— Оля приезжала к своим родителям. Машина премиум класса. Сама за рулём. Фигурка совсем не поменялась. Выглядит роскошно. — свекровь продолжала подробно рассказывать о совсем незнакомой мне женщине. — Здоровается всегда со мной, спрашивает о моем самочувствии. Хорошая девочка.
— Мам, ладно. Давай уже сменим тему. — Максим заметно нервничал.
Я с интересом смотрела на мужа и вслушивалась в их разговор.
— А что такого? Она все-таки не чужой нам человек. Первая любовь твоя. Помню, как ты жениться на ней хотел...
— Мам! — Максим перебил Аллу Леонидовну.
Лицо мужа покраснело.
Никогда раньше я не слышала о его влюбленностях. Вообще, считала, что главная любовь в жизни мужа — это я.
— Максим, мы должны быть благодарны Ольге. Ведь она смогла вернуть тебя на родину. Теперь ты работаешь в Москве с ее помощью, в клинике Ольги!
Аллу Леонидовну было уже не заткнуть.
Максим уже не знал, как сделать так, чтобы мать замолчала.
— Кто эта Ольга?! - я в ужасе смотрела на муж
Ася Яхонтова Первая любовь моего мужа
— Оля приезжала к своим родителям. Машина премиум класса. Сама за рулём. Фигурка совсем не поменялась. Выглядит роскошно. — свекровь продолжала подробно рассказывать о совсем незнакомой мне женщине. — Здоровается всегда со мной, спрашивает о моем самочувствии. Хорошая девочка.
— Мам, ладно. Давай уже сменим тему. — Максим заметно нервничал.
Я с интересом смотрела на мужа и вслушивалась в их разговор.
— А что такого? Она все-таки не чужой нам человек. Первая любовь твоя. Помню, как ты жениться на ней хотел...
— Мам! — Максим перебил Аллу Леонидовну.
Лицо мужа покраснело.
Никогда раньше я не слышала о его влюбленностях. Вообще, считала, что главная любовь в жизни мужа — это я.
— Максим, мы должны быть благодарны Ольге. Ведь она смогла вернуть тебя на родину. Теперь ты работаешь в Москве с ее помощью, в клинике Ольги!
Аллу Леонидовну было уже не заткнуть.
Максим уже не знал, как сделать так, чтобы мать замолчала.
— Кто эта Ольга?! - я в ужасе смотрела на муж
Глава 1. Анна
— Анюта, ты дома? — радостный голос мужа раздался из прихожей.
Я скорее вытерла руки кухонным полотенцем и вышла ему на встречу.
— Что-то случилось, Максим? Ты сегодня рано.
— Я сегодня рано потому, что у меня отличная новость. — Макс схватил меня в охапку и закружил по коридору.
— Пусти, уронишь. — я рассмеялась.
Руки сжимали мускулистые плечи мужа, а взгляд упивался любимыми чертами лица. 13 лет вместе, а мои чувства как в начале отношений.
Максим поставил меня на пол. Его глаза искрились счастьем.
— Мне предложили повышение. Возглавлять клинику. Ань, ты понимаешь? Это же новые перспективы! — голос мужа дрожал от нахлынувших эмоций.
Максим — хирург в областной клинике. Муж прекрасно разбирался в современных методиках. И я хорошо понимала, как долго он этого ждал.
— Максим, я так рада. Это же просто отлично!
Я уже предвкушала, что вот сейчас-то мы заживём!
Хотя у нас была своя квартира, машины. Но всегда хотелось большего.
— Ань, мы переезжаем в Москву! — следующее предложение мужа заставило меня усомниться в том, насколько удачное предложение.
— Почему в Москву? — я нервно теребила рубашку мужа.
— Клиника, куда меня позвали, находится в Москве. Это новые перспективы, знакомства. Мы сможем жить безбедно. Ты, я и девочки!
Муж — коренной москвич, я — из Санкт-Петербурга. 13 лет назад Максим приехал на практику к известному нейрохирургу в мой родной город.
В Питере состоялась наше знакомство. Мы полюбили друг друга. Максим остался жить со мной. Но я знала, что он всегда скучал по Москве. Конечно, мы ездили в гости к его родителям. Но Максим часто сравнивал два города, скучал по столице.
И вот сейчас муж стоял передо мной такой счастливый. А я понимала, что совсем не хочу переезжать в Москву.
— Макс, у нас тут квартира... — я сделала шаг назад, как будто строя невидимый барьер вокруг себя.
— Мы купим квартиру в Москве. — уверенно ответил муж, в глазах которого уже сияла радость скорого переезда.
— А девочки? У них здесь школа, друзья. — паника охватывала меня, а все внутри протестовало.
— Ань, они быстро найдут новых друзей в Москве. А школа... Выбирай любую! Это же столица! Новые возможности! — Максим подошёл ближе и снова обнял меня.
— Мы и так хорошо живём. В крупном городе! У нас все есть!
Впервые в жизни я ощутила, насколько хорошо мы живём. И правда, что ещё нужно?
— Ань, ты же знаешь, как долго я к этому шел. Как много работал и мечтал о повышении! — взгляд мужа выражал все его желание.
— А мои родители... — я сделала последнюю попытку.
— Мы будем к ним приезжать. Ань, они поймут.
Я понимала, что любой мой протест будет встречен в штыки. Максим, действительно, долго мечтал о карьерном росте.
В клинике, где он работал, его ценили и уважали. Вот только хорошие должности были заняты. И освобождать их никто не спешил.
— Это очень сложное решение. Ты же понимаешь. — мне хотелось плакать от отчаяния, трудно покидать родное гнёздышко. — Надо поговорить с девочками.
— Они ещё маленькие. И нам решать, как лучше для них будет в будущем. — Макс снова намекал на столичные перспективы.
А я с ужасом представляла предстоящий разговор. Если младшая София, которой 10 лет, может нормально воспринять переезд, то с Настей будет гораздо сложнее.
Старшей дочери 12 лет. Настя вступила в тот самый возраст протестов и отстаивания своего мнения.
Разговор с дочками был крайне тяжёлый. Настя бунтовала, София повторяла за старшей сестрой. Максим был непреклонен. А мне приходилось вставать на сторону мужа, хотя все внутри меня протестовало против переезда.
— Мам, у нас тут подружки, одноклассники! Ну скажи хоть ты папе. — Настя смотрела на меня полными от ужаса глазами.
— В Москве тоже появятся новые друзья. Насть, там такие же люди живут. — я пыталась уговорить дочерей.
Осторожно посмотрела на мужа. Может, передумает? И будем жить как раньше — тихо и спокойно.
Но лицо Максима оставалось непреклонным. Он понимал, какие перспективы его ждут впереди. И с нетерпением ждал, когда мы переедем.
— Я не хочу переезжать. — в глазах Насти появились слезы.
София, глядя на сестру, захныкала. Максим встал с дивана и посмотрел на дочерей.
— Мы переедем и точка! — сурово произнес он.
Никто больше не стал спорить. Потому что Максим редко когда повышал голос. И, тем более, на своих дочерей, которых часто сам же и баловал.
Через две недели поезд «Санкт-Петербург — Москва» вез меня и дочерей в новую жизнь. Максим уехал неделю назад на машине с основными вещами, чтобы подготовить все к нашему прибытию.
— Нам там очень понравится. — сказала я.
Но в ответ увидела две пары грустных глаз.
Скорее я успокаивала сама себя этими словами.
Этот поезд вез меня в новую жизнь. Но я ещё не знала, как измениться моя судьба в столице и какие испытания ждут впереди.
Глава 2. Анна
— Мы будем жить в съемной квартире? — Настя пренебрежительно сморщила носик.
— Только первое время. Девочки, не впадаем в отчаяние. — ободряюще произнес Максим.
Муж встретил нас на перроне. В его глазах было такое счастье, что я проглотила неприятный ком горечи и улыбнулась ему.
Максим привез меня и дочерей в квартиру, которую ему выделила клиника на первое время.
— Здесь хороший район, рядом пруд, парк. Красота! Я вам все покажу в выходной! — оживлённо рассказывал муж.
Но я и дочери не были настроены так оптимистично.
Настя и Соня почти не разговаривали с отцом, обижались по-девичьи.
— Мы разбаловали их. Потакаем во всем. — Максим сказал мне вечером, когда дочери легли спать в отдельной комнате.
— Макс, их можно понять. Дай им время. — устало произнесла я.
— Ань, я соскучился по тебе. И очень ценю, что ты поддержала меня. — муж чувственно поцеловал меня в губы.
— Я просто люблю тебя. — прошептала, обнимая мужа.
Объятия Макса дарили ощущение счастья и защищённости. Я тут же поверила, что в столице у нас все будет только хорошо.
Максим прав. Просто нужно самим настроиться на позитив.
На следующее утро я проводила мужа на работу, а сама решила заняться уборкой.
— Девочки, помогайте. Надо помыть полы и разобрать вещи по шкафам. — весело сказала я.
— Мам, ну мы же здесь не навсегда. — в один голос произнесли они.
— Все равно, надо содержать квартиру в чистоте. Вы же не хотите быть грязнулями? — я наигранно сложила руки в бока и улыбнулась.
— Мамочка, а ты тоже будешь работать? — спросила София.
— Пока нет, дорогая. Летом буду с вами. А когда каникулы закончатся, то выйду на работу.
В Питере я работала участковым терапевтом. Максим обещал, что поговорит в новой клинике о моем трудоустройстве. Но чуть позже.
Сейчас нужно заняться обустройством и присмотром за девочками. В Питере мне помогала мама, иногда забирала и отводила внучек на различные кружки.
Теперь приходилось думать о том, как распланировать время так, чтобы успевать и работать, и заботиться о дочерях.
От свекрови помощи не стоило ждать. С родителями Максима у меня всегда были натянутые отношения.
Свекровь не могла простить, что Максим переехал в Санкт-Петербург и женился на мне. Она считала, что я недостойная кандидатура.
Вся их семья — интеллигенция. Медики в третьем поколении. Мои же родители — работяги на заводе. А я всю жизнь мечтала посвятить себя медицине, окончила школу с красным дипломом. Потом сама поступила в Медицинский.
С Максимом работали в одном госпитале. Но никогда не пересекались. А познакомились в кафе, расположенном рядом с больницей.
Я влюбилась с первого взгляда. Максим — очень видный и красивый мужчина. Я хорошо помнила, как он поправлял свою копну густых темных волос и озорно подмигивал мне. Его серо-голубые глаза всегда смотрели на меня с такой любовью, что дух захватывало.
Даже спустя много лет я продолжала любить мужа так же сильно.
Поэтому готова была стерпеть все трудности переезда, лишь бы муж был счастлив.
Глава 3. Анна
Через несколько дней мы заехали навестить родителей Максима. Их квартира располагалась на Ленинском проспекте в шестиэтажном кирпичном здании, где жили исключительно люди «голубых» кровей.
Моя свекровь — Алла Леонидовна — всегда с гордостью демонстрировала свою четырёхкомнатную квартиру с высокими потолками и дорогим фарфором, спрятанным за стеклянными дверцами многочисленных сервантов.
Ее муж — Валентин Иванович — был немного молчалив. Но при каждом удобном случае свёкор тоже любил напомнить присутствующим о своих полезных знакомствах и благородной «родословной».
Меня подобные разговоры всегда принижали. Единственное, что спасало, это то, что мы жили далеко от родственников мужа. Но не теперь.
— Максим, дорогой. — свекровь распахнула свои объятия.
Нежно-розовый халат в пол идеально подходил под ее светлую кожу и короткие белокурые волосы.
Максим попеременно обнимал своих родителей. Я с дочками стояла в коридоре.
— Настя, София. Девочки, ну что же вы стоите. Проходите. — Алла Леонидовна лучезарно улыбнулась.
Она часто принимала гостей. У их семьи было много друзей. Поэтому тонкости гостеприимства свекровь хорошо знала.
Но это не мешало ей «забыть» поздороваться со мной.
Я сделала вид, что не заметила такого «гостеприимства».
Мы прошли в большую гостиную, где Алла Леонидовна так любила принимать друзей за круглым дубовым столом.
Максим тут же передал матери торт, который мы купили в магазине. Свекор разлил по светлым фарфоровым чашкам с золотыми каемками зелёный чай. Тот самый, который так любила Алла Леонидовна.
— Ну как же хорошо, что наш сын теперь живёт рядом. — свекровь пребывала в прекрасном настроении.
— Сын, а ещё невестка и внучки. — поправил ее Максим.
— Конечно. Вся семья в сборе. — широко улыбнулась Алла Леонидовна.
— Надо и квартиру в нашем районе вам купить. Будем видеться почаще. Внучки как уже подросли. Невесты. — ласково произнес свёкор и улыбнулся.
Я поежилась от одной только мысли о том, что будем жить рядом с ними. На нашу квартиру в Питере быстро нашлись покупатели. Так что в скором времени мы собирались подкопить денег, взять кредит и купить квартиру в столице.
— Настя, как ты небрежно сидишь за столом. Ты же девочка. Выпрями спину. — свекровь сделала замечание моей дочери.
— Мам, мы же не в институте благородных девиц. — Максим тут же вступился за дочь.
— Женщина в любые времена должна оставаться женщиной. — Алла Леонидовна снисходительно посмотрела на меня.
Я считала себя симпатичной женщиной. Густые темные волосы, большие карие глаза, стройная фигура и привлекательное лицо. Но, видимо, свекровь была противоположного мнения.
— Я, кстати, недавно видела Олю. Прекрасно выглядит. — Алла Леонидовна многозначительно посмотрела на Максима.
Что за Оля?! Кто это такая?!
Их разговор был понятен только им обоим. Я посмотрела на мужа. Он заметно смутился. Тут же принялся активно перемешивать сахар в остывшем чае.
Мне хотелось прямо здесь и сейчас расспросить, кто такая эта Оля. Но я решила не давать свекрови возможности увидеть моего любопытства.
— Оля приезжала к своим родителям. Машина премиум класса. Сама за рулём. Фигурка совсем не поменялась. Выглядит роскошно. — свекровь продолжала подробно рассказывать о совсем незнакомой мне женщине. — Здоровается всегда со мной, спрашивает о моем самочувствии. Хорошая девочка.
— Мам, ладно. Давай уже сменим тему. — Максим заметно нервничал.
Я с интересом смотрела на мужа и вслушивалась в их разговор.
— А что такого? Она все-таки не чужой нам человек. Первая любовь твоя. Помню, как ты жениться на ней хотел...
— Мам! — Максим перебил Аллу Леонидовну.
Лицо мужа покраснело.
Никогда раньше я не слышала о его влюбленностях. Вообще, считала, что главная любовь в жизни мужа — это я.
— Максим, мы должны быть благодарны Ольге. Ведь она смогла вернуть тебя на родину. Теперь ты работаешь в Москве с ее помощью, в клинике Ольги!
Аллу Леонидовну было уже не заткнуть.
Максим уже не знал, как сделать так, чтобы мать замолчала.
— Кто эта Ольга?! Максим, разве ты вернулся в Москву из-за своей бывшей?! — я в ужасе смотрела на мужа.
— Я вернулся в столицу потому, что мне предложили хорошую работу. — Максим старался сохранять спокойствие.
— Кто предложил?!
— Ань, давай поговорим дома. — муж смотрел на меня, давая понять всем своим видом, что пора сменить тему.
— Ты работаешь со своей бывшей?! И не сказал мне.
— Ань, я любил ее больше 10 лет назад. Это были детские чувства. Не будем же мы сейчас из-за этого ссориться. — голос мужа прозвучал раздражённо.
— Ты должен был сказать мне об этом! — мои слова проникают сквозь сомкнутые зубы и летят прямиком в мужа.
— Мне нужна была хорошая работа. И не важно, кто ее предложил! — жёстко отвечает он.
В голове ощущение, что где-то внутри рой пчел. Потому что я уже не слышала то, что обсуждали за столом.
Взгляд прикован только к мужу. Он делает вид, что все под контролем. Но нет! Что-то надломилось. Я просто это чувствую.
Уже то, что Максим утаил от меня информацию о своей бывшей, доказывает, что ему есть, что скрывать.
— И когда ты мне хотел сказать?! — сухо спросила я, сидя уже в машине
— Ань, мы же не будем из-за этого ссориться?! Тем более, при детях.
— Я первый раз слышу о том, что ты так сильно любил кого-то до меня! Так этого мало! Бывшая моего мужа — его новый директор! — я была на грани истерики.
— Ань, я хотел тебе все рассказать. — голос мужа прозвучал глухо.
— Когда, Стрельцов?! Если бы я знала, что твоя бывшая позвала тебя в Москву, то никогда бы не согласилась на переезд!
— Какая разница,кто меня позвал. Главное, что у меня будут новые перспективы! — отрезал муж.
— Главное, что между нами больше нет доверия! Ты не сказал мне правды, Макс! Утаивание равно лжи!
— Ань, не утрируй. — Максим выглядел понуро.
— Ты зажал меня в тиски. Ради тебя я переехала в Москву. А что в итоге?! Мой муж работает со своей бывшей! И ни слова мне не сказал! Я верила тебе, Макс.
— И верь дальше! Я хотел тебе рассказать, но чуть позже.
— Когда?! — слезы застилали глаза от обиды.
— Ань, между мной и Олей уже давно ничего нет. Прошло много лет. Все в прошлом.
Голос мужа звучал уверенно. Но я слишком хорошо его знала. Еле заметная нотка сожаления была написана у него на лице.
А слова свекрови о том, насколько красивая эта Ольга, больно впились в сознание.
Свекровь сказала, что он собирался на ней жениться! Значит, все было очень серьезно!
Любовь, уважение и доверие — три фундамента нашей семьи. Так говорили мы всегда друг другу.
Но вот один из них разрушен. И я совсем не знала, выдержат ли остальные.
Потому что на смену доверию пришло сомнение. Оно разрывало мне душу. Заставляло чувствовать собственную неуверенность.
Я не понимала,что ждать от любимого мужа. Ведь он соврал, не сказал подробностей нашего переезда.
В голове слишком много вопросов. Зачем эта Ольга позвала Максима? Что если она хочет его вернуть? И почему свекровь так восхваляет первую любовь моего мужа?
— Ань, прошу тебя, давай не будем ссориться из-за этой ерунды. Я признаю,что должен был сказать тебе всю правду сразу. Прости меня. — вечером, когда мы остались одни, муж подошёл ко мне в спальне.
— Ты любил ее? Сильно?
— Ань...
— Только честно ответь. — настаивала я.
— Ольга — моя первая любовь. Это были юношеские отношения. Я очень сильно ее любил.
Слова мужа разорвали мою душу на мелкие осколки. Я ревновала к той, которая украла сердце моего мужа много лет назад.
Даже спустя много лет Максим говорил о своей бывшей с трепетом. В его голосе чувствовалось тепло, а в глазах — такая ностальгия, которая переворачивала у меня все внутри.
Глава 4. Анна
Всю ночь я не спала. Максим пытался меня обнять, лёжа в кровати. Но я зло скидывала его руку.
Обида давила на грудную клетку. Дышать было тяжело. Ком из слез прочно застрял в горле.
Я чувствовала себя загнанной в угол. Вся прежняя жизнь рухнула в один момент.
У меня не было возможности вернуться обратно в Санкт-Петербург. Квартира продана, с работы документы забрали, из школы тоже. Мы оборвали все пути назад.
Вот только столица встретила меня совсем не радужно. Я сожалела, что согласилась на переезд. Винила себя, что послушала мужа. Злилась на Максима, что тот не раскрыл всей правды.
С утра сделала вид, что сплю. Максим поцеловал меня в висок и ушел собираться на работу.
Сразу после того как муж вышел из квартиры, пошла на кухню. Обычно всегда провожала Максима, но не сегодня.
Обида встала прочным барьером между мной и мужем.
— Папа уже ушел? — заспанная Настя пришла на кухню.
Дочка потирала глаза. Мне было стыдно, что вчерашняя ссора произошла на глазах у детей.
— Да. Уехал на работу.
— К той женщине? — Настя села за стол и внимательно смотрела на меня.
Вопрос дочери заставил вздрогнуть. Его можно было трактовать по разному. Настя слышала нашу вчерашнюю ссору и сделала свои выводы.
— Нет. Папа уехал на работу. А та женщина — его директор. — мой голос дрожал.
— Бабушка говорила, что та женщина очень красивая. Давай найдем ее фото в интернете. — предложила дочка.
Я удивлённо посмотрела на Настю. Она уже не казалась мне маленькой. Старшая дочь выдавала вполне зрелые мысли.
— Давай. — согласилась я и потянулась к своему телефону.
Мы знали только название клиники, куда устроился муж. «Демник—Сити». Я и Настя ввели название в поисковую строку.
Владелица клиники — Ольга Демник. Оказывается, она назвала частную больницу своим именем.
А дальше на сайте была фотография первой возлюбленной моего мужа.
Красивая блондинка с густыми светлыми волосами, уложенными ниспадающими локонами. На фотографии она была запечатлена во весь рост в модном голубом костюме.
Моя свекровь недостаточно точно описала Ольгу Демник. Она была чересчур красивая и ухоженная.
— Бабушка была права. Она красивая. — с сожалением произнесла дочь, в голосе которой читалось наше поражение.
— Думаешь? — голос предательски дрогнул.
Я посмотрела на дочь. Настя утвердительно кивнула головой.
— Мам, но ты у меня намного красивее. — попыталась успокоить дочь.
Но я уже успела рассмотреть в ее глазах восторг, когда она рассматривала фото Демник. Да и сама не слепая.
Первая любовь моего мужа была роскошной. Я даже заподозрила, что она делала пластику. Присмотрелась к фото. Ну невозможно быть красивой такой.
София проснулась вслед за сестрой. Мы позавтракали молча. Я ела мюсли с орехами, совсем не ощущая их вкуса. Все время думала о муже.
Что он сейчас делает? Хорошо, если занимается пациентами. А потом? Что, если обедает со своей первой любовью?
Я с ужасом представляла, как они общаются, вспоминают былые годы. Становилось больно от одной только мысли об этом.
Днём позвонила мама.
— Ань, ну как вы обустроились? — мама старалась, чтобы ее голос звучал оптимистично.
Но я то знала, что родители сильно переживают. Привыкли, что мы постоянно рядом живём. А теперь нас разделяло расстояние
— Все отлично, мам. Девочкам нравится новая квартира. Максим на работе. — я старалась не подать вида о том, насколько все плохо.
У мамы проблемы с сердцем, волноваться сильно нельзя. Я всегда ее оберегала от нервных потрясений. А теперь вся моя жизнь представляла комок из стресса.
Максима ждала с работы, высматривая в окно. Вот муж подъехал на своем автомобиле к подъезду. Припарковал машину. Уверенной походкой зашёл в подъезд.
К приходу мужа я переделать в летнее платье. Не хотелось выглядеть замызганной клушей в тренировочных штанах. Даже голову помыла перед приездом Максима.
— Папа пришел. — София бросилась к отцу, только услышав его шаги в коридоре.
— Привет, привет. — любимый голос мужа звучал радостно.
Я медленно вышла в коридор. София и Настя повисли на отце. А он смеялся.
Только теперь я не понимала — это смех от встречи с дочками или у мужа радостное настроение после удачного дня в компании Оли.
— Девчонки, разбирайте продукты. — скомандовал Максим.
Дочки весело потащили пакет на кухню.
— Привет, любимая жена. — Максим подошёл и крепко меня обнял.
Его руки сомкнулись на моей талии. Муж хотел поцеловать меня, но я демонстративно отвернула голову.
— Ань, ну хватит. — Максим не спешил расцеплять хватку.
Я понимала, что веду себя глупо. Но перед глазами стояла фотография красивой Ольги Демник.
— Максим, уволься. Давай уедем обратно.
Я повернула голову. Смотрела на мужа, а в глазах стояли слезы отчаяния.
Муж тут же расцепил руки. А из моих глаз полились слезы.
— Ань, тебе не надоело?! — муж прошел мимо меня в комнату.
— Ты вырвал меня из привычной жизни! А что в итоге?! Привез к своей бывшей! Я должна ютиться в съемной квартире и ждать тебя, когда ты приедешь от нее!
— Ань, прекрати истерику! Между мной и Олей ничего нет! — сухо произнес муж.
Максим зло снял с себя рубашку и кинул ее на кресло. А я взяла ее и стала принюхиваться, как будто ожидала увидеть следы измены.
— Ань, только не уподобляйся тем ревнивым женщинам, которые ищут следы помады на рубашке! — муж обернулся и зло смотрел на меня. — Я думал, что ты другая.
— «Другая»? — его слова больно отрезвили, и я положила рубашку обратно на кресло.
— Ань, ты должна мне верить. — в голосе мужа слышалось раздражение.
Мы редко ссорились. Но это было раньше.
— Ты уже соврал мне. Не сказал, что работаешь с ней. — прошептала я.
—Это не важно. Потому что я люблю тебя! — прокричал Максим.
Я раздражала его. Видела, что мы не можем уже спокойно разговаривать.
Может быть, между ним и его бывшей ничего нет. Но где гарантия, что так будет и дальше?
Глава 5. Анна
— Максим, ты хотел поговорить на работе о моем трудоустройстве. — напомнила я мужу с утра.
Вчера мы легли спать, не общаясь. Обиделись друг на друга. Теперь в нашей семье было непривычно тихо.
Я снова не спала. А в те моменты, когда дремота накатывала, видела перед собой лицо Ольги Демник. Во сне она смеялась надо мной, а я плакала.
— О каком трудоустройстве? — устало переспросил Максим, потирая переносицу и отпивая приличный глоток кофе.
По лицу мужа было заметно, что тоже плохо спал. Мне стало жаль его. Хотелось прикоснуться, сказать как сильно его люблю. Но какая то дурацкая гордость не давала и шага шагнуть в сторону Макса.
А ведь он хирург. Важно, чтобы на работе был собран. Я корила себя за вчерашнюю истерику.
— Ты обещал устроить меня в клинику, где работаешь теперь сам. — я внимательно следила за реакцией мужа.
Максим отставил чашку с кофе. Поднял на меня усталый взгляд, в котором прослеживалось раздражение.
— Я помню. Но сейчас лето, девочек не с кем оставить. Мы только переехали, а я вступил в новую должность. Дай время. — ответил муж.
— Ну, у тебя же знакомства в клинике. Ты точно сможешь меня устроить на работу. — я не удержалась от колкости.
— Все! Хватит! — Макс стукнул ладонью по столу и встал. — Тебе не надоело?! Я уже и сам не рад, что мы переехали сюда. Потому что ты испортила все хорошее, что начало получаться!
Девочки проснулись от шума, доносившегося из кухни. Настя и София сонно потирали глаза. Максим прошел мимо дочерей и вышел из квартиры.
Что с нами происходит? Я не понимала, как остановить эту лавину недопонимания.
Любой разговор теперь заканчивался скандалом.
— Мамочка, ты поссорилась с папой? — София подошла ближе и обняла меня за шею.
Я продолжала сидеть на стуле. В ногах как будто тяжесть.
— Все хорошо, дорогая. — голос звучал неубедительно.
Я больше не могла все держать в себе. Нужно было с кем-то поговорить, спросить совета.
Я позвонила своей подруге Яне. Мы вместе заканчивали медицинский. Вся студенческая жизнь прошла вместе. Но и потом мы продолжали дружить.
— Привет, подруга. Как столичная жизнь? Бьёт ключом? — бодро поприветствовала меня Яна.
Подруга была второй раз замужем. От первого брака — сын, от второго — дочь. И сейчас Яна находилась в декретном отпуске.
Мы часто виделись семьями, жарили шашлыки и весело проводили время. Я могла часами говорить с Яной. И темы всегда находились. Мне очень не хватало подруги, ее присутствия рядом и мудрых советов.
— Привет, Ян. Все плохо. — я не выдержала и расплакалась.
А потом рассказала Яне о своих проблемах.
— Ань, таким поведением ты только оттолкнешь Макса от себя. — сделала вывод подруга.
— Он обманул меня. Зачем Ольга Демник позвала моего мужа в Москву?!
— Его бывшая замужем? Может быть у нее счастливый брак, красавец муж. Ань, не настраивай себя на негатив. — Яна пыталась успокоить меня.
— Я ничего не знаю о ней, кроме того, что она первая любовь моего мужа, владелица клиники и очень красивая женщина.
— А кем она работает в клинике? — Яна что-то пережевывала и параллельно разговаривала со мной.
— Вроде бы психолог. На сайте так было написано. — я пыталась вспомнить подробности.
— Вот и отлично. Тебе сейчас как раз не помешает консультация психолога. Сходи к ней на прием. Посмотри, что она из себя представляет. Может быть, эта Ольга милая женщина, которая и не думает о твоём муже.
Идея Яны показалась мне абсурдной.
— Я не могу просто так заявиться в клинику, где работает мой муж. А что если Макс меня увидит?
— В частных клиниках все по записи. Макс хирург, а Ольга — психолог. Вряд ли их кабинеты находятся рядом. — размышляла Яна.
— Мне сейчас кажется, что Максим женился на мне только из-за Насти. — мне снова хотелось плакать.
Наши отношения развивались стремительно. Я забеременела, после чего Макс сделал мне предложение.
Но тогда мне казалось все это неважным. Ведь мы любили друг друга.
Но теперь я знала, что где-то в Москве Макса ждала его любимая.
— Ань, не выдумывай! Макс любит только тебя! — убеждала подруга.
— Ян, я уже в этом не уверена.
На заднем фоне послышался плач ребенка Яны. Нам пришлось прерваться. Но я пообещала, что буду держать в курсе дел подругу.
Разговор с Яной позволил немного успокоиться. Может быть и правда, зря я так набросилась на Макса.
Весь день я настраивала себя на то, что больше никаких истерик не будет. Старалась даже мысли не допускать про Ольгу Демник.
Вечером муж пришел домой не в настроении. Он был немногословен с дочерями, долго принимал ванну. Как будто оттягивал момент, чтобы побыстрее лечь и заснуть.
Максим сам себе разогрел картофель с мясом, не дожидаясь, когда я позову его на ужин.
Вечером муж просидел в детской, а когда совсем стемнело, пришел ко мне в комнату.
— Я завтра задержусь. — сухо произнес он.
Я никогда не смотрела вживую родео. Но именно сейчас хорошо представляла, как тореадор взмахивает красной тряпкой перед самой мордой быка.
Потому что я ощущала себя этим быком.
— Почему? — так же сухо переспросила, стараясь подавить приступ агрессии в теле.
— Клиент записался на мини-операцию. Удаление липомы. Это такая... — начал говорить муж.
— Я знаю, что это такое. Я же терапевт, если ты помнишь!
Мой голос прозвучал резче, чем хотелось.
— Помню! — буркнул Макс и отвернулся к стенке.
И тишина. Нет больше поцелуев, смеха.
— Она замужем? — я больше не могла себя сдерживать.
— Кто? — Макс сделал вид, что не понимает.
— Ольга Демник. — я разговаривала со спиной мужа, так как он не поворачивался ко мне лицом.
— Не знаю. Ань, давай, спать.
Он знал. Я просто чувствовала это.
Тогда зачем врёт? Значит, Демник не замужем.
Она снова снилась мне. Только на этот раз в обнимку с моим мужем.
Проснувшись ночью в поту я решила, что схожу на прием к бывшей своего мужа. Я должна была увидеть ту, которую он так сильно любил.
Глава 6. Анна
На следующий день я позвонила в клинику «Демник-Сити». Вежливая администратор сообщила, что у Ольги Демник все занято на месяц вперёд.
— Я могу вас записать к другому психологу. — сообщила она.
— К другому не надо. — я расстроилась, что не увижу первую любовь Максима лично.
— Давайте я запишу ваш номер телефона. Если место освободится, то наберу и сообщу. — администратор сжалилась надо мной и предложила хороший вариант.
Я согласилась и продиктовала свой номер. Но когда положила трубку, внутри возникло сомнение.
Никогда раньше я не шпионила за мужем, не лезла в его личное пространство. И он отвечал мне тем же. Между нами было доверие.
Но сейчас все стало по-другому. Ольга Демник как навязчивая паранойя залезла в мою голову и выбираться оттуда не хотела.
Я видела только один выход из сложившейся ситуации — уехать обратно в Санкт-Петербург. Но Максим и слышать об этом не хотел.
Когда мы познакомились, оба были молодые и свободные. Мне так казалось. Но в сердце Максима жила Ольга.
Что если он использовал меня, чтобы забыть ее? Что если женился только из-за того, что я забеременела?
В груди пекло. Мне становилось жарко от одной только мысли о том, что муж не любил меня так сильно. Ведь невозможно испытывать одинаковые чувства к двум девушкам. Невозможно так быстро вычеркнуть из сердца свою первую любовь и сразу окунуться в новые отношения.
У меня было много вопросов. А ответы на них — у Макса. Но я знала, что теперь его раздражало любое мое любопытство.
Вечером муж пришел позже обычного. Я помнила, что у него операция. Но глупые сомнения не давали покоя.
Я старалась не поддаваться неуёмной ревности. Приготовила ужин, дочки тихо играли в комнате в настольную игру.
Максим пришел усталый. Даже с дочками мало говорил. Поцеловал их и молча пошел в ванную комнату. Со мной ограничился скупым: «Привет».
Настя и Соня вернулись в свою комнату. Я зашла в спальню. На комоде лежал телефон мужа и ключи от машины.
Никогда раньше я не позволяла себе читать переписки Максима. Не понимала женщин, которые украдкой просматривают телефон мужа. Считала это унизительным и недостойным поведением.
Но сегодня рука сама потянулась к телефону мужа. Пальцы судорожно снимали блокировку экрана... А там пароль.
Я снова провела пальцем по сенсорному экрану. Нужен был пароль, который я не знала. И раньше Макс не блокировал свой телефон.
— Аня, что ты делаешь? — Максим стоял в дверном проёме и смотрел на меня.
Я чувствовала себя преступницей. Телефон мужа обжигал руки как раскалённый металл. А во взгляде Максима стояло только осуждение.
— Ничего. — я не нашлась, что ответить.
Максим продолжал стоять, облокотившись о дверной косяк. На бедрах махровое полотенце. На мокром торсе ещё струились несколько капель воды, которые он не вытер.
Прошло много лет после нашего знакомства, а Максим продолжал вызывать во мне непреодолимое желание. Муж имел спортивную фигуру. Раньше он увлекался регби.
Мне всегда нравились его накаченные руки, широкие плечи. Я любила проводить по загорелой коже Макса своими пальцами. Каждый раз, когда он улыбался, его лицо преображалось, и я чувствовала, как мое сердце бьется быстрее. Максим был не только красив, но и умён, обаятелен и заботлив. Его присутствие всегда наполняло меня теплом и уверенностью в том, что все будет хорошо.
Но сейчас муж казался для меня недосягаемой скалой.
— Ты проверяешь мой телефон?! Нашла что-нибудь интересное?! — голос мужа сквозил презрением.
— Ты поставил пароль. Зачем?! — мне уже нечего было терять.
— Аня, ты не ответила на мой вопрос. Что ты искала в телефоне?! — жёстко повторил Макс.
— Я твоя жена и могу взять телефон. Или это запрещено? Можешь взять мой телефон, так я и слова не скажу. Потому что мне нечего терять. А тебе?!
— Я никогда не лазил в твоём телефоне. Считаю это ниже своего достоинства. Но ты видно другого мнения. А пароль поставил потому, что приходится часто оставлять телефон в кабинете или ординаторской, пока нахожусь в операционной. Надеюсь, на этом допрос закончен?! — Максим подошёл и забрал телефон из моих рук. — Аня, речь не о телефоне. Это о доверии. Ты считаешь, что у меня есть секреты, что я что-то скрываю от тебя. Но я всегда говорил тебе правду, не скрывал ничего. Меня достало жить под гнетом твоей маниакальной ревности. Я люблю тебя, Аня, но мне больно видеть, что ты не доверяешь мне.
Он больше не смотрел на меня. Доверие теперь подорвано с двух сторон.
Максим видит во мне ревнивую домохозяйку, которая сходит с ума, пока ее муж на работе.
Но ведь я не такая. Я всегда была самодостаточной и умной женщиной. Так в какой же момент все поменялось?
Мне всегда казалось, что ревнуют те женщины, которые не уверены в себе. Но только сейчас поняла, что это не верное убеждение. Ревнуют те, кто не уверен в своем партнёре.
Муж не разговаривал со мной весь вечер. Ушел в комнату к девочкам и игрался с ними. В спальню вернулся, когда уже пора ложиться спать.
Мы снова спали с ним, повернувшись друг к другу спиной. Наша личная жизнь трещала по швам.
На следующий день Максим ушел на работу, а я долго ворочалась в кровати. Слышала, как дочки проснулись. Но сил вставать не было. Меня накрывала волна боли и опустошения.
И только телефонный звонок заставил сесть в кровати.
Мне звонили из клиники мужа.
— У Ольги Сергеевны Демник освободилось место на сегодня. Вас записать на прием? — вежливо обратилась ко мне администратор.
— Запишите. Я приду!
Мне и правда уже требовалась помощь психолога. Но точно не Ольги Демник.
Но я должна была пойти, встретиться лицом к лицу с соперницей, которая заставила мужа вместе с семьёй переехать в столицу.
Глава 7. Анна
Я, конечно, знала, что прием психолога в частных клиниках стоит не дёшево. Но стоимость посещения Ольги Демник зашкаливала все разумные пределы.
Либо Ольга Демник прекрасный профессиональный психолог, либо — наживается на своих пациентах.
Мое любопытство росло в геометрической прогрессии. Адреналин растекался по венам в тот момент, когда я украдкой пробиралась к кабинету Ольги Демник.
Постоянно оглядывалась. Лишь бы не встретить Максима.
Настя с Соней остались одни дома. Если в Питере для меня было привычно отлучиться в магазин, пока дочки находились одни дома, то в столице стало новым.
Мне совсем не хотелось оставлять дочек одних. Но и обратиться не к кому. Если попрошу Аллу Леонидовну посидеть с внучками, то услышу много не лестного в свой адрес. Да и после последнего визита к свекрови, когда она расхваливала бывшую моего мужа, глядя мне в глаза, видеться с ней совсем не хотелось.
Родители мужа чуть ли не открытым текстом дали мне понять, что я «не пришлась ко двору».
Под предлогом того, что мне надо отлучиться в магазин, я улизнула из дома. Приехала в клинику «Демник-Сити» заранее.
Сидела у кабинета психолога и нервно теребила свою бежевую юбку-плиссе.
Я тщательно подготовилась к посещению бывшей своего мужа. Надела лучший жакет песочного оттенка и красивую юбку, которая прекрасно подчеркивала мои длинные ноги.
В последнее время редко надевала обувь на каблуке. Но сегодня захотелось. Достала свои бежевые лодочки из замши. Они идеально дополнили образ.
Долго собирала перед зеркалом каштановые волосы в пучок. Но они непослушно выбивались из прически. Поэтому мне надоело с ними возиться. Я просто расчесала длинные волосы, которые нежно обрамляли лицо.
Мне понравилось отражение в зеркале. Когда я собиралась, то перед глазами постоянно возникал образ Ольги Демник с фото из интернета. Мне хотелось выглядеть красивее ее.
— Проходите. — раздался приятный женский голос из кабинета.
Мне стало ещё страшнее. Но сидеть рядом с кабинетом было ещё хуже. В любой момент меня мог заметить Максим.
— Здравствуйте. — я зашла в кабинет, внутри которого все было оформлено со вкусом.
Он совсем не был похож на больничную палату. Стены выкрашены в теплый терракотовый оттенок. Везде кожаная мебель. Панорамное окно позволяло осветить кабинет тёплыми солнечными лучами. А нависающие рулонные шторы помогали защититься от излишне яркого света.
— Здравствуйте. Меня зовут Ольга Сергеевна. А вас? — рядом со мной возникла та самая бывшая моего мужа.
Вживую она была ещё красивее. Даже в обычный будний день ее белокурые густые волосы выглядели так, как будто Ольга Демник только что вышла из салона красоты.
На лице минимум макияжа. Но кожа сияет. Большие голубые глаза смотрят изучающе на меня.
А я пыталась определить ее возраст. Немного моложе меня. Но выглядит очень ухоженно.
— Меня зовут Анна Гончарова.
Я назвала девичью фамилию. Администратору соврала, что забыла паспорт. И меня оформили под девичьей фамилией.
— Рада познакомиться. Присаживайтесь. — Ольга улыбнулась, оголив белоснежный ряд зубов.
Интересно, у этой женщины были хоть какие-то изъяны? Потому что к ее внешности даже не придраться.
Мы сели на кожаные кресла, расположенные друг напротив друга. А между ними только маленький журнальный столик.
Я чувствовала себя неуютно. Прятала ноги за столик, чтобы Ольга не заметила, что на мне старые туфли.
Потому что на ее ногах красовались модные кожаные босоножки с аккуратными пряжками.
Зелёный сарафан на широких лямках демонстрировал прекрасную фигуру психолога. На ее груди красовался массивный кулон изумрудного цвета в форме ящерицы. Наверное, это один из ее сородичей. Ведь внутри Демник явно была змеюкой.
Я сразу представила, что мой муж вот так каждый день видит это красивое лицо, изумительную фигуру, облаченную в модные наряды.
Нужно иметь большую силу воли, чтобы не захотеть пойти на свидание с Ольгой Демник. И я не была уверена, что Максим удержится от такого соблазна. Тем более, много лет назад он любил эту женщину.
Она была полной противоположностью мне. Нет, я вовсе не страхолюдина. А вполне себе симпатичная женщина. Но типаж другой.
У меня внешность спокойная. Каштановые волосы, темная кожа, карие глаза. Ольга Демник — блондинка с нежным образом, правильными чертами лица и светлой кожей.
А что, если Максим пытался вытеснить из своей головы Ольгу и познакомился со мной — полной противоположностью, которая точно никогда не напомнит о первой любви.
— Анна, расскажите, что вас привело ко мне. — голос психолога был спокойным и размеренным.
— У меня недопонимание с мужем. — уклончиво ответила я, стараясь не раскрыть свои карты.
Демник взяла блокнот в руки. Ее пальцы с длинным маникюром пастельного оттенка медленно перебирали листки. А взгляд прикован к моему лицу.
— Анна, опишите свои чувства по отношению к мужу. — продолжила психолог.
— Я люблю его! — уверенно и чуть зло ответила я.
— А ещё. — Демник чуть улыбнулась.
— И никому его не отдам!
— Почему такая уверенность, Анна? В чем заключается ваша привязанность к мужу? — спросила психолог, поднимая брови с любопытством.
— Он единственный, кто понимает меня настолько, что иногда кажется, будто муж читает мои мысли. И мы уже прошли через многое вместе! — ответила я, всматриваясь в голубые глаза соперницы.
— Но что делает вас такой уверенной, что никому не отдадите его? — продолжала допытываться психолог.
— Потому что никто не сможет заменить его место в моем сердце. И он любит меня! — сказала я, чувствуя, как в горле образовывается неприятный ком.
— У вашего мужа появилась другая? — спросила Ольга.
— Нет. Я этого не допущу! — грубо ответила я, смотря прямо в голубые глаза, которые ежедневно видел мой муж.
Глава 8. Анна
Не понимаю, за что люди отдают такие баснословные деньги психологам. Монотонный разговор с Ольгой Демник немного успокаивал.
Но я постоянно находилась на чеку. Напоминала себе, что передо мной сидит соперница. Ту, которую так сильно любил мой муж. Но вот забыл ли? Мне предстояло в этом разобраться.
Я уклончиво отвечала на вопросы психолога. Она пыталась выудить информацию, чтобы лучше меня понять. А я — скрывала подробности, чтобы не дать Ольге Демник возможность заполучить моего мужа.
— Анна, в первую очередь, хорошо должно быть вам. Иногда прямой разговор лучше всяких домыслов. — напоследок произнесла Демник и записала меня на повторный прием.
Такие советы я бы могла из книжек почерпнуть. Да и сама хорошо это понимала.
Можно было просто позвонить Яне за бесплатно. И толку будет больше.
Сразу после выхода из клиники я позвонила подруге и все ей рассказала.
— Она и впрямь такая красивая? — сразу спросила Яна.
— Очень. — призналась я.
— Значит, пластика. Ань, мужчины любят натуральную красоту. А не дутые губы и сиськи. — успокоила меня подруга.
В голове тут же всплыл образ Ольги Демник. Ухоженная женщина, которую бы мечтали заполучить многие.
— Ян, нет у нее ничего дутого. Вполне себе красивая женщина с идеальной внешностью. К тому же, психолог. А значит, и с головой дружит.
— Если бы дружила, то к чужому мужику не полезла! — зло защищала мою семью подруга.
— Ян, может быть ей Максим не нужен. А что? если я все себе напридумывала? — сомнения начали одолевать меня.
— Ну вот. Эта Ольга Демник уже обработала тебя всего за один сеанс. Да так, что у тебя появились сомнения. Ань, женская интуиция не врёт. Прислушайся к себе.
— Ну ты точно, как психолог говоришь. — я улыбнулась.
— Угу. И денег за свои советы не беру. — рассмеялась Яна. — Я надеюсь, ты не пойдешь к ней на второй сеанс?
— Не пойду. Достаточно увидела.
— Вот и правильно, Ань. И ещё... Помирись с Максимом. Ань, голодного мужика легче увести из семьи. — многозначительно произнесла Яна.
— Если мужчина любит, то не уйдет. — гордо произнесла я.
— Ань, ну ты как маленькая. Сегодня он любит тебя. А завтра — голодный, без интима. Ну и долго он так протянет? Особенно когда рядом ходит красивая Ольга Демник.
Яна была права. Я это прекрасно понимала. Да и ссора с Максимом затянулась.
Мне уже и самой не хватало близости с мужем. На стенку готова лезть от одиночества.
По пути домой зашла в близлежащий супермаркет. Купила фруктов девочкам, а заодно, необходимые продукты для ужина.
Хотелось порадовать Максима. А то после переезда живём как кошка с собакой.
— Мам, ну где ты так долго была? Мы уже и обед сами разогрели. И поели. — Насте нравилось оставаться за старшую в доме.
Когда меня не было, она поучала сестру, как делать не надо.
Вот и сегодня Настя выполняла мои обязанности: подогреть еду на обед, нарезать хлеб.
— А тарелки я мыла. — София добавила, но явно не была очень-то рада, что старшая сестра ее заставила.
— Вы мои умницы! А я вам фрукты и шоколадки купила!
Я улыбнулась дочкам и поцеловала каждую из них. Настроение было хорошим. И это точно не от визита к психологу.
Скорее Яна меня настроила на нужный лад. Я точно поняла, что с мужем пора мириться.
Вместе с дочками приготовила любимый пирог Максима с яйцом и луком. Он всегда хвалил мою выпечку. Настя помогала резать лук, а София крошила яйцо как только могла.
— Папе понравится пирог. — Настя вытерла рукой невидимый пот со лба и посмотрела на горячую выпечку, которую я только что вытащила из духовки.
— Папин любимый. — довольно согласилась София.
— Да, папа обожает этот пирог, уверена, он будет в восторге! — улыбнулась я.
— А я думаю, что мы сделали его еще вкуснее, добавив туда свою любовь и забот. — сказала Настя, улыбаясь мне и сестре.
В этот момент мне показалось, что все будет как раньше. Мы сможем. Ради дочек. Ради своей любви.
Я посмотрела на настенные часы. Максим с минуты на минуту должен прийти с работы. Как раз и пирог поостынет.
Я быстро направилась в спальню. Сняла спортивные штаны и футболку. Быстро переоделась в платье, предвкушая особенность этого вечера.
Усталость отступала на второй план потому, что я думала о муже. Сегодня точно помирюсь с ним.
В этот момент телефон зазвонил. Это муж.
— Алло. Максим, ты где?
— Ань, я сегодня задержусь. У меня внеплановая операция. У моего пациента открытая рана. Жду, когда он приедет. — пока муж объяснял мне про своего пациента, я смотрела на пирог.
— Все как обычно. — мне стало так обидно, что готова была расплакаться прямо сейчас.
— Ань, что «обычно»? Ты же знаешь, что я всегда прихожу вовремя. А тут форс-мажор.
— Главное, чтобы этим форс мажором не была твоя бывшая! — я тут же отключила телефон.
Возможно, у него и правда операция. А что, если нет? И мне придется вот так каждый день думать — где и с кем мой муж? Это выше моих сил.
За несколько дней моя нервная система давала сбой. Горсти валерианки не помогали. Все больше я впадала в депрессию.
— Мам, а когда мы пирог будем есть? — ко мне подбежала София.
— Зови сестру. Садитесь за стол. — я устало резала пирог, который со всей любовью пекла для мужа.
— А мы разве папу не будем ждать? — на кухню пришла Настя.
— У папы внеплановая операция. — мне уже не хотелось улыбаться, жизнь предстала в серых красках.
— Мамочка, ты расстроилась? — спросила София.
Детская проницательность иногда трогает до глубины души. Не надо притворяться, а можно оставаться самой собой. Как бы я сейчас хотела вернуться в детство и не испытывать подобных проблем.
— Да, я расстроилась, детка. Но это не испортит нам вечер. Выбирайте настольную игру, и мы втроём весело проведем время.
Я решила не давать возможности Ольги Демник испортить мне личную жизнь. Мои дети не должны страдать от того, что в отношениях их родителей сейчас шторм. Но скоро выглянет ясная погода... Я в это очень верила.
Максим пришел поздно. Я уложила дочек. Сама не спала. Просто лежала на боку в кровати и прислушивалась.
Муж помылся, переоделся и лег рядом на кровати. Его рука легла мне на бедро. Уже через несколько минут он тихо посапывал.
Я аккуратно сняла руку мужа. Перевернулась к нему лицом. Отблески лунного света освещали лицо мужа.
У Максима всегда была запоминающаяся внешность. Такая брутальная и харизматичная, что многие женщины обращали на него внимание. Я видела их взгляды, обращённые на мужа, кокетливые повороты головы. Но мне всегда казалось, что он никого не замечает кроме меня.
И нет, не я это выдумала. Просто мой муж всегда окружал меня такой любовью, что искренне верила, что я во всём мире такая одна единственная.
Я заснула только к утру. Даже не слышала, как Максим уехал. Только увидела в холодильнике остатки пирога, к которому он так и не притронулся.
— Мамочка, ты сегодня будешь дома? — спросила София с утра.
Только сейчас я вспомнила, что сегодня второй сеанс у Ольги Демник. Тот самый, на который я не собиралась идти.
Но я хотела разузнать хоть что-то.
— Нет, милая. Мне нужно уйти не надолго. — я быстро переодевалась в джинсы и футболку.
По красоте Ольгу Демник все равно не обойти. Поэтому сегодня мне было все равно, что надевать на себя.
Но я просто обязана обойти ее по уму. Другого выбора нет.
Глава 9. Максим
Злость вскипела по жилам. Ещё никогда я не чувствовал такого раздражения.
Аня стояла прямо передо мной в клинике. Моя жена вышла из кабинета психолога. И рядом с ней была Ольга.
Я не верил в такие совпадения. Тем более, в последние дни Аня доводила меня своей ревностью.
Значит, она не остановилась на том, чтобы просто устраивать мне скандалы. Теперь Аня перешла к открытым действиям.
— Максим, я все тебе объясню. — голос жены заметно дрогнул.
В глазах блеснули слезы. Но мне не было ее жаль. Сама пошла на это.
— Да уж. Потрудись. — мне даже разговаривать с Аней сейчас не хотелось.
Аня обернулась на Олю. Та стояла рядом со своим кабинетом и уходить не собиралась, явно не понимая, что происходит.
— Здесь? Давай, отойдем. — в голосе жены послышалась мольба.
Я молча прошел мимо нее в конец коридора. Аня шла за мной.
Мы остановились около окна. Хотелось курить. Последний раз брал сигарету в руки, когда мне было лет 20.
Накал последних дней, сегодняшняя встреча в клинике — я больше не мог совладать с собой.
— Максим, я просто хотела поговорить с психологом. — Аня нервно теребила пальцами край своего топа.
— Я вижу, что даже сейчас ты не хочешь признаваться в правде.
— А что ты хочешь от меня услышать? Что я решила посмотреть на твою бывшую? Да, это так! И мне нечего скрывать. Раз ты ничего мне не рассказываешь о прошлом, то мне приходится докапываться самой! — с вызовом произнесла жена.
— Ну что? Докопалась?!
Я до сих пор не понимал, как мы докатились до такого. Ещё вчера любили без памяти друг друга. А сегодня нас съедает ревность.
— Ты хотел на ней жениться... Почему не женился? — беспомощно спросила Аня.
Мне хотелось обнять ее, прижать к себе, сказать, как сильно ее люблю... Но все это я уже делал. А Аня упорно искала следы измены.
Но их не было. Потому что я никогда не изменял жене. И слышать каждый день упрёки Ани становилось все сложнее.
— Я люблю только тебя! На этом все! Иди домой! — никогда раньше не разговаривал с женой так жёстко.
Но сейчас даже смотреть на Аню не хотел. Пялился в окно, лишь бы не сорваться.
— Максим... — сделала она ещё одну попытку.
— Иди, Ань. Мне работать пора. — произнес устало.
Жена развернулась, пошла вниз по ступеням. Я смотрел из окна, как удаляется ее хрупкая фигурка от больницы.
Внезапно почувствовал, что чья-то рука легла мне на плечо.
— Все в порядке, Максим? — Ольга стояла рядом.
— Да. Извини, что так получилось. Это была моя жена. Она ревнует к тебе. Вот и решила познакомиться лично. — мне стало неловко.
— Правда? — Ольга улыбнулась. — Максим, я даже и подумать не могла, что это твоя жена. Она представилась под другой фамилией. Гончарова.
— Вот как? — стыд за жену был неимоверен. — Это ее девичья фамилия. Оль, извини. Этого больше не повторится.
— Максим, ты ни в чем не виноват. Я и сама ее не узнала. Ты ведь показывал мне фото семьи. Но, наверное, там она чуть моложе. — голос Ольги звучал мягко. — А я ведь искренне прониклась проблемами своей пациентки. Твоя жена рассказывала, какие проблемы у нее с мужем, полное непонимание. А я ещё предлагала прийти ей на сеанс с мужем.
От каждого слова Ольги неприятный ком скапливался в груди. Впервые в жизни мне стало настолько стыдно за жену, что я готов сквозь землю провалиться.
— Н-да. Психолог нам явно не помешает. — я задумчиво потеребил рукой волосы.
Ольга тут же улыбнулась.
— Я помню, как раньше ты часто вот так поправлял прическу. Такая ностальгия. — она тепло улыбнулась.
Вот только мне было совсем не до ностальгических чувств. Все мысли только об Анне и ее странном поступке.
— Максим, а почему твоя жена так сильно ревнует ко мне? — Ольга склонила голову в ожидании ответа.
— Я сам виноват. Не рассказывал ей о тебе.
Много лет я не общался с Ольгой. Только совсем недавно она сама нашла меня в социальной сети. Мы обменялись сообщениями. Все-таки не чужие люди друг другу. Вспомнили прежние времена.
А через некоторое время Ольга написала, что в ее клинике требуется главный врач. Тот, кому она сможет доверять.
Сначала я сомневался. Да, зарплата хорошая. Но переезд. Я понимал, что Аня и девочки будут против. Но так же хорошо осознавал, что должен дать им в жизни все только самое лучшее.
Поэтому дал согласие на переезд. Новая должность сулила прекрасные перспективы. Даже если в клинике Ольги не получится, то у меня уже будет опыт работы главным врачом. А это совсем другие возможности.
Я даже и представить не мог, чем обернется переезд. Аня постоянно ревновала. Я хотел рассказать ей об Ольге, считая наши отношения далёким прошлым.
Да, любил Ольгу. У нас были бурные отношения. Ольга как огонь, которая заставляет полыхать все вокруг. Но то было давно.
Глупая ссора. И мы разошлись. В этот момент я уехал по распределению в Питер. Хмурый город с серой погодой встретил меня одним светлым лучиком. И это была Аня.
Она отличалась от Ольги. Спокойная и рассудительная. Но этим она мне и понравилась.
Красивая внешне и такая нежная внутри. Я полюбил ее всем сердцем. Первое время изредка лишь вспоминал Ольгу. А потом и вовсе думать о ней забыл.
Уже потом узнал, что Ольга вышла замуж, родила сына. Это сейчас она в разводе. Бывший муж оставил ей клинику, где сейчас мы работали вместе.
Я искренне считал, что у меня крепкая семья. Любимая жена, лапочки дочки.
Но наша семья начала трещать по швам, столкнувшись с первой жизненной проблемой.
— Не расстраивайся, Максим. Все наладится. — теплая ладонь Ольги снова легла мне на плечо.
— Ты ведь вызывала меня к себе. — только сейчас я вспомнил, зачем появился у кабинета психолога.
— Ах да. Я хотела, чтобы ты подписал документы. Они у меня в кабинете. Идём.
Остаток рабочего дня я думал об Ане. Мысли о жене не давали возможности сосредоточиться.
Но и видеть Аню не хотелось. Обида прочно сидела внутри. К тому же, я хорошо понимал, что дома меня ждёт очередной скандал.
В конце рабочего дня я набрал номер жены. Она ответила сразу, как будто ждала звонка.
— Я сегодня не приду домой.
— Как это? — послышался ее удивлённый голос.
— Переночую в больнице. Не хочу слушать очередные претензии!
Глава 10. Анна
— Опишите свои чувства, когда ссоритесь с мужем. — Ольга Демник впивалась своим пронзительным взглядом в меня.
Мне было не по себе наедине с ней.
Сегодня психолог надела яркий терракотовый сарафан с открытыми плечами. Длинный фасон в пол только подчеркивал ее безупречную стройную фигуру.
Я чувствовала себя замарашкой на фоне Демник.
А у меня ещё Макс «голодный», как сказала бы Яна.
— Обида. — сказала я первое, что пришло на ум.
— За что? — тут же оживилась психолог.
Не могла же я сказать ей всю правду.
Типа, знаете ли, мой муж привез меня и дочерей в город, где живёт его красивая бывшая. И теперь я не сплю, не ем. Только и думаю о том, спит мой муж с вами или нет.
— За непонимание. — уклончиво ответила я.
— Анна, кто у вас главный в семье? — внезапно спросила Демник.
— Муж. — не думая ответила я.
Хотя я всегда была против этих «главных». Я и Макс всю жизнь шли рядом, рука об руку в одном направлении. И мне это очень нравилось.
— Почему? — в голосе психолога промелькнуло искреннее любопытство.
— Потому что я его люблю. И вообще, считаю, что главных в семье не должно быть. Это какое-то подавление партнёра, доминирование. У меня с мужем равенство.
— Но мужчина по природе своей — самец. Он хищник, который доминирует. — вкрадчиво убеждала меня психолог.
— В этом и отличие. Я и мой муж не звери!
— Анна, в мужчинах природой заложено главенство. Поэтому жена должна подчиняться. — психолог своими речами все больше напоминала мне Яну, только деньги брала за разговор.
— А вы замужем? — не выдержала я.
Ольга Демник не ожидала такого вопроса. Хотя ни один мускул не дрогнул на ее лице, но я заметила в глазах замешательство.
— Нет. — протянула она.
— В разводе? — я решила не отступать.
— В разводе. — односложно ответила она.
Ее ответы совсем не радовали. Мужа нет. Она свободна. И ходит такая красивая рядом с моим изголодавшимся Максимом.
— Вы любили его? — сердце стучало с каждым произнесенные словом.
— Кого? — Демник как будто отфутболивала мои вопросы.
— Мужа своего. — хотя на языке вертелось совсем другое.
— Конечно, любила. Анна, но речь не обо мне. — Ольга попыталась вернуть разговор в нужное русло.
— Я просто пытаюсь понять. Это как сапожник без сапог? Психолог без успешной личной жизни? — злость кипела внутри, мне хотелось высказать ей все, что думаю.
— Анна, вы выбрали меня. Значит, считаете мою квалификацию успешной. — строго напомнила Демник.
— Да, конечно. Просто настроение сегодня плохое. С мужем не клеится. — я решила вернуться к своим проблемам
— Для этого вы и пришли ко мне. Чтобы найти гармонию с самой собой. А уже потом — восстановление отношений с мужем. Вы можете прийти с ним вместе на сеанс. Как вы на это смотрите?
Я тут же представила,как прихожу с Максимом на прием. Вот удивится психолог.
Стало даже смешно. Может и впрямь вот так сесть втроём друг напротив друга и высказать все, что накипело.
— Мой муж не пойдет к психологу. Извините, но он их недолюбливает. — я почувствовала внутри себя возможность хоть на словах отыграться с Демник.
— Одного сеанса будет достаточно, чтобы я расположила вашего мужа к себе. — самоуверенно заявила Ольга
— Это и страшно. — пробубнила я себе под нос.
— Анна, я запишу вас через недельку. Пока подумайте насчёт семейной терапии с мужем. Уверена, что так мы быстрее найдем точки соприкосновения. — Демник нацепила свою дежурную улыбку.
Я уже не сомневалась, что с моим мужем она нашла точки соприкосновения. Именно с помощью них перевезла Макса и всю его семью в столицу.
Демник вежливо провожала меня до двери. В джинсах, топе и кроссовках я чувствовала себя маленькой рыбешкой рядом с величественной акулой.
— Ну что же, Анна, обдумайте весь наш разговор. Уверена, что вам станет легче. — психолог не спешила прощаться со мной, стоя уже в коридоре.
— Наверняка, так и будет. — соврала я, не чувствуя никакого облегчения от общения с Демник.
Я уже собиралась попрощаться. Внутри себя поняла, что больше не собираюсь тратить ни денег, ни внутренних сил на прием у данного психолога. Пора вычеркнуть Ольгу из своей жизни.
— Аня? — совсем рядом раздался голос мужа.
Как в замедленной съёмке я оборачивалась, чтобы встретиться взглядом с Максимом.
На его лице удивление. Но когда он переводит взгляд на Ольгу Демник, то тень понимания ложится грозной печатью на моего мужа.
— Что ты здесь делаешь? — его голос напряжен потому, что Максим уже все понял.
Я не успеваю ответить. Потому что вмешивается Демник со своей лицемерной улыбочкой
— Вы разве знакомы? Это Анна Гончарова — моя пациентка. А это Максим Стрельцов — хирург и главный врач нашей клиники. — Ольга представляла нас друг другу.
Максим изменился в лице. Его догадка насчёт меня нашла свое подтверждение.
— Пациентка?! — выдохнул он, смотря на меня с пренебрежением.
— Максим, я все тебе объясню.
Ну зачем я все это начала?! То, чего так боялась, произошло. Теперь доверие нарушено не только для меня. Максим никогда не поймет моего поступка.
— Да уж. Потрудись. — лицо мужа было серым от злости.
Глава 11. Анна
Максим повесил трубку. Он не придет ночевать! Такого никогда раньше муж себе не позволял. Мы даже под разными одеялами не спали.
Да, я понимаю, что попалась с поличным. Но это не повод для того, чтобы не приходить домой.
— Мам, а где папа? — Настя и Соня стояли около меня в ожидании ответа.
Вот что я должна им сказать?
Максим выбрал ночёвку на работе, лишь бы со мной лишний раз не встречаться. Да, возможно, я переборщила с ревностью. Но он должен меня понять. Если бы любил, то точно понял.
— Задерживается на работе. Будет поздно. — соврала я дочкам.
После ужина Настя и Соня тихо играли в комнате, как будто поняли, что сейчас совсем не до них.
Я пила горстями успокоительные, звонила Яне и рассказывала подруге о своем крахе.
— Ань, не верю я в такие совпадения, что именно в этот момент Максим появился у кабинета твоего психолога. Эта Ольга хитрее чем мы думали. Она все подстроила! — Яна была готова раскрыть вселенский замысел.
— Это могло быть совпадением. Но от этого не легче. Ян, он ночевать не пришел.
Я заплакала. Подруга успокаивала, находясь на расстоянии. Как же мне хотелось сейчас оказаться в Санкт-Петербурге рядом со своими близкими.
Родные стены помогают. Сейчас я особенно поняла смысл этой фразы.
Москва не принимала меня. А я — ее. И понимала, что уже никогда не смогу полюбить этот город. Потому что где-то здесь находилась Ольга Демник, которая представляла угрозу для нашей семьи.
— Ань, Максим обязательно вернётся. Но и ты больше не говори ему об этой Ольге. Она и так занимает все твои мысли. — объясняла Яна.
— Это легко сказать. Ян, я теперь когда смотрю на мужа, вспоминаю эффектную Ольгу. И каждый раз в моем мозгу как будто дятел стучит. Ну, невозможно противостоять ее красоте, нежному голоску. Любой мужчина будет у ее ног. Достаточно Ольге Демник только пальцем поманить.
— Максим — не любой. Он тебя любит. — у Яны заканчивались аргументы.
— Ещё недавно, подруга, ты сама мне говорила, что голодного мужчину легко увести. — грустно напомнила я.
— Ань, надо ещё раз с Максом поговорить. Ну, хочешь я ему позвоню.
— Нет. Так будет только хуже. Он подумает, что я жалуюсь. Не хочу быть жертвой в этом треугольнике. — устало произнесла я.
День выдался морально тяжёлым. После разговора с подругой я зашла в ванну и посмотрела в зеркало.
Казалось, что за несколько дней в столице я постарела. В глазах больше нет привычного блеска. А все потому, что я больше не чувствую себя любимой.
Я отвернулась от зеркала. Не хотелось смотреть на себя такую — подавленную и слабую.
Я быстро набрала себе полную ванну воды. Девочки уже легли спать. Поэтому я могла вот так спокойно посидеть наедине с собой.
Мыслей в голове уже не было. То ли я сильно устала, то ли начали действовать успокоительные средства.
К моменту выхода из ванной комнаты меня сильно клонило в сон. Я плюхнулась в халате на кровать и сразу впала в дремоту.
Напряжение всех предыдущих дней постепенно уходило по мере того, как я впадала в сон.
А на утро показалось, что я проснулась совсем другим человеком. Готовым бороться за свое.
Как только проснулись девочки, я первым делом спросила не звонил ли им папа.
У Насти был свой телефон. Младшая София часто заимствовала его у сестры.
— Нет, мам, не звонил. — Настя отрицательно покачала своей головой.
— Так позвони ему сама. Скажи, что соскучилась. — предложила я.
— Зачем? — удивилась дочь.
В нашей семье было принято, что Максим всегда звонит мне. Дочки находились либо со мной, либо с моей мамой. Поэтому Максим, в случае чего, звонил прямо бабушке.
— Насть, папа устал на работе. Позвони, узнай как у него дела. Спроси, во сколько он будет. — я ненавидела себя за то, что приходится влиять дочь.
Мне нужно было узнать, приедет ли муж сегодня.
— Хорошо. — Настя схватила телефон и отправилась звонить в комнату.
София побежала за старшей сестрой. А я прислонилась к стене и старательно вслушивалась, о чем они говорят.
Их разговор был недолгим. Скорее всего, Макс занят. Потому что дочек очень любил. И на них свою злость точно не спустит.
— Папа приедет вечером. — София была довольная тем, что первой принесла мне новость.
— Хорошо. — внутри были смешанные чувства от раздражения до обиды.
Максим так сильно обиделся, что я в обход него пошла к его бывшей, что решил не ночевать дома. Это был нонсенс.
Муж пришел к вечеру. Весь его вид свидетельствовал об обиде. Нахмуренные брови, морщинка залегла на лбу.
— Ты не хочешь мне ничего объяснить?! — с порога заявила я.
— Я должен объяснять?! Ты изводишь меня своей ревностью! Пошла в клинику, шпионила за Ольгой и мной! Мне было стыдно за тебя, Аня!
Слова мужа хлестали больнее пощёчин.
— Работать на свою бывшую тебе не стыдно?! Не ночевать дома — не стыдно?! — слезы брызнули из глаз. — Раньше мы никогда так не ссорились!
— Ань, ты сама довела нашу семью до этого! Вместо поддержки — шпионишь! Ты достала меня своей ревностью!
— Я возвращаюсь в Санкт-Петербург! — мой голос дрожал.
— Ты просто не готова к взрослой жизни! Вроде бы мать двух дочерей! А ведёшь себя как сопливая девчонка! — зло произнес Максим.
— Мы все ещё можем вернуть назад. Максим, пожалуйста...
— Ничего уже не вернуть! Надо жить дальше! — упрямо заявлял муж. — Я хотел сделать тебе сюрприз. Но вижу, что ты не готова к подаркам. Вот, держи.
Максим кинул передо мной ключи и конверт с бумагами.
— Что это? — удивилась я.
— Я купил квартиру. Ты с девочками можешь переехать туда.
— А ты? — выдохнула я.
— Ань, нам лучше пожить отдельно. Ты не даёшь мне нормально дышать. Я поживу в этой квартире!
Глава 12. Анна
— Да как ты можешь вот так перешагнуть через столько лет брака?! Что я сделала преступного, что ты отказываешься от своей семьи?! — я кричала на всю квартиру.
— Я хочу жить спокойно! А у меня уже глаз дёргается от того, что ты выкинешь в следующий раз! Сегодня на работу ко мне заявилась под чужой фамилией! А завтра что?! В операционной появишься?!
Максим был в ярости. Впервые в жизни видела мужа таким.
Стало страшно. Но не за себя, а за нашу семью.
— Макс, это все она. Как ты не понимаешь?!
— Замолчи, Аня! Ну сколько можно?! У меня с Олей ничего нет! Она хороший человек! Помогла быстро найти квартиру по хорошей цене! — убеждал меня муж.
— То есть ты выбирал квартиру для нас тоже с помощью своей бывшей?!
— У Оли знакомые продавали эту квартиру. В этом же районе... — начал говорить муж.
— И ты не сказал мне?!
— Аня! Я хотел сделать тебе сюрприз! Мы же хотели квартиру рядом с моими родителями! — вены на шее мужа вздулись.
— Я не хотела жить рядом с твоими родителями. Потому что мы ненавидим друг друга!
Последние слова эхом повисли в тишине комнаты. Мы стояли и гневно смотрели друг для друга.
Ну почему? Ещё вчера мы могли часами разговаривать на общие темы. А сегодня ведём себя как чужие люди.
— И давно это ты ненавидишь моих родителей?! Они, например, ни разу подобного мне не говорили про тебя! — в голосе мужа сквозила обида.
— Ты прекрасно знаешь, что твоя мать меня всегда не любила. Так что не надо строить из себя блаженного! — зло прорычала я. — И не надо уходить от главной темы! Покупка квартиры — важное решение. Мы оба должны были выбрать новое жилище!
— Я выбрал то, что мне понравилось и на что хватило денег! При этом не надо было переплачивать риэлторам. Потом можешь поменять на другую квартиру. Я тебе и слова не скажу!
— Это не перчатки, чтобы их менять! — буркнула я, не понимая, как мог пойти на такое муж.
Свою квартиру в Питере мы вместе выбирали, создавали интерьер, обсуждали детали.
А тут так просто. Пошел и купил.
Потому что так посоветовала его бывшая!
Ну как тут не кричать и не истерить? Мои нервные клетки истончались. Я просто физически это чувствовала.
— Ань, я очень устал на работе. Поэтому давай закончим на сегодня этот разговор. — Максим устало потёр переносицу.
— Мой муж говорит мне, что не хочет жить со мной, а я должна сохранять спокойствие?!
— Я хочу жить с тобой и дочками. Но сначала мы оба должны выдохнуть и успокоиться. Поэтому завтра я отвезу вас в новую квартиру. А сам пока поживу здесь. — всем своим видом Максим показывал спокойствие.
Он все уже решил для себя. Сначала я хотела заплакать и сказать мужу, что он не может нас вот так бросить.
Но внутри сработал тумблер. Я устала плакать и страдать. Максим же полностью занял обиженную сторону.
— Обычно выдыхают и успокаиваются под одним одеялом в одной спальне! Сегодня ты ночуешь на работе, завтра в другой квартире, а что послезавтра? — я с вызовом посмотрела в темные глаза мужа, но в ответ увидела лишь его упрямство.
— А потом мы будем жить вместе. Я просто хочу отдохнуть.
— А дочерям я как должна это объяснить?! — у меня уже не было сил продолжать этот разговор, понимала, что мы оба в тупике.
— Ань, я не бросаю вас. Я так же буду общаться с тобой, Настей и Соней. Просто пару дней поживу один. Я тоже устал от переезда и этих эмоциональных качелей, которые ты устраиваешь каждый день.
— Странное желание к одиночеству. Но упрашивать и умолять тебя поехать в квартиру с нами я не буду. — мне не хотелось больше унижаться. — Главное, Максим, чтобы, когда ты захочешь вернуться, тебя ещё ждали!
Этим вечером мы больше не разговаривали друг с другом. Каждому было, над чем подумать.
На следующий день мы быстро собирали вещи, некоторые из них все ещё были запакованы в коробки, ожидая своего часа.
У Максима сегодня выходной. Поэтому он вместе с нанятыми грузчиками переносил многочисленные сумки.
Я с девочками села в машину мужа. Максим вез нас в новую квартиру.
Наверное, любая на моем бы месте радовалась. Но мне уже не по душе была квартира, которую я не выбирала.
Мы подъехали к серой пятиэтажке. Я и дочки взяли несколько пакетов в руки и поднимались вслед за Максом на второй этаж.
Квартира оказалась очень маленькой. Две комнаты, одна из которых проходная.
— Здесь же одна комната проходная. — я в удивлении посмотрела на мужа, с ностальгией вспоминая нашу комфортную недвижимость в Питере.
— Я знаю. Квартиры в Москве стоят дороже. Хватило только на эту. Подкопим денег, купим другую. — Максим даже не смотрел на меня, понимая, мое недовольство.
Я уныло смотрела на тесную квартиру. Грузчики еле помещались в ней, принося очередные коробки.
— Девчонки, ну как вам здесь? Нравится? — бодро спросил муж дочек.
Настя и Соня молча обводили взглядом стены со старенькими потускневшими обоями в зелёный цветочек.
Я зашла на кухню. Старая замызганная плита выделялась на фоне стареньких шкафчиков.
Я устала, мне хотелось плакать.
Сзади послышались шаги. Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы почувствовать Максима.
— Мы сделаем ремонт. Тебе понравится здесь. — раздался голос мужа сзади.
— Когда?! Когда мы сделаем ремонт?! Я не жена декабриста! Ты что не видишь, что твоя бывшая порекомендовала тебе отстойную квартиру?!
Мне надоело подбирать слова. Хотелось выплеснуть обиду на мужа. За все! За этот переезд, который сломал мне жизнь!
— Ань, тебе и правда нужно сходить к психологу! Потому что твои истерики доводят меня до белого каления. Ты постоянно всем недовольна! — муж развернулся и вышел.
Глава 13. Анна
— Мам, папа перестал нас любить? — с утра София подошла ко мне и задала этот вопрос.
— Нет. Ну, что ты, дорогая. — я присела на корточки и крепко обняла дочь.
Стало страшно, какие мысли в голове у моих дочерей. Последние скандалы и ссоры начали отражаться на них.
Для всех мы оставались идеальной семьёй. Мои родители не знали о происходящем разладе. Думаю, что свекры тоже не были в курсе.
Максим сдержал слово. Он не ночевал в новой квартире.
И я расценивала это как предательство. Он оставил нас в новом жилище, где ничего не было готово к заселению просто потому, что был обижен на меня.
Я решила, что больше не буду взывать к чувствам своего мужа. Моя бабушка всегда говорила, что нужно уметь отпустить ситуацию. Это я и собиралась сделать.
А ещё моя бабушка говорила, что муж и жена всегда должны спать под одним одеялом. А иначе — крах семьи.
София смотрела на меня своими большими глазами, не понимая, что происходит в нашей семье.
Мы находились в проходной комнате. Она теперь служила спальней для одной меня. Из маленькой комнаты вышла Настя, которая только проснулась.
— Как спалось на новом месте? — ободряюще улыбнулась я.
— Ужасно. Там мало места для меня и Сони. — Настя надула щеки, выражая свое недовольство.
— Потерпите, милые. Мы купим новые обои, сделаем ремонт и украсим новую квартиру. — я старалась поддержать дочерей, а заодно, и себя.
— В старой квартире мне нравилось больше. Мам, давай вернёмся. — канючила Соня.
— Девочки, вы же знаете, мы продали квартиру в Питере. И уже не вернёмся.
— Это все папа виноват! Нам было хорошо на старом месте! — вступилась Настя.
— Малышки, но ведь не место красит человека, а человек — место. Вот увидите, мы будем здесь счастливы! — я так рьяно убеждала своих дочерей, что сама поверила в это. — А хотите, мы сегодня погуляем по столице, посмотрим достопримечательности?
— Не хотим. — насупилась Настя, младшая сестра повторила за ней.
Все утро дочки обиженно сидели в комнате. А я оттирала ненавистную плиту. Смотреть вокруг себя не хотелось. Потому что эта квартира мне совсем не нравилась.
К обеду неожиданно приехал Максим. Я уже совсем не ориентировалась в его графике работы. И не понимала, когда у него выходной.
— Я заехал в строительный магазин, купил плитку для ванной. Будем потихоньку обновляться. — деловито заявил он.
— Только плитку? А обои, напольное покрытие? Кухонную мебель?! Тут надо все обновлять! — я стояла перед мужем в резиновых перчатках, с дулькой на голове, и уже совсем не хотелось прихорашиваться.
— Москва не сразу строилась. Все будет, Ань. Прояви терпение. — челюсть Максима сжалась от напряжения.
— А я и так терплю! Только не понимаю — зачем?! Ты перевез нас в Москву, а сам живёшь в другой квартире!
— Сегодня я останусь здесь. — ответил муж.
Это выглядело как одолжение мне. Но я промолчала. И так слишком много ссор.
То, что муж решил остаться с нами — уже хороший знак. Хотя внутри себя я совсем не почувствовала радости. И это было очень странно.
Весь день мы как пчёлки трудились. Я с девочками отмывала квартиру. Максим — отдирал плитку в ванной.
В перерывах от дел мы только могли поесть пельмени. Так как сил на приготовление нормальной еды не осталось.
Я так устала, что не сразу заметила, что муж приехал без своих вещей. Его рубашки и брюки, в которых он ходил на работу, остались в прежней квартире.
Максим как будто оставлял за собой запасной аэродром. Неужели я так выбешиваю собственного мужа, что в любой момент он готов сорваться обратно?
В тесной квартире было трудно разместиться. Но мы так устали, что уже не обращали внимание на это.
Настя и Соня сразу заснули. Максим долго принимал душ. Я уже лежала в кровати.
К тому моменту, когда Максим вошёл в комнату, сильно хотелось спать. Но я крепилась из последних сил, понимая, что муж может захотеть поговорить.
Но Максим общался со мной только на тему ремонта весь день.
Он вошёл в комнату и лег на кровать. Нет объятий и поцелуев перед сном как раньше. Что-то надломилось.
— Спокойной ночи. — прошептал Макс.
— Спокойной ночи. — ответила я.
Сразу вспомнились слова Яны про голодного мужика. Максим «голодал» уже несколько дней.
Глава 14. Анна
Новая квартира напоминала катакомбы. Серые облезлые стены в ванной комнате пугали даже меня.
На следующий день после работы Максим привез свои вещи. Я расценила это как хороший знак.
Ремонт нашего жилища я решила начать с реконструкции наших отношений. Переступила через свою гордость, подошла к мужу и обняла его.
Максим в этот момент продолжал демонтировать старую плитку в ванной комнате. Я подошла сзади и обняла его.
Муж тут же обернулся.
— Ань, я тоже соскучился по тебе. — он устало улыбнулся.
— Давай больше никогда не ссориться. — я крепче прижалась к мужу.
Макс тут же среагировал и поцеловал меня в губы... Но я не чувствовала абсолютно ничего. Не было привычного вожделения, страсти. Пустота.
Как только мы прервали поцелуй, Максим заглянул мне в глаза. Я улыбнулась.
— Я люблю тебя. — прошептала, смотря на мужа.
— И я тебя люблю, Ань. — ответил Макс.
Вечером Максим остался с девочками дома, а я вышла в супермаркет, чтобы купить продукты к ужину.
Заодно позвонила Яне.
— Кажется, у нас все налаживается. — сразу сообщила я.
— А чего голос тогда совсем не радостный? — сразу заметила подруга.
— Не знаю, Ян. Просто так много всего случилось за последние дни. Я устала. Даже поцелуй с Максом совсем не доставил удовольствия. Как будто какой-то холод появился.
— Это нормально. Он обидел тебя. А ты ещё не простила. — тут же сообразила Яна.
— Думаешь?
— Уверена, Ань. Надо, чтобы время прошло. А ещё лучше, чтобы Макс признал свою вину, купил цветы и бутылку шампанского. Может, подсказать ему? — усмехнулась Яна.
— Не надо. Раз сам не захотел, то и не надо.
Возвращаясь домой, я обдумывала слова Яны.
Да, Максим не признавал вину и совсем не хотел обсуждать тему о своей бывшей.
Это и стало барьером между нами. Недосказанность.
Но я решила больше не поднимать тему про бывшую мужа. Прошлое должно оставаться в прошлом.
Вечером я приготовила ужин. Максим с дочками находился в комнате, продолжал распаковывать вещи.
Я слышала детский смех. Казалось,что все возвращается на круги своя.
Вчетвером мы сидели за стареньким столом. Хотелось смотреть только на счастливые лица дочерей, на Максима, который с нежностью посматривал на них.
Настя и Соня помогли мне помыть посуду, пока Максим убирал свой инструмент в шкаф.
После душа я шла до кровати, как будто впервые ложилась в одну постель с мужем. Сердце стучало так, что его биение ощущалось в груди.
Как только легла в кровать, Максим обнял меня и притянул к себе.
— Анют, у нас все будет хорошо. Просто верь мне. — прошептал муж и стал целовать меня.
Я чувствовала, что он соскучился так же, как и я.
Наша близость была столь же чувственной как и раньше. Впервые за эти тяжёлые дни я смогла поверить, что все будет хорошо.
Даже заснула в объятиях мужа так крепко, что не слышала, как он с утра ушел на работу.
Разбудил меня плач Сони. Сначала я подумала, что сестры поссорились. Хотя случалось это крайне редко.
— Девочки, что случилось? — настроение было таким хорошим, что готова была тут же уладить любой конфликт.
— Соня потеряла свою игрушку. — объяснила мне старшая дочь, присев рядом на кровать.
— Я ее не потеряла! Мой львенок осталась на полочке в той квартире. — Соня подошла и посмотрела на меня глазами полными слез.
Дочь постоянно ходила с мягкой игрушкой в виде львёнка, который ещё служил рюкзачком.
— Милая, ты уверена, что оставила игрушку в съемной квартире?
— Да. — в глазах Сони появилась надежда.
— Ну хорошо. Тогда сегодня погуляем и заедем туда. Тем более, что я тоже не могу найти свою косметику. — легко согласилась я.
Сразу после завтрака мы на метро доехали до нужной станции. Я заранее посмотрела маршрут в интернете.
На удивление, быстро нашли нужный дом, где совсем недавно жили всей семьёй. Я на всякий случай позвонила в дверной звонок, так как боялась, что клиника мужа могла заселить нового сотрудника. Но никто не открывал. Значит, квартира все ещё пустует.
Девочки так радостно забежали внутрь, словно это было их родное жилище.
Соня тут же нашла своего львёнка, который и правда лежал на полке.
Мне же пришлось затратить время, чтобы найти косметичку.
— Я ведь оставляла ее в комоде.
— Мам, да вон твоя косметика. На кровати. Рядом с трусами. — крикнула из комнаты Настя.
— С трусами? — я обернулась.
Дочь показывала рукой на кровать. Моя косметичка лежала там. А рядом... Черные женские кружевные трусы... Не мои.
Глава 15. Анна
Трусы лежали на подушке. Я смотрела на кружевную ткань и понимала точно одно. Это не мои трусы!
Проверила косметичку. Все вещи на месте. Оглянулась по сторонам, залезла в шкаф. Никаких вещей в квартире не было. Значит, никто не заселился.
Сердце колотилось с бешеной силой. Руки тряслись. Неужели, изменил?
Я смахнула одеяло с кровати. Не знаю, что ещё искала. Доказательства измены? Улики неверности?
В голове сразу вырисовывались страшные картинки предательства мужа. Как он мог? Ведь ещё вчера говорил о своей любви, обнимал и целовал. Неужели Максим пошел на это? Нет, не могу поверить!
— Настя, Соня, поехали домой. — уныло произнесла я.
— А , может, мы здесь останемся. — младшая дочь совсем не хотела возвращаться в новую квартиру.
— Нет, милая, нам пора к себе.
— Мам, ты трусы забыла. — напомнила Настя мне о больном.
Я обернулась и снова посмотрела на кровать.
— Это не мои. — вырвалось у меня.
— А чьи? — тут же оживилась старшая дочь.
— Не знаю. — не было сил врать дочерям. — Идёмте. Нам пора.
Всю обратную дорогу я постоянно вспоминала это нижнее белье, оказавшееся на кровати.
Максим ночевал в квартире один. Или он был совсем не один?
Я представила его в объятиях бывшей. При этом на Ольге Демник было то самое нижнее белье, состоящее из черного кружева.
От былого хорошего настроения не осталось и следа. Все враньё! Мой муж нагло обманывал меня. Максим вел двойную жизнь!
— Мам, ты устала? Ты какая-то бледная. — заметила Настя, когда мы добрались обратно домой.
— Немножко. Идите поиграйте.
В горле пересохло. Я дошла до кухни и залпом осушила кружку с водой.
Розовые очки спали. Все вокруг снова казалось серым и невзрачным.
Я любила мужа настолько сильно, что даже допустила в своей голове мысль о том, чтобы простить измену, смолчать о том, что видела.
Голова болела от скопившихся мыслей и переживаний. Я не представляла, как жить дальше... Без него.
Глава 16. Анна
Сегодня я ждала Максима с работы как никогда. Первым желанием стало позвонить мужу и выяснить все по телефону.
Но так Максим снова будет считать меня истеричкой и рекомендовать пойти к врачу. Да и хотелось посмотреть в его глаза в тот момент, когда я буду говорить об измене. Только так смогу понять, врет мне муж или нет. Хотя я уже ни в чем не была уверена. После стольких лет брака сомневалась в муже.
К моменту прихода Максима я успела накрутить себя до такой степени, что уже полностью была уверена в его неверности.
— Привет, семья. — раздался его бодрый голос из прихожей.
Настя и Соня тут же побежали встречать отца.
В этой крохотной квартире мы даже не могли уединиться, чтобы пообщаться вдвоем. Мне совсем не хотелось выяснять отношения при дочках. Они и так уже были в курсе всех проблем своих родителей.
Максим пришел на кухню, где я делала спагетти на ужин. Муж приблизился, чтобы поцеловать меня, но я резко отпрянула.
— Настя, Соня! Идите в комнату! — жёстко скомандовала дочерям, хотя понимала, что и там все будет слышно.
— Но, мам. — старшая дочь решила противостоять.
— Настя, идите в комнату! Нам с папой нужно поговорить! — повторила сухо и зло посмотрела на мужа.
Максим напрягся, явно понимая, что я снова нахожусь не в настроении.
— Ань, что опять случилось? — устало спросил он, как только дочки ушли.
— Мы сегодня были в съемной квартире. — я многозначительно посмотрела на мужа.
Всматривалась в него, пыталась понять, врёт он или нет.
— Зачем? — Максим так же напряжённо смотрел на мое лицо, пытаясь понять, к чему я клоню.
— Соня забыла свою игрушку. А я косметичку.
— Хорошо. Вы все забрали? — Максим совершенно не испытывал смятения.
Как же я плохо его знала. Все эти годы слепо верила. А он...
— Забрали. А заодно, обнаружили кое-что интересное. — я уперла руки в бока. — Женские трусы!
— Трусы? — брови мужа взлетели вверх, а сам он усмехнулся. — Какие трусы?
Лицемер! Лжец!
— Это я тебя должна спросить, Максим, почему на постели валялось женское нижнее белье?! Ведь это ты там ночевал!
— Ань, говори тише. Наверное, это твое белье. А ты просто забыла. — муж сохранял удивительное спокойствие.
— Я хорошо знаю свое нижнее белье! Трусы не мои! Так чьи же они, Максим?! Твоей любовницы?! Ольга Демник ночевала с тобой?!
Я перешла на крик. Максим плотнее сжал челюсть.
— Ань, тебе и правда к врачу надо! — раздражённо произнес он.
— Ты хочешь сказать, что я сумасшедшая?! И мне привиделись эти трусы?!
— Ань, успокойся уже... —начал муж.
— Настя, подойди сюда! — позвала я дочь.
Настя выглядела испуганной. Слышала наши крики. Было видно, что дочка совсем не хочет подходить к нам.
— Насть, расскажи папе, что ты нашла на кровати в съемной квартире.
— Трусы. Я подумала, что это мамины. Но она сказала,что не ее. — неуверенно произнесла дочь.
— Даже ребенок говорит тебе, что это твое белье. Устами младенца глаголет истина. — раздражённо произнес муж.
— Мам, ну я пойду? — робко спросила дочь.
Я кивнула дочери, а сама обратила яростный взгляд в сторону мужа.
— А я тебе ещё раз повторяю — трусы чужой женщины! Твоей бывшей! Или не знаю, кого ты там приводил!
— Ань, не сходи с ума! Мне было бы смешно, если бы не так грустно! — Максим стоял на своем.
Мне уже казалось, что муж плавно намекает на то, что я рехнулась. Но ведь Настя подтвердила, что нижнее белье было в квартире.
Максим просто делает вид, что ничего он не понимает. Чем больше мы спорили, тем быстрее во мне росла уверенность в измене мужа.
Казалось, что я слишком плохо знала Макса. А он умело играет на два фронта, запудривая мне мозги. А я — дуреха! Потеряла бдительность. Растаяла от поцелуев мужа.
— Ты изменил мне! А сейчас прикидываешься божьим одуванчиком! Так имей совесть признаться, что предал! — я кричала, взывая к совести мужа.
— Ань, ты сошла с ума. Сегодня ночью мне показалось, что у нас все наладилось! Но я вижу, что ошибся! — жёстко произнес муж.
— Да, ты ошибся, если думаешь, что меня можно вот так просто обвести вокруг пальца. Ты мерзавец и подлец!
— Выбирай выражения! — теперь и Максим терял терпение. — Ну что же, если ты считаешь меня мерзавцем и подлецом, то может быть лучше нам просто разойтись?
— Разойтись?! Да, это будет лучшим решением! Я не хочу иметь ничего общего с тобой! — с гневом ответила я.
— Хорошо, как скажешь. Я уйду, но помни, что ты сама виновата! — сказал Максим, поворачиваясь к двери.
— Я продаю квартиру и возвращаюсь в Санкт Петербург! — мой голос звучал уверенно потому, что другого выхода не видела.
— Ань, ты сейчас на эмоциях. Я правда не понимаю, о каком белье ты говоришь. Может старые жильцы оставили. — Максим развернулся, подошел ко мне и попытался обнять.
— Не трогай меня! Никогда! Я не верю тебе! Трусы лежали на заправленной кровати! Они появились после моего выселения из квартиры! Ты изменил мне! Предатель! Ненавижу!
Я стучала кулаками по мощной груди мужа. Он старался успокоить меня, перехватить мои руки. Но во мне появилась такая сила, что я готова была крушить все вокруг.
— Аня! Я не изменял тебе! — прокричал Максим.
— Я с девочками уезжаю в Питер!
— Я не дам тебе увезти детей! — сопротивлялся муж.
— Я не собираюсь тебя больше спрашивать! Ты и так испортил нам жизнь! Видеть тебя не могу!
— Ну раз не можешь, то я ухожу! Надоели твои истерики каждый день! Но и дочерей своих не дам увезти из-за того, что их мать сходит с ума! Квартиру продать не дам. Будете жить в Москве!
Глава 17. Анна
— Я хочу продать эту квартиру. Куплю недвижимость в Питере. А ты оставайся со своей бывшей! — упрямо заявила я.
— Ань, я не дам тебе увезти дочек из-за того, что у тебя паранойя. Я же сказал, что не изменял тебе. Что ещё нужно?! — Максим выглядел удручённо. — Эту квартиру не дам продать. Она твоя и девочек. Я не претендую. Но и продать ее не дам.
— Значит, по суду будем делить квартиру!
— Ты хочешь развода? — муж смотрел на меня так, как будто я сошла с ума.
Я не знала, что ответить ему на этот вопрос. Понимала, что от одного неосторожного слова не одна моя жизнь может полететь под откос.
Но я уже была уверена, что Максим изменил мне. Не доверяла ему. Понимала, что его мысли и чувства заняты другой.
— Ты не оставил мне выбора. — прошептала я.
— Выбор есть всегда, Аня! И сейчас ты веришь каким-то нелепым домыслам, а не мне! Я не знаю, откуда в квартире нижнее белье. Но я точно знаю, что никогда не предавал тебя! — сухо ответил Макс.
— Я больше не верю тебе.
И это было самое страшное.
Мой муж сам посеял зерно недоверия. Оно прорастало так быстро, что уже разрушало своими корнями нашу семью.
— Ань, что ты хочешь от меня? — устало спросил Максим.
— Чтобы ты ушел! Можешь вернуться в ту квартиру и посмотреть на нижнее белье, которая забыла твоя любовница! — эмоционально произнесла я.
Максим молча развернулся и вышел из кухни. Я слышала, как он достал из шкафа свою сумку, быстро собирал вещи.
— Мам, папа разве уходит? — Настя подошла ко мне и тихо задала вопрос.
Я сразу отметила, что в голосе дочери не было удивления. За эти тяжёлые дни ссор и недопонимания даже дети привыкли к тому, что папы нет рядом.
— Да. Уходит. — ответила я.
— Куда? — не сдавалась Настя.
— Поедет в съёмную квартиру.
— За трусами? — с сомнением спросила дочь.
В любой другой ситуации мне стало бы смешно от наивного вопроса Насти. Но сейчас хотелось только плакать.
— И за ними тоже. — хрипло прошептала я, стараясь откашлять неприятный ком, который раздирал мне горло.
Настя больше не задавала вопросов. Вместе с Соней она провожала в коридоре отца. Я слышала, как они прощались.
Максим обещал, что скоро приедет. А потом хлопок входной двери. И тишина. Такая гнетущая, она заполняла собой все внутри.
Сразу после его ухода ко мне подошла младшая дочь.
— Папа уехал на работу? — спросила Соня.
— Да. — соврала я, чувствуя, как слезы скатываются по щекам.
Я не понимала, как жить дальше. Максим четко дал понять, что не отдаст квартиру для того, чтобы мы переехали обратно в Санкт-Петербург.
Я могла вернуться с дочками к родителям. Но была уверена, что буду каждый день слушать о том, какую ошибку совершила.
Родители обожают Максима. Папа часто ездил с зятем на рыбалку. А мама искренне считала, что мне очень повезло выйти замуж за Макса.
Поэтому я оттягивала момент разговора с родителями.
Проблем и так хватало. И теперь основная из них — мне нужно на что-то жить и содержать детей.
Я, конечно, надеялась, что муж не пойдет на то, чтобы полностью оставить нас без средств к существованию. Максим не такой... Хотя. Я уже не была так уверена в муже.
У меня была банковская карта. Максим регулярно перечислял мне основную часть своей зарплаты на семейные расходы. Но теперь все изменится.
Мне нужно было с кем-то поговорить. Поэтому позвонила Яне и все ей рассказала.
— Ань, не горячись. Я знаю тебя и Максима. Вы же любите друг друга. Странно все это. Трусы на постели... Не могу поверить, что Максим изменил тебе. — подруга пребывала в шоке.
— Ян, я собираюсь вернуться в Питер.
— Вернуться всегда успеешь. Но лучше возвращаться на коне, а не побитой собакой. — подруга говорила прямо.
— Максим упёрся рогом и не хочет продавать квартиру в Москве.
— Ань, не спеши уезжать. Попробуй пожить в столице. Время ещё есть подумать. Если уедешь, свекровь накрутит Макса так, якобы ты убежала от трудностей к мамке под бочок. — Яна старалась найти подходящий выход из ситуации.
Разговор с подругой заставил меня переосмыслить собственное мнение. Мне уже не казалось, что положение безвыходное.
Я, действительно, успею вернуться в родной город в любой момент. Почему бы не попробовать самостоятельную жизнь... Без Максима.
Деньги на первое время у меня были. Поэтому у меня есть возможность выдохнуть. Я прекрасно знала, что не стоит принимать поспешных действий в состоянии, когда депрессия охватывает с головой.
— Девочки, поехали погуляем в парке ВДНХ. — предложила я дочкам на следующий день, решив не угасать в четырех стенах.
Мне надо было отвлечься.
Настя и Соня с энтузиазмом отозвались на мое предложение. Наверное, им тоже порядком надоело сидеть в квартире.
Мы быстро собрались и добрались на метро до нужной станции. Погода была прекрасной. Солнце пряталось за облаками, позволяя передохнуть людям от знойной жары.
Парк поразил своим великолепием и масштабом. Весь день мы провели, изучая красивые аллеи, цветники и музеи.
Впервые столица открылась мне с новой стороны. Она уже не казалась мне чужой.
Домой мы добирались поздно вечером. В метро я достала свой телефон и посмотрела на экран. Максим так и не звонил.
Я устала физически. Но морально наполнилась новыми эмоциями. Решила больше не зацикливаться на измене мужа. Больше не будет истерик.
— Мам, папа звонил. Я перезвоню ему. — Настя оставляла свой телефон дома и только сейчас заметила не отвеченный вызов.
Я слышала как дочки мило общаются с отцом, рассказывают о проведенном дне в парке.
Пока Настя и Соня разговаривали с отцом, я просматривала вакансии терапевта в столице.
Максим не подозвал меня к телефону. Мы больше не хотели общаться с друг другом. Мне приходилось начинать жить заново.
Я быстро заполнила резюме на сайте. И одним кликом отправила его в несколько организаций, где требовался врач.
Глава 18. Анна
Максим позвонил только через день.
— Как дела? Как девочки? — его голос звучал сдержанно.
— Ты же звонил им. Наверное, сам все знаешь.
— Ань, ты разве не дома? Шум какой-то. — Максим понял, что я на улице.
— Я иду на собеседование. Устраиваюсь на работу! — гордо заявила мужу.
— Мы же решили, что до осени нет смысла суетиться. Я достаточно зарабатываю. Деньги буду вам перечислять, как и раньше. — после небольшой паузы ответил муж.
— Макс, я и сама отличный специалист. И уж точно не пропаду! Я хочу посмотреть до сентября, как пойдут дела в Москве. Если не получится, заберу половину квартиру по суду и уеду в Питер.
На удивление, мой голос звучал уверенно. Я все для себя решила. Не будет сожалений.
Я попробую жить в Москве. Столица — единственное, что связывало меня с мужем.
Я просто боялась себе признаться, что не готова вот так просто оставить его. Нужно время переболеть. И оно у меня было.
— Хорошо. — хрипло пробормотал муж.
— Ну, мне пора... — я уже собиралась отключить телефон, не в силах больше изображать беззаботность.
— Ань. — неуверенно начал Макс. — Я завтра хотел вечером заехать.
Мне хотелось спросить: «Зачем?». Но не решилась. Потому что ответ мужа может совсем мне не понравиться.
Наше общение теперь представляло собой поток обвинений. Поэтому Максим мог приехать, чтобы увидеть девочек или за вещами.
— Хорошо. — ответила я и отключила телефон.
Старалась не думать о муже, настраивала себя на новую жизнь.
Частная клиника, в которой была вакансия терапевта, находилась недалеко от новой квартиры. Можно легко дойти пешком по тенистому проспекту.
Внутри меня встретила улыбчивая администратор, которая проводила до кабинета директора.
Элегантная женщина средних лет с модной короткой стрижкой сидела за столом.
— Меня зовут Татьяна Михайловна. Я директор клиники. — представилась она.
— Мне очень приятно. Я — Анна.
Татьяна Михайловна кивнула в знак того, чтобы я присела. Директор строго просматривала заполненный бланк с резюме. Но тут же ее лицо оживилось.
— Вы из Питера? — улыбка тут же преобразила ее строгое лицо.
— Да. Родилась и выросла в Санкт-Петербурге.
— Родная душа. Я же сама родилась в Питере, родители до сих пор там живут. — оживилась Татьяна Михайловна.
Мы стали говорить об улицах, где были расположены наши дома. Эти воспоминания дарили нам обеим только положительные эмоции.
— Я очень рада, Анна, что вы теперь будете работать у нас. — в заключение произнесла директор клиники.
— Так значит, вы берете меня на работу? — я испытала внутри себя облегчение, все складывалось просто отлично.
— Ну конечно. — Татьяна Михайловна широко улыбалась.
Выйдя из здания клиники я почувствовала уверенность в себе. Теперь у меня есть хорошая работа с достойной зарплатой.
Даже дышать стало легче. Завтра выхожу.
Дома ждали девочки. Уходя, я дала им поручение почистить картофель. И они справились. Как смогли, местами неуклюже, но справились. Мы готовились к самостоятельной жизни. Только мы втроём.
Вместе приготовили ужин. Втроём сидели за столом. Было непривычно.
— Мам, а папа когда приедет к нам? — вопрос Софии заставил вздрогнуть.
— Завтра вечером. — я старалась сохранять спокойствие.
— Насовсем? — тут же подключилась Настя.
— Папа пока поживет в съемной квартире.
— Почему? — не сдавалась старшая дочь.
— Потому что так ему ближе добираться до работы.
Мне было стыдно перед дочками за то, что нагло приходится врать. Но и сказать правду им не могла. Потому что ещё сама до конца не понимала, к чему приведет наш разлад.
— Настя, ты завтра посидишь с Соней. А я пойду на работу. — объявила дочерям.
— На весь день? — Настя тут же сникла.
— Пока да. Потом мне обещали сменный график.
Мне и самой было страшно оставлять дочерей в незнакомом городе. Они всегда были под присмотром. Нам приходилось приспосабливаться под новые условия.
Первый рабочий день, на удивление, прошел спокойно. В частной клинике пациенты приходили по записи. Нет переработок, к которым я привыкла на своей прежней работе.
Я познакомилась со многими сотрудниками. Все оказались приветливыми людьми.
В перерывах между работой постоянно звонила дочкам. Сильно переживала за них. Но Настя уверяла меня, что все в порядке.
— Суп мы разогрели в микроволновке, пообедали. — отчиталась старшая дочь. — Мам, а ты скоро?
— Скоро, милая. Я уже соскучилась по вам.
После работы зашла в магазин и побежала скорее домой.
С каждой минутой я все больше понимала, какого это — быть матерью — одиночкой. Я больше не могла положиться на Макса. Приходилось рассчитывать только на себя.
К моему удивлению, дочки даже помыли посуду.
— Какие вы у меня самостоятельные. Мои милые помощницы, как же я вас люблю.
Я обняла Настю и Соню, почувствовала как сильно соскучилась за этот день.
В этот момент в дверной звонок позвонили.
— Это папа! —София тут же подскочила к двери.
Было больно смотреть, как сильно дочки ждут отца.
Я открыла дверь. Дочки тут же кинулись на шею отцу. Тот подхватил сразу обеих и слегка покружил.
— Мои малышки! Как вы себя вели? — Максим выглядел не выспавшимся и слегка осунувшимся.
— А мы сегодня были одни! Я смотрела за Соней. Сами ели и мыли посуду. — рассказывала Настя.
Максим тут же посмотрел на меня поверх дочерей. Челюсть плотно сжата, взгляд непроницаем.
— А мама где была? — муж продолжал испытывать меня взглядом.
— На работе. — за меня ответила Соня.
Я продолжала молчать.
— Ань, ты разве уже вышла на работу? Так быстро? — Максим заметно напрягся.
— Да. — спокойно отозвалась я.
— В какую больницу устроилась? — не отставал муж.
Мне хотелось съязвить, что точно не в клинику Демник. Но я вовремя опомнилась, что больше не буду упоминать даже имя бывшей мужа.
— В частную клинику. Недалеко от квартиры. График хороший, коллектив тоже. — я прямо смотрела в глаза мужа.
В его взгляде промелькнуло сомнение. Но он не стал противоречить.
Девочки увели отца в комнату, чтобы рассказать о поездке в парк. А я осталась на кухне, чтобы приготовить поесть.
Через несколько минут ко мне подошёл Максим.
— Я видел нижнее белье в квартире. Ань, я не знаю, откуда оно там. Ты можешь мне поверить? — Максим тут же откашлялся, словно нервничал.
— Я тоже не знаю, откуда оно там! — мой голос прозвучал сухо.
— Я хочу, чтобы мы жили как раньше. Ты, я и девочки. — взгляд мужа проникал куда-то вглубь меня.
— Макс, я больше не доверяю тебе. И это самое страшное. Я осталась в Москве из-за тебя, хотя могла забрать девочек и уехать. Не хочу лишать тебя дочерей. Надо разобраться в себе. Потому что я запуталась.
— Ань, я люблю тебя! А ты — меня! Что ещё нужно? — Максим попытался сделать шаг ко мне.
Но я тут же отпрянула. Не хотелось поддаться под его воздействие.
— Пообещай, что если у меня не получится в Москве, то ты не будешь препятствовать моему отъезду с девочками. — я серьезно посмотрела на мужа. — В свою очередь, я обещаю, что постараюсь свыкнуться с жизнью в столице.
— Ань...
— Пообещай, Макс! — потребовала я.
Глава 19. Максим
Аня больше не устраивала истерик. Но лучше бы она кричала и высказала все, что думает. Вместо этого жена ставила условие.
Отпустить ее и дочек в Питер, если не получится в Москве.
Как она не понимает, что я вообще не хочу ее отпускать от себя. Потому что люблю!
Но Аня как будто меня не слышит. Вдолбила себе в голову, что я изменил. Сначала у жены была паранойя насчёт того, что Оля — мой директор. А теперь эти долбанные трусы!
Честно говоря, я был уверен, что это нижнее белье моей жены. Аня что-то сама перепутала.
Но доказывать ей это не было смысла. Потому что я знал, что в ответ меня ждут только упрёки и претензии.
— Ань, я обещаю тебе, что не буду препятствовать вашему отъезду, если не получится в Москве. — мне пришлось пойти на ее условия.
Понимал, что Аня имеет ввиду раздел имущества. Но я даже не собирался на него претендовать. Квартира — жены и дочек.
Единственное, чего хочу, чтобы мы были все вместе. Но какое-то недопонимание встало прочно между нами.
Жена больше не поддерживает меня как раньше. Между нами такой холод, что зубы сводит.
— Ань, я тебя люблю. Давай жить вместе. — сделал ещё одну попытку.
Аня отвернулась к плите. Я смотрел на ее спину, напряжённую.
— Поживем отдельно. — тихо произнесла она, так и не взглянув на меня.
Из дома я вылетел как ошпаренный. Ну почему?! Как мы докатились до этого?!
Жена не хотела больше меня слышать. От нее летели только немыслимые обвинения.
Я стал плохо спать. Уже не понимал, как все вернуть назад.
Если ещё недавно я был счастлив новой должности, оптимистично смотрел на переезд в Москву, то сейчас все померкло. Уже не верилось в светлое будущее.
На следующий день подошёл к Ольге на работе. Она стояла в коридоре, рядом со своим кабинетом.
— Оль, мне придется оставить работу. Извини.
Я чувствовал смятение. Ольга рассчитывала на меня как на профессионала. А я подвёл.
— Почему? — голубые глаза Ольги округлились.
— Хочу вернуться в Питер. — лаконично ответил, надеясь ,что не будет расспросов.
— Максим, зайдём ко мне в кабинет. — Ольга дружелюбно улыбнулась, понимая, что в моей жизни полный крах.
Мы вошли в кабинет, который всегда напоминал мне уютную гостиную.
— Присаживайся. — Ольга указала рукой на кресло для посетителей.
— Будешь сеанс со мной проводить? — я усмехнулся, плюхнувшись в кресло.
— Если надо, то буду. Максим, мы не чужие друг другу люди. Что с тобой происходит?
— Оль, я не твой пациент. Так что не надо со мной этих психологических штучек. — я старался не смотреть на нее. — Не получается у меня в Москве, хочу вернутся с семьёй обратно.
— Как это не получается? Тебя хвалят все пациенты, коллеги рады, что ты теперь работаешь с нами. — голос Ольги звучал мягко. — Это из-за жены?
— Нет. Просто тянет в Питер. — совсем не хотелось копаться в своей личной жизни.
— Как ты помнишь, твоя жена приходила ко мне на терапию. Максим, я не хотела тебя огорчать. Но ее психика совсем не устойчива. — Ольга многозначительно смотрела на меня.
— Бред! — сразу отреагировал я.
— Максим, я не первый день в медицине.
— Оль, я не хотел тебя обидеть. Но у моей жены все нормально с психикой. — сказал серьезно.
— Я могу ей выписать антидепрессанты... — Ольга снова сделала попытку.
— Не надо. Мы сами справимся. — я встал, чтобы уйти, но решился задать волнующий вопрос. — Оль, ты кого-то ещё в квартиру заселяла после нас?
— Нет. Конечно, нет. Ключи же так и остались у тебя. — Оля тоже встала с кресла и заинтересованно посмотрела на меня. — Почему ты спросил?
— В квартире чужое женское белье. Аня с дочкой обнаружили.
— Максим, в квартире была только ваша семья. Никто другой не заселялся. — Оля подошла и положила руку мне на плечо, ее голос звучал мягко. — Я же тебе говорю — антидепрессанты.
Я встретился глазами со взглядом Ольги. Она была хорошим специалистом, хотя я не очень-то верил во все эти психологические штучки. Но мне совсем не хотелось верить в то, что у Ани проблемы по здоровью.
Хотя в последнее время жена была на эмоциях. Но у Ани точно все в порядке с головой.
Я уже готов был сорваться обратно в Питер. Ведь все это только ради семьи. Думал, что везу жену и дочек к новой лучшей жизни. А в итоге теряю семью.
— Максим, тебе надо строить карьеру. Думать о том, что ты высококлассный специалист! — настаивала Оля.
— Говоришь, прямо как моя мать. — горько усмехнулся я.
У матери любимая тема заключалась в том, что мне надо двигаться по карьерной лестнице.
— Алла Леонидовна — мудрая женщина. Помнишь, как она готовилась к нашей свадьбе? Платье купила, такое дорогое жаккардовое с отложным воротником. — Оля мечтательно улыбнулась.
Я вспомнил этот момент. Мама иногда опережала своими мыслями действия других.
Я и Оля просто встречались. Но мама так хотела нас поженить поскорее, что уже купила наряд к нашей свадьбе.
— А потом она очень переживала, что платье ей не пригодилось. — усмехнулся я.
— Жаль, что не пригодилось. — внезапно сказала Оля.
Я удивлённо посмотрел на нее. Прошло много лет. Слишком много.
Мне хотелось напомнить, что она сама бросила меня ради другого — более успешного и богатого. Он то и стал впоследствии мужем Ольги. Но я решил не ворошить прошлое.
— Максим, у нас корпоратив намечается. — Оля быстро сменила тему.
— Нет. Я не пойду. Настроения нет.
— Максим, ну ты что. Юбилей клиники. Весь коллектив соберётся. Не обижай меня, Макс. — Ольга дружелюбно улыбнулась. — Заодно развеешься от своих мыслей.
Идти совсем не хотелось. Проблем и так куча. Но в одном Оля точно права — развеяться нужно. А то скоро антидепрессанты понадобятся мне.
— Хорошо, приду. — согласился я, встретив радостный взгляд Ольги.
Глава 20. Анна
— Ань, ну и сколько ты будешь замалчивать свои проблемы? Нужно рассказать родителям. — Яна отчитывала меня по телефону.
— Не хочу их расстраивать. Да и налаживается все. Работа мне нравится, коллектив тоже. Девчонки привыкают уже.
— Вот только ты на грани развода. Если бы не маленький, я бы точно к тебе приехала. — сокрушалась подруга.
— У меня все под контролем. Ян, не волнуйся, прошу тебя.
— Как не волноваться? Позвони сама и поговори ещё раз с Максимом. — настаивала подруга.
— Ян, ты же сама говорила, что мужчина не может долгое время ходить голодным. А что это значит? Что мой муж утоляет где-то голод.
— Ань, если ты месяцами не будешь спать с мужем, то он точно пойдет налево. А пока факт измены не доказан. — Яна пыталась спасти нашу семью.
— А трусы? — я напомнила о найденной улике.
— Трусы могла подбросить Демник. Эта кобра пойдет на все, чтобы вас рассорить.
— Я думала об этом. Но вряд ли бывшая мужа подбросила трусы. Это надо было продумать все до мелочей. А тут явно кто-то просто забыл свое нижнее белье. Может быть это вовсе не Демник. Максим мог познакомиться с кем-то другим.
Одна только мысль об этом причиняла боль. Мне не хотелось вспоминать об измене мужа.
— Мне кажется, если бы Максим полюбил другую, то он признался в этом. — заметила Яна.
— Ни один мужчина не сознается в своей интрижке. О предательстве говорят уже тогда, когда хотят уйти из семьи. Предлагаешь мне дождаться этого момента?
У Яны больше не было доводов в пользу сохранения моей семьи.
Я пыталась отвлечься от проблем с Максом, спрятаться за новой работой и бытовыми хлопотами. Настя и Соня хорошо справлялись вдвоем. Скучали, но относились с пониманием.
Максим звонил каждый вечер дочкам, долго общался с ними.
— Мам, папа сегодня заедет вечером. — радостно сообщила Соня.
Каждый приезд мужа переворачивал все внутри. Наши разговоры не задавались. И я с ужасом ждала, что рано или поздно мы оба заговорим о разводе.
Сегодня Максим был угрюм и печален. Дочки тут же принялись рассказывать отцу о том, как они проводят дни. Тот слушал молча.
— Ну и сколько мы так ещё будем жить? — он обратился ко мне, когда мы остались наедине.
Я смотрела на мужа. Всегда красивый и статный. Максим легко проживет без женщины. Он относился к тем мужчинам, который сам легко простирает носки, погладит себе рубашку.
Вот и сегодня он явно приехал после работы. Выглаженная голубая рубашка, черные брюки со стрелочками. Тщательно выбритое лицо, только взгляд потускнел. Даже показалось, что муж похудел за эти дни.
Что-то надломилось внутри. Мне хотелось подойти и обнять его.
— Как дела на работе, Максим? — я решила перевести тему потому, что не знала как ответить на вопрос мужа.
— Хреново. Потому что я постоянно думаю о тебе. Даже на операции. — раздражённо ответил Макс.
Я видела, что он на пределе. Впервые за эти дни пришла мысль, что муж не изменял. Разве переживал бы он так, если бы не любил?
Или переживает, что попался с этими трусами? Ведь Макс никак не ожидал, что я снова появлюсь в съемной квартире.
Яна считала, что все это происки Ольги Демник. Но я сомневалась, что бывшая мужа настолько продумала подобный ход событий.
— Максим, я больше не хочу споров и выяснения отношений. Мы оба пытаемся построить свою жизнь... — начала я.
— Ань, я хочу вместе строить эту самую жизнь. Неужели не понятно?! — зло произнес муж.
Сегодня на эмоциях находился он. Было заметно, что Макс еле сдерживает себя.
— Ты сам хотел жить в Москве. Не спросил меня, когда покупал эту квартиру. Ты все решил сам! — мне совсем не хотелось переходить к взаимным обвинениям, они как-то сами вырывались.
— Я хотел сделать тебе подарок. Своя недвижимость в Москве — об этом многие мечтают.
— Но только не я! А ты не учитывал мои желания! — мой голос прозвучал раздражённо.
— Ань, я всю жизнь жил для тебя. И ты прекрасно это знаешь. Но когда стало нужно пожертвовать комфортом, ты стала протестовать, искать дурацкие причины для того, чтобы поссориться. — Максим тоже выговаривал свою обиду.
— Мы снова ссоримся. Почему мы больше не можем разговаривать как цивилизованные люди? — я горько усмехнулась.
— Для этого нужно поверить своему мужу и жить вместе. — с обидой произнес Макс.
Я не стала отвечать на очередную претензию. Уже не было сил выяснять отношения. Хотелось вытеснить все обиды из своей жизни.
Макс это понял. И решил сменить тему.
— У моей матери послезавтра день рождения. Юбилей. Она не знает, что происходит в нашей семье... — Макс смотрел на меня, следил за моей реакцией.
— Ты хочешь, чтобы я пошла на празднование?
— Да. Ты и девочки. — муж тут же оживился. — Празднование будет проходить в семейном кругу. Тетка моя с семьёй должна приехать, только свои.
Я хорошо понимала мужа. Потому что сама тоже не сказала родителям о том, что мы не живём вместе.
Видеться с Аллой Леонидовной совсем не хотелось. Сначала я даже собралась отказаться, придумать какой-либо повод.
Но мне не хотелось так сильно подставлять Максима. Я верила, что в подобной ситуации муж поддержал бы меня.
— Хорошо. Я приду на день рождения твоей мамы.
Глава 21. Максим
Нервное напряжение скапливалось в неприятный ком внутри. Я чувствовал, что уже не могу контролировать себя.
Недавно проводил операцию пациента, в середине которой просто отключился. Потому что постоянно думал о жене. С трудом удалось собраться и завершить операцию.
Такое было впервые со мной. Я всегда подходил к работе с холодным рассудком, тщательно просчитывал каждый последующий шаг. Но в этот раз все поменялось. Я чуть не совершил врачебную ошибку.
Волна смятения сносила меня с ног. Я уже не чувствовал опору под собой. А все потому, что рядом не было моей семьи. Я скучал, готов был выть от одиночества.
Аня же прочно стояла на своем. Я уже не понимал, что ей нужно от меня. Сознаться в измене, которой не было?
Каждая встреча с дочками как кинжал в сердце. Как будто его проворачивали несколько раз, оголяя все больше свежую рану.
Я смотрел на своих девочек. Хотелось прижать их к себе и уже никогда не отпускать.
Все больше я задумывался о возвращении в Санкт-Петербург. Но уже не был уверен в том, что Аня и там захочет быть со мной. Поэтому не решался предложить жене вернуться в ее родной город.
Мне казалось, что Аня сильнее меня. Ещё недавно билась в истерике, а теперь сохраняет спокойствие. Быстро пошла и нашла новую работу. Мы как будто поменялись местами.
До последнего момента я не хотел идти на корпоратив. Знал, что пообещал Оле. Но сил и желания не было. Впервые хотелось засесть одному в квартире и напиться так, чтобы забыть обо всем.
На следующий день Ольга подошла ко мне в клинике.
— Максим, напоминаю, что в 20:00 ждём тебя в ресторане. — сказала она.
— Я постараюсь.
— Максим, я заеду за тобой. — Оля поняла, что я не хочу идти.
— Не надо. Я сам приеду. — встретил недоверчивый взгляд. — Обещаю.
— Я очень надеюсь на тебя. — Оля тут же улыбнулась.
Вечером я сам погладил себе рубашку, надел костюм. Закинул в рот хлеб, который уже превратился в сухари. Ужин холостяка.
В назначенное время я был в ресторане. Большинство коллег уже собралось за длинным банкетным столом.
Ольга появилась позже всех. Она прошла через весь зал в черном платье, стараясь приветствовать каждого.
Коллеги смеялись весь вечер. Тосты лились рекой. Я почти не слушал приветственные речи сотрудников.
В середине вечера отошёл к бару и сел за стойку. Не хотелось никого видеть. Настроение паршивое.
Бар находился вдалеке от основного зала. И это было на руку мне
— Виски... Двойной... — сказал я бармену, уткнувшись взглядом в столешницу.
Шум и торжественные речи отступили на второй план. Я решил допить виски и улизнуть незамеченным.
В этот момент мое плечо тронули. Я поднял взгляд. Рядом стояла Ольга.
— Ты решил спрятаться здесь? — она села рядом на высокий стул.
— Оль, только не надо жалости. Просто хочется побыть одному. Не хочу портить остальным вечер своей кислой миной.
Я посмотрел на Ольгу. Но она совсем не обиделась. Даже улыбнулась. А пальцы внезапно коснулись моего лица.
— Совсем не «мина». — рассмеялась она. — Максим, ты ведь совсем не изменился.
Оля не спешила убирать руку от моего лица. Пальцы скользнули по щеке, плавно скатились по шее и остановились на плече.
Этот жест показался весьма интимным. То ли я изрядно перепил, что мне уже мерещится то, чего нет на самом деле.
— Изменился, Оль. Скоро дочки уже невестами станут. — при воспоминании о дочерях сердце сжалось.
— Ты и сам ещё как жених. — Ольга снова рассмеялась. — Помнишь, как мы вдвоем ездили в дачный домик моих родителей? Вдвоем... Только ты и я.
Даже в глазах Ольги появилась пелена воспоминаний. Она словно окунала нас в прошлое. Туда, где была такая лёгкость и беззаботность.
— Хорошие были времена. — я улыбнулся.
Несмотря на наше расставание, нам было что вспомнить. Первая любовь — наивная и чистая.
— Максим, ты когда-нибудь думал, что все могло сложиться иначе? Если бы мы тогда не расстались. — голос Ольги звучал вкрадчиво, она пригнулась чуть ближе и уже не улыбалась.
— Оль, все сложилось так, как должно быть. — серьезно ответил я.
— Я не верю, что ты не думал о нас...
— Нас уже давно нет. Ты сама сделала выбор. — напомнил я о ее поспешном замужестве.
— Я выбрала деньги. Не любила его, а вышла замуж. Максим, я всю жизнь любила тебя. — Ольга внезапно прильнула ещё ближе, ее губы оказались совсем рядом.
Она поцеловала меня со всей пылкостью и страстью. А я отпрянул.
— Оль, это лишнее. — мне показалось, что вмиг протрезвел.
Смотрел на бывшую во все глаза. Все такая же красивая, эффектная. Но не моя. Потому что моя — это Аня.
— Ты же женился на зло мне. — сухо произнесла Ольга.
— Не правда. Я полюбил Аню.
— Максим, Я сожалею, что ушла от тебя... Тогда... — Оля снова приблизилась.
— Мы все сделали правильно. У тебя есть сын, у меня — дочки. — мне приходилось тщательно подбирать слова.
— Но ведь дети не заменят любви, страсти. — Ольга поправила воротник моей рубашки и заглянула мне в глаза.
— Дети и любовь — для меня понятия равные. Оль, я пойду.
Я слез с высокого стула. Только сейчас понял, что выпил уже достаточно потому, что перед глазами поплыло.
— Максим, останься. — Оля взяла меня за руку.
Уже через секунду она обвила своими руками мою шею и прильнула всем телом.
— Мы ведь ещё не танцевали. Как раньше. Медляк под Стинга. А какие романтики ты мне устраивал. — она жарко шептала мне на ухо.
Мне все сложнее было сконцентрироваться. Алкоголь туманил сознание.
Я с трудом разжал руки бывшей и отстранился.
— Я ведь все такая же, Максим. — с обидой произнесла она.
— Дело не в тебе. Просто я уже не тот мальчишка.
Глава 22. Анна
Я ещё раз посмотрела в свое отражение в зеркале. Синее платье в горох с расклешенной юбкой — лучшее, что было в моем гардеробе для сегодняшнего дня.
Я тщательно готовилась ко дню рождения свекрови. Хотелось выглядеть элегантно и не вызывающе. Иначе Алла Леонидовна не переживет такого позора.
Хотя признаюсь — в моей голове возникла мысль о небольшом бунте. Захотелось надеть что-то яркое и неподобающее, чтобы челюсть у матери Максима отпала и уже не возвращалась на место.
Но здравый смысл возобладал. Я поправила подол платья. Колени прикрыты, все как в высшем обществе.
— Мам, нам обязательно идти? — Настя задавала один и тот же вопрос все утро, как будто надеялась, что в десятый раз ответ будет другим
Но я не сердилась. Как никто другой, понимала дочь. Потому что и сама задавалась таким же вопросом.
Обещание, данное Максиму, тяготило. Я уже пожалела, что согласилась пойти на юбилей его матери.
Хотя понимала, что если бы не пришла, то мои уши горели адским пламенем весь день. Так как Алла Леонидовна будет проклинать меня всю торжественную часть.
Максим позвонил с утра и напомнил, что заедет за нами.
— Мне обязательно надевать это платье? — Настя смотрела на меня недовольно.
— Это платье покупала тебе бабушка. — напомнила я, посмотрев на бесформенное платье, которое одела дочь.
— В прошлом веке? — съязвила Настя.
Я не могла сдержать улыбки.
— Ты права. Надень свой любимый костюм. — разрешила я.
Настя тут же довольно улыбнулась и побежала переодеваться.
Максим зашёл за нами в квартиру.
— Ты вообще спал? — я удивлённо посмотрела на мужа, вид которого был весьма помятый.
— Да. Просто голова болит. Вы готовы?
— Мы готовы. — сказали хором девочки, которые обе переоделись в то, что было им удобно.
Настя и Соня стояли в джинсах и футболках. Мне даже захотелось последовать их примеру. Но времени на переодевание не было.
Дом родителей Максима располагался совсем недалеко. Мы пошли пешком.
Максим шел рядом. Молча. Каждый из нас думал о своем. Но я была уверена, что мы оба сейчас испытываем чувство ностальгии.
Вот так раньше прогуливались по парку. Постоянно проводили время вместе. Нам вчетвером было так хорошо, что казалось — мы самая счастливая семья на свете.
Дыхание прерывалось от гнетущих воспоминаний.
Я посмотрела на дочек, идущих впереди. Они держались за руки и о чем-то весело болтали. Вот бы и по жизни они так всегда поддерживали друг друга. Чтобы не быть одной, не зависеть от мужчин.
— Я не говорил родителям, что мы живём отдельно. — произнес Максим, когда мы уже подошли к дому.
— Я так и подумала. Не волнуйся. Я не подам виду.
— А ты? Ань, ты своим родителям сказала правду? — Макс остановился и внимательно посмотрел на меня.
Я понимала, что он как утопающий — готов взяться за любую соломинку.
— Пока не говорила. Не хочу их расстраивать. — я серьезно посмотрела на мужа.
Взгляд Максима тут же потеплел. Казалось, что мы просто не говорим своим родственникам о расставании потому, что сами надеемся на воссоединение.
Мы вместе зашли в магазин цветов, купили красивый букет для именинницы.
— Я не покупала подарок. — только сейчас вспомнила, что совсем не подумала о дне рождения свекрови.
— Не волнуйся. Я купил маме раритетные серьги. Все как она любит. — Максим вытащил из кармана зелёную коробочку, перевязанную атласной ленточкой.
Да, Алла Леонидовна до сих пор любила украшения. Все то, что помогало ей бросить пыль в глаза ее же друзьям.
Перед тем как позвонить в дверной звонок, Максим взял мою руку в свою. И я была уверена, что сделал он это вовсе не для того, чтобы казаться идеальной парой. А потому — что так захотел сам.
Дверь открыла Алла Леонидовна. Облаченная в нежно-розовое платье свободного покроя она напоминала зефирку. Вот только я хорошо понимала, что внутри эта женщина совсем не сладкая.
— Мам, с днём рождения! — торжественно произнес Максим, как только дверь открылась.
Алла Леонидовна сегодня пребывала в отличном настроении. Она широко улыбалась. Даже несколько раз поцеловала Настю и Соню в щеки.
Хотя взгляд свекрови на секунду замер, когда она заметила, что внучки не в парадных платьях. Но застывшая улыбка никак не померкла.
— Проходите к столу. — великодушно произнесла она.
Оказалось, что гостей собралось немного больше, чем я рассчитывала.
Сестра Аллы Леонидовны — Тамара — была столь же противная, как и моя свекровь. Хотя я видела ее только два раза, но мне этого хватило, чтобы составить свое мнение.
Тамара, хоть и была младше Аллы Леонидовны на четыре года, но не уступала ей в искусстве сплетен и интриг.
А когда они собирались вместе, то даже Максим с трудом мог терпеть их общество.
Тамара пришла со своей внучкой — ровесницей Насти.
Девочек быстро заняли и выпроводили в другую комнату.
Помимо основной части семьи Алла Леонидовна пригласила двух своих подруг, которые тут же занялись тем, что с любопытством изучали меня и стали открыто шушукаться.
Можно и к бабке не ходить, я и так понимала, что с легкой подачи Аллы Леонидовны, ее подружки шепчутся и обсуждают меня. Потому что их косые взгляды постоянно возвращались в мою сторону.
Я в очередной раз пожалела, что согласилась прийти на празднование. Вечер обещал быть крайне тяжёлым.
— Мам, от всей нашей семьи мы хотим тебя поздравить. Вот, это тебе. — Максим протянул Алле Леонидовне коробочку с серьгами.
Подруги именинница тут же перестали шушукаться и вытянули свои головы, чтобы лучше разглядеть подарок.
— Ой, Максим, ну зачем. — для проформы протянула свекровь и тут же принялась распаковывать коробочку.
Уже через секунду она достала красивые серебряные серьги.
— Максим, это точно ты выбирал. Ведь у тебя отменный вкус. — Алла Леонидовна пренебрежительно покосилась в мою сторону и довольно улыбнулась сыну.
Мы уже стали рассаживаться за столом, где стояли различные закуски и изыски. Для таких случаев Алла Леонидовна нанимала домработницу, чтобы та готовила. Ведь сама свекровь целый день занята тем, что прихорашивается к званному ужину.
Я только взяла вилку в руки, как раздался дверной звонок.
— Тамарочка, открой, пожалуйста. — свекровь улыбнулась сестре.
Та слишком охотно выбежала в коридор.
— Мам, ты ещё кого-то пригласила? — удивленно спросил Максим.
Но та не спешила отвечать. Потому что в этот момент в гостиную входила ... Ольга Демник.
Глава 23. Анна
Вилка выскочила из моей руки. Я ошарашенно перевела взгляд на свекровь. Но та гордо встала из-за стола, чтобы поприветствовать Ольгу Демник.
Бывшая мужа в ярком красном платье в пол обменивалась любезностями с Аллой Леонидовной. Она вручила имениннице огромный букет цветов и шкатулку.
— Что это, Олечка? Это мне? — свекровь расцветала как майская роза.
— Конечно, вам. Это часы с гравировкой. Из коллекции одного заграничного вельможи. — Ольга помогла достать часы из шкатулки и надела их на руку Алле Леонидовне.
— Они великолепны, Олечка. У тебя восхитительный вкус. Эти часы идеально подходят к серьгам, которые подарил Максим. Какой схожий у вас вкус. — протянула свекровь, примеряя серьги к часам.
Я тут же поймала на себе любопытные взгляды подруг именинницы и тетки Тамары. Они как курицы тут же закудахтали, поддерживая Аллу Леонидовну в том, что часы великолепны.
Я покосилась на мужа. Его скулы находились в таком напряжении, что можно разглядеть каждую венку на лице и шее.
Ну хотя бы не рад видеть Демник. Уже хорошо.
Это все происки свекрови. Решила добить меня при всех.
Я старалась не показывать того, насколько мне неприятно. Не доставлю удовольствия свекрови.
Алла Леонидовна подошла к каждому и показала новые часы на своей руке.
— Я и не знал, что ты приглашена. — Максим понял, что нужно хоть что-то сказать.
Его мать тут же вступилась, не дав Демник ответить.
— Как же я не приглашу Олечку? Она ведь мне как дочь.
— А я ведь чуть не стала вашей дочерью, Алла Леонидовна. — Демник весело рассмеялась.
Алла Леонидовна поняла намек и тут же улыбнулась.
— Да, Олечка. Могла ведь стать моей дочкой. — с сожалением произнесла она.
Мне хотелось кинуть вилку в лоб свекрови. Может, хоть так она всплмнит о том, что за столом сидела я — ее невестка, которую она никогда не называла «дочкой».
— Ольга, ты знакома с Аней? Она жена Максима. — с любопытством вступила в разговор тетка Тамара.
— Да. Анна — моя пациентка. Я психолог. — Демник села за стол и обезоруживающе улыбнулась.
— Пациентка? Пациентка? — подруги Аллы Леонидовны раз пятьсот повторили это слово и стали смотреть на меня так, как будто я со справкой из психдиспансера к ним пришла.
— Оль, Аня приходила в клинику, чтобы посмотреть, где я работаю. — сухо отреагировал Макс.
— Для этого к психологу пошла? И прием оплатила? — тетя Тамара напоминала собаку-ищейку, которая верно шла по следу.
— Да. Именно для этого. А ещё посмотреть на бывшую своего мужа! — я не выдержала и ответила жёстко.
Демник сидела напротив меня. Я смотрела на нее, высоко подняв голову. Больше не собиралась увиваться. Мне нечего было скрывать
— Только неуверенная в себе женщина могла пойти на такое. — презрительно хмыкнула свекровь.
— Мам, прекрати! — разозлился Макс.
— Я очень благодарна вам, Алла Леонидовна, что пригласили меня на свой юбилей. — Ольга тут же быстро сменила тему.
— Олечка, ты ведь так помогаешь моему сыну. Вот и с работой помогла.
Они обе пели друг другу дифирамбы. Я покосилась на мужа. Показалось, что он тоже хочет поскорее уйти отсюда.
— Максим — отличный специалист. Пациенты его обожают. Коллеги — уважают. У нас прекрасный коллектив. Мы не только отлично работаем, но и отдыхаем вместе. Вот вчера были вместе на корпоративе. — Ольга широко улыбнулась и обвела взглядом превосходства присутствующих, задерживаясь на мне.
— Какие молодцы! Отдыхаете вместе. — счастливо улыбнулась свекровь под активные поддакивания своей сестры и подруг.
— Ты ходил на корпоратив? — я резко повернулась к мужу, больше не в силах сдерживать гнев, скопившийся внутри.
— Ходил. Я потом тебе расскажу. — понуро ответил Максим, уже поняв,что конструктивного диалога не получится.
Ещё час назад мне даже стало казаться, что между нами не угасли чувства.
Но сейчас я представляла, чем был занят мой муж на корпоративе, когда рядом с ним находилась гиена по имени Ольга Демник.
Все присутствующие с любопытством смотрели на нас. Они явно ожидали, что я сейчас устрою скандал. Мне пришлось сжать зубы, что даже челюсть заболела. Не могла позволить, чтобы злобный план свекрови пришел в действие.
— У меня есть фотографии на телефоне. Мне как раз их сегодня прислали. — Ольга тут же полезла в сумочку за своим телефоном.
— Даже фотограф был? — поразилась тетя Тамара.
— Конечно. У Олечки огромная клиника. Бизнес-вумен! — с гордостью произнесла Алла Леонидовна.
Я почувствовала, как Максим, сидящий рядом, напрягся. Мне даже не надо было поворачивать голову. Я просто ощущала каждой клеточкой своего тела напряжение, которое витало рядом с ним.
В этот момент Ольга достала большой смартфон, включила его и передала Алле Леонидовне. Свекровь стала листать фотографии, иногда вставляя свои комментарии.
Наконец, она замолчала и неотрывно смотрела в экран. Ее пальцы больше не клацкали по экрану телефона.
— Вот здесь ты очень хорошо получился, сынок. — Алла Леонидовна повернула экран в нашу сторону.
Рука свекрови держала смартфон где-то между мной и Максимом. Я понимала, что делает она это для того, чтобы я увидела фото. Не смогла сдержаться и опустила взгляд к телефону.
На экране была фотография, где мой муж сидит у барной стойки и целуется с Ольгой Демник.
Глава 24. Анна
— Да, Максим, ты и впрямь здесь прекрасно получился! — мой голос был полон сарказма.
Я с ненавистью смотрела на мужа. Теперь все встало на свои места. Сомнения развеялись окончательно.
А я ведь так хотела поверить в то, что Макс не изменял. Какая же наивная!
— Мам, ты в своем уме?! Ты специально что ли все это делаешь?! — Максим гневно смотрел на Аллу Леонидовну.
Но та совсем не смутилась. Надела на лицо маску блаженства.
— Сынок, а что я такого сделала? — Алла Леонидовна непонимающе оглядывала присутствующих.
Тамара и подружки свекрови уже не улыбались. Они с интересом смотрели за всем происходящим. Потому что перед ними разворачивался такой сюжет — покруче любых сериалов.
— Ты специально позвала Ольгу?! — Максим пребывал в гневе.
Никогда в жизни он не позволял себе так общаться с матерью, тем более, при посторонних.
— Максим, выбирай выражения. — сухо произнес свёкор.
— Пожалуй, я пойду. Спасибо за чудесный праздник. Алла Леонидовна, оставайтесь со своей дочкой! — на последнем слове я сделала особо заметный акцент.
— Не вежливо так уходить, Аня. — свекровь изогнула свою тонкую бровь.
— Ах да! Я же ещё не поздравила! — я поднялась из-за стола, взяла наполненный бокал с шампанским и плеснула его в сторону, где сидели Ольга и свекровь. — С днём рождения, Алла Леонидовна!
Я смерила свекровь и Ольгу презрительным взглядом. Те возмущённо вытирали капли шампанского со своих нарядов.
Пока Ольга и Алла Леонидовна кричали о том, что их одежда испорчена, я быстро вышла из комнаты, чтобы позвать девочек.
— Ань, мы сейчас же уйдем. — рядом возник Максим.
— Нет уж! Оставайся со своей любовницей! И больше никогда ко мне не приближайся! — прошипела я, чтобы остальные не услышали.
Я ненавидела его. Я ненавидела их всех.
Настя и Соня с лёгкостью поддержали мое желание уйти.
Мы вышли на улицу. Мне казалось, что воздуха в лёгких не хватает.
— Аня, подожди. — нас догнал Максим.
— Я не хочу сейчас разговаривать. Я развожусь!
Я скорее уводила дочек. Не хотелось выяснять отношения. И так все понятно.
— Ань, она поцеловала меня. Я был пьян. Ничего не было! — кричал мне вслед муж.
— Я тебе не верю! — мой голос был хриплым от скопившихся слез.
Я быстро уводила за руки ничего не понимающих дочерей.
Осознавала, что все было подстроено. Свекровь спланировала этот праздник, чтобы унизить меня.
Вот так с милой улыбкой мать Максима втаптывала меня в грязь при всех. А Максим дал ей прекрасный повод осуществить задуманное.
Домой мы вернулись молча. Девочки явно находились под впечатлением от нашей ссоры.
— Мам, ты разведешься с папой? — вечером ко мне подошла Настя.
— У нас сейчас сложные отношения. Ты и София ни при чем. Я и папа продолжаем вас любить.
— А друг друга вы любите? — прямо спросила Настя.
Хотелось ответить «да». Но разве может человек любить и одновременно изменять.
Я часто слышала истории про полигамию мужчин. Но Максим казался другим. Я была уверена, что он однолюб.
— Насть, главное, что мы любим вас. — я попыталась выкрутиться от неудобных вопросов дочери.
Все мои надежды на сохранение брака рухнули окончательно. Макс пошел на корпоратив, зная, что я ненавижу его бывшую. Но он не ограничился на этом. Они целовались! А может быть и спали вместе!
Муж сам сказал, что был пьян. Ну за что мне это?
Когда Настя и Соня уже заснули, мой телефон звонил. Я поставила на бесшумный режим. Это был Максим.
А потом посыпались сообщения от мужа.
«Я люблю только тебя и всегда любил! Просто поверь мне.»
Я плакала, перечитывая сообщения от мужа. Только сейчас осознала по-настоящему, что пришел конец всему, что было между нами.
Я злилась на себя, что не могу его разлюбить. Даже после измены смотрела на него так, как будто он был единственным мужчиной на свете.
На следующий день поехала в суд и передала заявление о разводе. Я приняла это сложное для себя решение. Назад пути не было.
Получилось немного отвлечься только благодаря работе. В перерывах звонила дочкам и удаляла пропущенные звонки от мужа.
Надо сказать Максиму о том, что я подала документы на развод. Но разговаривать с мужем пока не готова. Слишком сильная боль и обида.
Я приняла последнего пациента. В частной клинике работа даже нравилась мне. Можно уделить людям достойное количество времени, нет спешки и суеты.
Клиника была оснащена прекрасным оборудованием. Это позволяло уточнить диагноз в кратчайшие сроки. Я чувствовала себя здесь на своем месте.
— Анечка, уже уходишь? — у выхода меня окликнула Татьяна Михайловна.
Я улыбнулась директору. За время работы узнала ее лучше. И мое мнение о ней совершенно не поменялось.
В коллективе ее уважали. Да, местами строгая. Но справедливая.
— Да, Татьяна Михайловна. — я улыбнулась.
— У нас с тобой даже не было времени поговорить, Анечка. Пациентам ты очень нравишься. Положительные отзывы поступают. — директор улыбнулась.
— Правда? Мне очень приятно. И работа нравится. — призналась я.
— А как вообще? Привыкла к жизни в Москве?
— Осваиваюсь понемногу. — уклончиво ответила я.
— Анечка, это сначала столица может показаться враждебной. Просто надо привыкнуть. И ты увидишь, как здесь хорошо. И люди отзывчивые. — уверяла меня Татьяна Михайловна.
Мне тут же вспомнились коренные москвички — Ольга Демник и моя свекровь.
Я могла бы поспорить с Татьяной Михайловной насчёт ее последнего утверждения. Потому что мне пока попадались не очень хорошие люди в столице.
Пока шла домой, незаметно для себя изучала окрестности. Современные здания, уютные улочки. Да, мне нравился этот город. Только некоторые люди испортили все впечатление.
Я издалека увидела Максима. Он стоял рядом с подъездом. В руках муж держал красивый букет цветов.
Максим тоже выцепил взглядом мой силуэт. Пока я приближалась, он неотрывно смотрел на меня. Казалось, что я снова вижу в его глазах привычный огонь страсти и тепла.
— Зачем ты пришел? — мой голос абсолютно не выдавал никаких эмоций, потушив на корню пламя чувственности в глазах мужа.
— Я хочу объясниться. Ань, ты должна меня выслушать.
— Я слушаю! — посмотрела прямо ему в глаза, испепеляя своей обидой.
— Я выпил на корпоративе. Уже собирался уходить. Ольга подошла... Да, она поцеловала меня. Но я тут же отстранился и ушел. Неужели, ты не понимаешь, что меня подставили?! Фотограф, которого я даже не видел, запечатлел именно этот момент. — эмоционально объяснял Макс.
— А были и другие моменты? — с издёвкой произнесла я.
— Нет! И быть не может! Потому что я люблю тебя!
— Когда любят, не изменяют! — жёстко отреагировала я.
— Меня подставляют. Теперь мне уже кажется, что ты неспроста обнаружила женские трусы в квартире. Аня, я сегодня подал заявление на увольнение. Мы возвращаемся в Санкт-Петербург.
Как я хотела обратно в родной город. Как ждала этих слов от мужа.
Но тут же вспомнилось фото с изображением того, как Максим целуется со своей бывшей. А так же слова Яны — «возвращаться надо на коне, а не побитой собакой».
И сейчас я точно напоминала побитую собаку.
— А я подала заявление на развод. Все кончено, Максим!
Глава 25. Максим
Есть люди, до которых долго доходит информация. Меня всегда они раздражали. А теперь я и сам считал себя тугодумом. Бесился, злился на себя, что я полный кретин.
Как мог довериться Оле! Дурак! Думал, что старый друг точно выручит, не предаст.
Но когда Ольга показала во время празднования юбилея матери снимок нашего поцелуя, кубики общего пазла стали собираться воедино.
Я ведь хорошо ее знал. Даже много лет назад Ольга Демник отличалась целеустремлённостью. Она всегда хотела богатую и сытую жизнь. Для этого перешагнула через меня и вышла замуж за мужчину, которого совсем не любила.
И теперь ее целью стал я. На корпоративе Ольга открыто заявила об этом. А ее поведение на юбилее матери только развеяло все возможные сомнения.
На следующий день после праздника в доме родителей я вошёл в кабинет Ольги с заявлением об уходе в руках.
— Что это, Максим? — бывшая подняла на меня удивленный взгляд, когда я положил перед ней лист бумаги.
— Заявление об уходе. Подпиши! — мой голос выдавал неприязнь, но мне даже не хотелось этого скрывать.
— Максим, ты что? Это из-за вчерашнего? Я не сержусь. Твоя жена была не в себе... — мягким голосом начала говорить Оля.
— Моя жена в себе! Всегда! — жёстко перебил я.
— Максим...
— Это ты все подстроила! — я смотрел в эти голубые глаза, полные непонимания, и не верил ей.
— Что подстроила?! — Ольга округлила глаза.
— Фотограф, который случайно оказался рядом с барной стойкой, где ты меня поцеловала. — я вспоминал каждую деталь и все больше понимал, какую ловушку мне подготовили. — Трусы, которые каким-то образом оказались в квартире, от которой ключи были у тебя!
— Максим, ты сходишь с ума! Так же как и твоя жена! — с ненавистью произнесла Ольга.
— Ты всегда привыкла добиваться своего. Ради собственного эгоизма решила разлучить меня с женой?! Только одно не пойму — моя мать с тобой заодно?!
Я долго обдумывал происходящее. Моя мать пела дифирамбы Ольге, пригласила ее на юбилей, зная, что там будет Аня и наши дочери.
Мне хотелось верить, что мать ни при чем. Но это было маловероятно.
— Максим, если твоя семья разваливается, то я тут ни при чем! Скажи «спасибо» своей жене! — Ольга встала из-за стола и остановилась напротив меня.
— Не трогай мою жену! Я всегда любил только Аню!
— А я ещё помню, как ты собирался жениться на мне! — парировала Ольга.
— Это была ошибка. Я думал, что люблю тебя. Но это была просто страсть, первые чувства. Но когда я встретил Аню, то по-настоящему понял, что такое любовь!
Я видел, что мои слова причиняют боль Ольге. Но мне хотелось расставить все по своим местам.
— Я дала тебе работу, хорошую должность, квартиру... — начала Ольга.
— Для чего?! Какая плата за все это?! — сухо перебил я.
Она колебалась. Как будто хотела что-то сказать, но не решалась.
— Мы можем быть вместе. Я люблю тебя. — произнесла непривычно тихим голосом.
— Это не любовь — когда насильно хочешь привязать к себе другого. — спокойно ответил я.
— Моей любви хватит на нас двоих. Дай мне только доказать тебе, Максим.
— Оль, ты любишь только себя. У тебя не получилось с мужем. И ты живёшь прошлым, где мы были счастливы. Но в будущем нас вместе не существует!
Ольга вздрогнула так, как будто мои слова были пощечинами.
— Тебе надо отработать две недели! — жёстко произнесла она.
— Хорошо!
Я вышел из кабинета. Ольга так и не ответила насчёт моей матери. И это ещё раз доказывало то, что они были заодно.
Переезд в Москву стал ошибкой. Моя жизнь полностью изменилась. Я терял самых дорогих в моей жизни людей — жену и дочек.
Сразу после работы поехал к Ане. Настя по телефону сказала, что мама ещё не пришла. Решил дождаться жену у подъезда. Не решался вот так просто подняться в квартиру.
Аню увидел издалека. Стройная фигурка любимой женщины виднелась вдали. Она быстро перешагивала — спешила домой.
Сердце застучало в такт ее шагам.
Когда Аня поравнялась со мной, показалось, что пульс совсем исчез. На кону стояла моя жизнь. Наша жизнь.
— Я подала документы на развод! — в итоге озвучила приговор моя жена.
— Ань, я хочу все вернуть назад. Мы вернёмся в Питер! — сказал я ещё раз.
Ведь она именно этого хотела — уехать.
— Макс, я останусь. Я и девочки! В квартире! Ведь ты сам поставил такое условие.
— Ань, перестань. Нет никаких условий. К черту эту Москву! К черту карьеру! Я готов быть грузчиком, дворником. Не важно. Лишь бы с вами! — мне хотелось выть на луну, лишь бы жена услышала меня.
— Все кончено, Макс!
— Я не буду больше работать с Ольгой. Это она все подстроила... — я делал попытку за попыткой достучаться до Ани.
— Мне пора. — ее глаза заблестели от слез.
Аня прошла мимо меня в подъезд. А я так и остался стоять с букетом цветов.
В этот момент мне хотелось умереть. Потому что я понял, что потерял ее окончательно.
Глава 26. Анна
Я в который раз обсуждала с Яной по телефону свою жизнь. Только с ней могла поделиться о наболевшем.
Родителям говорила, как у нас все хорошо. Не решалась рассказать о разводе. На работе делала вид, что все хорошо.
И только с Яной была возможность стать самой собой, поделиться как плохо на душе. Подруга поддерживала меня, отговаривала от поспешных решений.
— Максим прав. Бывшая подставила его! — доказывала Яна.
— Даже если это так, то что? Это уже ничего не изменит. Демник удалось разрушить наш брак. Надо признать, что у моего мужа остались к ней чувства.
— Или просто Ольга Демник — искусный манипулятор, которая своими психологическими штучками воздействует на Макса! — Яна до последнего была готова бороться за нашу семью.
— Я уже смирилась. Решила остаться в столице. Квартира есть, работа тоже. Девочки рядом. Сегодня мы содрали старые обои в знак начала новой жизни. — я усмехнулась, вспоминая как весело мы провели время, соскребая обои со стены.
— Это что же?! Все сама теперь на себе будешь тащить? Детей, ремонт...
— Ян, не тащить. А просто жить и радоваться каждому дню. — поправила я.
— Ань, ты любишь Макса. А он — тебя. Это аксиома. И если Максим согласился вернуться в Питер, бросить все, то он точно хочет сохранить семью. Его ведь можно понять. Он хотел карьеру. Вот только не подумал о том, что его бывшая все еще питает иллюзии по поводу него.
— Думаю, что хочет сохранить семью... Ян, он же целовался с ней. А может быть и не только. — я снова вспомнила снимки.
— Ерунда! Демник все подстроила. И специально с мамашей Макса все выставили так, чтобы очернить его в твоих глазах! Правильно ты сделала, что облила их шампанским! — Яна хихикнула в трубку, когда вспомнила мой рассказ о том, как я осушила бокал на юбилее.
Мы постоянно вспоминали момент того, как я вылила шампанское на Демник и Аллу Леонидовну. Злорадствовали, смеялись и снова злорадствовали.
Мне было над чем задуматься после слов Яны. Но прощать Максима я не собиралась. Злилась на мужа за все, что он сделал.
После нашей последней встречи прошла неделя. Максим постоянно звонил дочкам, но не мне. Знал, что не хочу с ним разговаривать. Настя и Соня уже привыкли, что их родители живут раздельно.
На работе сегодня было мало пациентов. Лето — пора отдыха, отпусков. Но никак не болезней.
Я сидела в своем кабинете, включив кондиционер на самый минимум. За окном невыносимая жара. Поэтому я даже была рада скрыться в искусственной прохладе.
— Анечка, ты бы шла домой. Записи к тебе больше нет на прием. — в кабинет вошла Татьяна Михайловна.
— Хорошо. Сейчас соберусь. — я обрадовалась, что могу пораньше увидеть дочек.
— Ань, ты никогда не рассказываешь о своей личной жизни. Взгляд у тебя потухший. — заметила директор.
— У меня сейчас сложный период. С мужем развожусь. — я призналась потому, что не было смысла скрывать правду.
— Изменил? — сразу с сочувствием спросила Татьяна Михайловна.
— Возможно. — неуверенно подала плечами я.
— «Возможно» — это не причина для развода. Я своего мужа похоронила пять лет назад. И сейчас могу с уверенностью сказать, что могла бы ему многое простить. За свое счастье, Анечка, иногда приходится бороться. Биться за него не на жизнь, а на смерть. Если любишь, конечно.
Наш разговор плавно перетек на личные темы. Татьяна Михайловна рассказывала мне о своей жизни, в которой она с мужем прожила больше 17 лет.
Я представляла в этот момент себя и Максима. Мы мечтали вместе состариться, помогать дочкам и нянчить внуков.
— Иногда обстоятельства бывают сильнее нас. Но нужно шевелить лапками и противостоять им. — заметила Татьяна Михайловна после того, как услышала о конфликте в моей личной жизни. — Анечка, судя по твоему рассказу, ты любишь мужа, а он — тебя. Если бы ему нужна была бывшая, то Максим не стал говорить тебе о своих чувствах.
Я запуталась. Запуталась в собственных отношениях. Взгляд со стороны был просто необходим. Мудрая Татьяна Михайловна, казалось, что вообще не видит причин для расставания с опытом прожитых лет.
После работы я зашла в магазин, а когда вышла обнаружила неотвеченные вызовы от Насти и Максима.
Я тут же перезвонила дочери. Она не взяла трубку. Неприятное предчувствие появилось внутри.
Максим не звонил мне в эти дни. А тут — два не отвеченных вызова, один из которых принадлежал мужу.
Пока шла с пакетом до дома, решила перезвонить Максиму. Долгие протяженные гудки казались вечностью. Но муж так и не взял трубку.
Я невольно ускорила шаг. Неприятное предчувствие напоминало кошку, которая раздирает внутри все своими когтями.
Домой добралась быстро. Но в квартире меня встретила полная тишина. Дочек не было дома.
Глава 27. Анна
Мои дочки не выходили из квартиры без меня. Паника охватила все внутри. Я быстро осмотрела квартиру. Может быть, девочки решили подшутить надо мной и спрятались? Но Насти и Сони нигде не было.
Снова набрала номер телефона старшей дочери. Услышала мелодию ее звонка в комнате. Телефон Насти остался дома. Только ее и младшей сестры не было.
Я тут же вспомнила, что Максим мне звонил. Возможно, он решил погулять с дочками. Но почему не предупредили меня? Никогда раньше муж так не делал. В голове появились тревожные мысли, что муж забрал у меня дочек. Сердце готово вырваться из груди, пульс зашкаливает. Нет, он не такой. Только не Максим.
В этот момент мой телефон зазвонил. Это был муж.
— Ань, не волнуйся. Мы в больнице. Соня сломала руку. Я забрал девочек. Мы пытались до тебя дозвониться. — Максим старался говорить спокойно, но я уловила нотки беспокойства в его голосе.
— Сломала руку? — у меня потемнело в глазах. Я почувствовала, как мир вокруг меня словно сжался в одну точку, и я с трудом удержалась на ногах. — Где вы? В какой больнице?
— Мы в детской больнице на Ленина. — ответил Максим, его голос был напряжённым. — Всё будет хорошо, не волнуйся. Я здесь, я с ними.
— Я сейчас приеду. — сказала я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Подожди меня, пожалуйста.
Я быстро оделась и выбежала на улицу, вызывая такси. Дорога до больницы казалась бесконечно долгой, а мысли в голове путались. Как Соня могла сломать руку? Почему я не слышала звонков? Чувство вины и беспокойства охватило меня.
Когда я, наконец, вбежала в больницу, Максим встретил меня у входа в приёмное отделение. Его взгляд был тревожным, но он старался не показывать вида.
— Они делают рентген, сейчас нас позовут. — сказал он.
Я чувствовала, как муж сам борется с волнением, но пытается держаться ради нас обоих.
— Как это случилось? — спросила я, глядя ему в глаза.
— Девочки прыгали на кровати. Соня оступилась и упала. Ань, не волнуйся. Все в порядке.
Голос мужа успокаивал. Сейчас я верила ему.
В этот момент медсестра вышла из кабинета и подозвала нас.
— Родители Сони? Можно пройти.
Когда мы вошли в кабинет, Соня сидела на кушетке с перевязанной рукой. Врач объяснял, что перелом не сложный, и она быстро поправится.
— Привет, зайчонок. — сказала я, стараясь улыбаться, хотя в глазах стояли слёзы. — Как ты?
Соня посмотрела на меня спокойно.
— Все хорошо, мам. Ты не переживай.
Максим взял её за другую руку, а я обняла дочку, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.
Максим привез нас домой. Вместе поднялись до квартиры. К моему удивлению, Настя и Соня улыбались. Рука младшей дочери была в гипсе.
— Дорогая, как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спрашивала я постоянно Соню.
— Мам, все хорошо. Папа сказал, что перелом без смещения. И скоро все будет хорошо. А ещё я решила стать врачом. — младшая дочь смотрела с надеждой в глазах.
Как будто боялась, что я сейчас буду ругаться или стану противостоять ее желанию.
— Пап, я ведь стану врачом? — Соня повернулась к отцу.
— Конечно, милая. — Максим тепло улыбнулся дочери.
Мы продолжали стоять в коридоре. Максим не решался пройти дальше.
— Точно ничего страшного? — спросила я мужа потому, что тот понимал в переломах лучше меня.
— Не волнуйся, Ань. Через пару недель гипс снимут. — попытался успокоить меня он.
Дочки стояли и наблюдали за нами с интересом.
— Давайте попьем чай. Я как раз пирожные купила. — решила предложить и посмотрела на мужа.
— Кремовые? — тут же оживилась Настя.
— Да. Твои любимые. — я улыбнулась старшей дочери.
Настя взяла отца за руку и повела на кухню. Я заварила чай с мятой и разлила по чашкам. Максим помогал девочкам раскладывать пирожные по тарелкам.
Мы напоминали семью. Ту, которой были раньше, счастливую.
— А папа переехал. — причмокивая, произнесла Соня.
Я удивлённо посмотрела на Максима.
— Ты переехал?
— Да. Снял квартиру в соседнем районе. — уверенно произнес муж.
— Почему? — я затаила дыхание.
— Потому что я отрабатываю последнюю неделю и ухожу с работы. Мне захотелось съехать с той квартиры. — Максим многозначительно посмотрел на меня.
Я понимала, что он не хочет снова говорить про Ольгу Демник.
Внутри появилось ощущение, что солнце вышло из-за туч. Он не любит ее. Максим сам решил уволиться от Демник, переехать. Лишь бы его ничего с ней не связывало.
Мы сидели за общим столом, ужинали как раньше. Казалось, что не было этих мучительных дней, когда Демник и свекровь отравляли нам жизнь.
— Мне, наверное, пора. — сказал Максим, когда девочки стали зевать за столом.
Только сейчас я посмотрела на часы. Было уже поздно.
— Пап, ты разве не останешься? — спросила Настя.
Максим посмотрел на меня. В его глазах такая тоска. Я чувствовала, что он скучает. Потому что испытывала то же самое.
Но не могла так просто вычеркнуть всю обиду изнутри. Нужно время. Поэтому не стала отвечать дочери и потупила взгляд.
По продолжительному молчанию Максим все понял.
— Я завтра заеду? — спросил он перед уходом.
— Конечно. — я почувствовала, как приятное тепло растекается внутри.
Взгляд Максима задержался на мне. В его темные глазах появился тот самый блеск. Именно так он смотрел на меня, когда признавался в любви, испытывал желание.
Я все поняла без слов. Хотелось прижаться к нему, сказать, как сильно люблю.
Дурацкая гордость не давала приблизиться к мужу.
Максим ещё несколько секунд посмотрел на меня. А потом ушел.
— Папочка завтра придет? — спросила Соня, когда я укладывала дочек.
— Да, милая. — я улыбнулась.
В трудный момент Максим оказался рядом, подставил свое плечо. В этом был весь он. Я всегда считала, что могу на него положиться.
Только этот переезд заставил усомниться в нем. Но сегодняшний вечер, взгляд мужа, полный любви... Обида отступала на второй план.
На следующий день я позвонила Татьяне Михайловне, объяснила всю ситуацию и сказала, что ухожу на больничный.
Боялась внутри себя, что директор проявит недовольство. Но Татьяна Михайловна даже сопереживала мне и пожелала дочке скорейшего выздоровления.
Я, наконец, могла провести больше времени с Настей и Соней. Весь день мы гуляли, много общались и смеялись.
А вечером ждали Максима. Все было как раньше. Только недосказанность между нами стояла прочным барьером.
Как только в дверь позвонили, девочки бросились к двери. Я вышла в коридор. Максим стоял с огромным букетом цветов. Все трое смотрели на меня в ожидании того, что будет дальше…
Глава 28. Максим
Последний раз поджилки у меня тряслись в школьные годы, когда злая учитель физики всячески заваливала меня на экзамене. Но сейчас я снова боялся. Стойко стоял в коридоре с букетом цветов. А сам боялся, что Аня швырнет им же в меня.
Жена подошла ближе.
— Привет. Это тебе. — голос хрипит, сказывается нервное напряжение.
— Спасибо. — она робко улыбнулась и приняла букет.
— Пап, ну что ты стоишь в коридоре? Проходи. Да, мам? — Настя с надеждой посмотрела на Аню.
— Конечно, проходи. — жена смотрела на меня сегодня по-другому, не как на врага.
Я поцеловал Настю, а потом присел рядом с Софией.
— Как дела, милая?
Я видел в своей жизни тяжёлых пациентов. Но вчера, когда услышал по телефону плач дочки, сердце ушло в пятки.
При беглом осмотре понял, что скорее всего, перелом. Понимал, что ничего страшного. Но перепугался за дочку. Слишком маленькая ещё. Не хотелось, чтобы она испытывала боль.
— Все хорошо, пап. Только спать тяжело было из-за гипса. — пожаловалась младшая дочь.
— Это пройдет. Скоро снимут. Зато потом будет что вспомнить. — я ласково посмотрел на Софию, а она улыбнулась мне в ответ.
Как же похожа на Аню. Такая же светлая улыбка, глаза лучезарные.
— Поужинаешь с нами? — Аня держалась сдержанно.
— С удовольствием. — я не мог сдержать улыбку.
Боялся сказать лишнее слово, лишь бы снова не начать очередной скандал. Лёгкое перемирие между нами казалось таким шатким.
За столом было непривычно громко. В последнее время я привык есть в тишине, которая угнетала меня. Мне не хватало общения с дочками и женой.
На кухне Аня суетилась с лазаньей. От шикарного аромата, распространившегося по кухне, в животе урчало.
Настя раскладывала приборы. А Соня сидела рядом со мной.
— Как рука? Не болит? — спросил я.
— Нет. — Соня улыбалась.
Я посмотрел на дочек, они выглядели такими счастливыми. Показалось, что это от того, что мы снова все вместе ужинаем. Прямо как раньше.
— Что ты решил с работой? — осторожно спросила Аня, когда мы приступили к ужину.
— Я уже был на собеседовании. Меня берут в Центр хирургии ведущим специалистом.
Я старался говорить спокойно. Хотя испытывал гордость. И хотел, чтобы Аня порадовалась за меня.
Крупная клиника взяла меня на работу. Они предлагали хорошую зарплату. Работа обещала быть интересной. Вот только я до конца не был уверен, что останусь в Москве.
Я жил как будто на чемоданах. Понимал, что если Аня захочет вернуться в Санкт-Петербург, откажусь от перспективной работы и поеду за ней.
— Это же здорово, Максим. — Аня заулыбалась, когда услышала известное название клиники.
Было видно, что она искренне рада за меня. От ее улыбки сердце подскочило и звонко ударило в грудь.
— Ань, если ты захочешь вернуться в Санкт-Петербург, то я откажусь от должности. — я пронзительно смотрел прямо на жену.
Аня не отводила своего взгляда.
— Не надо отказываться. Максим, ты давно мечтал о подобной работе, практиковаться в хирургии. К тому же, я и девочки тоже живём в Москве.
— Ань, если ты захочешь... — начал я говорить про переезд.
— Не захочу. Максим, ты должен работать в этой клинике.
Голос жены звучал уверенно. Она уже не напоминала ту запуганную девушку, которая только недавно переехала в столицу.
Я с удивлением отметил, что в моей жене появилась непривычная решительность.
Но я так до конца не понимал — вместе мы или нет.
Аня сказала, что остаётся в столице с девочками. И ни слова обо мне.
— Ты ещё не закончил работать на прежнем месте? — Аня тщательно подбирала слова, когда девочки вышли из-за стола и ушли в комнату.
— Неделю осталось доработать. Ань, мне самому не терпится поскорее уволиться. Я не общаюсь с Ольгой и матерью после того юбилея.
Это была чистая правда. Сразу после празднования юбилея мама позвонила мне. Всегда сдержанная в словах, она кричала мне в трубку, что моя жена сумасшедшая, которая облила ее и испортила платье.
— Это все, что тебя беспокоит?! Платье?! — не мог поверить я.
— Это же настоящий шелк...
— Мам, ты чуть не разрушила мою семью! Спелась с Демник, которую я не люблю!
— Максим, Оля хорошая и умная женщина. Не то что...
— Мам, я Аню люблю и буду любить! Она мать моих дочерей! Твоих внучек, между прочим! — перебил я.
— Оля мне как дочь. У нее и клиника своя. — не унималась мать.
— Вот и общайся с Олей! — я бросил трубку.
Больше родителям не звонил. Все ещё был обижен. Мама тоже проявляла гордость. Либо просто наслаждалась общением с Демник.
Ольга делала попытки уговорить меня остаться на работе. Но я ей больше не верил.
— Максим, ты лишаешь себя отличной работы из-за прихотей своей жены. — настаивала Демник.
— Я сам хочу уйти. Не могу здесь работать больше.
— Максим, не разрушай свою карьеру. — уже мягким голосом говорила Ольга.
— Трусы зачем подкинула?! — я смотрел прямо на нее.
— Она ведь поверила в твою измену. Потому что дура.
— Оль, я доработаю как положено. И больше ты меня не увидишь. — мой голос прозвучал уверенно.
— Думаешь, ты кому-нибудь будешь нужен в Москве кроме меня?! Вот увидишь, тебя нигде не возьмут на работу! Уж я позабочусь об этом! — впервые я видел Ольгу в ярости.
После того момента мы больше не общались, избегали друг друга. И уж конечно, я не сказал Ольге о том, что уже прошел собеседование в крупный Центр хирургии.
После ужина Аня и девочки проводили меня до двери. Я поцеловал дочек.
— Пап, ты завтра придёшь? — в один голос спросили они.
Я посмотрел на жену. Она улыбнулась.
— Пока. — я подошёл к Ане и поцеловал ее в щеку.
Волна непередаваемых эмоций захлестнула меня. Я как будто заново прочувствовал нашу любовь — такую чистую, чувственную и страстную.
— До завтра. — прошептала Аня, в глазах которой я увидел любовь, ради которой был готов на все.
Глава 29. Анна
Впервые за долгое время мне сладко спалось в столице. Сегодня меня нисколько не раздражали стены с ободранными обоями или тесная квартира.
Наверное вчерашний ужин в спокойной семейной обстановке помог восполнить утраченные силы. Я уже не чувствовала себя ущемленной и преданной. Потому что Максим сидел напротив. Рядом наши дочки, а на столе — красивый букет цветов, подаренный мужем.
— С добрым утром, мама. — заспанная София легла ко мне в кровать.
— Как тебе спалось?
— Уже лучше. Наверное, потому что папа вчера приходил. — бесхитростно произнесла дочь.
София озвучивала мои мысли. А через минуту к нам присоединилась Настя, которая легла на постель с другой стороны от меня.
— Мои девочки, как же я люблю вас!
Я поочередно целовала Настю и Софию. А дочки весело смеялись.
В отличном расположении духа мы позавтракали. Потом позвонили по видеосвязи Яне и рассказали о переломе Софии.
— Ань, ты только не переживай. Перелом быстро заживёт. — старалась успокоить меня подруга.
— Максим тоже так говорит.
— Ну, если Максим так говорит, то, конечно, все будет хорошо. — Яна понимающе улыбалась.
Подруга слишком хорошо меня знала. И поняла, что я готова простить Максима.
Девочки спокойно играли в комнате, а я разбиралась на кухне. Надела старую футболку, шорты, волосы заколола в пучок.
В дверь позвонили. Я сразу подумала о Максиме. Но он должен приехать сегодня вечером после работы. Подошла к двери и открыла... Передо мной стояла Алла Леонидовна собственной персоной.
Свекровь в синем платье с белоснежным воротником и лёгкой летней шляпке выглядела как придворная дама из 19 века.
Маленькая сумочка чудно болталась на изгибе ее локтя.
— Добрый день. — губы свекрови были напряжены и поджаты.
— Добрый день. — я размышляла о том, зачем она пришла.
Помириться? Это так не похоже на нее.
Нас разделял дверной порог. И мне совсем не хотелось, чтобы Алла Леонидовна его переступала.
— Я войду? — надменно произнесла она.
Я молча отошла, давая ей возможность войти.
В этот момент в коридор пришли дочки из комнаты.
— Соня, что с тобой случилось?! Гипс? — назидательно произнесла свекровь.
Младшая дочь утвердительно кивнула. А я отметила про себя, что Алла Леонидовна была не в курсе того, что Соня упала. Значит, Максим действительно не общался с матерью.
— Надо следить за детьми лучше, Аня! — свекровь одарила меня колючим взглядом.
— Мама, следит за нами! — вступилась Настя.
Я чувствовала, что старшей дочери совсем не нравится бабушка. И сегодня она решила открыто показать эту неприязнь.
— Вот. — Алла Леонидовна показала рукой на Настю. — О чем я и говорила. Воспитание!
— Вы что-то хотели? Зачем пришли, Алла Леонидовна? — я поняла, что извинений точно не дождусь.
— Я пришла поговорить о будущем Максима. — свекровь тут же забыла о гипсе внучки.
— О будущем?
— Да! Олечка может дать ему шанс на отличную карьеру, заработок. Аня, ты должна уговорить Максима остаться на работе, не увольняться. — требовательно произнесла Алла Леонидовна.
— Я ничего не должна! Максим сам решает, где ему работать! Он умный. И без помощи своей бывшей может легко устроиться на хорошую работу!
Я поняла, что Алле Леонидовне не известно и о том, что Максима приняли в Центр хирургии. Но рассказывать об этом ей не собиралась.
— И что вы будете делать дальше?! Поедете обратно в Санкт-Петербург?! Ты же поставишь крест на карьере моего сына! Я столько сил отдала, чтобы он стал непревзойденным хирургом! — зло произнесла свекровь.
— Это его жизнь, выбор Максима! Он не обязан следовать вашим желаниям!
— Ты что, думаешь, что знаешь лучше, чем я, что ему нужно делать?! Ты просто приехала сюда и пытаешься разрушить все мои планы! — фыркнула свекровь.
— Я просто поддерживаю своего мужа в его решениях!
— Ты просто не понимаешь, как важно, чтобы он стал успешным хирургом, как я мечтала! Ты его отвлекаешь от истинного пути!
— Или, может быть, я помогаю ему найти свой собственный путь, который будет делать его счастливым! Ведь это важнее, чем ваши амбиции и желания! — парировала я.
Она даже не могла понять, что Максим и сам может устроиться на хорошую работу. Думала, что только Ольга Демник может ей в этом помочь.
— Вы хотели разрушить нашу семью! Забыли о том, что у вас внучки! — не отступала я.
— Мои внучки в будущем скажут мне «спасибо», когда их отец добьется успеха в карьере. — с раздражением произнесла Алла Леонидовна.
— Знаете, что нас отличает?! Я верю в своего мужа, а вы считаете, что сын не обойдется без посторонней помощи. Максим — прекрасный специалист! И у него все получится без вас. И уж тем более без Ольги Демник! — отчеканила я. — А теперь уходите!
— Ты выгоняешь меня?! — Алла Леонидовна смерила меня презрительным взглядом.
— Да, выгоняю! Я уверена, что ваше вмешательство только навредит ситуации! Максим заслуживает работать без вашего постоянного давления и критики! И к тому же, Ольга Демник уже давно показала свое истинное лицо! Так что прощайте и не вмешивайтесь больше! — рявкнула я, чувствуя, как накопившийся гнев вырывается наружу.
— Ты думаешь, что можешь влиять на моего сына?! — возмущенно вскрикнула Алла Леонидовна, угрожающе поднимая палец в мою сторону. — Ты же тянешь его на дно!
— Я не боюсь вас и вашего высокомерного поведения! Лучше уйдите, пока я еще могу сдерживать себя! — ответила я.
Алла Леонидовна потеряла дар речи, но только на секунду.
— Уходите! — решительно повторила я и открыла входную дверь для свекрови.
Алла Леонидовна, видимо, поняла, что дальнейший спор бессмыслен, и с яростью в глазах повернулась к двери.
— Я всегда говорила Максиму, что ты потянешь его на дно! Ноги моей здесь больше не будет! — фыркнула свекровь.
— Ну хоть какая-то хорошая новость. — я уверенно смотрела прямо ей в глаза.
Алла Леонидовна гордой походкой вышла из квартиры. А я захлопнула дверь, облокотилась на нее спиной и закрыла глаза.
— Мам, тебе плохо? — спросила Настя.
— Нет, мне очень хорошо. — я посмотрела на дочь и улыбнулась.
Мне и правда было хорошо. Потому что выстояла, дала отпор этой женщине, которая никогда не принимала меня и моих детей.
Я была уверена, что Алла Леонидовна сдержит свое слово и не появится в нашей квартире. И это было прекрасно.
Внезапно я поняла, что свекровь совсем не любит Максима. Она просто тешила свои амбиции. Единственная, кого любит Алла Леонидовна, это она сама.
А я любила и люблю мужа. Я верила в Максима! И сейчас отчётливо поняла, что готова на все ради мужа. Ради того, чтобы он смотрел на меня прямо как вчера.
Муж пришел вечером раньше обычного. В руках он снова держал новый букет цветов.
— Я сегодня пораньше. Уволился с работы. Не ждали? — Максим улыбнулся.
— Ждала. — прошептала я.
Каждую секунду, каждую минуту... Всю жизнь.
Глава 30. Максим
Я не выдержал. Подошёл и жадно поцеловал Аню. Показалось, что она не ожидала такого напора. Но поддалась и обвила руками мою шею.
Мне хотелось сказать, как я соскучился, истосковался. Тело тут же ответило на близость жены.
Хотелось обнять ее так крепко, как будто раствориться в единое целое.
— Я соскучился. — прошептал ей на ухо.
— Я тоже. — голос жены прозвучал мягко.
Всего два слова. Но как они могут изменить всю жизнь.
— Пап, давай мы цветы поставим в вазу. — рядом тут же возникли Настя с Соней.
Я продолжал обнимать жену. Девочки весело щебетали рядом. Это было такое запоминающееся состояние эйфории, что хотелось остановить момент.
По ставшему обычаю мы стали ужинать вместе. Только теперь я знал, что Аня тоже скучает. Значит, любит. Хотя сердце усиленно стучало в груди. Я боялся, что сделаю один неверный шаг, и снова потеряю жену.
Ужин проходил в расслабленной обстановке. Дочки улыбались и весело переговаривались. Я постоянно ловил взгляд Ани — такой манящий и теплый.
— А к нам сегодня бабушка приходила. — сказала София.
Я сразу почувствовал, как напряглись Аня и Настя. И хорошо понимал — почему.
Потому что моя мать соизволила мне позвонить и прокричать в трубку о том, какую невежественную жену я полюбил.
— Она выгнала меня! Максим, ты слышишь?! Твоя жена выгнала меня из квартиры! — кричала в трубку мама.
— Мам, ты зачем приходила?
— Для того, чтобы вправить мозги на место твоей глупой жене!
— Мам, Аня — умная женщина! И не надо ее учить, как жить!
Я любил свою мать. Но сейчас она переходила грани разумного, сама того не понимая.
Мама бросила трубку. Я знал, что в течение долгого времени мы не будем общаться. Но так даже лучше. Потому что я чувствовал внутри себя обиду на мать за то, что она влезла в мою жизнь вот так бесцеремонно.
Сегодня был одновременно сложный и радостный день. Я увольнялся и начинал новую жизнь. Мне не терпелось принять последнего пациента в клинике и забрать трудовую книжку.
Ольга лично решила попрощаться со мной.
— Максим, если ты передумаешь... — мягко начала говорить она.
— Не передумаю. — перебил я.
Мне не терпелось закончить рабочий день и вернуться к семье. Забежал в цветочный магазин. Как пацан летел на крыльях любви.
А дома меня встретила Аня с дочками. Настя и Соня счастливо улыбались. В глазах жены впервые за долгое время я увидел прощение.
Только сейчас Аня напряглась от того, что речь зашла о моей матери.
— Я знаю, что она приходила. — спокойно ответил, видя удивление в глазах жены.
— Правда? — голос Ани дрогнул.
— Я тебя полностью поддерживаю. Ань, больше никто и никогда не вмешается в наши отношения. Я не позволю.
Мой голос прозвучал уверенно. В глазах жены увидел облегчение от того, что понимаю ее и поддерживаю.
В этот вечер мы долго разговаривали. Девочки собрались ложиться спать. Я понял, что мне пора собираться уходить. Мечтал остаться. Смотрел в глаза Ани и не понимал, о чем она думает.
Я встал из-за стола, поцеловал дочек и пожелал им спокойной ночи.
— Максим, останься. — раздался голос жены. — Навсегда.
Я посмотрел в глаза Ани. Готов был утонуть в этом взгляде, в котором было столько страсти и понимания..
Сделал несколько быстрых шагов и подошёл к жене. Заключил ее в свои объятия.
— Я люблю тебя, Ань. Очень сильно. — жарко прошептал.
— И я тебя люблю, Максим. — голос жены был таким счастливым, словно она тоже почувствовала облегчение от того, что мы снова вместе.
Эпилог
Через три года.
Анна.
Поезд «Санкт-Петербург — Москва» остановился на перроне. Я взяла дорожную сумку и вышла из вагона.
— Мам. — Настя помахала мне рукой издалека.
Максим с дочками стояли за ограждением. Я помахала им в ответ и радостно улыбнулась. Меня не было в городе всего неделю. Но я успела сильно соскучиться.
Медицинский симпозиум прошел в Санкт-Петербурге. Я ездила по работе, а заодно, навестила родителей.
И теперь возвращалась к своей любимой семье.
— Привет, мои дорогие. — я поцеловала дочек и прильнула к любимому мужу.
— Мы соскучились. — тепло прошептал на ухо Макс.
— Я тоже очень соскучилась.
Максим взял из моих рук сумку. А я ещё раз обняла дочек. Мы часто ездили в Питер вместе. Но в этот раз не могла взять Настю и Соню, так как у них экзамены в школе.
У дочек появились новые друзья. Жизнь в Москве им нравилась. Настя и Соня уже не вспоминали о Санкт-Петербурге.
Мы прошли к парковке вокзала. Максим помог всем усесться в наш автомобиль.
— Анют, ты устала? Или пообедаем в нашем кафе? — ласково спросил Максим, беря меня за руку.
Я с теплотой посмотрела на мужа. Соскучилась очень. Хотелось поскорее оказаться с ним наедине, почувствовать прикосновения Максима.
Но понимала, что девочки хотят заехать в кафе.
«Нашим кафе» мы называли уютный ресторанчик недалеко от дома. Семейной традицией стало проводить время вчетвером там и поедать вкуснейшее мороженое, которое так любили дочки.
— Давайте заедем в кафе. — с улыбкой согласилась я.
— Ура! — в один голос радостно воскликнули Настя и Соня с заднего сиденья.
Мы быстро доехали до кафе. Девочки побежали впереди, а Максим крепко меня обнял и страстно поцеловал.
— Я тоже соскучилась. — прошептала ему на ухо.
Мы почти не расставались. После того момента, когда чуть не потеряли друг друга больше не ссорились. Как будто выплеснули все негативные эмоции и теперь наполнали общую чашу счастьем.
Максим и раньше был чутким и заботливым. Но после нашего воссоединения муж окружил меня невероятной любовью.
За три года он достиг большого успеха в карьере. Максим — ведущий специалист в Центре хирургии. Несколько месяцев назад он стал заведующим отделения.
И он точно знает, что всего добился сам. Поэтому любит свою работу.
Как только он уволился из клиники Ольги Демник, мы больше ничего не слышали о ней. Я и Максим долго разговаривали и выясняли все нюансы. Он объяснил, что Ольга виртуозно обставила все так, чтобы мы расстались. И я верила своему мужу потому, что видела в его глазах любовь.
Жизнь в столице сделала сильнее не только меня, но и всю нашу семью. Мы смогли научиться слышать друг друга.
Алла Леонидовна тоже больше не появлялась в нашей жизни. Она сумела наладить отношения с Максимом, созванивалась с ним. Даже пыталась увидеться со мной. Но я не хотела общения со свекровью.
Понимала, что свекровь сменила гнев на милость только потому, что у меня и Максима удалась карьера. Я работала в клинике, куда устроилась изначально при переезде.
Девочки с удовольствием поели мороженое.
— Как прошла поездка? — участливо спросил муж.
— Все хорошо.
Клиника отправила меня на семинар в качестве повышения квалификации. В следующем месяце мы собираемся открывать филиал, где я стану директором.
Карьера удавалась потому, что меня полностью поддерживал Максим. Вот и сейчас он полностью занимался дочками, пока я находилась в командировке.
— Ну что, поехали домой? — муж с любовью посмотрел на меня.
— Да. — я улыбнулась.
И нет, мы возвращались не в ту тесную квартиру. Три года назад купили просторную недвижимость. Сначала взяли ипотеку. Максим готов сделать все возможное, чтобы мы жили в достатке.
Москва встретила меня не с распростёртыми объятиями. Но я смогла покорить ее потому, что рядом со мной любящий муж и чудесные дочки.