прокатилась волна трещин и стены стали медленно изгибаться.

Осознав, что особняк может обрушиться, я рванул в сторону выхода одновременно с этим наблюдая как куски потолка падают, а мебель и более мелкие предметы словно бы притягиваются к растягивающемуся грязному зеленовато-коричневому свечению. Широкий дверной косяк, через который я планировал выскочить, вдруг перекосило, часть потолка упала, перекрывая достаточно большое пространство проёма снизу, а за спиной что-то грохотало.

«Времени мало. Сейчас меня здесь же и похоронит», — подумал я и решение пришло мгновенно.

Со всей возможной скоростью я прыгнул рыбкой вперёд, а в следующий момент провёл заклинание взрывных «огненных шаров» через ноги. И ударная волна вынесла меня на улицу словно ракету. На несколько мгновений я перестал понимать где верх, а где низ. Только ощущал, как распухает левая половина лица.

«Так, нельзя разлёживаться!» — пронеслось в голове и, спрятав магический жезл, который каким-то чудом не потерял, с трудом поднявшись, я поспешил к телу лысого охранника убитого Андреем.

Проверив его карманы, обнаружил ключ от и забрал его себе. Затем перевёл взгляд на светящийся зеленовато-коричневым цветом каменный шар на месте особняка, больше похожий на снежок, сжимаемый чьей-то огромной рукой.

'Главное, чтобы он не покатился в мою сторону! — подумал я, поспешив к стоянке автомобилей и находя тот, ключи от которого у меня имелись.

Спустя ещё несколько секунд свечение стало уменьшаться, стекаясь куда-то в центр и я с облегчением понял, что Аркадий умирает.

«Жаль не удалось его захватить и расспросить, а то вдруг он рассказал о нас с отцом родственникам? С другой стороны хорошо, что получилось убрать врага и самому не сдохнуть. Подросток оказался гораздо сильнее своего старшего поколения и чуть меня не прикончил. Пусть будет мне уроком, что противника недооценивать нельзя. А теперь ходу! Грохот от взрывов, выстрелов и разрушений разнёсся очень далеко. Уверен — соседи уже вызвали полицию».

Перед отъездом я бросил «огненный шар» внутрь покорёженного внедорожник, убрал им же места в которые наступал и поспешил уехать прочь. Пока, действительно, сюда не прибыл кто-нибудь любопытный.

Возвращение домой в Камневск прошло спокойно, пусть и не так быстро, как мне бы хотелось. После весьма напряжённого дня и двух серьёзных сражений, в которых я едва не погиб, наступил откат. Хотелось остановить автомобиль, опустить сиденье и позволить себе небольшой отдых. Всё тело болело от ушибов, левая сторона лица распухла и пульсировала, а внутри словно бы тянулись магические каналы. Во всяком случае, фантомные боли говорили именно об этом.

Перейти во внутренний мир в подобном состоянии не удалось, да и времени на длительную медитацию небыло. Поэтому я мысленно собрался, с силой сжал руль и направил авто в сторону ближайшего города, который мы проезжали с дружинником Глиновых.

Оставив машину на окраине города с ключами в зажигании и приоткрытым окном, чтобы привлечь внимание местного криминала и позволить им оставить внутри свои следы, я закинул рюкзак на плечо, протёр отпечатки и, натянув шапку пониже, пешком направился в сторону центра, к многоэтажкам, в надежде найти гостиницу и привести себя в порядок.

На улице было темно и безлюдно, что позволило мне без лишних вопросов от местных банд и доброхотов добраться до центра и, после получаса блужданий, обнаружить нужное место.

Осмотрев свой непрезентабельный внешний вид в стеклянной двери, достал из рюкзака две сотни и решительно вошёл внутрь. Даже если местным работникам скажут примечать подозрительных лиц в связи с произошедшим у дома Глиновых, то они вряд ли подумают на столь молодого юношу. Решат, что меня просто избили местные.

Сонная администратор за стойкой, услышав перезвон колокольчиков, встрепенулась, поднялась на ноги и встретила грязного избитого юношу нахмуренной гримасой, однако прежде чем она открыла рот, я положил на столешницу купюры и сказал:

— Мне нужен нормальный номер с горячей водой, где можно привести себя в порядок без лишних вопросов и чужого внимания.

— Вообще-то мы обязаны записывать данные наших клиентов в журнал, — произнесла женщина, подхватывая деньги и снимая один из ключей с крючка, — но вижу, тебе нужна помощь, и я не могу пройти мимо.

Внешний вид гостиницы, отсутствие нормальной светящейся вывески и затрапезный холл не обещали мне комфортных условий, однако предложенный номер оказался вполне симпатичным и чистым.

— Прошу.

Удовлетворившись увиденным, добавил:

— Ещё мне нужно привести одежду в порядок. Постирать и высушить.

Женщина приподняла бровь, и из кармана появилась ещё сотня рублей.

— У нас хорошая стиральная и сушильная машины, — произнесла администратор, забирая купюру, — Снимай всё у входа и иди в душ.

Когда женщина ушла, я по-быстрому разулся и бесшумно вышел в коридор, чтобы проверить её действия. Вдруг, несмотря на полученные деньги, всё же решится связаться с полицией. Не стала. Вместо звонка администратор с едва слышимыми чертыханиями выискивала новый порошок для стирки, находящийся где-то на высокой полке в шкафу.

Вернувшись в номер и прикрыв дверь, я сложил одежду у выхода, прихватил с собой полотенце с рюкзаком, где находились деньги с документами, и с удовольствием встал под упругие струи горячей воды.

Вымывшись до скрипа, некоторое время в зеркале рассматривал своё травмированное тело, покрытое множеством синяков от нескольких встреч с землёй, а также чуть непропорциональное лицо из-за небольшой гематомы.

«Нужно обязательно обработать её лечебной мазью и выпить какое-нибудь зелье, — подумал я, — А лучше обратиться к целителю, если он имеется в этой дыре. Тогда будет вообще хорошо. Правда, вопрос: принимает ли столь влиятельное лицо избитых подростков с деньгами или всё же нет?»

Примерно через два часа с моими чистыми и ещё тёплыми вещами вернулась администратор, которая, к слову, привела в порядок и грязную обувь.

— Тут ещё несколько дырочек было. Я их подшила, — сказала она, складывая вещи на стул.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я и уточнил: — В городе имеются целители? И есть ли возможность к ним записаться?

— Откуда они у нас? Одно время жил молодой выпускник, хорошо лечил, хоть и брал дорого, да только несколько лет назад переехал в более обеспеченный и большой город, — с сожалением ответила женщина, с интересом рассматривая моё обёрнутое полотенцем тело со множеством синяков, — Зато у нас есть отличная лавка целебных зелий! Тоже дорого, конечно, но они обязательно помогут. Племянник мой, Митя, на прошлой неделе по заброшенной стройке бегал и ногу подрал. Так мазь ему за несколько часов всё и залечила.

Пока женщина говорила, я внимательно всматривался в её лицо пытаясь понять, что её нужно.

«Вроде эмоции искренние и, несмотря на полученные деньги, надуть попавшего в передрягу юношу не собирается. Хотя этот блеск в глазах намекает, что она явно хочет что-то предложить».

— А ты купить зелье по сходной цене не хочешь? Ой! То есть мазь? Её нужно намазать на ночь и ложиться спать. Тогда она лучше действует. У меня после племяша её много осталось.

— Дело не свойствах сна. Просто вы, с закрытыми глазами, не видите как она работает и не отслеживаете динамику изменений. Наблюдаете лишь два варианта: как было, а потом как стало. Без промежуточных итогов. Поэтому кажется, что разница ощутима, — произнёс я, показывая, что разбираюсь в подобных вещах, и, внимательно всмотревшись в глаза женщины, уточнил: — Она точно работает? Не обман?

— Точно, — не отвела взгляд администратор, — просто стоит сто пятьдесят рублей за банку, а долго не живёт даже в холодильнике! И расходуется медленно. А так я бы сестре позвонила, она мигом здесь будет! Рядом живёт! Намажешь сейчас и начнёшь сразу лечиться, а не будешь ждать утра.

— Пусть несёт. Если поможет, то заплачу сто рублей. А если нет, то завтра в лавке куплю.

— Всё сработает! — тут же ответила обрадованная женщина. — Вот увидишь!

Ещё минут через пятнадцать она пришла с небольшой пластмассовой банкой, заполненной на две трети мазью с приятным запахом. Намазав ей на места ушибов, ощутил, как они согрелись и перестали пульсировать болью, и наконец уснул.

К моменту позднего пробуждение на месте ушибов остались лишь небольшие пятна и слабая боль, а гематома спала сменившись фингалом, переливающимся всеми цветами радуги. Убедившись, что мазь работает, я заплатил администратору обещанные деньги и попросил вызвать себе такси до вокзала, где первым делом купил билет на ближайший поезд до Камневска на четырнадцать часов, а затем отправился вместе с тем же водителем к целебной лавке. Небольшому уютному зданию, где всем заправлял немолодой седовласый мужчина средних лет. Когда я вошёл, он за что-то распекал парня моих лет, а услышав трель колокольчиков на открывающейся двери, вальяжным взмахом отослал подчинённого и медленно развернулся.

— Добрый день, молодой человек. Чем мы можем быть вам полезны? — после небольшой паузы и оценивающего взгляда, остановленного на лице, спросил он.

— У меня есть ваша целебная мазь, — ответил я, доставая нужный флакончик из рюкзака, — она показала себя отлично. Так что хотел бы прикупить к ней в пару сочетающееся целебное зелье.

— Это вы хорошо заметили, — произнёс мужчина, — мазь и зелье должны быть подобраны правильно, чтобы эффект от заживления был, а не отправил вас на тот свет из-за несовместимых ингредиентов. Прошу за мной.

Подойдя к одной из полок и попросив баночку в моих руках, мужчина проверил свойства вещества, зачерпнув небольшую часть, растерев её в пальцах и принюхавшись.

— Вы должны использовать её в течение недели, пока травы работают так, как положено. А что касается зелья, то я бы предположил вот этот набор, — указал он рукой на одну из полок. — Три порции. Каждая сорок рублей. Принимается после приёма пищи.

— Беру, — не раздумывая ответил я и добавил: — Мне бы ещё что-нибудь на подарок. Нужно зелье, которое восстановит магические силы одарённого. Есть у вас в продаже подобное?

Мужчина вновь окинул меня внимательным взглядом и ответил:

— Есть, как не быть. Вот только ими нужно уметь правильно пользоваться.

— Вы не могли бы пояснить? — попросил я, так как до этого момента не слышал ни о чём подобном.

— Из-за неправильного использования данных зелий можно погибнуть или стать инвалидом. В первую очередь это касается правильного применения, дозволяющегося лишь в особых случаях. Его запрещено использовать в случаях, когда осталось меньше половины источника, иначе из-за принудительного поступления магической энергии в ядро и каналы им может быть нанесён существенный ущерб. Некоторые индивиды, неспособные создать в кратчайшие сроки много затратных конструктов, теряют возможность их формировать или лишаются дара. Кроме того, за три часа до использования стимулятора необходимо исключить принятие любых других зелий на магической основе, чтобы избежать побочных эффектов.

Помимо этого важно знать, что зелье не восстановит вам сто процентов ядра. Никогда. Скорее от двадцати до шестидесяти процентов, а после, стоит его действию окончится, вы просто уснёте и проспите не меньше двадцати часов. За заёмную энергию нужно платить. Запомните, молодой человек. Ничего не даётся просто так. Ничего. В нашем случае это означает, что до окончания действия зелья вы должны быть в безопасности.

— Мне нужно для отца, — соврал я, посмотрев мужчине в глаза, — Он ходок. Маг. В последнее время нежити стало слишком много, и мы боимся, что однажды его сил не хватит, чтобы справиться со всеми противниками. Думаю, подарок из трёх подобных зелий будет в самый раз.

— Стоимость только одного пятьсот рублей, — произнёс мужчина, — и по правилам мы не имеем возможности продавать столь специфичный товар несовершеннолетним.

— Не думаю, что у вас данное зелье пользуется большой популярностью. Не тот город. Зато оно может спасти жизнь ходоку, сражающемуся с нежитью в проклятых землях. Поэтому прошу пойти мне навстречу.

— Хорошо. Убедили, — согласился мужчина, — с вас тысяча шестьсот двадцать рублей.

Расплатившись и дополнительно узнав, что принимать сразу несколько порций стимулирующего зелья нельзя, отправился на вокзал.

В оплаченный номер гостиницы, по здравому размышлению, возвращаться не стал. Мой администратор уже сменился, а что сделает новый, увидев одинокого подростка с фингалом, никто не знает. Поэтому я по приезду отправился в кабинку туалета, где обмазал свои раны целебной мазью, затем тщательно вымыл руки и пошёл в небольшой кафетерий со скудным набором, где подкрепился булочками с мясом и повидлом. Там же выпил первую порцию целебного зелья, ощутив, как тепло прошло по пищеводу, и отправился в зону ожидания, чтобы находиться в зоне видимости полицейского патруля и избежать лишних конфликтов. Драки были последним, что мне сейчас было нужно.

В поезде всё тоже прошло без эксцессов. Недовольные, подозрительные и вызывающие взгляды были. Куда же без них, но главное, что проблем удалось избежать. Вместо этого я смог ещё раз спокойно осмыслить всё произошедшее.

В Камневске я взял такси и отправился домой, где меня встретил ничуть не взбудораженный отсутствием сына Всеслав. Вместо вопросов о моём местонахождении ночью он отправился на кухню и накрыл на стол, за который я с удовольствием уселся. К этому времени мой синяк под глазом значительно уменьшился и стал не таким ярким, однако вопросов от отца Феди снова не последовало. Поэтому, утолив первый голод, я начал разговор сам.

— Всеслав. Пришло время покинуть Камневск. Начинай сбор вещей.

— Почему? Нам что-то угрожает? — уточнил отец Феди и, чуть подумав над тем, что ему можно знать, я ответил:

— Глиновы. Они узнали, где мы живём, чем занимаемся, где бываем, и попробовали меня похитить. Отряд дружинников я убил, главу рода тоже, вот только допросить и выяснить, кому ещё известно о нас, не смог. Уверен, что о нём знают и другие члены этой семьи.

— Так может, встретим их здесь? — неожиданно предложил Всеслав. — Чтобы решить вопрос окончательно? Пусть приходят.

«А он у меня оказывается кровожадный. Да и мыслить пытается. Это прогресс», — мелькнуло в голове, и я ответил:

— Плохой вариант. Что помешает им нанять наёмников и без участия членов рода залить этот дом пулемётным градом, не подставляясь? Ну или ударить по нам какими-нибудь артиллерийскими снарядами? Ничего. Так что оставаться не выход.

— Вечно бегать тоже не получится. А в ассоциации ты получаешь навыки и знания, которых больше никто так просто не даст, — второй раз удивил меня Всеслав. — Нужно просто переехать и продержаться год. Потом всё равно придётся возвращаться на родину, чтобы тебя взяли в магический лицей. А если не уверен в нашей безопасности, то можем посетить Глиновых в ближайшее время и решить проблему окончательно.

«Разумное предложение. Вот только он не учитывает, что ассоциация истребителей в своём большинстве состоит из оборотней, которые уже давно отработали план, благодаря которому сделают меня одним из них. Что мне, понятное дело, совсем не хочется. Это закроет путь в нормальные учебные заведения, где быстро вычислят проклятого. А что в это время будет с наложенной на меня печатью предателя крови? Даже представить боюсь. Может, после укуса она просто меня поглотит, и я стану диким?» — подумал я и ответил:

— С Глиновыми вопрос нужно будет обязательно решать, но позже. Первым делом надо обеспечить безопасность и сменить место жительства. Мы не знаем скорости, с которой они среагируют на атаку. Вдруг прибытие отряда нужно ждать уже сегодня?

Всеслав завис, обдумывая мои слова, и кивнул.

— Хорошо. Я всё понял. Для переезда почти всё готово, — сказал мне он и направился вглубь дома.

«Вот и отлично, сейчас же и переедем, а то вдруг вместо наёмников Глиновых к нам заедут оборотни во главе со старейшиной, которым может не понравиться, что четвёрка их парней куда-то исчезла».

Вскоре отец Феди положил на стол сумку с деньгами и новые паспорта с его водительским удостоверением.

— Откуда это? — насторожился я, окинув мужчину внимательным взглядом и пытаясь рассмотреть произошедшие в нём изменения.

«Хм. Вроде всё как прежде, но вот взгляд более живой и разумный, — проанализировал я, — неужели он восстановился настолько, что может действовать самостоятельно? Нужно уточнить».

— Я не говорил тебе этого делать. У нас нет никаких связей в Камневске, а те, что есть, известны и людям из ассоциации истребителей. Или тебе кто-то помог?

— Я всё сделал сам. Нашёл нужного человека и заплатил. Если придётся бежать из города, то без документов это будет сделать сложно. У меня паспорт на одно имя, а водительское удостоверение на другое. Далеко бы мы с таким прикрытием не уехали. А тем более с нашей приметной фамилией.

Его ответ заставил меня ещё больше насторожиться, так как я не верил в способности Всеслава решать задачи подобной сложности самостоятельно. Из этого дела явно торчат чужие уши, только я не понял чьи. Оборотни подсуетились? Или может Чародеевы? В любом случае к этим документам надо будет относиться весьма настороженно.

Отложив бумаги, я помог Всеславу со сборами вещей, после чего мы загрузились в автомобиль, взятый у ходока, и направились к стоящему в старом гараже микроавтобусу, прикупленному Всеславом на случай, если придётся вывозить машину ценностей из проклятых земель. Их было мало, но это меня не расстроило. Главное, что автомобиль был новый и неприметный, который позволит нам без проблем убраться подальше от города.

Игорь Леонович не находил себе места. Группа Евгена, которая должна была вернуться с докладом об смерти Фёдора Деева в пятницу, край в субботу утром, не появилась и вечером. Даже не доложила о результатах встречи мальчишки с врагами рода, и это было очень плохо. Одно дело, если похитившие мага дружинники просто заметили слежку и уничтожили автомобиль неизвестных. В этом случае общине из-за пропажи своих придётся где-то на полгода перейти в осадный режим, провести ряд мероприятий по поиску погибших и убедиться в отсутствии дальнейших проблем с этого направления.

И дело будет обстоять гораздо хуже, если кого-то из парней взяли в плен, разговорили пытками, и он проявил свою волчью суть. Тогда про общину узнает неизвестный враг, который сможет использовать данное знание для своей выгоды, и у стаи, которая вот уже несколько веков проживает под Камневском, настанут сложные времена. Останется лишь надежда на кураторов из имперской безопасности и столичного рода, негласно контролирующих мощную общину из нескольких сотен результативных ходоков.

«Чёртов Евген! Почему он ни о чём не доложил⁈ Информация нужна как воздух! А её нет! — раздражённо подумал старейшина, ходя из стороны в сторону по своему кабинету. — Вожак обязательно поинтересуется, куда их потянуло, почему они не прибыли на тренировку в понедельник и чьи указания могли бы выполнять! Плохо в этом случае Ратмир молчать не будет, как и Макар с Симеоном! Скажут всё как есть, и тогда Краснов будет в гневе…»

Глухо зарычав, старейшина обратил внимание, что его правая рука превратилась в огромную лапу оборотня с толстыми когтями, и мысленным усилием вернул ей привычный вид.

«Нет. Так просто я не сдамся!» — решил он, направившись к телефону, и на время забыл про раздражающего мальчишку, жизнь которого и была целью операции.

— Лёша. Ты? Это Игорь Леонович. Есть разговор. Я сейчас на базе. Скоро буду у тебя. Никуда не уезжай. Да. Хорошо.

Спустя сорок минут старейшина въезжал на территорию роскошного дома, оставленного ходоку предыдущими поколениями его семьи, и едва заметно поморщился. Никогда не понимал, зачем бывший хозяин дома так бахвалился своим богатством, которое, в конечном итоге, и привело его в могилу.

— Посторонние есть? — первым делом спросил мужчина, когда дверь открылась.

— Я отправил слугу домой после разговора с вами, — ответил Лёха, но старейшина закрыв дверь прошёл частичную трансформацию, превратившись на время в отвратительную тварь, и внимательно слушал дом, после чего вернул человеческий вид, жёстко посмотрел в глаза своему молодому помощнику и произнёс:

— У нас проблемы, Лёша. Очень большие проблемы.

— Что случилось? — насторожился мужчина. — Игорь Леонович, я вас в таком состоянии уже очень давно не видел.

— Ты прав. Ситуация кое в чём похожа и заключается главным образом в том, что Евген с парнями пропал.

— Что⁈ Как⁈ — непроизвольно воскликнул Лёха, вскочив на ноги. — В каком смысле пропал⁈ С кем?

— Со своими дружками. С кем ещё⁈

— Но как вы узнали? — нахмурился мужчина, и на его лице тут же мелькнуло озарение. — Или это вы поставили им задачу, после которой они пропали⁈ Без согласования со старейшинами⁈ Плохо! У вас будут большие проблемы.

— У нас, Лёша. У нас, — поправил его старейшина.

— А я тут при чём? — удивился Лёха. — От походов меня отстранили, я пока в дежурства хожу, да и всё.

— А потому, молодой человек, что все они следили за одним юным недомагом. Нам стало известно, что на его след вышли враги рода, которые хотели организовать похищение и допрос. Задача Евгена состояла лишь в разведке. Он должен был убедиться в смерти мальчишки и удостоверится в его гибели. А вышло, что мне ничего вообще не известно. Ни род похитителей, ни место их дислокацию

— Проследили, блин! — едва не сплюнул Лёха и встрепенулся. — Понимаю вашу беду и злюсь оттого, что пропали мои друзья, но не возьму в толк, при чем здесь я? И вообще! Может, они уехали в другую область вслед за похитителями и просто задержались?

— Не мели ерунды! Что за детский сад⁈ — жёстким тоном осадил мужчину старейшина. — Пропали четыре оборотня! Опытные ходоки, несмотря на молодость! Думаешь, они бы не предупредили меня в случае форс-мажора? Так что вариантов немного. Их либо убили, либо захватили в плен! Другого не дано!

На некоторое время в комнате повисла тишина, а затем Лёха спросил:

— Всё равно не понимаю, почему вы рассказываете всё это мне. Хотите, чтобы я попробовал их найти?

— У меня для тебя есть гораздо более важная задача, — ответил Игорь Леонович и уточнил: — Ты представляешь, что произойдёт, когда Краснов узнает о пропаже четверых парней?

Лёха ответил незамедлительно:

— Выходы секции прекратятся. Мы поднимем круговую оборону, и начнётся расследование, которое выявит вашу участие в отправке отряда Евгена с заданием. Вы об этом?

— Именно, — ответил старейшина, а Лёха добавил:

— Тогда нужно сработать на опережение. Доложите, что вам звонил Евген. Сказал, что видел подозрительных лиц, следующих за мальчишкой, и что после этого маг и ходоки пропали. Нужно работать на опережение!

Игорь Леонович посмотрел на молодого мужчину как на неразумное дитё и добавил:

— Лёша. Несмотря на то, что я скажу, в общине начнётся расследование, и рано или поздно Краснов до правды доберётся. И даже если я уйду, то он начнёт рыться в моём грязном белье и найдёт очень много неприглядного. Например, молодого оборотня из прославленного, но запятнавшего себя рода, который из-за мести замыслил предательство и готов подставить собственную стаю.

Лицо Лёхи закаменело, побелело, и он немигающим взглядом уставился на старейшину.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а затем Леонович усмехнулся.

— Эх, молодость, наивность. В твои годы я тоже считал себя слишком умным, мудрым и всё знающим. Только вот чем старше стал становиться, то тем больше понимал, что не знаю вообще нихрена. Так и ты. Возомнил себя самым хитрым и продуманным. Вот только если бы не моё прикрытие, то тебя бы уже давно порвали на куски.

Лёха продолжал молчать, поэтому старейшина снял невидимую пылинку с его плеча и произнёс:

— Я хочу, чтобы ты позвонил своим друзьям и назначил начало операции на вторник. Понял? На вторник! Когда шесть наших отрядов разом отправятся в аномалию! Хочу, чтобы всё было серьёзно. Пусть своего артефакта управления нежитью не жалеют.

Глаза молодого мужчины от разлившегося в комнате напряжения на мгновение стали звериными, однако он взял себя в руки и произнёс:

— Я не понимаю о чём вы. Какие друзья?

Вместо ответа старейшина с силой сжал плечо хозяина дома и проговорил:

— Твой отец незаслуженно погиб. Краснов с Ратмиром понимали его опасность и просто убрали конкурента за власть. Мне это тоже не понравилось, да и счёты у меня к каждому свои, поэтому я тебя и не сдал. Ты не сделаешь ничего плохого, просто восстановишь справедливость. Вот только если мы промедлим, а ты не будешь весьма красноречив, то вожак, узнав о пропаже парней, повысит бдительность. Тогда все свои план можешь отправлять в мусорку и бежать, если успеешь…

— А вот хрен! Вы хотите моими руками прикрыть собственный провал! Да если бы не пропажа парней, то вы бы вообще ничего не делали! Продолжали бы жить как и жили! — зло произнёс Лёха, начав ходить из стороны в сторону.

— Ты сам принял это решение! И сделал это давно. Я лишь хочу, чтобы твой план удался. А что касается подготовки, то тут ты не прав. Она шла и уже очень давно. Или думаешь, отряды формируются случайным образом? Три раза ха! Мои сторонники и союзники в проклятые земли во вторник не пойдут. Пусть умирают сторонники Краснова. Те, кто считает, что мы люди в волчьи обличьях! Мне надоело, что мы сдерживаем сами себя! Что из-за этой политики оборотни вырождаются! Уже давно нет никого, кто хотя бы немного походил по силой на могучих волколаков! Нет! Нету таких даже в старых землях! — произнёс Игорь Леонович. — Поэтому прошу тебя сделать всё как нужно и дать мне знать, только завуалированно, а не так, как ты любишь.

Если всё удастся, то придумаю легенду, куда именно отправился Евген с парнями и молодой маг. А потом, после окончания всего, возьму тебя в свою стаю. Нечего оборотню из древнего рода слабеть из-за неправильных тренировок. Действуй, Лёша, и всё у тебя будет, а я отправлюсь к себе. Нужно прошерстить новости и дать указание, чтобы проверили нашего мага и его так называемого отца. Кто знает, может, Евген оказался ещё более неудачливым, чем мне казалось, и попался на глаза врагам рода, которые принялись за него, оставив Федечку в покое.

Требовательный звонок в дверь снятой Всеславом квартиры и раздавшийся следом знакомый голос на лестничной клетке меня не удивили, хотя и порядком расстроили. То, что нас так быстро нашли, означало лишь одно — мои подозрения были верны. Люди Краснова продолжали плотно нас опекать. Мало того что помогли отцу Феди с получением новых документов и покупкой автомобиля, так ещё и отследили наш переезд на квартиру.

Открыв дверь, увидел стоящего на лестничной площадке командира отряда и, нарочито выглянув ему за спину, пропустил мужчину внутрь.

«Хорошо ещё, что я не решил сразу сбежать из города, — мелькнула мысль. — А то не успели бы мы выехать из области, как нас бы остановили. Ещё удивительно, что за мной не следили во время поездки в ассоциацию магов, документы по которой я ещё даже не посмотрел. Или этим делом как раз-таки занимался Евген с друзьями?»

— Федя, — с укором произнёс Игнат Владимирович, вырывая из мыслей, — так дела не делаются. Какого чёрта ты настолько резко сорвался с предыдущего места жительства? Если решил переехать, то нужно было хотя бы кого-нибудь предупредить! А то даже хозяин дома был удивлён…

— Предупредить в воскресенье? — уточнил я. — Помнится, мне сразу сказали, что в выходные дни все наши ходоки проводят дома и стараются не появляться на базе без серьёзной причины. Вот поэтому я бы приехал завтра на строевой смотр и всё рассказал. Кстати, а как вы меня нашли? Следили?

— Что ты такое говоришь? Будто нам делать нечего, — глядя мне в глаза, соврал командир. — Просто один из наших парней вчера видел тебя вместе со Всеславом. И когда понадобилось, дал знать. Ладно, времени нет. Давай собираться. Всё остальное расскажу в машине. Парни уже ждут.

«Вот как? Просто увидел? — мысленно усмехнулся я. — И, конечно же, совершенно случайно запомнил адрес, подъезд и даже номер квартиры. Удивительно наблюдательные ходоки у нас в ассоциации».

— А что случилось? — спросил я и направился в комнату за вещами, но ответа не удостоился.

Рюкзак был собран ещё утром и стоял возле кровати. Внутри находился стандартный набор, который я брал с собой в проклятые земли, а также несколько дополнительных целебных и стимулирующих зелий. Туда же были уложены гранаты и приготовленная мной смесь из нескольких видов перца и других пахучих веществ, способных надолго забить чувствительный нос оборотня. Против нежити подобное средство будет бесполезным. Зато, если слова Евгена окажутся правдой и кто-нибудь попробует осуществить план старейшины и обратить меня, то средство позволит ослабить нюх и сбежать.

Быстро переодевшись, я взял со стола лист бумаги и написал на нём: «Точка два». Так мы со Всеславом обозначили место, где он должен будет меня ждать сегодня. После этого закинул рюкзак на плечо и вернулся к терпеливо ожидающему в прихожей командиру.

— Так почему, ты говоришь, настолько внезапно сорвался с прошлого места жительства? — спросил Игнат Владимирович, когда мы уже спускались по лестнице. — С хозяином дома что-то не поделил?

— Мне нужно докладывать вам о подобных вещах? — остановившись на мгновение и добавив в голос недовольства, спросил я.

— Нет, но мне хотелось бы знать, почему мы потратили столько времени на твои поиски, — спокойно ответил мужчина. — Вдруг произошло что-то серьёзное, а ты пытаешься решить проблему самостоятельно?

Некоторое время я раздумывал, стоит ли что-нибудь ему рассказывать, и всё же решил немного приоткрыть правду. Игната Владимировича переезд насторожил, а слишком упорное молчание только усилит его подозрения.

— На нас с Всеславом совершенно неожиданно вышли дружинники враждебно настроенной семьи, — произнёс я. — Насколько понял, они собирались устроить возле дома засаду. Поэтому мы решили на некоторое время переехать в заранее снятую квартиру.

— В таких случаях ассоциация всегда помогает, — нахмурился командир. — Нужно было просто попросить, и мы бы выделили тебе защищённое место, на которое никто не посмеет напасть.

Я хмыкнул.

— Пока мы справляемся своими силами, но буду иметь в виду. Вы лучше расскажите, из-за чего нас собирают на базе именно сегодня. Что такого необычного произошло?

Мысленно я уже приготовился услышать новости о пропаже четверых наших ходоков. Возможно, Игорь Леонович всё-таки решился официально заявить об исчезновении Евгена и его приятелей до начала новой недели. Вот только командир сказал совсем другое:

— Приказ губернатора.

— Губернатора? — переспросил я, точно не ожидая услышать подобное.

— Именно, — тяжело выдохнул он.

Мы вышли из подъезда и забрались в небольшой микроавтобус, где уже находились Егор, Женя с отцом и ещё один ходок нашего отряда. Последнего я видел на базе несколько раз, но имени так и не запомнил.

— Привет, Федя! — поздоровались со мной присутствующие, а Егор добавил: — Хорошо, что нашёлся, а мы уже стали думать о чём-то плохом.

— Может, и хорошо, — ответил я, устраивая рюкзак под ногами. — А может, без вас сейчас бы спокойно валялся дома с книгой в руках. Лучше поясните, что там за приказ губернатора?

— А ты не слышал? — изумился Егор. — Об этом уже во всех новостях говорят!

— Не успел посмотреть, — покачал головой я. — Мы были заняты переездом.

— В нашей и соседних областях подняли всех, кого только можно, — пояснил Игнат Владимирович, устраиваясь на переднем сиденье. — Полицию, имперскую безопасность, дружины боярских родов и ассоциацию истребителей. Куда же без нас?

— И-и-и? — протянул я. — Так что всё-таки случилось?

Командир некоторое время молчал, словно решал, сколько мне можно знать, а затем всё же ответил:

— В соседней области нашли сгоревший микроавтобус с несколькими телами. Возле которого обнаружили следы диких оборотней.

— Диких? — переспросил я, сделав вид, что впервые слышу подобное определение. — И сразу поясните, что именно в этом плохого?

— В оборотнях, которые разрывают людей на части? Могут кусать их и делать их такими же, как они? Ну не знаю. Точно нужно уточнять? — тут же взялся объяснять Егор. — А что касается диких — то это оборотни, которые утратили человеческое сознание, позволили зверю внутри полностью себя поглотить и превратились в монстров.

— А ещё люди, ставшие дикими, стремятся в ближайшую проклятую землю, — произнёс командир с переднего сиденья. — И так как наша находится рядом с местом, где видели следы, то нас отправляют её проверить.

«Ага, значит, весь переполох из-за желания Евгена с парнями меня прикончить в волчьем обличье, — подумал я, глядя в окно. — Интересно будет посмотреть, что теперь предпримет Игорь Леонович. Найдёт ли он в себе мужество признаться о том, кто именно находится в сгоревшем микроавтобусе, или попробует свалить всё на диких тварей из проклятой земли? Скорее всего, второе. Признавать свои ошибки подобные люди не любят. А если учитывать, какая трагедия разыгралась в ассоциации после недавней смерти восьми ходоков, то думаю, что гибель ещё четверых Краснов ему не простит».

— Если оборотни действительно вышли из проклятой земли или, напротив, поспешили к ней, то на снегу должны были остаться следы, — вслух произнёс я. — Вроде бы осадков уже несколько дней не было.

— Именно, — согласился Игнат Владимирович. — Поэтому часть ходоков из других отрядов пешком обходит периметр проклятушки, а шесть нашей секции готовятся отправиться внутрь. У нас в поисках и уничтожении диких большой опыт. Платят за это очень хорошо.

— Ещё пять групп вместе со старейшиной отправились к месту происшествия, — добавил отец Жени. — Мы прямо нарасхват.

— А кто из старейшин туда поехал? — сразу заинтересовался я, начав что-то подозревать. — И зачем так много людей взяли?

— Игорь Леонович, — подал голос Женя. — Нашего соседа примерно на час раньше забрали. Он тоже с ними туда отправился. Нужно же и там всё проверить.

'Теперь понятно, почему всё так закрутилось, — пронеслось в голове. — Старейшине нужен был шум, неразбериха и основание, чтобы подстроить несколько столкновений, а затем объявить о смерти Евгена и его приятелей. Поэтому и сам отправился, чтобы всё проконтролировать. А ещё, не удивлюсь, что как-то раздул это событие. Далеко не худший расклад для него в данном положении.

Вопрос только в том, как он отнесётся ко мне? Заподозрит ли в убийстве оборотней? Или посчитает, что я с ними никак не контактировал? А может, попробует похитить меня и выяснить правду? Просто убить? Не знаю. В любом случае нужно смотреть в оба'.

По дороге на базу я убедился, что силовиков города действительно подняли по тревоге. На улицах стало значительно больше полицейских патрулей. На нескольких перекрёстках стояли машины имперской безопасности, а по дороге в сторону проклятой земли двигался транспорт с вооружёнными людьми.

На нашей базе к моменту приезда тоже царила непривычная суета. Небольшой плац был оккупирован готовящимися к смотру ходоками, куда поспешили и мы.

Вскоре перед строем появился командир секции, и раздался его мощный бас. Он повторно довёл обстановку, цель работы в проклятой земле, после чего разделил шесть отрядов на три пары, основу и прикрытие, напомнил о необходимости защищать друг друга, нарезал участок поиска и приказал немедленно готовиться к выходу.

— Чушь полная, — со вздохом заметил усевшийся неподалёку от меня Женя, когда короткое построение закончилось и все заняли место в автобусе. — Мы уже несколько раз из-за подобных тревог в проклятые земли ездили и никого не нашли!

— Неправда, — возразил его отец. — Это ты по молодости не помнишь, как лет десять назад двое диких выбрались в соседний район. Тогда они человек тридцать покусали, а ещё больше сотни просто убили.

— Под сотню? — недоверчиво переспросил Егор.

— Не меньше. После этого не только весь район прочесали, но и отправили несколько групп в проклятую землю, и там обнаружили ещё троих диких. Так что сейчас власти на удивление делают всё правильно. Лучше несколько раз впустую сходить, чем потом собирать людей по частям и готовиться к отражению атаки мощной стаи.

— Вот вы говорите, что человек тридцать покусали, — заинтересованно произнёс и я. — А что с ними потом стало? С этими людьми?

Мужчина криво усмехнулся:

— А кто его знает? Официально об этом ничего не сообщали. Но подозреваю, что ничего хорошего. Оборотней боятся ещё со времён Всеслава Чародея, когда его могучие воины, первые волколаки, едва не захватили все близлежащие княжества.

— Хм. Если они настолько хорошие воины, то почему бы какому-нибудь боярскому роду не принять их на службу? — продолжил расспрашивать я.

— Потому что сила оборотничества получена не через дар, — пояснил отец Егора. — А из-за проклятия. Поэтому обязательно раз в месяц, несмотря на разум и силу воли, оборотни превращаются в кровожадных тварей, теряют человеческое сознание и начинают вести себя как дикие хищники.

— И ничего с этим нельзя сделать?

— Наверное, как-то можно, — хитро подмигнул мне мужчина. — Вот только если человек слаб характером, не сумеет обуздать зверя или станет слишком часто использовать звериную форму, то рано или поздно волк возьмёт верх. После этого вернуть личность почти невозможно.

— Интересно, — произнёс я, делая вид, что услышал всё это впервые. — Так вы полагаете, что кого-то из диких мы всё же обнаружим?

— А кто его знает? — пожал плечами ходок. — Произойти может всякое. Поэтому я хочу, чтобы вы были готовы и не решили, будто это рядовой выход. Смотрите в оба.

— Что-то вы слишком разговорились, — недовольно посмотрел командир на ходока, рассказывающего мне про оборотней, а я вспомнил слова Евгена о том, что меня попробуют поставить в сложную ситуацию и укусить.

«Могут даже кого-то из своих отправить изображать дикого. Достаточно будет дождаться, когда отряд вступит в бой с нежитью, заставить меня израсходовать запас магической энергии, а затем позволить актёру меня укусить. Остальные ведь не знают, что Леонович желает от меня избавиться».

Перед выездом я ещё раз проверил вещи.

Шашка находилась в одном артефакте, магический жезл — во втором. Зелья — в отдельных карманчиках, чтобы их не пришлось искать в самый неподходящий момент.

До пункта пропуска добрались быстро, но на этот раз парковка и близлежащая дорога на несколько сотен метров оказались забиты самыми разнообразными транспортными средствами. Здесь стояли автобусы ассоциации, машины полиции, тяжёлые армейские грузовики и несколько дорогих автомобилей с гербами боярских родов. Поиски следов диких оборотней проходили серьёзно. Без шуток.

«Людей поднялось как-то слишком много. Кажется, что без интриги Игоря Леоновича здесь не обошлось. Он отправил Евгена с приятелями за мной, а теперь использует обстоятельства их смерти, чтобы прикрыть собственный зад. Опасный противник. Нужно будет его валить. Обязательно. Пусть только вернётся».

Через пограничный пункт мы прошли так же, как и в прошлые разы, только быстрее, и я даже успел заметить несколько мужчин в форме, которые спешили нас пропустить.

В проклятой земле на плечи привычно навалилась тяжесть, воздух стал будто холоднее, краски поблекли, а далёкие звуки начали казаться глухими и неестественными. Там же, на входе, ходоки встретили несколько слабых тварей: пару скелетов и сильно разложившегося гуля, которые не представляли для двух отрядов никакой опасности. И мы, пройдя несколько минут в глубь земель, свернули и двинулись прочёсывать указанные командиром квадраты.

По пути нам попалось ещё несколько небольших групп нежити. В основном это были обычные скелеты, которые бродили по лесу без видимой цели, а один раз из-за деревьев выскочила неприкаянная гончая, наткнувшаяся на быстрый и точный удар кого-то из волчат. Ничего необычного. Рутина.

Спустя время командиры отрядов остановились, переговорили, расставили людей в шеренгу с интервалом в десяток шагов, не забыв усилить фланги, и продолжили движение, при этом оставив рядом со мной подмастерий, волчат и Якова, внимательно оглядывающегося по сторонам и словно бы принюхивающегося. Хотя почему «будто»? Он же тоже оборотень.

Подозреваю, что, когда я не видел, некоторые из наших бойцов принимали частичную звериную форму и изучали местность с помощью обоняния. По-другому не могу представить, как бы они могли быстро проверить уже пройдённое пространство.

Поиски продолжались ещё около часа, пока откуда-то издали не стал раздаваться глухой грохот.

Все тут же остановились и прислушались к происходящему, а командир с досадой выругался.

— Нам навстречу должен был идти отряд Лешего. Все ко мне! Идём на выручку!

Ходоки рванули вперёд, на ходу перестраиваясь в боевой порядок. Вот только грохот стал приближаться гораздо быстрее, и нам навстречу вышла словно бы целая волна нежити.

— Все в круг! Маги в центр! Отходим в сторону стены! Это ловушка! — скомандовал Игнат Владимирович.

«Не нравится мне всё это», — подумал я, занимая место рядом с магом второго отряда и наблюдая, как путь к выходу перегораживает ещё более многочисленный отряд и несколько медленно поднимающихся мясных туш.

Впереди двигалось пару десятков мелких гулей под предводительством четырёх гигантов. Чуть в стороне, пригнувшись к земле, бежало множество некротических гончих с костяными наростами на голове и широкой груди, а за ними между деревьями показалось особенно много скелетов. Было здесь и десяток рыцарей смерти, которые рассредоточились и равномерно окружали отряд со всех сторон.

— Маги! Лучники — на вас! Гиганты, которые приближаются, — тоже! Их не убиваем! Только лишаем мобильности! Туши не трогаем вообще! Силы не тратим! Остальные — по обстановке. Целебные зелья и стимуляторы держим поблизости, чтобы использовать в любой момент!

Не успел командир договорить, как два моих «серпа ветра» из появившегося в руках жезла убили пару скелетов с луками, а вслед заклинание «огненного шара» ударило в колено ближайшего гориллообразного гуля, споткнувшегося и покатившегося прямо под ноги одному из волчат.

Подросток нанёс отточенный удар кончиком клинка в пасть твари, и та, словно сломанная кукла, рухнула на землю. В следующее мгновение все гули, скелеты и рыцари смерти рванули в атаку.

— Мой — тыл! Твой — фронт! — крикнул мне маг, отправляя заклинание куда-то сзади, а я бросил три «огненных шара» перед собой в ноги ближайших рыцарей смерти. Они показались мне более опасными противниками для ходоков. Следом сбил атаку и ещё одному, отмечая, что последнего в моей зоне ответственности взял на себя Яков, а затем отработал по скелетам-лучникам, которые попали в поле моего зрения. В следующий миг толпа нежити врезалась в наш строй, и не все смогли выдержать этот удар. Один из ходоков отлетел назад и врезался в меня, но перед этим я успел ударить двумя «воздушными серпами» по глазам гориллообразного гуля, отправившего бойца в полёт.

Упавший ходок тут же рванул навстречу, чтобы закрыть прореху, а я перенёс атаки по возвышающимся головам «рыцарей смерти» и гигантских гулей, находящихся в отдалении, так как опасался помешать остальным ходокам ударными волнами или вспышками жара перед глазами. Впрочем, бойцы и сами справлялись неплохо. Благодаря оборотничеству они были гораздо сильнее обычных людей и одним ударом, бывало, просто перерубали голову противника. Вот только нежить давила со всех сторон и вовсе не собиралась останавливаться; я даже успел заметить, что на помощь этому отряду двигается ещё некоторое количество «рыцарей смерти». Заметил это и Игнат Владимирович, скомандовавший отход, который, правда, не удался.

— Прорываемся на меня! Вперёд, затем медленно двигаемся в сторону! Вперёд или нам конец! Федя! Мать твою! Не спи!!!

Ходоки тут же заработали оружием с новой скоростью, и нам действительно удалось сместить нападающих и начать отход в сторону стены. Вот только и оттуда уже начинала стягиваться нежить.

— Через три секунды резко бежим на меня! Сто метров! Маги прикрывают от гончих! Вперёд! — вновь скомандовал Игнат Владимирович, и мы сорвались с места вырываясь из окружения столь необычным способом. Нежить тут же ломанулась следом за нами, однако несколько ударов «огненными шарами» позволили бойцам, находящимся в тылу, выйти из боя.

Перепрыгнув через разделанные тела нежити, отметил, что один из гулей на остатках энергии схватил ходока за ногу, и ударил по этойконечности «серпом». Мужик продолжил бег с сомкнувшей на щиколотке неживой лапой, чтобы не отстать от своих и не стать жертвой остальной нежити и благодарно кивнув мне. Когда он догнал строй, я отбросил ещё двух небольших шустрых гончих и продолжил бег.

Вскоре мы остановились, наткнувшись на новый заслон нежити. Я повернулся к фронту и тут же атаковал «средним огненным шаром» троих рыцарей смерти. Грохочущих железом противников отнесло назад взрывной волной, однако один из них успел нанести мощный удар кончиком светящегося зелёным цветом клинка и достал своего противника, разрезая его голову на две неравные части.

— Пашка! — выкрикнул кто-то, и на упавшего рыцаря прыгнул один из ходоков, вонзая свой меч в узкую щель шлема.

— Назад! — рявкнул Яков, бросившись следом и вонзая в щели поднимающихся рыцарей сразу два клинка, а затем рванул назад, разрывая дистанцию, и скомандовал: — Построение «треугольник». Я во главе клина! Стройся! Идём на прорыв! Федя — правый фланг, Коля — левый! Смотрим тыл! Шагом! Вперёд!

Мы с магом тут же ударили заклинаниями по наиболее опасным противникам в своих направлениях, позволяя расчистить территорию, а затем атаковали тех, кто был позади. И сделали это вовремя: прямо сейчас на нас наступало сразу четыре рыцаря смерти.

«Да сколько их здесь!» — мысленно выругался я, отмечая, что закованная в железо нежить со своими огромными мечами то и дело отбивает то одно, то другое заклинание.

— Ускоряемся! — тут же подал команду Яков, и ходоки заработали клинками ещё более активно.

Бросив ещё несколько «огненных шаров» по рыцарям смерти, самым шустрым гончим и в центр построения скелетов, я обернулся, и в следующий миг с навершия жезла сорвался «средний огненный шар» реагируя на новую опасность.

Один из шестёрки быколюдов покатился по земле, сбивая двоих соседей. Четвёртого и пятого взяли на себя Яков с Игнатом Владимировичем, а вот командир второго отряда с последним замешкался, и тот мощным ударом отправил его в полёт, словно бейсбольный мяч, прямо под клинки догоняющих рыцарей.

Мой второй «средний огненный шар» отправил этого противника на несколько метров назад, а Яков уже кричал:

— Вперёд! На всей скорости!

Оборотни в человеческих телах тут же ускорились, и мне пришлось постараться, чтобы вовремя рвануть следом и не остаться в гордом одиночестве против сразу нескольких сотен противников, которые, казалось, наступали единым фронтом.

«Да какого хрена так много-то!» — думал я, дыша как загнанная лошадь, и краем сознания отмечал, как ходоки буквально продираются сквозь толпу нежити, медленно, но верно теряя бойцов.

По пути несколько раз недобитки доставали меня лапой или оружием, один раз в плечо впилась гончая, однако восстанавливающаяся магическая защита, «огненные шары» и быстрая реакция позволили выжить. Если бы не они, то клинок одного из грохочущих позади рыцарей смерти точно бы разрезал меня на куски. Несколько раз он со свистом рассекал воздух где-то очень рядом со спиной.

Пока я мчался следом за отрядом, ощущая, как смерть буквально бежит за мной по пятам, спереди произошло очередное столкновение и ещё два ходока вылетели из строя из-за мощных ударов быколюдов. Одним из них, судя по спине, был Женя, но я вовремя ударил ему в спину взрывным «огненным шаром», отбрасывая ударной волной впрерёд, а дальше подмастерье подхватил отец, который помог ему не потерять темп и не рухнутьна землю.

Не останавливаясь, вытянул назад жезл и ударил по ближайшему рыцарю «средним огненным шаром» и ещё больше ускорился, отправляя ещё два таких же заклинания в пару навалившихся на Якова противников. В этот момент один из соседей на ходу трансформировался в оборотня и резко ускорился, желая покинуть проклятую землю, но на него набросилось сразу несколько некротических гончих, и я услышал полный боли и страха вой.

Именно в этот момент я подумал, что, возможно, идея стать ходоком и таким образом ослабить печать предателя крови была не так уж и хороша. Впервые в этом мире я настолько близко ощутил рядом с собой дыхание смерти.

Вместе с тем, постоянно атакуя нежить различными заклинаниями, успевая реагировать на их удары и догоняя ещё более ускорившихся оборотней, я вдруг понял, что бегу в состоянии лада, и только данное обстоятельство помогает мне остаться в живых. К этому времени от наших отрядов осталось хорошо если восемь ходоков, один из которых тоже сменил обличье и бежал в форме здоровенного, ставшего на ноги волка.

Впрочем, на него я не особо обращал внимание, потому что перед нами появилась знакомая сетка-рябица и стена, преграждающая выход из проклятой земли. Мощным прыжком преодолев препятствие вслед за остальным отрядом и наступая на оставленные первыми бойцами следы, я взлетел на каменную стену и был сбит с ног ударной волной взорвавшейся за спиной мины, которая сбросила меня вниз, уничтожая остатки щита и сильно приложила боком о землю.

Глухо зарычав, поднялся и, находу доставая целебное зелье, поспешил вслед за остальным отрядом, а в это время за спиной раздавались громкие звуки множественных взрывов, и стена стала разрушаться от последовавших следом ударов.

Отбежав на несколько десятков метров от стены, я достал одну из гранат и бросил её в сторону нежити, чтобы выгадать хотя бы пару дополнительных мгновений. Мог бы ударить и заклинанием, но решил приберечь магическую энергию. Уверен, что она мне сегодня ещё понадобится. И так немало потратился.

С каждым новым шагом силы возвращались, слабость и боль отступали, и я бежал всё увереннее, а вместе с тем грохот и взрывы за спиной лишь возрастали.

«Да какого хрена их так много⁈ — с раздражением думал я всё ускоряясь и постепенно отклонялся в сторону, чтобы не бежать следом за ускользнувшими от смерти остатками отряда — Надеюсь мне удастся скрыться от выживших и незамеченным добраться до Всеслава. Отличный шанс вырваться из капкана, в который я угодил. Пусть считают меня погибшим».

К сожалению, не получилось. До моего слуха донеслись звуки приближающихся некротических гончих немалого размера и, отклонив руку назад, я встретил их несколькими «огненными шарами», привлекая к себе внимание всех в округе. Преследующие твари лишились конечностей и отлетели назад. Вместе с тем с разных сторон стали раздаваться множественные автоматные очереди и какие-то громкие команды. Это ходоки, осуществляющие обход территории, отреагировали на взрывы в минных порядках.

«Фух! Отлично! — мысленно выдохнул я — Хорошо, что сегодня их так много бродит вокруг проклятой земли. Сейчас они купируют прорыв и оттянут на себя внимание нежити, а я смогу уйти».

Вот только стоило мне преодолеть ещё несколько сотен метров как мне навстречу вышли окровавленные, потрёпанные, но всё же выжившие остатки двух отрядов моей секции. Они даже успели выставить клинки, желая уничтожить возможную опасность и поражённо уставились на меня.

Выдержку сумел сохранить лишь Яков, да и то уголок его рта всё же на мгновение дёрнулся.

— Федя⁈ — изумлённо воскликнул отец Жени посмотрев в сторону проклятой земли — Н-но как тебе удалось выбраться⁈

— Может за ним ещё кто-то будет? — с надеждой спросил второй из выживших взрослых ходоков. Тот самый что во время погони не выдержал напряжения, трансформировался и бежал в волчьем обличии, а сейчас успевший вернуть себе человеческий вид.

— Нет! — хриплым голосом ответил я, стараясь скрыть досаду от встречи — Был последним. Еле вас догнал и то лишь из-за магической защиты. А теперь, уходим! Нежить приближается!

— Верно! Уходим! — скомандовал Яков, благодаря воинским умениям которого, в основном, нам и удалось выжить.

«Боюсь представить, что было бы, если его прорыв не помог бы нам выбраться из окружения — подумал я — сегодня Фёдор Чародеев был как никогда близок к смерти».

— Да… Уходим… — глухим голосом продублировал команду Игнат Владимирович, а затем зарычал и несколько раз с силой ударил себя кулаком по ноге — Сука! Сука! Сука!

Я прекрасно понимал его чувства, если не учитывать наставника с тремя волчатами, то командир потерял половину своего отряда. И это, по правде говоря, был ещё не худший сценарий. Тот же отряд прикрытия выкосили в полном составе. Даже магу не удалось спастись…

— Игнат! — остановил его Яков и с силой схватил за плечо — Ты должен сохранить остальных! Хотя бы этих! Если не поторопимся, то можем стать закуской для прибывающей нежити. Её ещё там много.

Командир на эмоциях прокусил губу, тонкая струя крови потекла вниз по подбородку, но он всё же сумел взять себя в руки.

— Да. Ты прав. Уходим! Нужно как можно скорее вернуться и узнать как дела у других наших отрядов.

Его голос на мгновение перехватило.

— Надеюсь ещё кому-то удалось вырваться из этой ловушки.

— Думаешь ловушки? — спросил Яков напряжённым голосом, когда мы медленно но верно побежали в сторону дороги, ведущей к ближайшему пограничному пункту пропуска, из которого и отправились внутрь проклятой земли.

— А ты думаешь по-другому?

Вскоре нам навстречу попалось несколько бронированных автомобилей с вооружёнными ходоками на борту. Увидев наш потрёпанный вид, их старшие велели остановиться, и Яков, не дожидаясь вопросов, доложил.

— Нежить! Большой прорыв! Мы едва вырвались! Примерно три тысячи пятисотый столб. Где-то по шесть десятков каждого вида! Поднимайте вертушки! Срочно!

Седовласый мужчина, услышав это, метнулся к рации в автомобиле и без лишних уточнений принялся доводить обстановку куда-то в центр.

— Всё! Доложил! Уходите! Мы прикроем! Скоро здесь будет жарко! — велел командир данного отряда высунувшись наружу.

— Спасибо, Коля! — поблагодарил старшего Игнат Владимирович и мы двинулись дальше, а спустя несколько минут, за спиной раздались громкие выстрелы из пулемётов, расположенных на крышах автомобилей.

За короткое время бега мимо нас пронеслось ещё несколько внедорожников, а в небе раздался гул лопастей. Это звено боевых вертолётов, поднятое по тревоге, спешило перекрыть прорыв.

«Ну хоть устранение нежити у них поставлено правильно — мелькнула в голове ненужная мысль — Блин. Не о том размышляю. Нужно придумать как половчее сбежать от ходоков. К сожалению, так просто сейчас не отстанешь и не затеряешься. Командир следит за всеми цепко, а если понадобится, то использует волчью форму, чтобы найти меня по запаху. Впрочем, подозреваю, что этого не понадобится. Я просто не смогу внезапно отдалиться от отряда больше чем на десяток метров».

К тому моменту, как мы добрались до пограничного пункта, все ходоки с помощью припасённых целебных зелий сумели привести себя в относительный порядок, отошли от горячки боя и судя по безжизненным лицам осознали масштаб произошедшей трагедии.

Не радовало их и то, что в это самое время за нашими спинами разгоралось полномасштабное сражение и нежить, которая принесла столько горя, будет уничтожена. Там, кстати, почти без перерыва грохотали мины и гранаты, трещали пулемёты и то и дело сверкали короткие вспышки.

— Это же сколько нежити попёрло следом за нами? Если они до сих пор не могут с ней справится? — высказал мысль Егор, разрывая гнетущую тишину.

— Много. Очень много, — не поворачивая головы ответил Яков. — Я впервые вижу что-то подобное и уверен, что это всё неспроста.

— И что мы с твоими подозрениями сделаем? Как сможем оградиться от подобного в другой раз? Как это поможет сегодня⁈ Да никак! — глухо произнёс Игнат Владимирович. — Сейчас важно лишь то, что мы потеряли большую часть своего отряда! Сука!

— Не психуй, — отрезал Яков, окидывая взглядом стоянку и места размещения автомобилей. — Потому как, если мои ощущения не врут, то всё гораздо хуже, чем мы можем думать.

— Ты про остальные четыре отряда? — напрягся командир и ответил — Будем надеяться, что им повезло больше чем нам.

— Я говорю о другом — напряжённым голосом ответил Яков. — А беспокоит меня то, что здесь нет наших автобусов. Какого чёрта они уехали отсюда без отрядов? Что происходит?

Только после его слов мы обратили внимание, что знакомый транспорт действительно отсутствует.

— Ищи другой автобус — коротко велел Яков командиру отряда — а я сбегаю на пост и позвоню на базу. Что-то здесь нечисто.

Игнат Владимирович тут же рванул к одному из автобусов и о чём-то жарко заспорил с седовласым водителем. Мы подошли ближе и услышали…

— Петрович! Я же сказал, что мне нужна помощь! Срочно! Мы только что выбрались из проклятой земли! Большую часть бойцов потеряли! Так что ты отвезёшь меня на базу по тройному тарифу! Точка! Ну или я выкину тебя из автобуса и поведу сам! Всё понятно⁈

Старик нахмурился, подался в сторону командира, а затем зло рявкнул.

— Игнат! Да как вы меня все нахрен задолбали! Думаешь, что если ходишь за стену, то тебе всё можно⁈ А мне, знаешь ли, плевать! Я был ходоком ещё в те времена, когда ты под стол «пешком стоял»! Ясно⁈

— Помоги мне! — произнёс Игнат Владимирович глядя ему в глаза.

— Не могу! — отрезал старик — У меня контракт! Оставлю отряд, уеду без них и знаешь на какие штрафы попаду? А⁈

— Ну тогда скажешь им, что это я твой автобус реквизировал — отрезал командир, открывая водительскую дверь — Пусть обращаются. Знают куда. А если повезёт, то автобус вернётся к тебе до возвращения отряда да ещё и с тысячей рублей!

— Игнат! — нахмурился старик — ну так же нельзя!

— Нельзя людей в проклятых землях терять — ответил командир — А я потерял и много. Этих лишь каким-то чудом вывел!

— Ладно! — сказал старик, переведя взгляд на окровавленный отряд — Только водитель с категорией у тебя точно есть?

— Есть — кивнул Игнат Владимирович.

Не прошло и минуты, как мы уже погрузились в заведённый автобус, отец Жени занял место за рулём, развернулся и в открытые двери влетел взволнованный Яков.

— Гони на базу! Срочно!

— Что случилось⁈ — тут же спросил у него командир, когда автобус стал постепенно набирать скорость.

— Всё плохо! — ответил наставник — Никто из наших к пограничным постам не вернулся! Информации о спасённых нет! И на базе тоже тишина. Никто трубку не берёт. Даже в столовой!

— Не нравится мне это! — хмуро заметил Игнат Владимирович — Часть секции отправилась в соседнюю область, другая поехала в проклятые земли и попала в засаду нежити. Теперь ещё и на базе тишина…

— Про уехавшие автобусы ты забыл. Боюсь, что это целенаправленная работа против общины — заметил Яков и скомандовал — Всем приготовиться к бою. Сменить повязки, выпить целебные зелья и быть готовыми ко всему.

Не доезжая до базы примерно с километр, мы остановились, услышав звуки выстрелов и старшие вышли из автобуса.

— Запах дыма, пороха — быстро произнёс Игнат Владимирович.

— И чужаков, — закончил за него напряжённый Яков, а со стороны учебного центра вновь раздались звуки стрельбы.

— А ещё дым! — заметил я, глядя на серые столбы — на стоянке горят чьи-то машины.

— Федя, — жёсткий взгляд наставника переместился на меня. — Ты с нами?

«Будто у меня есть другой вариант и ты не свернёшь мне голову в случае отказа», — подумал я и уверенно кивнул.

— Конечно. Я тоже член секции!

Яков несколько мгновений молчал, а затем рявкнул.

— Все внутрь и забравшись следом посмотрел на меня.

— Раз так, то ты не должен удивляться тому, что можешь увидеть.

Игнат Владимирович добавил.

— Ты обязан знать главное. Среди членов нашего отряда очень много оборотней. Обычных людей, которые получили проклятие и решили помогать мирным жителям уничтожая нежить за стеной. Мы живём так уже долгие годы и сегодня пропустили нападение чужой стаи.

«После такого признания мне теперь либо становиться одним из них, либо сдохнуть» — подумал я и ответил так, чтобы оставить себе больше места для манёвра.

— Неудивительно. Я уже давно это подозревал.

Все, кроме водителя удивлённо посмотрели в мою сторону на мгновение забыв о нападении на базу. Пришлось пояснить.

— Вы слишком сильные, ловкие, выносливые и крепкие. Таких людей не бывает. Да и после полнолуния некоторые из вас были как-то бледноваты. Так что я знал давно. Но мне на это всегда было плевать. Командир секции выполнял условия нашего партнёрства, и я делал так же. Но сейчас у меня другой вопрос. Как отличить наших оборотней от чужих?

— Ищи тех, кто будет на нас нападать. А дальше мы подскажем, — ответил Игнат Владимирович, а Яков добавил.

— Так, отставить разговоры! Приготовиться к бою! Прорываемся до зданий и как только остановимся мчимся в главный корпус!

В это время мы проехали сквозь дымящийся пропускной пункт с растерзанными защитниками, а также худощавыми, почти безволосыми телами диких оборотней с какими-то странными светящимися полосками на шеях. Времени останавливаться не было, поэтому мы проехали дальше и увидели несколько чадящих дымом автомобилей, а также огненные вспышки очередей где-то внутри зданий, где слышались звуки боя.

— За мной! — рявкнул Яков, когда автобус остановился и мы рванули к административному зданию вход, в которое был раскурочен гранатой.

Подмастерья на ходу подняли два автомата погибших защитников, я подхватил третий, заляпанный в крови, но работоспособный, проверил патроны в обойме и засунул в карман лежащий на земле запасной магазин. Сделал это вовремя. Прямо нам навстречу, из раскуроченного входа, вылетела толпа диких оборотней.

Стоило нам с парнями расстрелять по магазину патронов, как в дело, с клинками наперевес, вступил Яков с волчатами, в считаные мгновение убившие и добившие раненых оборотней. Мы все поспешили следом и в большом холле увидели с десяток погибших местных работниц и тройку их защитников, медленно, но верно возвращающихся в человеческую форму.

— Мрази! — выплюнул Олег увидев погибших. — Жанна! Маринка! Ну как же так⁈

В это же время внук Ратмира побелел, сложился пополам и избавился от завтрака. Бойцом он был сильным и умелым, нежити убил много, вот только лицезрение знакомых с детства людей, погибших столь страшным образом, нанесло по его психике серьёзный удар.

— Коля! — рявкнул наставник — соберись! Не время!

— Не время? — парень поднял на него полные боли и слёз глаза. — В смысле не время! Это же…

Договорить он не успел. Мощная пощёчина от наставника разозлила его и быстро привела в чувства.

— Соберись! К нам гости! Скорбеть будем потом или сдохнем!

— Понял! — рявкнул в ответ парень.

Стоило только ему проговорить как шум от приближающихся противников стал ещё громче. Это, по длинному коридору, к нам устремилось несколько десятков диких.

— Да где они, блин, столько их нашли⁈ И как сумели поставить себе на службу⁈ — успел услышать я, прежде чем нажать на спусковой крючок, целясь в плотную толпу тварей и понимая, что каждый выпущенный патрон найдёт цель. Быстро расстреляв магазин достал из артефакта жезл и бросил в коридор мощный «средний огненный шар».

Толпу диких свалило с ног, при этом разорвав на части несколько передних, а остальные, скуля и тряся головой от звона, продолжили пошатываясь бежать к нам, где их выстрелили ходоки с клинками в руках, устроившие настоящую мясорубку.

Голова одной из тварей, отделилась от тела и покатилась по полу прямо ко мне позволяя стянуть странный ошейник, сияющий изнутри зеленоватыми рунами, и засунуть его себе в карман. Потом разберусь со знаками…

Закончив с тварями, мы рванули в коридор из которого они появились и скоро оказались у разбитого окна ведущего в тыльную сторону зданий. Туда где сейчас шёл ожесточённый бой ходоков секции с дикими.

Последних несмотря на мои надежды, было очень много. Почти три десятка, а что ещё, хуже здесь же был и ещё один вид оборотней. Это было шесть низких и худощавых тварей с пятнистой окраской и чёрными ушами, облачённых в специальные доспехи и держащих в руках странные устройства.

«Нужно помочь своим. Расчистить путь от диких и этих уродах в доспехах, а затем бежать. Если рвану к магическому полигону, а потом через лес, то минут через десять доберусь до второй точки и получу шанс на спасение» — пронеслось в голове.

— Дед! Отец! — почти одновременно вскрикнул сын Краснова и внук Ратмира, пока я оценивал обстановку и думал.

Я тут же увидел раненого командира секции, зло отмахивающегося от противников шашкой, а также покрытого кровью седого огроменного оборотня, разбрасывающего диких словно щенков.

«Ничего себе, какой здоровенный оказывается старейшина! И как только кто-то смог его победить и стать главой⁈»

— Федя! Удар по тем, кто в доспехах! — быстро сориентировался Яков — Остальные! Вперёд! Спасём вожака!

Навершие жезла засветилось и с него молниеносно сорвалось нужное количество «средних огненных шаров». Ходоки на всей скорости рванули на помощь к своим, а я собравшись с силами отправил ещё несколько сильнейших заклинаний.

Атака с тыла оказалась для странных оборотней неожиданной. Более того. Четверо из них со слабыми или разряжёнными амулетами, лишились щитов, получили серьёзные повреждения и рухнули на землю. Пара же сумела устоять и направила диких на новых противников.

Борясь с подступающей дурнотой и слабостью, я бросил в каждого из них по «среднему шару», вот только подставился ещё один, а последний, самый хитрый, заставил дикого попасть под удар.

— Дед! Нет! — услышал я крик Коли и заметил, как седой оборотень упал погребённый множеством тел, а рядом повалился и командир секции, который, впрочем, через мгновение обернулся ещё более сильным чёрным волком с горящими красным цветом глазами, разбросавшим диких в стороны словно слабых щенков.

Отметив, что у остальных защищающихся оборотней нашей секции дела тоже обстоят не лучшим образом я принял единственное решение, достал стимулирующее зелье и залил его в рот, а спустя несколько мгновений забросал диких большим количеством «огненных шаров». Разбрасывая особо крупные группы, в том числе и наседавшие на наших оборотней.

Затем, отметив, как отряд Якова прорывается к командиру и оценив обстановку на поле боя как благоприятную для общины, рванул в обратном направлении. Теперь, когда перевес на стороне ходоков из секции, можно вспомнить о себе и желании тайно убраться от Камневска. Пусть считают меня погибшим.

Несмотря на спешку, возвращаясь к главному входу в административное здание, я снял с диких ещё с десяток кожаных ошейников, а затем услышал какой-то звук в одном из помещений и рванув внутрь, обнаружил в нём раненого оборотня в доспехах и с уже знакомым амулетом управления в руках. Он успел лишь поднять на меня оскаленную морду, как узкий, но мощный «серп ветра» прошёл через глаз и повредил мозг.

«Отлично!» — подумал я, подхватывая магический предмет и запихивая его в рюкзак, а следом подобрал один из валяющихся на полу автоматов и подсумок с магазинами, ранее принадлежавшими охраннику учебной базы, после чего, наконец, устремился к окну прыжок из которого приблизит меня к магическому полигону.

Вот только вырваться из здания без лишних проблем не успел. Видимо погибший поводырь в последние мгновения перед смертью как-то вызвал к себе на помощь несколько диких. Пришлось потратить на противников пару очередей из автомата и пару заклинаний, после чего ускориться и с ходу выпрыгнуть через разбитое кем-то окно.

Приземление получилось не таким уж приятным, как мне хотелось. Земля больно ударила в пятки, автомат отскочил и попал по лбу и магическая защита от всего этого просто слетела. Но я не замедляясь продолжил бег, находу восстанавливая щиты и вскоре добрался до магического полигона, промчался вдоль его валов и, не привлекая чужого внимания, забежал по насыпи вверх, съехал вниз, перемахнул через близкий забор и помчался в сторону дороги где меня должен был ждать Всеслав.

Бежал я быстро. Изо всех сил. Хорошо помня, что после принятия стимулятора времени у меня осталось не так и много. Если не успею оказаться в защищённом месте, то лишусь сил и стану лёгкой добычей.

Мне повезло. До дороги я добежал без происшествий и отдалении увидел знакомый микроавтобус.

«Повезло. Всеслав прочитал моё послание и сделал всё как надо» — подумал я и бросившись к автомобилю, крикнул.

— Всеслав! Заводи мотор!

Мужчина открыл окно, повернул голову и, заметив меня выпрыгнул из салона вместе с автоматом. Поняв, что это означает я обернулся, на ходу открывая стрельбу по четвёрке диких, бросившихся за мной в погоню.

Окончательно расстреляв магазины и перебив последнему противнику лапу «огненным шаром», я услышал выстрелы позади и развернувшись увидел, как Всеслав держит одного из оборотней за шею на вытянутой руке, а второй стреляет из автомата противнику в живот.

«Фух! Пронесло!» — подумал я, а в следующий миг заметил следы укуса на плече Всеслава. Оборотню всё же удалось его заразить.

Грязно выругавшись, сумел расслышать звуки погони, боя, звериного рычания и рявкнул.

— За руль! Живо! Уходим!

Пока отец Феди заводил автомобиль, я открыл заднюю дверь, запрыгнул, посмотрел назад и вновь не сдержался.

По дороге, убегая от толпы диких мчались трое израненных волчат, Егор с Женей и окровавленный лишённый руки Яков, который их прикрывал.

«Блин! Если они здесь, то диких было гораздо больше, чем мы могли подозревать и там, на территории базы, они вырезали всех. Отца Жени, Игната Владимировича, Краснова, Ратмира и других оборотней общины. Иначе парни их не бросили. А раз они здесь, то все, кроме подростков и прикрывающего их Якова погибли. У меня два варианта. Уехать. Позволить последним свидетелям моего спасения умереть Или воспользоваться их безвыходным положением, помочь, прикрыть, привязать к себе и получить пятёрку сильных бойцов, преданных мне и имеющих долг жизни. Тем более, что Всеслава только что укусил дикий, и мне понадобятся знания настоящих оборотней, которые сумеют ему помочь и нивелировать последствия первого обращения. Кто его знает, что произойдёт с обращённым Чародеевым? Помнится Евген предрекал самые плохие последствия. Хотя, как по мне, хуже общине уже небудет».

На анализ ситуации и принятие решения мне хватило нескольких секунд, я велел Всеславу ехать медленнее и закричал.

— Парни! Сюда! Живо!

Сам же, в это время, подбежал к отцу Феди и передал ему одно из трёх целебных зелий, затем достал из рюкзака две оставшиеся гранаты и дождавшись приближения толпы оборотней, догоняющих автомобиль, и бросил их за спины диким и использовал несколько «серпов ветра» останавливая наиболее шустрых противников. Посторонился пропуская Колю с Костей, Женю с Егором и Олега с Яковом. Наставник едва не остался там, но я сына каким-то чудом ухватил его и затащил внутрь, позволяя мне ударить по диким «огненными шарами» и крикнуть.

— Гони!

Стоило только забросать оборотней заклинаниями и обрезать хвост, как автомобиль ещё больше ускорился и въехал на асфальтированную дорогу.

— В Камневск не едь! Там может ждать засада! Давай от него! — крикнул я специально для парней и Якова, а затем осмотрев едва живого наставника и осознав, что он в любом случае не выживет, включил свет в салоне, достал последнее целебное зелье и медленно влил ему в рот. Мне не нужен был в нашей компании взрослый оборотень, к которому будут прислушиваться волчата.

Однако стоило только наставнику опустошить стекляшку, как его сын рванул меня за ворот и прокричал.

— Ты бросил нас! Бросил! Сбежал!

— Заткнись, Олег! — рявкнул в ответ я — Нихрена ты не знаешь! У меня резерв почти пуст! Я бесполезен! И так отдал вам почти всё что у меня было! Забыл, что сегодня это у меня второе сражение, что в проклятых землях я едва не погиб⁈ Или думаешь легко было угнаться за оборотнями⁈ А⁈ И я не помню, что выбравшись в одиночку кричал, что вы меня там бросили. А теперь руки убери! Пока я их тебе не сжёг нахрен!

Сын Якова зарычал и отпустил меня.

— Всё равно! Ты мог бы помочь нам! Если бы ты…

— Я же сказал! У меня почти не осталось энергии! Я же помог вам! Проредил поводырей с артефактами и диких! Только после этого ушёл! Думал, что вы справитесь сами. Все шансы были! Только вот к диким пришло подкрепления и был бы я с вами, то точно бы сдох! А вообще, вам очень повезло, что я решил подстраховаться! Иначе были бы разорваны там на дороге и всё! Ясно тебе⁈

— Сын! — неожиданно твёрдо произнёс Яков — Слушай его благородие. Он прав! То, что мы спаслись, после смерти общины, это огромное чудо. Вряд ли ещё кому-то из наших удастся выбраться.

— Что⁈ Но ведь не все наши были на базе! — прохрипел Женя — мама ведь…

— Я запрещаю вам идти домой! — жёстким тоном произнёс Яков — Вы что не понимаете? Нас сделали по всем фронтам! Одну часть отправили искать диких, второй организовали засаду в проклятых землях! Устроили облаву на базе! Думаете ваших родных пощадили⁈

— Н-но что мы будем делать⁈ — просипел Женя, на глазах которого погиб отец.

— Взрослеть и становиться сильнее. Будем надеяться, что кому-то из наших всё же удастся вырваться и вы сможете возродить общину — ответил наставник.

— Вы? — переспросил Олег и склонился над лежащим отцом.

— Именно — твёрдым тоном произнёс Яков — Мои ранения слишком сильны. Долго я не выдержу. Зелье подарило лишь пару лишних минут, которые позволят мне наставить вас на путь истинный. После моей смерти вы поступаете под руку его благородия. Вступаете в его дружину и выполняете все приказы.

— Его благородию⁈ — процедил внук Ратмира покосившись в мою сторону — Мы оборотни и нам не пристало служить человеку!

— Ты подросток, который не знает жизни! Вы с малых лет жили с золотой ложкой во рту, могли позволить себе сосредоточиться на росте сил и умений, а теперь оказались беззащитны в этом опасном мире! — отрезал Яков — Больше нет нашей стаи, где вы могли неспешно взрослеть! Больше нет наших связей, денег богатств. Есть вы, ваши клинки, его благородие, который сумел выжить сам и вытащил нас и злобный мир со множеством опасностей, который только и ждёт когда не нюхавшие жизни волчата сделают ошибку. И это касается всех вас! Без Фёдора вы не продержитесь и месяца!

Яков вдруг замолчал, на его губах появилась выступившая кровь и он посмотрел на меня.

— Боярин! Я вручаю тебе жизни моих учеников. Прошу! Позаботься о них! Не бросай! Ты видел много зла, прошёл немало проблем, и я знаю. Ты сможешь им помочь… Пообещай мне.

— Обещаю — ответил я, глядя ему в лицо — В ином случае, я бы просто не стал вам помогать.

— Спаси… — с облегчением произнёс Яков, но так и не сказал последнего слога — Его глаза остекленели…

— Нет! Отец нет! — прокричал Олег и по его щекам покатились крупные слёзы — Нет! Отец! Так не должно быть!

Я осмотрел лица мальчишек, которые чудом выжили, но потеряли почти всё в этом мире. Горячка боя наконец сошла, они отчётливо осознали произошедшее и поэтому щёки каждого были залиты горькими слезами.

Ничего удивительного в этом нет, несмотря на принадлежность к оборотням, выдающиеся способности, умения и походы в проклятые земли, это были дети, на глазах которых разрушился старый мир.

Стоило мне об этом подумать, как в глазах потемнело, а на плечи стала наваливаться усталость.

— Всеслав! — громко произнёс я, занимая одно из сидений — Я выпил стимулирующее зелье и сейчас отключусь. Может даже на целый день. Тебе нужно убраться подальше от Камневска, похоронить Якова, найти всем нормальную одежду, накормить и узнать у парней по поводу укус оборотня. Чтобы…

Больше ничего сказать не успел, усталость навалилась на плечи рывком и я отключился.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.