— Мам, ты уверена, что обязана сопровождать меня при поступлении в академию? — нервно уточнила я, поглядывая на столпившихся будущих первокурсников.

Желающие стать студентами стояли при параде, эффектные, красивые и совершенно самостоятельные. Некоторые девчонки даже поглядывали на меня со снисходительными улыбками.

— Несомненно! — отрезала мамуля, поправляя на мне тёплый шарфик.

В нашей стране в академию магии поступали традиционно перед сменой года. Ровно за месяц. Как символ того, что мы входим в новую пору жизни.

— Лисечка, ты же знаешь, мама плохого не посоветует и через десять минут ты станешь студенткой самого престижного учебного заведения нашей страны.

Мы подошли к стопившейся куче поступающих, и моя мама, как ледокол в эльфийском океане, направилась вперёд.

— Я, конечно, очень извиня-яюсь… — манерно протянула одна из девушек. Эффектная, страшно красивая брюнеточка, — но вы, собственно, куда? Тут очередь!

Мама остановилась. Я сглотнула и затравленно посмотрела на девушку — это она зря. Герцогиня Гренписсина медленно начала разворачиваться к посмевшей дерзнуть кандидатке на поступление. Изящная, крепкая шея, величественные два подбородка, пронизывающие жёлтые глаза, которые вмиг стали вертикальными — одно это выдавало в ней породу. Истинная леди, дочь дракона и одна из самых влиятельных людей королевства.

Вокруг затихли разговоры, прекратились перешептывания, и словно даже ветер перестал гулять под сводами древнего замка. Все смотрели на мою матушку и на стремительно бледнеющую девицу, посмевшую открыть свой хорошенький ротик.

Она застыла, словно кролик перед удавом, не смея даже проглотить ком в горле. А герцогиня ме-е-едленно обвела её взглядом снизу доверху. От этого взгляда у нас дома на землю замертво падали дикие лошади, а садовники пытались закопаться под розовые кусты.

Мама улыбнулась.

— Какая хорошенькая девочка. Правда, Лисечка?

— Да, мама, она мне очень нравится, — с готовностью подтвердила я, искренне улыбаясь будущей однокурснице.

Мой преподаватель этикета всегда говорил, что самое главное — искренность. Её всегда люди чувствуют. Так что сейчас я изо всех сил старалась показать своё искреннее расположение и готовность к общению.

Но мудрая мамочка, как всегда, раньше меня позаботилась о моём будущем.

— Замечательно, моя дорогая, тогда вы, милая леди?.. — она вопросительно посмотрела на студентку.

— Орина Рик, — пролепетала она.

— Семья Рик… — герцогиня нахмурилась. — Обедневший дворянский род, младшая наследница которого недавно выскочила замуж за барона, забрав к нему в дом пятерых своих половозрелых детей. Так, я так понимаю, перед нами старшая из них… — она сделала величественную паузу. — Какая прелесть! Что ж, будешь подругой моей Лисечки, я отправлю твоей матушке соответствующее распоряжение.

— Да, мэм, — девушка растерянно со мной переглянулась, а я ей ободряюще улыбнулась.

В первый же день я обзавелась настоящей подругой. Вот так повезло! Даже лучше, чем я ожидала.

Тем временем дверь в кабинет, за которым сидела приёмная комиссия, распахнулась, и оттуда выглянула голова секретаря.

— Почему никто не заходит? Господа поступающие, не заставляйте профессоров ждать.

— Лисечка, ты слышала? — матушка всплеснула руками. — Поторопись, моя дорогая, профессоры этой академии должны увидеть, какая ты у меня пунктуальная и ответственная.

Я быстро скинула соболиную шубку и растерянно оглянулась, думая, куда её пристроить. И лишь потом меня осенило: точно! У меня же теперь есть подруга!

Всунув в руки обалдевшей брюнетки верхнюю одежду и шарфик, я поправила юбочку и уверенно проговорила:

— Я готова, мама!

— Прекрасно.

Словно два изящных лебедя, мы величественно выплыли в аудиторию.

— Гренписсина! — подскочил со стула высокий долговязый профессор с необычайно длинным носом. — Неужели это ты⁈ Ты ещё прекраснее, чем при нашей последней встрече пятнадцать лет назад!

— О, дорогой Джордж! — тут же заулыбалась моя мамочка. — Благодарю, но должна заметить, — она с улыбкой поводила пальчиком перед его носом, — что ты бессовестный льстец!

Они оба негромко рассмеялись, и мужчина представил маму сидящим в зале профессорам.

— Дорогие коллеги, позвольте познакомить вас с леди Гренписсиной Анрэ-Мауль. Дочь старшего лорда драконьего дома семьи Анрэ. Герцогиня Аркийская, супруга покойного лорда Мауля. Самая чудесная, добрая и благородная женщина из всех, кого я знаю! И, по счастью, когда-то мне выпала честь работать в министерстве внешней политики вместе с ней. А также… — тут его взгляд упал на меня. — Дитя моё, как тебя зовут?

— Я… — открыла было рот, чтобы назвать своё имя.

— Это Лисенька, моя единственная дочь, — тут же вставила мамочка.

А развернувшись к коллегам долговязого, пояснила:

— Лиссана Мауль — наследница герцогства её отца. И несущая огонь дракона в крови по материнской линии.

Выдав всё это, и матушка, и её давний приятель гордо вытянули вперёд подбородки, чуть подтолкнув меня ближе, прямо в центр импровизированной сцены.

На секунду я почувствовала себя неуютно перед глазами серьёзных и таких именитых профессоров.

Но за моей спиной стояла скала. Несдвигаемая и несокрушимая Мама! Та, что ни разу не проиграла ни одного дела и не провалила ни одного проекта. А я… Я являлась самым лучшим её проектом!

Так что, широко улыбнувшись, я посмотрела на преподавателей.

В помещении их находилось ровно пять, если не считать долговязого, ну и секретаря, конечно. Но никто в здравом уме секретарей считать не будет, поэтому я перевела взгляд на остальных. Три женщины и двое мужчин. Мужчины вроде как настроены довольно благодушно, женщины же вели себя несколько скованно, если не сказать напряженно. Особенно одна — довольно суховатого вида дама с тугим пучком седых волос на голове. Она поправила очки и первой приступила к стандартному устному экзамену на знание основ магии и истории королевства.

Отвечала то я, то мама, а то и вообще её друг — профессор Джордж Риттел. Профессор вступал в разговор сразу же, как только я не находилась с ответом. И чтобы не давать мне повода напрягаться лишний раз и вспоминать, моментально пресекал любые ненужные вопросы.

— Дорогая магистра Деборцис, — обращался он к суровой даме, — это не столь важный вопрос! Ну зачем молодой леди знать, когда взошёл на трон герцог Пятый? Давайте следующий!

Вот так, втроём, мы довольно быстро сдали теоретический экзамен, а потом и практический, потому что из него мне нужно было лишь дать возможность другому профессору — молодому мужчине симпатичной наружности — замерить уровень моей магии. Конечно, он зашкаливал. А то, что я знала лишь несколько простейших бытовых заклинаний вроде подогрева утренних круассанов или быстрой глажки полей шляпки — так это не беда! Как сказал мамин друг, это другим поступающим нужно непременно знать основы и базу. А истинной леди достаточно иметь талант!

Так что через двадцать минут мы с мамой выплыли из аудитории с официально заверенным документом о зачислении.

— Моя девочка! — герцогиня поднесла платочек к глазам. — Как я тобой горжусь! Но не могу представить, как же ты тут останешься без меня⁈

— Не волнуйся, мама, — я ободряюще похлопала её по руке. — Если что, ты всегда можешь меня навестить.

— Да, да! — быстро кивнула она. — Не переживай, Лисенька, если у тебя возникнет хоть капля недовольства или расстройства системой образования в этом заведении, сразу мне сообщи, я примчусь порталами, и камня на камне в этой академии не оставлю!

— Вдобавок, — я улыбнулась стайке студентов, которые смотрели на нас не то со страхом, не то с интересом, — у меня же теперь есть подруга! По твоей просьбе, мы с Ориной разместимся в одной комнате! Так что не переживай.

— Этого мало, — покачала головой женщина. — Но ты же знаешь, я никогда не делаю что-то просто так. Я выяснила, что в этой академии учится твой старый знакомый.

— Кто? — заинтересовалась я.

— Родерик! — подняла палец вверх мама.

При звуке этого имени моё сердце прыгнуло куда-то в пятки.

— Тот самый Родерик? Сын твоей горничной? Мы с ним играли в догонялки и прятки, и…

— Пока его мать не ушла из жизни, — кивнула родительница. — Я отправила парня учиться в кадетский корпус, так как никогда не бросаю детей своих подчинённых. Но пять лет назад в нём проснулась драконья сущность.

— Он стал драконом⁈ — восторженно подпрыгнула я.

Перед глазами всплыло строгое лицо мальчишки: немного постарше меня, всегда большой, сильный и серьёзный. В детстве носил очки, но раз проявил сущность дракона, то теперь они наверняка ему уже не нужны… Интересно, как он сейчас выглядит?

— Это же такая редкость среди людей, как я за него рада!

— Конечно, дорогая, — кивнула мамочка. — А как он-то наверняка обрадуется, когда тебя увидит!

— О, мы найдём Родерика прямо сейчас? — оживилась я.

— Конечно, ведь я планирую именно ему поручить о тебе заботиться. У мальчика последний год учёбы — у тебя первый. Достаточный срок, чтобы тебе освоиться в академии. Родерик станет твоим проводником и самым надежным другом. В конце концов, он лишь обрадуется возможности отблагодарить нашу семью хотя бы такой малостью!

— А, так он не знает?

— Конечно нет, — герцогиня улыбнулась. — Это же сюрприз. Такой подарок, как присутствие рядом девушки нужно дарить лишь внезапно. Иначе велик риск, что мужчина слишком возгордится. Преждевременно.

Я хотела ещё что-то спросить, но тут мамочка довольно кивнула.

— А вот и он, как раз вовремя. Ну что, ты готова, детка?

Повернув голову, я обомлела, а к щекам прилил горячий румянец. Это… Родерик⁈

Глава 2 Договор на няня

Дракон не ожидал нас увидеть. Вот совсем не ожидал.

Он как раз провожал до аудитории довольно симпатичную девочку скромного вида и на ходу говорил:

— Рад был познакомиться, Мерил. Если у тебя возникнут вопросы по истории драконьих родо́в — я всегда готов ответить. Эту тему я досконально изучил на третьем курсе.

— Ой, спасибо, Родерик… Мистер Родерик… — пробормотала она, стреляя глазками в сторону молодого мужчины.

А тут и мы подошли.

— Родерик, дорогой! — разрушила неловкую атмосферу между студентами моя мамуля, вскидывая руки к потолку. — Как замечательно, что ты нам попался!

Парень повернулся и несколько секунд непонимающе на нас смотрел. Наконец, на его лице промелькнула искра узнавания, и он уважительно склонил голову в поклоне.

— Леди Анрэ-Мауль, мисс Мауль, рад видеть вас.

— Конечно, конечно, Родерик! — мамочка встала ближе и, замолчав, с улыбкой посмотрела на девушку.

Девушка намёк не поняла.

Мамочка пару раз моргнула.

И вот тогда до девицы дошло.

— Ну, я… это… — она посмотрела на моего старого приятеля, — пойду…

— Увидимся, — кивнул он, с улыбкой провожая девушку взглядом, пока та не исчезла в недрах своей аудитории.

А вот у моей мамы улыбка слетела с лица сразу же, как только Мэрил исчезла из виду.

— Ох, молодые люди, учащиеся в такой престижной академии, не могут иметь столько свободного времени, чтобы тратить его на всякие глупости. Учёба! — тут её палец величественно показал на старинную хрустальную люстру. — На первом месте!

— Да, вы правы, — дежурно кивнул парень, нет-нет, да и кидая на меня взгляды. Конечно, мы же столько лет не виделись! Лет… девять?

И я очень хотела бы надеяться, что за это время лишь похорошела и теперь вызываю искреннее восхищение. Потому что сам Родерик… он выглядел настоящим драконом.

Большой, словно скала, крепкий. Строгое, немного по-детски припухлое когда-то лицо приобрело аристократические черты с чёткой линией челюсти и высоким лбом. Каштановые волосы лежали густыми ровными прядями, а глаза… Великие утёсы северных океанов! Какие это были глаза! Лишившись очков, за которыми маленький Родерик когда-то прятал взгляд, сейчас эти глаза пронизывали насквозь. И я потерялась…

Впервые в жизни потерялась настолько, что даже не знала, куда смотреть и что сделать с щеками, которые горели огнём. Сердце быстро-быстро колотилось в груди, а мысли путались настолько, что я даже пропустила последующие слова матушки, в которых она наверняка радовала студента тем, что теперь мы снова сможем видеться.

Я очнулась лишь тогда, когда герцогиня Анрэ-Мауль проворковала:

— И всё свободное время будешь проводить рядом с Лисенькой, чтобы она не чувствовала себя одиноко. Лисенька настояла, чтобы я дала ей возможность стать самой обыкновенной студенткой и я не вижу причин в этом отказывать. А, ну, и разумеется, станешь обо всём докладывать мне каждый вечер, чтобы я имела полную уверенность, что моя кровиночка в порядке и окружена заботой.

Родерик, даже не взглянув в мою сторону, посмотрел на маму.

— Нет, — просто сказал он.

Герцогиня моргнула.

— Прости, Родерик, мне послышалось «нет»?

— Именно, мадам, — почтительно склонил он голову. — Я отказываюсь следить за вашей дочерью, быть при ней нянькой и всячески опекать. Насколько мне известно, Лисанна — уже совершеннолетняя, и раз смогла поступить в Королевскую академию магии, то точно сможет и учиться здесь точно так же, как и другие студенты.

Я открыла было рот, но увидев, как потемнела лицом родительница, его закрыла. Мне было жаль глупого Родерика — он просто не понимает, что сейчас наделал. Уверена, у него имелись добрые намерения, но мама… она же всегда права! Я всю свою жизнь слышала, что герцогиня Анрэ-Мауль никогда не ошибается, а кто думает иначе — просто глупцы. Я бы не назвала парня передо мной глупцом, но ему явно не стоило переходить дорогу матушке.

Какое-то время стояла тишина, а потом женщина наклонила голову.

— Мне кажется, ты не до конца осознаешь, какой великой чести удостаиваешься, мой дорогой. После смерти твоей матушки…

— Вы взяли на себя моё образование и воспитание, — почтительно склонил он голову, — и я всю жизнь не перестану благодарить вас за это. Вы дали мне будущее и возможность строить это будущее как полноправному члену общества. И даже когда во мне пробудилась древняя кровь, полученного образования оказалось достаточно. И за это я в неоплатном долгу перед вашей семьей… — он сделал паузу, и уголок красивого рта дёрнулся в подобие улыбки. — Однако, вы обещали, что ваш поступок бескорыстен. И когда-то подписали соответствующий документ. И даже с ним я вернул оплату за своё обучение, — я ахнула, а он продолжил: — в двойном размере. А в академию я поступил не благодаря связям с вашей семьей, а пройдя все испытания и проверки. Как обычный среднестатистический студент.

Матушка поджала губы, но её взгляд, брошенный на парня, казался скорее заинтересованным, чем злым.

— Помощь, оказанная вовремя, никогда не может сравниться с последующей оплатой, Родерик. Сейчас моей дочери требуется помощь, как когда-то она требовалась тебе. Если проблема в деньгах, то странно, что ты делаешь к ним такую долгую подводку.

Я удивлённо воззрилась на мамулю. Она не сровняет его с землей? Не разозлится? Она предлагает деньги за… за меня?

Почему-то накатила обида, и я, уставившись в пол, недоуменно захлопала глазами.

Но дракон неожиданно ответил:

— Нет, мадам, я не приму от вас денег. И если в стенах этой академии Лисанне понадобится помощь, то я готов её оказать без промедлений. Рассказать, подсказать, защитить. Но не просите меня становиться её дуэньей. И, конечно, я не буду вам докладывать о каждом шаге мисс Мауль. Но приглядеть, чтобы её никто не обижал, — для меня несложно. Если вас устроят такие условия, то мы договоримся.

Родительница пару секунд молчала, а затем хмыкнула и посмотрела на меня.

— Что скажешь, детка? Тебя устроят условия Родерика?

— Я… я не знаю… — растерянно пролепетала в ответ. Я-то думала, что он будет всегда со мной как верный рыцарь, а оказывается… Но раз матушка не против…

— Да…

— Вот и прекрасно, — хлопнула в ладоши герцогиня. — Тогда устраивайся на новом месте — Орина, твоя новая подруга, проводит, — она поманила пальцем девушку, которая, видимо, уже вышла из аудитории и теперь светилась счастьем от того, что её взяли. Увидев жест герцогини, сильно смущаясь, подбежала ближе и застыла, ожидая указаний от родовитой леди. — А мне нужно несколько минут переговорить с Родериком.

Я взглянула на матушку. Она в ответ ободряюще кивнула. Тогда я бросила довольно робкий взгляд на серьёзного… ещё более серьёзного, чем раньше, парня. Сегодня он выглядел так сурово, что я даже немного испугалась. Но когда-то мы ладили, и я верила, что не пройдёт и пары дней, как мы снова окажемся лучшими друзьями. Старательно улыбнувшись, я получила в ответ лишь вежливый кивок, а посему, немного разочарованная, пошла вместе со своей новой соседкой в сторону общежитий, в которые наверняка уже доставили мои вещи.

А мама… мама осталась общаться с драконом…

Глава 3 Проблема чемоданов

Орина привела меня в одну из комнат общежития в зоне факультета искусств, на первом этаже, где располагались жилища первокурсников. Огромное здание разделялось по секторам, но не на мужскую и женскую половину, а по факультетам. И уже внутри факультетов и даже конкретных курсов распределялись зоны для девочек и парней.

Но так как на наш факультет поступали, за редким исключением, одни представительницы прекрасного пола, то студентов особо и не разделяли.

Когда дверь распахнулась, радужная улыбка, которую я держала всю дорогу на лице, немножечко поблекла.

— Оу, как мило! — воскликнула с натужным энтузиазмом, озираясь в комнатке, которая занимала места меньше, чем каморка поломойки в нашем особняке. — Как здесь… аскетично. Ну, что ж, неплохо… Прямо по-студенчески. А вот за этой дверью твоя комната, да?

Я указала на небольшую дверцу, которая уходила в противоположную от двух узких кроватей стену.

— Нет, — Орина посмотрела на меня с некоторой оторопью, — это спальня для двоих.

Я хлопнула себя по лбу.

— Ну конечно, прости, я не подумала. Это же логично: здесь две кровати. Конечно, я поняла, что это спальня для двоих… А там наверняка гостиная или гардероб… или кабинет?

— Нет, нет и нет, — ответили на все мои предположения.

Девушка прошла вперёд и, взявшись за ручку двери, открыла её.

— Здесь туалет, Ли́са. Ты же Лиса?

Я машинально кивнула и с интересом заглянула внутрь. Какой забавный, практически игрушечный санузел!

Ни огромной ванны посреди помещения, ни ковров, ни полотенец. Лишь унитаз, который совершенно неприлично стоит прямо за дверью — вот прямо открываешь дверь, а за ней сразу унитаз! Малюсенькая раковина, на которой не то что мой ежедневный уход не вместится, но даже зубная щётка с пастой под вопросом… Никакого шкафа для баночек с косметикой тоже не наблюдалось. А у меня, на минуточку, целый чемодан с косметикой. Для ухода за кожей, волосами, ногтями, руками, ногами, пяточками и так далее и тому подобное.

— Вот тут трубопровод для грязного белья, — Орина показала на небольшую дырку в стене, — кидаешь использованные вещи, они попадают в общую прачечную. И так как там работают большие стиральные артефакты на бытовой магии, то каждое утро одежда возвращается в комнату уже чистой и выглаженной.

— А они умеют работать с тонкими тканями?

— Конечно, — усмехнулась девушка, — это же академия для аристократов. Не для простолюдинов. Исключение дается только новорожденным Драконам, но это редкая история, вдобавок, такие ученики сами по себе достойны.

Я покивала, с интересом глядя на тот самый «приёмник для грязного белья». Выглядел он довольно просто, но я искренне боялась, как бы мои вещи не перепутали с вещами другой студентки. Вдобавок, раз комнаты общие, то как они смогут различать мои вещи и те, что принадлежат Орине?

— А это что? — показала я на интересное сооружение, огороженное от раковины матовым стеклом. Поверхность покрывала всё та же плитка, разве что с дырками в полу.

— Это душ, — хмыкнула девушка, проходя внутрь и включая воду на стене. Тугие струи хлынули из широкой лейки прямо из-под потолка, почти магическим образом оставаясь лишь в границе кабины. — Шампуни и душистое мыло, кстати, академия выдает.

— О-о-о… это очень мило… — в этот момент я почувствовала настоящую неловкость. Я всю жизнь росла в комфорте, не испытывая недостатка ни в каких диковинках. И ведь знаю, что бывают душевые кабины, которые ставят вместо ванн или даже вместе с ними в одном помещении, но я никогда не видела, что они… такие! Без украшений, гравировок и отдельных помещений, где вода льётся водопадом со стены…

Но чтобы соседка не посчитала меня совсем глупой, пришлось снова улыбнуться.

— Да, прости, я ещё не привыкла к настоящей студенческой жизни. Я знала, что учащиеся живут в какой-то мере как отшельники, но никогда этого не видела. Но не переживай, я способная, я привыкну. Ты только покажи, где остальные комнаты, — решила доверить такую важную миссию соседке, чтобы больше не позориться.

Но она лишь хмыкнула, возвращаясь обратно в спальню и обводя рукой пространство.

— Лиса, видишь кровати?

— Да, — с готовностью подтвердила я, выходя вслед за ней.

— Так вот, это спальня, — с каменной миной уточнила девушка. — А видишь шкаф? Один на всю комнату?

Я кивнула.

— Да, конечно.

— Это гардеробная, — с убийственной серьёзностью ответила она, а потом, разглядев моё выражение лица, добавила: — На двоих. А вот видишь два стола?

Я с некоторым страхом и практически ужасом воззрилась на два миниатюрных столика, притулившихся возле каждой кровати.

— Это прикроватные тумбочки? — попыталась догадаться я.

— Нет, — улыбнулась она, — это кабинет. Твой, — показала она на один столик, — и мой, — показала она на другой столик. — Ну, а гостиная…

Тут девушка не выдержала и хихикнула.

— А гостиная общая у всего курса.

Я не выдержала.

— Как это «общая у всего курса»?

— Ну, вот помнишь, мы проходили мимо небольших диванчиков как раз перед поворотом в коридор с нашими комнатами? Это и есть гостиная на весь первый курс факультета искусств. То есть на целых пятьдесят человек.

— А…

— И радуйся, что на нашем факультете практически одни девушки, — усмехнулась Орина, — потому что если бы поступило много парней, как, например, на боевом факультете, то эти места оказывались бы постоянно заняты. И с утра до ночи там не прекращался бы шум и разговоры.

Я растерянно похлопала глазами и, обернувшись, снова осмотрела комнату, которая была… всем!

— А… а… а… а как же… — совсем неприлично почесала в затылке. Но иначе я просто не знала, как выразить свой шок. — Великие утёсы северных океанов! Как же я здесь размещу кучу чемоданов?

Но глубину и широту, и даже долготу проблемы мы осознали только тогда, когда помощники герцогини поставили пятьдесят пятый саквояж на пол.

— Это что, всё твоё? — не веря уточнила Орина, наблюдая за тем, как наши соседки с другой стороны коридора пытаются выбраться из своей комнаты, перелезая через мои вещи.

Я прикусила губу. Это катастрофа!

— Это не всё… — прошептала я еле слышно. — Это только одежда.

Новая подруга посмотрела на меня обескураженно.

— Ты, мать, часом, свою конюшню с собой не прихватила? С дуба рухнула? Ну-ка, говори, чтобы обратно всё безобразие унесли! Оставишь самое необходимое из одежды — и хватит с тебя!

— Ты шутишь! — возмутилась я. — Я дочь герцога, я не могу ходить в обносках. Это просто неприлично.

— Неприлично в носу ковыряться в общественном месте, — отрезала Орина, — а это — безобразие. Никто не обязан перелезать через твои шмотки лишь потому, что у тебя длинное родовое имя.

В этот момент одна из девушек с коротким вскриком рухнула на пол, запутавшись в собственной юбке, а вторая, хихикнув, опустила край подола своей подруги, чтобы скрыть кусочек белоснежных кружевных панталон, на которые уставилась немногочисленная мужская часть нашего курса.

— Вот о чём я и говорю! — прицокнула соседка. — Отправляй всё обратно!

Я опешила. Со мной никогда… никогда так не говорили! Эта Орина… что она себе позволяет⁈ Стоит, руки в бока, и командует леди, словно непослушным ребёнком. Захотелось ответить, сказать что-нибудь гадкое, неприятное, заставить её пожалеть о своих словах…

Но когда я поймала себя на собственных мыслях, то испугалась. Я — леди и должна уметь разговаривать с простыми людьми! Матушка никогда не повышает голос, она всегда величественна и великодушна. И даже если она рушит чью-то судьбу, то делает это с изяществом. А я лишь первый день в академии, поэтому должна суметь постоять за себя и при этом не потерять уважения однокурсников, которых всё больше и больше выходило в коридор. Множество девушек совершенно разного достатка и происхождения дружно окружили меня с соседкой, и все ждали, что же произойдет дальше.

Я глубоко вздохнула и, задрав повыше подбородок, спокойно проговорила, стараясь голосом подражать матери:

— Мне жаль, что мои чемоданы доставили вам всем столько неудобства. Их уберут из коридора до окончания сегодняшнего вечера.

— В комнату не поместятся, — сразу предупредила дочь барона.

Я лишь еле заметно кивнула, приподнимая юбку и осторожно перешагивая через саквояж со шляпками.

— Лисанна, ты куда?

— Скоро вернусь.

Не сказав больше ни слова, развернулась и спокойным, величественным шагом вышла в общий коридор.

Мой путь лежал в противоположную часть общежития, на пятый этаж, туда, где размещались лекари выпускного курса. А именно на лекаря Родерик и поступил. Что ж… в его стиле…

Дракона удалось обнаружить довольно быстро. Я просто на входе отловила симпатичного паренька и сказала, что иду в комнату к Родерику Мейсону.

Парень присвистнул и, оглядев меня снизу доверху, с удовольствием согласился провести к товарищу. По дороге мы несколько раз останавливались, и каждому встречному мой провожатый говорил, что вот эта только поступившая студентка сейчас направляется в личную комнату к недотроге Родерику.

Я всем улыбалась и с удовольствием подтверждала его слова. В конце концов, друзья моего друга — мои друзья.

Когда парень открыл дверь, за моей спиной собралась целая толпа интересующихся.

— Родерик! — обрадовалась я. — Можно к тебе?

— Куда? В комнату? — старшекурсник недоуменно моргнул, рассматривая до неприличного радостные лица товарищей. — А что происходит?

— Ой, я тебе всё объясню, — отмахнулась я. — Главное, что Стив… — я повернулась к сопровождающему, — согласился меня провести. Спасибо, Стив! Теперь мне нужно сказать кое-что крайне важное тебе наедине!

— Это обязательно делать в моей комнате? — приподнял дракон густую смоляную бровь.

— Конечно! — возмутилась я. — А потом… — наклонившись к нему ближе, доверительно, но довольно громко прошептала: — У меня проблема с одеждой. Её надо всю убрать.

Рядом подавился то ли кашлем, то ли смехом Стив, а Родерик, нахмурившись, одним резким движением втянул меня внутрь комнаты и захлопнул дверь перед носом у товарищей.

Глава 4 Решение, которое предложил Дракон

— Так вот, одежда, — торопливо начала объяснять я, боясь, что Родерик не до конца понял всю сложность ситуации. — Нам с соседкой выделили какую-то до смешного маленькую комнату, она как бы… — тут я осмотрелась в жилище старого друга и постановила: — Ну вот точь-в-точь как твоя, только пока без личных вещей. Но проблема в том, что там лишь один шкаф, а из дома я привезла около сотни чемоданов и теперь не знаю…

— Лиса, — устало прервал меня Родерик, потирая переносицу, — ты понимаешь, что теперь пол академии начнёт шептаться и обсуждать, как ты пришла ко мне сегодня? Драконов в нашей стране наперечёт, и я очень старался блюсти репутацию, так как для лекаря это важно. А ты — дочь одной из самых влиятельных женщин королевства. Тебе тоже нужно стараться вести себя осторожней.

— Ой, — испугалась я, осознав, что он прав, — как хорошо, что мы друзья, Родерик, а то бы мало ли кто мог что подумать!

Мне показалось, что из груди дракона вырвался какой-то полузадушенный стон.

Какое-то время он страдальчески смотрел на свои ботинки, но потом решительно поднял голову.

— Так, чемоданы! Я понял, пойдём к твоей комнате.

— Ура! — захлопала я в ладоши.

Вот прямо чувствовала, что с приходом Родерика всё наладится! Не может же он, как и остальные, предложить мне просто выкинуть вещи?

Дракон решительно распахнул дверь, и нам под ноги с грохотом навалилась целая гора старшекурсников.

Я взвизгнула и отпрыгнула в сторону.

— Опа-а, ребята, похоже, нас спалили! — громко крикнул своим товарищам смешливый студент, упавший самым последним на вершину кучи. — Бежим!

— Вот как ты с меня слезешь, так сразу и побежим, — проворчал под ним Стив, который провожал меня до комнаты.

— А ну, валите все отсюда, — распорядился Родерик, носком ботинка подпинывая тела товарищей. — В следующий раз уши свои погреете!

— Ой, да ладно, мы же за тебя волновались! — возмутились ребята. — Ну да, мало ли не справишься и помощь понадобится?

— Я тебе сейчас клизму в зад засуну, — на полном серьёзе пообещал Родерик.

Куча мгновенно зашевелилась, начиная распадаться на отдельных студентов. Дракон посмотрел на меня.

— Идёшь?

Я немного растерянно поморгала.

Эти студенты… какие они… неприличные! Но так как парни смеялись и ничуть не смутились случившемуся, я решила тоже воспринять происходящее как должное. В конце концов, не так много общалась с молодыми людьми своего возраста и многое просто могла не знать.

Когда груда тел перед входом рассосалась, мы с Родериком вышли в коридор и направились в сторону моей комнаты.

Правда, в холле общежития дракон затормозил и резко свернул к помещениям коменданта, располагавшимся даже чуть ниже первого этажа.

— Тётушка Рози! — постучал он в белоснежную дверь. — Тётушка Рози, нужна ваша помощь!

— Кого там принесла нелёгкая… О, Родерик! — дверь распахнулась, и нашему взору предстала довольно колоритная старушка в мягком розовом халате и пушистых тапочках. Короткие редкие волосы были намотаны на старинные мелкие бигуди, больше напоминавшие палочки. В руках женщина держала незажжённую трубку. Увидев, кто к ней пожаловал, она, совершенно не стесняясь, обняла большого, как скала, дракона, хотя парень оказался намного крупнее и со стороны это выглядело чуть комично. — Ах ты, негодник, я так и знала, что придёшь сегодня — у меня правый бок чесался, а это к гостям! Кого с собой привёл? — её взгляд нашёл меня, и я мгновенно расцвела радостной улыбкой. Увидев, как женщина обнимает моего друга, я тут же захотела ей понравиться. В конце концов, Родерик никогда не дружил с плохими людьми!

— Здравствуйте, мэм! Меня зовут Лисанна Мауль, я первокурсница на факультете искусств!

Женщина быстро провела взглядом вверх-вниз, а потом приподнялась на носочки, чтобы шепнуть в ухо старшекурсника:

— Какая-то она глупенькая на вид, Роди… Может, кого поприличней найдёшь?

Улыбка на лице медленно увяла. Я растерянно захлопала глазами, а парень с просьбой в голосе обратился к комендантше:

— Тётушка Рози, я с Лисанной знаком с детства, не обижай её, пожалуйста. Мы пришли просить тебя о помощи!

— Опять о помощи! — проворчала женщина, окидывая меня недовольным взглядом и отпихивая от себя тушу дракона. — Что опять надо, окаянные?

— Помнишь, недалеко от сектора факультета искусств раньше находилась костюмерная театрального кружка? До того, как он распался в прошлом году?

Женщина приподняла бровь.

— Можем мы тебя попросить выделить эту комнату для вещей Лисанны? Хотя бы до того момента, как кружок снова начнёт функционировать. Ну пожалуйста, — дракон проникновенно заглянул в глаза пожилой женщине. И в его взгляде лучилось столько мягкого тепла и какого-то игривого света, что, клянусь, я бы сама выполнила любую его просьбу, если бы он так на меня посмотрел!

— Ох, шельмец, — растаяла тётушка Рози, — знаешь, как старуху уговорить. Ладно! — она ткнула Родерика трубкой в плечо. — Будь по-твоему. Но тогда вы, милочка! — тут она грозно, без тени той улыбки, которой одаривала дракона, сверкнула на меня взглядом. — отвечаете за порядок в костюмерной. Не дай, Всевышний, я обнаружу хоть одну соринку! Заставлю у меня месяц отрабатывать! Это понятно⁈

— Конечно, мэм, — кивнула я, — обещаю внимательно следить за работой горничных и, если кто-то из них начнёт плохо выполнять свои обязанности, сразу их выгнать.

Дракон закашлялся, а комендантша прищурилась.

— Только не говорите, что вы притащили в академию горничных…

— Конечно, — удивилась я, — а кто же займется наведением порядка? Мне матушка объяснила, что в академии каждый студент сам за себя, поэтому я заранее позаботилась о том, чтобы привезти всё с собой. Девушки на улице ждут, когда прибудут все чемоданы.

Родерик с непонятным звуком закатил глаза к потолку, а тётушка Рози с предвкушением усмехнулась.

— Что ж, придётся вам, леди, — не знаю почему, но из её уст обращение прозвучало иронично, — ближайшие пять лет обходиться без помощниц. Наши студенты заботятся о себе сами. Вы правильно заметили. Только не с помощью персонала, а своими… руками. — добила она меня.

— К-как это… руками? — мне кажется, в этот раз мой голос от перенапряжения стал выше на нескольких тонов. Недопустимая вольность для аристократа. Леди не визжат, как поросята, они говорят спокойно, степенно и с достоинством…

С другой стороны, настоящей леди никогда не угрожали требованием самой мыть полы. Это же… Это же как минимум неприлично!

Родерик который раз за этот день тяжело вздохнул и, пожелав хорошего дня тётушке Рози, забрал у неё ключи.

— Лиса, за мной, — приказал он, первым направляясь к лестнице.

— Всего доброго, — кивнула я женщине и послушно засеменила за драконом.

Никому на свете я бы сейчас не призналась в том, что чувствовала себя словно птенец, которого выбросили из гнезда. Вокруг всё такое страшное, непонятное, но при этом интересное. Я знала, что стоит мне только свистнуть матушке, как она примчится и действительно камня на камне не оставит от этой академии. И от моей соседки Орины, и даже от колоритной тётушки Рози. Но где-то в глубине души я понимала, что тогда потеряю возможность так же легко и по-дружески общаться с однокурсниками. А я ведь мечтала, что попаду в академию и у меня появятся настоящие друзья! Поэтому, несмотря на то, что безумно хотелось позвать на помощь матушку, я из последних сил держалась и старалась не впадать в панику.

Так что уверенный тон и широкий шаг Родерика возвращали меня в реальность. Я шла за ним словно послушная собачонка, испытывая ужас от мысли, что и он меня бросит.

— Родерик… — жалобно позвала широкую спину, когда мы преодолели один пролёт лестницы. — Подожди… ты слышал, что сказала мадам? Она говорит, что мне мыть придётся… самой… Но я же… я же не могу… — от волнения у меня задрожал голос. Стоило лишь представить, что я возьму в руки тряпку, как перед глазами всё плыло. Ведь это же… это же полный крах… Всё, чему меня учили, что прививали с детства, — я просто потеряю достоинство леди…

— Лиса, — парень на меня обернулся, а в следующую секунду схватил за рукав и резко дёрнул на себя.

Я с размаху впечаталась в широкую грудь дракона, а мимо нас по месту, где только что стояла, пронеслась группа старшекурсников в лёгких открытых майках. Парни громко смеялись, кричали и перепихивались между друг другом. От этой толпы пахло потом, весельем и какой-то дикой, почти животной энергией. Останься я на месте — и меня бы просто снесли. Или же обтерли со всех сторон горячими телами.

Я испуганно подняла взгляд на дракона.

— Тебе придётся научиться смотреть по сторонам, — чуть дёрнул он уголком рта.

Я сглотнула и совершенно неожиданно для себя выпалила:

— Ты слишком похож на аристократа!

Ещё в детстве парень отличался точёными чертами лица и высоким лбом, но сейчас к ним прибавилась стать, изящная неторопливость и плавность движений. Пока эта толпа бежала мимо, он напоминал большого льва в кругу прыгающих обезьян.

— Мисс Мауль делает мне комплимент? — Родерик наконец улыбнулся. — Это очень мило, но не спасёт тебя от серьёзного разговора.

Оторвав меня от своей груди, он предложил взяться за локоть и чуть медленнее, чем до этого, начал подниматься наверх.

— Лиса, тётушка Рози права: на время обучения студенты не имеют права пользоваться услугами наёмного персонала. Это сделано не только для того, чтобы учащиеся не чувствовали себя лучше или хуже других, но и чтобы научить справляться своими силами, а также коммуницировать друг с другом.

— Но я не могу…

— Ты говоришь, что не можешь убирать сама, но подскажи, пожалуйста, разве у вас дома слуги убирают руками?

— Что? — удивилась я. — Нет, конечно, они это делают магией! Матушка всегда нанимала самых лучших бытовых магов, так как убрать огромный замок вручную практически нереально. Там только потолки по десять метров высотой!

— Ну вот, видишь, если даже у вас дома это практикуется, то в магической академии тем более можно использовать способности для достижения результата.

— Но я… я не обладаю бытовой магией… — в этот момент пришло ощущение, что я по-настоящему не дотягиваю до академических стандартов. Неужели все успешные ученики академии в дополнение к основным дисциплинам ещё и бытовую магию учат? Это же двойная нагрузка, особенно, если нет способностей. — Или тут в ходу артефакты?

— Нет, они запрещены, — усмехнулся парень, сворачивая почему-то не к сектору факультета искусств, а немного раньше. Я не успела прочитать табличку на входе, поэтому лишь недоуменно озиралась по сторонам.

— Тогда как? Родерик, мне кажется, мы свернули не туда.

— Всё нормально, — успокоил он, а потом остановился и внимательно посмотрел на меня. — Лиса, для того, чтобы поддерживать родовой замок в чистоте, герцогине Анре-Мауль совсем не обязательно самой мыть полы. Она может попросить того, кто умеет это делать.

— Так я же и привезла горничных! — возмутилась я.

— Но они запрещены. Думай ещё.

Я растерянно захлопала глазами, а потом, осененная догадкой, снова с большим интересом начала оглядывать сектор, куда мы попали.

— Бытовяя магия! Ты предлагаешь нанять кого-то из учеников? Если нельзя привозить слуг с собой, то…

— Нет. Денежно-рабочие отношения в академии запрещены, — обломал он меня.

— А как же тогда?

— Денежные отношения запрещены. Это как минимум неприлично — предлагать своим товарищам деньги за ту работу, что тебе самой не нравится. Лисанна, я прошу тебя, никогда так не делай. Этим ты поставишь и себя, и другого человека в неловкое положение. Таким предложением ты словно возомнишь себя выше, что и так любят делать родовитые студенты. Но это путь в никуда. Если ты хочешь иметь друзей, то должна научиться видеть в окружающих людях партнеров, а не слуг. Для слуг у тебя впереди ещё вся жизнь — с твоим происхождением это неизбежно. Но сейчас подумай: что ты можешь предложить, кроме денег, за помощь, чтобы не поставить другого студента на ступень ниже себя?

Я растерянно заморгала. Не деньги? А что я могу предложить, кроме денег? У меня ничего нет… Простые люди обладают талантами, а аристократы и сильные мира сего их таланты и способности покупают. Всегда так было. Не буду же я предлагать бытовичке, как крестьянка, расплатиться продуктами! Это даже для самых отсталых районов страны — дикость!

— Я не знаю, — призналась честно.

Родерик спокойно склонил голову набок, никуда, по виду, не торопясь.

— Вот я учусь на лекаря. В обмен на помощь с экзаменом по стрельбе из лука я обратился к студенту боевого факультета. Он тренировал меня после уроков, а я в ответ поехал с его командой на практику в качестве лекаря. Хоть боевики и должны уметь оказывать первую помощь, но когда вместе с ними находится лекарь, то нахождение в незнакомой местности всяко приятней. Я помогал лечить ожоги, аллергии, расстройства желудка и даже подсказывал, какие из плодов и растений в той местности съедобные. А что ты можешь дать другому?

— Это не честно, — возмутилась я. — Ты почти выпускник, да и вообще, у тебя всем нужная профессия, а я только поступила. Предлагаешь мне подарить девушке картину в обмен за помощь?

В этот момент мимо нас прошла довольно скромного вида парочка первокурсниц. Я сразу поняла, что они только поступили — слишком уж они… зажатые, что ли, растерянные…

Они остановились недалеко от того места, где мы разговаривали с Родериком, и одна, с очень хрупкой фигурой и жиденькими серыми волосами, собранными в низкий хвост, тихонечко показала страницу из модного журнала своей подруге.

— Вот, как думаешь, это мне пойдёт для бала первокурсников в субботу?

На развороте страниц разместилось изображение эффектного, кроваво-красного платья с глубоким декольте.

— Он же должен заметить меня в этом? — прошептала она возбуждённо сверкая большими стальными глазами.

— Нет… — прошептала я, на секунду даже забыв, о чём шёл разговор с драконом. Инстинктивно сделав пару шагов к парочке, я очнулась и немного растерянно посмотрела на спутника. — Ты имеешь в виду… это?

— Почему бы и нет? — улыбнулся он. — Я же помню, как ты в детстве любила наряжать кукол. И всегда требовала, чтобы я рассмотрел каждую и восхитился твоим умением подбирать цвета и ткани к каждому, даже самому необычному типажу внешности.

Я задумчиво почесала под носом, а потом, уверенно кивнув, решительно направилась в сторону девушек.

Глава 5 Какое знакомство без женской драки?

Если в первую секунду девушки смотрели на меня с нескрываемым недоверием, то стоило мне озвучить своё предложение помочь им с образом на бал, а также упомянуть количество чемоданов с одеждой, в которых можно порыться, как они резко сменили подозрительность на полный восторг и, подхватив меня под руки, понесли в сторону костюмерной бывшего театра.

Я обернулась на Родерика, но тот лишь кивнул и, открыв помещение моей будущей гардеробной, начал откланиваться.

— Если что-то будет нужно — зови, — с мягкой улыбкой он вложил в мои руки ключ и спокойно направился обратно к лестнице.

— Но… но… — дёрнулась я было ему вслед. — Как же… чемоданы…

Мужчина обернулся и одними губами проговорил: «Сама». А затем просто ушёл.

— Лиса, ну пойдём скорее! — затормошила одна из бытовичек — Нара, с пышными каштановыми кудрями и задорными веснушками на щеках. — Мне не терпится увидеть, как у кого-то может накопиться столько одежды! Ох, уж эти аристократишки — вечно у них какие-то причуды!

— Но мы же не можем нести их сюда, — немного напуганная таким энергичным напором, всё же заметила я, оглядывая пыльное огромное помещение с кучей вешалок, стоявших ровными рядами вдоль всей комнаты.

— А, ну это не проблема, — ответила Оли — та самая серая мышка, которая и привлекла мой взгляд изначально. Взмахнув рукой, она буквально стёрла всю грязь и пыль с огромного пространства комнаты.

— Вот всегда ты первая, — проворчала её подруга, и, повинуясь движению её рук, огромное окно в конце помещения распахнулось, впуская в костюмерную поток свежего, холодного воздуха. — Ну, вот и всё! Сейчас сюда притараним весь твой скарб и наведём финальную красоту. Ух, я уже предвкушаю!

Я лишь головой покачала. В этой академии действительно учатся самые талантливые маги королевства. Если они играючи делают то, за что работники у нас дома получают довольно неплохую оплату, то какие таланты приобретут, когда выпустятся?

— А чем вы хотите заниматься после обучения? — спросила я, пока мы шли к моей с Ориной комнате.

— Мне нравится работать с мебелью, — возбуждённо сверкая глазами, проговорила Нара, экспрессивно размахивая руками. — У моего дяди большая фабрика — мы создаём самую изысканную мебель в стране. В прошлом году сам принц Валируйский заказал у нас ступеньку для ног.

— О! — покивала я головой. — А ты, Оли?

— А я хочу изобретать артефакты для уборки и ремонта, — отчаянно краснея, пролепетала та. — Я ещё одновременно на факультет артефакторики поступила, постараюсь совмещать.

Я лишь головой покачала, но для дальнейших расспросов времени уже не оставалось, так как мы дошли до коридора, ведущего в комнаты нашего курса.

— Ого! — Нара затормозила и уважительно прицокнула. — Вот это шмотья! Уважаю! Лиса, скажи, а все герцогини такие модницы?

— Я не герцогиня, а дочь герцога, — поправила я её. — Но если честно, то не знаю, я не очень много общалась с другими леди вне балов и приёмов. Но, судя по тому, что они обычно носят, можно предположить, что у многих из них хороший вкус. Ну… или у их стилистов…

На пороге комнаты нас встретила Орина. Она довольно неприязненно осмотрела моих новых подруг и поджала губы.

— Слушай, а можно в наш сектор не тащить бытовичек? Они слишком шумные, вдобавок не умеют себя вести, ведь среди них полно простолюдинов.

Пришедшие со мной девушки как-то разом смутились, а я нахмурилась.

— Орина, это мои новые подруги, имей уважение!

Девушка поджала губы и пихнула ногой ближайший чемодан.

— Не забудь убрать отсюда всё это бархло. И приходил декан, спрашивал, чьи это горничные болтаются под окнами. Если ты их не отошлёшь как можно быстрее, у тебя возникнут проблемы.

С этими словами она зашла внутрь и захлопнула дверь. А я повернулась к девушкам и немного виновато проговорила:

— Она хорошая, просто немного не в духе.

— Ой, да знаем мы этих аристократок! — фыркнула в закрытую дверь Нара. — Как хвост распушат, так бегите, спасайтесь. Только и умеют, что носы задирать!

Неожиданно дверь распахнулась, а разъярённая соседка налетела на девушку.

— А ну, повтори, что ты сказала, овца кудрявая⁈

— Девочки, не надо ссориться! — попыталась было я разнять новых подруг, но от меня лишь отмахнулись, продолжая всё яростнее пихать друг друга.

Если Нора в первую секунду растерялась, то осознав смысл слов Орины пошла красными пятнами от гнева. У неё даже веснушки на лице побелели и засветились, как пятнышки на мухоморе.

— А что слышала, высокомерная стерва!

— Пошла вон отсюда, чернь… — договорить соседка не успела, потому как Нара вцепилась руками ей в волосы. А в следующую секунду девушки с визгом закружились по коридору, размахивая руками и клочьями вырывая друг у друга пряди.

— Нет, подождите! — бросилась я вперёд, но почти сразу отлетела к стене, а из всех дверей посыпались студенты.

— Драка!

— Драка!

— Драка! — восторженно вопили девичьи голоса со всех сторон, окружив плотным кольцом соседку, вцепившуюся мертвой хваткой в бытовичку.

— Оли, что делать? — чуть не плача, забормотала я, поднимаясь на ноги и снова безрезультатно пытаясь пробиться сквозь толпу зевак. Но запнувшись об лежащий на полу чемодан чуть не ткнулась носом в пол.

Девушка какое-то время думала, а потом шмыгнула в мою комнату. Я же, застонав от бессилия, снова упрямо полезла вперёд, в этот раз работая руками и локтями.

— Нара! Орина! Прекратите немедленно! — крикнула как можно громче и в тот момент, когда парочка пролетала мимо меня, вцепилась в спину соседки.

Меня сорвало с места и вместе с клубком воинственных и визжащих девиц повалило на пол. Пока я соображала, где мои ноги, а где чужие, меня пару раз со всей дури дёрнули за волосы, а потом ещё и врезали локтем в живот!

Я вытаращила от боли глаза как раз в тот момент, когда на нас с потолка хлынул мощный поток ледяной воды.

Все стоящие рядом девушки с визгами бросились в разные стороны, скрываясь от стихии в собственных комнатах, а дерущийся клубок на полу с руганью распался на отдельно взятых соперниц. Я упала на один из саквояжей, он распахнулся и во все стороны разлетелись дорогущие невесомые ночные сорочки.

Водопад с потолка закончился так же быстро, как и начался, а два пустых ведра, напоследок ударившись друг о друга металлическими краями, степенно уплыли обратно в нашу с Ориной комнату совершенно самостоятельно.

— Простите… — пробормотала единственная оставшаяся в коридоре Оли. Она виновато улыбнулась и спрятала руки за спину.

— Бездна тебя подери, Оли! — ругнулась Нара и уронила мокрую кудрявую голову обратно в лужу на красном ковре.

— Так-так-так… — в глубине общего холла раздался суровый дребезжащий голос. — Кто тут у нас? Четверо только поступивших первокурсниц уже решили выяснить, кто из них больше хочет весь ближайший месяц отрабатывать⁈

— Я не… — попыталась было я указать на свою полную непричастность к конфликту, но меня перебили.

— Живо встали и все за мной, — рявкнула милая тетушка Рози и, развернувшись, вышла из нашего коридора.

— Попали… — снова пробормотала сразу за всех Нара.

Глава 6 У ректора, который не поддается подкупу, но поддается влиянию…

— Так… — ректор Королевской академии магии обвёл нас всех внимательным взглядом. — Занятия ещё не начались, а вы, девушки, уже нарушили огромное количество правил академии.

— Это не я! — возмутилась Орина. — Это вообще всё эти бытовички! Заявились в наш сектор и попытались качать права!

— На себя посмотри, фифа недоделанная, — огрызнулась Нара. — Мы, между прочим, не плюемся ядом на каждого, кого видим!

— Не надо ссориться, — промямлила Оли.

— Девушки! — постучал карандашом по столу мужчина. — Сейчас вы делаете только хуже. Кто следующий произнесёт хоть слово, у того удвоится отработка.

Все тут же замолчали и молча уселись на диван. Лишь Нара с Ориной всё ещё метали молнии друг в друга. Но никто и не подумал ослушаться приказа ректора.

— Прошу назначить им месяц исправительных работ, — зловеще потребовала тётушка Рози, обведя нас хмурым взглядом, причём на мне её глаза сузились до состояния щёлочек. — Пусть туалеты своими холеными ручками намывают!

Я похолодела. Они же шутят… правда? Не может быть, чтобы знатных дочерей лордов действительно могли заставить… Это же незаконно!

Поэтому, собрав всю свою волю в кулак, вспомнив всё, чему меня учили об искусстве переговоров, я всё же решилась нарушить запрет на общение.

— Прошу прощения. Мне кажется, то, что вы предлагаете, — неприемлемо. Дело в том, что вы, верно, неправильно поняли наше положение. Я и… — оглядев девушек, я решила немного обобщить, — …мои подруги — дочери аристократов, высшего класса. Нам очень жаль, что так вышло, но я уверена, что средства наших родителей вполне покроют расходы на ремонт. Поэтому проблемы просто не существует… Я бы хотела вернуться к себе и переодеться. Это возможно?

— Мисс… — по губам ректора зазмеилась предвкушающая улыбка. — Вы, видимо, не до конца понимаете, куда попали. Это учебное заведение, а не зал приёмов. И у нас не принято оценивать студентов по их статусу, так как тут все, — он обвёл рукой сидящих девушек, — из богатых семей. Так что на время обучения забудьте своё происхождение, вы равны. И поэтому отрабатывать придётся вместе со всеми столько, сколько нужно.

С каждым его словом мне казалось, что в мой гроб забивают молотком гвозди. Больше всего на свете хотелось послать маме весточку. Она бы точно разобралась! Меня просто не могут заставить…

В этот момент дверь распахнулась, и в неё на всех парах влетел носатый профессор, который находился в составе комиссии сегодня утром.

— Господин ректор! — прокричал он, но, проходя мимо меня, притормозил и несколько раз суетливо поклонился. — Простите, простите, сейчас всё будет… сейчас всё исправим… Господин ректор! Произошло огромное недоразумение!

Он буквально отпихнул комендантшу общежития от ректорского стола и, тяжело дыша, сам навис над начальником.

— И какое же недоразумение? — нахмурился мужчина. — Джордж! Прежде чем шутить, отдышись, пожалуйста. Ты что, сюда бежал всю дорогу?

Тут его взгляд снова упал на дверь, и он впервые за это время радушно улыбнулся.

— О, Родерик, а ты как здесь?

Я быстро обернулась и судорожно пригладила мокрые и торчащие в разные стороны волосы. А затем подскочила к опешившему дракону и, встав на цыпочки, быстро зашептала ему в ухо:

— Родерик! Ты пришёл мне на выручку? Меня хотят заставить мыть туалеты! Ректор не слушает! Сделай что-нибудь!

— Я правильно понял, что все присутствующие девушки подрались между собой? — негромко уточнил Родерик, одним глазом наблюдая за тем, как мамин знакомый горячо шепчет в ухо своего начальства, время от времени показывая на меня пальцем.

— Не совсем, — ответила я, отчаянно краснея. — Скорее, просто не сошлись во мнениях… Но это же не повод нас заставлять…

— Вот именно! — рявкнул в этот момент ректор на Джорджа Риттела, который всеми силами сейчас защищал мою честь. — Эти избалованные девчонки не знают правил приличия, испортили дорогой ковёр в общежитии, осквернили стены академии и валялись по полу, как мартышки. А она! — палец указал на побледневшую Оли. — И вовсе применила магию. И направила её не в пустоту, а на других учащихся! Она даже учиться ещё не начала! Ей вообще это запрещено! А эта ваша леди… — тут его взгляд упёрся прямо в меня, — не только не раскаивается, но и требует… я повторюсь, требует, чтобы мы проявили к ней уважение просто потому, что она родилась с золотой ложкой во рту. И вы хотите, чтобы им всем это сошло с рук?! Не позорьте наше заведение! Мы не подхалимы и не прогибаемся под статус студентов!

Я испуганно вцепилась в рукав дракона. Никогда… никогда в жизни на меня не кричали. И то, что сейчас происходило, походило на страшный сон!

И он не подвел!

— Ректор Голден, я хотел бы попросить вас проявить милосердие к девушкам. Они ещё только начинают учиться и пока не знакомы с академическими порядками, — спокойно, но весьма твёрдо попросил Родерик, и от звука его голоса моя паника начала понемногу спадать. Если он готов меня защищать, то всё как-нибудь наладится…

— Вдобавок, вы правы, — продолжил старшекурсник. — Они ещё даже не начали учиться, а значит, сегодня ещё не являются полноценными студентами, то есть, не могут нести всю полноту ответственности, как могли бы после официального приёма, где они получат звание студентов Королевской академии магии. Я отвечаю за одну из девушек и в этот раз готов взять на себя последствия выходки. И сам лично позаботиться о том, чтобы они на правильном примере поняли и осознали важность бережного и уважительного отношения как друг к другу, так и к месту, где им предстоит провести столько времени.

— Да, ты прав, мальчик мой, — ректор вытер вспотевшую лысину. — Я погорячился. Но мне на самом деле абсолютно всё равно, какое происхождение у этих девиц и кто у них родители. Предлагаешь простить и отпустить? Раз ты взял на себя обязательства, то тогда я позволю решать их судьбу. Как скажешь, так и будет…

Ого! У ректора и Родерика такие тёплые и добрые отношения!

В этот момент профессор Риттел не выдержал и громко шепнул имя моей матери в ухо ректора.

Родерик уже было открыл рот, чтобы ответить на вопрос, как его перебили громогласным:

— В смысле, герцогиня Анрэ-Мауль?! Её дочь?! Кто?!

— Она! — профессор ткнул в меня пальцем, но потом, спохватившись, забормотал извинения и три раза склонил голову в поклоне.

— О! — резко побелевший руководитель академии затравленно посмотрел на меня. — Ну это… как бы… всё меняет… Дорогая, что же вы не сказали раньше?

Захотелось топнуть ногой и возмутиться, что мне просто не дали возможности, как мужчина расплылся в немного заискивающей улыбке.

— Простите, кажется, вышло недоразумение. Мы никоим образом не планировали как-либо ущемлять вас, леди Мауль. Прошу вас, не подумайте, что у нас имелись дурные намерения. Конечно, если вы говорите, что это случайность, то так и есть. И раз уж Родерик взял ответственность на себя, тогда, я думаю, вопрос улажен. И вам, и вашим подругам, конечно, не нужна никакая отработка, — он ещё шире растянул губы, но в этот момент вновь послышался голос дракона:

— Если позволите, сэр, — обратился он, — то минуту назад вы сказали, что именно мне даёте право решить судьбу девушек в связи с произошедшим.

— Конечно, конечно, мой дорогой, — платок ректора вновь вытер выступивший на лбу пот, и он почти с ужасом взглянул на меня, словно я могла приговорить его к смерти одним лишь взглядом. — Решай сам, я же сказал, что отработки не требуется!

— Но я так не думаю, сэр, — внезапно проговорил Родерик, а я неверяще моргнула и медленно опустила его рукав.

Он… что?!

— Я считаю, что отработка всё же должна состояться.

— Но… Родерик… — пробормотал ректор, кося в мою сторону одним глазом. — Не… не кажется…

— Послушайте, студент! — вмешался профессор Риттел. — Вы что, не слышали, чья дочь Лисанна Мауль? У вас нет ни капли уважения к Её Светлости?

— Напротив, — Родерик даже не шелохнулся. — Я прекрасно знаю, что делаю, и уполномочен именно герцогиней присматривать за Лисанной. Вдобавок, господин ректор также пару минут назад дал мне это разрешение. Поэтому я предлагаю всё же наградить девушек отработкой…

Все находящиеся в кабинете, казалось, замерли от ужаса… вернее, все, кроме тётушки Рози, которая до этого тихо стояла в сторонке, а сейчас мстительно улыбалась, с гордостью глядя на дракона. Правда, к её неудовольствию, он всё же решил выбрать другое наказание.

— Но не мытьем туалетов, а помощью в лекарском крыле. В начале года у многих студентов идет привыкание к нашему климату — всё же академия находится довольно далеко от центральной части страны. Вдобавок вчера привезли большую партию лекарственных трав. Их надо разобрать, рассортировать и упаковать в небольшие связки, пучки и пакетики. Таким образом, и девушки принесут пользу, и в то же время не уронят своего достоинства.

Какое-то время в кабинете стояла такая тишина, что тиканье старинных часов в углу показалось слишком звучным. Девушки на диване переглянулись промеж собой, не зная, как реагировать на случившееся. Ректор уставился на профессора Риттела, тот обернулся к тётушке Рози. Женщина в это время сверлила взглядом дракона, а сам Родерик смотрел лишь на меня.

И в его взгляде читалось столько понимания и в то же время строгости, что я вконец растерялась.

Глава 7 Проблема чемоданов наконец-то решена!

— Всё в порядке? — уточнил Родерик, едва все учащиеся вышли из кабинета ректора.

Мы с девушками переглянулись и в этот раз оказались совершенно единодушны.

— Конечно нет! — возмутилась Орина, раздражённо складывая руки на груди. — Я леди и не собираюсь ваши травки перебирать. Это обязанность лекарей!

— Нас же почти отпустили, — печально вздохнула Оли.

— Вот именно! Ты старшекурсник, а зачем-то ввязался! — суровей всех припечатала парня Нара. Но когда дракон чуть приподнял бровь, немного поубавила пыл. — Ну, можно же было просто замять дело?

— Не думаю, — покачал он головой. — Если бы дело замялось из-за статуса Лисанны, по академии пошёл бы слух, что ей оказывают особое расположение. А это не станет для неё хорошей репутацией — ни среди учеников, ни среди преподавателей.

Девушки задумались, видимо взвешивая в голове мою репутацию и собственный дискомфорт, а я не выдержала.

— Как может быть плохой репутацией то, что моя мать — герцогиня?! Её все уважают, Родерик!

— Дело вообще не в этом.

— А в чём? — сердце жгла обида, и я еле удерживалась от того, чтобы устроить публичные разборки с другом детства. Но так как этого никак нельзя было допустить, глубоко вздохнула и предложила: — Давай всё же об этом потом поговорим, хорошо? Сейчас я бы хотела заняться своими вещами.

— Хорошо, Лисанна, — кивнул он. — Вы справитесь?

Мы с девочками снова переглянулись, а потом дружно ответили:

— Да!

А Нара не удержалась и проворчала себе под нос:

— Всё равно от этих мужиков одни беды…

И мы, как-то не сговариваясь, взялись под руки в одну длинную шеренгу и с гордо поднятыми носами и подбородками прошествовали мимо настоящего, целого дракона.

Всё же общий враг объединяет… Особенно девушек.

Я надеюсь, что Родерик смотрел в мою спину, потому что шли мы эффектно. На лестнице, правда, пришлось разделиться на пары, так как по другой стороне спускались студенты, уже успевшие обустроиться и теперь спешащие на первые прогулки по академическому парку. Говорят, там сейчас маги льда соревновались в искусстве вырезания фигур.

Но всё равно шли эффектно. И когда поворачивали в сторону нашего крыла, даже не обернулись. Незачем!

— С чего начнем? — уже через полчаса спросила я у бытовичек, когда бедные, немного подзамёрзшие горничные смогли отправится домой, а чемоданы с улицы попасть в костюмерную посредством левитации, которая, как оказалось, обязательна для изучения на бытовом факультете, а потому уже частично изучена Оли.

— Сейчас закинем твои вещи с коридора и начнём разбирать, — бодро хлопнула в ладоши Нара, а затем скомандовала: — Оли, за мной!

— Девочки, — я засеменила следом за приятельницами, — а можно я всё же сначала душ приму? Орина уже давно ушла в комнату, а я так и осталась в грязном и мокром…

— Ой, да! — спохватилась Оли. — Нарачка, тебе же тоже надо, почему я не подумала?

— Ерунда, — отмахнулась шатенка, тряхнув кудрявой головой. — На мне и так всё высохнет. В конце концов, я почти выучила заклинание для сушки одежды, как раз опробую. Могу и тебе, Лиса, сделать!

— Нет-нет, — вежливо улыбнулась я, представляя, во что может превратиться дорогая ткань платья при сушке чуть неправильной температурой. — Я сама…

В коридоре обнаружились печально разбросанные ночные сорочки, которые в пылу борьбы выпали из одного из чемоданов. Я горестно вздохнула, но всё же прошла мимо. Потом… разберёмся…

— Я поправлю, — пообещала вслед Оли.

Я лишь улыбнулась и зашла в комнату.

— О, явилась, — проворчала уже вымытая до скрипа и намазанная всеми кремами разом соседка. Девушка сидела на кровати и придирчиво рассматривала свои брови в небольшое зеркало. — Не понимаю, почему ты сразу не пошла привести себя в порядок?

— Пришлось горничных отпустить, — развела я руками. — Они и так долго на улице ждали. А сейчас холодно.

— Пфф, — презрительно скривила красивое личико Орина, а потом, заметив лишний волосок, без сожаления вырвала его щипчиками. — Прислуга могла бы и подождать.

Я посмотрела на неё с удивлением.

— Орина, скажи, когда твой отец потерял состояние?

— Зачем тебе это? — нахмурилась она, но всё же ответила: — Сразу после моего рождения. И ты не представляешь себе, как тяжело так жить! Знать, что ты достойна большего, а ютиться в малюсеньком доме! Лиса, у нас имелось всего десять слуг и одна… Послушай, одна лошадь! Мне приходилось каждый раз ждать сестру, чтобы удостоиться возможности сделать круг по парку.

— А повторно замуж твоя мама вышла совсем недавно, верно?

Какое-то время соседка молчала, а потом зло сверкнула глазами.

— Хочешь сказать, что я не приучена к общению со слугами, раз недолго живу в достатке?!

Я примирительно улыбнулась.

— Нет, мне просто пришло в голову, что ты очень хотела вновь получить своё положение и немного перегибаешь палку, общаясь с людьми ниже себя. Мы должны быть добрыми.

— Должны?! — снова фыркнула Орина. — Почему же?

— Потому что мы — леди, — я пожала плечами и, оставив задумчивую соседку приводить в порядок растительность на лице, всё же ушла в ванную. А то меня уже давно ждут девочки с бытового…

Девочки действительно меня ждали. Не особо страдая при этом, потому как им на помощь пришёл хорошенький знакомый Родерика.

— Стив, а эту коробку вот сюда, — сияющая, как золотой шар на ёлке, заявила Нара.

— Ради прекрасных дам, — весело отозвался молодой лекарь и направился в указанную сторону, — я готов и не на такое.

Девчонки переглянулись и захихикали.

Нара указала на ещё один чемодан и протянула:

— Ой, такой тяжёлый! Сти-и-и-ив, помоги!

Оли, которая в этот момент магией тащила другой саквояж через всю комнату, спохватилась и застыла на месте, ожидая, когда «мужская» помощь дойдёт и до неё. Саквояж застыл вместе с ней прямо в воздухе, но когда Стив обернулся, девушка лишь смущённо улыбнулась, показывая, что всё так и задумано.

— Привет, — улыбнулась я.

— Ой, Лиса! — разом обернулись ко мне девчонки.

Саквояж, поддерживаемый Оли, рухнул на пол, и она еле успела подхватить повылетавшие из него платья.

— Ой, — повторила она, смущённо покрываясь румянцем. — Прости, я сейчас.

Платья один за другим вылетели из чемодана и стройными рядами замаршировали по воздуху, по дороге ещё и самоочищаясь от частичек грязи и пыли. Долетев до вешалок, они как-то сами собой заскакивали на плечики и ровными рядками вставали на штанги.

— Лиса, мы тебя ждём! — Нара подскочила ко мне и радостно потрясла перед носом небольшим предметом. — Ты смотри! Ты просто посмотри, что тебе передали! Да ты везучая, как моя бабуся Люсинда! Первый день в Академии, и сразу столько плюшек!

— Что это? О каких плюшках речь? — осторожно уточнила я, отходя подальше на пару шагов и с трудом вглядываясь в мельтешащий перед глазами предмет.

— Это же… это… — будущая бытовичка захлебывалась словами от восторга, так что пришлось самой перехватить её руку и отодвинуть на приемлемое расстояние.

— Это артефакт, Нара, — засмеялась я, внимательно разглядывая продолговатый камень, заключенный в искусную металлическую окантовку. — Судя по виду, довольно мощный, дорогой и…

— И редкий! — Нара не выдержала и всё же взвизгнула. — Это портальный артефакт! На три портала хватит!

— Портальный? — моё скептическое настроение тут же поменялось на восторженное. — О, как здорово! Я первый раз вживую вижу, хотя знаю, что матушка иногда пользуется. Это она отдала?

— Нет, — радость девушки несколько поутихла, когда она поняла, что для меня это хоть и является довольно ценным приобретением, но всё же не чудо чудесное. — Это он принёс.

Она указала пальцем на Стива, который немного вразвалочку подошёл ближе, сияя ослепительной улыбкой на всю округу.

— А это не я, — хмыкнул он. — Я лишь курьер. Это, Лиса, — могу я же тебя так называть? — твой знакомый дракон велел передать.

— Знакомый дракон… А! Родерик! — осененная догадкой, я практически вырвала вещицу из рук опешившей девчонки и прижала к сердцу. — Так это от него! Он так хотел извиниться?

— А-эм… не думаю… — растерялся парень, переглянувшись с Нарой.

— Странно. Это было бы уместно… — какое-то время я молчала, пытаясь скрыть проступившее на лице разочарование, но потом всё же кивнула. — А вообще, прекрасный подарок. Жаль только, что я не умею им пользоваться. Это надо взять методичку по настройке порталов… Всё же профессиональные артефакты в неумелых руках почти бесполезны. Но забота моего старого… знакомого очень приятна.

— Вообще-то, — вновь вернул себе самообладание, а вместе с ним и обаятельность Стив, — наш скромняжка передал, что боится того, что ты вляпаешься в какую-нибудь передрягу, поэтому просил доставить артефакт меня, так как у него сейчас довольно сложная практика с магистром Ариколом, который ведёт у нас лекарское дело. Родерик с ним занимается отдельно. А что касается портальной штучки, — парень костяшками пальцев постучал по бесценному камню в моих руках, — она довольно простая и уже настроена прямо на нашего красавца. Если ты попадешь в беду, то просто сожми артефакт в руке и пожелай перенестись к дракону. Но Родерик хотел, чтобы ты использовала вещицу лишь в крайней необходимости.

Тут Стив ко мне чуть наклонился и под хихиканье Нары пожелал:

— Хотя я даже представить не могу, что тебе вдруг может понадобиться от нашего недотроги. Только смотри, аккуратней, у Родерика сосед — первый повеса Академии, не перенесись случайно не туда, а то слушок вмиг по Академии полетит.

— Ой, думаю, мне это не нужно! — тут же испугалась я.

Все напутствия матушки перед поступлением в Академию, да и недавние слова Родерика о том, как другие могут оценить мои действия, мгновенно всплыли в голове и встали в оборонительную позицию.

— Я — дочь герцога и мне нужно блюсти репутацию, так что обещаю, — я убедительно покачала головой, — что не буду использовать артефакт ради развлечения, Стив, тем более, что он всего трёхразовый. Спасибо большое за то, что передал… Скажи Родерику, что я благодарна.

— Договорились, — рассмеялся парень. — А ты, оказывается, тоже скромняжка.

Я чуть порозовела, смущенная непонятными намеками, и, стремясь перевести разговор, обратила внимание на Оли, которая с самым расстроенным видом сидела прямо на полу бывшей костюмерной, разглядывая одну из моих драгоценных нижних сорочек, которые вылетели из чемодана в коридоре общежития.

— Оли? Всё в порядке? — я обошла весёлую парочку, подходя ближе к девушке. — Ты чего?

— Лиса, я испортила твою сорочку, — чуть не плача, воскликнула она. — Дело в том, что на ней как-то получилась дыра. Наверное, когда чемодан раскрылся и ткань зацепилась за металл замка.

— О, очень жалко… — я со вздохом пожала плечами. — Ну ладно, что ж делать, в конце концов, это просто вещь… И это же не твоя вина, так почему ты расстроилась?

Я, конечно, подрасстроилась больше, чем хотела показать, но, с другой стороны, в том, что случилось, вины Оли точно нет, а расстраивать её ещё больше не хотелось. Так что я постаралась приветливо улыбнуться и предложила:

— Просто выкинь её.

— Да нет же! — Оли суетливо приподняла один рукав и показала мне микроскопическую затяжку на самом краю ткани. — Я дырку затянула, но, к сожалению пока имею слишком мало опыта, чтобы сделать это незаметно.

— Ты шутишь? — воскликнула я. — Это же эльфийский шёлк!

— Да, я знаю, — простонала она. — Но он такой сложный!

— Оли! — я взяла её за руки, в которых лежал пеньюар. — С эльфийским шёлком работают лишь несколько ателье в стране. И это самые лучшие ателье. А о том, чтобы починить дыру в такой ткани… ну, я о таком вообще не слышала! Так что-то, что ты сделала, — это невероятно!

— Нет, там затяжка!

— Это неважно, она совершенно незаметна! Оли, ты точно хочешь работать с артефактами? — уточнила я. — Подумай, может, твоё — это ткани?

— Я… я не знаю… — блондиночка искренне растерялась от моей похвалы и покраснела уже вся с головы до ног. — Никогда об этом не думала…

Нас отвлек Стив, который в попытке показать свою удаль полез по стремянке на шкаф, чтобы туда, вглубь, запихать один из моих, уже пустых чемоданов. В последний момент нога у парня соскользнула, и он под громогласный визг Нары полетел вниз головой.

— Мамочки, — взвизгнула Оли, встряхнув руками, и в следующий миг мы все оказались в воздухе. Просто взяли и поднялись на ладонь от земли.

— Это что? — тихонько спросил Стив в полной тишине, осторожно трогая рукой пол, до которого не долетел буквально несколько сантиметров.

Мы все в шоке посмотрели на бледную бытовичку, а она, спохватившись, дернулась, после чего удерживающая нас сила испарилась, и мы все попадали на пол. Причём Стив свалился на ту самую голову, которая в прошлый раз не долетела до земли.

— Вот это да! — восхищённо перекувырнулся он, с неподдельным восторгом разглядывая смущенную Оли, на которую до этого едва ли обращал внимание, окруженный бесконечной энергией Нары. — Ты точно не фея?!

— Я… я не знаю, — пролепетала она в страхе, оглядывая саму себя со всех сторон.

Нара фыркнула. Раз, другой, а потом расхохоталась.

Я попыталась было скрыть улыбку, чтобы не смущать девушку ещё больше, но судя по тому, с каким восторгом они с лекарем смотрели друг на друга, Оли было не до меня…

Глава 8 Случай, когда артефакт пришелся к месту

Не думала я и не гадала, что подаренный, точнее врученный только на крайний случай Родериком артефакт понадобится так скоро.

А тем временем тот самый крайний случай возник уже этим же вечером.

Орина ушла на встречу со знакомыми, а я осталась одна и попыталась хоть как-то пристроить в ванной часть своих баночек с уходовой косметикой.

— Здесь бы полочку… или три… — бормотала я, без всякого успеха запихивая на батарею десятый флакончик. — Как мне принимать душ, если я даже минимальный набор не могу с собой взять?!

В конце концов решилась поставить не влезающие флаконы прямо на край душевой кабины. Конечно, где-то в этот момент схватился за сердце изготовитель хрусталя, привезённого из страны гномов. Но я очень надеялась, что ничего не испорчу потоками воды, которые могут полететь во все стороны.

Взяв из шкафа мягкий халат, я закрылась в ванной. Огляделась, пытаясь понять, как правильно и в какой последовательности принимать душ в чужом месте.

Почему-то было страшно ошибиться. Словно кто-то может наблюдать за мной и вынести вердикт, что даже в ванной я всё делаю неправильно.

Отправив всю грязную одежду в приспособление для сбора одежды, я задумалась, куда девать украшения и подаренный родериком портальный артефакт. В итоге засунула в карман банного халата. И уже после залезла под тёплые струи воды, льющиеся откуда-то с потолка.

«Леди предпочитают продукцию эльфийских домов…» — бормотала я про себя навязчивую песенку, которую раз за разом слышала во время прогулок по городу с матушкой. «Наши крема разбудят вашу кожу, как самый нежный цветок…»

По счастью, я взяла из дома свой любимый шампунь, так что совсем скоро густая ароматная пена полилась вместе со струями воды на пол. Я могла использовать и те средства, которые выдавала Академия, но не была уверена, что после того как воспользуюсь подобным шампунем, у меня не вывалятся все волосы… Так что даже ради интереса не захотела рисковать.

«И как только вы почувствуете его аромат…» — рука потянулась к рычажку, включающему воду, и чуть повернула его в сторону, увеличивая температуру воды.

Когда из лейки под потолком полилась горячая вода, смывающая все тяготы такого длинного дня, я с блаженством откинула на спину волосы и простонала:

— Ой, хорошо-о-о…

Хотела уже было ещё чуть добавить горячего, как… рычаг переключения оказался у меня в руке. То есть вот только что торчал из стены, а вот уже он, обломанный у основания, лежит в ладони. А в следующую секунду с потолка хлынул неудержимым потоком самый настоящий кипяток!

— Мамочки! — отпрыгнула я в сторону, судорожно выпрыгивая из душевой кабины.

Вся ванная комната мгновенно наполнилась горячим паром, а так как имела совсем небольшие размеры, то дыхание сбилось почти сразу.

Я ринулась к двери и, быстро прокрутив замок дернула за ручку. Но она не поддалась! Я в панике дёрнула ещё раз и ещё раз, пока с ужасом не поняла, что дверь заперта!

— Орина! — закричала я, стуча по полотну. — Орина, ты пришла?! Тут дверь закрыта! Орина, открой, пожалуйста!

Никто не отозвался.

Я испуганно ещё несколько раз подергала ручку, зовя то соседку, то хоть кого-нибудь, но никто не отзывался. В итоге пришло осознание, что я не просто заперта, но почти замурована в малюсеньком пространстве.

Льющийся огромный поток горячей воды не успевал уходить в сливное отверстие, и теперь уже переливался через бортик душевой кабины и бежал ручейками, быстро наполняя всю ванную комнату.

Я в панике надела банные тапочки, словно они могли защитить меня от разбушевавшейся стихии.

— Кто-нибудь! — в панике простонала я, снова дёргая за ручку в попытке вырваться из ловушки.

Влажный горячий воздух мешал не только дышать, но и думать.

В последний момент в голове вспыхнула яркая мысль о подаренном портальном артефакте, так что я вне себя от радости накинула на мокрое тело халат и, выхватив из кармана драгоценный камень, сжала его в руке, мысленно молясь о том, чтобы он сработал, и я оказалась рядом с Родериком.

Меня ослепила вспышка, а в следующую секунду распаренное лицо окатило ледяной водой, так что, не разобравшись, что к чему, я с визгом вслепую оттолкнула от себя мокрое тело и рухнула на жёсткую плитку на полу.

Распахнув глаза, я во все глаза смотрела на Родерика Мэйсона, который, ну, как оказалось, тоже находился в этот момент в душе.

Только, в отличие от меня, он стоял без халата…

Кусок казённого мыла выпал из ладони дракона…

Глава 9 Дракон решает проблемы

— Ма-ма… — прошептала я, с ужасом глядя туда, куда приличным девушкам смотреть не положено.

Родерик медленно снял с полки мочалку и крайне заторможенно закрыл обзор на то самое…

— Лиса? — позвал он, одной рукой протирая от мокрых капель лицо, чтобы лучше меня видеть. Но так как вода продолжала стекать с потолка и по волосам, и по лицу, и по всему, что ниже лица, ему это мало помогло. Пусть изображение не отличалось четкостью, но я никуда не исчезла, продолжая всё так же сидеть на полу в банном халате и пялиться на абсолютно голого дракона.

В этот момент дверь в ванную с грохотом распахнулась, и внутрь ввалился взмыленный и немного помятый со сна незнакомый парень.

— Род, я слышал крик, ты… о-о-о! — последнее явно относилось ко мне, потому как незнакомец впервые меня заметил. — Это ещё что за…

— Не твоё дело! — выкрикнул Родерик.

— Я — Лисанна Мауль, — одновременно с ним проговорила я и только после того, как друг детства пронзил меня свирепым взглядом, прикусила язык.

— Оу, — расплылся в предвкушающей и не очень приятной улыбке парень, — как интересно! Лисанна Мауль! Не та ли самая дочь графини Анре-Мауль, о которой вся академия сплетничает? О ней и о её чемоданах? Как мило, — тут он показательно посмотрел в вырез моего халата, отчего у меня мурашки побежали по плечам, и захотелось срочно прикрыться. — А чем это вы тут, ребята, занимаетесь?

— Скот, я скажу первый и последний раз, — очень жёстко велел Родерик, — выйди за дверь и закрой её с той стороны.

— Оставить вас тут, — ужаснулся он, картинно приложив ладони к щекам, — вдвоём?!

— Вышел! — в ярости рыкнул дракон и впервые за время нашего знакомства вышел из себя настолько, что у него проступила чешуя на скулах. Я испуганно вздрогнула и поджала под себя ноги, не ожидая от старого друга такой опасности, а она сейчас просто витала в воздухе.

Как я понимаю, её почувствовал и сосед Родерика.

— Ладно, ладно, я понял, самку уже застолбили.

И под яростное рычание голого лекаря выпрыгнул за дверь, с таким же грохотом, что и до этого, захлопнув её за собой.

— Глаза закрой, я халат надену, — с усталым вздохом попросил оставшийся внутри парень.

Я испуганно кивнула и тут же зажмурилась. Удивительно, но такая простая и правильная вещь до сих пор не пришла мне в голову. И только услышав чёткий и спокойный приказ дракона, я с облегчением послушалась, радуясь тому, что не мне самой придётся разруливать ситуацию.

Это же какой стыд и позор! И только сейчас до меня начал доходить весь ужас ситуации.

Звук падающей воды затих, а потом мимо меня прошло мужское тело, пахнущее терпким, немного лесным запахом. Словно хвойное дерево с шишками. Я инстинктивно принюхалась, пытаясь разобрать, что это за парфюм, потому что все более-менее известные ароматы, как и их производителей, я знаю. И лишь потом в голову пришло, что Родерик мылся просто мылом. И у этого мыла совершенно ненавязчивый запах. А то, что я почувствовала, — это не что иное, как аромат самого дракона.

— Так, Лиса, — прозвучавший над ухом голос парня заставил вздрогнуть и густо покраснеть от осознания того, о чём я сейчас думала! — Теперь вкратце расскажи, что случилось. Ты же не просто так сюда явилась?

— Нет, конечно нет! — я распахнула глаза и схватила Родерика за руку. — Ой, там же, наверное, уже потоп!

— Где?

— В ванной! У меня дверь захлопнулась и не открывалась, а рычажок отломался, — я указала пальцем на полную копию отломанного переключателя для воды в душе парня. — Кипяток полился из всех щелей, дышать стало нечем, рычажок отломался, а дверь заклинило. Да ещё и Орины в комнате не оказалось, судя по всему… Хорошо что хоть артефакт в кармане халата нашла.

Лицо Родерика посуровело. Он протянул мне руку и помог подняться на ноги.

— Мы сейчас вернёмся в твою комнату и всё проверим. И я прямо сейчас вызываю твою маму в академию.

— Маму?! — почему-то эта мысль в какой-то мере меня ужаснула. Маму я любила, но что бы она сказала, увидь меня сидящей в одном халате и тапочках посреди мужской ванной комнаты?

Осторожно пригладив торчащие во все стороны пряди, я осторожно спросила:

— А точно надо маму?

— Даже без вариантов, — отрезал будущий лекарь и, не отпуская моей руки, вышел из ванны в свою комнату.

Там на одной из кроватей лежал… даже скорее, развалился его сосед. При нашем появлении он не только не подумал встать, что было бы прилично для аристократа, но ещё и нахально ухмыльнулся, с интересом рассматривая мои голые коленки, которые под таким наглым и почти раздевающим взглядом начали гореть.

— Как вы быстро… Что, Род, не вовремя я с занятий верховой езды вернулся?

Дракон усадил меня на свою кровать и, извинившись, быстро достал одежду из шкафа.

— Лисанна, подожди одну минуту меня, пожалуйста, — попросил он, а затем, повернувшись к соседу, проговорил: — Скот, сейчас ты общаешься с леди Лисанной Мауль. С ней случилась неприятность. Прошу тебя сесть прилично и не открывать рот всё время, пока я одеваюсь.

Его товарищ лишь прицокнул, даже не подумав сменить позу, и, как только Родерик снова исчез в ванной и закрыл за собой дверь, обратился ко мне:

— Как себя чувствует дочь герцога, попав в компрометирующую ситуацию?

— Не думаю, что ситуация такая уж компрометирующая… — осторожно отозвалась я, всем своим существом чувствуя исходящую от парня неясную угрозу. Он ощущался… неприятным. И хотя я очень мало общалась с мужчинами, всё же сейчас я понимала, что именно с этим субъектом общаться бы совершенно не хотелось.

— Ситуация просто ужасная, — нагло улыбнулся Скот, — но мне нравится твой настрой, Лиси…

— Я — Лисанна.

— Лиси тоже хорошо, — ничуть не смутился он. — В конце концов, как-то же тебя должны звать друзья, верно?

Хотелось ответить, что я бы не хотела, чтобы такой, как он, называл себя моим другом, но не уверена, что это прозвучало бы вежливо, поэтому лишь немного смущённо улыбнулась.

— Я ещё мало кого знаю в академии.

— Что ж, тогда ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — парень кивнул. — Я не хуже нашего Роди умею вытаскивать прекрасных дам из передряг. Только в отличие от него мои девушки не засыпают от скуки во время первого же разговора.

— Обойдёшься, — грубо оборвал его Родерик, выходя из ванны.

Он накинул рубашку свободного покроя из мягкого льна, в которой его и так красивая атлетически сложенная фигура начала выглядеть ещё более внушительно. Вновь подойдя к своему шкафу, достал из него длинную лекарскую мантию и на секунду остановил на мне задумчивый взгляд.

— Лисанна, пойдём, — наконец кивнул он.

И в тот момент, когда я начала подниматься с его кровати, закрыл мантией обзор своему соседу.

— Ну, Роди! — возмутился он, всё же спуская ноги на пол.

Дракон же быстро помог накинуть плащ на плечи и, проследив, чтобы я укрылась за широкой тканью с головы до ног, кивнул и знаком показал, чтобы я двигалась за ним.

Уже около входа нас перехватил его приятель.

— Мы же ещё увидимся, леди? — улыбнулся он мне, на секунду показавшись более вежливым, чем за всё время нашего знакомства.

Я немного растерянно улыбнулась и кинула вопросительный взгляд на Родерика. Мой друг детства немного раздражённо вздохнул и коротко выдохнул:

— Скот, отойди, у нас дела.

Глаза парня сощурились и сердито сверкнули, но уже в следующую секунду он расплылся в любезной улыбке и кивнул мне:

— До встречи, леди.

Лишь когда мы вышли, я побежала вслед за слишком быстро идущим драконом и, пытаясь подстроиться под его шаг, задумчиво сказала:

— Странный он какой-то…

Парень поморщился.

— Держись от него подальше.

— Почему? Он плохой?

— Он сын министра финансов. Графа Дондера.

— И что это значит? — имя графа смутно припоминалось из рассказов матери, но я, хоть убейте, не могла вспомнить, в каком именно свете…

Родерик мельком посмотрел через плечо и сбавил шаг, сообразив, что я за ним не успеваю. Так как руки у меня находились под мантией, то он решил не предлагать свой локоть, а вместо этого, пропустив меня чуть впереди себя, проговорил:

— Министр финансов давно считается негласным соперником твоей матери за место в королевском совете…

Глава 10 Переезд и ждём маму

Я думала, что Родерик постарается замять скандал. В конце концов, я ворвалась в его комнату вовсе не в подобающем виде. Но оказалось, что у старшекурсника совсем другие планы.

По дороге в мою комнату он зашёл к тётушке Рози и попросил её отправить сообщение ректору о произошедшем.

Ещё на подходе к комнате показалась огромная лужа, которая расползалась из-под нашей с Ориной двери. Перетекая на ковёр, она довольно уверенно наполняла пол коридора.

— Ба, да она же горячая! — всплеснула руками комендантша, начиная делать пассы руками.

Я с интересом на неё посмотрела. Не думала, что у такой простой на вид женщины есть магические силы. Но, с другой стороны, — Королевская академия магии — довольно престижное заведение, так что вполне логично, что даже коменданты общежитий — опытные бытовые маги. Вдобавок, если так подумать, последствия утреннего происшествия тоже куда-то исчезли, и до этого момента я и не интересовалась, куда именно.

— Так, девонька, — распорядилась женщина, — сейчас я расчищу проход до шкафа, ты возьмёшь сменную одежду и выйдешь. Поняла?

— Хорошо, — чуть испуганно кивнула я, с каждой минутой всё ближе и ближе пододвигаясь к Родерику.

И не зря — из комнат начали выходить мои однокурсницы и любопытничать, что произошло. Но так как меня напугали слова парня о том, что это всё могло быть спланировано, я не решилась выдавать какие-либо сведения.

Один взмах руки старушки — и дверь в комнату распахнулась.

— Мама! — воскликнула я, потому что воды там накопилось выше щиколотки. Дверь и высокий порожек каким-то образом сдерживали напор, так что в коридор попадало совсем немножко. Но сейчас, лишенная ограничений, вода хлынула кипящим и источающим пар потоком прямо на дорогущий красный ковёр.

Я взвизгнула, инстинктивно подпрыгнув, а в следующую секунду оказалась на руках дракона. Уж не знаю, как он это сделал, ведь я не видела ни одного движения с его стороны. Только вот теперь он преспокойно стоял со мной на руках, а я уткнулась носом в мощную шею.

— Стоп… — тем временем спокойно прокомментировала старушка и лёгким движением пальцев остановила кипящий поток. — Ты чего испугалась, пигалица? — обратилась она ко мне. — Думала, тётушку Рози можно, как рачка в кастрюле с супом, сварить?

— Так я…

Но мои оправдания никто уже не слушал, так как комендантша переключилась на устранение последствий потопа. Она как-то крутила, вертела руками, и, повинуясь её приказу, горячая вода в комнате расступалась в разные стороны, убираясь сначала из коридора, а потом и заходя глубже в комнату. Словно большой невидимой лопатой отодвигали разбушевавшуюся стихию.

Какое-то время я наблюдала за происходящим в комнате, а потом переключилась на дракона. Точнее, на его выглядывающие из-за ворота рубашки ключицы. Они выглядели такими… мужскими… и голыми… неприлично открытыми. Вот вроде всего верхняя пуговка расстёгнута, а какой разврат!

Появилась неловкость от того, что я фактически запрыгнула на обладателя этих шикарных ключиц! Хотя… с другой стороны, ведь именно для этого матушка и соединила нас на время моего первого учебного года! Не для запрыгивания, конечно, но для того, чтобы вытаскивать меня из вот подобных ситуаций. А их за один только день накопилось столько…

— Что бы я без тебя делала! — радостно вздохнула я, прижимая голову к плечу Родерика.

И тут же почувствовала, как напряглись его мышцы на шее и руках… Но, скорее всего, дело в том, что ему непривычно держать на руках девушку. Я, конечно, довольно миниатюрная, но это не значит, что дракону легко.

Вокруг уже начали шептаться, поглядывая на нашу пару с интересом, так что, наверное, пришло время проявить результаты хорошего воспитания.

— Можешь отпустить, если хочешь… — улыбнулась я вполне искренне, внутренне почти умоляя: «Не отпускай, не отпускай!» — Спасибо тебе за помощь…

Не то чтобы я прямо сразу очаровалась этим Родериком, но…

А может, и очаровалась, признаю…

— Хорошо, — совсем не романтично кивнул он и спокойно поставил меня на ноги.

Я расстроенно шмыгнула носом, но постаралась уверенно улыбнуться. В конце концов, на нас пол коридора смотрит!

— Всё! — возвестила тётушка Рози, с гордостью показывая мне узкий сухой проход прямо посреди водного моря.

Вот вся комната залита водой, даже подушка плавает, не говоря уже о моих эксклюзивных дизайнерских тапочках… А посреди этого безобразия — словно высушенная тропинка, окружённая с двух сторон потоками, которые будто держит неведомая сила.

— Иди до шкафа и возьми сменную одежду, в том числе и на ночь, — распорядилась комендантша. — В идеале, и соседке своей возьми. Сегодня переночуете в запасной комнате в конце коридора. А вашу приведём в порядок уже после того, как её осмотрит ректор и, если потребуется, работники королевской охраны. Так что ничего, кроме вещей в шкафу, прошу не трогать.

Девушки вокруг заохали, кто-то даже начал вслух спрашивать, что именно случилось, но так как и Родерик, и тётушка Рози выглядели очень сурово и неприступно, я тоже решила ничего не говорить. А вместо этого послушно прошла к шкафу за своими вещами.

Как только дверца открывшегося шкафа отделила меня от любопытных глаз, я сразу позволила себе сменить выражение лица. Если до этого оно показывало вежливую, может, чуть обеспокоенную доброжелательность, то после того, как никто уже на меня не смотрел, глаза сами собой закрылись, а из горла вырвался болезненный то ли стон, то ли выдох.

Я устала… Какой долгий и сложный день! Мы с мамой никогда не делали больше одного большого дела за раз. У меня, конечно, расписание всегда плотно заполнялось уроками, тренировками, и в этом распорядке дня даже время на отдых отводилось строго вовремя — час после обеда и час перед сном. Всё. Может, поэтому я так сильно любила дни, когда болела — разрешалось лежать дни напролёт с книжкой в руке и ни о чём не думать!

А вот первый день в академии…

Мне казалось, что меня просто выкинули одну в незнакомый мир, где все на меня смотрят с любопытным интересом, однако никто не подсказывает, что именно делать. И это пугало. Потому что я боялась ошибиться, боялась сделать что-то не так. Но при этом страшно хотела влиться в жизнь студентов и обрести настоящих друзей, а может, и что-то большее…

— Лиса? — прозвучал голос Родерика прямо над ухом.

Я вздрогнула всем телом и испуганно обернулась.

— Лиса, всё в порядке? — осторожно поинтересовался парень, повторив моё имя. — Мне показалось…

Он не договорил, но я и так догадалась — драконий слух! Конечно, как я могла забыть! Он услышал мой уставший вздох и решил проверить, в чём дело.

Мой давний друг стоял передо мной, своей широкой спиной не хуже дверцы шкафа скрывая от постороннего внимания. И сейчас смотрел с той заботой в глазах, которой мне так не хватало. Хотелось потянуться к нему и просто отдать все проблемы. Но так, чтобы при этом мама не посчитала меня той, которая не справилась.

— Всё в порядке, Родерик, — улыбнулась я. — Я просто устала.

Не отрывая взгляда, он просто кивнул. Молча.

Хотя, мне кажется, не поверил. Но не стал настаивать.

— Тогда я подожду, а потом провожу в новую комнату. Если вдруг что-то произойдёт, или ты почувствуешь себя некомфортно, можешь вновь переместиться ко мне. Обещаю, что не буду больше сегодня принимать душ.

При напоминании о произошедшем щёки вспыхнули, и я, резко отвернувшись от Родерика, быстро-быстро начала выбирать подходящую одежду. Ведь в шкафу я оставила только самое необходимое.

— Если герцогиня Анре-Мауль не сможет приехать ночью, то я уверен, что мы увидим её утром, — как бы между делом произнёс парень, повернувшись спиной ко мне и позволяя без смущения выбрать нужную одежду и вещи первой необходимости.

— Да, думаю, мама во всём разберётся, — кивнула я сама себе, а потом жизнерадостно возвестила: — Я готова!

Глава 11 Мама приехала

Мама приехала… и всем стало больно.

Но обо всём по порядку.

Во-первых, Орина опять ворчала. И из-за комнаты, и из-за того что меня ни на секунду нельзя оставить одну, а ещё из-за того что я ей прихватила не тот спальный комплект, который она бы хотела. Но так как выбора ей особо не представилось, а надевать мою одежду из костюмерной, которую я по доброте душевной предложила принести, она отказалась, то ей пришлось смириться. Так что ночевали мы в другой комнате.

Мало того, до этого ещё пришлось пережить нашествие будущих однокурсниц. Девочки страшно хотели познакомиться с леди Мауль, «из-за которой в первый же день столько проблем». Клянусь, в этот момент я обрадовалась, что у меня такая злая соседка. Орина, не приняв никаких возражений, как разъярённый цербер выгнала всех из нашей комнаты и, с грохотом захлопнув дверь, без предупреждения выключила свет.

— Всё, спим, — отрезала она, первой залезая под одеяло.

Ну, спим так спим. Я с толикой облегчения забралась на свою кровать и положила голову на подушку. Взгляд упал на соседку, и пару минут я с опасением думала: пожелать ей спокойной ночи или не стоит нарываться? В конце концов решила не рисковать и, отвернувшись к стене, быстро уплыла в мир сновидений.

А утром проснулась от резкого голоса всё той же Орины.

— Эй, неженка! Вставай! На первую лекцию опоздаешь!

— Разве учёба у первокурсников начнётся не на следующей неделе? — спросонья я не могла понять, где именно нахожусь. А затёкшая за ночь шея отказывалась держать голову ровно. Надо написать матушке, чтобы выслала мне из поместья подушку помягче… — Это старшие курсы учатся уже с осени, а нам нужно дождаться приветственного бала и посвящения в студенты. В субботу…

— Ты каким местом слушала инструкции при заселении?! — возмутилась девушка. Прошедшая ночь явно не добавила ей благодушия. А потому, яростно расчёсывая густые волосы перед зеркалом, она умудрялась через отражение ещё и в меня стрелять сердитым взглядом. — Вчера — заселение, сегодня первый инструктаж и проверка силы. То, что оценивалось при поступлении, уже не в счёт. Сейчас пройдёт скорее распределение по направлениям. Ты же живопись выбрала?

— Д-да… — уже не так уверенно протянула я, спуская босые ноги на холодный пол. Тапочки затерялись под кроватью, поэтому пришлось пошарить голой ступнёй по гладкой плитке, чтобы найти их. — Но я думаю, что, может быть, всё же попрошусь в дизайн.

— Дизайн? — фыркнула Орина. — Не смеши меня. Ты же аристократка. Тебе прямая дорога либо писать картины, либо музицировать.

— Мне кажется… — я вспомнила слова Родерика и чуть улыбнулась, — что я могла бы работать в ателье…

— Работать? — Кажется, кого-то сейчас удар хватит. — Лиса, ты в своём уме?

Ответить мне помешал звук на улице. Словно топот целой сотни ног. Соседка кинулась к окну и неприлично присвистнула.

— Ба, да это по твою душу!

— Что ты имеешь в виду? — я испуганно прикрыла ладонью вырез на ночном пеньюаре и осторожно выглянула в окно из-за плеча подруги.

И сразу поняла, что на лекцию я, похоже, не попаду…

— Мама… — простонала обречённо.

Моя мечта стать совершенно обычной студенткой таяла на глазах. Мама въехала на территорию академии в золочёной карете и сопровождении целой кавалькады.

— Кто это, интересно? — заинтересованно поблёскивая глазами, Орина рассматривала подтянутых мужчин в форменной одежде работников тайной канцелярии Его Величества.

— Мамины друзья, — со вздохом я отошла от окна и, взяв добытые вчера вечером принадлежности для умывания, направилась в ванную. В момент, когда захотелось закрыть за собой дверь, я ненадолго застыла, а потом, оглянувшись на копошащуюся в своих немногочисленных вещах соседку, оставила небольшую щёлочку и, наконец, направилась умываться. Не потому, что я боюсь повторения вчерашнего события, а так… просто…

Так как нас никто не потревожил, то перед лекцией мы решили пойти в столовую. Проходя по коридору мимо нашей с Ориной спальни, услышали изнутри шуршание и топот ног. Но, несмотря на то, что девушка жаждала остаться и выведать все самые первые слухи, я взяла её под локоток и буквально оттащила дальше по коридору.

— Но интересно же! — прошептала она. — Разве тебе не интересно, чем дело кончится? Там же наверняка настоящие следователи работают.

Я поморщилась.

— Орина, пойдём в столовую. Нас и так потом вызовут, и ты будешь не рада, если до этого не поешь.

— А как же твоя мама? Она наверняка захочет увериться, что ты жива и невредима!

Я не ответила. Мама… Она всегда обо мне заботилась и очень любила. Но я не могла даже представить, чтобы она, вместо работы или серьёзных переговоров, побежала проверять моё самочувствие, если бы знала, что я в порядке. Зачем? В такие моменты я всегда находилась на попечении гувернантки.

— Когда она освободится, тогда обязательно меня вызовет, — улыбнулась я Орине. — Мама знает, что делает.

— Так может зайдём, спросим, не нужны ли?

— Успеем, — отрезала я. — Уверяю тебя, нет ничего романтичного в том, чтобы несколько часов сидеть у следователя. Там никогда не бывает приятных новостей. Я в этом с детства варюсь и не советую тебе питать ложных иллюзий. Лучше не мешать профессионалам и заняться тем, чем можем.

Соседка подавила тяжкий вздох, но всё же согласилась сначала позавтракать. И не зря. Я знала, что нам это пригодится, так что, когда нас обеих прямо перед аудиторией, в которой предполагалась лекция, перехватил работник в тёмно-синей униформе с золотым грифоном на плече, я лишь тяжко вздохнула.

— Леди Мауль, — низко поклонился он. — Мне приказано вас и мисс Рик сопроводить к главному королевскому дознавателю.

Глаза у Орины заблестели алчным светом, а я снова тяжело вздохнула. Судя по тому, каким взглядом провожали нас новые однокурсники, не видать нам больше свободной жизни.

Уже проходя мимо холла, я заметила смутно знакомую девушку, которая в сопровождении тётушки Розы катила к выходу большую тележку с чемоданами.

— Ты чего? — удивилась соседка, заметив, что я застыла как вкопанная.

— Это же Мерил… — прошептала я, узнав в девице студентку, которую провожал вчера Родерик до одной из аудиторий. Если тогда я была полна восторга от поступления и грядущих перспектив, то сейчас в душе шевельнулось какое-то неприятное чувство. Я не могла его назвать. Но почему-то девушка мне не нравилась… Особенно когда я вспоминала, как Родерик смотрел на неё. По-доброму, что ли… Так он вчера на меня смотрел. И где-то в глубине души мне хотелось, чтобы на мне его взгляд и оканчивался.

Так что, сменив направление, я уверенным шагом направилась в сторону девушки.

— Лиса!

— Я сейчас!

— Леди Мауль? — окликнул меня вслед за Ориной служащий тайной канцелярии.

Я немного раздражённо поджала губы и, на секунду остановившись, повернула голову к мужчине.

— Одну минуту, офицер. Я подойду к знакомой, а затем продолжу путь с вами. Думаю, мир не развалится на части, если вы подождёте.

Что-то такое прозвучало в моём голосе, что бедняга побледнел, а я сама испугалась. Зачем я? Зачем так? Это звучало… нет, не грубо…, но так, как я раньше не общалась. Сейчас я словно копировала матушку. Только вот даже не знала, хорошо это или плохо.

Решив подумать об этом чуть позже, я чуть ускорилась и догнала девушку и тётушку Рози уже у самой двери.

— Мерил, подожди! — попросила её, а затем чуть улыбнулась комендантше. — Добрый день, мэм.

Пожилая женщина поджала губы.

— Явилась… Вот чувствовала я, что от тебя проблемы будут. Эх, бедный мальчик!

— Вы о ком? — насторожилась я. — Если о Родерике, то он на занятиях… наверное.

— На занятиях, как же, — фыркнула она. — Всю ночь бегал по академии. То за ректором, то связывался с твоей матерью, то ещё куда. И не спал совсем. А сейчас опять вместе с этими… — она немного неодобрительно взглянула на служащего, стоящего рядом с Ориной и ожидающего моего возвращения, — …опять в вашем общежитии! Эх, бедный мальчик!

— Вот как… — пробормотала я, а затем, кинув взгляд на ожидающую Мерил, попросила тётушку Рози: — Простите, можно мне недолго поговорить с… подругой?

Судя по виду, пожилая женщина не поверила моим словам, но, пожав плечами, отошла в сторону, а мы остались с девушкой один на один.

— Простите, мисс, — немного испуганно на меня посматривая, спросила знакомая Родерика, — вы что-то от меня хотели?

— Я… я хотела спросить — ты уезжаешь? — я показала рукой на чемоданы, не желая говорить, что их вид вызвал во мне неясные пока догадки.

— Ой, да, — к счастью, девушка улыбнулась, — леди, я вам так благодарна!

— Мне?

— Конечно! Ваша матушка мне всё объяснила! Ох, леди, благодарю вас! Я даже не смела мечтать о подобной чести для моей семьи!

Так как я не отрываясь смотрела на неё, Мерил добавила:

— Я буду вспоминать вас на севере. Я даже мечтать не смела об академии Линдон. Они же готовят самых лучших целителей! Несмотря на происхождение моей семьи, мы бы никогда не смогли оплатить подобное обучение. Да и конкурс там… — она улыбнулась и, взяв меня за руки, с чувством проговорила: — Пусть вам тоже улыбнётся такая удача!

— На севере… — медленно повторила я.

Девушка ещё немного пощебетала, а затем, когда ко входу подъехала роскошная карета, попрощалась и, обещая точно-точно меня не забыть, всё же вышла на улицу, толкая перед собой тележку с чемоданами.

А я вернулась к ожидающим меня спутникам и задумчиво проговорила:

— Матушка тоже находится у дознавателя?

— Так точно, мисс.

— Прекрасно, ведите, — приказала я.

И уже до самых дверей кабинета не произнесла ни слова, сколько бы Орина меня ни тормошила.

Впервые в жизни я видела, как матушка простирает свою власть не только на всех вокруг, но и на мою личную жизнь. И мне… это не понравилось…

Родерика в кабинете не оказалось. Наверное, его всё же отпустили на занятия.

А сам главный королевский дознаватель расположился в кабинете ректора. И если мужчина стоял с самым что ни на есть суровым видом возле окна, то в мягком кресле руководителя всея академии сидела…

— Матушка! — как только открылась дверь, я радостно влетела внутрь. Всё же, хоть мы и не виделись лишь сутки, за это время столько всего случилось!

— Здравствуй, Лисенька, — женщина с улыбкой погладила меня по щеке, а вот на Орину даже не взглянула, сразу отправив её в распоряжение мужчины. — Дерек, это Орина Рик, займитесь девочкой, пожалуйста.

Так как матушка из кабинета никуда уходить не спешила, то мужчина, пару раз крутанувшись вокруг себя и не найдя свободного места, поманил Орину пальцем и вывел в коридор, где перепуганной соседке пришлось отвечать на вопросы.

Оставшись без посторонних, родительница переключилась на дела насущные.

— Дорогая, я слышала, что ты горничных назад отослала. Возникли проблемы?

— Да… то есть нет! — поправилась я.

— Так да или нет?

— Уже нет. Родерик всё решил! — я светилась от счастья, как новенькая пудреница. — Мама, ты не представляешь, что он придумал!

— Милая, я обязательно послушаю, но чуть позже. Меня больше интересует, почему в академии нет возможности для нормальной жизни студенток. Если честно, то этот момент я не учла, так как в своё время получала домашнее образование, но когда горничные возвратились, то сделала соответствующий запрос и узнала… — тут она медленно перевела дыхание и улыбнулась, — но не переживай, я всё улажу. Ректору придётся мне ответить…

— Нет, мама, не надо! — воскликнула я, всерьёз напуганная, что матушка начнёт разбираться. А ещё, не дай Всевышний, узнает, что меня приговорили к отработке! Почему-то мне казалось, что ей не понравится такой исход.

И пусть сначала я была зла на Родерика, но… Но при последующем обдумывании всё же решила, что он прав… Так что теперь всеми силами пыталась отговорить герцогиню от её грандиозных планов.

— Прошу тебя, мама, не переживай! В итоге у меня появилась отдельная гардеробная, даже больше, чем у нас в поместье. Там ещё девочки с бытового мне помогают и…

— Хорошо, — снова перебила меня герцогиня, услышав основной ответ, но вновь не заинтересовавшись деталями. Как похоже на неё… — Мы обсудим это позже. На самом деле, я позвала тебя по другому делу.

— Да, мам, точно! — очнулась я. — Мэрил!

— Мэрил? — приподняла бровь герцогиня Анрэ-Мауль. И как-то сразу в кабинете немного похолодело. Словно я открыла дверцу сейфа, который нежелательно открывать. — А где ты видела Мэрил, дорогая?

— На входе в академию, — несмотря на то, что маме не очень нравился разговор, я всё равно не собиралась уступать. — Точнее, для Мэрил он стал выходом. Зачем ты её отослала?

— Разве она так сказала?

— Что? Нет, конечно нет. Она светилась счастьем и радостью, чуть ли не руки мне целовала. Но я же понимаю, что ты специально…

— Лисенька, — женщина вновь улыбнулась, — ну зачем тебе об этом думать? Я сделала доброе дело. Это же хорошо?

— Да, конечно, — не очень уверенно отозвалась я.

— Ну, вот, раз хорошо, тогда нечего и переживать, — мама обошла стол и посадила меня в кресло, взяв за руку. — Милая, я никогда ничего не делаю просто так. И если вижу, что где-то может образоваться проблема, то решаю её до того, как она созреет. Девушка счастлива. Её семья счастлива. А об остальном и думать не стоит.

— Но разве это правильно?

— А кто осудит? — пожала она плечами. — Никто не может осудить меня за это. Я дала её отцу повышение по службе, а ей — шанс учиться в одной из лучших академий страны именно её профиля. А уж какие у меня мотивы — никого не касается.

— А Родерик?

— А что Родерик?

Я поёрзала на сидении.

— Мне казалось… что он хотел с ней общаться.

Взгляд, которым меня одарила мама, тут же заставил почувствовать всю глупость собственного вопроса.

— Дочь, поверь мне. Они виделись лишь пару раз. И то мельком. Не спорь, я узнавала… Если бы она что-то для него значила, то я бы это знала. А лёгкий интерес — это не чувство. Вдобавок… — при этих словах женщина поджала губы, — твой старый друг вырос довольно упрямым. Может, небольшую роль сыграла его инициация… — она задумчиво потарабанила пальцем по моей ладони, но потом подытожила: — В общем, если бы он оказался против её отъезда, то мы бы это узнали. А так, ничто не отвлечёт его от исполнения прямых обязанностей.

— Каких?

— Присмотр за тобой, конечно.

Я хотела задать следующий вопрос, но в этот момент вернулся дознаватель с Ориной.

— Теперь Лисанна? — повернула к нему голову герцогиня.

— Думаю, этого не потребуется, — пожал плечами мужчина. — Её соседка вполне чётко указала на одного нашего общего знакомого. А помня его любовь к мелким пакостям, думаю, другого негодяя искать и не придётся.

Мама нахмурилась.

— Только не говори, что ты про Джорджа Риттелла, — попросила она. — Неужели этот прохвост опять взялся за старое?!

— А ты что, не помнишь, за что его выгнали с министерства? — хохотнул собеседник.

Мама начала засучивать рукава, бормоча ругательства в адрес «негодяя», а я удивлённо посмотрела на Орину.

Неужели тот самый мамин знакомый, который помог мне на вступительных экзаменах, и есть недоброжелатель? Его вычислили так просто?

И главное — зачем ему я?

Оказалось, что в детали дела нас никто посвящать не планирует, потому как, недолго думая, герцогиня и дознаватель буквально выпихнули нас с Ориной за дверь, обещая совсем скоро всё уладить, а пока посоветовали пойти «поиграть где-нибудь».

Ну, мы и пошли.

— А что случилось-то? — поинтересовалась я у Орины сразу за дверью.

Оказалось, что этот самый мамин знакомый, пока я с бытовичками в гардеробной разбирала свои вещи, приходил к нам в комнату и, сказав, что ему надо проверить трубы, ушёл в нашу ванную.

— Он же обычный магистр, зачем ему трубы? — обалдела я.

— А я знаю?! — огрызнулась соседка. — Пришёл преподаватель с умным видом и сказал, что у него какие-то дела. Что я, по-твоему, должна была его прогнать?

— Ну да, согласна, — ответила я. — А потом что?

— Ну, а потом он сказал, что возле академии меня ждёт мой брат.

— И что, правда ждал?

На самом деле, я вечером после происшествия даже не спросила Орину, где именно она была, так что сейчас впервые слышала полную версию событий.

— Нет, конечно! — кажется, девушка ощущала небольшую неловкость, что её так просто провели, но это выражалось в крайней степени злости на окружающих. — Замёрзла, пока стояла у ворот, как пёс облезлый! Я тогда подумала, что это Рик, брательник мой, такие шуточки устраивает, но если это действительно тот самый преподаватель, то я не знаю, что с ним сделаю!

Она ещё немного подумала и призналась:

— Я помню его — препротивный мужик, он на приёмной комиссии меня ещё брать не хотел…

— Почему? — в моей памяти он, наоборот, остался как очень вежливый и любезный господин.

— Не знаю… — девушка пожала плечами, явно не желая вдаваться в детали, но потом, видя, что я и не спрашиваю, зачем-то призналась: — Мне кажется, он подумал, что я недостаточно родовита.

— Да… Думаю, такое возможно, — задумчиво кивнула я, а затем поддерживающе хлопнула подружку по плечу. — Но не переживай. Я уверена, мы всё узнаем.

Глава 12 Отработка, травы и кочерга

Правду мы узнали только через пару дней, да ещё и через десятые руки.

Начнём с того, что в один день, видимо, в тот самый, как расследование завершилось, общежитие проснулось от воплей.

Вопил, как можно было догадаться, тот самый Джордж Риттелл.

— Не имеете права! Да я, знаете, кому пожалуюсь?! Вы пожалеете, у меня связи!

Не успели мы с Ориной накинуть на себя что-нибудь приличное и выскочить в коридор, как беднягу магистра вывели на улицу под белые рученьки, да в экипаж Тайной канцелярии усадили. А потом увезли в неизвестном направлении.

И лишь сильно позже я получила от мамы довольно короткое послание, в котором говорилось, что именно произошло и как собирались надавить на саму герцогиню, в общем, всячески испортить и мне, и ей жизнь… Ну, по сути, просто так.

«Не буду слишком долго говорить что к чему, ты же знаешь, что я этого не люблю. Отмечу лишь самое важное: профессор Джордж Риттелл позаботился, чтобы Орины не оказалось в комнате и вызвал ее к себе для уточнения учебных вопросов, а потом наврал про брата. И сделал это для того, чтобы ты не смогла получить помощи от соседки и в панике выскочила в коридор неодетой — ведь от испуга и суматохи ты действительно могла об этом забыть.

Старый дурак надеялся скомпрометировать меня через твоё публичное унижение. Потому что он, кроме того, что дурак, еще и завистливый дурак, — писала матушка. — Подумал, что отомстит мне таким образом за то, что в своё время выбрала твоего отца, а не его трусливую жополизную персону.

Единственное чего он не учел, это то, что замок действительно заклинит. Покушаться на тебя даже в его тупую голову не пришло. Это случайность. Так что, прошу тебя, дочь, будь осторожна. Вокруг полно идиотов. Если честно, я уже жалею о том, что отправила тебя в академию, потому что если нашёлся один мой недоброжелатель, то где гарантия, что не найдётся другой?

Держись поближе к Родерику. Он хоть упрямец, но благороден и не дурак. А к другим не приближайся. При первых признаках опасности для тебя или твоей репутации — пиши, и я тебя заберу».

— Что пишут? — осведомилась Орина, пытаясь заглянуть через плечо.

— А, нет, ничего, — я быстро сложила письмо пополам, не желая показывать, как умеет выражаться знаменитая леди в личной переписке, и с энтузиазмом уточнила: — Ну что, идём на отработку?

А вот это уже следующая важная ступень нашей студенческой жизни.

Учёба ещё не начиналась, но после приезда матушки и так хватило суеты и беготни по комнатам. Оставался в силе приказ ректора, который предписывал провести полную проверку всех кранов и душевых академии. Будущие первокурсники готовились к субботнему балу, подбирающемуся всё ближе, мы же… отрабатывали во владениях лекарей.

И присматривать за нами поставили… конечно Родерика.

Дракон в первый же день принял нашу женскую группу и распределил по рабочим местам в большой комнате с травами, находящейся при лаборатории. Как только я зашла в эти владения сушёной зелени, так сразу вся исчихалась и начала чесаться. Пришлось парню выдавать мне зелье от аллергии. Собственного изготовления.

Помогло. К сожалению…

Так что вот уже третий день подряд мы занимались тем, что перебирали сухие соцветия и перетирали их в пыль, ссыпая в небольшие баночки и мешочки.

Сегодня к нам присоединился Стив — весёлый друг Родерика.

— До сих пор не могу поверить, насколько мне повезло оказаться в кругу настолько восхитительных дам! — прямо с порога начал он сыпать комплиментами.

— Тащи свой тощий зад к стеллажу и лучше достань коробку с пыльцой, — потребовал от друга Родерик, занятый тем, что сушил в печи хвостики академических ящериц-огнерожек после последней линьки. — Я отойти боюсь.

— А ты не бойся, — посоветовал блондин. — В крайнем случае сожжёшь!

Нара громко рассмеялась, а взвешивающая на маленьких весах готовые баночки Оли покрылась от смущения красными пятнами. Она вообще бросала на Стива весьма заинтересованные взгляды, а он, казалось, совершенно забыл, что вообще-то с ней знаком. Или просто делал вид.

— Итак, — достав требуемую коробку, он с улыбкой обвёл наше девичье-драконье царство, — кому первой помогать?!

Орина презрительно фыркнула и ушла в соседнее помещение, где занималась раскладыванием по разным ящикам больших букетов лаванды и ромашек. Соседка вообще общалась со всеми присутствующими с неохотой, хоть и казалась чуть более вежливой, чем раньше.

Нара тоже отказалась от щедрого предложения. А бедная Оли, явно желая, чтобы Стив подошёл именно к ней, смущённо потупила глазки.

— Вот Лисе и помогу. Всегда мечтал измельчать в ступке чёрный горошек! — решил вдруг парень и направился… ко мне.

Я поражённо моргнула, Оли вздрогнула, а из рук Родерика выпала кочерга…

— Слушай, а ты ничего не попутал? — обманчиво заботливо осведомился ящерообразный.

— А что? — его друг хитро прищурился, а потом, глядя прямо в глаза дракона, обхватил меня за плечи и рывком притянул к себе. — Или ты сам хотел именно этой даме помогать? Так и не поймёшь сразу. Если надо, ты только скажи — и я уйду.

Я растерянно заморгала, не зная, кому из парней улыбаться. Вот чувствовала моя интуиция, что что-то здесь не так. Особенно, когда у моего старого друга из носа дым пошёл, а на лице чешуйки проступили. Но, хоть убейте, в чём дело — понимала с трудом.

Глубоко вздохнув, Родерик молча поднял кочергу и, открыв печь, вытащил немного подгоревшие хвостики.

— Стив… А помнишь, мы делали чесоточные перчатки с красным перцем и слюной саламандр? У меня в комнате лежат. Как думаешь, они тебе подойдут?

— Понял, понял, — парень со смешком убрал ладони с моих плеч, а потом задорно подмигнул. — Родерик у нас такой бука — дай ему волю, и за всеми начнет как пожилая дуэнья следить.

В его затылок прилетела пустая деревянная плошка, от удара огласив комнату звоном — словно по пустой бочке постучали.

— Мне помоги, — рыкнул дракон, кидая на стол противень с хвостами.

Я аж вздрогнула от суровости его голоса. Словно пол на мгновение содрогнулся. Переглянувшись с Нарой, я увидела, как бытовичка усиленно мне подмигивает.

— Что? — одними губами прошептала я.

Девчонка начала как-то странно улыбаться, дёргать лицом и корчить рожи, показывая то на меня, то на Стива, то на дракона. В последний момент, когда она совсем разошлась, её взгляд наткнулся на немигающий взор Родерика, и вся веселость с лица тут же слетела.

— Стив! — заорала она так громко, что все присутствующие дружно дёрнулись. — А помоги лучше Оли! Она, бедняжка, считает не очень хорошо, того гляди, с весами ошибётся!

— Нара! — ахнула её подруга.

— Вот, — не обращая внимания на то, в какое положение ставит девушку, продолжила вещать бытовичка, — а ты лекарь, разбираешься в этом хорошо. Помоги, помоги. Родерику и Лисанна подсобить может, у неё всё равно горошек кончился. Ну, почти кончился, не суть. А я… меня, кажется, Орина звала…

Высказав всё это, она быстро бросила свои ингредиенты и почти бегом бросилась в другую комнату, оставляя нас удивлённо хлопать глазами.

— Детский сад, — фыркнул Родерик, возвращаясь к печи.

Я, немного поколебавшись, всё же подошла ближе. Ведь с сушёных хвостиков придётся счистить лишний нагар и убрать в герметичную ёмкость, чтобы они не размокли на воздухе. А Родерик и вправду занят новой партией.

Дракон проводил меня немного сердитым взглядом, но ничего не сказал. Так что я медленно перевела дыхание и начала по одному брать хвостики в руки.

— Вот и прекрасно, — кивнул Стив так, словно его план исполнился, а потом, напевая себе под нос весёлую песенку, размашистой походкой направился к не знающей куда себя деть от смущения Оли.

Вот так мы и работали парочками, почти не говоря ни слова. Только вот чуть сгустившийся воздух вокруг напоминал о том, что не одна я чувствую эту странную атмосферу.

Внезапно из-за полуоткрытой двери второго помещения послышались недовольные переругивания ушедших туда девчонок.

— Куда ты ставишь? Совсем ополоумела, деревенщина недоделанная! — рычала Орина.

— Нос свой припудренный пониже отпусти — и заметишь, что это ты не в ту коробку кладёшь, — парировала Нара, а потом с издевкой продолжала: — Может, не находись на твоей голове столько шпилек, ты бы и думать смогла чуть лучше. А так они куриные мозги зажали — и всё, думать-то нечем!

Ругань опять начала перерастать в потасовку, и я уже было дёрнулась спасать… кого-нибудь… как меня остановила рука Родерика.

— Не надо, — покачал головой дракон. А потом… подошёл к двери и закрыл её. — Нет зрителей — нет драки.

— Они же поубивают друг друга! — ахнула Оли. Но так как никто и шага не сделал к гремящей от оскорблений комнате, тоже осталась на месте.

Я не хотела подвергать сомнению слова друга, хотя тоже чувствовала нечто даже похожее на страх. На всякий случай нашла в углу комнаты ведро и примерно прикинула, сколько времени займёт наполнить его водой из-под крана. В конце концов, у нас есть проверенное средство от драк…

Правда, этого не понадобилось, потому что, как и предсказывал Родерик, через минут десять ругань прекратилась, а потом и вовсе перешла сначала в гробовую тишину, а потом в негромкий и вполне миролюбивый разговор.

— Ну вот, я же говорил, — хмыкнул дракон.

Мы с Оли переглянулись и улыбнулись. Может, даже сможем все вместе собраться к субботнему балу! Я была бы очень рада, потому что не хотелось выбирать между разными, но такими уже близкими подругами, с кем проводить подготовку…

Глава 13 Платья, платья, много платьев!

И вот пришел день бала.

Мне пришлось потратить немало сил, чтобы отговорить подруг от поездки в город заранее. То погода не подходящая, то отработка у нас, а то и вовсе врала, что матушка запрещает посещать магазины по пятницам. Вот именно так. Именно по пятницам. День неудачный.

На самом деле, я не удержалась и втайне от девушек заказала в любимом ателье несколько классических платьев, надеясь, что мы сможем выбрать подходящие и сами подгоним их по фигуре.

И вот когда мы с подругами в субботнее утро собрались в моей гардеробной, чтобы обсудить стратегию подготовки, я нервно поглядывала на часы, ожидая доставку из ателье.

— Послушай, Лиса, — наседала на меня Нара, потому как я упрямо молчала и не выдавала секрета, стараясь сделать сюрприз, — ты зачем нам с Оли запретила покупать те платья из журнала? Теперь можем не успеть, и все разберут. Когда в город поедем? Вечером уже надо блистать и сокрушать сокурсников силой нашей неотразимости!

— Да зачем вам те страшные, старомодные платья? — возмутилась я, потрясая косметичкой. — Они вам не подойдут! Там вообще в этом журнале всё до ужаса вульгарное!

— Зато дешёвое, — огрызнулась девушка.

Пришедшая позже всех Орина презрительно фыркнула, с некоторым превосходством поглядывая на бытовичек.

— Да ладно, — Оли добродушно отмахнулась, — я согласна с Лисанной. Нам действительно, Нарачка, не подошли бы те образцы. Я этого не понимала, но когда она всё по полочкам разложила, то сразу осознала и согласилась.

— Давайте тогда здесь найдём что-нибудь, — предложила шатенка, щедрой рукой показывая на мой гардероб. — Ты ведь именно это нам хотела предложить, да? А то сидишь с таким загадочным видом.

— У меня есть платье, мне не надо поношенных вещей, — сразу предупредила соседка, но резко себя оборвала, как только дверь в костюмерную распахнулась и внутрь вошёл… вплыл, если точнее… огромный ворох сверкающих платьев. И тут же у Орины настроение резко поменялось. — Это же из ателье мадам Де-Бортье!

— Именно, — улыбнулась я, разглядывая за кучей тряпок затылок Родерика.

Дракон осторожно, ощупывая ботинком пол при каждом новом шаге, приблизился к мягкой софе и со вздохом облегчения сгрузил на неё весь наш заказ.

— Мне кажется, я никогда не ловил больше восторженных девичьих взглядов, чем сегодня, — с усмешкой проговорил он.

Но и сейчас столпившиеся вокруг софы подруги даже не расслышали его слова, с полнейшим восторгом и трепетом взирая на принесённые богатства.

Одна я почему-то смотрела не на блестящие ткани, а в ещё более сверкающие глаза друга.

— Спасибо, Родерик, — кивнула ему. — Ты меня очень выручил… опять.

Парень улыбнулся.

— Хорошей вам подготовки, девочки. Тебя, кстати, нужно проводить на бал первокурсников, — как бы между делом уточнил он и, прежде чем я успела обрадоваться и восторженно прижать руки к груди, добавил: — Мероприятие, конечно, дурацкое, но думаю, твоя матушка окажется недовольна, если я не предложу этого и останусь в лаборатории. Всё же девочки любят балы. Ректор даже разрешил вам в субботу пропустить отработку ради такого дела.

Так и не успевшая расцвести улыбка слетела с лица.

— Ой, Родерик, не стоит, — постаралась я улыбнуться. В конце концов, мужчина не обязан любить балы. Матушка всегда говорила, что мой батюшка терпеть не мог приёмы. А если там не планировалось хорошего обеда, даже и не ходил на них. — Я пойду с девочками. Ты сам говорил, что не нужно привлекать к себе излишнее внимание. А ты… — я хотела сказать, что такой, как он, рядом со мной точно привлечёт внимание всех присутствующих, но не стала. — В общем, оставайся в лаборатории. Мы прекрасно справимся.

Парень кивнул, как мне показалось, крайне довольно, и, коротко попрощавшись, вышел из костюмерной. А мне захотелось как в детстве надуть губы и затопать ногами, требуя, чтобы Родерик вёл меня на бал с искренним восторгом.

И лишь осознание, что он имеет право что-либо любить или, наоборот, не любить, остановило от этого шага. Ну почему быть взрослой и думать о других так сложно?!

— Лиса, ты чего? — позвали девчонки.

И я, пару раз моргнув, вернула на лицо улыбку.

— Мадам Де-Бортье знает толк в платьях, правда? Давайте начнём примерку!

И понеслась…

— Так, я первая! — растолкала всех Нара, вставая перед мои очи во весь свой высокий рост. — Я хочу, чтобы прямо «вау»!

Внимательно оглядев её пышные каштановые кудри, тёмный, почти кофейный загар и яркие зелёные глаза, я почти без колебаний выловила сдержанно оранжевое платье с золотистой каймой по подолу и на рукавах.

— Примерь.

— А может, красное? — немного замявшись, девушка кивнула на очень красивое алое платье, которое я сразу отмела как неподходящее никому из нас.

Мадам Де-Бортье сдержала слово и прислала каждого заказанного мной фасона по несколько оттенков. Мы давно с ней сотрудничали. Обычно я рисовала от руки, что именно хочу, а она изготавливала нарисованное платье в нескольких цветах. Я выбирала что-то одно, а другие она тут же продавала следующим клиентам, благо, с помощью бытовой магии подогнать размер одежды по фигуре не составляло труда.

Так что для меня, как постоянного клиента и в какой-то степени генератора идей, она и сейчас поступила как обычно и все выбранные модели прислала во всевозможных расцветках. Оставалось только догадываться, как Родерик умудрился все это принести за один раз и не сломаться по пути от натуги.

— Нет, всё же примерь это, — попросила я.

Шатенка не желая меня огорчать пожала плечами и, умчавшись за ширму, буквально за пару минут накинула на себя предложенное платье.

— Ой, тут в груди тесно! — пожаловалась она, чуть выглядывая из-за ширмы. — Беда-беда, на меня ни один магазин подобрать ничего не может, всё время среднюю пуговицу на спине приходится отрывать. У меня бабуля говорит, что большой бюст — магнит для мужиков, но пока мне кажется, что это лишь магнит для проблем.

— Давай, я помогу! — подорвалась Оли и, подбежав к подруге, начала прямо на ней подгонять платье по размеру. Я подошла ближе, с интересом наблюдая, как недостающая ткань буквально «нарастает» на платье, освобождая зажатую грудь Нары из плена.

— Потрясающе, — покачала я головой. — Я такое видела только у самой мадам Де-Бортье!

— Меня бабушка учила, — покраснела Оли. — Мы долгое время жили скромно, а так как нам по происхождению полагалось иметь хотя бы несколько платьев то приходилось шить самим.

— Ты подумай насчёт работы в ателье, — посоветовала я. — Есть швеи, которые имеют состояние больше, чем родовитые дворянки.

— У меня связей нет…

— Я могу замолвить словечко за тебя у мадам, — потрясла я футляром из-под платья, на котором всеми красками играла гравировка эмблемы модного дома.

— Правда? — обрадовалась девушка и случайно сорвала пуговицу с груди подруги. — Ой, Нарачка, прости, сейчас всё исправлю!

— Да ладно, — отмахнулась та. — Главное, что хоть дышать легче! Так я могу идти смотреться?

— Нара! Какая ты красивая! — восторженно ахнула Оли, когда девушка, эффектно виляя бедрами, добралась до зеркала и весьма довольно оглядела себя.

— На солнышко похожа, — резюмировала она, — или на лисицу. На зимнем пальто у матери когда-то крепился мех подобного цвета.

— И?.. — хмыкнула я, выходя следом.

— Мне нравится, — постановила бытовичка. — Беру свои слова о том, что ты нам ничего не сможешь подобрать, назад.

— Хорошо, снимай, я последние штрихи доделаю, — начала было Оли, только вот Нара оказалась другого мнения.

— Снимать?! — она возмущённо вцепилась в подол. — Да ни за что! Я только сниму, а вы его уведете! Начнете бухтеть, что вам больше идёт! Да ни в жизнь! Я в нём до бала прохожу, чтобы не стянул никто. Надо что-то делать — делай на мне.

Мы с девчонками переглянулись и фыркнули.

— Ладно, ходи как хочешь, — великодушно разрешила я, раздумывая, кого наряжать следующей.

Только вот и без меня всё решилось. Орина выхватила из кучи ярко-голубое пышное платье и, приложив его к груди, довольно проговорила:

— Вот прямо чувствую, что оно самое дорогое! Какой ровный жемчуг по подолу! Это прямо пахнет аристократизмом и родовитостью!

— Орина, — я со смешком проследила за возней соседки и Нары, которая пыталась у первой перехватить подол, чтобы пощупать «ту самую дорогую» ткань. — Мне очень жаль тебя разочаровывать, но это не самое ценное платье.

Голубое облако тут же упало обратно на софу, а сверкающая глазами соседка начала рыскать по куче, выискивая новую жертву.

— Попробуй это, — я подхватила из стопки очень красивый, довольно смелый бордовый наряд и показала девушке.

— Ой, так я же подобное хотела! — воскликнула Оли, а потом, почувствовав на себе наши взгляды, немного смущённо пояснила: — Просто тогда Лиса сказала, что красный часто смотрится вульгарно…

— Именно! — аж порозовела от возмущения Орина. — Это пошло и неблагородно!

— Не говори ерунды! — неожиданно для себя самой рыкнула я. Лишь мысль о том, что девушка отказывается от самого лучшего для себя выбора, почему-то ужасно злила. — Во-первых, это не красный, а винный! Благородный покрой, закрытый ворот. Ты где тут пошлость нашла? Это Де-Бортье! У неё не бывает неудачных и, тем более, пошлых платьев!

— Но Лиса… — немного растерянно проговорила Оли, скосив глаза на Нару, которая, весьма довольная, что будущий выбор её больше не касается, занялась тем, что копалась в моей коллекции туфель. — Но ты же сама сказала, что красный… то есть его оттенки… не подойдут…

— Да! Тебе! — я приподняла блестящий чёрный локон соседки. — Оли, вы с Ориной похожи, как мягкое облачко и скальный утёс! Ей нельзя на себя надевать вот это голубое нежное пирожное, — указала я подбородком на жемчужное платье. — Она в нём потеряется!

— Зато это тот цвет, который принимает общество, — опять принялась за своё дочь барона. — Я не хочу выглядеть простолюдинкой.

— Обещаю, не будешь, — кивнула я. — Примеряй, — и, чтобы окончательно её задобрить, как бы между делом уточнила: — ведь не зря оно стоит целое состояние…

Какое-то время девушка недоверчиво косилась на меня, а потом фыркнула и, подхватив платье, ушла за ширму.

— Всё равно ничего не выйдет, — слышалось оттуда её сердитое бормотание. — Зажала мне платье, так бы и сказала, я и в своём пойти могу…

Только вот бубнеж закончился так же быстро, как и начался. Несколько минут было так тихо, что даже Нара отвлеклась от туфель.

— Орина, — осторожно позвала я, — всё в порядке?

— Я… не знаю…

Девушка вышла из-за ширмы, и мы все дружно ахнули.

— Вау! — Нара бросила белоснежную лодочку обратно в коробку и завистливо присвистнула. — Имела бы я такую внешность, я бы точно за какого-нибудь дракона замуж вышла!

Орина, стараясь не показать, насколько она довольна, оглядела себя в зеркале. Чёрные локоны струились по плечам и падали на нежнейший тёмный лиф. Бледная, почти прозрачная кожа начала светиться, как у фарфоровой куколки, а ярко-алые губы, как ни сжимались, всё равно не смогли сдержать крайне довольную улыбку.

— Хорошо, — кивнула она, — так и быть, я надену его. Ты же покупала…

И сделав вид, что оказала мне величайшее одолжение, соседка отошла к окну, всеми силами показывая, что больше не желает разговаривать и хочет побыть одна.

Я скрыла улыбку и, не желая смущать девушку, повернулась к Оли.

— Я тебе доверяю, — тут же заявила она.

— Вот и прекрасно, — с этими словами я протянула ей очень нежное, почти невесомое платье с открытыми плечами лавандового оттенка. — Оно идеально тебе подойдёт.

— Верю, — кивнула Оли, восторженно трогая ткань. Даже сейчас, ещё не надев наряд, она уже светилась на его фоне, так что я в который раз уверилась в том, что сделала идеальный выбор.

Себе же взяла отвергнутое Ориной голубое платье с жемчугом, тихо радуясь тому, что ни одна из девочек его не забрала. Всё же именно его я больше всех ждала, надеясь, что оно мне подойдёт…

Ещё через два часа мы успели подобрать и туфли, и аксессуары, а потом сидели и слушали ворчание голодных животов, занимаясь прическами и макияжем.

Пару раз Нара намекнула, что было бы неплохо сходить в столовую, но так как сама же отказалась снимать платье, а мне и остальным девочкам для наведения красоты еще требовалось время, то терпела вместе с нами.

— На балу поедим, — не очень уверенно заявила Орина.

Мой взгляд нет-нет, а падал на портальный артефакт, подаренный Родериком. Интересно, чувство звериного голода — достаточная причина, чтобы мне им воспользоваться? Только вот, вспомнив снисходительный тон дракона по поводу бала, решила, что наверное всё же недостаточная…

И тут, после короткого стука дверь в гардеробную распахнулась, и весёлый голос Стива уточнил:

— Девушки, если вы не одеты, я не виноват! Но пирожки нашей тетушки Лаваны стоят того, чтобы вы на несколько минут отвлеклись от своей красоты.

По залу стремительно полетел аромат сдобной выпечки, ещё дымящегося жаркого и горячего кофе.

Девчонки побросали все свои дела и приветствовали спасителя восторженным воплем.

— Я подумал, что может вы… — начал было парень, закрывая ногой дверь, а потом его взгляд упал на стоящую перед зеркалом Оли, которой я только что закончила делать причёску, и он чуть не выронил поднос из рук. — Ох ты ж, печёночная контузия!

Все вокруг ахнули, пытаясь спасти наш обед, а Оли зарделась, понимая, что именно она вызвала такую реакцию лекаря.

— Кхм… — поставив на стол тяжёлый поднос, парень чуть ослабил ворот белоснежной рубашки. — Знаете, я вот подумал, что очень давно не был на балах первокурсников. В конце концов, это ещё и праздник Новогодья, его же нельзя пропускать, верно?

— Верно говоришь, — кивнула Нара, запихивая в себя булочку с маслом. Жадно хлебнув обжигающего кофе из кружки, она закашлялась и выплеснула несколько капель себе на подол.

— Нара! — испуганно воскликнула я.

— Платье мадам Де-Бортье! — вторила мне Орина.

— Я помогу! — очнулась Оли, сорвавшись с места и подбегая к подруге.

— А, ну, пожалуй, я пойду, — здраво решил Стив после того, как шатенка совсем неблагородно задрала подол в попытках его высушить.

И только возле двери он обернулся.

— В общем, увидимся, девушки… Оли?

— О, да-да, Стив, — пробормотала та, магией счищая пятно с ткани, — обязательно, Стив, увидимся!

И тот взгляд, который в последний раз бросил на подругу парень, почему-то заставил меня завистливо вздохнуть.

Вот никому бы не призналась, что очень хочется, чтобы и на меня так смотрел… кое-кто…

Глава 14 Бал и его последствия

Мы подготовились ровно к назначенному часу. Красивые, почти ослепительные.

И всё равно, подходя к дверям огромного парадного зала, у меня тряслись ноги, ведь мы лишь вливаемся в академию, в её жизнь и бурный поток. Словно маленькие птенчики, надеемся покорить это место, блеснуть своей уникальностью и небывалой силой, а через пять лет выйти опытными, идеальными магами.

И лишь на подходе к этому залу с множеством студентов внутри, мелькала мысль о том, что древние стены видели и не таких самоуверенных юнцов, и нам придётся приложить огромные усилия, чтобы стать кем-то большим, чем просто детьми своих именитых родителей.

— Мороз по коже идёт, да? — передёрнула плечами Нара. — Будто на меня глаза моей бабуси смотрят и оценивают глубину выреза на платье и размер мозгов в голове. Жуть какая!

— У меня схожие ощущения, — дипломатично кивнула я. — Хотя всё вокруг невероятно восхищает!

— А, ну так ты — это ты, ничего удивительного, — кивнула бытовичка и, поправив каштановый локон, солнечно улыбнулась группе старшекурсников, занятых рассматриванием новых учениц.

Парни присвистнули, тут же все повытягивались и повернулись к нам своими самыми эффектными сторонами, дабы показать удаль и накаченные руки во всей красе.

Несколько секунд девушка ещё думала, а потом тряхнула кудрями.

— Значит так, девоньки, я пойду, вы тут не шалите!

И не успели мы сказать ни слова, как она поправила вырез на груди и унеслась к парням, на ходу уже отпуская шуточки про их внешний вид. Вот что красивое платье с девушками делает!

Мы остались втроём. Я осторожно осматривалась по сторонам, пытаясь найти… Нет, я знала, что он не придёт, я же сама сказала, что не нужно. Но могла же я хотя бы надеяться…

— Что делать-то будем? — испуганно прижалась ко мне Оли.

Я скосила глаза на Орину, но соседка всеми силами изображала безмятежное спокойствие, предоставляя нам возможность волноваться как-нибудь самим.

— Скоро уже начало бала, — сжала я ладошку бытовички, — не трусь, мы же тут. Посмотри, все девочки немного боятся.

Оли начала послушно вертеть головой в разные стороны, оценивая выражение лиц других первокурсников. А они легко угадывались в общей толпе — все одинаково испуганные и пытающиеся храбриться. А ещё… одиночки… Мы здесь находились единственной группой, которая стояла рядком. Все остальные бродили сами по себе.

— О, это же Стив! — воскликнула вдруг Оли, показывая рукой на группу взрослых парней. Некоторых я узнала — видела их вместе с Родерика.

Услышав своё имя, лекарь обернулся, а увидев нас, расплылся в радостной улыбке.

— Дамы, вы просто восхитительны! — закричал он на подлёте к нам, однако ж, уставившись исключительно на красную как рак подругу. — Столько рюшей, ткани и этого всего… — он помахал руками, показывая «это всё», — в общем, просто супер! А почему стоите? Там уже закуски разложили — лекари никогда не упускают случая поесть — для нас это первостепенная миссия, так как часто приходится и не спавши, и не жрав… кхм… и не евши трудиться на благо собственной академии!

Он эффектно прижал ладонь к груди, а потом фыркнул и уточнил:

— Пойдём?

— Ой, я как раз голодная! — заявила тоненькая как тростиночка Оли, которая ещё полчаса назад жаловалась, что дышать не может от переедания — всё же принесённый тем же Стивом обед мы снесли подчистую. — Девочки, пойдёмте к столам!

— Я не хочу, — недовольно скривила губы Орина.

— Лиса, а ты?

— А я… — несколько секунд я думала, а затем улыбнулась. — Оли, идите вместе со Стивом сами, я хотела посмотреть древние фрески на стенах этого зала. Ты знала, что академия строилась на территории огромного старинного замка?

— Чего? Замка? — очнулась девушка от улыбок Стиву. — Да… то есть я не знаю… Я тоже посмотрю… потом…

— Идите уже, — отмахнулась от них Орина, и довольная парочка, переговариваясь лишь между собой, убежала куда-то вглубь зала.

Мы с Ориной остались одни. Подошли к фрескам, посмотрели на них. Я пыталась было начать их обсуждать — всё же это наш профиль как будущих деятелей искусства, но, видя, что соседке это неинтересно, быстро свернула беседу.

— Хорошо что мы стоим вдвоём. И общаться удобно и внимания меньше привлекаем, — улыбнулась я и постаралась найти подходящую тему для беседы — всё равно бал ещё не начался. — Хочешь, выйдем в сад, там установили очень красивые светильники. Говорят, они могут на одном магическом заряде гореть не меньше десяти лет!

— Лиса, зима на улице, какой сад? — Орина разве что у виска не покрутила.

Я указала на открытые стеклянные двери. По факту помпезный зал от заснеженной улицы отделяла лишь тонкая плёнка магии. Но я была уверена, что если встать к ней вплотную, не почувствуешь даже дуновения ветерка. Всё же академия магии — это удивительное место.

— Возле входа есть меховые накидки как раз для таких прогулок, — указала я на небольшую вешалку, притаившуюся в углу. — Ну, прошу тебя, Орина, я очень хочу посмотреть.

Девушка недовольно скривилась, но так как не желала общаться ещё с кем-нибудь, кроме меня, всё же накинула вслед за мной мягкую, почти не весомую шубку с меховой опушкой и вышла из больших стеклянных дверей. Кожу на секунду обволокло словно бы тонкой плёнкой, которая мгновение спустя пропала, а в лицо ударил порыв холодного ветра, кинув пригоршню снега.

Шум и многоголосый гул за одно лишь мгновение сменился вечерней тишиной и звуком шуршащего снега. Нет, мы слышали, что происходило в зале, но как-то фоном, не отвлекаясь от созерцания сада.

— Как красиво, — выдохнула я.

Зимние сады в королевской академии магии — это почти легенда. Под тонким слоем льда и инея распускались самые настоящие красные розы. Они сверкали в свете магических шаров, что сами собой висели в воздухе. Подойдя ближе, стало понятно, что они представляли собой словно бы стеклянные сферы, И там, внутри каждого из них, сияло и переливалось жидкое золото.

— Жаль, что нельзя вместо праздника сесть здесь с мольбертом, — улыбнулась я. Настроение вопреки такой активной подготовке оказалось скорее лирическим, чем праздничным. И я даже не хотела думать, с чем это связано…

— Не говори чушь, — отмахнулась Орина, осматриваясь по сторонам. — если ты здесь сядешь, то уже не встанешь, потому что превратишься в сосульку. Пойдём отсюда, у меня сейчас ноги отвалятся — туфли примерзли.

— Орина, ну подожди минутку, — я жадно втянула полной грудью морозный воздух, — мы же только вышли!

Из зала послышался звук трубы, обозначавший начало бала.

— Лисанна, пойдём, иначе всё пропустим. А ты мозги отморозишь, — продолжала бубнеть соседка.

Я с таким острым нежеланием посмотрела на шумный, полный огромного количества незнакомых людей зал, что почти взмолилась:

— Орина, отсюда и так хорошо слышно. Может, здесь постоим? Воздух более свежий…

— Ты издеваешься?! — взорвалась соседка. — Там без нас начнут! Мы должны укреплять связи, знакомиться и находиться среди тех, кто здесь учится!

— Мы придём на торжественную часть… — попыталась было я предложить компромисс.

— Ни за что, — отрезала девушка. — Или ты идёшь со мной, или я пойду одна. Не хочу торчать в ледяном саду посреди сосулек и пропустить всё, что только можно.

Несколько секунд я думала, а потом решилась.

— Знаешь, давай я ещё чуть-чуть тут побуду и сразу приду, хорошо? Честное слово, я ненадолго, просто тут как-то посвежее.

Не могла же я ей сказать, что я сама, своими руками упустила возможность прийти на бал с Родериком и теперь страдаю из-за этого.

Орина лишь фыркнула в ответ, чуть ли не бегом возвращаясь в зал. А я осталась стоять одна возле розового куста в неярком свете огоньков.

Зря, наверное, не пошла. С другой стороны, меня вообще не привлекала идея идти обратно, мне не было нужды, как Орине, обрастать новыми связями — для этого стоило лишь захотеть. Моё происхождение это позволяло.

Так что я сейчас решила просто побыть в саду ещё немного, тем более что отсюда прекрасно слышалась речь ректора, в том числе и обращение к первокурсникам. Хотелось бродить одной, а не наблюдать вездесущие счастливые парочки. Почему-то именно сейчас они раздражали меня одним своим видом.

— Лисанна? — послышался голос из глубины сада. — Ты что здесь делаешь?

Клянусь, в первую секунду я успела обрадоваться, подумав, что это Родерик.

— Что ты здесь делаешь? — повторил сосед моего друга, заставший меня с драконом в ванной в самом что ни на есть неудачном виде, сделав шаг вперёд. В свет от огненного шара попало широкое, немного поплывшее лицо, надетая набекрень шуба и чуть расфокусированный взгляд. Потом он посмотрел в сторону полного людьми зала и поморщился. — Ааа, бал. Точно…

— Скот, правильно? — я улыбнулась, думая, как бы побыстрее уйти, но так, чтобы это не показалось неприличным. — Я как раз собиралась вернуться — начинается представление факультетов…

Они, конечно, ещё минуту назад меня не интересовали, но именно сейчас, когда уединение нарушилось, мне просто позарез потребовалось посмотреть, кто и как себя представляет: — Хочешь, вернёмся вместе?

— Не, — парень отмахнулся и с самым что ни на есть глубокомысленным видом уставился на ближайшую розу.

— Тогда, пожалуй, я сама пойду… На улице уже холодно… Была рада повидаться!

— Лисанна… Мауль… — медленно протянул он, вновь сосредотачивая на мне хмельной взгляд. — Дочь герцогини Анре-Мауль и никому не известного герцога, почившего в безвременье…

— К чему ты это? — его слова мне не понравились. Вроде, ничего плохого не сказал, а как-то… гадко, что ли.

Парень перекатился с носков на пятки, задумчиво плюнул в снежную клумбу и резюмировал:

— Плохи дела у твоей мамаши… Очень плохи!

Я, уже почти уйдя в зал, застыла как вкопанная, а затем резко развернулась.

— Что? Почему плохи?

Какое-то время студент молчал, а потом прицокнул языком и поманил меня за собой движением пальцев.

— Не здесь.

И скрылся в глубине сада.

Я растерянно замерла, не зная, как быть дальше. В голове всплыли предостережения из детства о том, что нельзя ходить вслед за незнакомцами. Но Скот же не незнакомец! И там всегда велась речь о взрослых дядях и тётях. Никогда не слышала, что нужно опасаться студентов, да ещё и на территории академии.

— Скот, подожди! — взмолилась я. — Я бы не хотела уходить далеко от зала — скажи здесь! Я уверена, что мама может решить все проблемы!

— Скоро репутация твоей матери полетит под откос, — услышала странный ответ. — И ни один из её дружков ей не поможет.

Голос парня становился всё тише, он уходил вглубь сада, совершенно не беспокоясь о том, иду ли я за ним, так что идея о ловушке тут же отпала. Подобрав пышную юбку, я бросилась следом. Если я могу узнать, что случилось, то возможно успею предупредить матушку! Я обязательно должна!

Додумать я не успела, потому как парень, которого я догоняла, внезапно застыл, а затем развернулся ко мне.

В неярком свете фонарей мелькнули немного испуганные, но в то же время какие-то отчаянно-злые глаза.

— Лисанна, ты как маленькая глупая птичка, — усмехнулся он, а затем… одним резким движением сорвал с меня меховую накидку!

— Ты что?..

Договорить я не успела, потому как, дёрнув меня к себе за талию, Скот впился грубым поцелуем в мои губы.

Лёгкие заполнил тошнотворный запах перегара, и я забилась в его руках, не ощущая ни холода, ни падающего на голые плечи снега.

Когда парень рванул ткань платья на спине, раздался оглушительный треск, а в голове забилась лишь одна пульсирующая мысль:

«Скомпрометировать! Меня хотят скомпрометировать!»

То, о чём я столько слышала, то, от чего потом не отмыться, то, что может поставить на колени даже самый сильный род… это происходило прямо сейчас!

— Лисанна, — прошипел Скот, — хватит брыкаться. Тебя всё равно никто замуж не возьмёт! Ты всегда будешь расцениваться как дополнение к своей матери. А такую тёщу и врагу не пожелаешь! Ни один нормальный мужчина не пойдёт на такое родство! Так что радуйся, что хоть я согласен!

В отчаянии я со всей силы укусила губу негодяя, одновременно ударяя острым каблуком по заснеженному чёрному ботинку.

Парень взвыл, разжимая руки, отчего я упала в снег голой спиной.

— Ах ты, гадина! — прорычал он, подходя ближе.

Я испуганно прикрыла голову руками, а потом, прежде чем пришла расплата, Скота сбила с ног огромная летающая тень.

Раздался лишь короткий вскрик, секундная возня и тишина…

Боясь убрать руки от лица, я по одному открыла глаза и…

— Родерик!

— Вставай! — дракон, уже в человеческой ипостаси, рывком выдернул меня из сугроба и замотал по самый нос в мою же накидку.

Вовремя! Со стороны академии послышались крики, топот десятка ног и зажигающиеся повсюду магические светильники!

— Как они узнали?! — запаниковала я.

— Элементарно, — хмыкнул дракон, — они не узнали — они это знали, Лиса. Знали точно и стояли наготове, выждав достаточное количество времени.

— Что делать?! — паника подступила к горлу.

— Молчи и никак не комментируй произошедшее, — успел шепнуть мне Родерик, а затем со всех сторон мы услышали возгласы:

— Какой стыд!

— Какой разврат!

— Ах, неужели это она?!

— Скот! — прогремел громкий суровый голос незнакомого мне мужчины. — Как ты посмел без моего ведома коснуться этой леди! Это позор! Ты обязан загладить вину и…

Тут на поляну, окружённую со всех сторон кустами, вышел высокий господин с очень надменным лицом и, увидев совсем не то, что ожидал, застыл на полуслове.

Следом за ним в небольшое пространство вывалилось сразу с десяток «свидетелей», причитающих на все лады. Но разглядев, что я спокойно стою рядом с драконом, с головы до ног одетая в меховую накидку, через которую проглядывает совершенно целое (спереди!) бальное платье, замолчали недоуменно пожимая плечами.

— А где… — начала было какая-то девица, как её прервал яростный голос незнакомого мужчины:

— Где мой сын?!

— Добрый вечер, граф Дондер, — чуть склонив голову в поклоне, проговорил Родерик, а потом указал на торчащий из соседнего сугроба ботинок. — Боюсь, мой сосед сегодня выпил лишнего. Мы общались с моей подопечной, когда нашли его. Мне кажется, он потерял сознание от чрезмерного возлияния. Хорошо, что вы пришли. Наверное, ему требуется помощь.

Глаза графа заметали молнии, но, слыша гомонящий шум вокруг, он медленно обвёл поляну каким-то пронизывающим и очень злым взглядом, на пару секунд остановив его на мне.

Я поёжилась, опуская глаза в землю, и всем своим видом продемонстрировала полное непонимание ситуации.

Наконец, совладав с собой, отец Скота проговорил:

— Спасибо… Родерик Мэйсон… Я заберу сына.

Дракон кивнул и, потянув меня в сторону тропинки, попрощался со всеми присутствующими:

— Прошу прощения, нас ждут.

Мы быстро прошли мимо застывших любопытных и, стараясь не сорваться на бег, направились в академию.

— Мы вернёмся обратно в зал? — испуганно спросила я, понимая, что сейчас я выгляжу как угодно, но не для торжественного представления первокурсников.

— Нет, конечно, — у самого входа в помещение Родерик резко свернул в сторону и утянул меня в тень. А уже через пять минут мы влетели в общежитие.

— Родерик, мальчик мой! — чуть задремавшая тётушка Рози встрепенулась и с удивлением оглядела наш взъерошенный вид. Оценив мою вывалянную в снегу причёску, она требовательно спросила: — Что происходит?

— Тётушка Рози, ты нас не видела. Пришла одна Лисанна, у которой заболела голова, и она ушла с торжества, — спокойно проговорил дракон, подзывая старушку поближе, а потом наклонился к её уху и тихо прошептал пару слов.

Комендантша ахнула и, быстро кивнув, щёлкнула пальцами, призывая веник с совком.

— Идите, всё будет хорошо, дорогой. Я всё сделаю!

Инвентарь мгновенно подмел ещё не успевший растаять снег, который с нас осыпался, и вывалил его в мусорное ведро около входа.

Я не успела даже поблагодарить женщину, как почувствовала, что меня тянут за руку.

Родерик без слов привел меня в мою же комнату, засунул в ванную, вручил банный халат и, коротко приказав постоять под горячим душем не менее десяти минут, проговорил:

— Я буду снаружи. Не волнуйся, никто не войдёт и не потревожит.

— А если Орина вернётся раньше? — заволновалась я. Пусть Родерик мой друг, но опять же, если нас застанут одних в закрытой комнате… Сейчас я боялась всего…

— Не волнуйся, — хмыкнул дракон. — К тому времени здесь уже появится твоя матушка.

Я ахнула.

— Ты сказал ректору?!

— Нет, — парень улыбнулся. — Тётушка Рози напрямую с ней свяжется. Для этого не нужно звать ректора. Не зря же у неё есть ключи от всех помещений академии, — при последних словах он подмигнул, а у меня отлегло от сердца.

Уже почти закрывшись в ванной, я осторожно спросила:

— Тебя не беспокоит, что приходится постоянно… общаться с моей мамой?

Парень вскинул на меня удивлённый взгляд, а затем его глаза потеплели.

— Нет, Лисанна. Она же — ТВОЯ мама. Я уважаю её и предпочитаю сотрудничать.

— Но она… — я замялась, понимая, что-то, что сейчас скажу, будет почти святотатством. — Она всегда… делает всё, как хочет сама.

— Но ты же её любишь?

— Да… — на самом деле, я очень боялась, что если захочу самостоятельности, мне придётся рассориться с родительницей. Будто сам факт того, что я попытаюсь жить своей жизнью, оттолкнет ту, кого я так люблю. Я не хотела этого, но так же не хотела и тотального контроля. А ещё в голове бились слова Скота: «Ты — всего лишь дополнение к матери» и «ни один нормальный мужчина не захочет…».

Только вот говорить всё это Родерику не стала.

Но он и так как-то понял.

— Лисанна, — парень улыбнулся, — мы не выбираем родственников. И надо благодарить судьбу хотя бы за то, что они есть. Твоя мама — умная и благородная женщина. Совершеннейшая глупость скрывать от неё произошедшее, если она в силах помочь. А теперь иди в душ и перестань беспокоиться обо мне. Я вполне в силах защитить себя сам.

И я ему поверила …

Но прежде чем уйти, подошла ближе и, встав на цыпочки, поцеловала старого друга в щёку.

— Спасибо, Родерик.

Парень явно смутился, а я, крайне довольная собой, прикрыла дверь ванной…

Глава 15 Матушка приходит на помощь

Когда я вышла из душа, моя родительница уже находилась на месте. Она спокойно сидела на моей кровати и пила чай из неизвестно откуда взявшейся здесь кружки.

— Мама! — обрадовалась я.

— Иди сюда, милая, — протянула руку родительница.

— Я пойду, — чуть склонил голову Родерик, а потом, поддерживающе мне улыбнувшись, вышел из комнаты.

— Ох, мама, ты же не знаешь! — начала было я.

— Знаю, милая, мне уже всё доложили.

— Так надо же бежать, пока они не ушли! — заволновалась я, дёргаясь в сторону шкафа с одеждой. — Если быстро надеть что-то простое и не требующее долгих завязываний и расстёгиваний, то можно успеть…

— Нет, дорогая, — остановил меня спокойный, но очень властный голос матери. — Всё, что нужно, я уже предприняла. Не волнуйся, никто не уйдёт от возмездия. Сейчас главное — сделать так, чтобы твоё имя даже близко не фигурировало в этом деле. Ничего не было, Лисанна, запомнила? То, что произошло, останется лишь в моей памяти. И уж я смогу по заслугам воздать тем, кто покусился на нашу фамилию, а тебе думать об этом незачем.

— Но если ничего не было, то в чём ты тогда будешь обвинять графа Дондера?

Женщина тонко улыбнулась.

— У таких людей всегда масса грешков, Лисанна. Просто теперь меня ничего не сдерживает. Он и так лишился места в королевском совете на последнем слушании. А теперь лишится и своего имени. Это большая ошибка — попытаться напустить на тебя своего сына. Я бы никогда не отдала тебя замуж за это ничтожество, даже ради репутации, так что тут он просчитался.

— Мне кажется, Скот не очень хотел, чтобы так всё вышло… — пробормотала я, вспоминая испуганный взгляд парня.

— Если он настолько слаб, что не может противостоять собственному отцу, то мне его совсем не жаль, — отрезала герцогиня. — Не волнуйся, уже завтра ты не увидишь его в академии.

Какое-то время мы молчали, а потом женщина, поглядев в окно, печально усмехнулась.

— Мне жаль, милая, что тебе пришлось так быстро встретиться с жестокостью этого мира и сложностью своего положения.

Я села рядом с матушкой и положила голову ей на колени. Как в детстве. Меня до сих пор потряхивало от пережитого ужаса, но появление дракона, его спокойный голос и умение разрулить любую ситуацию сильно сгладили произошедшее.

— Не переживай, мамочка. Ты же и так очень долго держала меня дома, не давая в обиду.

— Да, только вот аквариум стал рыбке тесен. Будь моя воля, я всегда бы держала тебя дома, где никто не смеет обидеть, — устало улыбнулась женщина. — Но это невозможно. Так что, боюсь, теперь занимаемое мною место будет всегда так или иначе влиять на тебя. Мне жаль, Лисонька.

— Ничего, мам… — какое-то время я думала, сказать это сразу или всё же потом. Но в итоге решилась: — Знаешь, если тебе хочется не волноваться за меня, то есть… Родерик…

Я застыла, испуганная тем, что сказала ЭТО! Но слова вылетели, назад их уже не вернёшь, так что…

— Родерик? Лисанна, только не говори…

Я тут же выпрямилась и возбуждённо замахала руками.

— Мама! Он потрясающий, ещё лучше, чем был! Нет, он всегда выглядел шикарно, но сейчас… Мама, я хочу за него замуж!

— Ты ещё передумаешь, — попыталась было отмахнуться женщина. — Мы найдём тебе кого-нибудь получше. Более знатного и влиятельного.

— Не хочу получше! — надулась я. — Хочу Родерика!

Я поджала губы и, наклонив голову, посмотрела на матушку исподлобья.

— Только он нравится, не пойду больше ни за кого!

«А ещё он тот, кто не будет против моих отношений с матушкой и не потребует разрыва, но при этом сможет сам не прогнуться под её суровый нрав», — подумала уже про себя, но этого, естественно, не сказала.

Какое-то время, поизучав моё напряжённое лицо, герцогиня усмехнулась.

— Что ж, это произошло даже раньше, чем я планировала.

— О чём ты?

— Милая, неужели ты думала, что я выбрала Родерика случайно? Нет, дорогая. И наконец-то я вижу, что в тебе есть не только характер твоего батюшки, но ещё и кровь рода Анрэ. Хорошо, Лисанна, если до конца обучения ты не передумаешь, я посмотрю, что можно с этим сделать. Мне нравится этот парень, а положение в обществе можно и обеспечить.

— Главное, чтобы Родерик согласился, — пробормотала я.

Уже было вставшая и направившаяся к двери матушка резко развернулась и бескомпромиссно отрезала:

— Женщины нашего рода всегда добиваются того, чего хотят, Лисанна! Даже не смей думать иначе! Этот парень, конечно, упрямец, но если он тебе нужен, то даже не заметит, как попадёт в наши мягкие лапки.

С этими словами она поцеловала меня в щёку и вышла из комнаты, направляясь исполнять свои грандиозные дела и планы.

А я посмотрела в небольшое зеркало на стене и распрямила спину.

— Мауль я или не Мауль?! Неужели не смогу влюбить в себя дракона, если никто другой мне не нужен?!

Ну, держись, Родерик! Этот год станет для нас судьбоносным!

Эпилог

6 месяцев спустя

— Ну, я же говорила, что для нас нет ничего невозможного, — усмехнулась матушка, разглядывая помолвочное кольцо с блестящим камнем на моем пальце.

— До сих пор не могу поверить, — счастливо вздохнула я. — За этот год столько всего произошло! Представляешь, мою подругу Оли пригласили работать в ателье мадам де-Бортье на полставки! А она только на второй курс перешла!

— Наверное, вне себя от счастья?

— Не то слово! А ещё она встречается со Стивом, он за ней как привязанный ходит. Ох, мама, я так рада, что попала в академию!

— И я надеюсь, что ты проучишься в ней до конца обучения, — погрозила мне пальцем герцогиня. — Даже после замужества в следующем году, Лисанна. Не вздумай прерывать обучение даже ради своего дракона!

В этот момент Родерик вошёл в комнату и с улыбкой подошёл к моей софе. Сразу после начала каникул мы поехали в поместье моей матушки, чтобы рассказать радостную новость о скорой помолвке.

Увидев моего жениха, энергия герцогини тут же переключилась на него.

— Так, Родерик, я уже присмотрела вам дом по соседству с поместьем. Сейчас приедет мой юрист, и мы обсудим, к какому времени выселить его постояльцев. Это идеальное место для…

— Простите, мадам, но я уже давно купил нам дом, — с улыбкой прервал её дракон. — И завтра мы с Лисанной едем его смотреть. Если хотите, можете к нам присоединиться. Внутри ещё нет отделки, так что следующий год, пока идёт подготовка к свадьбе, там развернётся ремонт. Лисанна вызвалась сама составлять дизайн каждой комнаты.

— Как, купил?! — судя по виду, матушка пребывала в ступоре. — Когда?! И где, хаос вас раздери?!

— В восточном графстве Анкоир, — скрывая улыбку, проговорил дракон.

— Что?! — женщина от возмущения глубоко вздохнула, а потом, резко успокоившись, вдруг покачала головой и усмехнулась. — А ты не так прост, будущий зять. Выбрал самую дальнюю провинцию, чтобы поселиться подальше от меня?

— Нет, ни в коем разе, — усмехнулся он. — Разве вы не знаете, что там находится самый знаменитый в стране дом мод? С ним в будущем мечтает сотрудничать Лисанна, после того, как получит бумаги дипломированного кутюрье. И я её в этом всячески поддерживаю. Вдобавок, там же я уже договорился о прохождении практики в центральном госпитале, и если всё пойдёт хорошо, то к окончанию Лисанной академии, я смогу его возглавить, так как место главного врача совсем недавно стало вакантным.

— А как же место сенатора, которое я для тебя приготовила?

— Спасибо, но мне оно не нужно, я уже обо всём договорился.

— Вот как… Тогда надо связаться с губернатором Анкоира… — задумчиво пробормотала матушка, — узнаю, что там и по госпиталю, и по этому дому мод… Хм… Тогда…

— Ну вот и прекрасно, — хихикнула я.

— Но это не значит, что вы от меня сможете отделаться! — очнулась герцогиня, отставляя чашку с чаем. — Вы, конечно, очень хитрые и предусмотрительные, но я же могу приезжать к вам в гости… Скажем, с января по июнь… и с августа по декабрь… — она невинно затрепетала веером, ожидая нашего хода, — вы же не выгоните старую женщину на улицу, если она приедет к вам с чемоданами?

— Конечно нет! — я не удержалась от смешка, представляя эту картину.

— Только вот, боюсь, тогда вы не сможете заниматься политикой… мама, — дополнил дракон.

Глаза герцогини расширились от осознания всей глубины проблемы.

Графство Анкоир было выбрано Родериком не случайно. Оно располагалось не только довольно далеко от поместья семьи Мауль, но ещё и от столицы. А в столице — мамина жизнь. Политика, подковёрные игры, разборки…

До сих пор помню, с каким скандалом уволили графа Дондера из министерства. И пусть моё имя нигде не мелькало, но по тому, как лучилась довольством матушка, без её влияния в этом деле явно не обошлось. Неужели она всё бросит, да пусть даже ради нас? Да ни в жизнь!

— Мама, нам не интересен мир политики, мы оба хотим лишь уютный дом, — попыталась я сгладить впечатление, — конечно, мы всегда будем тебе рады. И надеемся, что в своём занятом графике ты найдешь хотя бы немного времени, чтобы навестить нас.

Какое-то время веер матушки недовольно бился о подлокотник кресла, а потом она отбросила его в сторону и протянула руку в сторону Родерика.

— Что ж, будущий зять. Мои аплодисменты. Думаю, нам с тобой будет очень весело. Всегда мечтала о достойном противнике. Всё же Лисонька слишком мягкая для того, чтобы я обыгрывала её в шахматы. А вот с тобой это занятие наконец-то станет по-настоящему интересным.

— Я в этом не сомневаюсь, мадам, — Родерик со всей серьёзностью пожал протянутую ладонь и подмигнул мне. — Обещаю к первому же вашему приезду купить доску и заказать фигуры.

Я расслабленно упала на подушки. Неужели в этом мире действительно нашёлся человек, который не боится мою матушку?

Взгляд наткнулся на тёплые сверкающие глаза дракона. Он чуть заметно мне улыбнулся.

Я могу ошибаться, но почему-то уверена, что именно с этим драконом мы сможем построить такое прекрасное будущее, какое даже сложно представить.

Яркое, доброе, семейное и по-настоящему счастливое…

Конец