Существуют миры, где рассвет приносит надежду. Где первый луч солнца означает начало нового дня. Где жизнь ценится хотя бы немного выше смерти. Но также существовали и другие миры. Вроде мира Риасан. Один из тех самых миров, в которых само слово “милосердие” давно превратилось в пустой звук. Этот мир никогда не видел настоящего света. Нет... солнце здесь существовало. Но оно редко пробивалось сквозь бесконечные клубящиеся небеса. Высоко над землёй постоянно висели громадные тучи, окрашенные в багрово-чёрные оттенки. Они медленно перекатывались, словно исполинские живые существа, время от времени озаряемые вспышками тёмно-фиолетовых молний.

Дождь здесь тоже шёл. Но редко приносил облегчение. Иногда с небес падала вязкая чёрная вода, насыщенная демонической энергией. Иногда — кроваво-красные капли, после которых молодые растения либо стремительно разрастались в чудовищные хищные заросли, либо погибали прямо на глазах. Порой же с небес осыпался серый пепел. Тогда все понимали — где-то неподалёку погиб очередной город. Или целая армия.

Земля этого мира тоже давно перестала быть обычной. Огромные равнины были покрыты глубокими трещинами, из которых постоянно поднимался чёрный туман. В этих испарениях содержалась настолько плотная демоническая энергия, что неподготовленный человек погибал за считанные часы. Тело такого несчастного сначала слабело. Потом сходило с ума. А затем... Либо превращалось в безвольное чудовище. Либо становилось добычей тех, кто был сильнее. Леса выглядели ещё страшнее. Деревья здесь редко росли прямо. Их стволы извивались, словно гигантские змеи. Корни нередко поднимались над поверхностью земли, напоминая скрюченные человеческие руки. Некоторые растения были способны чувствовать кровь. Другие — духовную энергию. Стоило раненому существу приблизиться… Как весь лес буквально оживал. Лозы обвивали ноги. Ветви смыкались сверху. А цветы, похожие на огромные пасти, начинали источать сладковатый аромат, притупляющий волю. Через несколько минут от случайного путника оставались лишь кости. И даже они постепенно растворялись в насыщенной демонической почве. Реки... Тоже были опасны. Вода редко оставалась прозрачной. Большинство рек несли густую багровую жидкость с металлическим привкусом. Это была не кровь. Хотя отличить её от крови на первый взгляд было невозможно. Подобная вода могла усиливать некоторые демонические искусства. Но для большинства существ являлась смертельным ядом.

Даже ветер здесь казался живым. Он постоянно приносил шёпот. Иногда... Очень отчётливый. Некоторые путники слышали голоса погибших родственников. Другие — обещания невероятной силы. Третьи — собственные мысли, произнесённые чужим голосом. Опытные культиваторы давно перестали обращать на это внимание. Потому что знали. Стоит ответить хотя бы один раз... И тьма уже никогда полностью не отпустит твоё сознание. В подобном мире невозможно было выжить обычному человеку. Слишком много опасностей… Слишком мало ресурсов… Слишком жестоки сами законы существования… Поэтому местные жители давно приспособились. Они перестали бороться с тьмой. Они сделали её частью собственной силы. Каждый ребёнок здесь с раннего возраста изучал не только письменность или основы культивации. Его учили одному простому правилу.

“Если ты оказался слабее — ты уже мёртв.”

Именно поэтому предательство здесь никогда не считалось позором. Если ученик убивал наставника, сумев превзойти его... Значит, наставник оказался недостаточно сильным. Если брат отнимал наследие у брата... Значит, победитель был достоин обладать им. Если сын занимал место главы семьи, отравив собственного отца...

Большинство соседей лишь уважительно кивали. Значит, он оказался хитрее. В этом мире хитрость была такой же разновидностью силы, как меч или демоническое искусство. Доверие здесь не существовало. Его заменяли страх. Выгода. Временные союзы. И холодный расчёт. Сегодня ты вместе сражался плечом к плечу. Завтра этот же союзник мог продать твою душу за достаточно редкое сокровище. Никого это не удивляло. Таков был порядок вещей.

И всё же... Даже здесь существовала красота. Своя. Очень своеобразная. Особенно среди женщин-культиваторов. Во многих древних родах демонические искусства передавались непрерывно на протяжении тысячелетий. Энергия Бездны постепенно становилась частью крови. Частью души. Частью самого тела. Поколение за поколением происходили изменения. Пока однажды они не переставали восприниматься как уродство. Наоборот. Они становились новой нормой.

Таких женщин очень часто называли демоницами. И в этом слове никто не слышал насмешки. Или оскорбления. Это был всего лишь факт происхождения. Признание того, что их род настолько глубоко переплёл собственную кровь с демоническими силами, что уже невозможно отделить одно от другого.

Некоторые обладали глазами цвета расплавленного золота. Другие — вертикальными зрачками. У третьих во время использования силы появлялись небольшие рога, похожие на изящные украшения. Иногда за спиной возникали тонкие костяные крылья. У других кожа приобретала едва заметный перламутровый оттенок с тёмными узорами, напоминающими живые татуировки. Кто-то имел длинный хвост, двигавшийся с почти кошачьей грацией. Кто-то — небольшие чешуйки вдоль позвоночника или на предплечьях. Все эти изменения воспринимались как признаки сильной родословной и глубокой связи с наследием семьи. Чем древнее был род, тем изящнее зачастую выглядели подобные проявления. Грубые мутации считались уделом тех, кто бездумно поглощал демоническую силу. Аристократия же гордилась тем, что сумела подчинить её, превратив в часть собственной природы.

Но эта красота была обманчивой. За чарующей улыбкой могла скрываться женщина, без малейших колебаний приносящая в жертву сотни людей ради завершения древнего ритуала. За ласковым голосом — мастер искусства, способный несколькими словами разрушить чужую волю. За лёгким прикосновением — смертельное проклятие, медленно уничтожающее не только тело, но и духовное ядро. И самое страшное заключалось в том, что всё это они совершали без ненависти. Без ярости. Без удовольствия от чужой боли.

Для них подобное было столь же естественно, как для кузнеца — работа с молотом, а для земледельца — посев зерна. Именно поэтому другие миры опасались этого места. Не только из-за невероятно жестоких техник. И не только из-за демонических искусств. Главная опасность заключалась в самих жителях. Они мыслили иначе. Для них не существовало разделения на добро и зло. Была лишь сила. И её отсутствие. Была победа. И было поражение. А между ними не оставалось места для жалости.

В таком мире рождались поколения культиваторов, для которых смерть противника считалась не трагедией, а естественным завершением поединка, а захват побеждённого — возможностью пополнить собственные знания или усилить родовое наследие. Именно отсюда выходили самые опасные представители Тёмных миров — те, кто видел в любой войне не бедствие, а очередную ступень на пути к собственному возвышению. И пока остальные миры готовились защищать свои земли, здесь уже начинали готовиться к охоте. Ведь для многих обитателей этой мрачной реальности предстоящий турнир был не просто состязанием, а возможностью добыть новые техники, новых пленников и новую силу, которую они считали законной наградой победителя.

…………

Даже на территории бесчисленных Тёмных миров существовали места, названия которых предпочитали произносить как можно тише. Не из уважения. Из осторожности. Потому что считалось: если слишком часто произносить имя подобного места, оно однажды ответит. И тогда уже не ты будешь искать путь к нему. Оно само найдёт путь к тебе. Среди таких мест особенно выделялась древняя академия, чьи стены пережили тысячи лет непрерывных войн. Она не скрывалась. Не пряталась за иллюзиями. Не нуждалась в защите соседних государств. Сама мысль о нападении на неё казалась большинству разумных самоубийством. Ведь сама Академия давно превратилась не просто в место обучения, а в огромный живой организм, напитанный неисчислимыми слоями тёмной энергии. Она возвышалась посреди гигантской горной впадины. Но назвать окружающие вершины горами было бы слишком мягко. Это были исполинские чёрные утёсы, напоминавшие застывшие клыки древнего чудовища. Они поднимались на многие тысячи метров вверх, полностью перекрывая солнечный свет.

Даже в полдень над Академией царили густые сумерки. Лишь редкие багровые отблески пробивались сквозь разломы тяжёлых облаков. Издалека казалось, будто сама земля раскрыла пасть, внутри которой и вырос этот чудовищный город. Воздух здесь невозможно было назвать свежим. Каждый вдох приносил ощущение тяжести. Тёмная энергия настолько глубоко пропитала всё вокруг, что даже ветер приобрёл странный запах. Железо. Пепел. Сырая земля. И едва уловимый сладковатый аромат, который невозможно было спутать ни с чем. Запах крови. Очень старой крови. Казалось, будто сами камни веками впитывали её, а теперь медленно возвращали обратно окружающему миру.

По отвесным скалам непрерывно стекали тонкие тёмные ручьи. Издали они выглядели как вода. Но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что жидкость слишком густая. Слишком вязкая. Она медленно ползла по камню, оставляя после себя чёрные кристаллические наросты. Эти наросты потом собирали алхимики Академии. Для большинства лекарств они являлись сильнейшим ядом. Для демонических эликсиров — ценнейшим ингредиентом. Деревьев вокруг почти не было. Лишь отдельные исполинские стволы без единого листа. Их ветви напоминали длинные костлявые пальцы. Иногда ветер заставлял их медленно двигаться. И тогда казалось, будто весь окружающий лес пытается дотянуться до случайного путника. На этих деревьях никогда не росли плоды. Зато кое-где висели странные коконы, внутри которых можно было различить слабое движение. Никто из новичков не решался спрашивать, что находится внутри. Старшие ученики лишь усмехались.

— Не беспокойтесь. Когда придёт время… Узнаете сами.

Даже птиц здесь почти не существовало. Небо принадлежало другим существам. Огромным. Перепончатокрылым. Иногда они медленно кружили между вершинами. Их силуэты почти невозможно было различить среди облаков. Лишь время от времени сверху доносился протяжный крик, больше напоминавший плач тысяч людей одновременно. После такого крика внизу надолго воцарялась тишина. Даже местные звери предпочитали не двигаться. Сама Академия была выстроена из абсолютно чёрного камня. Настолько тёмного, что он словно поглощал падающий на него свет. Высокие стены не украшали ни фрески, ни резьба. Только многочисленные следы древних ударов. Глубокие борозды. Трещины. Оплавленные участки. Каждая отметина рассказывала о какой-то войне. О каком-то штурме. О каком-то мастере, который однажды решил бросить вызов этому месту. Судя по тому, что стены всё ещё стояли... Никто из них так и не добился успеха.

Главные ворота были настолько огромными, что через них свободно мог пройти целый отряд исполинских духовных зверей. Их створки покрывали тысячи древних символов. Не защитных. Не благословляющих. А запрещающих. Каждый иероглиф удерживал внутри ворот бесчисленные остатки чужих душ. Иногда ночью казалось, будто эти знаки начинают медленно шевелиться. А из глубины ворот доносится едва различимый шёпот. Внутренний двор выглядел неожиданно просторным. Но первое впечатление быстро исчезало. Вместо садов здесь располагались тренировочные площадки, покрытые трещинами и засохшими тёмными пятнами. Между ними возвышались массивные каменные столбы, испещрённые древними печатями. К некоторым были прикованы ржавые цепи. Кое-где на них ещё оставались следы когтей. Или человеческих пальцев. Повсюду находились массивные каменные платформы. Новичок мог принять их за алтари. Опытный культиватор сразу понял бы их настоящее предназначение. Ведь это были типичные жертвенники. И в этом месте их было очень много. Настолько много, что вскоре глаз переставал обращать на них внимание. Для местных жителей они стали такой же привычной частью архитектуры, как лестницы или мосты. Иногда на одном из таких камней можно было увидеть свежие следы ритуала. Потемневшие руны… Остатки благовоний… Или тяжёлые железные кольца, предназначенные для фиксации жертвы… Никто не спешил убирать подобные следы. Наоборот. Они служили напоминанием каждому ученику о цене ошибок.

Учебные корпуса мало напоминали привычные павильоны. Это были тяжёлые крепости с узкими окнами-бойницами. Коридоры освещались не фонарями, а зелёными и фиолетовыми духовными огнями, заключёнными в кованые клетки. Их свет не разгонял тьму. Он лишь делал её ещё глубже. Даже общежития учеников больше походили на казематы. Массивные двери… Толстые стены… Небольшие комнаты. Без роскоши. Без украшений. Лишь место для медитации… Оружейная стойка… И несколько запирающихся ниш для личных вещей… Каждый попавший в это место вскоре сам прекрасно понимал, почему двери здесь делали такими тяжёлыми. Не чтобы защитить тех, кто внутри. А чтобы дать хозяину комнаты хотя бы несколько лишних секунд, если ночью кто-то решит войти без приглашения.

Однако самой страшной частью Академии были вовсе не здания. А её ученики. Они почти никогда не разговаривали громко. Не смеялись. Не спорили. Каждый взгляд казался холодным расчётом. Каждый поклон мог скрывать будущий удар. Здесь никто не спешил заводить друзей. Потому что прекрасно понимал, что самый опасный враг зачастую появляется именно тогда, когда начинает называть тебя братом.

Молодые культиваторы спокойно проходили мимо жертвенников, словно не замечая их. Никто не отворачивался. Никто не испытывал ужаса. Слишком многие сами хотя бы раз принимали участие в подобных ритуалах. Для кого-то это было обязательной частью обучения. Для других — способом заслужить благосклонность наставника. Для третьих — единственным шансом получить редкие ресурсы.

Новый ученик, едва переступив порог Академии, не получал никаких обещаний безопасности. Наоборот. В первый же день ему объясняли простую истину. Если наставник сочтёт твою кровь подходящим компонентом для ритуала... Ты просто обязан считать подобную смерть честью. Если старший ученик вызовет тебя на смертельный поединок... Ты не имеешь права отказаться. Если ночью исчезнет сосед по комнате... Лучше не задавай вопросов. И не пытайся искать его. Иначе очень скоро искать перестанут уже тебя. И всё же это место продолжало притягивать тысячи честолюбцев. Потому что за каждым жертвенником, за каждым кровавым ритуалом и за каждым смертельно опасным испытанием скрывалась возможность обрести силу, недоступную в других мирах. Здесь не обещали справедливости, не говорили о добродетели и не учили состраданию. Здесь учили только одному… Выжить любой ценой… Подчинить тьму раньше, чем она подчинит тебя… И стать настолько опасным, чтобы даже собственные наставники дважды подумали, прежде чем сделать тебя следующей жертвой… Именно поэтому выпускники этой Академии считались одними из самых грозных противников на грядущем турнире миров — ведь они с детства жили так, словно каждый новый день уже был смертельным испытанием.

…………

По широким каменным лестницам Академии медленно поднимались ученики. Одни только что возвращались с тренировочных площадок. Другие несли тяжёлые футляры с оружием. Третьи спешили в алхимические павильоны, прижимая к груди нефритовые шкатулки с редкими ингредиентами. Всё выглядело привычно. Настолько привычно, насколько вообще могла выглядеть жизнь в месте, где любой день мог оказаться последним. По многочисленным тренировочным дворам разносились удары оружия. Из кузниц поднимались языки чёрного пламени. Вдалеке кто-то испытывал новую технику, и небо на мгновение прорезали кровавые вспышки духовной энергии.

Казалось, Академия живёт своей обычной жизнью. До тех пор... Пока не наступила тишина. Она не появилась мгновенно. Сначала разговоры стали чуть тише. Потом перестал звучать смех нескольких молодых учеников. После этого один за другим начали замолкать наставники. Словно сама Академия сделала глубокий вдох. И перестала дышать. И всё только по той причине, что по главной аллее медленно шла девушка. Невысокая. Стройная. Даже хрупкая. На первый взгляд. Настолько изящная, что трудно было представить её среди бесчисленных жестоких культиваторов этого места. Со стороны даже могло показаться, будто перед окружающими появилась дочь какого-нибудь древнего аристократического рода, случайно заблудившаяся среди мрачных крепостей. Однако стоило взглянуть на неё более внимательно... И первое впечатление исчезало. Она была прекрасна. Не той яркой красотой, которая сразу бросается в глаза. Нет. Её красота была спокойной. Холодной. Почти недосягаемой. Словно лунный свет среди бесконечной ночи. Её лицо отличалось удивительно правильными чертами. Тонкий нос. Мягкий изгиб губ. Высокие скулы. Безупречная кожа. Настолько светлая, что казалась почти фарфоровой. Нет... Даже бледнее. Будто в её жилах вместо обычной крови текла сама зимняя ночь. Большие глаза выглядели удивительно спокойными. И почти невинными. Но стоило встретиться с ними взглядом... Как сердце невольно сжималось. Их разрез действительно напоминал одновременно кошачий и лисий. Уголки глаз были чуть вытянуты. Из-за этого даже спокойный взгляд приобретал ощущение скрытой загадки. Казалось, она смотрит вовсе не на человека. А куда-то гораздо глубже. Именно туда, куда никто не способен заглянуть самостоятельно. Её длинные ресницы едва заметно дрогнули. И этого оказалось достаточно, чтобы стоявший неподалёку старший ученик мгновенно побледнел. Не произнеся ни слова, он сделал несколько шагов назад. Виновато опустил голову. И больше не осмелился поднять взгляд. Следом отступили ещё двое. Потом ещё несколько. Никто не отдавал приказов. Каждый понимал всё без слов. Этой девушке лучше было бы уступить дорогу заранее. Лёгкий ветер шевельнул её волосы. Они были удивительно длинными. Практически до самых колен. Иссиня-чёрными. Настолько гладкими, что казались жидким шёлком. Каждая прядь отражала редкие багровые отблески неба. Сложнейшая причёска удерживалась десятками изящных шпилек. Одни были изготовлены из чёрного нефрита. Другие — из неизвестного серебристого металла. Некоторые украшали небольшие кроваво-красные кристаллы, внутри которых словно медленно переливался алый свет. При каждом её шаге эти украшения едва слышно звенели. Очень тихо. Но почему-то этот звук заставлял многих нервно вздрагивать.

Одежда тоже говорила сама за себя. Многослойное длинное платье было соткано из невероятно дорогой ткани. Чёрный шёлк плавно переходил в тёмно-бордовые оттенки. Вышитые серебряной нитью древние узоры походили на переплетение цветов, лоз и сложных печатей. Расшитые красивыми узорами рукава свободно ниспадали почти до земли. Широкий пояс украшал искусно обработанный красный нефрит. На тонких пальцах поблёскивали старинные кольца. Каждое из них являлось не просто украшением, а древним духовным артефактом. Даже опытные мастера не смогли бы сразу определить их назначение. Но вовсе не её внешность заставляла людей расступаться. И даже не происхождение. Самым страшным была аура. Она не давила. Не вспыхивала ослепительным светом. Не обрушивалась подобно буре. Наоборот. Она распространялась необычайно тихо. Настолько тихо, что человек замечал её лишь тогда, когда уже оказывался внутри этого невидимого пространства. И тогда появлялось странное ощущение. Будто собственная кровь начинает течь чуть медленнее. Будто сердце делает удар... И на мгновение забывает сделать следующий. Даже духовная энергия внутри тела становилась непривычно тяжёлой. Неуправляемой. Некоторые мастера невольно задерживали дыхание. Другие ощущали, как по позвоночнику проходит ледяная дрожь. Несколько наставников, разговаривавших неподалёку, одновременно замолчали. Увидев девушку, они синхронно сложили ладони перед грудью. И слегка склонили головы. Не из вежливости. Не из уважения к её возрасту. А потому, что их инстинкты требовали именно этого. Словно перед ними проходил кто-то, чьё положение находилось неизмеримо выше. Сама же девушка выглядела печальной. Не показательно. Не театрально. А так, словно эта тихая грусть сопровождала её уже очень давно. Её взгляд был устремлён вперёд. Она почти никого не замечала. Или... Не считала нужным замечать. Лишь изредка среди расступившейся толпы слышался едва различимый шёпот.

— Она...

— Не смотри...

— Опусти глаза...

Кто-то почти беззвучно произнёс её имя. Настолько тихо, словно боялся, что она услышит.

— Юэ Жуянь...

Другой ученик торопливо оборвал его, испуганно оглянувшись.

— Молчи... Лучше не произноси...

После короткой паузы другой голос, наполненный одновременно страхом и благоговением, едва слышно прошептал:

— Королева Крови...

Этого было достаточно. Никто больше не добавил ни слова. Такой титул, сам по себе, говорил больше любых объяснений. Она продолжала идти вперёд лёгкими, почти бесшумными шагами, а за её спиной снова постепенно оживала Академия. Однако ещё долго ученики переговаривались вполголоса, словно опасаясь потревожить невидимую тень, оставшуюся после её появления. В этом месте, где силу уважали превыше всего, страх редко возникал без причины. И потому одно лишь её присутствие служило молчаливым напоминанием: среди воспитанников Академии есть те, чья репутация настолько велика, что даже самые честолюбивые предпочитают уступить дорогу, не проверяя на себе, заслужены ли подобные легенды.

Каменные дорожки Академии расходились между тренировочными дворами, павильонами наставников и высокими башнями, где изучались древние демонические искусства. В одном из центральных дворов сегодня собралась особенно многочисленная толпа. Здесь проходила дуэль. Не показательное выступление. Не дружеское состязание. А полноценный и вполне себе настоящий поединок.

Квадратная площадка была выложена чёрными плитами, испещрёнными тысячами древних рун. Каждая из них служила одной цели — удержать внутри пределы столкновения, чтобы разрушительная энергия не уничтожила окружающие постройки. По краям возвышались массивные каменные столбы, покрытые следами бесчисленных прошлых боёв. Некоторые были расколоты. Некоторые почернели от пламени. На других ещё оставались глубокие следы когтей и клинков. Это место видело слишком много смертей.

Посреди площадки сражались двое старших учеников. Оба находились на весьма высокой ступени культивации. И оба дрались без малейшего намерения щадить противника. Каждый удар меча сопровождался всплеском густой демонической энергии. Каждое столкновение техник оставляло на каменных плитах новые трещины. Один использовал длинное копьё, вокруг которого извивались багровые потоки духовной силы. Второй сражался парными изогнутыми клинками. Его движения были настолько стремительными, что за ними оставались тёмные остаточные силуэты. Они не обменивались красивыми приёмами. Не старались впечатлить зрителей. Каждый выпад был направлен либо в шею. Либо в сердце. Либо в позвоночник. Несколько раз копьё едва не пробило грудь противника. В ответ клинки с пугающей точностью проходили в считанных волосках от глаз и горла. Толпа наблюдала молча. Никто не кричал. Не подбадривал. Здесь знали — вмешательство в подобную дуэль карается смертью.

В очередной момент оба культиватора одновременно рванули вперёд. Две техники столкнулись настолько сильно, что даже окружающий воздух вокруг задрожал. По площадке разошлась ударная волна. Камень под ногами начал крошиться. Казалось, ещё миг — и один из них обязательно погибнет. Но именно тогда... По одной из дорожек к площади приблизилась знакомая фигура. Она даже не посмотрела в сторону сражающихся. Её спокойный взгляд был устремлён вперёд. Туда, где возвышались главные павильоны Тёмной Академии. Словно дуэль вовсе не существовала. Она не остановилась. Не свернула. Не стала ждать окончания боя. Продолжая идти тем же ровным шагом, девушка направилась прямо к центру тренировочной площадки. Один из наблюдателей практически сразу инстинктивно побледнел.

— Она идёт...

И этих тихих слов оказалось вполне достаточно. По краям площадки ученики мгновенно начали отходить назад. Никто не отдавал команд. Каждый понимал происходящее без объяснений. Сражающиеся ещё не успели её заметить. Они вновь сошлись. Копьё устремилось вперёд. Парные клинки одновременно описали смертельную дугу. Именно в этот момент девушка переступила границу площадки. Никакой вспышки не произошло. Не было грома. Не было ослепительного взрыва энергии. Лишь едва заметно дрогнул воздух. Словно по поверхности тихого озера прошла невидимая рябь. Эта рябь стремительно распространилась вокруг неё. И даже коснулась обоих дуэлянтов.

В следующее мгновение произошло невозможное. Оба культиватора одновременно потеряли равновесие. Их собственная духовная энергия будто перестала им подчиняться. Копьё отклонилось в сторону… Клинки резко ушли вниз… Словно сама окружающая аура отказалась поддерживать их техники. Не успев понять, что происходит, оба мастера были мягко, но непреодолимо отброшены назад. Не ударом. Не толчком. Скорее... Их просто вытеснило чужое присутствие. Всё произошло настолько быстро, что они практически одновременно пересекли границу площадки и оказались за её пределами. И лишь тогда смогли вновь обрести устойчивость. На всём протяжении этого короткого эпизода девушка ни разу не изменила темп шага. Её длинные одежды плавно колыхались. Чёрные волосы медленно покачивались за спиной. Она спокойно пересекла середину дуэльной площадки. И вышла с противоположной стороны. Будто проходила по пустому саду.

Во дворе воцарилась абсолютная тишина. Оба старших ученика молча опустили головы. Никто из них даже не попытался вернуть оружие в боевое положение. Не потому, что не хотел. Потому, что не смел. Один медленно сделал глубокий поклон. Второй последовал его примеру. Ни единого слова недовольства. Ни намёка на раздражение. Хотя любой другой, осмелившийся вмешаться в подобную дуэль, скорее всего, лишился бы жизни. Лишь когда девушка скрылась за поворотом аллеи, вокруг вновь начали раздаваться приглушённые голоса.

— Она даже не посмотрела...

— Их техники просто... рассеялись...

— Нет... не рассеялись...

Один из пожилых наставников тихо покачал головой.

— Их собственная духовная энергия подчинилась более сильной воле.

И сейчас в его голосе не было ни капли удивления. Лишь спокойная констатация. Один из молодых учеников осторожно спросил:

— Неужели её сила настолько велика?

Наставник некоторое время молчал. Затем негромко ответил:

— Её дар связан с путями крови. В их традиции кровь рассматривается как источник жизненной силы и как основа для сложных духовных искусств. Она умеет строить техники, с которыми мало кто способен соперничать лицом к лицу.

Он поднял взгляд туда, где уже исчезла стройная фигура.

— Именно поэтому Совет возлагает на неё такие надежды. Если слухи о предстоящем турнире верны, она станет одним из главных козырей нашего мира.

Старик не сказал больше ни слова. И всё же каждый из присутствующих понял смысл его паузы. Когда по коридорам Академии проходила та, кого шёпотом называли Королевой Крови, даже самые честолюбивые ученики предпочитали уступить ей дорогу. Не потому, что этого требовал устав, а потому, что её репутация была построена на многочисленных победах, а её присутствие само по себе напоминало всем окружающим, насколько велика может быть разница между просто сильным культиватором и тем, кого уже при жизни начинают считать легендой.

Высоко над всеми башнями Академии, над тренировочными дворами, жертвенниками и бесчисленными павильонами, возвышалось самое древнее сооружение всего комплекса. Башня Совета. Её основание буквально вырастало из чёрной горы, словно сама скала однажды раскрылась, позволив людям лишь немного обработать собственное тело. Казалось, что башню не строили. Её высекали веками. Или... Она сама медленно росла, впитывая окружающую демоническую энергию. И чем выше поднимался человек, тем холоднее становился воздух. Не физически. Духовно. Даже опытные культиваторы ощущали, что их собственная аура здесь начинает двигаться осторожнее, словно инстинктивно опасаясь потревожить что-то древнее. Стены покрывали бесчисленные печати. Одни удерживали демоническую энергию… Другие скрывали истинную силу находящихся внутри… Третьи были настолько древними, что уже никто из молодых наставников не мог с уверенностью сказать, для чего они вообще существуют… Лишь Совет старейшин знал их назначение… И не собирался посвящать в эти знания посторонних.

На самой вершине башни располагался Зал Совета. Тяжёлые двери медленно распахнулись. Не потому, что их кто-то открыл. Они сами почувствовали приближение девушки. Внутри царил полумрак. Помещение было настолько огромным, что противоположная стена терялась во мраке. Высокий свод поддерживали исполинские колонны из чёрного обсидиана. Каждая колонна была покрыта рельефами. Но это были вовсе не изображения Богов. Не героев. И не легендарных битв. На них были вырезаны сцены падения древних государств… Разрушенные города… Поверженные армии… Побеждённые мастера, преклонившие колени перед победителями… Весь зал словно рассказывал одну единственную историю. Историю о том, что любая сила однажды уступает место ещё большей силе.

Вдоль стен горели массивные чаши. Но в них не было обычного огня. Внутри медленно переливалось густое тёмно-багровое пламя. Оно почти не давало света. Зато длинные чёрные тени постоянно двигались по стенам, создавая ощущение, будто в зале находится куда больше существ, чем можно увидеть.

Пол был идеально гладким. Отполированный до зеркального блеска чёрный камень отражал потолок настолько чётко, что временами возникало ощущение, будто человек идёт над бездонной пропастью. Даже шаги здесь звучали необычно. Глухо. Будто сам зал поглощал любой лишний звук. В дальнем конце возвышался огромный трон. Он не был украшен золотом. Или драгоценными камнями. Его целиком высекли из цельного куска неизвестного чёрного минерала. Высокая спинка походила на переплетение огромных костей. Подлокотники заканчивались головами неизвестных чудовищ. А позади трона возвышался круглый барельеф с изображением чёрного солнца.

На этом троне сидел сам бессменный глава Тёмной Академии. Один из сильнейших культиваторов Тёмных миров. Этот старик казался почти невозможным. Словно сама смерть решила облачиться в старые одежды. Его тело выглядело настолько иссушённым, что кожа плотно облегала кости. Щёки глубоко впали. Под тонкой сероватой кожей отчётливо проступали очертания черепа. Казалось, стоит ему пошевелиться — и суставы рассыплются прахом. Однако это впечатление исчезало в тот же миг, стоило встретиться с ним взглядом. Его глаза были живыми. Слишком живыми. В глубине почти чёрной радужки медленно кружились кровавые искры. Спокойные. Холодные. Терпеливые. Так мог смотреть лишь тот, кто пережил десятки поколений врагов и давно перестал считать человеческую жизнь чем-то значимым.

Его длинные седые волосы свободно спадали на плечи. Одежда почти полностью скрывала тело. Широкие чёрные одеяния казались сотканными из густого дыма. Иногда их складки двигались сами по себе, словно внутри скрывалось что-то живое. На иссохших пальцах поблёскивали древние кольца. Каждое хранило следы многочисленных духовных печатей. Перед ним лежал длинный посох. Его навершие украшал крупный тёмный кристалл. Внутри него медленно вращались тончайшие алые прожилки, напоминавшие кровеносные сосуды.

Совсем недавно старик совершил очередной прорыв. Он достиг уровня Доу Хуан седьмой Звезды. Даже среди владык Тёмных миров подобная сила вызывала уважение. Но сам глава Академии не испытывал удовлетворения. Каждая новая ступень требовала всё больше ресурсов. Всё больше редких материалов. Всё больше духовной энергии. И именно это и становилось сейчас для него главной проблемой. Мир, которым он правил, уже много веков жил на пределе собственных возможностей. Даже победы над соседями приносили всё меньше пользы. Он уже давно и прекрасно понимал простую истину. Если продолжать бесконечно истощать собственный мир, однажды исчезнет сама основа для дальнейшего роста. Поэтому внимание многих сильнейших мастеров постепенно обращалось за пределы родной реальности. Не ради бессмысленного разрушения. А ради новых земель. Новых источников духовной энергии. Новых сокровищ. И знаний, которых в Тёмных мирах уже почти не осталось. Именно поэтому предстоящий турнир Тьмы и Света и приобретал столь большое значение. Он открывал путь к столкновению сильнейших представителей разных миров без немедленного перерастания противостояния в войну, которая могла бы поглотить обе стороны.

По обе стороны трона неподвижно стояли две человеческие фигуры. На первый взгляд они казались живыми телохранителями главы Академии. Но это впечатление практически сразу исчезало, стоило задержать на них взгляд чуть дольше. Они не дышали. Не моргали. Не двигались. Даже грудная клетка оставалась совершенно неподвижной. Да. Когда-то оба были известными воинами. Их уровень развития превышал Доу Лин третьей Звезды. Когда-то они сами командовали отрядами. Сражались на полях великих битв. Побеждали сильных противников. Но затем… Они проиграли… И оказались в руках главы Тёмной Академии. Теперь их лица напоминали идеально сохранившиеся маски. Глаза были пустыми. В них отсутствовало выражение. Лишь слабый багровый отблеск иногда пробегал в глубине зрачков. Их движения отличались пугающей точностью. Достаточно было едва заметного жеста старика — и обе фигуры одновременно поворачивали головы. Без малейшего запаздывания. Без единой лишней эмоции. Словно идеально отлаженные механизмы.

Когда тяжёлые двери окончательно раскрылись, девушка спокойно вошла внутрь. Её лёгкие шаги нарушили, кажущуюся многовековой, тишину этого мрачного места. Она неторопливо приблизилась к трону. Остановилась. И с достоинством склонила голову. Не слишком низко. Ровно настолько, насколько позволял её статус.

Заметив её приближение, старик медленно поднял взгляд. И буквально на мгновение показалось, будто даже багровые огни в чашах стали гореть тише. На его иссушённом лице появилась едва заметная улыбка. Почти незаметная. Но именно она заставила обе неподвижные фигуры за его спиной одновременно сделать едва уловимый шаг вперёд. Словно они уже получили безмолвный приказ быть готовыми исполнить любую волю своего хозяина.

А сам глава Академии ещё несколько мгновений молча смотрел на девушку, в которой видел не просто талантливую воспитанницу, а главный шанс своей Академии достойно выступить на предстоящем турнире и укрепить положение Тёмных миров в грядущем противостоянии. В огромном зале вновь воцарилась тишина — тяжёлая, почти осязаемая, словно сама древняя башня ожидала начала разговора, который мог определить судьбу не только Академии, но и многих миров за её пределами.

Тяжёлые двери Зала Совета не успели закрыться. Гулкое эхо последних шагов Королевы Крови ещё медленно растворялось под высокими сводами, когда из полумрака длинного коридора вновь донеслись приближающиеся шаги. Вернее... Не только шаги. Казалось, что там что-то тяжёлое медленно волокли по каменному полу. Где-то тихо звякали цепи. Слышалось приглушённое царапанье когтей. Иногда раздавался сухой, неприятный треск, будто у кого-то при движении постоянно ломались и снова срастались суставы. Даже багровое пламя в огромных чашах едва заметно дрогнуло. Первым вошёл высокий мужчина в длинном балахоне, полностью скрывавшем фигуру. Лицо закрывала маска, изготовленная из потемневшей кости неизвестного зверя. Из многочисленных прорезей маски наружу медленно вытекал сизый дым. Его невозможно было назвать обычным культиватором. Скорее... Он напоминал человека, который слишком долго занимался искусством управления останками павших и постепенно сам начал походить на одно из собственных творений. Каждый его шаг сопровождался едва различимым звоном множества небольших бронзовых колокольчиков, закреплённых на поясе. Но звенели они не сами по себе. Их заставляла двигаться энергия, струившаяся вокруг хозяина. Следом за ним в зал вошли его спутники. Если... Их вообще можно было назвать живыми существами. Вслед за мастером молча двигалась целая процессия из десятка уродливых созданий. Они сохраняли человекоподобные очертания лишь издалека. Вблизи становилось понятно, что каждое тело собрано из множества чужих останков. Одни конечности выглядели непропорционально длинными. Другие — слишком короткими. Некоторые суставы сгибались в совершенно невозможных направлениях. Кожа отличалась по цвету, будто отдельные части принадлежали разным людям. На шее одного существа грубые швы соединяли ткани настолько разных оттенков, что создавалось впечатление, будто голову просто переставили с одного тела на другое. Глаза оставались мутными. Пустыми. Без малейших признаков разума. Они двигались исключительно вслед за хозяином. Без звука. Без эмоций. Без собственной воли. Особенно выделялось одно из этих существ. Оно было значительно выше остальных. Почти на голову. Широкие плечи выглядели так, словно их собирали из нескольких разных тел. Правая рука отличалась заметно более массивным строением. Левая, напротив, была длиннее обычной человеческой. Даже пропорции ног не совпадали. Создавалось впечатление, что мастер намеренно объединил останки нескольких сильных культиваторов в единую конструкцию, стараясь сохранить лучшие качества каждого. Грубые шрамы пересекали всё тело подобно паутине. Но при этом двигалось существо удивительно плавно. Настолько плавно, что становилось ещё тревожнее.

За ними вошёл следующий представитель. Высокий. Неестественно худой. За его спиной медленно сложились огромные кожистые крылья. Перепонки были почти чёрными. Тонкие прожилки внутри них светились густым багровым оттенком. Лицо сохраняло человеческие черты. Но вытянутые уши. Слегка удлинённый подбородок. И маленькие острые клыки придавали ему сходство с огромной ночной летучей мышью. Его зрачки были настолько широкими, что радужка почти исчезала. Казалось, он видел окружающий мир совсем иначе. Каждое движение оставалось абсолютно бесшумным. Будто он вообще не касался пола.

Следующий гость производил совсем иное впечатление. На первый взгляд... Самый обычный человек. Пока взгляд не задерживался на деталях. Его кожа имела странный пепельно-серый оттенок. Совершенно лишённый живого тепла. Длинные чёрные одежды украшала сложная вышивка тёмно-красными нитями, складывающаяся в переплетение древних символов. Широкие рукава почти полностью скрывали кисти рук. Но иногда из-под ткани показывались невероятно длинные ногти. Они были отполированы до зеркального блеска. Каждый ноготь напоминал тонкий кинжал. Основания украшали крошечные вставки из чёрных и кроваво-красных минералов, отчего создавалось впечатление дорогих украшений, превращённых в оружие.

Он широко улыбался. И именно улыбка производила наиболее неприятное впечатление. Передние зубы отсутствовали. Зато клыки были необычайно длинными. Острыми. Слишком острыми для человека. Однако выражение лица оставалось почти дружелюбным. Именно эта неестественная улыбка тревожила куда сильнее открытой угрозы.

Затем тяжёлой поступью приблизилась ещё одна фигура. Она лишь отдалённо напоминала человека. Гигантский силуэт словно складывался из крупных каменных глыб, соединённых между собой тёмными прожилками духовной энергии. При каждом шаге раздавался низкий грохот. Стыки между каменными пластинами мерцали тусклым алым светом. Несмотря на массивность, движения исполина были удивительно точными. Каждый шаг был выверен. Каждое движение экономным. Будто внутри этой каменной оболочки находилась безупречно дисциплинированная воля. За ними появились и остальные представители двух других Академий Тёмных миров. Каждый нёс на себе отпечаток собственной школы. Кто-то был окружён тонкими тенями, извивавшимися подобно живым существам. У другого одежду покрывали сложные письмена, мерцавшие при каждом вдохе. Третий держал в руках длинный посох, вокруг которого медленно вращались десятки миниатюрных тёмных сфер. Никто из них не выглядел обычным человеком. Каждый казался существом, которое слишком долго переступало границы дозволенного, постепенно изменяя самого себя.

Один за другим они приблизились к центру зала. И почти одновременно остановились. Не рядом с главой Академии. Не перед Советом. А... За спиной девушки. Именно там оказалось их место. Картина получилась поразительной. Позади неё стояли силуэты, внушавшие страх одним своим видом. Мрачные. Искажённые собственными искусствами. Каждый словно являлся воплощением той дороги, по которой он шёл многие десятилетия.

А впереди... Спокойно стояла Королева Крови. Юэ Жуянь. На их фоне её тонкая фигура казалась почти неземной. Её светлая кожа. Безупречная осанка. Длинные чёрные волосы, уложенные в красивую и очень сложную причёску. Спокойный взгляд. Даже лёгкая печаль на лице. Всё это неожиданно делало её самой человечной фигурой во всём огромном зале. Именно этот контраст производил наиболее сильное впечатление. Она принадлежала тому же суровому миру, что и остальные, но рядом с ними выглядела почти воплощением утончённой аристократической красоты.

Даже глава Академии несколько мгновений молча рассматривал собравшихся. Затем его взгляд вновь остановился на своей воспитаннице. Словно среди всех представителей трёх могущественных Академий именно в ней он видел фигуру, вокруг которой в ближайшее время будет строиться их общий замысел. В зале вновь воцарилась тяжёлая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием багрового пламени и едва слышным эхом, отражавшимся от древних каменных сводов.

Старик, сидевший на высоком троне, вырезанном из цельного массива чёрного камня, всё ещё не произнёс ни слова. Казалось, он вообще не замечал происходящего вокруг. Высохшие до состояния пергамента пальцы спокойно лежали на широких подлокотниках. Его пергаментные полуприкрытые веки скрывали почти весь взгляд. Лишь тонкая полоска тускло-алых глаз внимательно следила за каждым, кто сейчас стоял перед ним. Со стороны могло показаться, будто древний глава Академии просто устал. Будто ему наскучили бесконечные доклады, собрания и интриги. Однако любой, кто хотя бы раз видел этого старика в настоящем бою, прекрасно понимал, насколько обманчивым было подобное впечатление. Даже сейчас он оценивал. Просчитывал. Сравнивал. И делал это с той холодной беспристрастностью, с какой опытный мясник выбирает животных перед забоем.

Его пристальный и равнодушный взгляд медленно скользнул по каждому из присутствующих. По Королеве Крови… По мастеру марионеток… По существу с крыльями летучей мыши… По бледному культиватору с длинными когтями… По каменному исполину… По остальным представителям трёх величайших Академий Тёмных миров. Для него они не были личностями. Не были учениками. Не были наследниками влиятельных родов. Перед ним сейчас стояло... Оружие… Очень дорогое. Очень опасное. Но всё равно — оружие. Любой клинок может сломаться. Любую технику можно потерять. Любого бойца можно заменить. Если только заранее успеть воспитать нового. Именно поэтому лицо старика оставалось совершенно бесстрастным.

— Сильны... — едва слышно произнёс он.

Его голос прозвучал настолько тихо, что большинство присутствующих даже не сразу поняли, обращается ли он вообще к кому-нибудь.

— Очень сильны...

На эти слова никто так и не осмелился ему ответить. Он видел перед собой лучших. Без всякого преувеличения. Каждый из них уже успел доказать своё превосходство. Некоторые уничтожали собственных наставников. Другие выживали в местах, где даже мастера погибали за несколько дней. Кто-то приносил в Академию головы представителей враждебных школ. Некоторые лично устраивали кровавые ритуалы, жертвуя целыми поселениями ради собственного продвижения. Ни один из присутствующих не обладал жалостью. Ни один не испытывал угрызений совести. Именно поэтому они и оказались здесь. Слабые в этом мире не жили долго. Добрые — ещё меньше.

Однако старик прекрасно понимал одну простую истину. Именно поэтому его раздражение становилось всё сильнее с каждым прошедшим столетием. Сила... Не означала гарантированной победы. Можно собрать десять чудовищ. Можно отправить десять настоящих убийц. Можно снабдить их лучшими сокровищами Академии. Можно позволить им изучить самые жестокие техники. Но... Стоило проиграть всего один бой. Всего один. И весь этот весьма тщательно подготовленный поход превращался в бессмысленную демонстрацию силы. Он медленно закрыл глаза. Перед его внутренним взором один за другим всплывали воспоминания о прошлых турнирах. И каждый раз одно и то же. Десять поединков. Десять судеб. Иногда всё складывалось почти идеально. Девять побед… И… Всего одна неудача… Один погибший наследник. Один слишком самоуверенный гений. Один случайный просчёт. Одна неожиданная техника светлого противника. И… Всё. Поражение. Неважно, что девять представителей Тёмных миров одержали победу. Неважно, что они буквально заливали арены кровью. Неважно, сколько врагов погибло. Если хотя бы один представитель. Светлых миров выстоял... Древнее соглашение продолжало действовать. Это соглашение существовало столь давно, что никто уже не помнил имени того, кто его предложил. Но все помнили последствия его нарушения. Когда-то... Очень давно... Нашёлся безумец. Один из владык Тёмных миров. Он решил, что подобные ограничения унижают его достоинство. Что он достаточно силён, чтобы захватить Светлые миры без всяких турниров. Без правил. Без ожидания. Он открыл пространственные разломы. Повёл армии. Начал вторжение. Первые месяцы складывались блестяще. Горели города. Падали крепости. Тысячи культиваторов погибали каждый день. Он уже видел себя новым властителем множества миров. Но затем произошло именно то, чего никто не ожидал. Разобщённые Светлые миры забыли свои старые распри. Секты, веками ненавидевшие друг друга, заключили временные союзы. Великие Академии обменялись наследниками и мастерами. Даже одинокие странствующие культиваторы начали добровольно вступать в объединённые армии.

Когда враг угрожает существованию всех... Личные счёты перестают иметь значение. Но ещё страшнее оказалось другое. Тёмные миры тоже не поддержали нарушителя. Не из благородства. И уж тем более не из уважения к соглашению. Причина была куда проще. Если нарушитель проиграет... Ответный удар Светлых миров затронет всех. А этого никто не хотел. Поэтому несколько могущественных повелителей Тьмы сами объединились. Нашли виновника. Разрушили его империю. И собственноручно преподнесли его голову представителям Светлой стороны как доказательство того, что древний договор остаётся в силе. После этого случая никто больше не пытался идти против установленного порядка. Не потому, что боялся Светлых миров. А потому, что сначала пришлось бы пережить гнев собственных союзников. Старик медленно открыл глаза. В них не было сожаления. Только холодный расчёт.

— Война... — негромко произнёс он. — Начинается не тогда, когда ты этого хочешь. Она начинается тогда, когда ты уверен, что сумеешь пережить её последствия.

Его взгляд снова остановился на собравшихся.

— Пока существует Турнир... существует и возможность получить всё, не уничтожая собственные земли.

Он слегка постучал иссохшим пальцем по подлокотнику.

Тук…

Тук…

Тук…

— Но для этого... — Голос стал заметно холоднее. — Необходимо выиграть все десять поединков. Не девять… Не восемь… А именно десять! Иначе врата между мирами останутся запечатанными ещё на один цикл.

Эти слова прозвучали почти спокойно. Но каждый присутствующий почувствовал скрытую в них тяжесть. Этот старик жаждал войны. Не ради славы. Не ради мести. Для него захват Светлых миров был прежде всего вопросом ресурсов. В Тёмных мирах духовная энергия была тяжёлой, нестабильной и бедной на многие виды природных сокровищ. Ради продвижения культиваторам приходилось приносить бесчисленные жертвы, бороться за каждый источник силы и вырывать редкие материалы друг у друга. Светлые же миры, по донесениям разведчиков и сведениям, накопленным за века, обладали богатыми духовными жилами, древними наследиями и местами, где сама небесная энергия была гораздо чище и гармоничнее. Именно поэтому многие владыки Тьмы смотрели на них не только как на врага, но и как на желанную добычу.

Однако глава Академии слишком долго прожил, чтобы позволить жажде затмить рассудок. Он прекрасно понимал цену поспешности. Одна ошибка. Одно необдуманное решение. И против них поднимутся не отдельные секты или Академии, а целые миры, временно забывшие о своих распрях. А в такой войне не существовало настоящих победителей. Даже тот, кто выстоит последним, может остаться властвовать лишь над выжженной землёй и пеплом собственных владений. И именно поэтому древний старик терпел. Столетиями. Снова и снова отправляя лучших воспитанников на Турнир, надеясь однажды увидеть день, когда десятый бой закончится победой Тёмных миров, а древнее соглашение наконец позволит им сделать следующий шаг.

В зале вновь воцарилась тяжёлая тишина. Никто не спешил заговорить. Не потому, что слова главы Академии кого-то потрясли. Совсем наоборот. Для собравшихся подобные рассуждения были столь же привычны, как для кузнеца — звон молота, а для охотника — запах свежей добычи. Каждый из них вырос в мире, где сила была единственным законом. Все остальные правила существовали лишь до тех пор, пока находился тот, кто мог заставить их соблюдать. Поэтому ни один из присутствующих не выразил удивления. Ни один не попытался возразить. Они лишь молча склонили головы. Первым вперёд выступил мастер марионеток. Его костяная маска едва заметно качнулась.

— Мы не подведём, Великий Наставник.

Голос прозвучал сухо. Почти безжизненно. Словно говорил не человек, а одна из тех самых кукол, что неподвижно стояли позади него.

— Если потребуется, мои творения будут сражаться до последнего фрагмента своих тел.

Старик на троне лишь слегка прикрыл глаза. Подобный ответ его, кажется, вполне удовлетворил. Следом сделал шаг вперёд крылатый культиватор. Он плавно сложил ладони.

— Светлые миры слишком долго жили в достатке. Они привыкли считать своё благополучие естественным порядком вещей. Их молодые культиваторы редко сталкиваются с необходимостью ежедневно бороться за саму жизнь. Именно поэтому они недооценивают противников, выросших в иных условиях. — Его голос оставался спокойным, без лишнего пафоса. — Мы приложим все силы, чтобы одержать победу.

Бледный мастер с длинными когтями тихо рассмеялся. Его улыбка выглядела почти дружелюбной. Что делало её только неприятнее.

— Для нас этот Турнир — возможность получить гораздо больше, чем просто очередную победу. — Он слегка склонил голову. — Каждая одержанная победа меняет расстановку сил в нашем мире. Каждый успех укрепляет положение нашей Академии и тех, кто стоит под её знаменем.

Его длинные ногти медленно скользнули друг по другу, издав тонкий металлический звук.

— Подобные возможности появляются крайне редко.

Каменный исполин ничего не сказал. Он просто ударил огромным кулаком себе в грудь. Глухой грохот эхом прокатился по всему залу. Для представителей его школы подобный жест означал клятву. Слова тут были просто излишни. Остальные также выразили своё согласие. Кто-то коротким поклоном. Кто-то древним жестом своей школы. Кто-то молча опустился на одно колено. Все прекрасно понимали, что речь идёт не просто об очередном состязании. От исхода Турнира зависело будущее их мира. И одновременно — их собственное положение в нём. Никто из присутствующих не был альтруистом. Никто не строил иллюзий относительно благородных целей. Каждый рассчитывал прежде всего на собственную выгоду. Победа означала бы новые земли, новые источники духовной энергии, редкие материалы и возможность укрепить влияние своих школ и семей. Для честолюбивых молодых культиваторов это было шансом подняться значительно выше в иерархии, получить доступ к техникам и ресурсам, которые обычно оставались недоступны.

Этого было достаточно. Ради подобной возможности они были готовы рисковать жизнью. В их мире подобное считалось естественным. Здесь не воспитывали сострадание. Не учили прощению. Не поощряли слабость. Ребёнок с раннего возраста усваивал простую истину. Если ты не сумеешь стать сильнее остальных... Рано или поздно кто-нибудь воспользуется твоей слабостью. Поэтому каждый день превращался в испытание. Каждое продвижение по пути культивации приходилось буквально вырывать у судьбы. Иногда ценой собственной крови. Иногда — ценой доверия. Иногда — ценой самых близких отношений. Предательство здесь не считалось чем-то невероятным. Оно воспринималось как одна из многочисленных опасностей этого сурового мира.

Именно поэтому доверие было редчайшей ценностью. Но существовала истина, которую понимал каждый из присутствующих гораздо лучше остальных. Их мир не прощал не только слабых. Он не прощал и тех, кто забывал своё место. Многие сегодняшние владыки когда-то сами устранили своих наставников. Многие нынешние главы школ заняли своё положение после внутренних распрей. Поэтому никто не испытывал иллюзий относительно собственной безопасности. Даже верная служба не гарантировала защиты. Даже выдающиеся заслуги не становились непреодолимым щитом. Высокое положение всегда сопровождалось столь же высокой ответственностью и постоянной опасностью. Именно поэтому взгляд многих невольно задержался на Королеве Крови.

Она по-прежнему стояла неподвижно. Спокойная. Безмолвная. Как прекрасная статуя. Её лицо оставалось столь же безупречно красивым и невозмутимым, как прежде. Она не произнесла ни слова. Не дала обещаний. Не пыталась подчеркнуть собственную преданность. Словно давно понимала: истинную ценность культиватора определяют не речи, а результаты.

Глава Тёмной Академии тоже посмотрел на неё. Лишь на одно короткое мгновение. В его взгляде не читалось ни тепла, ни отеческой заботы. Только холодная оценка. Как опытный стратег смотрит на самую сильную фигуру на доске. Не как на дочь. Как её могли бы воспринимать те, кто не знал правду об их взаимоотношениях. Не как на наследницу. А как на важнейший элемент тщательно выстроенного замысла. В этом мире подобное отношение никого не удивляло. Здесь слишком хорошо знали цену власти, чтобы путать личные чувства с расчётом. И именно поэтому никто из присутствующих не строил опасных иллюзий. Положение, сила и влияние могли защитить лишь до тех пор, пока оставались полезными. Стоило утратить эту ценность — и даже самые прочные союзы нередко рушились под тяжестью новых интересов. В зале вновь наступила тишина. Каждый понимал, что впереди их ждёт Турнир, где решаться всё будет не словами, а поединками. И именно там станет ясно, чьи амбиции окажутся сильнее, а чьи планы — переживут столкновение с реальностью.

…………

Юэ Жуянь всё также стояла в самом центре зала, покорно сложив тонкие и весьма ухоженные руки перед собой. Её лицо оставалось безмятежным. Спокойным. Почти печальным. Со стороны могло показаться, что молодая девушка с величайшим вниманием слушает каждое слово главы Академии, испытывая к нему глубочайшее уважение. Именно такой её привыкли видеть. Безупречной воспитанницей. Главным сокровищем Академии. Самой талантливой представительницей своего поколения. Покорной. Молчаливой. Холодной. Именно этот образ она создавала годами. И именно благодаря этому образу ей удавалось выжить. Она не смотрела старику прямо в глаза. Не потому, что боялась. А потому, что прекрасно знала цену подобным мелочам. Любой опытный культиватор замечает взгляд. Замечает дыхание. Замечает лишнее напряжение мышц. Замечает даже едва уловимое изменение биения сердца. Поэтому её глаза были опущены ровно настолько, насколько требовал дворцовый этикет. Не больше. Не меньше.

Внутри же... Её мысли текли совершенно в другом направлении. Она спокойно наблюдала за иссохшим стариком. За тем, как он медленно шевелит пальцами. Как слегка приподнимает подбородок. Как наслаждается тем, что все присутствующие внимательно ловят каждое его слово. Он действительно привык считать себя вершиной этого мира. Тем, кто управляет чужими судьбами. Тем, кто распоряжается жизнью и смертью. Тем, перед кем склоняются самые жестокие культиваторы Тёмных миров. Она же... Видела совсем другое.

Она практиковала искусство Крови. И давно научилась замечать вещи, которые были недоступны большинству. Каждая капля крови хранит следы прожитой жизни. Каждое тело несёт на себе отпечаток выбранного пути. Даже если человек тщательно скрывает собственное прошлое. Следы всё равно остаются. Именно поэтому, глядя на старика, она видела не великого победителя. Она видела бесчисленные последствия принятых им решений. Слишком многие исчезли рядом с ним. Слишком многие талантливые ученики однажды просто переставали появляться в Академии. Официальные объяснения всегда находились. Погибли на заданиях. Неудачный прорыв. Смерть в закрытой тренировочной зоне. Несчастный случай. Любая версия выглядела достаточно убедительно. Для большинства. Но не для неё. Она слишком рано научилась замечать закономерности. Особенно после того дня... Когда исчезла её семья.

До сих пор она прекрасно помнила запах. Не крови. Кровь она ощущала ежедневно. Она помнила запах сгоревших благовоний. Холодный ветер. И почти абсолютную тишину большого родового поместья. Тогда она была ещё ребёнком. Слишком маленькой, чтобы понимать происходящее. Но достаточно взрослой, чтобы запомнить выражение лиц. Испуганные слуги. Разрушенные внутренние дворы. Следы короткого, но страшного боя. А затем... Появился он. Такой же спокойный. Такой же величественный. Такой же неторопливый. Именно тогда она впервые увидела нынешнего главу Академии.

Позже ей рассказали красивую историю. Будто её род погиб из-за внутренних распрей. Будто виновниками стали враги. Будто Академия проявила милосердие и приютила единственную выжившую наследницу. Только... Она никогда не поверила в эту историю. Не сразу. Но постепенно. Год за годом. Собирая обрывки разговоров. Сопоставляя исчезновения людей. Изучая древние записи. Наблюдая за самим стариком, она пришла к единственному выводу. Слишком многое указывало на то, что гибель её семьи оказалась выгодна именно тем, кто впоследствии получил влияние над её судьбой. Прямых доказательств у неё не было. Но сомнений почти не осталось. Потом начались годы обучения. Если подобное вообще можно было назвать обучением. Иногда ей казалось, что она была скорее материалом для бесконечных испытаний. Её проверяли. Заставляли осваивать всё более опасные техники. Подвергали воздействию редких духовных ресурсов. Испытывали пределы её контроля. Наблюдали. Записывали. Снова испытывали. Она не знала, сколько раз находилась на грани гибели. Перестала считать после первых десятков подобных случаев. Но каждый раз возвращалась. Становилась сильнее. И продолжала молчать.

А затем произошло неожиданное. Вместо очередного безымянного эксперимента она начала побеждать. Слишком быстро. Слишком уверенно. Слишком впечатляюще. Её талант оказался настолько выдающимся, что превратился из расходного материала в ценнейший ресурс Тёмной Академии. И отношение изменилось. Не стало добрее. Нет. Стало осторожнее. Её начали беречь. Не из сострадания. А потому, что она приобрела слишком высокую ценность. Однако именно это и заставляло её быть ещё осторожнее. Она слишком хорошо знала цену подобной заботы. Стоило перестать быть полезной... И всё могло закончиться в один день.

Её взгляд едва заметно скользнул к двум неподвижным фигурам возле трона. Они стояли, словно статуи. Не двигались. Не дышали. Не моргали. Обычный человек увидел бы лишь совершенных телохранителей. Она же... Прекрасно знала их историю. Когда-то эти двое были живыми людьми. Выдающимися культиваторами. Любимыми учениками нынешнего главы Академии. Именно он сам лично обучал их. Хвалил. Вознаграждал. Позволял сопровождать себя повсюду. Именно поэтому их судьба особенно хорошо запомнилась тем немногим, кто ещё помнил прошлые времена. Потом однажды оба исчезли. А спустя некоторое время рядом со стариком появились две молчаливые фигуры. Без собственной воли. Без собственной личности. Лишь безупречно исполняющие любой приказ. Официально никто ничего не объяснял. Да и не смел спрашивать. Но среди старейшин давно ходили тихие, почти неслышные слухи. Она слышала их ещё ребёнком. И никогда не забывала.

“Полезный человек рядом с ним живёт долго. Слишком полезный — начинает жить слишком опасно.”

Эту фразу когда-то прошептал ей один из старых библиотекарей. А всего лишь через несколько недель библиотекарь исчез. А она навсегда запомнила эти слова. Иногда, оставаясь в полном одиночестве, она представляла совсем другую картину. Не нынешний зал. Не нынешний Совет. А далёкое будущее. Когда старик впервые допустит ошибку. Когда возраст. Гордыня. Или чрезмерная уверенность наконец оставят брешь в его защите. Она никогда не строила поспешных планов. Не мечтала о быстрой мести. Она понимала цену времени. Некоторые долги возвращают не через годы. Через десятилетия. Иногда — через целую жизнь. И именно поэтому терпение стало её главным оружием. Она не позволяла подобным мыслям подниматься на поверхность сознания. Слишком опасно. Опытные мастера умели чувствовать малейшие колебания духовного состояния. Поэтому свои самые сокровенные намерения она прятала так глубоко, что даже сама почти переставала ощущать их присутствие. Они существовали подобно крошечной капле крови, скрытой в толще огромной реки. Незаметной. Но никуда не исчезнувшей.

Сейчас же наступало время очередного Турнира Тьмы и Света. Для главы Тёмной Академии он означал возможность приблизиться к исполнению собственных замыслов. Для Совета — шанс укрепить влияние. Для остальных участников — возможность прославиться. А для неё... Это была неизвестность. Именно неизвестность всегда открывала дорогу тем, кто умел ждать. Она не знала, что принесут грядущие поединки. Но знала одно. Если судьба хотя бы на миг нарушит привычный порядок вещей, если возникнет трещина в тщательно выстроенной власти старика, она не позволит этой возможности исчезнуть. Потому что некоторые счёты не забываются. И некоторые обещания человек даёт не вслух. А самому себе. Так что сейчас Королева Крови просто молча стояла на своём месте. Снаружи она оставалась всё такой же спокойной. Невозмутимой. Безразличной. Однако её взгляд уже давно перестал быть обращён к главе Академии. Пока старик продолжал говорить, она незаметно переводила внимание с одного участника будущего Турнира на другого. Не как союзник. Не как соратник. И уж тем более не как будущий товарищ по оружию. Она смотрела на них так, как опытный стратег изучает карту предстоящего сражения.

“Слишком вспыльчив...”

Первым её внимание привлёк крылатый культиватор. Она успела увидеть его в деле не один раз. Он был невероятно быстр. Молниеносен. Безжалостен. Однако стоило противнику оставить ему хотя бы малейшую царапину, как вся его осторожность исчезала. Он начинал преследование. Забывал о построении. Переставал замечать происходящее вокруг. Для многих подобная ярость казалась достоинством. Для неё... Это было слабостью. Опасной. Предсказуемой. Любой опытный противник однажды воспользуется этим.

“Слишком самоуверен...”

Следующим она оценила мастера длинных когтей. Тот был искусен. Его техники отличались утончённостью. Он любил играть с противником. Проверять его пределы. Пугать. Изматывать. Но именно в этом и заключалась его ошибка. Он слишком часто наслаждался собственным превосходством. Слишком редко добивал врага сразу. А любое промедление увеличивало вероятность неожиданности.

“Слишком тяжёлый...” — Её взгляд остановился на каменном исполине.

Потрясающая защита. Колоссальная физическая мощь. Но... Предсказуемость. Подобные бойцы редко меняли выбранную тактику. Они предпочитали идти напролом. Именно поэтому их движения постепенно начинали читаться.

Мастер марионеток выглядел опаснее остальных. Не потому, что превосходил их силой. Нет. Он мыслил. Просчитывал. Избегал лишнего риска. Именно такие противники представляли настоящую опасность. Однако и у него имелся недостаток. Он слишком привык полагаться на собственные создания. Человек, слишком долго сражающийся чужими руками, постепенно начинает забывать, насколько уязвимо его собственное тело.

Она мысленно переходила от одного участника к другому. Без эмоций. Без раздражения. Без презрения. Лишь отмечая особенности каждого. Словно составляла список достоинств и недостатков. Для неё подобное давно стало привычкой. Любого нового человека она оценивала одинаково. Наставника. Старейшину. Ученика. Слугу. Даже случайного путника. Каждый обладал сильными сторонами. Каждый имел слабости. Главное — увидеть их раньше самого владельца. И всё же... Чем дольше она наблюдала за будущими представителями Тёмных миров... Тем сильнее внутри неё нарастало разочарование. Они были сильны. Очень сильны. Но... Именно это слово не давало ей покоя. Они слишком часто позволяли собственным эмоциям управлять собой. Слишком легко поддавались азарту боя. Слишком охотно демонстрировали своё превосходство. Слишком громко заявляли о собственном могуществе. Она же давно усвоила совсем иной урок. Настоящий охотник не обязан выглядеть самым опасным существом в лесу. Иногда достаточно лишь дождаться момента, когда добыча сама окажется в нужном месте. Побеждает не тот, кто наносит больше ударов. Побеждает тот, кто совершает меньше ошибок.

“Цель.”

Именно это слово всегда оставалось главным. Не гордость. Не удовольствие. Не месть. Не кровавая слава. Только результат. Если существовал короткий путь к цели, она выбирала его. Если требовалось ждать — ждала. Если обстоятельства менялись — меняла собственный план. Она никогда не считала это слабостью. Напротив. Именно гибкость позволяла ей выживать среди тех, кто предпочитал решать всё грубой силой. Её искусство также отражало подобный подход. Техники крови требовали не только огромной духовной силы. Они требовали наблюдательности. Терпения. Предельной точности. Ошибиться в расчётах означало потерять контроль над собственной техникой. Поэтому она привыкла сначала анализировать. И только потом действовать.

Она мысленно начала выстраивать возможные варианты развития Турнира. Если команда разделится. Если кто-то получит тяжёлое ранение… Если один из участников окажется не способен продолжать бой… Если потребуется быстро изменить построение… Если один из союзников станет обузой… Каждый подобный сценарий она рассматривала заранее. Не потому, что желала этого. А потому, что привычка готовиться к худшему не раз спасала ей жизнь. Её взгляд ещё раз медленно прошёлся по залу. Большинство присутствующих были уверены, что объединённая команда станет единым оружием против Светлых миров. Она же знала цену подобным надеждам. Доверие в Тёмных мирах всегда было хрупким. Сегодня рядом с тобой стоят союзники. Завтра обстоятельства могут измениться. Поэтому она никогда не позволяла себе забывать простую истину. Надёжнее всего рассчитывать лишь на собственные силы и заранее понимать возможности каждого, кто находится рядом — как противника, так и временного союзника. Эта привычка не делала её жестокой. Она лишь позволяла ей смотреть на мир без иллюзий. И именно поэтому, пока остальные слушали речь главы Академии, Королева Крови уже строила в уме десятки возможных вариантов будущего, заранее продумывая, как действовать в каждом из них, если события Турнира пойдут совсем не так, как рассчитывают собравшиеся в этом мрачном зале.

Тяжёлая тишина ещё несколько мгновений висела под сводами зала. Никто не торопился нарушать её. Даже факелы, горевшие холодным багровым пламенем, словно начали потрескивать тише. Глава Академии медленно провёл высохшими пальцами по подлокотнику своего трона. Его мутные, почти лишённые человеческого блеска глаза один за другим остановились на каждом присутствующем. Он не смотрел на лица. Не интересовался выражениями эмоций. Он словно оценивал товар. Живой. Пока ещё живой.

— Довольно... — негромко произнёс старик.

И одного этого слова оказалось достаточно. По залу словно прокатилась незримая волна. Все мгновенно выпрямились. Даже самые высокомерные представители других академий опустили головы чуть ниже. Никто не смел перебивать хозяина этого места.

Старик медленно поднялся. Его движения были неторопливыми. Казалось, будто иссохшее тело вообще не должно двигаться. Однако каждый шаг сопровождался ощущением колоссального давления. Воздух густел. Тени на полу вытягивались. Даже две неподвижные марионетки за его спиной одновременно сделали едва заметный шаг вперёд. Не потому, что это было необходимо. Просто хозяин поднялся. И они повторили его движение.

— Вы увидели своих будущих товарищей. — Он сделал небольшую паузу. — Надеюсь... вы достаточно умны, чтобы понять, насколько важен этот Турнир.

На эти слова ему никто не ответил. Все продолжали молча слушать.

— Победа откроет перед нашими мирами новые возможности.

Голос старика оставался спокойным. Даже слишком спокойным.

— А вместе с ними... — На его лице появилась тонкая улыбка. — ...невероятные ресурсы.

Он специально позволил этим словам повиснуть в воздухе. Именно этого ждали все присутствующие. Ресурсы. Жертвенная кровь. Редкие духовные материалы. Ядра культиваторов. Пленники. Артефакты. Запретные техники. Для любого жителя Тёмных миров подобные слова звучали почти как обещание вечной жизни.

— Поэтому... — Старик слегка прищурился, и его пристальный взгляд медленно скользнул по каждому из присутствующих. — Тот, кто принесёт наибольшую пользу... Получит лично от меня весьма достойную награду.

Вот теперь зал едва заметно ожил. Кто-то глубоко вдохнул. Кто-то не смог скрыть блеска в глазах. Несколько представителей разных академий почти одновременно переглянулись. Когда старик вновь опустился на свой трон, напряжение словно ослабло.

— Ступайте.

Это слово прозвучало как приказ. Все присутствующие одновременно поклонились.

— Благодарим Великого Старейшину!

И только после этого начали медленно покидать зал. Стоило тяжёлым дверям открыться, как глухая тишина сразу исчезла. В длинном коридоре тут же послышались приглушённые голоса.

— Интересно...

— Что именно он подарит победителям?

— Наверняка кровь Древнего Демона...

— Или возможность войти в Хранилище Запретных Искусств...

— Нет... скорее всего — ядро Императорского зверя...

— А может быть... Личную технику Великого Старейшины...

Голоса становились всё оживлённее. Кто-то уже мечтал о невероятных пилюлях. Другой представлял древние сокровища. Третий почти открыто говорил о собственном будущем возвышении. Некоторые уже делили между собой будущую добычу Светлых миров. Словно победа была делом решённым. Словно оставалось лишь прийти и забрать своё. Юэ Жуянь молча шла среди них. Она не вмешивалась в разговоры. Не улыбалась. Не проявляла ни малейшего интереса. Лишь слушала. И чем больше слышала... Тем холоднее становился её взгляд.

“Глупцы...”

Эти люди действительно верили. Верили в награду. Верили в возможную благодарность со стороны этого старика. Верили в щедрость. Словно никогда не жили в этом мире. Она слишком хорошо знала старика. Лучше, чем большинство присутствующих. Намного лучше. Когда-то она тоже думала, что сильнейшие вознаграждают верную службу. Потом увидела правду.

Для главы Тёмной Академии существовало лишь одно правило. Пока человек приносит пользу — он нужен. Когда перестаёт... Его судьба полностью решена. Без сожалений. Без колебаний. Без памяти. Она прекрасно помнила десятки подобных историй. Перспективный ученик. Любимый воспитанник. Верный помощник. Наследник могущественного рода. Все они однажды исчезали. Без объяснений. А спустя какое-то время... Возле трона появлялась новая марионетка. Или в лабораториях Академии возникал очередной жуткий эксперимент. Иногда даже имя человека забывалось быстрее, чем успевала остыть его кровь. Она знала главный страх этого старика. Он боялся не поражения. Не Светлых миров. Не древних чудовищ. Он боялся только одного. Что рядом появится кто-то, способный однажды сравняться и с ним. И именно поэтому никто из его учеников никогда не становился слишком сильным. Стоило кому-нибудь приблизиться к подобной границе... И этот человек исчезал. Иногда — тихо. Иногда — показательно. Чтобы остальные сделали правильные выводы.

“Высшая награда...”

Внутри неё промелькнула почти незаметная усмешка. Она прекрасно понимала, что именно подразумевал старик. Победители принесут ему новые миры. Новые жертвы. Новые ресурсы. Новые возможности. А затем... Когда они выполнят своё предназначение... Они сами превратятся в очередной ресурс. Их кровь. Их ядра. Их души. Их тела. Всё это станет ступенью для нового возвышения хозяина Академии. Именно так он понимал благодарность. Она не испытывала из-за этого ни удивления, ни страха. Таков был их мир. Здесь никто никому не принадлежал. Никто никому ничего не был должен. Даже родители могли принести собственного ребёнка на алтарь, если рассчитывали получить достаточную выгоду. Ученики убивали наставников. Наставники приносили учеников в жертву. Братья предавали братьев. Сёстры травили сестёр. Верность существовала лишь до тех пор, пока оставалась выгодной. И именно поэтому она никогда не строила иллюзий. Она лишь чуть глубже склонила голову. Ровно настолько, насколько требовал этикет. Не больше. Не меньше. Со стороны казалось, будто она с почтением приняла слова главы Академии. Будто полностью согласилась с его обещанием. Будто искренне разделяла надежды остальных. На самом же деле этим лёгким движением она лишь дала понять старику, что услышала каждое его слово. И запомнила. Этого было вполне достаточно. Эмоции здесь ничего не стоили. Полезность — стоила всего. С самого раннего детства она усвоила правило, которое в Тёмных мирах знали все, кому удавалось прожить достаточно долго:

“Выживает не самый добрый. Не самый благородный. Не самый талантливый. Выживает тот, кто остаётся полезным дольше остальных.”

Она собиралась прожить очень долго. И именно поэтому уже сейчас готовилась не только к Турниру Светлых миров. Она готовилась к тому дню, когда после победы ей, возможно, придётся сражаться уже не с чужими врагами. А с тем, кто сегодня восседал на троне, обещая своим слугам щедрые награды. С этими спокойными мыслями Королева Крови покинула зал Совета. Не оглядываясь. Её длинные чёрные одежды бесшумно скользили по тёмному камню коридоров, а сопровождавшая её тяжёлая, почти материальная аура заставляла встречных учеников и наставников поспешно отходить к стенам, освобождая дорогу.

Она же направлялась в свою уединённую резиденцию — место, куда без приглашения не смел войти никто. Впереди её ждали долгие дни тренировок, совершенствования техник крови и холодных расчётов. До Турнира оставалось всё меньше времени, а значит, каждая минута подготовки могла однажды решить не только исход поединка, но и её собственную судьбу.

…………..

Следующая неделя пролетела для обитателей Тёмной Академии незаметно. Для одних она превратилась в семь суток кровавых тренировок. Для других — в бесконечные ритуалы. Для третьих — в охоту за очередными ингредиентами, необходимыми для совершенствования собственных запретных техник.

Во всей Академии ощущалось странное напряжение. Даже многочисленные казни, проводившиеся на внутренних жертвенниках, стали происходить чаще обычного. Словно сама Академия торопилась выжать последние капли пользы из тех, кому уже не суждено было увидеть новый рассвет. Наступило утро. Небо, как и всегда в этом мире, оставалось тяжёлым. Огромные чёрные облака медленно вращались вокруг исполинской воронки, закрывавшей почти весь небосвод. Из глубины этой бездонной темноты время от времени били алые молнии. Грома не было. Лишь низкое гудение. Будто само пространство тяжело дышало. На вершине самой высокой скалы Академии располагалась огромная площадка. Она была настолько древней, что даже старейшины уже не могли сказать, кто именно её построил. Весь пол покрывали исполинские круги формаций. Десятки тысяч рун. Переплетающиеся печати. Следы древней крови, въевшейся в чёрный камень настолько глубоко, что её уже невозможно было смыть.

В самом центре площадки стоял корабль. Если это вообще можно было назвать кораблём. Он больше напоминал огромное чудовище. Его корпус был собран из чёрных костей неизвестного исполинского существа. Между рёбрами вместо деревянной обшивки натягивались перепонки, напоминавшие высохшую кожу какого-то древнего демона. В носовой части застыл гигантский череп. Пустые глазницы мерцали багровым огнём. Из раскрытой пасти медленно вытекал густой чёрный дым. По всей поверхности корпуса медленно двигались алые руны. Казалось, что сам корабль живёт собственной жизнью. Иногда он тихо скрипел. Иногда внутри слышались тяжёлые удары. Будто под палубой кто-то ходил. Хотя все прекрасно знали... Никакой команды внутри не было. Сам корабль являлся древним артефактом. Живым. И невероятно опасным. Один за другим начали прибывать участники. Никто не разговаривал. Никто не шутил. Никто не пытался показать своё превосходство. Теперь они уже окончательно понимали. Начинался Турнир. А значит... Многие обратно уже не вернутся.

Королева Крови появилась одной из последних. Как всегда. Без сопровождения. Без слуг. Без охраны. Она спокойно поднялась по каменным ступеням. Её длинные чёрные одежды едва касались земли. Сложная причёска не растрепалась даже под сильным ветром. Лицо оставалось абсолютно спокойным. Она словно направлялась не на смертельно опасное состязание. А на обычную прогулку. Именно поэтому все остальные автоматически расступились. Никто не отдавал приказ. Никто ничего не говорил. Но перед ней снова возник свободный проход. Следом прибыли представители двух других Академий. Некоторые привели с собой своих уродливых слуг. Другие несли огромные свёртки с артефактами. Третьи вели за цепи собственных экспериментальных существ. Один культиватор тащил сразу пятерых полуразложившихся марионеток. Другой сопровождал трёх чудовищ, сшитых из частей различных духовных зверей. Возле них даже воздух начинал пахнуть смертью. Когда все наконец собрались... На площадку вышел глава Тёмной Академии. Позади него, как всегда, беззвучно двигались две человеческие марионетки.

Остановившись, он медленно обвёл взглядом своих воспитанников.

— Пора. — Только одно слово. И корабль ответил. Череп на носу судна медленно раскрыл пасть. И из неё вырвался протяжный вой. Настолько низкий, что камни под ногами начали едва заметно дрожать. По всему корпусу одновременно вспыхнули тысячи кровавых рун.

Корабль плавно оторвался от площадки. Не используя ни парусов. Ни крыльев. Ни каких-либо видимых механизмов. Он просто поплыл по воздуху. Оставляя за собой длинный след из чёрного тумана. Путешествие длилось несколько суток. За это время никто практически не разговаривал. Большинство продолжало медитировать. Кто-то повторял техники. Кто-то кормил своих чудовищ. Кто-то просто сидел неподвижно, экономя силы.

Спустя две недели полёта... Чёрное пространство впереди начало изменяться. Появились первые обломки. Огромные. Неправильной формы. Некоторые были размером с горные хребты. Другие напоминали расколотые материки. Все они медленно вращались в пустоте. Мёртвые. Безжизненные. Без единого признака растительности. Постепенно перед ними возник сам мир. Или, точнее... То, что от него осталось. Когда-то это действительно был полноценный мир. С лесами. Океанами. Горами. Городами. Небом. Солнцем. Жизнью. Теперь же... От него сохранился лишь гигантский осколок. Неровный. Покрытый бесконечными трещинами. Целые горные цепи были словно отрезаны гигантским клинком. Океаны давно исчезли. Вместо них лежали исполинские чаши высохшего дна. Города превратились в поля из обломков. Даже воздух здесь казался больным. Тяжёлым. Словно сам мир уже тысячи лет никак не мог окончательно умереть. Над поверхностью непрерывно плавали клочья пространственных разломов. Время от времени они вспыхивали серебристыми молниями. Иногда исчезали. Иногда вновь появлялись. Любой, кто случайно коснулся бы подобного разрыва, рисковал навсегда исчезнуть между слоями пространства. Ни птиц. Ни зверей. Ни насекомых. Ничего. Абсолютная тишина. Даже ветер здесь не дул. Словно сама смерть давно устала посещать это место. Именно здесь древнейшие культиваторы многих миров заключили то самое соглашение. Чтобы не превращать бесчисленные миры в бесконечное поле войны, они создали особую арену для разрешения наиболее опасных конфликтов между сторонами. С течением тысячелетий этот безжизненный осколок превратили в место, где решались судьбы целых миров. Несмотря на многочисленные правила, всегда находились те, кто был недоволен своим проигрышем. Так что каждый новый Турнир оставлял на его поверхности новые шрамы… Расплавленные долины… остекленевшие кратеры… рассечённые горные хребты и участки земли, где энергия различных стихий навсегда исказила само пространство…

В самом центре осколка возвышалась Арена. Исполинская. Высеченная прямо в чёрной породе. Её окружали циклопические стены, испещрённые древними печатями и следами бесчисленных поединков. Именно сюда входили бойцы. По древнему обычаю на арену одновременно выходили лишь двое — представители противоборствующих сторон. Чаще всего обратно возвращался только один. Поражение здесь нередко означало смерть. Иногда победитель уносил с собой пленника. В Светлых мирах подобное случалось редко и обычно сопровождалось строгими ограничениями. Среди представителей Тёмных миров отношение к пленным было иным. Сильного противника могли рассматривать как источник знаний… Материал для запретных исследований или основу для создания новых марионеток и артефактов… И именно поэтому многие воины предпочли бы погибнуть в честном поединке, чем оказаться в руках мастеров запретных искусств.

Когда корабль начал медленно снижаться к древней арене, никто на его палубе уже не произносил ни слова. И всё только потому, что каждый понимал, что впереди их ждали не просто состязания. На этом мёртвом осколке мира решалась судьба целых цивилизаций, а цена любой ошибки могла оказаться окончательной. Когда корабль Тёмной Академии начал снижаться, весь мёртвый мир словно постепенно оживал. Не жизнью. Нет. Совсем иной силой. Силой ожидания. За тысячи лет это место настолько пропиталось аурами сильнейших культиваторов, что сама духовная энергия здесь стала необычной. Она не принадлежала ни Ян, ни Инь, ни какой-либо одной стихии. В ней ощущались лишь слабые, едва уловимые отголоски бесчисленных поединков прошлого — словно сама арена хранила память о поколениях бойцов, которые однажды выходили сюда, чтобы решить судьбу своих миров.

Чем ближе становился огромный каменный комплекс... Тем сильнее поражали его размеры. Это уже нельзя было назвать просто ареной. Перед ними возвышался целый город. Исполинский. Высеченный в едином массиве чёрной скалы. Его внешний пояс представлял собой кольцо стен такой высоты, что даже взрослый дракон показался бы рядом небольшой птицей. Стены уходили вверх на сотни метров. Без единого шва. Без следов строительства. Будто неизвестные мастера просто приказали самой горе принять нужную форму. По всей поверхности тянулись древние письмена. Каждый символ был выше человеческого роста. Некоторые достигали размеров небольшого дома. Они не светились постоянно. Но время от времени по ним пробегали тонкие серебристые искры. Словно сама формация продолжала работать спустя бесчисленные тысячелетия. Поверхность стен была покрыта следами древних ударов. Глубокие рассечения… Исполинские воронки… Оплавленные участки… Камень, превратившийся в чёрное стекло… В некоторых местах сохранились отпечатки гигантских ладоней… В других... След когтей настолько огромного существа, что невозможно было даже представить его размеры. Казалось, будто когда-то сама гора пережила войну Богов. И до сих пор носила на себе её следы.

Над стенами медленно вращались огромные кольца. Каждое диаметром в несколько километров. Они не соприкасались друг с другом. Просто плавали в воздухе. Иногда поворачиваясь. Иногда меняя направление. На их внутренней стороне мерцали миллионы древних рун. Именно они поддерживали защитные формации всей Арены. Чтобы во время поединков чудовищные выбросы силы не уничтожили последние остатки этого мира. Лишь теперь становилось понятно... Почему древние выбрали именно это место. Ведь, по сути, здесь уже просто нечего было разрушать. Здесь уже всё давно погибло.

Однако внимание постепенно начали привлекать не только стены. Горизонт оживал. С разных сторон пустоты один за другим появлялись летательные корабли. Десятки. Потом сотни. Все совершенно разные. Каждый принадлежал собственному миру. Собственной культуре. Собственным традициям. Первыми прибыли светлые нефритовые корабли. Их корпуса словно вырезали из цельных кусков полупрозрачного зелёного минерала. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь разломы небесного купола, красиво преломлялся внутри их бортов. Казалось, будто сами корабли наполнены текущей рекой света. Их украшали паруса из духовного шёлка. Они не колыхались. Вместо этого медленно светились мягким золотистым сиянием. На носах располагались статуи фениксов, журавлей, драконов и цилиней. От этих кораблей веяло спокойствием. Величием. Древней мудростью.

Следом появились корабли, полностью выращенные из гигантских духовных деревьев. Их корпуса представляли собой единый живой ствол. Корни переплетались между собой, образуя палубы. Ветки сами становились мачтами. Листва не опадала даже здесь. Она мягко светилась зелёными огоньками. По всему кораблю летали десятки духовных птиц. Казалось, будто это вовсе не транспорт. А небольшой лес, научившийся летать. Чуть дальше из пространственного разлома выплыл корабль, полностью выкованный из чёрного металла. Без украшений. Без лишних деталей. Настоящая плавучая крепость. Весь его корпус покрывали многочисленные пластины. Между ними проходили светящиеся линии формаций. Из многочисленных башен выглядывали сложные духовные механизмы. Создавалось впечатление, что этот корабль способен выдержать даже прямое попадание техники уровня великого мастера. Совсем иначе выглядели корабли морских народов. Они были собраны из огромных жемчужных раковин. Полупрозрачные. Переливающиеся всеми оттенками голубого. Под их днищем плавали огромные водные драконы, поддерживавшие судно потоками духовной воды. Даже здесь, в безжизненном мире, вокруг них висели облака мельчайших капель.

Из другой стороны медленно приближались корабли народа, почитавшего лёд. Их невозможно было перепутать с чем-либо. Ведь, по своей сути, это были… Огромные айсберги… Настоящие ледяные дворцы. Прозрачные стены... Высокие башни… Ледяные мосты… Даже паруса были сотканы из тончайших морозных нитей. Вокруг постоянно кружили снежинки. Несмотря на окружающую пустоту.

Совсем неожиданно появился корабль, напоминавший огромный цветок. Его лепестки медленно раскрывались прямо во время полёта. Внутри располагались многочисленные платформы. Каждый лепесток являлся отдельной защитной формацией. От него исходил сладкий аромат духовных трав. Затем прибыли представители народа, поклонявшегося духовным зверям. Их транспорт вовсе не был кораблём. Это было живое существо. Исполинская небесная черепаха. Размером с небольшую гору. На её панцире стояли настоящие дворцы… Леса… Сады… Башни… Она спокойно плыла сквозь пространство, делая один шаг за другим прямо по пустоте. Но и представители Тёмных миров не уступали остальным в своеобразии.

За кораблём Тёмной Академии один за другим начали прибывать другие суда. Одно оказалось целиком собранным из гигантских позвоночников неизвестных существ. Каждый позвонок медленно вращался. Будто продолжал жить собственной жизнью. Между ними натягивались перепонки из чёрной кожи. Другое судно выглядело как огромный саркофаг. Полностью закрытый. Без единого окна. Лишь из многочисленных щелей постоянно выходил густой зелёный туман. Иногда изнутри раздавались тяжёлые удары. Словно внутри кто-то пытался выбраться наружу. Третий корабль вообще состоял из множества человеческих статуй. Тысячи каменных фигур держали друг друга за руки. Именно они образовывали весь корпус. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что лица статуй были слишком разными. Слишком живыми. Слишком настоящими. Будто когда-то они действительно являлись людьми. Ещё одно судно представляло собой исполинского чёрного ската. Живого. Его глаза медленно двигались. Жабры размеренно раскрывались. Иногда он издавал низкий протяжный звук. На его спине возвышались башни и крепости. Пассажиры словно ехали верхом на древнем морском чудовище, давно научившемся летать между мирами. Всё пространство над древней ареной постепенно заполнялось. Корабли занимали заранее определённые места. Никто никому не мешал. Никто не пытался приблизиться слишком близко. Существовали древние правила встречи. Даже заклятые враги соблюдали их, пока не прозвучит официальный призыв к началу Турнира Тьмы и Света. Иначе древние защитные формации могли воспринять нарушителей как угрозу и изгнать их с этого осколка мира.

Со стороны всё это выглядело так, словно над исполинской ареной собрался целый небесный город. Сотни кораблей. Тысячи культиваторов. Представители самых разных школ, народов и миров. Одни сияли спокойной духовной энергией. Другие окутывались мрачной демонической аурой. Третьи скрывали свою силу настолько искусно, что казались почти обычными людьми. Но всех их объединяло одно. Они прибыли сюда не ради торговли, не ради переговоров и не ради праздника. Каждый корабль привёз тех, кто был готов поставить на кон собственную жизнь ради будущего своего мира. А внизу, среди исполинских стен древней Арены, уже ждало место, где очень скоро судьбы сильнейших молодых культиваторов вновь должны были пересечься в смертельно опасных поединках.

Корабль Тёмной Академии плавно занял своё место над одной из внешних платформ древней Арены. Едва защитные формации сомкнулись вокруг судна, перед глазами прибывших открылось поистине грандиозное зрелище. Теперь они могли увидеть не только саму Арену. Они увидели тех, кто пришёл наблюдать за ней. По исполинским террасам, вырубленным прямо в теле мёртвого мира, уже двигались бесчисленные толпы зрителей. Сотни. Тысячи. Десятки тысяч. Существа самых разных рас и миров занимали свои места, постепенно заполняя огромные амфитеатры. Одни были людьми. Другие лишь отдалённо напоминали человеческий облик. Высокие культиваторы с серебряной кожей и сияющими глазами спокойно беседовали с невысокими существами, чьи длинные одежды полностью скрывали тело, оставляя открытыми лишь светящиеся зрачки.

Чуть дальше расположились представители мира духовных зверей. Некоторые выглядели как обычные люди, отличаясь лишь звериными ушами, хвостами или покрытыми чешуёй руками. Другие вовсе не принимали человеческого облика. Огромный белый волк неподвижно лежал сразу на нескольких каменных площадках, внимательно наблюдая за происходящим золотыми глазами. Над ним парила исполинская птица с шестью крыльями, каждое движение которых вызывало лёгкие порывы духовного ветра. Здесь не было шумной ярмарки. Не было праздничного настроения. Даже разговоры велись негромко. Большинство зрителей прекрасно понимало, что наблюдает не просто состязание. Многие из молодых культиваторов, сидевших сейчас на трибунах рядом со своими наставниками, однажды сами могли оказаться внизу, на этой самой арене. Сегодня они были свидетелями. Через несколько лет... Некоторые станут участниками. Именно поэтому почти каждый внимательно всматривался в будущих бойцов. Изучал походку. Манеру двигаться. Особенности ауры. И всё только потому, что сейчас практически любая деталь могла банально спасти жизнь.

Королева Крови тоже начала спокойно осматривать прибывающие команды. Без интереса. Без любопытства. Лишь оценивая. Вскоре её внимание привлекла группа, расположившаяся на противоположной стороне Арены. Это были представители светлых миров. Их корабли выглядели совершенно иначе. Больше света. Больше открытого пространства. Больше воздуха. Даже сами люди казались... живее. Возле одной из платформ собралась объединённая команда. Она сразу заметила трёх молодых женщин. Каждая из них обладала весьма плотной аурой. Одна была окутана мягким золотистым сиянием. Другая — потоками лазурного ветра. Третья буквально излучала горячую духовную энергию, напоминавшую спокойное пламя. Даже на таком расстоянии чувствовалось, что это далеко не обычные ученицы. Они были сильны. Для своего возраста — исключительно сильны.

Кто-то из стоявших рядом тихо присвистнул.

— Неплохо...

Другой усмехнулся.

— Значит, Светлые наконец решили прислать настоящих бойцов… Эти трое явно будут среди сильнейших.

Юэ Жуянь лишь мельком задержала на них взгляд. Затем почти сразу отвела глаза. Нет. Особой опасности для себя лично даже от таких бойцов она не ощущала. Ведь она уже достигла уровня Доу Лин первой звезды. Так что, даже если эти девушки считались выдающимися талантами своего мира, разница в ступени культивации оставалась слишком значительной. Но даже сейчас она не позволяла себе относиться к ним легкомысленно. Но и считать их равными противниками у молодой девушки причин пока не было.

Именно тогда её внимание зацепилось за ещё одну фигуру. Он стоял немного в стороне. Не впереди. Не позади остальных. Словно одновременно являлся частью команды... И в то же время сохранял некоторую отстранённость. Совсем молодой. На вид... Шестнадцать. Максимум — семнадцать лет. Стройный. Одетый достаточно просто. В руках он спокойно держал длинный чёрный посох. Без украшений. Без драгоценных вставок. Матовая поверхность оружия почти не отражала свет. Казалось, будто оно поглощает его. Сначала девушка не придала этому особого значения. Она уже собиралась перевести взгляд дальше. Но... Почему-то не смогла. Что-то заставило её снова посмотреть на этого юношу. Внимательнее. Парень медленно осматривал окружающее пространство. Без спешки. Без напряжения. Без суеты. Он не пытался разглядеть многочисленные корабли. Не восхищался грандиозностью древней Арены. Не озирался по сторонам. Его взгляд спокойно скользил по окружающему миру. Словно всё происходящее не производило на него почти никакого впечатления. Это было... Неправильно. Она слишком хорошо знала молодых культиваторов. Особенно талантливых. В их глазах почти всегда горело что-то. Амбиции. Жажда победы. Любопытство. Высокомерие. Страх. Волнение. Хотя бы что-нибудь.

У этого юноши... Не было ничего. Никакой восторженности. Никакого напряжения. Даже привычной осторожности. Его лицо оставалось удивительно спокойным. Не безжизненным. Именно спокойным. Так смотрят не дети. Так иногда смотрят люди, слишком многое пережившие. Именно тогда он чуть повернул голову. На одно короткое мгновение. И она увидела его глаза. Светлые. Настолько холодные, что казались выточенными из прозрачного льда. Не пустые. Не мёртвые. Но удивительно ясные. В этих глазах отсутствовала суетливость молодости. Они словно привыкли сначала наблюдать. Потом делать выводы. И лишь после этого действовать. Сердце Королевы Крови неожиданно пропустило один удар. Совсем коротко. Почти незаметно. Она сразу же взяла себя в руки. Ни один мускул на её лице не дрогнул. Однако внутри возникло непривычное ощущение. Не страх. И не восхищение. Скорее... Настороженность. Интуиция, которую она привыкла слушать с раннего детства, неожиданно подала тихий сигнал.

“Странный...”

Она ещё раз мысленно оценила его. Аура казалась сдержанной. Слишком сдержанной. Настолько аккуратно собранной вокруг тела, что определить истинную силу юноши с такого расстояния было невозможно. Это само по себе выглядело необычно. Большинство молодых культиваторов, наоборот, невольно позволяли своей духовной силе проявляться ярче обычного, особенно перед важными состязаниями. Этот же словно сознательно избегал любых лишних проявлений. Она вновь посмотрела на чёрный посох. Оружие тоже не казалось простым. Но понять его природу отсюда было невозможно.

— Нашла кого-то интересного? — Негромкий голос одного из представителей Тёмных миров раздался рядом. Она даже не повернулась.

— Нет.

Её ответ прозвучал спокойно. Ровно. Без единой лишней интонации. Словно её внимание действительно ничто не привлекло. Однако, отвернувшись от платформы Светлых миров, она всё же мысленно запомнила и юношу с чёрным посохом, и его необычный, холодный взгляд. Опыт научил её не игнорировать подобные мелочи. Иногда именно тот, кто меньше всего стремится выделиться, оказывается самым непредсказуемым участником грядущих событий. Смех прокатился по палубе темного корабля, тяжелый, грубый, лишенный даже намека на веселье. Он больше походил на рычание голодных хищников, почувствовавших запах легкой добычи.

— Ха!.. — грохнул каменный исполин, тело которого словно было сложено из десятков огромных черных валунов, скрепленных жилами из застывшей магмы. Его массивная рука поднялась и указала вперед, туда, где на противоположной стороне арены собирались представители светлых миров. — Посмотрите только!

Его голос эхом раскатился по мертвым скалам.

— Они действительно прислали ребенка! — Раздался ещё один смешок, и на этот раз его поддержали остальные.

— Неужели у них закончились настоящие бойцы?

— Или решили принести жертву заранее?

— Может быть, это чей-то сынок? Решили дать ему посмотреть на настоящий бой перед смертью?

— Ха-ха-ха...

Особенно громко захохотал высокий худощавый культиватор с пепельно-серой кожей и длинными, похожими на кинжалы ногтями. Он прикрыл рот широким рукавом.

— Какая жалость... — Его голос прозвучал почти ласково. — Такой молодой... Даже жалко будет разрывать его на части...

Позади него мерзко захихикали несколько владельцев марионеток. Даже их уродливые создания начали издавать какие-то булькающие звуки, будто тоже чувствовали настроение хозяев. Вся группа буквально наслаждалась увиденным. Для них подобная картина выглядела настоящим оскорблением. Они готовились к встрече с сильнейшими бойцами светлых миров. Ожидали увидеть знаменитых молодых мастеров. Ожидали ощутить давление аур. Увидеть противников, достойных уважения. А вместо этого... Перед ними стоял подросток. С виду шестнадцатилетний мальчишка. Худощавый. Спокойный. С длинным черным посохом за спиной. Даже одежда на нем выглядела удивительно простой. Никаких сверкающих доспехов. Никаких дорогих украшений. Никаких древних артефактов, кричащих о богатстве владельца. Будто обычный ученик. Именно поэтому смех становился все громче. Лишь один человек не смеялся. Королева крови. Она даже не повернула головы в сторону своих товарищей. Будто их вообще не существовало. Ее взгляд продолжал спокойно лежать на фигуре юноши. Очень внимательно. Очень медленно.

— Глупцы... — Она не произнесла этого вслух. Только подумала. И мысленно уже начала раздражаться. Потому что подобное поведение являлось первым признаком скорого поражения. Тот, кто начинает смеяться над неизвестным противником... Очень часто становится первым покойником. Она вновь сосредоточилась. Расстояние было слишком велико. Настолько, что даже ее техники крови сейчас не могли полностью прощупать чужую ауру. Все, что ей удавалось различить... Да Доу Ши. Не ниже. Но... И не намного выше. По крайней мере... Именно так всё и выглядело.

— Пятая? Шестая? Может... Седьмая звезда?

Она не могла определить. А это уже не нравилось. Обычно ей хватало одного взгляда. Даже на расстоянии. Кровь не лгала. Жизненная сила не умела скрываться полностью. Каждое сердце. Каждая капля крови. Каждая вибрация сосудов рассказывала свою историю. Но сейчас... Все было будто закрыто плотной завесой. Нет... Не скрыто. Именно... Сжато.

Она едва заметно сузила глаза.

"Его аура..."

Да. Она была очень странная. Не такая. Совсем не такая. Обычно даже Да Доу Ши распространяли вокруг себя довольно широкий ореол духовной силы. Особенно молодые. Они гордились собственной мощью. Даже если специально ничего не делали. Их энергия сама стремилась наружу.

Этот же... Будто наоборот. Вся его сила... Словно была сжата. Прижата к самому телу. Настолько плотно, что почти переставала ощущаться. Это выглядело противоестественно. Так никто не делал. Особенно подростки. Им хотелось показать окружающим собственную силу. Продемонстрировать талант. Заставить уважать себя. Этот же... Будто специально старался стать незаметным.

— Странно...

Она мысленно перебирала возможные объяснения. Первая версия. Он действительно слаб. Вторая. Пользуется каким-то артефактом. Третья... Он сознательно скрывает настоящую силу. Последняя мысль заставила ее сердце вновь пропустить один удар. Потому что подобное решение принимали лишь те... Кто привык воевать.

Она снова посмотрела ему в лицо. Спокойное. Совершенно спокойное. Даже слишком. Вокруг происходило невероятное зрелище. Десятки кораблей. Тысячи сильнейших культиваторов. Представители разных миров. Энергия древней арены. Все это производило огромное впечатление даже на опытных мастеров. Но... Не на него. Он смотрел вокруг так... Будто просто отмечал возможные угрозы. Не больше. Никакого восхищения. Никакого любопытства. Никакой подростковой растерянности. Особенно глаза. Холодные. Чистые. Прозрачные. Похожие на кусочки древнего льда, пролежавшего тысячи лет в глубинах вечной мерзлоты. Такие глаза невозможно было представить у мальчика его возраста. В них... Будто уже давно умерло детство.

— Почему?..

Она сама не понимала, почему продолжает смотреть именно на него. Ведь рядом действительно стояли куда более опасные противники. Три девушки. Каждая явно достигла высших уровней Да Доу Ши. Их ауры ощущались даже отсюда. Особенно одна. С огненной стихией. Еще одна... С невероятно чистой духовной силой. Третья... Отдавала Стихией Льда. Любая из них должна была привлечь ее внимание намного сильнее. Но нет. Взгляд снова возвращался именно к этому мальчику. Словно... Что-то внутри нее... Не позволяло отвернуться. В этот момент один из ее товарищей снова громко расхохотался.

— Смотрите! — Он хлопнул себя по колену. — Он даже оружие нормальное выбрать не смог!

Все повернули головы. И снова расхохотались. Ведь в руках этого мальчишки был… Черный посох… Очень длинный… Без украшений. Без драгоценных камней. Без сияния древнего артефакта. Самый обычный. Почти грубо обработанный.

— Палку взял!

— Ха-ха-ха!

— Может, это метла?

— Или костыль?

— Беднягу даже мечом не снабдили!

Снова раздался смех. На этот раз еще громче.

Юэ Жуянь медленно перевела взгляд на посох. И... Нахмурилась. Почему-то именно оружие показалось ей самым странным. Слишком простое. Слишком неприметное. Будто его специально сделали таким. Она не ощущала от него древней ауры. Не чувствовала силы. Но... Что-то все равно было не так. Ей казалось... Будто этот посох... Вообще не являлся главным оружием. Она не могла объяснить собственного ощущения. Только внутреннее чутье, воспитанное бесчисленными смертельными схватками. То самое чувство, которое не раз спасало ей жизнь. И именно оно сейчас тихо шептало девушке:

"Опасность."

Не громко. Без паники. Очень спокойно. Но очень настойчиво. Она вновь посмотрела на юношу. И неожиданно заметила одну деталь. Все представители светлых миров разговаривали между собой. Что-то обсуждали. Переглядывались. Кивали. Даже улыбались. Он же... Стоял немного в стороне. Совсем немного. Не настолько, чтобы казаться чужим. Но достаточно, чтобы между ним и остальными оставалось свободное пространство. Будто окружающие... Невольно уважали его личные границы. Или... Подсознательно старались не приближаться слишком близко.

"Почему?"

Она внимательно проследила за движениями остальных. И увидела. Когда одна из девушек что-то сказала юноше... Тот спокойно повернул голову. Ответил. Совсем коротко. Девушка слегка улыбнулась. Кивнула. И... Именно она сделала шаг назад. Не он. Она. Совершенно бессознательно. Совсем маленькое движение. Его почти невозможно было заметить. Но Королева Крови замечала подобные вещи всю свою жизнь. Потому что именно такие мелочи чаще всего рассказывали правду. Этот мальчик... Не пытался производить впечатление. Не стремился командовать. Не показывал собственного превосходства. Но... Даже сильные культиваторы рядом с ним почему-то сами уступали ему пространство. Именно это нравилось ей меньше всего. Потому что подобное поведение невозможно было подделать. Его нельзя было добиться красивыми словами. Оно появлялось лишь тогда... Когда окружающие уже успели увидеть человека в действительно опасной ситуации. И сделали собственные выводы.

Задумчиво хмыкнув, девушка медленно отвела взгляд. На ее лице по-прежнему не отражалось никаких эмоций. Но внутри уже появилась новая мысль.

"Если выпадет возможность... — Она мысленно закончила фразу. — ...я сначала проверю именно его."

Не потому, что считала мальчика сильнейшим. Пока нет. Но потому... Что единственный среди всей команды светлых миров он вызывал у нее не презрение и не любопытство. А настороженность. А своему инстинкту выживания она доверяла куда больше, чем громкому смеху тех, кто уже заранее решил, что победил.

Над древней ареной постепенно стихал гул тысяч голосов. Все корабли уже заняли свои места. Исполинские суда, похожие на плавающие крепости... Изящные нефритовые ладьи светлых миров... Темные корабли, собранные из костей неизвестных чудовищ... Летающие острова, удерживаемые силой древних формаций... Живые древесные платформы... Кристаллические сферы... Пылающие колесницы... В небе над осколком погибшего мира выстроился настоящий лес самых разнообразных летательных артефактов. И в какой-то момент... Наступила тишина. Та самая тишина, которая бывает только перед началом чего-то действительно великого. Даже самые шумные представители темных миров постепенно умолкли. Даже торговцы перестали выкрикивать цены на свои товары. Даже многочисленные духовные звери неожиданно успокоились. Будто само пространство чего-то ожидало.

В самом центре исполинской арены медленно загорелся древний круг. Сначала один символ. Потом второй. Третий. Затем тысячи рун вспыхнули одновременно. Не ослепительно. Нет. Их свет оказался мягким. Зеленоватым. Будто сквозь землю пробивалась весенняя листва. Гул древней энергии прокатился по всему погибшему миру. Сами скалы словно начали дышать. Трещины между камнями постепенно заполнялись тонкими зелеными ростками. На абсолютно мертвой земле... Начала появляться жизнь. Из центрального круга медленно поднялся огромный росток. Толщиной с человеческое тело. Он продолжал расти. Выше. Еще выше. Десять метров. Двадцать. Пятьдесят. Вскоре уже настоящее дерево возвышалось над всей ареной. Но продолжало изменяться. Ствол начал изгибаться. Корни оторвались от земли. Ветви медленно превратились в исполинские руки. На коре проступили черты древнего лица. Открылись глаза. Не человеческие. Они напоминали два огромных куска зеленого янтаря, внутри которых медленно текли золотистые искры.

Само существо выглядело настолько древним, что казалось, будто оно существовало еще тогда, когда большинство присутствующих миров даже не успели родиться. Огромная борода из длинного зеленого мха медленно колыхалась без всякого ветра. На плечах росли настоящие кустарники. Из локтей выглядывали молодые побеги. По спине поднимались небольшие деревца. На руках жили десятки маленьких птиц, совершенно не боявшихся столь исполинского хозяина. Даже его одежда... Если это вообще можно было назвать одеждой... Представляла собой переплетение живых лиан, корней и цветущих лоз. Каждый цветок на этих лозах медленно раскрывался и снова закрывался, словно тоже дышал.

Это был один из Древнейших. Представитель народа Энтов. Той самой расы, которую одинаково уважали... И одинаково опасались... Все без исключения миры. Даже самые безумные представители темных земель сейчас молча опустили головы. Не из уважения. Из понимания. Перед подобным существом сопротивление было бессмысленным. Энты никогда не вмешивались в войны. Не участвовали в политике. Не заключали союзов. Не продавали оружие. Не покупали рабов. Не собирали армии. Им было совершенно безразлично... Кто именно победит. Свет… Тьма… Люди… Демоны… Духовные звери… Для них существовало лишь одно правило. Не трогайте их лес. Именно поэтому никто не смел даже подумать о нападении на их мир. Их небольшая планета, скрытая неподалеку отсюда, находилась под защитой настолько древних Божественных печатей, что даже сильнейшие культиваторы обеих сторон не могли приблизиться к ней. Даже если бы захотели. Любой чужак погибал бы задолго до прибытия на её поверхность. Лишь сами Энты спокойно жили среди своих бесконечных лесов. Там, где каждое дерево обладало собственной памятью. Каждая река помнила сотни тысяч лет истории. Каждый камень был свидетелем рождения целых цивилизаций.

Поэтому именно Энты уже многие тысячелетия являлись судьями Великого Турнира. Не потому, что были мудры. Хотя мудрости им действительно было не занимать. Не потому, что обладали авторитетом. Хотя спорить с ними никто не осмеливался.

Главная причина заключалась в другом. Им было абсолютно все равно... Кто победит. Они не испытывали ненависти. Не испытывали симпатии. Для них гибель сотни культиваторов являлась таким же естественным процессом, как осенний листопад. Исполинское лицо медленно повернулось. Огромные глаза спокойно посмотрели сначала на светлые миры. Потом... На представителей темных. Затем... На многочисленных зрителей. И когда Древень заговорил... Казалось, что вместе с ним заговорил сам древний лес. Голос оказался невероятно глубоким. Медленным. Каждое слово звучало так, словно произносилось не языком... А тысячами качающихся на ветру деревьев.

— Согласно... Древнему... Соглашению... Турнир... Объявляется... Открытым... — Его речь была неспешной. Каждая фраза разделялась длинными паузами. Но никто даже не думал перебивать. Потому что голос Энта распространялся не только через воздух. Он словно звучал прямо внутри сознания каждого присутствующего.

— Правила... Остаются... Прежними... Во время... Основного... Состязания... Вмешательство... Посторонних... Запрещено... Нарушитель... Будет... Уничтожен... — Последнее слово прозвучало совершенно спокойно. Без угрозы. Без злобы. Как простая констатация факта. И именно поэтому оно звучало особенно убедительно. Никто не сомневался... Он действительно уничтожит любого. И даже не вспомнит об этом спустя минуту.

— До... Начала... Главных... Поединков... Арена... Открыта... Для... Свободных... Сражений... Все... Желающие... Могут... Испытать... Собственные... Силы... При... Соблюдении... Общих... Законов... Арены... — Зеленые глаза медленно обвели пространство. — Убийство... Разрешено... Пленение... Разрешено... Добровольный... Отказ... От... Боя... Разрешен... После... Начала... Основных... Поединков... Правила... Изменятся… На этом... Все...

Древень вновь замолчал. Его огромное тело медленно начало покрываться молодой листвой. Казалось, он уже снова погружался в собственные мысли. Но никто не сомневался... Он продолжает видеть абсолютно все происходящее. Едва последние слова стихли... Как арена мгновенно ожила.

— Ха!

— Кто первый?

— Есть желающие?

— Я принимаю любой вызов!

— Выходи!

— Покажи силу!

Практически сразу несколько десятков молодых культиваторов устремились к ближайшим дуэльным площадкам. Но это были не представители главных команд. Нет. Это были бойцы из менее известных миров. Для многих подобный турнир являлся редчайшей возможностью заявить о себе. Прославить собственную школу. Получить приглашение в более могущественные секты. Или просто заработать уважение. Уже через несколько минут на разных площадках одновременно вспыхнули первые поединки. Где-то сталкивались мечники… Где-то маги Стихий… В одном месте огромный зверочеловек схватился с культиватором молний... В другом... Сразу трое пытались победить одного мастера копья… Трибуны постепенно вновь наполнились шумом. Послышались крики поддержки. Начались активные ставки… Споры… Смех… Возмущение…

Главные же команды пока не двигались. Они наблюдали. Изучали. Запоминали. Так как каждый из них прекрасно понимал... что настоящий турнир ещё не начался. Все происходящее сейчас являлось лишь своеобразной разминкой. Возможностью почувствовать арену. Оценить прибывших гостей. Посмотреть, какие техники используют представители неизвестных миров. Обменяться информацией. И немного привыкнуть к необычной атмосфере этого места.

……….

Всё это время Максим, которого большинство знало как Мин-сока, спокойно наблюдал за происходящим. Его внимательный взгляд медленно скользил по аренам. По кораблям. По зрителям. По многочисленным командам. Он ничего не говорил. Лишь отмечал про себя увиденное. А на противоположной стороне арены Королева Крови, сама того не замечая, еще раз бросила короткий взгляд в его сторону. И вновь встретилась с теми же спокойными, холодными глазами. На этот раз они почти одновременно отвели взгляды. Ни один из них пока не знал, что впереди их ждет встреча уже не как случайных наблюдателей одного турнира, а как противников, которым, возможно, придется решить судьбу своих миров.

Первые поединки разгорались один за другим. Арена, молчавшая всего несколько мгновений назад, теперь буквально гудела от непрерывных столкновений духовной силы. Где-то грохотал камень. Где-то вспыхивали языки пламени. Где-то в небо били столбы воды, мгновенно превращавшиеся в лёд. Над всем этим стоял ровный гул тысяч голосов зрителей, внимательно наблюдавших за каждым новым поединком. Для большинства присутствующих эти схватки были лишь зрелищем. Для опытных мастеров — возможностью оценить будущих союзников, соперников или учеников. А для представителей светлых и темных миров... Это была разведка. Каждый сейчас внимательно изучал каждого.

— Позвольте мне. — Негромкий голос раздался со стороны темной команды. Вперед выступил высокий мужчина с пепельно-серой кожей. Тот самый, чьи длинные рукава скрывали невероятно длинные когти. Он медленно улыбнулся. Вернее... Оскалился. Из-за отсутствия передних зубов его увеличенные клыки казались еще длиннее.

— Не стоит сразу выпускать сильнейших. Пусть сначала остальные увидят... Что такое настоящий страх.

Несколько его товарищей довольно захохотали.

— Правильно!

— Покажи им!

— Пусть сразу начинают дрожать!

Старшие наставники тёмных миров даже не стали возражать. Наоборот. Один из них едва заметно кивнул. Именно этого они и добивались. Первые схватки редко что-то решали. Зато могли очень многое изменить в сердцах будущих противников. Если удастся заставить их бояться еще до начала основных поединков... Это уже станет маленькой победой. Когтистый культиватор лениво шагнул вперед. Его тело практически не двигалось. Он словно плыл над землей. Каждый шаг сопровождался появлением под ногами тонких пятен густой темной жидкости, похожей на запекшуюся кровь. Вскоре он оказался возле одной из свободных площадок. Остановился. Медленно обвел взглядом трибуны. После чего широко развел руки.

— Есть ли здесь... Кто-нибудь... Кто не боится умереть? — Его голос прозвучал удивительно спокойно. Но именно это спокойствие и пугало. Но долго ждать не пришлось. Со стороны одного из нейтральных миров вышел молодой мечник. Высокий. Широкоплечий. Судя по одежде — представитель достаточно известной школы. Он поклонился судье. Затем противнику.

— Прошу.

Темный лишь улыбнулся и начал поединок.

Этот бой закончился быстрее, чем большинство зрителей успело понять, что вообще произошло. Мечник только начал движение. Его клинок уже почти достиг противника. И... Темный исчез. Нет. Не исчез. Он оказался сбоку. Длинные когти коротко скользнули по воздуху. Совершенно беззвучно. Мечник сделал еще один шаг. Потом второй. Остановился. Попытался что-то сказать. Но неожиданно все его тело покрылось десятками тонких кровавых линий. Через мгновение... Из этих линий одновременно ударили фонтаны крови. Человек рухнул на колени. Еще через несколько секунд потерял сознание. Жив. Но полностью побежден. Толпа негромко загудела. Многие даже не успели увидеть сам удар. Темный культиватор лишь спокойно облизнул один из когтей.

— Слабый...

После чего молча покинул площадку. Почти сразу следом выступил другой представитель тёмных миров. Тот самый каменный гигант. Его стиль оказался полной противоположностью. Никакой скорости. Никакой изящности. Только грубая сила. Он буквально раздавил своего противника серией чудовищных ударов, каждый из которых заставлял арену заметно вздрагивать. Последний удар вообще расколол каменную площадку. И лишь вмешательство защитной формации не позволило трещине уйти дальше.

— Вот так! — Громогласно расхохотался великан. — Именно так заканчиваются встречи с нами!

Его рев эхом прокатился по всей арене. Несколько представителей темных миров одобрительно зааплодировали. Их цель была достигнута. Они демонстрировали силу. Грубую. Жестокую. Подавляющую. Безжалостную. На стороне светлых миров многие действительно нахмурились. Кто-то негромко обсуждал увиденные техники. Наставники обменивались короткими замечаниями. Молодые ученики явно нервничали. Некоторые впервые своими глазами увидели представителей темных миров. И увиденное производило тяжелое впечатление.

Но сейчас та самая главная надежда тёмных миров, известная как Королева Крови... Не смотрела на арену. Вернее... Делала это лишь краем глаза. Основное её внимание уже давно оказалось приковано совсем к другому. К тому самому юноше. Она уже сама начала раздражаться собственной настойчивости. Но ничего не могла поделать. Вновь. И вновь. Ее взгляд возвращался именно к нему. Она внимательно наблюдала. Очень внимательно. Теперь уже не столько за самим мальчиком... Сколько за его реакцией. Первая победа темных. Никакой реакции… Вторая. Все то же спокойствие… Крики толпы. Полное безразличие. Обсуждения. Безразличие. Даже когда каменный гигант расколол арену своим последним ударом... Юноша лишь мельком посмотрел на разрушенную площадку. И снова перевел взгляд куда-то вдаль. Будто увиденное вообще не заслуживало внимания.

Королева крови медленно нахмурилась. Остальные представители светлых миров реагировали вполне естественно. Одна девушка что-то негромко сказала своим товарищам. Другая задумчиво следила за движениями когтистого культиватора. Кто-то обсуждал скорость. Кто-то силу. Кто-то очевидно пытался запомнить особенности техник. Наставники тоже внимательно наблюдали. Они анализировали. Оценивали. Сравнивали. И это было правильно. Так и должны вести себя опытные бойцы перед серьезным противостоянием. Но... Не этот мальчик. Он вообще ничего не анализировал. По крайней мере... Внешне.

Его лицо оставалось совершенно спокойным. Глаза... Все такими же холодными. Никаких эмоций. Никакого напряжения. Никакой заинтересованности. Словно перед ним сейчас не демонстрировали смертельно опасные техники. А дети... Играли палками на деревенской площади. Это спокойствие выглядело настолько неестественным... Что впервые за очень долгое время Королева Крови почувствовала неприятное ощущение где-то глубоко внутри. Нет. Не страх. Она давно забыла, что это такое. Скорее... Настороженность. Очень сильную. Она мысленно вновь начала искать объяснения. Первое. Он настолько слаб... Что просто не понимает увиденного. Нет. Эту мысль она сразу отбросила. Даже неопытные культиваторы ощущали давление подобных мастеров. Второе. Он настолько глуп... Что не осознает опасности. Тоже нет. Его взгляд совершенно не походил на взгляд глупца. Третье объяснение нравилось ей меньше всего. Он уже видел нечто подобное. И... Его этим уже невозможно впечатлить. И именно последняя мысль заставила ее внутренне напрячься.

"Кто ты такой?.."

Она снова посмотрела на него. И неожиданно поймала себя на странной мысли. Со стороны этот юноша сейчас напоминал... Не шестнадцатилетнего ученика. А очень старого мастера. Который уже видел слишком много подобных поединков. И теперь просто скучал. Словно огромный великан, лениво наблюдающий за тем, как внизу копошатся муравьи. Не испытывая к ним ни ненависти. Ни презрения. Ни интереса. Лишь равнодушие. Это было настолько противоестественно для человека его возраста... Что даже она, уверенная в собственных силах, впервые за последние годы позволила себе усомниться. Совсем немного. Лишь на одно мгновение.

"А вдруг..."

Мысль так и не была закончена. Она сама резко оборвала ее. Нельзя. В их мире подобные мысли были смертельно опасны. Любая тень сомнения... Любая слабость... Любая нерешительность... Могла стоить жизни. Не только перед врагами. Но и среди своих. Она прекрасно чувствовала взгляды товарищей. Пока они были увлечены разговорами. Смеялись. Обсуждали первые победы. Но стоило ей хоть немного показать собственное беспокойство... Как ситуация изменилась бы мгновенно. Кто-нибудь обязательно заметил бы. Потом второй… Третий… А дальше... Начались бы вопросы. Почему сильнейшая среди них вдруг испугалась какого-то мальчишки? Что она увидела? Что скрывает? Не утратила ли уверенность?

В темных мирах подобные вопросы никогда не задавались из праздного любопытства. Они становились первым шагом к заговору. Если сильнейший проявил слабость... Его следовало заменить. Желательно — немедленно. Именно поэтому выражение лица девушки осталось абсолютно спокойным.

Она даже позволила уголкам губ едва заметно приподняться. Будто увиденное на арене действительно ее немного позабавило. Настолько естественно... Что никто из окружающих ничего не заподозрил. Но внутри... Она уже приняла решение. Если жеребьевка позволит... Если обстоятельства сложатся подходящим образом... Она постарается встретиться с этим странным юношей лично. Не потому, что считала его сильнейшим. И даже не потому, что боялась. А потому, что среди десятков противников именно он оставался единственным, кого она пока не могла понять.

А все непонятное Юэ Жуянь привыкла либо тщательно изучать... Либо устранять. Королева крови продолжала молча наблюдать за противоположной стороной арены. Внешне она оставалась совершенно спокойной. Руки были сложены в широких рукавах темного одеяния. Лицо не выражало никаких чувств. Только внимательные глаза медленно переходили от одного представителя светлых миров к другому. Она не торопилась делать выводы. В ее мире подобная ошибка редко позволяла совершить вторую. Внутри же ее разум уже выстраивал десятки возможных вариантов развития будущего турнира. Каждый шаг. Каждая возможная перестановка. Каждый порядок выхода бойцов. Она мысленно раскладывала противников словно фигуры на доске. Стараясь понять... Кого светлые миры выставят первыми.

“Нет...”

Она почти сразу отвергла мысль о собственном первом выходе. Для большинства это выглядело бы естественным. Сильнейший боец выходит вперед. Ломает сопротивление. Подавляет волю противника. Но именно поэтому она считала подобный вариант ошибочным. Слишком предсказуемо. Слишком прямолинейно. Гораздо разумнее сначала посмотреть. Дать остальным раскрыть свои техники. Позволить противнику показать хотя бы часть собственных возможностей. Лишь потом вмешиваться самой. Её взгляд снова остановился на юноше с длинным черным посохом.

“Если мои предположения верны... — Она медленно перебирала варианты. — ...то светлые миры вполне могут поступить именно так.”

Юноша выглядел самым молодым среди их основной команды. По крайней мере внешне. И если судить лишь по ощущаемой ауре... Самым слабым. Это делало его удобной кандидатурой для раннего поединка. Не обязательно потому, что им готовы пожертвовать. Возможно, наоборот. Ему могли доверить открыть турнир, если считали, что он способен справиться с первым соперником. Или же рассчитывали получить хоть какую-то информацию о противнике, сохранив сильнейших бойцов для следующих встреч. Причин могло быть много.

Она знала лишь одно. Порядок боев иногда решал больше, чем разница в силе. Позади нее тем временем вновь раздался грубый смех. Каменный гигант, еще недавно победивший в показательном поединке, с довольным видом опирался на свое огромное оружие. Рядом стояли когтистый культиватор и еще несколько представителей Тёмных Академий.

Разговор быстро свернул к обсуждению будущих противников.

— Если этого мальчишку действительно выставят первым...

— Тогда он мой.

— Почему твой?

— Я первый сказал.

— А я быстрее.

Послышался очередной смешок.

— Он выглядит так, будто ветер может его унести.

— Даже жалко...

— Жалость тебе не идет.

— Верно. Лучше закончить бой быстро.

Разговор шел легко. Словно обсуждали не будущих соперников, а тренировочные спарринги. Каждый пытался представить собственный будущий поединок. Каждый уже мысленно выбирал себе наиболее удобного противника.

Во всё это Королева Крови никак не вмешивалась. Она даже не повернула головы на все эти высказывания. Но внутри испытывала лишь растущее раздражение. Не из-за жестоких шуток. К подобному она привыкла с детства. Раздражало другое. Самоуверенность. Они уже заранее решили исход боя. Еще даже не увидев настоящих возможностей противника. Для нее подобное было признаком плохого бойца. Чем меньше знаешь о враге... Тем осторожнее следует действовать. Она снова посмотрела вперед. Юноша все так же спокойно стоял немного в стороне от остальных. Он что-то коротко ответил одной из девушек. Та кивнула. После чего разговор закончился. Никакой суеты. Никаких бурных обсуждений.

“Если он действительно настолько слаб... — Она мысленно закончила рассуждение. — ...то почему остальные ведут себя рядом с ним настолько спокойно?”

Этот вопрос продолжал возвращаться. И ответа она пока не находила. В отличие от своих товарищей, она не испытывала желания как можно скорее встретиться именно с этим противником. Наоборот. Если бы выбор зависел только от нее... Она предпочла бы сначала увидеть хотя бы один его настоящий бой. Понять его стиль боя. Оценить скорость. Посмотреть, как он принимает решения под давлением. Лишь затем делать выводы.

В ее мире поспешность редко прощалась. Особенно тем, кто рассчитывал прожить достаточно долго, чтобы стать сильнее. Поэтому, пока вокруг нее продолжались громкие споры о том, кто с кем хотел бы встретиться на арене, Королева Крови молча наблюдала за происходящим, сохраняя все свои сомнения и выводы при себе. Чем меньше окружающие знали о ее настоящих мыслях, тем безопаснее это было для нее самой.

Именно в этот момент тот, кого все представители светлых миров знали под именем Мин-сок, сделал всего несколько спокойных шагов вперед. Неторопливо. Без показной бравады. Без громких слов. Без привычного для молодых культиваторов желания произвести впечатление на окружающих.

Черный посох медленно вращался в его правой руке, описывая плавные круги. Не быстро. Скорее машинально, словно пальцы давно запомнили каждое движение. Он остановился точно в центре огромной арены. Ветер лениво перебирал темные волосы юноши. Длинные рукава одежды слегка колыхались. Его лицо оставалось совершенно спокойным. Словно он вышел не на смертельный поединок, где проигравший зачастую никогда уже не возвращался домой, а просто собирался провести очередную тренировку. Именно это спокойствие производило наиболее тяжелое впечатление. На стороне светлых миров воцарилась напряженная тишина. Несколько представителей других школ переглядывались.

— Он действительно вышел первым...

— Совсем ребенок...

— Безумец...

— Или очень смелый...

Лишь три молодые девушки, что были членами из одной с ним команды, продолжали смотреть на арену так напряженно, словно сами готовы были в любой момент сорваться с места. Ли Юньсюэ медленно сжала кулак. Совсем немного. Настолько сильно, что побелели пальцы. Она прекрасно помнила их короткий спор буквально несколько минут назад.

— Нет. — Ее голос тогда прозвучал твердо. — Первой выйду я.

Максим лишь спокойно покачал головой.

— Наставница. Именно поэтому первым должен выйти я. Вы опытнее меня. Значит, ты должна сохранить силы. Если я проиграю... — Он пожал плечами. — Значит, проиграю. Но если выиграю... — Он спокойно посмотрел ей прямо в глаза. — Тогда мы сразу получим преимущество.

Ли Юньсюэ резко нахмурилась.

— Ты понимаешь, против кого выходишь?

— Понимаю.

— Нет. — Она покачала головой. — Ты не понимаешь. Они не такие, как обычные культиваторы.

Максим лишь слегка улыбнулся.

— Именно поэтому и нужно проверить их первым.

Затем вмешалась огненная девушка из Академии Алого Пламени. Она буквально шагнула между ними.

— Даже не думай. Я пойду.

Максим посмотрел уже на нее.

— Старшая сестра Лу. Ты одна из сильнейших в нашей группе. Тебя должны увидеть позже. Сейчас они еще ничего не знают о нас. Значит, лучше потерять меня... — Он слегка улыбнулся. — Чем раскрыть ваши возможности.

Та раздраженно фыркнула.

— Дурак. Ты еще ребенок.

Максим лишь пожал плечами.

— Возможно.

Третья девушка тоже попыталась вмешаться. Это тоже была представительница Академии Небесного Свода. Известная своим ледяным и холодным поведением. Но сейчас она была едва ли не самой эмоциональной.

— Нет. Даже слушать не хочу. Если тебя убьют...

Максим спокойно ответил:

— Тогда вы получите возможность изучить моего противника. А если первыми выйдете вы... — Он перевел взгляд сразу на всех троих.— И погибнете... Тогда остальные уже ничего не смогут сделать.

На несколько секунд повисла тишина. Возразить было трудно. Логика была холодной. Жесткой. Практичной. Совсем не похожей на рассуждения шестнадцатилетнего мальчика.

Именно этот разговор и заметила Королева Крови. Она внимательно наблюдала за группой светлых миров. Три женщины явно не хотели отпускать этого мальчишку. Спорили. Пытались переубедить. Причем совершенно искренне. Она медленно сузила глаза.

“Странно... Очень странно...”

Если судить по их поведению… Они действительно переживали. Не делали вид. Не играли. Именно переживали.

“Кто он для них?..”

Любовник? Нет. Слишком молод. Она едва заметно качнула головой. Нелепо. Три женщины сразу? Да еще настолько разные.

“Родственник?..”

Возможно. Младший брат. Очень похоже. Именно так старшие сестры иногда пытаются защитить младшего.

Она вновь посмотрела на лицо юноши. Нет... Что-то здесь все равно не складывалось. Тем временем по другую сторону арены уже раздался громкий смех. Тот самый молодой представитель школы марионеток широко ухмылялся. За его спиной медленно шевелились уродливые создания. Их было больше десятка. Одни передвигались на четырех конечностях. Другие были похожи на искалеченных людей. У третьих вместо рук росли длинные костяные клинки. Одно особенно мерзкое существо представляло собой буквально сшитую воедино массу человеческих тел. Лишние руки торчали из спины. Чужие лица были вплавлены прямо в грудную клетку. Некоторые глаза продолжали моргать. Некоторые рты беззвучно открывались. Будто внутри еще оставались остатки жизни. Толпа зрителей невольно зашумела. Даже для многих нейтральных миров подобное зрелище выглядело отвратительно. Молодой некромант медленно провел рукой по голове одного из чудовищ. Будто ласкал домашнего питомца.

— Ну, что же... — Его губы растянулись. — Маленький. Не бойся. Они быстро тебя… съедят…

Позади него сразу раздался смех представителей тёмных миров.

— Даже крови почти не останется!

— Слишком худой!

— Эй!

— Постарайся кричать погромче!

— Мы любим слушать!

Несколько существ откровенно захохотали. Паренёк спокойно посмотрел на них. Всего один раз. Без раздражения. Без злости. Без ненависти. Просто посмотрел. Затем перевел взгляд на чудовищ. Медленно. Очень внимательно. Словно что-то отмечая про себя. После этого слегка наклонил голову. И неожиданно произнес совершенно спокойным голосом:

— Значит... Используешь марионеток.

Молодой некромант довольно улыбнулся.

— Боишься?

Паренёк отрицательно покачал головой.

— Нет. Просто интересно. Никогда раньше не видел настолько неаккуратной работы.

Улыбка противника медленно исчезла.

— Что?

Тот продолжал говорить тем же спокойным тоном.

— Сшивка плохая. Баланс нарушен. Центральный энергетический узел расположен слишком высоко. Правая сторона перегружена. Левая почти пустая. — Он слегка наклонил голову. — Странно. Обычно даже начинающие мастера делают лучше.

На арене воцарилась полная тишина. Некромант застыл. Его лицо медленно вытянулось.

— Откуда...

Максим спокойно пожал плечами.

— Просто увидел.

Именно в этот момент Королева Крови почувствовала, как по ее спине медленно проходит холодок. Совсем слабый. Почти незаметный. Но очень неприятный. Она снова внимательно посмотрела на юношу.

“Нет... Это невозможно...”

Он стоял совершенно расслабленно. Однако сейчас она впервые заметила одну странную деталь. Он смотрел вовсе не на лица противников. Не на оружие. Не на движения. Его взгляд будто проходил сквозь них. Глубже. Словно он видел не тела. А саму структуру циркуляции силы. И именно тогда сердце девушки снова пропустило один удар. Совсем тихо. Почти незаметно. Потому что впервые за очень долгое время у нее возникло странное ощущение. Не уверенность в собственной победе. Не азарт. А ощущение, что этот тихий шестнадцатилетний мальчишка, которого все вокруг продолжали считать самым слабым участником команды светлых миров, может оказаться совсем не тем, кем кажется на первый взгляд.

Мысленно усмехаясь, Максим медленно вышел к самому центру древней арены. Каменные плиты под ногами выглядели так, словно помнили тысячи подобных поединков. В многочисленных трещинах застыла запёкшаяся навечно кровь. Где-то она уже превратилась в темно-бурый камень. Где-то оставалась совершенно свежей. По краям площадки виднелись глубокие рубцы, оставленные мечами, копьями, когтями и неизвестными техниками, способными буквально разрезать пространство. Воздух был тяжелым. Не из-за энергии. Из-за памяти. Это место слишком долго служило ареной, где разумные убивали друг друга. Даже сама земля, казалось, привыкла впитывать смерть.

Выйдя на арену, Максим лишь один раз спокойно осмотрелся. Никаких эмоций. Все выглядело именно так, как он и предполагал. Напротив него медленно открылись темные ворота. Оттуда, не торопясь, вышел молодой культиватор. На вид тому было лет двадцать пять. Но Максим сразу отметил главное. Когда-то этот человек, вероятно, выглядел вполне обычно. Хотя теперь... От человека в нём осталось не так уж много. Левая половина лица была покрыта черными прожилками. Они уходили под кожу, словно корни какого-то дерева. Правый глаз был человеческим. Левый же светился тусклым багровым огнем. На шее виднелись темные костяные пластины. Пальцы выглядели ненормально длинными. Ногти больше напоминали черные когти. Даже походка у него была какой-то не совсем правильной. Он двигался плавно. Но временами его тело будто непроизвольно дергалось. Словно внутри него постоянно происходила борьба между человеком и чем-то совершенно чуждым.

Заметив всё это, Максим отметил про себя:

“Демонические техники слишком глубоко изменили организм. Еще несколько лет... И от человеческого тела почти ничего не останется.”

Лицо противника растянулось в неприятной улыбке.

— Значит... Это ты?

Максим спокойно посмотрел на него.

— Видимо.

— Жаль. — Некромант хмыкнул. — Всё-таки я рассчитывал хотя бы на взрослого противника.

Ответа не последовало. Но Максим уже перестал смотреть на самого культиватора. Его внимание переключилось дальше. Туда, где вслед за хозяином начали медленно выходить марионетки. Первая. Вторая. Третья. Четвертая. Каждая сопровождалась неприятным скрежетом суставов. Они двигались совершенно неестественно. Будто их тела постоянно забывали, каким именно образом должны работать человеческие мышцы. Для любого обычного зрителя это были бы просто чудовища.

Но Максим смотрел иначе. Не глазами. Опытом. Привычкой анализировать. Он видел детали. Очень много деталей. Первая марионетка… Когда-то это был высокий мужчина. Теперь вместо правой руки у него находился длинный костяной клинок. Левая нога принадлежала совершенно другому человеку. Позвоночник явно был усилен какими-то дополнительными костными наростами. Главное же... Ядро. Одно. Поврежденное. Из-за чего работает не совсем стабильно.

“Самая слабая.”

Вторая… Тут всё было значительно интереснее. Основой было женское тело. Четыре дополнительных руки. Все разные. Все пришиты. Мышцы намеренно усилены демонической плотью. Два ядра были соединены достаточно грубо. Часть энергии постоянно теряется.

“Неэкономично.”

Третья... На этой твари Максим задержал взгляд немного дольше. Именно она выглядела наиболее мерзко. Словно кто-то просто собирал ее из всего, что оказалось под рукой. Три головы. Одна человеческая. Вторая принадлежала какому-то зверю. Третья представляла собой лишь половину лица. Грудная клетка была слишком широкой. Спина бугрилась многочисленными дополнительными суставами. Но внимание парня привлекло совсем другое. Ядра. Одно… Второе… Третье… В этом теле располагалось аж три полноценных ядра культиваторов, что стали основой для создания этого монстра. Они были соединены внутри грудной клетки треугольником. От каждого к следующему тянулись темные энергетические каналы.

Разглядев всё это, Максим даже слегка прищурился.

“Интересно... Очень интересно…”

Он мысленно представил схему. Три источника. Замкнутый контур. Постоянная циркуляция энергии. Потери минимальны. Более того... Каждое ядро поддерживает два остальных. Получается... Не простое сложение. А полноценное усиление. Минимум в два раза. Нет... Скорее... Два с половиной. Если правильно были синхронизированы... То может доходить почти до трех.

В этот момент Максим едва заметно кивнул самому себе.

“Неплохая идея. Очень затратная. Но эффективная.”

Единственная проблема заключалась в другом. Он видел то, насколько нестабильной была сама конструкция. Любой сильный удар по одному из узлов... И вся система начнет разрушаться сама собой. Четвертая марионетка выглядела самой обычной. На первый взгляд. Но именно она почему-то находилась ближе всех к хозяину. Максим внимательно посмотрел на нее, и через несколько секунд понял.

“Охрана.”

Внутри находилось множество тонких нитей управления. Значит... Именно через нее некромант собирался защищать самого себя. Интересно. Очень предусмотрительно. Он спокойно выдохнул.

“Неплохой противник. Глупым его назвать нельзя. Хотя... — Максим задумчиво перевел взгляд на самого хозяина. — Самая большая ошибка стоит сейчас передо мной. Он слишком сильно полагается на своих марионеток. А значит... Если нарушить управление... Весь бой рассыплется.”

Эта мысль неожиданно заставила Максима вспомнить совсем другой разговор. Совсем недавний.

— Нет! — Ли Юньсюэ тогда буквально преградила ему дорогу. — Ты никуда не пойдешь. Первой выйду я.

Тогда Максим спокойно посмотрел на молодую наставницу.

— Почему?

Она раздраженно выдохнула.

— Потому что я опытнее. Потому что обязана защищать своих учеников. Потому что именно для этого существуют наставники.

После этих слов Максим несколько секунд молчал. Потом негромко ответил:

— Именно поэтому вам нельзя выходить первой.

Она нахмурилась.

— Объясни.

— Все просто. — Он говорил совершенно спокойно. — Если первой проиграете вы... Остальные потеряют уверенность. Если первым проиграю я... — Он слегка пожал плечами. — Ничего не изменится. Я самый молодой. И от меня сейчас практически никто не ждет победы.

Наставница зло посмотрела на него.

— Ты рассуждаешь так, словно речь идет о какой-то игре.

Максим покачал головой.

— Нет. Именно потому, что это не игра.

Тогда вмешалась внучка Великого старейшины Линь.

— Мин-сок! Ты вообще понимаешь, что тебя могут убить?

Он спокойно посмотрел на девушку.

— Понимаю.

— И все равно считаешь это хорошей идеей?

— Да.

— Почему?

Максим ненадолго задумался.

— Потому что самое логичное решение обычно оказывается самым правильным. Самого слабого отправляют первым. Для разведки. Это нормально. Если он побеждает... Команда получает преимущество. Если проигрывает... Потери минимальны.

Девушка раздраженно отвернулась.

— Ненавижу такую логику...

Представительница Академии Алого Пламени тоже не сдавалась.

— Тогда пойдем вместе.

Максим улыбнулся.

— Это турнир.

— Здесь нельзя вдвоем.

— Тогда уступи место мне!

— Нет.

— Почему?!

Он спокойно посмотрел ей в глаза.

— Потому что ты можешь выиграть несколько боев.

— А я... — Он снова слегка пожал плечами. — Только один.

Сейчас же, стоя посреди древней арены, Максим невольно вспомнил их лица. Испуганные. Раздраженные. Упрямые. И едва заметно улыбнулся. Совсем немного. Про себя. Честно говоря... Ему до сих пор было немного смешно. Эти трое действительно пытались его защитить. Причем совершенно искренне. И для парня это было весьма странное чувство. Непривычное. В прежней жизни он редко сталкивался с подобным отношением. Да и в этом мире тоже. Однако сейчас думать об этом было уже поздно. Выбор уже был сделан. И, с его точки зрения, он оставался единственно правильным. Если команда действительно хотела увеличить свои шансы на победу, то именно самый слабый участник должен был выйти первым.

Это было холодно. Рационально. Логично. И именно поэтому он сейчас спокойно стоял напротив молодого некроманта и искусственно созданных марионеток, уже мысленно разбирая их сильные и слабые стороны, словно перед ним были не жуткие порождения темных техник, а очередная сложная задача, которую предстояло решить.

Несколько мгновений Максим продолжал неподвижно стоять в самом центре арены. Со стороны могло показаться, что юноша просто замер. Испугался. Растерялся. Или пытается собраться с духом перед смертельным боем. Однако в действительности происходило совсем другое. Его сознание уже давно отделилось от привычного восприятия окружающего мира. Все внимание сосредоточилось на анализе.

Перед ним медленно выстраивались четыре марионетки. Они не просто остановились. Они заняли позиции. Создав своеобразный полукруг. Достаточно широкий, чтобы перекрыть практически все направления возможного наступления. Две крайние твари слегка подались вперед. Две центральные сделали полшага назад. А за ними, почти полностью скрывшись за уродливыми телами своих созданий, расположился молодой кукловод.

— Ну что? Испугался?! — Его голос разнесся по всей арене, а сам он широко улыбнулся. — Даю тебе последний шанс! Опустись на колени! Поцелуй землю передо мной! И тогда, возможно... Я превращу тебя в хорошую марионетку. Быстро. Почти без боли.

Позади него снова раздался смех представителей темных миров.

— Слышал молокосос?

— Благодари!

— Такая честь редко кому выпадает!

— Станешь полезнее, чем был при жизни!

Некоторые зрители недовольно поморщились. Другие же, наоборот, с любопытством наблюдали за происходящим. Но сам Максим словно вообще ничего этого не слышал. Для него все эти выкрики давно превратились в обычный шум. Фон. Не более. Он внимательно рассматривал построение противника. Очень внимательно.

“Правильно... Достаточно грамотно.”

Каждая марионетка перекрывала определенный сектор арены. У каждой была своя задача. Первая — таран… Вторая — перехват… Третья — основная ударная сила... Четвертая — защита хозяина…

“Интересно...”

Максим мысленно несколько раз проиграл возможное развитие боя. Если атаковать ближайшую тварь... Остальные сразу сомкнутся на нём, как смертоносные клещи. Если попытаться прорваться силой... Третья марионетка ударит в бок. Если обойти... Четвертая закроет хозяина. Неплохо. Очень неплохо. Для обычного и вполне предсказуемого противника.

Но его больше интересовало совсем другое. В какой-то момент Максим медленно прикрыл глаза. Всего на одно мгновение. Но этого оказалось достаточно. Нити Инь, давно уже растворившиеся в окружающем пространстве, практически полностью покрывали арену. Тончайшие. Невидимые. Они скользили между каменными плитами. Поднимались по воздуху. Обволакивали противников. Не воздействуя. Не атакуя. Только ощущая. Только собирая сведения. Сейчас Максим видел словно сразу десятками глаз. Каждое движение. Каждый всплеск энергии. Каждое сокращение мышц. Именно тогда он окончательно убедился в своей догадке.

“Так и есть.”

Все четыре твари действительно обладали собственными остатками рефлексов. Своими привычками. Даже чем-то похожим на память тела. Но... Все это работало лишь до определенного предела. Каждые несколько мгновений по невидимым каналам управления проходили команды. Короткие. Четкие. Безошибочные. Одна… Вторая… Третья… Именно они объединяли отдельных монстров в единый организм. В единую боевую систему. Максим мысленно проследил направление этих нитей. Все сходились... К одному человеку.

“Кукловод. — Он слегка кивнул. — Значит... Пока он жив... Они представляют собой единый механизм.»

Еще одна мысль возникла практически сразу.

“Если убрать управляющего...”

Он мысленно представил картину. Марионетки не погибнут. Нет. Они слишком качественно были сделаны. Хотя и достаточно грубо. Но... Каждая станет действовать самостоятельно. Одна бросится вперед. Другая попытается защищаться. Третья вообще продолжит выполнять последнюю полученную команду. Четвертая останется рядом с местом, где только что стоял хозяин. Их действия перестанут совпадать. Появятся ошибки. Помехи. Даже взаимные столкновения. Потому что тела, из которых их создавали, принадлежали совершенно разным людям. Разным школам. Разным стилям боя. Разным характерам. Насильно сшить плоть было возможно. Но полностью соединить чужие боевые инстинкты... Практически невозможно.

“Значит... — Максим окончательно принял решение. — Первой целью станет именно кукловод.”

Тем временем противник продолжал кричать.

— Эй! Ты оглох?! Или уже молишься своим никчемным Богам?! Не переживай! После смерти я сохраню твое красивое лицо! Девчонкам понравится!

Представители темных миров снова расхохотались. Но Максим даже головы не поднял. Он продолжал смотреть сквозь марионеток. Именно туда. Где стоял настоящий противник.

“Слишком уверен. Привык прятаться за своими созданиями. Даже стойку выбрал неправильную.”

Кукловод расположился почти вплотную к четвертой марионетке. Она полностью закрывала его грудь. Левое плечо. Большую часть живота. Но... Голова оставалась открытой. Совсем немного. Если смотреть под определенным углом.

Именно поэтому Максим мысленно отметил траекторию. Потом еще одну. И третью. Да. Шанс был. Очень небольшой. Но был. Не меняя выражения лица, он медленно поправил правый рукав. Затем левый. Со стороны это выглядело совершенно естественно. Будто одежда просто немного сползла. Однако под тканью тихо скользнула холодная сталь. Те самые стилеты. Когда-то снятые с убитых сектантов. Небольшие. Идеально сбалансированные. Специально предназначенные как для ближнего боя, так и для метания.

Максим прекрасно помнил, сколько времени тогда потратил, изучая их. Вес. Баланс. Центр тяжести. Длину клинка. Даже особенности металла. Позже он еще и самостоятельно довел их до ума. Заточил. Усилил. Проверил балансировку. А главное... На лезвия был нанесен сильный яд. Не мгновенного действия. Но очень быстрый. Созданный специально для поражения культиваторов. Даже если такой клинок лишь слегка оцарапает кожу... Яд практически сразу начнет проникать в меридианы. Замедляя циркуляцию энергии. Нарушая управление собственным телом. Именно против кукловода подобное оружие подходило особенно хорошо. Потому что ему вовсе не требовалось мгновенно убивать противника. Достаточно было всего на несколько мгновений нарушить концентрацию. Лишить его возможности удерживать контроль над своими марионетками. А дальше... Максим уже прекрасно понимал, что делать. Он еще раз медленно посмотрел на четыре уродливые фигуры. Потом — на человека, скрывавшегося за ними. И в его холодных глазах не появилось ни страха, ни ненависти. Только спокойный расчет. Для него эти четыре чудовища были не непреодолимой стеной, а всего лишь подвижным препятствием между ним и настоящей целью.

А настоящая цель сейчас самоуверенно улыбалась, даже не подозревая, что противник уже давно перестал воспринимать марионеток как главную угрозу и мысленно просчитывал единственный бросок, который мог решить весь исход поединка в первые же мгновения после сигнала к началу боя.

У подножия арены наступила тяжелая, напряженная тишина. Даже зрители, ещё недавно оживленно обсуждавшие участников, теперь постепенно замолкали. Все взгляды были прикованы к двум противникам. С одной стороны — молодой некромант, окруженный своими жуткими созданиями. С другой — худощавый шестнадцатилетний юноша с совершенно спокойным лицом. Высоко над ареной древний судья медленно поднял огромную деревянную руку. Исполинский представитель народа энтов был настолько велик, что его крона возвышалась над окружающими трибунами. Кора его тела тихо потрескивала. В глубине древесного ствола медленно светились золотисто-зеленые прожилки жизненной силы. Когда он заговорил, голос был похож на гул векового леса во время сильного ветра.

— Первый официальный поединок турнира Тьмы и Света… — Наступила небольшая пауза. — Да начнется.

Рядом с ним второй энт опустил огромный молот.

БООООООМ!

Удар древнего гонга прокатился по всей арене. Казалось, даже воздух задрожал. В ту же секунду молодой некромант широко улыбнулся.

— Убить его!

Четыре марионетки одновременно рванули вперед. Именно этого ожидали абсолютно все. Но то, что произошло дальше, не ожидал никто. Даже Максим. Не сделал ни одного шага назад. Не принял защитную стойку. Не начал плести техники. Он вообще не стал ждать приближения противников. Вместо этого... Его правая рука резко двинулась вперед. Так быстро, что большинство зрителей даже не успели разглядеть само движение. Но его странный чёрный посох… исчез из ладони…

ФУУУУМ!!

Воздух буквально взорвался. Посох вовсе не полетел. Он выстрелил. Словно выпущенный гигантской баллистой. Никто не знал, что его масса сама по себе была ужасающей. Внутри этого оружия находились особые материалы, благодаря которым вес посоха значительно превышал вес обычного человеческого оружия. Для большинства культиваторов поднять его двумя руками уже было бы непростой задачей. А сейчас... Максим метнул его одной рукой. Первая марионетка даже не успела понять происходящего. Она только сделала первый широкий шаг вперед. И в следующую долю секунды...

БААААМ!!!

Посох ударил прямо в грудную клетку искусственно созданного монстра. Не рассек. Не пробил. Он просто снес всю тушу марионетки целиком. Раздался мерзкий хруст. Ребра. Позвоночник. Кости чужих тел. Все это одновременно лопнуло под чудовищной силой удара. Марионетка буквально оторвалась от земли. Пролетела несколько десятков метров. И...

ГРОООМ!!

Врезалась в каменную в каменную стену ограждения арены. Черный посох прошел сквозь уже разрушенную грудную клетку твари. После чего глубоко вошел в древний камень. Словно огромное копье пригвоздив уродливое создание к стене. Поражённая этим ударом марионетка несколько раз судорожно дернулась. Одна из пришитых рук еще пыталась двигаться. Ноги бессмысленно скребли по воздуху. Но выбраться уже не могли.

По трибунам прокатился коллективный вдох.

— Что?!

— Как?!

— Он...

— Он только что...

— Метнул... посох?!

Некоторые мастера даже вскочили со своих мест. Даже опытные культиваторы смотрели на происходящее с искренним недоумением. Такое оружие никто не использовал подобным образом. Просто потому, что никто не смог бы его так бросить.

Но Максим даже не смотрел вслед своему оружию. Он вообще не интересовался судьбой первой марионетки. Потому что... Все это было лишь первым действием. Тем самым, которое должно было открыть проход. И пока все взгляды были прикованы к летящему посоху... Его руки уже двигались снова. Из широких рукавов практически одновременно скользнули два тонких стилета. Чёрные, специально затемнённые лезвия. Незаметные. Очень тонкие. По сравнению с огромным посохом они выглядели почти игрушками. Максим даже не замахивался. Лишь короткое движение кистями.

ФЬЮЮЮ!!

ФЬЮЮЮ!!

Две тёмные молнии рассекли воздух. Практически одновременно. Молодой некромант продолжал смотреть вслед своей отброшенной марионетке. Его лицо вытянулось. Глаза расширились. Он совершенно не понимал, что сейчас произошло.

“Как?.. Почему?.. Мою защиту... Снесло?..”

Он даже не заметил второй атаки. Все его внимание было приковано к чудовищу, которое сейчас висело высоко на стене арены, пригвожденное собственным оружием противника. Лишь боковым зрением он уловил какой-то слабый серебристо – чёрный отблеск. Но было уже слишком поздно. Первый стилет ударил его прямо в основание шеи. Чуть выше ключицы. Почти беззвучно. Лезвие полностью вошло в горло. Хозяин марионеток судорожно вдохнул. Попытался что-то сказать. Но вместо слов наружу вырвался только сдавленный хрип. Вторая вспышка летящего предмета появилась практически сразу. Он уже начинал поворачивать голову. Инстинктивно. Пытаясь понять источник опасности. И именно это движение окончательно обрекло его.

ЧПОК.

Стилет вошел точно в левый глаз. Прошел глубже. Разрушая глазное яблоко. Пробивая тонкие кости черепа, и глубоко вошел в мозг. Молодой некромант застыл. Совершенно неподвижно. На его лице так и осталось выражение полного недоумения. Он словно не понимал... Что произошло... Почему… Как… Пальцы еще пытались удерживать управляющие нити. Но... Сознания уже не было. Его тело медленно покачнулось. Потом безвольно рухнуло назад.

ГЛУХОЙ УДАР.

Его спина встретилась с каменными плитами арены. Голова безжизненно запрокинулась. Из пробитого стилета глаза медленно потекла темная кровь. Руки еще несколько раз дернулись. Совершенно рефлекторно. После чего окончательно замерли.

И только теперь три оставшиеся на арене марионетки одновременно остановились. Их движения стали резкими. Рваными. Несогласованными. Словно единый разум, который только что управлял ими, исчез в одно мгновение.

В этот момент Максим, уже проскочивший вплотную к стене, на которой ещё дёргалось уродливое тело марионетки, медленно развернулся. Его тяжелый черный посох, только что выдернутый из груди пригвожденной к стене твари, описал широкую дугу и с глухим звуком лег ему на плечо. А голова марионетки, отсеченная одним-единственным движением, несколько раз ударилась о каменный пол арены. Глухо. Сухо. Почти без крови. Из рваной шеи вместо алой жидкости вытекла густая темная масса, похожая одновременно на смолу и свернувшуюся кровь. Она медленно растекалась по камню, испуская едкий запах демонической энергии.

Но сейчас Максим даже не посмотрел на останки. Он уже видел другое. Три оставшиеся твари. Без своего хозяина они изменились буквально на глазах. Еще мгновение назад движения существ были почти согласованными. Теперь же... Одна марионетка внезапно рванулась вперед. Другая одновременно попыталась обойти ее слева. Третья резко остановилась, будто не понимая, какой приказ выполнять. Через свои нити Инь Максим отчетливо ощущал происходящее. Тех самых управляющих нитей, связывавших всех четверых с сознанием кукловода, больше не существовало. Они оборвались. Не постепенно. Не ослабли. А исчезли полностью в тот самый момент, когда стилеты оборвали жизнь хозяина. Теперь перед ним находились уже не единый боевой механизм. Перед ним стояли четыре отдельных чудовища. Опасных. Сильных. Но лишенных единого разума. И именно этого он добивался.

По трибунам пробежал едва слышный шепот.

— Он...

— Он первым убил хозяина...

— Даже не стал драться с куклами...

— Какой странный способ...

— Он что... заранее понял принцип управления?

Даже опытные мастера невольно переглядывались. Большинство ожидало увидеть долгий и тяжелый бой. Они предполагали, что юноша будет вынужден отбиваться сразу от четырех усиленных трупов. Что его постепенно загонят в угол. Что силы будут быстро истощаться. Но произошло совершенно другое. Парень просто… Лишил противника главного преимущества.

На стороне трибун, что занимали представители тёмных миров, лица многих культиваторов заметно вытянулись.

— Какого...

— Он сразу понял...

— Невозможно...

— Новичок не мог определить управляющий узел за несколько секунд! Ведь он мог быть в любой марионетке!

Даже несколько наставников школы марионеток заметно помрачнели. Они сразу осознали неприятную истину. Это была не случайность. Парень сознательно проигнорировал чудовищ. Он искал именно кукловода. А значит... Либо обладал крайне необычным восприятием... Либо уже сталкивался с подобными противниками. И оба варианта нравились им одинаково мало.

Тем временем парень спокойно сделал несколько шагов вперед. Без суеты. Без спешки. Без желания эффектно закончить бой. Он продолжал внимательно наблюдать. Через нити Инь он видел гораздо больше, чем обычными глазами. Одна из марионеток буквально дрожала. Не от страха. Ее три объединенных ядра теперь начинали работать несогласованно. Каждое пыталось навязать телу собственный поток энергии. Из-за этого суставы двигались с небольшой задержкой. Правая нога делала шаг. Левая еще не успевала закончить предыдущий. Спина дергалась. Руки двигались рывками. Еще несколько секунд назад хозяин сглаживал эти конфликты своей волей. Теперь же тело буквально разваливалось на части прямо во время движения.

Внимательно отслеживая всё это, Максим мысленно отметил:

“Предсказуемо.”

Самая маленькая из марионеток внезапно издала пронзительный визг. После чего неожиданно бросилась... Не на него. А на своего более крупного собрата. С оглушительным хрустом когти вонзились в чужую грудную клетку. Та ответила мгновенно. Ударила кулаком. Кости затрещали. Обе твари сцепились между собой. Ещё одна попыталась вмешаться. Но вместо помощи случайно ударила первую. Теперь дрались уже все три монстра. Максим же спокойно наблюдал за этим хаосом. И лишь слегка покачал головой.

— Так я и думал... — Сказано это было почти шепотом. Но ближайшие зрители услышали. Со стороны светлых миров кто-то из молодых учеников не выдержал.

— Они... Они сами друг друга убивают!

Рядом стоящий наставник тихо ответил:

— Без управляющего разума подобные конструкции нестабильны. Но... Этот мальчик понял это быстрее, чем многие взрослые мастера.

Максим дождался нужного момента. Когда две твари одновременно сцепились друг с другом. Третья оказалась чуть в стороне. Именно к ней он и двинулся. Не бегом. Не рывком. Всего одним плавным шагом. Затем еще одним.

Марионетка заметила его слишком поздно. Его посох уже двигался. Никаких красивых приемов не было. Никаких сложных техник. Простой горизонтальный удар с разворота. Однако вес самого оружия превращал подобное движение почти в удар тарана. Раздался оглушительный треск. И шея монстра не выдержала. Позвонки рассыпались. Голова сорвалась с плеч и, вращаясь, улетела далеко в сторону. Тело сделало ещё два шага по инерции. После чего рухнуло.

Но парень уже разворачивался. Следующая тварь только успела поднять лапу. Его посох уже резко сменил направление. Снизу вверх. Раздался жуткий хруст. Удар пришелся прямо под подбородок твари. Череп буквально подскочил вверх. Шея вытянулась под неестественным углом. Тело отбросило назад. Еще одна марионетка перестала двигаться.

Последняя оставшаяся конструкция наконец полностью освободилась от схватки. Издав звериный рев, она бросилась на юношу. Но Максим лишь слегка сместился. Совсем немного. Ровно настолько, чтобы огромные когти прошли в нескольких сантиметрах от его плеча. Он оказался сбоку. Его посох коротко качнулся. Последовал удар. Не по голове. Не по груди. По колену. Раздался глухой треск, и нога сломалась. Монстр потерял равновесие. В этот же момент тяжелый конец посоха сверху вниз обрушился прямо на основание черепа твари. Каменная арена вздрогнула. Череп раскололся. Уродливое тело монстра распласталось по земле. Больше оно уже не поднялось. И на всей огромной арене наступила такая тишина, что было слышно, как ветер перекатывает мелкую пыль по древнему камню.

Максим медленно выпрямился, и внимательно оглядел поле боя. Четыре уничтоженные марионетки. Мертвый кукловод. И ни одной использованной техники, которую могли бы распознать наблюдатели. Именно этого он и добивался. Пусть все считают, что победил лишь благодаря расчету, физической подготовке и спокойствию. Чем меньше окружающие узнают о его настоящих возможностях, тем лучше.

Затем парень поднял свой спокойный взгляд на судью, терпеливо ожидая объявления результата поединка. Но сначала судья не произнес ни слова. Этот исполинский Древень, чьи корни уходили прямо в древний камень арены, продолжал неподвижно стоять, глядя на поле боя. Его лицо, напоминавшее грубо вырезанную из тысячелетнего дуба маску, никогда не отличалось богатством эмоций. Представители его народа вообще считались существами, которым всегда были чужды человеческие проявления чувств. За многие тысячелетия проведения подобных турниров они видели слишком многое, чтобы удивляться очередной смерти.

Но сейчас... Даже на древесной коре его лба словно появились новые складки. Глубокие. Задумчивые. Он медленно перевел взгляд сначала на лежавшего без движения кукловода. Затем — на четыре уничтоженные марионетки. После чего снова посмотрел на спокойно стоявшего юношу с тяжелым черным посохом в руках. Прошла одна секунда. Другая. Третья. На всей арене стояла настолько абсолютная тишина, что было слышно, как ветер перекатывает по камню мелкие песчинки.

Максим спокойно ждал. Он не торопил судью. Не пытался что-либо сказать. Не считал нужным оправдываться. Для него бой уже закончился. Древень медленно поднял свою огромную руку. Его толстые, покрытые зеленым мхом пальцы плавно сомкнулись. После чего его голос разнесся над всей ареной подобно далекому раскату грома.

— Победителем первого поединка... — Возникла небольшая пауза. — ...признается представитель светлых миров... Мин-Сок…

Лишь после этих слов над ареной прокатился тяжелый удар огромного гонга. И этот странный бой был официально завершен. И вновь... Ничего. Никаких криков. Никаких аплодисментов. Несколько десятков тысяч зрителей словно одновременно забыли, что нужно дышать. Так как перед их глазами только что произошло нечто настолько необычное, что многие до сих пор пытались понять, действительно ли они все правильно увидели. Юный культиватор. Самый молодой среди представителей светлых миров. Тот, кого большинство заранее записало в бессмысленные жертвы. За считанные мгновения уничтожил опытного кукловода и полностью разобрался со всеми его марионетками. Без демонстрации сложнейших техник. Без грандиозных выбросов энергии. Без красивых поединков. Все произошло быстро. Жестко. Холодно. Почти буднично. И именно это пугало куда сильнее.

— Он...

— Это действительно произошло?

— Настолько просто?

— Нет...

— Так не бывает...

— Даже наставники школы марионеток редко убивают кукловодов настолько быстро...

— Он даже не дал тому использовать основные техники...

Подобные перешептывания постепенно расходились по трибунам подобно кругам на воде. Люди начинали осознавать увиденное. И вместе с этим приходило понимание. Этот юноша оказался совсем не таким простым, каким выглядел.

На стороне темных миров царило совершенно другое настроение. Несколько представителей школы марионеток буквально побледнели. Один из старейшин медленно сжал подлокотник своего кресла. И древний камень под его пальцами тихо захрустел.

— Позор... — Произнес он настолько тихо, что услышали лишь ближайшие. — Его даже не заставили использовать духовную технику...

Другой старик покачал головой.

— Нет... Этот мальчишка не дал ему такой возможности.

Тем временем на стороне светлых миров произошло то, чего Максим ожидал меньше всего. Первой вскочила со своего места Лу Фэнъер.

— Победа!

Она совершенно искренне улыбнулась. Следом поднялась Ли Юньсюэ. Её обычно спокойное лицо впервые за долгое время осветилось настоящим облегчением. Даже внучка Великого старейшины не скрывала радости. А уже через мгновение остальные представители их команды также начали приветствовать победителя. Кто-то улыбался. Кто-то смеялся. Кто-то облегченно выдохнул.

Максим же, глядя на них, неожиданно понял одну простую вещь. Все они действительно... Не ожидали этого. Вообще. Максимум, на что рассчитывали наставники и товарищи, что он сумеет продержаться некоторое время. Измотает противника. Или хотя бы вынудит его раскрыть часть своих возможностей перед следующими бойцами. Некоторые, вероятно, даже были готовы к его гибели. Но никак не к столь уверенной победе.

Парень слегка опустил взгляд.

“Значит... все действительно считали меня расходным бойцом.”

Эта мысль не вызвала у него обиды. Он прекрасно понимал подобную логику. По всем внешним признакам именно он являлся самым слабым членом команды. Поэтому решение выпустить его первым выглядело вполне разумным. Вот только... Он сам настоял на этом. И сейчас ни капли не сожалел. Судья тем временем вновь поднял руку. Его голос разнесся над ареной:

— Согласно древнему соглашению... Все имущество побежденного переходит победителю…

Несколько служителей тут же направились к телу кукловода. Они начали аккуратно собирать его пространственное кольцо, оружие, защитные артефакты и все остальные вещи, находившиеся при нем.

Максим спокойно наблюдал за происходящим. Золото… Духовные камни… Редкие материалы… Его сейчас интересовали меньше всего. Совсем другое заставило его задуматься.

“Школа марионеток...”

Он еще раз посмотрел на разбросанные по арене тела искусственных чудовищ. Отвращение вновь неприятно кольнуло сознание. Подобные создания вызывали у него лишь брезгливость. Использовать человеческие тела в качестве оружия... Нет. Такого он делать никогда не станет. Какими бы выгодными ни были подобные техники.

Однако... Мысль неожиданно зацепилась за совершенно другой образ. В памяти всплыло древнее поле битвы. Разрушенные руины. Огромный зал. И тот самый древний голем, которого ему удалось победить и позже разобрать на составные части. Все его детали до сих пор лежали в пространственном мешочке. Аккуратно рассортированные. Каждая пластина. Каждый кристалл. Каждый энергетический узел. Максим тогда специально сохранил их, понимая, что подобное наследие древней цивилизации когда-нибудь может пригодиться.

“А ведь... — Он мысленно остановился. — Это тоже искусственное создание.”

Но... Совершенно иного рода. Не искалеченный труп. Не живое существо. Не жертва чьей-то жестокости. А настоящий механизм, созданный древними мастерами из уничтоженного Богами мира. Если знания школы марионеток позволяли не только управлять мертвецами, но и работать со сложными искусственными конструкциями... Тогда появлялась весьма интересная возможность. Не создавать чудовищ. А восстановить древнего стража. И если хотя бы половина того, что он видел в руинах, сохранилась в этих деталях...

То однажды рядом с ним может появиться защитник, чья сила окажется несопоставимой с обычными марионетками. От этой мысли Максим лишь незаметно кивнул самому себе. Пожалуй, ради одних только записей о принципах управления искусственными созданиями этот бой уже полностью себя оправдал.

Несколько мгновений после объявления победителя арена продолжала хранить почти неестественную тишину. Она длилась недолго. Словно кто-то невидимый оборвал удерживавшуюся до этого натянутую струну. И тогда... Весь амфитеатр буквально взорвался.

— Что?!

— Да как так?!

— Он действительно победил!

— Этот мальчишка?!

— Он убил кукловода первым!

— Почему тот вообще не успел воспользоваться техниками?!

— Это была ловушка!

— Нет... Это была великолепная тактика!

Десятки тысяч голосов смешались в единый грохочущий поток. Одни спорили. Другие восхищались. Третьи яростно ругались. Некоторые откровенно смеялись над нелепой гибелью представителя темных миров.

Особенно бурно реагировали нейтральные зрители. Для них подобные турниры являлись прежде всего зрелищем. Они ожидали долгого боя. Красивых техник. Мощных столкновений. Огромных выбросов духовной энергии. Вместо этого увидели холодную казнь. Именно так многие сейчас и называли произошедшее. Не поединок. Не сражение. А именно казнь. Причем исполненную настолько спокойно и расчетливо, что становилось не по себе. Со стороны светлых миров волна радости нарастала с каждой секундой. Ученики различных Академий, сект и кланов уже не скрывали своих радостных улыбок. Даже некоторые обычно невозмутимые наставники позволили себе удовлетворенно кивнуть.

— Отлично.

— Великолепное решение.

— Ни одного лишнего движения.

— Удивительно хладнокровный юноша.

— Такой характер дорогого стоит.

Совсем иначе выглядел сектор тёмных миров. Там радостью даже не пахло. Среди представителей школы марионеток слышались уже откровенные ругательства. Некоторые старейшины бросали друг на друга тяжелые взгляды. Один из них даже раздраженно процедил сквозь зубы:

— Идиот... Он дал себя убить как последний новичок...

Другой покачал головой.

— Уже не суть важно. Теперь погиб не он один. Теперь задета честь всех темных миров.

Именно эти слова оказались самыми точными. Максим неторопливо поднял свой тяжелый посох с плеча и направился к выходу с арены. При этом он совершенно спокойно анализировал происходящее.

“Началось...”

Он не смотрел на кричащие трибуны. Не обращал внимания на оскорбительные выкрики. Его интересовало совсем другое. Настроение противников. И оно изменилось кардинально. Ещё несколько минут назад он был всего лишь самым молодым участником. Почти ребенком. На которого многие смотрели с насмешкой. Теперь же... Он стал тем, кто первым нанес болезненный удар по самолюбию представителей темных миров. Именно этого он и добивался.

“Теперь они забудут обо всех остальных.” — Максим прекрасно понимал психологию подобных людей. Раздутая до невозможности гордость. Завышенное самолюбие. Желание публично и весьма показательно отомстить. Особенно после столь унизительного поражения. Теперь каждый следующий боец темной стороны будет думать не столько о победе в турнире, сколько о том, чтобы показательно уничтожить именно его. Это было опасно. Но одновременно... Выгодно. Пока противники будут сосредоточены на нем, у остальных членов команды появляется возможность спокойнее готовиться к собственным поединкам. И подтверждение его расчетов пришло практически сразу.

Едва Максим успел приблизиться к выходу с арены, как с противоположной стороны раздался громкий хлопок перепончатых крыльев. Высокая темная фигура буквально спрыгнула вниз с площадки ожидания. Приземление получилось тяжелым. Настолько, что даже камень под ногами незнакомца покрылся мелкими трещинами. Это существо действительно больше всего напоминало гигантского нетопыря. Высокого. Неестественно худого. С длинными руками, почти касавшимися земли. Перепончатые крылья складывались за спиной подобно огромному черному плащу. Кожа казалась пепельно-серой. Лицо… почти человеческое… Если не считать огромных желтых глаз без белков. И слишком длинной пасти, полной тонких игольчатых зубов. Когда он улыбнулся... Улыбкой это назвать было сложно. Скорее оскалом. Потом это существо медленно вытянуло вперед руку, и невероятно длинный когтистый палец указал прямо на Максима. По трибунам мгновенно прокатилась новая волна шума. Нетопырь широко раскрыл пасть и заговорил. Его голос оказался весьма неприятным. Высоким. Почти визгливым.

— Эй... ты… — Он специально выдержал паузу, и сделал ещё один шаг вперед. — Мальчишка! Не смей прятаться за спинами своих женщин!

По сектору трибун, где сидели представители тёмных миров, тут же прокатился издевательский смех. А нетопырь продолжал.

— Возвращайся на арену!

Он медленно провел языком по длинным клыкам.

— Ты только что убил одного из наших... Теперь ты умрешь сам.

Но, немного подумав, он неожиданно тихо добавил:

— Нет... — Он покачал головой. — Просто умереть тебе никто не позволит.

Теперь его глаза буквально засветились болезненным предвкушением.

— Я переломаю тебе руки… Потом ноги… Затем вырву язык… И только после этого позволю тебе еще несколько часов смотреть, как я буду пить твою кровь.

Несколько представителей темных миров одобрительно рассмеялись. Наверное потому, что подобные угрозы для них звучали вполне обыденно.

Услышав всё это, показательно медленно идущий к выходу с арены, Максим остановился. Спокойно повернул голову. И равнодушно посмотрел на крылатого культиватора. Никаких эмоций на его лице так и не проявилось. Никакого раздражения. Никакого страха. Только холодное, внимательное изучение очередного образца порождения тёмных энергий. Через мгновение его взгляд незаметно скользнул по крыльям противника. По суставам. По расположению мышц. По когтям. По центру тяжести. По дыханию. Сейчас парень уже привычно не слушал слова. Он анализировал тело.

“Быстрый… Легкий… Вероятно, полагается на скорость и атаки сверху… Значит... на земле его устойчивость должна быть ниже.”

Его верные нити Инь почти незаметно начали расползаться по древнему камню арены. Максим ещё ничего не собирался предпринимать. Но уже начал собирать сведения. Как и в первом бою. Пока противник говорил... Он изучал.

Где-то далеко в стороне, спокойно и неподвижно стоя среди представителей темных миров, Королева Крови молча наблюдала за этой сценой. Она даже не повернула головы в сторону кричащего нетопыря. Её взгляд всё ещё был прикован исключительно к парню. И именно сейчас она окончательно убедилась в том, что беспокоило её с самого начала. Он снова не выглядел человеком, которого только что публично вызвали на смертельный поединок. Он выглядел человеком... Который уже просчитывает, как именно он будет убивать следующего противника.

На все вопли этого культиватора с крыльями летучей мыши, Максим даже не ответил. Ни единого слова. Он лишь на несколько секунд задержал взгляд на крылатом культиваторе, словно оценивая его не как противника, а как очередную задачу, которую предстояло решить.

Потом... Совершенно неожиданно для всех широко зевнул. Неторопливо. Совершенно не скрывая этого. Даже прикрыл рот ладонью, словно происходящее вокруг начинало ему надоедать. После чего спокойно развернулся и тем же размеренным шагом вновь направился к центру арены. От всего этого на несколько секунд над огромным амфитеатром повисла абсолютная тишина. А потом по трибунам прокатился шум.

— Он...

— Он что сейчас...

— Издевается?

— Парень только что...

— Зевнул?!

Даже многие нейтральные зрители не поверили собственным глазам. Это же был вызов на смертельный бой… Угрозы мучительной казни… А в ответ... Обычный ленивый зевок…

От всего этого на лице крылатого демона начали отчетливо проступать признаки ярости. Сначала дрогнули уголки рта. Потом медленно раздулись ноздри. Затем мышцы на длинной шее напряглись так сильно, что под кожей проступили темные жилы. А его желтые глаза буквально налились кровью.

— Ты... — Он почти прошипел это слово, и его голос постепенно начал срываться на визг. — Жалкий... Ты смеешь...

Его крылья резко распахнулись. И их размах оказался настолько большим, что поднявшийся ветер закружил вокруг мелкие камешки и пыль.

— Смеешь... — Последнее слово он уже практически просвистел. — Насмехаться надо мной?!

Но Максим, казалось, вообще не слушал его. Он уже остановился в привычной стойке. Черный посох спокойно опустился рядом с правой ногой. Ладонь легко легла на древко. И только спокойные ледяные глаза, практически не мигая, продолжали внимательно изучать противника. Не эмоции. Не угрозы. Не лицо. Тело. Всегда только тело.

“Разозлился. — Максим отметил это почти машинально. — Хорошо.”

Разъяренный противник всегда начинал совершать ошибки. Особенно такой, который привык запугивать окружающих одной лишь своей репутацией. Его нити Инь уже давно расползлись по каменному покрытию арены. Теперь они медленно касались потоков энергии противника. Очень осторожно. Не вмешиваясь. Лишь наблюдая.

Сейчас парень чувствовал, как внутри тела крылатого культиватора начинают складываться духовные плетения. Одно... Второе… Третье… Они переплетались вокруг суставов. Обвивали мышцы. Уплотняли сухожилия. Усиливали кости. Что, вполне возможно, должно было дать ему возможность спокойно переносить сильные перегрузки.

“Не дальний бой... — Он мысленно сделал первый вывод. — Это не метательные техники.”

Еще несколько мгновений наблюдения… Энергия быстро концентрировалась возле плеч. Лопаток. Позвоночника. Затем уходила в ноги. И особенно... В длинные когти.

“Усиление тела. Ускорение. Возможно... кратковременные рывки на сверх скорости.”

Еще одна энергетическая структура легла поверх предыдущих. Она охватывала перепонки крыльев. Делая их плотнее.

“Укрепление во время пикирования.” — Максим почти незаметно кивнул самому себе. Картина постепенно складывалась. Перед ним стоял не маг. Не мастер дальнего боя. И не культиватор, привыкший обмениваться техниками. Это был хищник. Настоящий воздушный хищник. Быстрый. Маневренный. Опасный именно на ближней дистанции. Его главным оружием являлись скорость и внезапность. А длинные когти были предназначены вовсе не для красивых поединков. Они были созданы, чтобы одним проходом вспарывать тело противника.

“Значит...”

Мысленно хмыкнув, Максим слегка перевел взгляд вверх. Крылатый, значит… Практически наверняка будет пользоваться преимуществом высоты. Сначала поднимется. Затем начнет пикировать. Несколько быстрых атак. Отход. Снова высота. Повтор. Пока противник окончательно не потеряет возможность защищаться. Достаточно очевидный стиль боя. Именно поэтому... Он становился предсказуемым.

Максим же спокойно выдохнул.

“Нет... Летать сейчас нельзя.”

Эта мысль даже не обсуждалась. Стоило ему хотя бы на мгновение зависнуть в воздухе без помощи артефакта... Любой достаточно опытный культиватор сразу поймет истинную ступень его развития. Это перечеркнет все, чего он так долго добивался. Слишком рано. Слишком опасно. Но... Летать было вовсе не обязательно. Он уже успел проверить возможности собственного нового тела. После прорыва до уровня Доу Лин каждая мышца стала значительно сильнее. Каждый меридиан выдерживал колоссальные нагрузки. А уплотненная аура теперь могла кратковременно служить своеобразной опорой. Полноценным полетом это назвать было нельзя. Однако... Высокий прыжок... Очень высокий... Стал вполне возможен. Особенно если вложить в него часть силы ног и одновременно использовать плотную ауру как дополнительный толчок.

“Этого достаточно.”

Перед внутренним взором мгновенно возникла простая схема. Противник набирает высоту… Пикирует… Наносит удар… И сразу пытается снова уйти вверх… И именно в этот момент... Когда он уже уверен, что находится вне досягаемости... Максим и встретит его. Не снизу. А почти на той же высоте. Одним мощным прыжком. И его тяжелый посох, весивший почти сотню килограммов, окажется там, где крылатый культиватор никак не ожидал увидеть оружие бескрылого противника.

“Главное... Не дать ему времени изменить траекторию.”

Он спокойно перехватил древко посоха. Проверил хват. Слегка согнул ноги. И полностью расслабился. Со стороны казалось, будто молодой парень вообще не воспринимает происходящее всерьез. Будто ему совершенно безразлично, кто стоит напротив. Но на самом деле каждое движение его тела уже было заранее рассчитано. На противоположном конце арены крылатый культиватор продолжал сверлить его взглядом. Ярость окончательно затмила разум. Для него этот бой перестал быть частью турнира. Он превратился в личное оскорбление. А значит... Максим уже получил первое преимущество ещё до начала поединка.

Древень медленно поднял свою огромную руку. Его кора слегка заскрипела. В другой руке уже находился тяжелый деревянный молоток. Вся арена вновь начала затихать. Зрители один за другим замолкали. Оба противника заняли свои места. Один — кипящий от ярости. Другой — внешне спокойный настолько, что это само по себе раздражало сильнее любых насмешек. Судья перевел тяжелый взгляд с одного бойца на другого. И медленно начал опускать руку, готовясь дать сигнал к началу второго поединка.

Максим даже не шелохнулся до тех пор, пока древень-судья не поднял свою тяжелую, похожую на узловатую ветвь руку. Все трибуны вокруг арены замерли. Ветер, гулявший между трибунами, лениво перебирал пыль. Где-то далеко поскрипывали древние механизмы защитных формаций. Крылатый противник уже висел в воздухе, медленно описывая круги над ареной, словно огромный хищный нетопырь, почуявший добычу. Его перепончатые крылья с сухим хлопаньем рассекали воздух. Длинные когти оставляли за собой темные полосы демонической энергии. Глаза полыхали алым. Он улыбался. Для него подобные противники были привычной добычей. Неспособный летать враг... Что могло быть проще?

Максим же стоял совершенно спокойно. Черный посох был небрежно опущен вниз. Лицо оставалось равнодушным. Однако внутри сознание уже давно работало совершенно в другом ритме. Нити Инь, расползшиеся по всей арене еще до начала боя, ощущали буквально каждое движение воздуха. Каждый взмах крыльев. Каждое сокращение мышц. Каждое изменение плотности демонической ауры. Перед его внутренним взором противник уже давно перестал быть живым существом. Он превратился в постоянно обновляющуюся схему.

— Начинайте. — Гулкий голос древня прокатился над ареной. И сразу же раздался тяжелый удар гонга.

БУУУУУМ!

Нетопырь даже не стал ждать. Он резко взмыл вверх. Настолько быстро, что для большинства зрителей превратился в темное пятно. Секунда. И он уже находился почти под самым куполом защитной формации.

— Ха-ха-ха! — Его визгливый смех эхом прокатился по арене. — Ну что, малыш?! Попробуй достань меня!

Он специально кружил над ареной. Не нападал. Издевался. Показывал собственное превосходство.

Максим спокойно поднял голову. Слегка прищурился. Словно действительно впервые столкнулся с подобным противником. На его лице даже появилось едва заметное недоумение. Очень натуральное. Настолько натуральное, что часть зрителей светлых миров невольно нахмурилась.

— Он...

— Он не ожидал...

— Разве он не видел крыльев?

— Что он делает?

Даже некоторые наставники растерянно переглянулись между собой. Подобная реакция выглядела слишком наивной. Зато на трибунах темных миров уже начали смеяться.

— Испугался!

— Не знает, что делать!

— Сейчас его разорвут!

— Он даже достать не сможет!

Нетопырь словно почувствовал настроение трибун. И решил продолжить представление. Он резко сложил крылья. Раздался нарастающий свист! И тёмное тело сорвалось вниз. Его острые когти вытянулись вперед. Но Максим, практически в последний момент, резко дернулся в сторону. И, вместо человеческой плоти, когти крылатого противника с жутким визгом прошлись по черному посоху, и… ИСКРЫ! Чёрное, пропитанное энергией Инь, дерево буквально застонало. Но удар выдержала. Нетопырь снова оказался в воздухе. Даже не обернулся. Только громко рассмеялся.

— Жалкое насекомое!

Следом последовало второе пикирование. Еще быстрее. Ещё ниже. Максим снова шагнул в сторону, и опять выставил посох. Удар… Искры… Грохот… Затем последовала третья атака… Четвертая… Пятая… С каждым новым заходом скорость возрастала. Этот крылатый монстр буквально растворялся в воздухе. Да. Для обычного культиватора подобная скорость уже стала бы смертельной.

Но Максим не пытался его поймать. Он считал. Наблюдал. Запоминал. Каждый раз противник повторял одну и ту же схему. После выхода из пикирования он всегда уходил вверх по одной и той же дуге. Менялся угол. Менялась высота. Но не менялась привычка.

"Вот она... — Его нити Инь спокойно отмечали десятки подобных повторений. — Ты привык побеждать скоростью. И поэтому всегда уверен, что успеешь выйти из атаки."

Нетопырь тоже постепенно раздражался. Удары проходили совсем рядом. Но человек постоянно уходил буквально на волос. Словно случайно. Словно чудом. Но это чудо было слишком уж постоянным.

— Да стой ты на месте! — Взвизгнул демон. — Хватит бегать!

На трибунах темных миров уже слышалось раздражение.

— Почему он еще жив?

— Добей его!

— Что ты возишься?!

Именно это окончательно вывело крылатого из себя. Он решил закончить бой одним ударом. И вместо привычного короткого пикирования демон резко поднялся значительно выше. Почти к самому защитному куполу арены. После чего сложил крылья. Полностью. Теперь он падал практически отвесно. Аж воздух загудел. Камни арены задрожали. А в самый последний момент нетопырь резко расправил крылья. Его тело описало длинную смертоносную дугу. Теперь удар приходился не сверху. Он заходил сбоку. А острые когти целились прямо по ребрам парня.

И именно в этот момент Максим, словно специально, опоздал. На одно мгновение. Всего на долю секунды. Именно этого демон и ждал. На его морде расползлась торжествующая улыбка.

— Попался!

Но в этот самый миг человек вдруг сделал всего один короткий шаг. Не назад. Не вперед. Именно туда. В единственную точку. Где, по расчетам нитей Инь, через мгновение должен был оказаться нетопырь. Когти прошли мимо. Совсем рядом. Даже ткань одежды слегка дрогнула от поднятого ими ветра.

Но Максим уже разворачивался. Его ноги чуть согнулись. Аура под подошвами мгновенно сжалась. Настолько плотно, что превратилась почти в материальную поверхность. И...

БУМ!

Она выстрелила. Не вверх. А вперед. Словно гигантская пружина. Для большинства зрителей произошло невозможное. Парень... Подпрыгнул. Нет. Он буквально выстрелил собой в воздух.

Нетопырь только начал выходить из пикирования. Он уже чувствовал сладкое ощущение победы. Еще миг... И он снова окажется высоко. Недосягаемый. Именно тогда перед его глазами неожиданно возник человек. Практически на одном уровне с ним. Глаза демона расширились. Он даже не успел понять...

— Как ты…

Максим не кричал. Не использовал техник. Не вкладывал в удар ничего лишнего. Только собственное тело. Силу. И невероятную массу черного посоха. Посох описал короткую дугу. Без замаха. Без красивых движений. Предельно экономно. Но именно туда, где находился затылок противника. Аура этого противника не смогла защитить его от удара, просто лопнув как мыльный пузырь.

ХРУУУУУСТ!!

Звук получился таким, словно одновременно раскололи огромную гранитную глыбу и раздавили зрелый плод. Череп демона буквально вмялся внутрь. Шея не выдержала. Позвоночник сломался сразу в нескольких местах. Голова практически ушла в плечи. Удар оказался настолько чудовищным, что тело потеряло всякий контроль. Оно камнем полетело вниз.

БАААМ!!

Нетопырь всей массой впечатался в камни арены. Аж каменная плита под его телом треснула. Во все стороны брызнули осколки. Темная кровь. И то, что мгновение назад было мозгом. Сам Максим уже мягко приземлялся неподалеку. Словно ничего особенного не произошло. Он спокойно опустил посох. Лишь мельком взглянул на неподвижное тело. После чего перевел взгляд на судью. Его лицо оставалось все таким же спокойным. Будто он только что закончил обычную тренировку, а не за несколько секунд уничтожил второго противника подряд. И именно эта холодная, почти пугающая невозмутимость произвела на зрителей впечатление едва ли не сильнее, чем сам удар. На трибунах вновь воцарилась абсолютная тишина — та самая тишина, которая приходит лишь тогда, когда сотни и тысячи свидетелей одновременно понимают, что стали очевидцами чего-то совершенно неожиданного.

Несколько долгих мгновений после гибели крылатого противника над древней ареной царила настолько плотная тишина, что казалось, будто даже ветер перестал касаться каменных стен. Тело демонического нетопыря продолжало неподвижно лежать в центре арены. Под ним медленно расползалось темное пятно крови. Черные перепончатые крылья были неестественно вывернуты в разные стороны. Череп практически исчез под страшным ударом тяжелого посоха. А сам виновник произошедшего уже совершенно спокойно стоял неподалеку, даже не оборачиваясь на поверженного врага. Первым нарушил молчание вовсе не человек. Где-то далеко на верхних трибунах раздался негромкий удивленный возглас.

— Он... опять?..

Следом еще один… Потом десятки… Сотни… И буквально через несколько секунд вся арена словно ожила. Однако теперь уже никто не кричал одинаково. Толпа зрителей разделилась практически надвое.

На стороне светлых миров сначала слышалось лишь растерянное перешептывание. Слишком уж неожиданным оказался исход. Никто не рассчитывал, что этот юноша сумеет победить второго противника подряд. Тем более настолько быстро. Тем более настолько просто. Без огромных вспышек энергии. Без красивых плетений. Без каких-либо зрелищных техник. Именно эта простота и поражала сильнее всего.

— Он опять...

— Одним ударом...

— Да как вообще такое возможно?

— Он ведь даже духовную технику не использовал!

— Или использовал, но настолько тонко?

— Нет... Я ничего не почувствовал.

— Я тоже.

— Тогда как?

Очень быстро удивление сменилось совершенно другими эмоциями. Кто-то громко рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Тёмные герои! Да их какой-то мальчишка… Корявой палкой… Избивает!

Смех оказался заразительным. Еще несколько человек начали хлопать. Потом уже десятки. Через несколько секунд добрая половина трибун светлых миров уже шумела совершенно открыто.

— Молодец!

— Вот это удар!

— Красиво!

— Великолепно!

— Так ему!

А самые язвительные уже не скрывали усмешек.

— И это элита тёмных миров?

— Насколько же они ослабели...

— Прислали лучших?

— Да они даже с каким-то мальчишкой справиться не могут!

— Может, стоило сразу взрослых бойцов присылать?

Раздался дружный смех. Кто-то даже начал демонстративно хлопать темной стороне. Не в знак уважения. А именно насмехаясь. Именно это окончательно вывело представителей темных миров из себя. На их трибунах уже не скрывали ярости.

— Заткнитесь!

— Это случайность!

— Ему просто… Повезло!

— Следующий его разорвет!

— Жалкий щенок!

— Да ему просто дважды улыбнулась удача!

Но даже среди этих криков слышались совсем другие голоса. Гораздо более спокойные.

— Нет...

— Это не удача.

— Второй бой тоже закончился слишком быстро.

— Он опять ударил… И первым попал в цель...

— Он вообще не позволил противнику воспользоваться преимуществом.

— Этот мальчишка слишком расчетлив.

Подобные слова уже заставляли окружающих ненадолго замолкать. Особенно оживились старые мастера. И светлых. И темных миров. Именно они сейчас внимательно разбирали увиденное.

— Интересно... Он действительно не применял техник.

— Или применял настолько слабо, что они не фиксируются защитной формацией?

— Нет. Формация бы показала.

— Тогда остается только тело. Или...какие-нибудь усиливающие эликсиры.

— Такое возможно. Есть пилюли, временно увеличивающие физическую силу. И существуют техники укрепления мышц без внешнего выброса ауры. Тогда становится понятен подобный прыжок. Хотя... — Старик задумчиво потер бороду. — Даже для подобных техник прыжок получился слишком длинным. Возможно. Но полностью исключать подобное нельзя.

В ответ на эти слова сразу несколько мастеров согласно кивнули. На данный момент ни у кого не имелось доказательств того, что юноша нарушал правила или использовал скрытые способности. Все, что видели окружающие... укладывалось в рамки физических возможностей очень талантливого культиватора. Пусть и находилось почти у самой границы возможного. На трибуне светлых миров наставница Ли наконец позволила себе спокойно выдохнуть. Она даже не заметила, как все это время невольно сжимала подлокотник кресла. Стоявшая рядом внучка Великого Старейшины Линь тихо покачала головой.

— Он... опять сделал все по-своему...

Девушка из Академии Алого Пламени неожиданно усмехнулась.

— И ведь опять оказался прав.

Три молодые женщины обменялись короткими взглядами. Никто из них уже не улыбался. Теперь они смотрели на Максима совершенно иначе. Не как на ученика, которого необходимо защищать. А как на бойца. Очень опасного бойца. На противоположной стороне трибун Королева Крови молча наблюдала за тем, как юноша спокойно опускает посох. И в этот момент её зрачки его внимательных глаз медленно сузились.

"Снова..."

Она еще раз мысленно воспроизвела весь бой. Ни одного лишнего движения. Ни одного бесполезного удара. Никакой попытки продемонстрировать силу. Каждый шаг был подчинен одной цели. Максимальной эффективности.

"Он не играет. Он просто устраняет препятствие." — И, надо сказать, эта мысль понравилась ей меньше всего.

Сам же Максим совершенно не обращал внимания на бушующие трибуны. Все эти крики для него давно превратились в обычный шум. Он лишь привычным движением перебросил тяжелый черный посох на плечо. Спокойно пожал плечами. Будто произошедшее не заслуживало вообще никакого внимания. После чего неторопливо направился к выходу с арены. Именно в этот момент вперед выступил древень-судья. Это огромное древесное существо медленно подняло свою тяжелую руку. И шум на трибунах постепенно стих. Глубокий голос, напоминавший треск тысячелетнего дуба, вновь разнесся по всему амфитеатру.

— Победа... не вызывает сомнений. — Короткая пауза. — Победителем второго поединка признается представитель светлых миров... Мин-сок…

По трибунам снова прокатился шум. Однако древень продолжил совершенно невозмутимо:

— Согласно древнему соглашению... все имущество поверженного бойца... его оружие... артефакты... техники... ресурсы... и личные трофеи... переходят победителю. Это правило действует без исключений.

Затем Древень медленно повернулся к юноше.

— Ты имеешь законное право забрать все, что принадлежало побежденному противнику.

Максим лишь спокойно кивнул. Без радости. Без жадности. Будто речь шла о чем-то совершенно обыденном. Но где-то глубоко внутри он уже отметил про себя самое ценное, что могло достаться ему после этого боя. Не оружие. Не духовные камни. Не редкие материалы. А знания. Любые записи, свитки или наследие, связанные с особенностями культивации этого крылатого существа, могли оказаться куда полезнее золота. Даже если сам путь демонической школы был ему чужд, понимание сильных и слабых сторон подобных техник означало одно… В следующий раз противнику с похожими способностями будет значительно труднее застать его врасплох. Именно такие трофеи Максим привык считать по-настоящему ценными.

Со стороны трибун представителей тёмных миров шум уже перестал быть просто недовольным гулом. Он стремительно превращался в настоящий рев.

— Позор!

— Вы вообще кого сюда прислали?!

— Два поражения подряд! От какого-то мальчишки!

— Да что вы творите?!

По каменным ступеням амфитеатра прокатывались волны яростных выкриков. Некоторые особо разъярённые зрители уже вскочили со своих мест. Другие размахивали оружием. Кто-то в бешенстве ударил кулаком по каменному парапету, отчего тот покрылся сетью трещин. А кое-где даже начали вспыхивать короткие перепалки между учениками различных темных школ.

— Это ваша Академия Марионеток виновата!

— Не смей обвинять нас! Второго бойца выставила уже ваша школа! Тогда почему он сдох так быстро?!

— Сам бы попробовал!

— Заткнись!

Оскорбления сыпались одно за другим. В обычной обстановке подобные споры вполне могли закончиться дракой прямо на трибунах.

Но сейчас рядом находились главы школ и старейшины. Поэтому никто не осмеливался перейти последнюю черту. Тем временем среди десятка бойцов, представлявших темные миры, атмосфера стала еще тяжелее. Несколько человек уже буквально прожигали Максима взглядами. Особенно тот самый каменный гигант. Его огромные кулаки медленно сжимались. Каменная кожа поскрипывала. Из щелей между гранитными пластинами осыпалась мелкая крошка.

— Жалкий... Маленький... Червяк... — Каждое слово он буквально выдавливал из себя. — Я... раздавлю... тебя...

Он говорил негромко. Но от этого угроза звучала только страшнее. Крылатый демон уже лежал мертвым на арене. Кукловод тоже. Два места в их строю опустели. И этот факт особенно раздражал остальных.

— Да как вообще такое возможно?

— Он же даже не использовал техник!

— Где его секрет?

— Это невозможно!

— Не бывает такого!

Один из темных наставников холодно произнес:

— Бывает.

Все сразу повернулись к нему. Седоволосый мужчина продолжал внимательно смотреть на Максима.

— Вы все смотрите не туда.

— В каком смысле?

— Вы пытаетесь найти сложную технику. Именно поэтому не замечаете самого очевидного.

— Что именно?

— Он... не дал ни одному из наших бойцов использовать их сильные стороны.

Вокруг сразу стало тихо. А старик продолжил:

— Первый рассчитывал спрятаться за марионетками. Он умер раньше, чем бой начался по-настоящему… Второй рассчитывал на превосходство в воздухе. И он погиб в тот единственный момент, когда оказался в пределах удара…

Старик медленно покачал головой.

— Этот мальчишка не сильнее их настолько, насколько вам кажется. Он просто... не играет по их правилам.

Эти слова заставили нескольких бойцов задуматься. Хотя большинство все еще кипело от злости. Каменный исполин фыркнул.

— Какая разница? Я просто раздавлю его силой.

— Если ты доживешь до своего боя. — Спокойно ответил тот же наставник. Исполин нахмурился.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то... что оба предыдущих тоже были уверены в собственной победе.

Ответить гигант уже не смог. Чуть в стороне Королева Крови молча наблюдала за происходящим. Ее товарищи продолжали возмущаться.

— Да это случайность!

— Повезло!

— Просто удачно попал!

— Следующий его прикончит!

— Не может человек дважды подряд так выигрывать!

Она слушала их вполуха. В отличие от остальных, девушка уже давно перестала оценивать бой только по последнему удару. Она пыталась понять... почему этот удар вообще стал возможен. И ответ ей совершенно не нравился.

"Он заставил обоих делать именно то, чего сам ожидал."

Первый считал, что противник станет пробиваться через марионеток. Второй был уверен, что его невозможно достать в воздухе. Оба погибли... от собственной уверенности.

Королева Крови медленно перевела взгляд на спокойно уходящего юношу.

"Нет... Он вовсе не слаб. Он просто позволяет всем вокруг считать себя слабым."

Эта мысль неприятно кольнула сознание. Потому что подобную манеру поведения она прекрасно понимала. Так действовали самые опасные хищники. А сам Максим тем временем неторопливо шел к выходу с арены. Тяжелый посох покоился на плече. Шаг оставался ровным. Дыхание — спокойным. Со стороны могло показаться, что он совершенно не обращает внимания на яростные крики темной стороны. Но на самом деле он внимательно прислушивался. Не к словам. К эмоциям. Раздражение… Ярость... Обида… Уязвленная гордость… Все это сейчас буквально выплескивалось наружу.

"Хорошо. — Промелькнула спокойная мысль. — Именно этого я и добивался."

Он прекрасно понимал психологию подобных противников. Первый бой они восприняли снисходительно… Второй — уже с раздражением… Теперь же... Они были оскорблены. А оскорбленный враг очень редко сохраняет холодную голову.

Однако Максим не позволял себе расслабляться. Наоборот. Именно теперь опасность возрастала многократно. Если первые двое вышли на арену с желанием покрасоваться перед зрителями, то остальные уже увидели достаточно.

Теперь никто не станет недооценивать мальчишку с черным посохом. Никто не будет играть. Никто не станет растягивать бой ради удовольствия. Следующий противник наверняка попытается убить его сразу же, не оставляя ни единого шанса. Именно так поступил бы он сам.

Максим мысленно еще раз прокрутил в уме оба поединка. Ошибок почти не было. Но и противники допустили слишком много собственных. Такой подарок в третий раз ему вряд ли кто-нибудь преподнесет. Значит, следующий бой потребует уже не только расчета и физической подготовки, но и готовности мгновенно менять план, если ситуация пойдет не так.

Парень слегка сжал пальцы на древке посоха. Его лицо по-прежнему оставалось спокойным. Однако где-то глубоко внутри сознания уже начиналась привычная, почти незаметная окружающим подготовка к следующему столкновению. Он никогда не воспринимал победу как повод для самодовольства. Каждая победа лишь означала, что следующий противник будет осторожнее, опытнее и опаснее предыдущего. Именно поэтому для Максима бой, который уже закончился, переставал существовать в ту же секунду, как судья объявлял результат. Его мысли были заняты только тем, что еще предстояло сделать.

Едва парень успел сойти с арены и сделать несколько шагов в сторону своей команды, как со стороны темных миров вновь поднялся гул. Но теперь это уже не были беспорядочные выкрики. Это был настоящий рык оскорбленной стаи. Два тела. Два поражения. Два бойца, которых считали достаточно сильными, чтобы представлять темные миры. И оба погибли меньше чем за несколько минут. Причем не в результате каких-то невероятных техник или подавляющей силы. Нет. И именно это раздражало их больше всего.

— Хватит! — Раздался резкий, хриплый голос. Толпа темных культиваторов словно расступилась сама собой. Из их строя вперед медленно вышел высокий мужчина в дорогих темных одеждах восточного покроя, и достаточно спокойно оттеснил в сторону того самого, что выглядел как оживший камень.

Первое впечатление могло оказаться обманчивым. Если смотреть лишь издали, он напоминал молодого аристократа. Безупречно прямая осанка. Широкие рукава дорогого халата были расшиты тончайшими серебристыми нитями, образующими сложные демонические символы. Его чёрный пояс украшали небольшие нефритовые пластинки, только вместо привычного светлого камня они были вырезаны из какого-то почти черного минерала, внутри которого словно медленно текла густая кровь. Его длинные волосы были аккуратно собраны в высокий узел и удерживались искусно выполненной заколкой в виде извивающегося демона. Любой посторонний сказал бы, что перед ним настоящий молодой дворянин. Благородный. Образованный. Сдержанный.

Но стоило взглянуть ему в лицо... И вся эта иллюзия рассыпалась. Потому что улыбался он так, как не улыбаются люди. Передних зубов практически не было. Зато два удлиненных клыка выступали далеко вперед, превращая даже обычную улыбку в оскал хищника. Губы были неестественно бледными. А глаза... Казалось, что белков в них вовсе не осталось. Вся радужка была затоплена густым кроваво-красным цветом. Будто в глазницах плескалась свежая кровь. Время от времени по этим алым зрачкам пробегали тонкие черные прожилки. Они двигались сами по себе. Словно внутри глаз жили какие-то крошечные паразиты. Еще более неприятной выглядела аура. Она не вспыхивала. Не давила. Она медленно клубилась вокруг него темным туманом. И этот туман постоянно менял форму. То превращаясь в раскрытые пасти. То в длинные когти. То в человеческие лица, беззвучно кричащие в пустоту. Каждый вдох этого человека сопровождался едва различимым шелестом, словно вместе с воздухом он втягивал в себя чужие души. На трибунах темных миров стало неожиданно тихо. Кто-то негромко произнес:

— Выходит... он все-таки решил выйти сам...

Другой лишь коротко усмехнулся.

— Теперь этот мальчишка долго не проживет.

Незнакомец неспешно поднялся на арену. Каждый его шаг был удивительно плавным. Будто он вовсе не шел, а скользил по камню. И остановившись почти в самом центре площадки, он медленно поднял голову. И сразу же нашел взглядом Максима. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Ни один не отвел глаз. После этого клыкастый медленно улыбнулся. Еще шире. И теперь его клыки были видны полностью.

— Значит... это ты...

Голос оказался неожиданно спокойным. Почти мягким. Но именно эта мягкость звучала особенно неприятно.

— Маленький мальчик... который решил... что ему позволено убивать моих товарищей...

Он тихо рассмеялся. Смех больше напоминал приглушенное шипение.

— Забавно... Очень забавно...

Он слегка развел руки. Темная аура вокруг него начала медленно сгущаться.

— Обычно...убивать...разрешено только нам.

Он словно пробовал каждое слово на вкус.

— Светлые миры почему-то всегда забывают свое место. Они должны... умирать. А не убивать.

Клыкастый поднял длинный палец. Ноготь на нем напоминал узкий черный кинжал. Он указал прямо на Максима.

— Выходи. — Теперь уже его голос прогремел над всей ареной. — Именно ты. Не кто-нибудь другой. Я не собираюсь тратить время на остальных. Ты уже дважды пролил кровь представителей темных миров. Значит за всё это... отвечать тоже будешь ты.

На трибунах тут же поднялся одобрительный рев.

— Правильно!

— Разорви его!

— Не дай уйти!

— Покажи этому щенку его место!

— Пусть теперь попробует сбежать!

Однако среди старших мастеров настроение было совсем иным. Один из стариков негромко заметил:

— Теперь все иначе.

— Почему?

— Первые двое хотели развлечься. Этот... нет.

— Он зол?

— Именно. И потому будет значительно опаснее.

Королева Крови продолжала молча наблюдать. Она знала этого человека. Слишком хорошо. Он редко позволял эмоциям брать верх. Но сейчас... Он действительно был раздражен. Не из-за погибших товарищей. Их судьба мало его волновала. Нет. Его бесило другое. Сам факт того, что представитель светлых миров оказался способен дважды подряд в этих боях выйти победителем. Что привычный порядок оказался нарушен. Для обитателей темных миров подобное было почти личным оскорблением. Они привыкли считать смерть своим оружием. Своим правом. Чем-то, что принадлежит исключительно сильному. И теперь это право словно отнял у них мальчишка, который внешне выглядел почти ребенком. Именно поэтому их ярость становилась все сильнее. Не потому, что погибли двое. А потому, что погибла их уверенность в собственном превосходстве.

Максим спокойно остановился у самого края площадки, где его уже встретили обеспокоенные взгляды товарищей. Он молча посмотрел на нового противника. Отметил длинные ногти. Клыки. Необычную ауру. Манеру держаться. Каждая мелочь автоматически откладывалась в памяти. Потом перевел взгляд на алые глаза противника. И лишь едва заметно выдохнул.

“Этот уже не станет играть.”

Первая самоуверенность темных бойцов исчезла вместе с двумя бездыханными телами, оставшимися на арене. Теперь перед ним стоял противник, который пришел не за красивым зрелищем и не за насмешками. Он пришел закончить бой как можно быстрее. Именно этого Максим и ожидал. А значит, следующий поединок обещал стать гораздо сложнее предыдущих. Теперь обе стороны понимали, что случайностью две победы подряд уже не объяснить. Любой новый шаг мог изменить не только счет турнира, но и настроение всех, кто наблюдал за этим противостоянием.

Новый удар древнего гонга прокатился над ареной низкой, тяжелой волной. Звук был настолько густым, что, казалось, сам воздух задрожал, а тонкий слой серой пыли на каменных плитах подпрыгнул и вновь осел. Поединок начался.

Максим даже не моргнул. Верный посох всё – также спокойно лежал в его руках, опираясь нижним концом о камень арены. Напротив него противник уже совершенно изменился. Если еще несколько секунд назад тот выглядел как странный, хотя и пугающий аристократ, то сейчас его темная аура буквально выплеснулась наружу.

Черная энергия медленно заклубилась вокруг его ног. Она не расходилась хаотично. Наоборот. Она двигалась так, словно была живой сама по себе. Будто десятки длинных змей плавали в густом тумане. Из широких рукавов медленно показались длинные, почти неестественно тонкие пальцы. Ногти. Нет... Это были уже скорее изогнутые когти, каждый длиной с короткий кинжал. Каждый из них поблескивал металлическим блеском. Словно был выкован не из кости, а из какого-то черного минерала. Сам же культиватор широко улыбался. Отсутствие передних зубов делало эту улыбку по-настоящему жуткой. А огромные клыки казались слишком длинными даже для демонического существа.

— Я сниму с тебя кожу... медленно... — почти ласково произнес он.

Но Максим даже не посмотрел ему в лицо. Его взгляд спокойно скользил по совсем другим вещам.

Стойка... Вес распределен необычно. Основная нагрузка приходится на носки. Правая нога чуть впереди. Плечи расслаблены. Локти опущены. Когти не для защиты. Основное оружие — дистанционные техники. А когти понадобятся тогда, когда жертва уже не сможет сопротивляться.

Он медленно вдохнул.

"Не торопится… Очень уверен в себе… Значит, привык сначала ломать противника техникой."

Нити Инь уже давно покрывали всю арену. Но для окружающих эту арену зрителей ничего не происходило. Но для самого Максима пространство словно стало объемным. Каждое движение воздуха. Каждое колебание духовной энергии. Каждая вибрация ауры. Все это он ощущал так, будто касался ладонью поверхности спокойной воды. Именно поэтому момент активации техники он почувствовал раньше, чем тот закончил складывать печати. Правая ладонь темного культиватора слегка дрогнула. Затем левая. Когти соприкоснулись. Между ними вспыхнула черная искра. И в следующую секунду...

Ш-ш-ш-ш!

Из рукавов буквально выстрелили длинные темные ленты. И их оказалось далеко не две. И даже не четыре. Сразу восемь. Каждая толщиной примерно с человеческое запястье. Но при этом гибкая, словно шелковая ткань. Только эта "ткань" рассекала воздух с таким звуком, будто летели остро заточенные мечи. Ленты хаотично извивались. Меняли направление. Обходили друг друга. Закручивались спиралями. Они вовсе не летели прямо. Каждая двигалась по собственной траектории. Будто перед Максимом одновременно бросилось несколько гигантских черных змей. Причем скорость их движения росла буквально на глазах.

Максим не сделал ни единого лишнего движения. Он не стал сразу уклоняться. Он смотрел. Наблюдал.

"А вот это уже интересно..."

Нити Инь мгновенно донесли до него новую информацию. Эти образования вовсе не являлись обычными энергетическими плетениями. Внутри каждой такой ленты ощущалась очень плотная структура. Похожая скорее на тончайшие духовные нити, переплетенные между собой тысячи раз. Именно поэтому они сохраняли форму. Именно поэтому могли изгибаться. И именно поэтому были настолько остры. Одна из лент лишь краем коснулась каменной плиты арены.

Ш-ш-хррр...

Будто раскалённый нож прошел по воску. В граните осталась идеально ровная борозда глубиной почти с ладонь. Без трещин. Без сколов. Просто гладкий разрез. По трибунам прокатился удивленный гул. Даже многие наставники слегка нахмурились. Подобная техника была действительно опасной. Она одновременно связывала противника и буквально разрезала его на части.

Темный культиватор тихо рассмеялся.

— Беги... Мне нравится смотреть, как добыча устает.

Ленты уже практически окружили Максима. Одна заходила сверху. Две снизу. Еще три обходили его по бокам. Последние две вообще уходили назад, словно собираясь ударить со спины. Любой обычный культиватор сейчас увидел бы лишь хаотичную атаку. Но Максим видел совершенно другое. Каждая лента была связана с пальцами противника. Не физически. Энергетически. Каждое движение когтей немного меняло направление этих плетений.

"Ага... Значит... Полностью ручное управление. Автоматического наведения нет. Хорошо."

Именно тогда он и сделал свой первый шаг. Совсем небольшой. И… Тёмная лента просвистела возле самого плеча. Второй шаг… Ещё одна прошла буквально перед грудью. Третья… Максим слегка присел. Чёрная полоса со свистом пролетела над его головой. Со стороны казалось, будто мальчишка отчаянно уворачивается. Но на самом деле он даже не ускорялся. Он шел. Именно шел. Спокойно. Размеренно. Настолько точно выбирая место каждого шага, что создавалось ощущение невероятной удачи. Хотя удачи здесь не было совсем. Каждый следующий удар он ощущал раньше, чем противник успевал закончить движение пальцами.

"Интересная техника… Хотя и очень опасная… Если попасть в такую ловушку... живым уже не выбраться… А если она еще умеет стягиваться..."

Максим перевел взгляд на края лент. Да. Так и есть. Они постепенно смыкались. Противник вовсе не пытался попасть в своего оппонента. Он плел клетку. Большую смертельную сеть. Причем делал это терпеливо. Без спешки. Как опытный охотник.

"Значит, убивать сразу не собирается… Хочет взять живым… Глупо…"

Но пока что он был уверен в своей победе. Так что темный культиватор все шире улыбался. Ему казалось, что мальчишка начинает паниковать. Ещё немного. Ещё несколько секунд. И кольцо окончательно замкнется. Тогда останется только стянуть ленты... и превратить противника в кровавые куски мяса. Или оставить ему только голову. Всё на усмотрение хозяина.

Но именно в этот момент Максим впервые за весь бой крепче перехватил посох. Совсем немного. Лишь изменил положение ладоней. Его взгляд стал чуть более сосредоточенным.

"Теперь понял. Это не сами ленты являются настоящей техникой. Настоящее оружие... его пальцы... точнее, управление через них. А значит... как и в прошлый раз... бить нужно не по технике... а по тому, кто ею управляет." — Эта мысль промелькнула в его сознании абсолютно спокойно. Без азарта. Без волнения. Как очередной вывод после завершенного анализа противника. Теперь оставалось лишь дождаться того единственного момента, когда сам хозяин этих смертоносных лент, уверенный, что добыча уже поймана, неизбежно откроется хотя бы на одно короткое мгновение.

Максим сделал медленный вдох. На первый взгляд могло показаться, что он оказался в безвыходном положении. Со всех сторон… Сверху… Снизу… Справа… Слева… Черные ленты уже практически закрывали обзор, превращая пространство арены в смертельную паутину, где любой неверный шаг означал бы мгновенную гибель. Бритвенно острые края плетений непрерывно рассекали воздух. Каждый их взмах сопровождался неприятным свистом. Иногда одна из лент случайно касалась каменного покрытия арены. И тогда от многовековых плит отделялись идеально ровные куски породы, словно их отсекали клинком легендарного мастера. Каменная крошка дождем осыпалась вниз.

Всё это было настолько жутко, что даже зрители на первых рядах невольно подались назад. Хотя и находились за весьма серьёзной защитой. Никто не хотел проверять, насколько далеко способны дотянуться подобные техники.

Максим медленно прикрыл глаза. Лишь на одно короткое мгновение. Но и этого оказалось вполне достаточно.

— Ледяная Сколопендра...

Он не произнес этих слов вслух. Они прозвучали только внутри его сознания. Движения его тела почти мгновенно изменились. Нет. Не физически. Изменился сам принцип движения. До этого он двигался плавно. Экономно. Почти лениво. Теперь же... Все происходило совершенно иначе.

Первый рывок оказался настолько резким, что многие зрители вообще потеряли его из виду. Еще мгновение назад парень стоял неподвижно. И вдруг... В том месте его уже не было. Он оказался почти в трех шагах левее. Причем не перебежал туда. А словно переломился всем телом сразу. Без подготовки. Без привычного толчка ногами. Как насекомое. Именно так. Как огромная хищная сколопендра, способная мгновенно менять направление движения.

Шшш!

Черная лента рассекла воздух именно там, где еще секунду назад находилась его шея. Но там уже никого не оказалось. Следующий рывок… Максим неожиданно присел. Настолько резко, что его тело почти коснулось камней арены. Три ленты одновременно пролетели сверху. Парень же уже двигался дальше. Теперь вправо… Потом назад… Вперед… Влево… Диагонально… Каждое движение длилось лишь долю секунды. Каждое заканчивалось новым мгновенным изменением направления. Его походка окончательно исчезла. Теперь он буквально метался по площадке арены. Но не хаотично. Наоборот. С невероятной точностью. Настолько, что со стороны даже казалось, будто человеческое тело вообще было не способно двигаться подобным образом.

В этот момент тёмный культиватор впервые нахмурился.

— Что за...

Еще одна серия ударов… Ленты с воем прорезали воздух. Но Максим оказался уже позади одной из них. Еще рывок… Он каким-то невероятным образом буквально проскользнул между двумя почти соприкоснувшимися плетениями. Причем расстояния между ними едва хватило бы, чтобы просунуть ладонь. Он же пролетел всем телом. Даже его одежда осталась целой.

На трибунах начали слышаться удивленные возгласы.

— Как он это делает?

— Он вообще человек?

— Эти движения...

— Невозможно...

Даже некоторые мастера невольно привстали. Подобной техники перемещения они раньше не видели. Тем более, что и сам Максим не ускорялся бесконечно. Он просто постоянно менял направление. Причем делал это настолько резко, что глаз обычного человека просто переставал успевать.

А вот его противник начал злиться. Очень быстро. Улыбка исчезла. Клыки оскалились. Из глаз буквально полыхнула темная ярость.

— СТОЙ!!

Обе руки резко взметнулись вверх.

Шшшшшш!

Еще четыре ленты. Потом ещё… Ещё… Ещё… Черная энергия буквально хлынула наружу. Теперь вокруг него кружилось уже больше двух десятков смертоносных полос. Они переплетались. Закручивались. Пересекались. Вся арена постепенно превращалась в огромный клубок режущих нитей.

— Куда теперь побежишь?!

Он уже почти рычал. Никакой аристократической выдержки больше не осталось. Только раздражение. И ярость. Ленты перестали быть точными. Теперь они просто били по всей площади. Одна разрубила огромный валун возле стены. Другая оставила глубокую трещину длиной почти в десять метров. Третья отсекла целый кусок каменного покрытия. Крошка, пыль и обломки разлетались во все стороны. Арена буквально разрушалась. Он уже не пытался попасть точно по цели. Он собирался просто заполнить все пространство своей техникой. Чтобы мальчишке стало негде уклоняться.

Но Максим продолжал двигаться. Теперь уже внимательно наблюдал.

"Все… Потерял терпение… Начал расходовать слишком много энергии… И... — Его ледяные глаза слегка сузились. — …перестал контролировать защиту…"

Именно этого момента он и ждал. Следующий рывок оказался самым неожиданным. Вместо очередного уклонения Максим внезапно пошел вперед. Прямо навстречу летящим лентам.

По трибунам прокатился дружный вскрик.

— Он с ума сошел?!

Шшш!

Первая лента уже почти коснулась его груди. Но его верный посох словно ожил. Черное древко резко провернулось в руках.

Вжух!

Раздался тяжелый глухой удар. Темная лента разлетелась клочьями энергии. Ещё оборот… Вторая… Третья… Четвертая… Посох вращался с такой скоростью, что вокруг него возник темный круг. И сейчас он не просто отбивал удары. Он буквально дробил сами плетения. Чёрная энергия разлеталась искрами. Будто сталкивались два невероятно прочных клинка из звёздного металла.

Противник округлил глаза.

— НЕВОЗМОЖНО!

Он даже представить не мог, что кто-то способен разрушать его технику столь грубой силой. Он инстинктивно свел руки перед собой. Все оставшиеся ленты мгновенно начали переплетаться. Закручиваться. Сжиматься. За долю секунды перед ним вырос огромный черный щит. Плотный. Многослойный. Сотканный сразу из всех его плетений. Даже зрители почувствовали исходящую от него опасность. Такую защиту, казалось, невозможно было пробить.

Именно в этот момент Максим сделал последний шаг. Его правая рука резко ушла назад. Посох описал короткую дугу. На одно мгновение все вокруг словно замерло. А затем... Он бросил его. Не как палку. Не как дубину. И даже не как копье. Скорее... Как чудовищный таран. Раздался настоящий взрыв воздуха. Чёрный посох исчез. Настолько огромной оказалась скорость броска.

БА-А-АМ!

Столкновение оказалось оглушительным. Чёрный щит выдержал... Одно мгновение. По всей его поверхности одновременно побежали тысячи трещин. Затем... Он буквально взорвался. Не рассыпался. Не разлетелся. Именно взорвался облаком черной энергии. Посох даже не замедлился. Он прошел насквозь. Будто никакой защиты вовсе не существовало. Темный культиватор только сейчас понял... Что происходит. Его глаза широко раскрылись. Хотя… Казалось, что шире уже было просто невозможно. Улыбка исчезла. На лице появилось выражение абсолютного недоумения. Он даже попытался сделать шаг назад.

Но не успел.

ХР-Р-РУСТ!

Чёрный посох вошел ему прямо в грудь. Пробил одежду. Пробил ребра. Пробил позвоночник. И, не потеряв почти никакой скорости, вонзился в каменную стену арены. Затем тело врага парня с чудовищной силой отбросило назад. Глухой удар. Стена содрогнулась. По ней побежали трещины. Сам же культиватор оказался буквально пригвожден к камню. Его руки безвольно повисли. Чёрные ленты мгновенно рассыпались клубами бесполезной энергии. Несколько капель тёмной крови медленно стекли по древку посоха. Голова противника бессильно опустилась набок. На лице так и осталось застывшее выражение. Не боли. Не страха. А невероятного, почти детского удивления. Словно до самого последнего мгновения он так и не смог поверить, что какой-то семнадцатилетний мальчишка сумел не только прорваться через его сильнейшую защиту, но и одним броском закончить весь поединок.

На всей огромной арене вновь воцарилась почти неестественная тишина. Даже ветер, казалось, перестал шевелить пыль над древними камнями. Только черный посох, глубоко вошедший в стену, едва заметно вибрировал после чудовищного удара, безмолвно свидетельствуя о том, насколько сокрушительной оказалась эта единственная атака.

Максим сделал первый шаг. Неторопливо. Спокойно. Так, словно поединок для него уже закончился. Чёрный посох по-прежнему торчал в каменной стене, пригвоздив к ней тело противника. Тёмная кровь медленно стекала по древку. На арене царила почти абсолютная тишина. Даже обычно шумные зрители сейчас словно боялись нарушить этот странный момент. Все просто смотрели.

Шаг… Ещё один… Максим приблизился примерно на десять шагов к поверженному врагу. И вдруг... Остановился. Не потому, что испугался. Нет. Что-то показалось ему неправильным. Очень неправильным. Задумавшись и пытаясь осмыслить свои ощущения, он медленно прищурился. Ледяной взгляд вновь стал абсолютно сосредоточенным. Нити Инь, незаметно пронизывавшие всю арену, продолжали передавать ему малейшие колебания духовной силы. Именно они сейчас предупредили его.

"Хм... Странно... Его энергия не рассеивается."

Любой погибший культиватор после смерти начинал быстро терять накопленную силу. Ядро разрушалось. Энергия постепенно растворялась в окружающем мире. Так происходило практически всегда. Но здесь... Все было наоборот. Остатки тёмной силы явно погибшего культиватора вовсе не уходили наружу. Сейчас они стремительно стекались внутрь. К самому центру груди. Туда, где находилось ядро. Причем скорость этого процесса увеличивалась буквально на глазах.

За всем этим Максим, стоя на месте полностью неподвижно, внимательно наблюдал.

"Неестественно. Очень."

Ещё мгновение. Нити Инь донесли новую картину. Вокруг ядра этого тёмного умника начинала формироваться крайне плотная структура. Не похожая ни на обычное разрушение, ни на естественное затухание энергии. Скорее... Кто-то словно специально стягивал туда всю оставшуюся силу.

"А вот это уже... ловушка…"

На лице Максима ничего не изменилось. Но внутренне он уже окончательно отказался подходить ближе.

"Если бы сейчас я просто взялся за посох... то оказался бы прямо возле ядра. Именно этого все и ждут."

Судя по всему, это была какая-то особая техника. Скорее всего именно посмертная. Очень коварная. Очень характерная для тёмных миров. Даже после гибели хозяин пытался утащить убийцу за собой.

Максим мысленно отметил этот факт.

"Полезное знание. Значит, многих подобных придется добивать на расстоянии."

Он спокойно поднял левую руку. Совсем немного. Даже не до уровня груди. Со стороны могло показаться, что парень просто решил размять пальцы. На самом же деле... Из его ладони уже потянулись тончайшие нити Инь. Настолько тонкие, что их невозможно было увидеть. Даже мастерам высокого уровня. Не потому, что они были прозрачными. Нет. Они существовали словно на границе между духовной силой и самой тенью. Техника Демонического Змея вновь проявила себя. Его нити быстро скользнули по воздуху. Обвили древко посоха. Причем настолько плотно, что буквально впились в него.

Затем парень слегка показательно сжал пальцы. Рывок. Никаких громких эффектов. Никаких вспышек. Просто... Чёрный посох вдруг сам вылетел из тела мертвого культиватора. С неприятным влажным звуком. Мгновение спустя он уже летел обратно. Прямо к хозяину. Максим спокойно вытянул руку. И без малейшего усилия поймал оружие. Будто именно так и должно было происходить. Но... На трибунах поднялся настоящий гул.

— Что?!

— Он...

— Посох...

— Вернулся?!

— Это что, какой-то древний артефакт?!

Даже некоторые старейшины резко переглянулись. До этого момента большинство действительно считало оружие мальчишки просто невероятно прочной палкой. Да. Возможно тяжелой. Очень крепкой. Но обычной. Теперь же... Посох самостоятельно вернулся к хозяину. Подобное могли делать только весьма редкие духовные артефакты. Или оружие, намертво связанное с душой владельца. В лагере темных миров несколько наставников одновременно нахмурились.

Один из стариков тихо прошептал:

— Необычный артефакт...

Другой покачал головой.

— Нет... Что-то здесь не так...

Но понять истинную причину никто не мог. Никто не видел нитей Инь. Никто не чувствовал техники Демонического Змея. Все увидели лишь результат. Всем им казалось, что чёрный посох обладал собственной волей. И именно в следующий миг...

БУМ!

Тело темного культиватора буквально разорвало изнутри. Не кровью. Не плотью. А черными лентами. Их оказалось столько, что невозможно было сосчитать. Десятки. Нет... Сотни. Они одновременно вырвались наружу. Из груди. Из живота. Из спины. Даже сквозь лицо. Будто внутри его тела все это время находился огромный клубок смертоносных плетений.

Шшшшш!

Ленты с невероятной скоростью ударили во все стороны. Они прорезали воздух. Камень. Даже место, где секунду назад стоял бы Максим. Каменная стена позади буквально покрылась глубокими бороздами. Ограждение арены застонало. Несколько массивных блоков оказались рассечены почти пополам. Даже пол возле тела превратился в хаотичную сеть длинных разрезов. Сейчас эта жуткая техника била абсолютно без разбора. Во все стороны. Словно обезумевший зверь, пытающийся уничтожить все живое рядом. По трибунам прокатился испуганный вскрик. Некоторые зрители даже вскочили со своих мест.

— Посмертная техника!

— Демоническая ловушка!

— Он специально...

— После смерти?!

Даже многие представители темных миров невольно побледнели. Они прекрасно знали подобные методы. Но увидеть столь мощную посмертную активацию удавалось далеко не каждому. Тем более, не каждому после этого удавалось выжить.

Через несколько секунд все закончилось. Видимо полностью израсходовав запас силы тела, ленты медленно растворились в пространстве. Остатки темной энергии окончательно рассеялись. От тела практически ничего не осталось. Лишь изуродованные клочья одежды да окровавленные фрагменты плоти. Ядро же полностью разрушилось в момент срабатывания техники.

Максим спокойно смотрел на место, где только что стоял его противник. Его лицо оставалось таким же невозмутимым. Однако внутри он уже сделал очередной вывод.

"Вот значит как... Он собирался убить меня даже после собственной смерти. Если бы я подошел... взялся руками за посох... или просто оказался рядом... все эти ленты ударили бы практически в упор."

Он мысленно представил эту картину. Несколько десятков режущих плетений одновременно вырываются из тела. На таком расстоянии уклониться невозможно. Даже ему. Даже с техникой Ледяной Сколопендры. Это была не просто месть. Это была тщательно подготовленная страховка на случай поражения — последняя попытка забрать убийцу с собой. И именно благодаря постоянному наблюдению за потоками энергии и осторожности, выработанной множеством смертельно опасных схваток, Максим не стал действовать по привычке. Именно так ещё одна особенность темных техник была им замечена, запомнена и молча занесена в мысленный список знаний, которые однажды могли снова спасти ему жизнь.

Несколько долгих мгновений над ареной царила почти неестественная тишина. Даже клубы тёмной энергии, оставшиеся после срабатывания посмертной техники, успели окончательно рассеяться. На месте, где совсем недавно стоял противник Максима, теперь виднелись лишь глубокие борозды, исполосовавшие камень во всех направлениях. Сама арена выглядела так, словно по ней одновременно прошлись десятки невидимых мечников. Некоторые прорези уходили настолько глубоко, что из них медленно поднималась древняя каменная пыль.

Судья молчал. Высокий представитель расы Энтов, чье огромное тело больше напоминало тысячелетний дуб, чем живое существо, медленно опустил тяжелый взгляд на испещренную ударами площадку. Обычно представители его народа сохраняли полное спокойствие. Они были почти равнодушны к победам. К поражениям. К смертям. За многие тысячелетия существования им довелось увидеть слишком многое. Но сейчас... Даже его древесная кора едва заметно потемнела. Это было единственным признаком сильного недовольства. Он медленно поднял одну огромную руку. По арене мгновенно прокатилась волна зеленоватого света. Энергия судьи мягко прошла по всей площадке, внимательно исследуя каждый камень, каждую трещину, каждый остаток духовной силы.

Он не торопился. Проверял. Словно желая убедиться окончательно. Через несколько секунд зеленое сияние исчезло. Энт медленно повернулся в сторону ложи темных миров. Его голос прозвучал неожиданно громко. Не резко. Не гневно. Но настолько тяжело, что даже самые шумные зрители мгновенно замолчали.

— Зафиксировано нарушение Кодекса Турнирной Арены.

По трибунам прокатился удивленный гул. А Энт спокойно продолжил.

— После завершения поединка была активирована заранее подготовленная посмертная техника поражения окружающего пространства.

Он сделал короткую паузу.

— Согласно Своду Древнего Соглашения... После официального завершения боя, которое наступает после гибели одного из участников, любое воздействие проигравшей стороны считается нарушением условий Турнира.

Его взгляд оставался прикован к представителям темных миров.

— Побежденный более не является участником поединка. Следовательно... Он не имеет права наносить ущерб победителю, судьям, зрителям либо арене.

Каждое слово звучало спокойно. Но становилось только тяжелее.

— Данный факт подтвержден. Нарушение признано.

По всей арене прокатился настоящий взрыв голосов.

— Они нарушили правила!

— Посмертная ловушка?!

— Совсем уже...

— Если бы мальчик подошел...

— Его бы просто разорвало!

Даже многие нейтральные наблюдатели начали недовольно переговариваться. Подобные нарушения встречались крайне редко. Именно потому, что последствия всегда оказывались очень серьезными.

Тем временем Энт поднял вторую руку. Возле него прямо в воздухе возникло множество древних зеленых символов. Они медленно вращались вокруг судьи. Потом начали складываться в сложную печать. Наконец древесный гигант спокойно произнес:

— В соответствии с Тридцать Седьмой Статьей Древнего Турнирного Договора... Ответственность за действия погибшего бойца несет сторона, заявившая его на Турнир.

Теперь уже представители тёмных миров начали нервно переглядываться. Некоторые старейшины ощутимо напряглись. Они уже понимали, к чему все идет.

— На сторону Тёмных Миров накладывается официальный штраф.

По трибунам пронесся шум. Но Энт всё равно продолжал.

— До окончания Турнира каждый следующий участник вашей стороны пройдет дополнительную проверку на наличие посмертных техник, скрытых печатей и иных запрещенных воздействий.

Он немного наклонил голову.

— Все расходы на проведение данных проверок возлагаются на сторону, допустившую нарушение.

Еще одна короткая пауза.

— Решение окончательное. Обжалованию не подлежит.

На этот раз среди представителей темных миров поднялся настоящий гул.

— Это возмутительно!

— Он уже умер!

— Какая разница?!

— Мы ничего не нарушали!

Но договорить никто не успел. Энт лишь перевел на них взгляд. Совершенно спокойный. Без капли угрозы. Однако этого оказалось достаточно. Все разговоры мгновенно стихли. Каждый прекрасно понимал. Спорить с судьями, тем более именно здесь, было просто бессмысленно. Даже самые могущественные культиваторы обоих лагерей никогда не пытались этого делать. Потому что сила Энтов была совершенно иного порядка. Тёмные наставники выглядели мрачнее тучи. Один из них с такой силой сжал подлокотник своего кресла, что темный камень жалобно затрещал. Другой зло процедил:

— Один мальчишка... Уже троих... И теперь еще штраф...

Третий только молча смотрел на Максима. Его глаза буквально налились кровью. Среди оставшихся членов команды тёмных миров настроение оказалось еще хуже. Кто-то откровенно скрежетал зубами. Кто-то сжимал кулаки. Некоторые уже не скрывали своей ярости.

— Да я его...

— Разорву...

— С живого кожу сниму...

— Он еще пожалеет...

— Эта тварь...

Особенно болезненно они воспринимали вовсе не штраф. И даже не потерю очередного бойца. Нет. Их снова унизили. Причем публично. На глазах тысяч представителей различных миров. И сделал это... Какой-то мальчишка. Причем уже в третий раз подряд.

Представители же светлых миров, наоборот, постепенно начинали приходить в себя. Сначала осторожно. Потом все громче. На трибунах раздались первые аплодисменты. За ними ещё. Через несколько секунд уже целые сектора зрителей приветствовали победителя. Особенно радовались представители молодых Академий. Они буквально показывали пальцами в сторону ложи темных миров, не скрывая довольных улыбок.

— Уже трое!

— И все подряд!

— Даже техник почти не применял!

— Да они сами к нему в руки идут!

Некоторые наставники поспешили одернуть своих учеников. Все-таки излишне открыто насмехаться над представителями тёмных миров было не самой разумной идеей. Но скрыть общее настроение уже было невозможно.

А сам виновник происходящего... Максим… Всё также спокойно стоял посреди арены. Будто все происходящее касалось кого угодно. Только не его. Он коротко посмотрел на место, где окончательно исчез его противник. Затем слегка крутанул посох, сбрасывая с древка последние капли темной крови. После чего совершенно спокойно развернулся. И снова направился к выходу с арены. А из ложи тёмных миров вслед ему сразу полетели выкрики.

— Щенок!

— Недолго тебе осталось!

— Следующий тебя прикончит!

— Радуйся, пока можешь!

— Мы доберемся до тебя!

Голоса сливались в единый яростный гул. Некоторые даже поднялись со своих мест. Но Максим словно ничего этого не слышал. Он продолжал идти той же размеренной походкой. Спокойной. Ровной. Будто прогуливался по тихой дорожке Академии, а не покидал арену, где только что в третий раз подряд победил одного из лучших молодых бойцов темных миров. Со стороны это равнодушие выглядело почти оскорбительным. Он не ответил ни словом. Не обернулся. Не усмехнулся. Даже не ускорил шаг. И именно это раздражало его противников сильнее любых насмешек. Потому что в их глазах подобное поведение означало лишь одно: этот юноша совершенно не считал их угрозы достойными своего внимания. А для тех, кто вырос в мире, где страх перед силой был основой существования, подобное безразличие оказалось самым тяжелым унижением из всех возможных.

Максим уже почти сошел с каменного настила арены, когда позади него прокатился новый, низкий, тяжелый звук. Он был похож не на человеческий голос. Скорее на то, как где-то глубоко в горах медленно сдвигаются многотонные скальные плиты.

— Человеческий... мальчишка... — Каждое слово отдавалось глухой вибрацией.— Вернись...

По поверхности арены пробежала мелкая каменная крошка. Максим остановился. Не потому, что его окликнули. Просто по привычке никогда не поворачивался к потенциальной угрозе спиной. Он медленно обернулся.

Из строя представителей темных миров вперед уже вышло то самое существо, которое он заметил еще при первом знакомстве с их командой. Если остальных еще можно было назвать людьми с различными мутациями, то этого... Нет. Человеком он был когда-то очень давно. Теперь же казалось, будто кто-то сложил огромную статую из живых валунов. Рост — почти три метра. Плечи шириной едва ли не с небольшую повозку. Все тело состояло из громадных каменных пластин различной формы. Они не были гладкими. Каждая глыба покрывалась глубокими трещинами, внутри которых медленно текла густая багровая энергия. Она пульсировала. Словно кровь. Только кровь самой горы. На груди сходились несколько особенно крупных каменных плит, напоминавших естественную броню. Каждая из них была толщиной едва ли не в ладонь. Руки... Нет. Это уже были не руки. Настоящие каменные столбы, заканчивавшиеся огромными кулаками, каждый из которых мог бы одним ударом раздавить обычную повозку. Ноги выглядели не менее устрашающе. Толстые. Массивные. Каждый шаг сопровождался тяжелым грохотом. Будто по земле шел небольшой осадный таран. Даже лицо почти исчезло. Оно представляло собой грубую каменную маску. Только два ярко-красных глаза светились из глубоких провалов. Когда этот исполин полностью вышел на арену, сам камень под его ногами слегка просел. Хрустнула кладка. По поверхности поползли тонкие трещины. Несколько зрителей невольно переглянулись. Даже без высвобождения ауры вес этого существа был совершенно ненормальным.

Но даже несмотря на всё это, Максим спокойно наблюдал. Без эмоций. Без удивления. Только внимательно. Тем временем гигант остановился почти в центре площадки. Затем медленно поднял голову, и его красные глаза впились в мальчишку.

— Ты... — Низкий голос прокатился по всей арене. — Убил троих...

Немного помолчав, всё же добавил.

— Теперь... — Он медленно поднял огромный кулак и разжал пальцы. — Я... Раздавлю тебя…

Со стороны трибун темных миров моментально поднялся новый рев.

— Каменный великан!

— Размажь его!

— Покажи человеку его место!

— Раздроби ему кости!

— Пусть он узнает настоящую силу!

После трех подряд поражений их сторона отчаянно нуждалась хоть в какой-то победе. И именно это существо казалось наиболее подходящим кандидатом.

Максим тем временем спокойно оценивал ситуацию. Не самого противника. А именно ситуацию.

“Логично.”

Он совершенно не удивился подобному выбору. Даже наоборот. Если смотреть на произошедшие три боя глазами их командования, решение выглядело вполне разумным. Первый. Кукловод. Он проиграл потому, что сам Максим вообще отказался играть по навязанным правилам. Вместо борьбы с марионетками сразу уничтожил управляющего. Вся тактика противника рассыпалась в одно мгновение. Второй. Летающий. Тот полностью положился на собственную скорость. Рассчитывал оставаться недосягаемым. Но оказался слишком уверен в своем преимуществе. Так что Максим воспользовался единственным моментом, когда траектория полета стала предсказуемой. И убил его одним ударом. Третий... Мастер темных лент. Очень опасный. Очень опытный. Однако его многочисленные техники оказались практически бесполезны против стиля Ледяной Сколопендры. Пока противник пытался увеличить давление, Максим нашел единственную возможность нанести решающий удар. И воспользовался ею. Три совершенно разных бойца. Три разных метода. Но итог был одинаков.

“Теперь они решили сменить подход. — Взгляд Максима скользнул по массивному телу каменного противника. — Он не рассчитывает поймать меня техникой. Не рассчитывает догнать скоростью. И явно не думает, что сможет победить хитростью.”

Все было значительно проще. Этот противник собирался выдержать любой удар. А затем просто задавить своей физической мощью.

Максим слегка прищурился. Он внимательно осматривал каменные пластины. Каждый стык. Каждую трещину. Каждый участок тела. Слишком уж часто подобные противники казались неуязвимыми только до тех пор, пока не находилось слабое место.

“Интересно...”

Его взгляд задержался на груди. Затем переместился к плечам. Потом — к шее. После этого — к коленям.

“Нет.”

Все выглядело очень грамотно. Каменные пластины перекрывали друг друга. Причем так, что удары под прямым углом приходились именно по самым толстым участкам.

“Кто бы его ни создавал... Или кем бы он ни стал... Он хорошо понимает собственные сильные стороны.”

Тем временем каменный гигант вновь заговорил.

— Ты... — Грохот голоса эхом ударил по стенам. — Пользуешься...

Он медленно ударил себя кулаком в грудь. Раздался звон, словно столкнулись два огромных колокола.

— Палкой...

Еще удар.

— Попробуй...

Еще один.

— Сломать...

И последний. Самый сильный.

— Гору.

От этого удара даже воздух дрогнул. Толпа тёмных миров буквально взревела.

— Раздави его!

— Пусть попробует!

— Его палка сломается после первого удара!

— Теперь ему конец!

— Наконец-то достойный противник!

Даже среди зрителей светлых миров многие заметно нахмурились. Теперь перед Максимом действительно стоял крайне неудобный соперник. До этого он побеждал быстрыми, точными, смертельными ударами. Но если противник способен выдержать подобный удар... Ситуация могла резко измениться.

Всё это время Королева Крови молча наблюдала за происходящим. Ее алые глаза ни на миг не отрывались от юноши. Остальные представители темных миров уже были почти уверены, что сейчас наконец увидят смерть этого странного мальчишки. Она же... Не испытывала подобной уверенности. Наоборот. Что-то внутри нее становилось все тревожнее. Она уже трижды видела, как этот юноша делал именно то, чего никто не ожидал. Именно поэтому сейчас ее интересовал вовсе не каменный гигант. Она внимательно следила за лицом Максима. И именно это настораживало сильнее всего. Он... Совершенно не выглядел человеком, который оказался перед непреодолимой преградой. Не было напряжения. Не было сомнений. Не было даже раздражения. Он просто... Думал. Спокойно. Холодно. Будто перед ним находилась очередная задача, решение которой он уже начал просчитывать. И почему-то именно это спокойствие заставило сердце Королевы Крови вновь едва заметно сжаться. Она уже начинала понимать одну простую вещь. Самыми опасными противниками далеко не всегда оказываются самые сильные. Иногда куда страшнее тот, кто ни на мгновение не перестает думать.

В ответ на всё это парень только коротко, почти незаметно усмехнулся. Уголок его губ едва дрогнул. После чего он спокойно развернулся и снова направился к центру арены. Шаг. Ещё один. Неторопливо. Будто возвращался не на смертельный поединок, а на обычную тренировочную площадку Академии. Стоило ему сделать несколько шагов, как со стороны команды светлых миров сразу послышались встревоженные голоса.

— Мин-сок!

— Не торопись!

— Будь осторожен!

Одна из девушек даже сделала полшага вперед, словно собираясь вновь начать спорить с ним прямо сейчас. Ещё одна крепко сжала ладони. Третья вообще нахмурилась настолько сильно, что между бровями пролегла тонкая складка. Все они уже видели три его победы. Но именно это сейчас их и беспокоило. Каждый следующий противник был сильнее предыдущего. И темные миры уже перестали воспринимать мальчишку как случайность. Теперь они действительно пытались его убить. Максим, даже не оборачиваясь полностью, лишь слегка поднял свободную руку. Спокойно. Небрежно. Махнул ею через плечо. Жест получился настолько естественным, будто он говорил:

— Все нормально. Не переживайте. Я скоро вернусь.

Этого оказалось достаточно. Девушки переглянулись. Они прекрасно понимали, что сейчас уже ничего изменить нельзя. Если он принял решение, спорить бесполезно. Оставалось только надеяться.

Сам же Максим уже полностью переключился на будущего противника. Все внешние звуки начали постепенно исчезать. Крики трибун. Возгласы темных… Перешептывания зрителей… Даже тяжелое дыхание стоявшего напротив гиганта. Все это превратилось в едва различимый фон. Сознание привычно сосредоточилось только на одном. Анализ. Его незримые нити Инь уже давно окутали практически всю арену. Никто их не видел. Никто даже не подозревал об их существовании. Они медленно скользили по поверхности камня. Проникали в мельчайшие трещины. Ощупывали пространство подобно бесчисленным чувствительным усикам. И сейчас именно они начали приносить первую действительно интересную информацию.

“Так... — Максим мысленно прищурился. — Вот оно.”

Практически сразу после выхода на арену каменный гигант начал незаметно работать техникой. Со стороны казалось, что он просто стоит. Неподвижно. Однако нити Инь отчетливо ощущали происходящее. Из-под его ног в толщу камня медленно уходили плотные потоки энергии. Они не распространялись хаотично. Наоборот. Двигались удивительно упорядоченно. Тонкими линиями. Разветвляясь. Пересекаясь. Соединяясь между собой. Через несколько мгновений Максим уже видел целую сеть. Она расползалась по всей арене. Напоминала огромную паутину. Нет. Скорее корневую систему гигантского дерева. Или...

“Змеи...”

Именно это сравнение оказалось наиболее точным. Темные энергетические жилы извивались под поверхностью камня. Медленно ползли вперед. Сворачивались кольцами. Замирали. Потом двигались дальше.

“Интересно...”

Максим продолжал наблюдать. Каждая такая линия была наполнена тяжелой стихией Земли. Но не обычной. Она ощущалась... Искаженной. Словно кто-то смешал чистую силу земли с демонической энергией. От этого она стала значительно плотнее. Жестче. Агрессивнее. Казалось, сама порода под ареной постепенно превращалась во что-то живое. Через несколько секунд картина стала почти полной.

“Понятно.”

Теперь все окончательно встало на свои места. Противник вовсе не собирался просто принимать удары. Он готовил всю арену. Каждый участок пола постепенно становился частью его техники. Стоило врагу наступить в нужную точку... И энергия мгновенно вырвалась бы наружу. Возможно, в виде каменных копий. Или шипов. Или ударной волны. Максим пока не видел конечной формы. Но прекрасно чувствовал сам принцип.

“Он заранее расставляет ловушки. Интересно... Очень даже интересно.”

Он мысленно представил себе всю арену сверху. Линии силы постепенно складывались в сложную схему. Некоторые участки уже были полностью подготовлены. Другие только заполнялись энергией. Третьи соединяли между собой несколько отдельных узлов.

“Фактически... Он минирует поле боя.”

Именно так. Невидимые мины. Только вместо взрывчатки — чудовищно уплотненная энергия Стихии Земли. Любой неверный шаг. И... Максим даже не сомневался, что последствия будут весьма неприятными. Именно в этот момент ему в голову пришла неожиданная мысль. Настолько простая. Что он едва не остановился прямо посреди арены. А затем... Чуть не рассмеялся. Не усмехнулся. Именно расхохотался. Пришлось даже слегка прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы удержать лицо совершенно спокойным.

“Вот ведь... Красиво придумал. Но... Только против тех, кто стоит на земле.”

Он еще раз внимательно ощупал пространство нитями Инь. Нет. Ошибки не было. Все плетение буквально цеплялось за поверхность арены. Оно использовало сам камень. Каждая линия силы проходила именно внутри него. Ни одна из них не поднималась выше. Воздух оставался совершенно свободным.

“То есть... Если противник не касается земли... Большая часть его преимуществ просто исчезает.”

Мысль была настолько очевидной, что Максим даже покачал головой.

“Хорошая техника. Очень опасная. Но слишком специализированная.”

Он машинально посмотрел на собственный черный посох. Тот спокойно лежал в руке. Матовая поверхность привычно поглощала свет. И тут же в голове сложился еще один кусочек будущего плана.

“Ну конечно...”

Он ведь совершенно не обязан демонстрировать собственный полет. Все вокруг уже успели убедить себя в том, что этот посох является каким-то редчайшим артефактом. Особенно после того, как тот самостоятельно вернулся к нему в предыдущем бою. Теперь подобная мысль только укрепилась. Никто даже не станет искать другое объяснение.

“Если... Я просто поднимусь вместе с посохом... Все решат... Что летает именно артефакт.”

Максим мысленно усмехнулся. Причем усмешка получилась уже значительно шире. Настолько, что ему снова пришлось взять себя в руки. На самом же деле все выглядело бы совершенно иначе. Лететь собирался он сам. При помощи собственной ауры. Посох же был нужен лишь как удобная опора. И красивая декорация. Со стороны будет казаться, будто древний артефакт удерживает хозяина в воздухе. На самом же деле все окажется наоборот. Это хозяин будет удерживать артефакт. Причем настолько естественно, что никто даже не задумается. Особенно после всего увиденного ранее.

“Прекрасно. Пусть продолжают думать, что я всего лишь удачливый Да Доу Ши. Чем дольше они заблуждаются... Тем лучше для меня.”

Если план сработает, каменный гигант окажется в крайне неудобном положении. Вся подготовленная им сеть останется далеко внизу. Ему придется либо срочно менять тактику, либо каким-то образом самому подниматься в воздух. А вот способен ли он на это... Максим пока сильно сомневался. Земля редко любит отпускать тех, кто полностью доверил ей свою силу.

Добравшись до своей отметки, он спокойно остановился. Черный посох мягко коснулся каменного пола. Напротив, тяжело переступая с ноги на ногу, уже ожидал каменный исполин. Под его ступнями едва заметно продолжали расходиться невидимые большинству зрителей линии демонической силы.

Максим же лишь спокойно посмотрел сначала на противника, затем перевел взгляд на судью. Лицо его оставалось совершенно невозмутимым. Со стороны могло показаться, что он просто терпеливо ожидает удара гонга. Но на самом деле в этот момент он уже завершал последние приготовления. План боя был выстроен. Оставалось только проверить, насколько верными окажутся его расчеты. Гонг ударил неожиданно резко. Глубокий, густой звук прокатился над всей ареной, многократно отражаясь от древних стен.

— БОООООМ!

Эхо этого удара по древнему гонгу ещё не успело стихнуть. А каменный гигант уже начал движение. Никаких выкриков. Никаких угроз. Никаких красивых поз. Он сразу перешел к делу. Его огромные бугристые руки одновременно рванулись вперед. Каменные пальцы широко раскрылись. По всему телу исполина вспыхнули алые прожилки, пробегающие между каменными пластинами. На одно короткое мгновение показалось, будто вся эта живая гора раскалилась изнутри.

— ГРРРРХ!!

Низкий рев прокатился по арене. И в тот же миг вся заранее подготовленная сеть ожила. Максим почувствовал это еще раньше, чем увидел. Нити Инь буквально закричали. Все линии силы, которые противник так старательно прокладывал под поверхностью арены, одновременно вспыхнули. Энергия рванула вперед. Мгновенно. Без малейшей задержки. Она неслась по заранее подготовленным каналам так быстро, что обычный культиватор даже не успел бы осознать происходящее. Именно туда. В ту точку. Где секунду назад спокойно стоял Максим. С четырех разных направлений. Словно четыре чудовищных подземных зверя одновременно бросились к одной добыче.

БУУУУМ!!

Камень буквально взорвался. Из поверхности арены с оглушительным грохотом вырвались четыре исполинских каменных шипа. Нет. Шипами назвать их было слишком просто. Каждый представлял собой настоящий утес. Острые, как копья. С зазубренными краями. Толщиной с вековое дерево. Они вылетели под углом. Навстречу друг другу. Будто четыре гигантские каменные челюсти. Словно сама земля решила сомкнуть пасть. Все произошло настолько быстро, что большинство зрителей даже не успели увидеть самого движения. Только... Грохот. Вспышку. Облако каменной пыли. Четыре каменных клыка с чудовищной силой столкнулись в самом центре.

— БААААМ!!!

Удар оказался настолько мощным, что по всей арене прокатилась дрожь. Во все стороны ударной волной полетели обломки. Снопы ярких искр ослепительно вспыхнули между сталкивающимися каменными массами. Крупные куски породы разлетались подобно ядрам катапульт. Некоторые из них ударились о защитный барьер вокруг площадки, оставляя на нем яркие круги ряби. Зрители на первых рядах инстинктивно отшатнулись. Даже несмотря на защиту. Мощь удара впечатляла. Темный гигант уже начал медленно расплываться в довольной ухмылке. Подобная атака не оставляла практически никаких шансов. Даже если цель успевала заметить опасность. Уйти сразу от четырех сходящихся ударов было почти невозможно. Но... Пыль постепенно начала оседать. И… Парня там уже не было. На секунду над ареной повисла странная тишина. Даже темные зрители невольно начали искать глазами тело мальчишки. Где? Куда он исчез? Первым голову поднял судья. За ним — ближайшие наставники. Потом остальные. И спустя одно мгновение... По трибунам прокатилась новая волна удивления. Высоко над ареной. Почти на уровне верхней кромки защитного барьера. Совершенно спокойно зависла тонкая человеческая фигура.

Максим… Стоял… На своем длинном черном посохе. Полы его одежды едва заметно колыхались от потоков воздуха. Длинные волосы слегка качнулись. Сам же парень выглядел настолько спокойным, будто вовсе не участвовал в смертельном поединке. Он просто стоял. Высоко над землей. Словно это было самым естественным занятием на свете. В действительности все было куда сложнее. Плотная аура уже привычно удерживала его тело в воздухе. Она работала мягко. Почти незаметно. Без единого лишнего всплеска. Чёрный же посох под ногами удерживали несколько усиленных нитей Инь. Настолько тонких и незаметных, что никто из присутствующих не мог даже заподозрить их существование. Со стороны создавалось совершенно логичное впечатление. Редкий артефакт. Способный летать. Ничего необычного. Особенно для столь странного оружия, которое уже успело самостоятельно возвращаться к своему хозяину. Именно такого объяснения сейчас придерживалось большинство зрителей.

Именно этого парень и добивался. Внизу каменный гигант медленно поднял голову. И его красные глаза вспыхнули еще ярче. Он явно не ожидал подобного развития событий. Его техника... Его тщательно подготовленная сеть... Его главное преимущество... Всё это только что оказалось бесполезным. Максим же лишь спокойно посмотрел вниз. Коротко оценил расположение новых энергетических линий. И окончательно убедился в том, что оказался прав. Всё это огромное плетение противника было намертво привязано к поверхности арены. До высокого положения в воздухе оно попросту не доставало.

Именно в этот момент трибуны словно взорвались. Со стороны представителей тёмных миров раздался настоящий рев ярости.

— Трус!

— Спускайся вниз!

— Хватит прятаться за своим артефактом!

— Жалкий человечишка!

— Дерись честно!

— Ты боишься!

Некоторые уже откровенно выкрикивали проклятия. Другие требовали запретить использование подобных артефактов. Третьи просто бессильно рычали от злости. Для них происходящее выглядело настоящим издевательством. Их четвертый представитель вновь начал бой с мощнейшей атаки. И вновь... Промахнулся. Зато трибуны светлых миров ответили практически сразу. Причем значительно громче.

— Молодец!

— Так его!

— Опять не попали!

— Что же это за великий мастер Стихии Земли, который не может достать одного мальчишку?

— Может, ему ещё немного времени дать подготовиться?

— Или всю арену заново перекопать?

В ответ на эти слова раздался дружный смех. Кто-то даже откровенно захлопал в ладоши. Несколько молодых учеников уже без всякого стеснения начали отпускать колкие замечания в сторону представителей темных миров. После трех предыдущих побед настроение светлой стороны заметно изменилось. Исчезло напряжение. Появилась уверенность. А теперь к ней добавилось еще и чувство превосходства.

— Вы же говорили, что он самый слабый!

— И где ваша великая сила?

— Уже четвертый ничего сделать не может!

— Может, вы прислали не лучших? А самый… мусор!

С каждой новой репликой лица представителей тёмных миров становились все мрачнее. Некоторые наставники уже едва сдерживали ярость. Но возразить им было нечего. Все происходило на глазах у тысяч зрителей. И факты были слишком очевидны. Четвертый поединок только начался. А их представитель уже лишился главного преимущества, даже не сумев задеть своего противника.

Высоко над ареной Максим по-прежнему сохранял невозмутимое выражение лица. Словно шум трибун вообще его не касался. Он не обращал внимания ни на насмешки светлых, ни на яростные крики темных. Его взгляд был прикован только к каменному исполину. Сейчас он терпеливо ждал. Потому что понимал, что теперь наступал самый важный момент. Его новый противник только что убедился в том, что его заранее подготовленная ловушка не сработала. А значит, сейчас он будет вынужден показать, что ещё скрывает в своем арсенале.

Некоторое время Максим просто продолжал спокойно стоять в воздухе, словно происходящее внизу совершенно его не касалось. Черный посох неподвижно зависал под его ногами. Полы одежды тихо колыхались. Со стороны все выглядело так, будто юноша просто выжидает. Но в действительности его разум сейчас работал с предельной скоростью.

Внутри кровавого тумана пространство давно перестало быть обычным полем боя. Оно стало слоёным. Снизу — камень арены, пропитанный остаточной силой плетений. Сверху — густая багровая дымка, живая, движущаяся, реагирующая на каждую мысль хозяйки. И между ними — Максим. Он не “стоял” в этом пространстве в привычном смысле. Он удерживал его на расстоянии от себя.

Заранее подготовленный им для этого представления кристалл Чистой Инь в его руке едва заметно пульсировал. Холодный. Чистый. Собранный. Он не излучал силу наружу — он формировал внутренний центр давления. Именно вокруг него и начал складываться иллюзорный “столб прорыва”. Не настоящий. Но достаточно правдоподобный, чтобы обмануть восприятие даже тех, кто наблюдал через духовные техники.

Сначала Максим позволил энергии подняться вверх. Медленно. Ровно. С характерной нестабильностью, которую всегда сопровождает прорыв культиватора. Снаружи это выглядело идеально. Внутри — это был расчёт. Когда первые нити Кровавого Тумана коснулись его “столба”, произошло ожидаемое. И одновременно — неожиданное для Королевы Крови. Контакт. Чистая Инь не оттолкнула кровь. И не разрушила её. Она… впиталась. Как яд, который не убивает сразу, а переписывает саму структуру этой техники. Кровавое плетение дрогнуло. И впервые за весь бой изменило характер. Оно стало менее “чужим”. Менее “агрессивным”. И более… Связанным. Словно само начало искать форму, в которую может встроиться.

Но сейчас Максим не дал ему распасться. Он продолжил вращение. Вокруг его тела сформировался плотный кокон из силы Инь. Холодный, почти прозрачный в духовном восприятии. Он не блокировал кровь напрямую. Он создавал слой несовместимости. И Кровавый Туман, вместо того чтобы рвать этот барьер, начал… Скользить по нему. Повторять движение. И втягиваться в его вращение.

Со стороны это выглядело пугающе. Багровая дымка и тёмная Инь-структура внутри неё начали синхронизироваться. Два вихря. Один внешний — кровавый. Один внутренний — холодный, почти чёрный. И между ними не было столкновения. Было согласование. Словно две системы начали временно подстраиваться друг под друга.

— Он… не ломается… — прозвучало где-то на трибунах.

— Туман не убивает его?!

— Почему он стабилен внутри?!

— Это невозможно!

Королева Крови это почувствовала первой. Её контроль всё ещё работал. Но уже не так, как раньше. Кровь больше не подчинялась мгновенно. Она “задерживалась” в исполнении приказов своей хозяйки. Как будто ей самой приходилось выбирать направление. И в этом выборе уже участвовало что-то ещё. Чужое.

Максим же, удерживая иллюзию прорыва, спокойно завершил расчёт. Ему нужно было время. И он получил нужное ему время. Так что больше он не собирался тянуть. Кристалл Инь резко вспыхнул. Столб прорыва внутри тумана начал разрушаться. Не плавно. Не постепенно. А как обрыв конструкции, которая больше не нужна. И в тот же момент он отпустил удержание.

Сила Инь взорвалась наружу. Не как техника. А как выброс давления. Как удар пространства, лишённого ограничений. Кровавый Туман не успел перестроиться. Он был разорван. Не рассечён. Не рассеян. А буквально раздвинут в стороны волной чистой Инь-силы. Алые нити на мгновение потеряли структуру. И вся арена увидела вспышку. Холодную. Белёсую. Слишком резкую для этого мира. Ударная волна прошла по поверхности арены. Даже древний камень застонал. Не разрушился полностью, но пошёл мелкой рябью трещин, как вода от камня, брошенного в пруд.

И тогда он увидел её. Королеву Крови. Она всё ещё пыталась держать защиту. Кровавый щит, созданный в спешке, дрожал, не выдерживая давления. И в следующий миг он столкнулся с волной Инь. Щит не “лопнул”. Он рассыпался. Словно был не техникой, а стеклом, которое внезапно потеряло структуру.

Этим ударом Королеву отбросило назад. Слишком резко её защита подверглась нагрузке, и банально лопнула. Всё произошло слишком сильно. Её тело ударилось о каменное ограждение арены с глухим, тяжёлым звуком. На мгновение весь шум трибун как будто исчез. Она не поднялась сразу. Лишь медленно осела вниз, опираясь на разрушенный остаток барьера. Кровавые нити вокруг неё погасли. Контроль над техникой исчез полностью.

А Максим, стоя в разорванном остатке кроваво-чёрной дымки, просто выровнял дыхание. Без лишних движений. Без демонстрации победы. Словно только что завершил не смертельный бой, а очередной этап, который должен был закончиться именно так. Слова судьи повисли над ареной, как тяжелая, почти физическая тишина. Он говорил спокойно — слишком спокойно для того, что только что произошло:

— Противник побеждён, но… не добит… По правилам арены его жизнь, имущество и право на дальнейшее распоряжение переходят победителю.

И только после этого будто щёлкнуло что-то в сознании зрителей. Сначала ответом на эти равнодушные слова было молчание. Плотное, вязкое, как тот самый туман, что ещё недавно разрывала арена. Потом по трибунам пошли первые движения… Кто-то резко подался вперёд… Кто-то неуверенно рассмеялся… Кто-то наоборот замер, будто пытаясь понять, не показалось ли…

Проблема была не в том, что победил кто-то слабый. Проблема была в другом.Он не выглядел уставшим. Вообще. Парень с чёрным посохом стоял в центре арены так, словно только что закончил тренировочный спарринг, а не прошёл бой с существом, которое почти превратило себя в стихию и командную боевую систему, и не пережил при этом прямой контакт с Кровавым Туманом.

И самое неприятное для наблюдателей — его аура. Она больше не была “скрытой”. Теперь она раскрылась ровно настолько, чтобы её можно было увидеть всем, кто хоть немного понимал, что смотрит. И это был уровень… Доу Лин. Минимум второй звезды… И это после боя. После прорыва. После давления… крови… техники… убийства и контрмер… На трибунах тёмных миров пошёл рваный гул. И это уже были не насмешки, а раздражение, смешанное с тревогой. Кто-то резко перестал улыбаться. Кто-то начал быстро что-то обсуждать, жестами показывая на арену.

А со стороны светлых миров сначала наступила та же тишина… А потом она начала ломаться. Сначала один короткий смешок. Потом второй. И наконец — волна уже не сдерживаемого облегчённого шума, почти радости, как будто напряжение последних боёв наконец нашло выход.

Но Максим этого почти не слышал. Он стоял, слегка повернув голову, и смотрел на бесчувственное тело противницы. И именно в этот момент судья добавил, не меняя тона:

— Повторяю. Так как противник не был уничтожен, он считается пленённым. Победитель вправе распорядиться его судьбой.

Эти слова снова прошлись по арене, но уже иначе. Теперь внимание всех резко сместилось обратно. На парня. На его решение. На ту секунду, в которой обычно и проявляется настоящая разница между бойцом и тем, кто просто выживает.

Максим не спешил. Он слегка опустил посох, и взгляд его скользнул к лежащей девушке. Королева Крови. Опасная. Жёсткая. И — что было куда важнее — не пустая внутри. Она дралась не из хаоса и безумия, как многие из тёмных. Она просчитывала, давила, адаптировалась. Даже сейчас, проиграв, её техника была не сломана — просто подавлена.

Он видел таких противников. И знал, чем они опасны в долгую. Добить — проще всего. И это было бы самым “чистым” решением с точки зрения безопасности. Отпустить — значит оставить узел, который может снова затянуться на горле позже… А вот оставить живой, но в плену… Это уже требовало контроля. Ресурсов. И постоянного внимания.

Парень чуть наклонил голову, как будто прислушиваясь к чему-то внутри себя — не к эмоциям даже, а к расчёту. Память о чужих ошибках всплыла не как мораль, а как схема. Один выживший враг, которого недооценили, способен изменить гораздо больше, чем десяток убитых. Но и другое было очевидно. Она не была безумной. Она не бросалась на него без анализа. Она использовала всё, что могла, до последнего. И проиграла не потому, что была слабой — а потому что он оказался быстрее в решении. И имел в запасе весьма серьёзный сюрприз. Это уже было редкостью.

Он медленно выдохнул. Пальцы чуть сжали древко посоха. И, наконец, сделал шаг вперёд — не как к добиванию, и не как к уходу. Скорее как к решению, которое ещё не произнесено вслух, но уже принято внутри. Трибуны снова замерли в ожидании. Потому что в этот момент всем стало ясно, что следующий удар — если он будет — не будет боевым.

Всё это ожидание и эмоции зрителей уже ощутимо давили на парня, но он всё равно не отвечал сразу. Стоя в самом центре восстановленной арены, он молча смотрел на лежащую без сознания девушку. После мощного выброса энергии Инь она по-прежнему не приходила в себя. Ее грудь едва заметно поднималась, дыхание было ровным, но крайне слабым. Кровь, которой она совсем недавно управляла с поразительным мастерством, теперь тонкими темными полосами растекалась по камню вокруг нее, уже не подчиняясь ничьей воле.

Вокруг царила почти абсолютная тишина. Тысячи зрителей ждали. Даже представители темных миров перестали выкрикивать угрозы. Ведь сейчас все понимали одно. Сейчас решается судьба одного из сильнейших бойцов их команды. Судья терпеливо ожидал ответа.

Максим наконец поднял голову.

— Убивать ее... не вижу смысла. — По трибунам пробежал удивленный шум.— Отпускать тоже не собираюсь.

Теперь уже зашептались обе стороны. А парень спокойно продолжил:

— Слишком опасный противник. Если отпустить ее сейчас, нет никаких гарантий, что позже нам снова не придется встретиться. А второй раз рассчитывать на такое же стечение обстоятельств было бы просто глупо.

Он говорил совершенно спокойно. Без злобы. Без желания унизить проигравшего противника. Словно объяснял обычный расчет.

— Но и просто держать такого человека пленником бессмысленно. — Максим слегка нахмурился. — Обычные цепи бесполезны. Клетка тоже. Клятва крови... если она сама владеет искусством крови настолько хорошо, то наверняка сумеет найти способ обойти подобные ограничения.

Он ненадолго замолчал.

— Поэтому я не понимаю, каким образом вообще можно удержать подобного мастера.

Лишь теперь древний судья впервые за долгое время проявил нечто похожее на легкое одобрение. Его огромные древесные веки медленно приоткрылись. И в глубоких, похожих на отполированный янтарь глазах мелькнул спокойный свет.

— Разумный вопрос. — Его голос напоминал шелест тысячелетнего леса.— Многие задавали его прежде.

Он медленно поднял одну из своих огромных ветвистых рук. Из переплетения коры между длинными древесными пальцами показался небольшой цветок. Он был совсем крошечным. Неярким. Белые лепестки словно были вырезаны из тончайшей древесины, а в самой сердцевине мерцала золотистая капля нектара. От цветка исходило удивительное ощущение спокойствия. Ни силы. Ни угрозы. Лишь какая-то древняя, почти забытая природная гармония. Даже самые могущественные мастера на трибунах мгновенно затихли. Некоторые представители старших поколений представителей светлых миров резко побледнели. Один из них едва слышно прошептал:

— Неужели...

Другой лишь молча кивнул. А судья осторожно сорвал цветок. Едва он коснулся его пальцами, с лепестков поднялась едва заметная серебристая пыльца. Она медленно опустилась на лицо потерявшей сознание девушки. Эта пыльца не обжигала. Не причиняла боли. Она просто исчезала, едва касаясь кожи. В тот же миг золотистую каплю нектара судья протянул Максиму.

— Выпей.

Парень даже не стал задавать лишних вопросов. Если уж это странное существо, которому доверяли судейство бесчисленных турниров на протяжении тысячелетий, решило помочь, то причин для сомнений он сейчас просто не видел.

Он спокойно принял каплю. Нектар оказался удивительно прохладным. Почти безвкусным. Но едва он коснулся языка, по всему телу словно прошла мягкая волна свежести. Не усиливающая. Не ослабляющая. Лишь оставляющая ощущение необычайной ясности сознания. Через несколько секунд это чувство бесследно исчезло. Будто ничего и не произошло. Судья же, всё также спокойно, произнес:

— Связь установлена.

Максим вопросительно посмотрел на него. А Древень пояснил тем же ровным голосом:

— Пока существует твоя добрая воля, она не сможет сознательно причинить тебе вред. Не сможет ослушаться прямого приказа. Не сможет использовать собственную силу против тебя.

На трибунах снова поднялся гул. Судья продолжал так же спокойно:

— Однако эта связь не является вечной.

Он перевел взгляд на Максима.

— Если однажды ты добровольно решишь полностью освободить ее... — Он сделал небольшую паузу.— Без принуждения. Без воздействия извне. Без какого-либо внушения. Тогда тебе достаточно будет произнести это вслух. И связь исчезнет. Навсегда.

После такой своеобразной инструкции, Максим несколько секунд молчал. Потом коротко кивнул.

— Понятно. Спасибо.

Судья удовлетворенно наклонил голову.

— Тогда решение считается принятым.

Практически сразу несколько служителей арены осторожно подошли к девушке. Никто не пытался обращаться с ней грубо. Они аккуратно подняли её и понесли вслед за Максимом, который уже направлялся к выходу с арены. Все происходило настолько буднично, словно подобные решения принимались здесь уже бессчетное количество раз.

Но именно это спокойствие производило самое сильное впечатление. Со стороны представителей тёмных миров словно прокатилась невидимая волна. Лица многих исказились. Кто-то резко вскочил со своего места… Кто-то бессильно сжал кулаки… Некоторые откровенно не верили собственным глазам… Судя по всему их потрясла не столько сама потеря ещё одного, хотя и очень сильного бойца. К этому они были готовы. На подобных турнирах погибали постоянно. Нет. Сейчас их больше всего потрясло другое. Представитель светлых миров не убил побежденного врага. Не отпустил. Не потребовал выкуп. Не ограничился каким-нибудь символическим обязательством вроде отказа от дальнейшего участия в турнире.

Он воспользовался своим правом победителя и оставил противницу при себе как собственность. Подобный поступок они привыкли считать характерным именно для своих миров. Именно так обычно поступали мастера тёмных сил, демонстрируя полную власть над побежденными. Увидеть подобное со стороны противника оказалось неожиданно даже для них. Потом по рядам представителей тёмных миров прокатились возмущенные выкрики.

Однако ни один не рискнул нарушить решение судьи. Потому что каждый присутствующий прекрасно понимал одно простое правило этого места. Пока древний судья признавал решение соответствующим установленным законам арены, спорить с ним не осмеливался никто. И именно это молчаливое бессилие сейчас раздражало представителей тёмных миров куда сильнее, чем само поражение.

Максим спокойно сошел с арены. За его спиной служители несли все ещё находившуюся без сознания Королеву Крови, а по обе стороны дорожки зрители невольно расступались, провожая взглядом совсем молодого парня с длинным черным посохом. Теперь никто уже не смеялся. Никто не называл его ребенком. Даже те представители темных миров, которые совсем недавно открыто насмехались над ним, теперь лишь молча следили за каждым его шагом.

Сам же парень выглядел так же спокойно, как и раньше. Только если присмотреться внимательнее, можно было заметить одну особенность. Его аура. Она словно продолжала жить собственной жизнью. То становилась плотнее. То слегка ослабевала. По ее поверхности проходили легкие волны, будто энергия внутри тела еще никак не могла окончательно успокоиться после столь стремительного прорыва. Для любого опытного культиватора подобная картина выглядела совершенно естественно.

Всё это были последствия прорыва. Нестабильные меридианы. Ядро еще окончательно не закрепилось. Энергия гуляет по организму. Все именно так и должно выглядеть. И именно поэтому никто не обратил внимания на одну маленькую деталь.

Все эти колебания были слишком… правильными. Слишком ритмичными. На самом деле Максим собственноручно гонял энергию по меридианам, заставляя ауру выглядеть нестабильной.

Он прекрасно понимал, что тысячи глаз продолжают наблюдать за ним. Пусть наблюдают. Пусть увидят именно то, что должны увидеть. Человека, который едва пережил прорыв. А не того, кто только что сознательно разыграл перед всей ареной сложную комбинацию. Едва он подошел к своим, как три девушки практически одновременно бросились ему навстречу.

— Мин-сок!

— Ты в порядке?!

— Дай посмотреть!

Одна сразу схватила его за руку, проверяя пульс духовной силы. Другая уже вытаскивала из пространственного браслета сразу несколько небольших нефритовых пузырьков. Третья и вовсе успела достать две пилюли разных цветов.

— Быстро! — Она буквально попыталась вложить их ему в ладонь. — Это для стабилизации ядра!

— А это для меридианов!

— И вот еще эликсир!

— Выпей немедленно!

Максим даже моргнуть не успел, как вокруг него образовалась настоящая суета.

— Подождите... Не сейчас... Со мной...

Но договорить ему попросту не дали.

— Не спорь!

— Ты только что прошел прорыв прямо во время боя!

— Ты хоть понимаешь, насколько это опасно?!

Одна уже открывала пузырек с лекарством. Другая внимательно всматривалась в его ауру. Третья проверяла дыхание. Будто перед ними находился тяжело раненный человек. В ответ на всё это Максим лишь беспомощно вздохнул. Именно в этот момент вперед быстрым шагом подошла молодая наставница. Её обычно спокойное лицо сейчас было настолько мрачным, что окружающие невольно расступились. Она несколько секунд молча смотрела ему прямо в глаза. Потом глубоко вдохнула. И неожиданно довольно резко произнесла:

— Ты вообще понимаешь, что сегодня натворил?

Максим уже догадался, что сейчас последует.

— Наставница, я...

— Нет! — Она сразу перебила его. — Сначала ты добровольно выходишь против противников, которые были заведомо сильнее тебя. Потом каким-то невероятным образом переживаешь Кровавый Туман. После этого устраиваешь прорыв прямо во время смертельного поединка!

Она буквально всплеснула руками.

— Ты хоть представляешь, насколько это безумно?

Максим виновато потер затылок.

— Честно говоря... я и сам не совсем понял, что произошло...

На него сразу уставились сразу несколько пар глаз. А парень просто пожал плечами.

— Возможно... — Он старательно сделал вид, будто подбирает слова. — Возможно, энергия ее техники каким-то образом вошла в резонанс с моей энергией Инь.

Он задумчиво посмотрел на собственную ладонь.

— После этого все словно само... Началось. Я уже ничего не мог остановить.

Наставница недоверчиво прищурилась.

— Резонанс?

Максим спокойно кивнул.

— Другого объяснения у меня пока нет.

Он говорил настолько естественно, что даже сам почти поверил в собственную версию.

— Её техника была очень необычной. Возможно, именно поэтому произошло наложение энергий... И дальше все вышло из-под контроля.

Слушая всё это, девушки растерянно переглянулись. Подобное действительно иногда случалось. Крайне редко. Практически никогда. Но полностью исключить подобную возможность тоже было нельзя. Молодая наставница еще некоторое время внимательно смотрела на него.

Потом тяжело выдохнула.

— Все равно. — Она покачала головой. — Даже если это правда... Ты невероятный глупец.

Максим виновато улыбнулся.

— Возможно.

— Не "возможно"! — Она ткнула пальцем ему почти в грудь. — А именно глупец! Кто вообще проходит прорыв прямо во время смертельного боя?! Ты хоть представляешь себе то, что было бы, если бы противница успела добраться до тебя именно во время прорыва?

Максим лишь развел руками.

— Не представляю...

И это было почти правдой. Вот только настоящую причину он назвать не мог. Потому что её не должен был знать вообще никто. Если бы он победил Королеву Крови, оставаясь официально мастером уровня Да Доу Ши, то вопросов к нему возникло бы гораздо больше, чем сейчас.

Слишком опытные мастера сидели сейчас на трибунах. Они прекрасно понимали разницу между Да Доу Ши и Доу Лин. Такую пропасть нельзя было просто перепрыгнуть за счет таланта. Нельзя было объяснить удачей. Нельзя было списать на случайность. Даже его предыдущие победы уже вызывали удивление. Но они хотя бы выглядели возможными. Кукловод… Летающий противник… Темный мастер с демоническими лентами… Даже владеющий Стихией Земли… Везде можно было найти объяснение. Тактика… Расчет… Неожиданность…

Однако Королева Крови... Она сражалась совершенно иначе. Она не недооценивала его. Не играла. Не совершала грубых ошибок. Если бы он одолел такого противника, не казав при этом нового уровня силы, подозрения появились бы у каждого, кто хоть немного разбирался в культивации. Даже древний судья наверняка заинтересовался бы подобным несоответствием.

В этот момент Максим невольно перевел взгляд в сторону огромной древесной фигуры. Судья как раз спокойно наблюдал за следующими приготовлениями к турниру. Со стороны могло показаться, что Древень вообще не обращает внимания на происходящее вокруг. Но почему-то у парня возникло совсем другое ощущение. Ему почему-то показалось, что это древнее существо прекрасно видело всё. И его тщательно разыгранный “прорыв”. И искусственно созданную нестабильность ауры. И даже то, что никакого настоящего хаоса внутри меридианов сейчас уже не существовало.

Однако судья ничего не сказал. Не задал ни одного вопроса. Не сделал ни одного замечания. Словно подобные маленькие человеческие хитрости были для него не более чем детской игрой. Так взрослый человек спокойно наблюдает, как дети строят песчаную крепость, всерьез считая ее неприступной. Эта мысль заставила Максима внутренне улыбнуться.

“Если он действительно все понял... значит, решил промолчать. Скорее всего, это не является нарушением правил этого турнира. А это уже само по себе дорогого стоит.”

Впрочем, сейчас куда сложнее было отбиться не от противников с арены, а от трех встревоженных девушек, которые продолжали настойчиво убеждать его принять еще одну укрепляющую пилюлю. И всё “на всякий случай”. Над огромной ареной постепенно воцарилась совершенно иная атмосфера. Ещё совсем недавно здесь гремели насмешки. Представители темных миров громко спорили, перекрикивали друг друга, отпускали колкие замечания в адрес светлых миров, открыто смеялись над тем самым мальчишкой с черным посохом, которого сочли едва ли не случайно попавшим на турнир ребенком.

Теперь же все изменилось. Настолько резко, что эта перемена ощущалась почти физически. Со стороны тёмных миров наступило тяжелое молчание. Не абсолютное. Иногда то тут, то там еще слышались раздраженные выкрики. Кто-то продолжал обвинять погибших бойцов в глупости. Кто-то яростно требовал реванша. Кто-то пытался уверять окружающих, что все произошедшее — лишь нелепая случайность. Но подобных голосов становилось все меньше. Потому что случайностью невозможно было объяснить пять подряд выигранных поединков. Нельзя назвать удачей уничтожение кукловода. Нельзя назвать везением победу над воздушным охотником. Нельзя списать на счастливое стечение обстоятельств расправу над мастером тёмных лент. Как и невозможно объяснить случайностью уничтожение воплощенного в Стихии Земли противника. А затем... Королева Крови…

При одном только воспоминании об этом имени многие невольно переводили взгляд на носилки, на которых служители уже унесли потерявшую сознание девушку. Она была главным козырем. Главной надеждой. Тем бойцом, чье появление ещё совсем недавно сопровождалось восторженными криками всех представителей тёмных миров. Теперь же ее несли без сознания вслед за победителем. И именно это сильнее всего било по самолюбию представителей тёмных миров. Даже не само поражение. А то, что произошло после него. Она стала пленницей. По всем законам этой древней арены. Совершенно законно. Так как никто не мог оспорить решение древнего судьи. И теперь по трибунам тёмных миров постепенно начинало расползаться чувство, которое их представители ненавидели больше всего. Не страх. До настоящего страха было ещё далеко. Это была... неопределенность. Самое неприятное состояние для любого опытного бойца. Ведь до этого момента они были уверены, что прекрасно понимают своих противников. Они знали, чего ожидать. Знали примерную силу представителей светлых миров. Заранее предполагали, какими техниками те будут пользоваться. Строили планы. Просчитывали комбинации. Но теперь... Все эти расчеты оказались бесполезны. И причиной тому стал всего один человек. Совсем молодой парень. Самый младший среди прибывшей команды. Тот, кого буквально несколько часов назад считали самым слабым звеном. Теперь же именно вокруг него вращались практически все разговоры.

— Кто он вообще такой?..

— Откуда он взялся? Почему о нем никто раньше не слышал?

— Почему он использует настолько странный стиль боя?

— Почему почти не применяет техники?

— Что это за черный посох? Это артефакт?

— Или наследие какого-то древнего мастера? Может какого-то Бессмертного?

— Он действительно только что прорвался? Или скрывал свою силу с самого начала?

Подобные вопросы раздавались практически повсюду. Но ответов на них практически ни у кого не было. И это всех раздражало. Очень сильно. Некоторые представители тёмных миров даже начали внимательно изучать остальных членов команды светлых. Если самый молодой оказался настолько опасен... То какими тогда являются остальные? Эта мысль сама по себе заставляла многих нервничать. Ведь если придерживаться обычной логики, сильнейшие бойцы должны были находиться именно среди взрослых мастеров. А значит... Этот парень действительно являлся самым слабым? Или... Наоборот? И теперь, впервые за невероятно долгое время, тёмные миры начали сомневаться даже в собственных выводах. На противоположной стороне арены ситуация выглядела совсем иначе.

Представители светлых миров хоть и старались сохранять достоинство, однако скрывать оживление уже не могли. Ещё перед началом турнира многие из них мысленно готовились к тяжелому поражению. Некоторые надеялись хотя бы на несколько достойных поединков. Кто-то рассчитывал выиграть два или три боя. Но никто... Абсолютно никто... Не ожидал увидеть подобное развитие событий. Один за другим сильнейшие представители тёмных миров падали на камни арены. И делал это не прославленный старейшина. Не легендарный мастер. Не глава какой-нибудь великой секты.

А юноша, который выглядел едва достигшим семнадцати лет. При этом особенно поражало то, насколько спокойно он вел каждый бой. Без лишних движений. Без показной жестокости. Без бессмысленных речей. Он просто выходил на арену... Оценивал противника… Находил его слабое место… И завершал поединок максимально быстро… Такая холодная эффективность производила впечатление даже на опытных мастеров.

Некоторые старейшины светлых миров уже начали переглядываться между собой. Теперь они смотрели на Максима уже совсем иначе. Не как на талантливого подростка. А как на бойца, способного изменить исход всего турнира. Тем временем на трибунах темных миров постепенно крепло еще одно неприятное осознание. Половины основной команды больше не существовало. Четверо были убиты. Пятая — сильнейшая среди них — захвачена живой. За столь короткое время их ударный отряд лишился сразу пяти лучших бойцов. И все это сделал один единственный противник. Самый молодой представитель светлых миров. Эта мысль тяжелым грузом давила на каждого из оставшихся участников команды тёмных миров.

Теперь никто из них уже не рвался первым выбежать на арену. Потому что каждый понимал простую истину. Следующим вызов могли бросить именно ему. И тогда придется встретиться лицом к лицу с тем самым юношей с ледяным взглядом и черным посохом, который до сих пор не показал ни капли самодовольства после своих побед. И именно это спокойствие пугало куда сильнее любых громких угроз.

………..

Первые несколько минут после окончания предыдущего поединка трибуны тёмных миров словно оцепенели. Но подобное состояние не могло длиться вечно. Там, где долгие века сила считалась единственным законом, поражение никогда не переживали молча. Сначала раздался один раздраженный крик. Потом второй. Следом десятки голосов начали перекрикивать друг друга. И уже спустя несколько мгновений вся сторона тёмных миров буквально взорвалась гулом ярости.

— Позор!

— Вы позволили какому-то мальчишке перебить половину отряда!

— Бесполезные!

— Недостойные!

— Вам вообще нельзя было доверять честь наших миров!

Никто больше не вспоминал о погибших с уважением. В тёмных мирах уважение сохранялось лишь до первого поражения. Проиграл — значит оказался недостаточно сильным. Недостаточно хитрым. Недостаточно достойным жить. Поэтому теперь даже недавно павших бойцов их же сторонники безжалостно смешивали с грязью.

— Кукловод оказался идиотом!

— Крылатый слишком самоуверенным!

— Земляной слишком медленным!

— Остальные вообще не заслуживали своих титулов!

Никто не пытался оправдать проигравших. Наоборот. Толпа словно стремилась доказать самой себе, что причиной случившегося была исключительно слабость погибших. Иначе пришлось бы признать куда более неприятную мысль. Что настоящий ужас представляет собой именно противник. Этого признавать никто не хотел. Поэтому ненависть постепенно меняла направление. Теперь она обрушилась уже непосредственно на Максима.

— Найдите способ сломать этого наглого щенка!

— Сорвите с него улыбку!

— Пусть молит о смерти!

— Не убивайте сразу!

— Захватите его живым!

— Сделайте рабом!

— Пусть всю оставшуюся жизнь жалеет, что вообще появился на свет!

Подобные выкрики становились все громче. Все злее. Все безумнее. Для представителей темных миров подобные требования были вполне естественными. Быстрая смерть считалась слишком легким наказанием. Настоящей местью они называли лишь полное уничтожение личности. Сломить волю. Лишить достоинства. Превратить вчерашнего врага в покорный инструмент. Именно поэтому слово “раб” звучало сейчас с трибун чаще любых других. Тем временем впереди строя темных миров неподвижно стояли пятеро оставшихся бойцов. Теперь именно на них были устремлены тысячи взглядов.

Первым среди них возвышалось существо почти трехметрового роста. Когда-то оно, вероятно, принадлежало к какой-то гуманоидной расе. Но теперь определить это было невозможно. Его тело покрывали многочисленные костяные пластины, словно собственный скелет начал прорастать наружу, разрывая плоть и превращаясь в чудовищную броню. Из локтей выступали длинные зазубренные шипы. Пальцы заканчивались толстыми когтями, больше напоминавшими изогнутые клинки. Лицо почти полностью скрывала белесая костяная маска, сросшаяся с черепом. Лишь глубоко в глазницах медленно тлели два темно-багровых огонька. Каждое его движение сопровождалось неприятным сухим скрежетом, будто терлись друг о друга тысячи костей.

Немного позади неподвижно стояла высокая женщина с необычайно тонкой фигурой. На первый взгляд она даже казалась красивой. Но стоило присмотреться внимательнее... Ее кожа была почти прозрачной. Под ней отчетливо просматривалась густая сеть темных сосудов, внутри которых медленно циркулировала густая черная жидкость. Вместо волос по плечам извивались тонкие живые нити, напоминающие длинных червей. И каждый раз, когда она слегка поворачивала голову, эти нити начинали самостоятельно шевелиться. Губы оставались неподвижными. Зато улыбались глаза. Холодно. Почти голодно. В ее взгляде читалось не желание победить. Ей хотелось наблюдать чужие мучения.

Третьим оказался невероятно худой мужчина в длинном темном одеянии. Его рост был самым обычным. Но руки... Они казались слишком длинными. Настолько, что пальцы почти касались земли. Каждый сустав изгибался под невозможными углами. При движении его тело словно складывалось само в себя. Иногда казалось, что суставов у него вдвое больше, чем должно быть у живого существа. Из-под капюшона выглядывала абсолютно гладкая кожа без носа. Без ушей. Без каких-либо человеческих черт. Только широкий рот, рассеченный почти до самых скул. И бесчисленные мелкие зубы, напоминавшие иглы.

Четвертый выглядел самым необычным. Он был окутан постоянно движущимся темным дымом. Из этой дымки время от времени появлялись то человеческая рука. То звериная лапа. То длинный хвост. То чья-то рогатая голова. Казалось, будто внутри одного тела одновременно существовали десятки разных существ.

Иногда дым ненадолго расступался, позволяя увидеть настоящее лицо. Но уже через мгновение оно вновь исчезало, словно само пространство не желало удерживать его форму. Даже опытные мастера старались не смотреть на него слишком долго. Возникало неприятное ощущение, будто взгляд начинает цепляться за пустоту.

Последним стоял тот, кто не производил столь устрашающего впечатления. Невысокий юноша. Внешне он выглядел практически как ровесник Максима. Бледное лицо. Темные длинные волосы. Дорогая одежда. Внешне он выглядел как наследник какого-нибудь благородного рода. Но именно это спокойствие настораживало сильнее всего. В отличие от остальных, он не выражал никаких эмоций. Лишь медленно перебирал в пальцах черные четки, каждая бусина которых, казалось, была выточена из неизвестного матового камня.

Воздух вокруг него оставался абсолютно неподвижным. Ни всплесков ауры. Ни демонстрации силы. Лишь почти незаметное ощущение холода, от которого у чувствительных культиваторов по спине пробегала дрожь. Словно этот молодой человек привык прятать свою истинную опасность до самого подходящего момента.

Пятеро бойцов стояли плечом к плечу. Совершенно разные. Не похожие друг на друга ни внешностью, ни предполагаемыми техниками. Но всех их объединяло одно. Каждый являлся живым воплощением философии темных миров, где сила достигалась не гармонией, а искажением собственной природы, добровольной жертвой человечности и постоянным стремлением превратить даже собственное тело в оружие. И теперь именно на этих пятерых были возложены надежды разъяренной толпы, требовавшей любой ценой остановить юношу с черным посохом.

Новая волна шума, еще недавно захлестнувшая арену, постепенно улеглась. После поражения Королевы Крови обе стороны словно заново учились понимать происходящее. Светлые миры больше не скрывали воодушевления, но даже среди них никто не спешил радоваться слишком громко. Победа победой... однако впереди оставалось еще несколько смертельно опасных поединков.

Темные же миры переживали совершенно иное состояние. Они были взбешены. Унижены. И одновременно... насторожены. Пятеро оставшихся бойцов долго не двигались со своих мест. Каждый из них молча наблюдал за тем, как слуги Энтов очищают площадку, а целители осматривают бессознательное тело Королевы Крови, которую уже официально передали победителю как военный трофей турнира.

Никто из них больше не отпускал шуток. Не смеялся. Не пытался отпускать язвительные замечания. Каждый прекрасно понимал одну простую истину. Любой следующий, кто выйдет против этого странного мальчишки... может уже не вернуться. Именно поэтому сейчас они впервые решили изменить привычную тактику. Не бросаться всем подряд именно на него. Если этот паренек действительно настолько опасен... то почему бы сначала не перебить остальных? Пусть останется один. Тогда уже всей оставшейся командой можно будет сосредоточиться именно на нем.

Подобная мысль быстро распространилась между ними. Короткие взгляды. Едва заметные кивки. И наконец один из пятерых сделал шаг вперед. Это существо сложно было назвать человеком. Высокий. Почти под три метра ростом. Его тело скрывал длинный черный плащ без единой складки. Из-под широкого капюшона выглядывало невероятно бледное лицо. Кожа казалась полупрозрачной. Словно натянутой прямо поверх черепа. На руках не было пальцев. Их заменяли длинные костяные когти, похожие скорее на лезвия хирургических ножей. За его спиной уже плавали несколько темных сфер, внутри которых словно шевелились человеческие лица. Каждые несколько секунд одна из этих физиономий беззвучно открывала рот, будто пыталась закричать. Даже зрителям становилось не по себе. Сама его аура напоминала густой холодный туман. Куда бы он ни ступал, вокруг камня начинал выступать тонкий иней... Но этот иней был абсолютно черным. Словно сама смерть оставляла следы.

Медленно выйдя почти к самому центру арены, он остановился. Не торопился. Спокойно обвел взглядом строй представителей Светлых миров. Теперь он не смотрел на Максима. Вообще. Будто того больше не существовало. Наконец его длинный коготь медленно поднялся. И указал на... девушку в красных одеждах. Ту самую молодую представительницу Академии Алого Пламени. На лице твари появилась мерзкая улыбка.

— Ты... — голос звучал так, словно одновременно говорили десятки людей. — Выходи... Я хочу посмотреть... как быстро сгорит твое сердце... после того... как я его вырву...

На трибунах представителей тёмных миров снова послышались радостные вопли. Наконец-то! Не этот проклятый мальчишка. Хоть кто-то другой. Пусть сначала убьют остальных.

Услышав эту угрозу, Лу Фэнъэр чуть прищурилась. По ее ладони уже пробежали языки яркого алого пламени. Несколько наставников одновременно посмотрели в ее сторону. Она сделала шаг вперед. Ещё один. В ее глазах уже разгоралось боевое пламя.

— Хорошо... — Тихо произнесла она. — Если хочешь умереть...

Но договорить ей не дали. Так как позади нее неожиданно раздался совершенно спокойный.. и при этом до невозможности усталый голос.

— Да как вы меня уже достали...

На мгновение... замолчало абсолютно всё. Девушка удивленно обернулась. Остальные бойцы тоже. Трибуны словно перестали дышать. А Максим, лениво поправив рукав своей одежды, с самым обычным выражением лица вышел из строя. При этом он еще и широко зевнул, прикрыв рот ладонью.

— Ну, серьезно... — Глухо пробормотал он почти себе под нос. — Один другого страшнее... друг друга вызываете... а потом опять приходится идти мне...

Он даже не посмотрел на девушку, которую только что вызвали. Просто прошел мимо нее. Будто все происходящее являлось какой-то утомительной обязанностью. По дороге он привычно закинул черный посох себе на плечо. Шаг. Ещё шаг. Спокойный. Неторопливый. Словно отправлялся не на смертельный бой... а прогуляться. Первым пришел в себя... его противник.

— Я... НЕ ТЕБЯ ВЫЗЫВАЛ!!! — Его рёв разнесся по всей арене. — Мне нужна ОНА!!

Максим даже головы не повернул.

— Угу. Я очень за тебя рад. Но сегодня почему-то снова идти приходится мне.

И продолжил идти.

На трибунах представителей тёмных миров воцарилась настолько глубокая тишина, что стало слышно даже шелест листвы исполинских деревьев Энтов, окружавших арену. Кто-то открыл рот в приступе неконтролируемого удивления. Кто-то медленно опустил оружие. Несколько демонов переглянулись с совершенно одинаковыми лицами. Они... не понимали. Это что сейчас было? Он... снова выходит? Сам? После пяти подряд поединков?

А вот со стороны представителей светлых миров произошло совсем другое. Красноволосая девушка несколько секунд смотрела вслед удаляющемуся парню. Потом... её губы дрогнули. Она попыталась сдержаться. Честно попыталась. Даже отвернулась. Но не выдержала. Сначала из её красивых губ вырвался тихий смешок. Потом второй. После чего девушка неожиданно согнулась пополам, закрыв лицо ладонями.

— Ха... ха-ха... Нет... Я не могу...

Следующая попытка вдохнуть закончилась новым приступом смеха.

— Да... как... ха-ха... как вы меня уже достали... Серьёзно?

Она буквально вытирала выступившие на глазах слезы. Рядом стоящие девушки сначала непонимающе посмотрели на неё. Потом одна представила себе всю картину со стороны. Как какой-то чудовищный демон торжественно вызывает опасную огненную воительницу... А вместо нее, лениво зевая, выходит тот самый мальчишка, уже перебивший половину команды Тёмных миров, и усталым голосом заявляет, что его все уже достали.

Уголки её губ дрогнули. Через мгновение засмеялась и она. Следом не выдержала третья. Даже несколько суровых наставников поспешно отвернулись, старательно скрывая улыбки. Потому что со стороны это действительно выглядело настолько нелепо... что удержаться было почти невозможно.

Максим же тем временем спокойно поднялся на арену. Остановился напротив нового противника. Снял свой верный посох с плеча. Несколько раз лениво провернул его в ладони. После чего наконец поднял свои холодные, прозрачные, словно лед, глаза. И впервые за все это время посмотрел прямо в лицо существу напротив. Без насмешки. Без раздражения. Просто... спокойно. И даже равнодушно.

— Ну, что… Начнем?

Представитель команды тёмных миров несколько мгновений просто стоял, просто не веря в происходящее. Его вытянутая рука все еще была направлена в сторону огненной девушки. Потом медленно... очень медленно... она повернулась в сторону Максима. Лицо демонического существа начало буквально перекашиваться. Сначала от раздражения. Потом от злости. А затем от самой настоящей ярости. Тонкие черные жилы начали вздуваться под почти прозрачной кожей. Плававшие за его спиной темные сферы стали вращаться значительно быстрее. Лица, заключенные внутри них, уже не беззвучно открывали рты. Теперь из них начали доноситься приглушенные стоны. Словно десятки душ одновременно пытались выбраться наружу.

— Ты... — прошипел он настолько тихо, что ближайшие зрители невольно поежились. — Ты вообще понимаешь... что сделал?

Максим спокойно посмотрел на него.

— Вышел на арену.

— Ты не имеешь права!!!

— Имею.

— Я вызвал другого противника!

— Поздравляю. — Парень пожал плечами. — Только вышел… почему-то… именно я.

По трибунам представителей светлых миров вновь пробежали смешки. А вот среди представителей тёмных миров уже слышалось раздраженное рычание. Демон резко развернулся. Его длинный плащ взметнулся вслед за движением. Он почти ткнул когтем в сторону судьи.

— Судья! — Его скрежещущий голос эхом разнесся по всей арене. — Он вмешался в объявленный вызов! Это нарушение! Я требую...

Но договорить ему не позволили. Древень даже не повернул головы. Огромное древесное лицо оставалось таким же спокойным, каким было всегда. Лишь две изумрудные точки глаз медленно посмотрели на возмущенного бойца. И тот тут же замолчал от обрушившегося на него давления. Прошла секунда… Еще одна… После чего над ареной прозвучал глубокий, тяжелый голос, напоминавший скрип тысячелетнего дуба.

— Требование... отклонено. — Чуть помолчав, судья продолжил совершенно ровно, словно зачитывал давно известный закон. — Согласно Правилу Первого Победителя... боец... одержавший победу... в предыдущем официальном поединке... имеет право... принять вызов... раньше... чем вызываемый.

По трибунам пробежал удивленный шепот. Многие явно впервые услышали о подобном пункте. Древень же продолжил говорить.

— Пока победитель... не отказался... от права принять вызов... любой иной вызов... не считается состоявшимся.

От неожиданности такого открытия, демон замер.

— Но...

Судья даже не дал ему закончить.

— Если... ты сам желаешь... выбирать... своих противников... сначала... одержи... хотя бы... одну победу.

После чего снова наступила тишина. На лице представителя тёмных миров появилось настолько растерянное выражение, что его трудно было не заметить. Он действительно... не ожидал подобного. Все его расчеты строились на совершенно иной последовательности. Он хотел вывести из строя сильных девушек. Ослабить команду светлых миров. Заставить Максима смотреть, как погибают его товарищи. А уже потом... заняться им самим. Но правила... оказывается... думали иначе. Теперь у них выбора действительно не осталось. Или победить этого мальчишку. Или самому покинуть арену побежденным. Третьего варианта тут просто не существовало. На трибунах представителей тёмных миров начали раздаваться раздраженные выкрики.

— Убей его!

— Разорви мальчишку!

— Хватит играть!

— Покажи настоящую силу!

— Он уже достаточно поиздевался над нами!

— Сожри его душу!

Каждый новый крик словно подливал масла в огонь. Демон медленно опустил голову. Его плечи начали едва заметно подрагивать. Но это была вовсе не дрожь страха. Он смеялся. Тихо. Очень тихо. Сначала. Потом смех становился все громче. Все безумнее. Все неприятнее. Будто одновременно хохотали несколько разных существ.

— Хорошо... Очень... хорошо...

Он вновь поднял голову. И теперь его глаза уже нельзя было назвать человеческими. Зрачки исчезли. Вместо них внутри глазниц медленно вращались две абсолютно черные спирали. Волосы окончательно превратились в извивающиеся живые отростки. Под плащом что-то зашевелилось. Будто под кожей ползали десятки крупных змей. Затем... из-под ткани плаща медленно появились дополнительные руки. Тонкие. Костлявые. Неестественно длинные. Одна. Вторая. Третья. Четвертая. Каждая заканчивалась когтями, напоминающими кривые кинжалы. Темная аура вокруг него больше не выглядела обычной дымкой. Она стала густой. Почти вязкой. Пространство вокруг начинало искажаться. Камни арены покрывались тонкими черными прожилками. Воздух становился тяжелее. Даже свет многочисленных артефактов над ареной будто немного потускнел. От одной только силы, медленно вырывавшейся наружу. Максим молча наблюдал. Не перебивал. Не двигался. Только внимательно следил за тем, как его противник перестает сдерживать собственную сущность.

— Забудь... все, что видел раньше... Те жалкие отбросы... были всего лишь слабым мусором... Они пользовались... силой... Я же сам... являюсь... силой...

Последние слова прозвучали почти шепотом. Но их услышала вся арена. В следующую секунду вся клубящаяся вокруг него демоническая энергия резко хлынула наружу. Над ареной словно разверзлось черное облако. Из него начали проступать уродливые силуэты, похожие на искривленные человеческие фигуры с непропорционально длинными конечностями. Они то появлялись, то исчезали в потоках тьмы. Из глубины ауры доносился едва различимый многоголосый шепот. Не разобрать слов. Только ощущение, будто сотни голосов одновременно что-то настойчиво нашептывают прямо в сознание. Даже некоторые зрители на первых рядах инстинктивно схватились за головы. Воздух стал тяжелым. Холодным. Пропитанным чем-то чуждым самой жизни. И только один человек на всей арене продолжал стоять совершенно неподвижно.

Максим лишь слегка сместил ладонь по древку своего черного посоха. Его взгляд оставался таким же спокойным. Словно он не видел перед собой чудовища, выпустившего наружу демоническую силу. А всего лишь очередного противника, которого предстояло внимательно изучить, прежде чем сделать первый ход.

Гул голосов, до этого заполнявший трибуны зрителей вокруг арены, постепенно начал стихать. Даже самые ярые болельщики тёмных миров поняли, что сейчас начинается уже совсем другой бой. До этого их бойцы выходили самоуверенными. Теперь же на арене стоял противник, который с самого начала собирался убивать. Без демонстраций. Без издевательств. Без игр.

Судья медленно поднял огромную древесную руку. Его взгляд последовательно остановился сначала на представителе тёмных миров. Затем — на Максиме. И лишь убедившись, что оба готовы, Древень спокойно произнес:

— Поединок... начинается.

В следующее мгновение над ареной прогремел тяжелый удар гонга.

БУ-У-УМ!

Звук еще не успел полностью разнестись по трибунам... как демон уже сорвался с места. Он действительно не собирался повторять ошибок своих предшественников. Никаких разговоров. Никаких угроз. Никаких попыток запугать. Только убийство. Чёрная дымка вокруг него мгновенно превратилась в настоящий ураган. Все четыре дополнительные руки одновременно сложили разные печати. Основные руки резко развелись в стороны. В следующий миг вся демоническая энергия, клубившаяся вокруг него, сжалась в одну единственную точку.

Пространство дрогнуло. Будто кто-то вырвал из него кусок света. А затем... в сторону Максима устремилось нечто напоминающее огромный черный клин. Нет. Это уже нельзя было назвать техникой. Это была концентрированная волна демонической силы. Внутри нее извивались десятки темных лиц. Кривились в оскале их пасти. Тянулись когтистые руки. Все это слилось в один чудовищный удар. Камень под техникой буквально плавился. Воздух с треском разрывался. Даже защитные барьеры арены слегка засветились, реагируя на мощь выпущенной энергии. По трибунам пронеслись испуганные возгласы.

— Вот теперь... Это уже настоящий удар... Этот мальчишка его точно не переживет... Даже если выживет — останется калекой...

Но Максим не сделал ни шага назад. Не попытался увернуться. Лишь медленно вдохнул.

— Пожалуй... — Тихо произнес он. — Действительно… Хватит играть…

Именно в этот момент... его аура вспыхнула. Не рывком. Не взрывом. Она просто... раскрылась. Словно до этого была свернута в невероятно плотный клубок. А теперь наконец получила свободу. Невидимая прежде сила хлынула наружу. Воздух вокруг парня потяжелел. Каменные плиты под его ногами начали покрываться тончайшей сеткой трещин. Черный посох тихо загудел. Словно приветствуя силу своего хозяина. Демон ощутил это первым. Его глаза широко раскрылись. Он вдруг понял... что давление, которое мгновение назад исходило исключительно от него... исчезло. Нет. Не исчезло. Его просто... перекрыли. Аура Максима, холодная, плотная и невероятно чистая, словно ледяная гора, медленно накрыла арену. Она не ревела. Не бушевала. Она просто существовала. И уже одним этим подавляла все вокруг. Тёмная энергия демона начала дрожать всё сильнее, словно сопротивляясь невидимому прессу.

— Он… Доу Лин? Да как так-то? — раздался чей-то пораженный шепот. — Второй звезды... Нет... Не может быть...

По трибунам представителей светлых миров пронеслась новая волна удивления. Многие ведь до сих пор считали, что прорыв Максима произошел буквально несколько минут назад. А теперь... его аура уже выглядела удивительно устойчивой. Слишком устойчивой. Даже мастера уровня Доу Лин, совершенствовавшиеся годами, редко обладали подобной плотностью энергии.

Черный клин уже практически достиг тела Максима. Но парень лишь слегка провернул посох. Одно движение. Совершенно обычное. Посох встретился с техникой. И... не произошло ничего эффектного. Не было гигантского взрыва. Не было оглушительного столкновения. Чёрная волна... просто раскололась. Будто налетела на непреодолимую скалу. Одна часть ушла вправо. Вторая — влево. За спиной Максима обе половины техники ударились о защитный барьер арены, вызвав оглушительный грохот. Сам же парень даже не шелохнулся.

От увиденного лицо демона перекосилось. Но он не остановился. Ещё одна печать. Ещё… Ещё… Тёмные сферы за его спиной одна за другой начали взрываться. Из них вырывались уродливые сущности… Черные цепи… Когти… Шипы… Копья… Щупальца… Каждая техника несла в себе смертельную опасность. Каждая была способна уничтожить опытного культиватора. Одна за другой они обрушивались на Максима. Но... парень уже двигался. Не быстро. Не суетливо. Каждое его движение выглядело удивительно экономным. Посох вращался вокруг него, словно продолжение собственного тела. Где-то он отбивал удар. Где-то слегка смещал траекторию. Где-то просто делал полшага. И каждая демоническая техника проходила мимо. Либо разрушалась при столкновении с черным древком его посоха. Со стороны казалось... будто взрослый мастер спокойно обучает слишком вспыльчивого ученика.

“Ещё... — мысленно отметил Максим. — Эта техника построена на поглощении... А вот эта... использует души как усилитель... Интересно... Очень интересно...”

Он вовсе не спешил заканчивать этот бой. Каждая новая атака позволяла лучше понять принципы демонических техник… Запомнить структуру плетений… Почувствовать способы циркуляции энергии… Все это могло пригодиться в будущем. Поэтому он намеренно продолжал обороняться. Совсем другое происходило с его противником. Каждая неудачная атака все сильнее разжигала ярость. Он уже не думал. Не анализировал. Не перестраивал тактику. Он просто бил. Сильнее. Быстрее. Яростнее. Тёмная энергия вокруг него становилась все менее устойчивой. Начинала рваться. Пульсировать. Появлялись ошибки. Лишние движения. Лишние выбросы силы.

Максим заметил это сразу.

— Потерял контроль... Значит... пора.

Он остановился. Впервые за весь бой. Его посох опустился вертикально. Ладонь правой руки спокойно легла на его середину. Вторая рука сложила короткую печать. Над плечом парня без единого звука вспыхнуло знакомое плетение. Тот самый Летающий меч. Вот только это был меч Инь. О чём никто не знал. Так что теперь... он выглядел совсем иначе. Уже не тот относительно простой прием, которым Максим пользовался раньше. Его лезвие казалось выкованным из самой ночи. По его поверхности медленно пробегали серебристые линии. Само пространство вокруг меча начинало слегка искажаться. Даже свет словно избегал касаться этого оружия.

Но заметив эти действия с его стороны, демон захохотал.

— Всего один меч?! Этим?! Ты... — Но договорить свою тираду он просто не успел.

Максим едва заметно качнул пальцами. И меч… исчез… Не полетел. Не ускорился. Он просто... исчез из одной точки пространства. И появился в другой. Прямо перед грудью демона. Все защитные плетения представителя тёмных миров вспыхнули практически одновременно. Тёмные барьеры… Щиты… Печати… Даже доспех из демонической энергии. Все сразу. И... будто их никогда не существовало. Меч Инь прошел сквозь них практически без малейшего сопротивления. Словно они были сотканы из тумана. На лице демона появилось выражение полного непонимания. Он даже не почувствовал удара. Лишь посмотрел вниз. Тонкая черная линия медленно пересекала его тело точно на уровне даньтяня. Прошла секунда. Потом вторая. И тело... беззвучно разошлось на две половины. Обе части тяжело рухнули на камни арены. Разрубленный даньтянь мгновенно разрушился, а вместе с ним рассеялась и вся демоническая энергия. Темные сферы рассыпались пеплом. Дополнительные руки растворились в дымке. Шепот душ стих. И… Наступила абсолютная тишина.

Максим спокойно взмахнул рукой. Меч Инь тут же растворился, словно его никогда и не существовало. Он медленно опустил посох и посмотрел на неподвижное тело противника.

— Теперь... мы закончили…

Максим еще несколько секунд неподвижно стоял посреди арены. Его чёрный посох медленно опустился к камню. По его поверхности пробежала едва заметная темная рябь и так же быстро исчезла. На площадке вновь воцарилась тишина. На этот раз — совершенно особенная. До этого зрители хотя бы пытались что-то обсуждать. Теперь же тысячи глаз были прикованы к одному-единственному человеку. К тому самому пареньку, который за время турнира методично выводил из строя одного противника за другим. Без лишних слов. Без торжествующих выкриков. Без желания покрасоваться.

Судья еще не успел объявить результат. Но даже он уже видел очевидное. Демоническая энергия противника Максима рассеялась окончательно. Его даньтянь был полностью уничтожен. Продолжать бой тот уже не мог. Так что Древень медленно поднял руку.

— Победа... присуждается... Мин-соку... Представителю... Светлых миров.

Лишь после этих слов над ареной вновь прокатился тяжелый удар гонга. Бой завершился.

Максим лишь коротко кивнул в ответ на это объявление. Не стал собирать трофеи сразу. Не направился к своему отряду. Вместо этого он неожиданно для всех развернулся... и посмотрел прямо на оставшихся представителей тёмных миров. Их осталось совсем немного. Каждый теперь прекрасно понимал цену этого взгляда. Парень несколько секунд спокойно рассматривал строй противников. Будто выбирал. Наконец его взгляд остановился на одном из них. Это было высокое худощавое существо, закутанное в темно-зеленые одежды, больше напоминавшие спутанный мох. Между длинными пальцами время от времени пробегали тусклые зеленоватые искры, а вокруг ног стелился тонкий дымок, словно живущий собственной жизнью.

Максим медленно поднял руку. И совершенно спокойно указал на него пальцем.

— Следующий.

Голос парня прозвучал негромко. Но в наступившей тишине его услышали абсолютно все. На лице выбранного бойца сначала появилось недоумение. Потом... испуг. Совершенно настоящий. Настолько явный, что скрыть его оказалось невозможно. Он машинально сделал шаг назад. Еще один. И почти сразу попытался укрыться за широкоплечим товарищем, стоявшим рядом. Со стороны это выглядело настолько неожиданно, что многие зрители даже не сразу поняли, что произошло. Только что еще один представитель темных миров выглядел готовым к битве. И вдруг... совершенно открыто попытался спрятаться. А по трибунам представителей светлых миров пробежал удивленный шепот. Кто-то недоверчиво переспросил соседа:

— Он... сейчас действительно...

Другой только покачал головой. Даже некоторые наставники переглянулись. Они ожидали чего угодно. Ярости. Новой угрозы. Попытки немедленно атаковать. Но уж точно не этого.

Сам же Максим никак не прокомментировал увиденное. Он продолжал спокойно стоять. Посох по-прежнему покоился в его руке. Ледяной взгляд также не менялся. Словно происходящее лишь подтверждало сделанный им выбор. А вот судья отреагировал сразу. Изумрудные глаза древнего Энта медленно остановились на бойце, попытавшемся укрыться за чужой спиной. И его скрипящий голос прозвучал достаточно спокойно. Но в нем ощущалась такая тяжесть, что даже трибуны мгновенно стихли.

— Избранный... для поединка... обязан... выйти... на арену.

Боец вздрогнул. Но продолжал стоять на месте. Судья выдержал короткую паузу. После чего произнес уже значительно жестче:

— Попытка... уклониться... от законного... поединка... является... отказом... от права... защищать... свою свободу.

На лице выбранного бойца проступила растерянность. Он явно не ожидал подобного продолжения. Древень же спокойно закончил:

— Если... ты... отказываешься... выйти... добровольно... ты будешь... признан... проигравшим... без боя.

Древесные ветви на его плечах едва заметно шелохнулись.

— В этом случае... твоя дальнейшая судьба... определяется... правилами турнира... и законным... правом... победителя.

После этого объявления по арене прокатился тяжелый гул. Смысл услышанного был понятен всем. Уклониться не получится. Ни спрятаться. Ни переждать. Правила, одинаковые для обеих сторон, требовали либо принять вызов, либо признать поражение с теми последствиями, которые предусматривал турнир. Теперь уже зашумели трибуны Тёмных миров. Сначала отдельные выкрики. Потом десятки голосов. Затем сотни. Наконец весь их сектор словно взорвался.

— Выходи!

— Не позорь нас!

— Дерись!

— Лучше погибнуть, чем прятаться!

Крики накладывались друг на друга. Кто-то яростно требовал немедленного боя. Кто-то осыпал труса оскорблениями. Кто-то обвинял судью в чрезмерной суровости. Волна негодования прокатилась по всему амфитеатру. Даже те, кто прежде сохранял молчание, теперь не скрывали своего возмущения. Для них происходящее выглядело не просто очередным эпизодом турнира. После нескольких подряд поражений их команды сама мысль о том, что еще один боец может отказаться выйти на арену, воспринималась как удар по достоинству тёмных миров.

Гул голосов становился все громче. Казалось, каменные стены арены начинают вибрировать от этого многотысячного рева. А в самом центре площадки Максим продолжал стоять совершенно спокойно. Он не подгонял противника. Не произносил ни слова. Он просто ждал. И это спокойное ожидание почему-то производило на оставшихся бойцов тёмных миров куда более сильное впечатление, чем любые угрозы.

Несколько долгих секунд выбранный Максимом боец продолжал стоять неподвижно. Его пальцы судорожно сжимались и разжимались. По виску медленно скатилась капля пота. Но он даже не пытался её стереть. Взгляд метался. То на Максима. То на судью. То на собственных товарищей. Будто он до последнего надеялся, что кто-нибудь сейчас вмешается и скажет, что произошла ошибка. Что все отменяется. Что на арену выйдет кто-то другой. Но никто не сделал ни шага.

Стоявшие рядом трое оставшихся бойцов тёмных миров медленно отступили на полшага. Совсем немного. Однако этого оказалось достаточно. Они буквально освободили перед ним проход к арене. Молча. Без единого слова. Без попытки поддержать. Без каких-либо взглядов. Каждый сейчас думал только об одном.

“Лишь бы не я.”

И эта мысль читалась на их лицах слишком отчетливо. Тот, кого выбрал Максим, медленно закрыл глаза. Глубоко вдохнул. Потом еще раз. Лишь после этого заставил себя сделать первый шаг. Тяжелый. Неуверенный. Следом второй. Он шел к арене так, словно каждый метр давался ему невероятным усилием. И со стороны даже казалось, будто ноги стали тяжелее свинца.

Трибуны представители тёмных миров неожиданно притихли. Еще недавно они кричали. Требовали. Оскорбляли. Теперь же внимательно наблюдали за своим бойцом. И впервые за весь турнир среди них почти не было привычной самоуверенности. Потому что каждый понимал... этот человек идет не охотиться. Он идет... выживать. Наконец он поднялся на арену. Остановился напротив Максима. Теперь их разделяло всего несколько десятков шагов. И именно здесь различие между ними стало особенно заметным.

Всё это время парень стоял абсолютно расслабленно. Посох спокойно удерживался одной рукой. Дыхание было ровным. Лицо оставалось совершенно спокойным. Никакого напряжения. Никакой нервозности. Никакой спешки. А вот его противник... Дышал слишком часто. Грудь заметно поднималась. Плечи были напряжены. По его лбу продолжал стекать пот. Он старался не показывать страха. Но тело предавало его.

Максим несколько секунд молча наблюдал за ним. После чего спокойно произнес:

— Боишься?!

Но больше это был не вопрос. Обычная констатация факта. Демон непроизвольно стиснул зубы.

— Замолчи...

Максим слегка наклонил голову.

— Это нормально. Любой адекватный разумный боится.

После этих слов противник неожиданно вскинул голову. В его глазах вспыхнула злость.

— Не смей... жалеть меня!

Парень спокойно покачал головой.

— Я не жалею. Просто вижу.

Именно эта спокойная уверенность почему-то раздражала его врага сильнее любых насмешек. Демон резко выдохнул. Потом... неожиданно рассмеялся. Глухо. Безрадостно.

— Забавно... Всю жизнь... Именно мы были охотниками...

Он медленно посмотрел на свои ладони.

— Мы приходили... в чужие миры... Мы выбирали... кого убить... кого пытать... кого забрать... Мы решали... кто достоин жить... А теперь...

Он поднял взгляд на Максима.

— Теперь... ты смотришь на нас... точно так же.

На мгновение между ними воцарилась тишина. Так как Максим ему ничего не ответил. Сам же демон медленно оглянулся. Позади стояли трое последних бойцов их отряда. И только теперь он окончательно осознал происходящее. Их осталось... четверо… Всего четверо. Ещё совсем недавно их элитный отряд считался практически непобедимым. Королева Крови… Мастер марионеток… Крылатый убийца… Повелитель кровавых лент… Каменный носитель Стихии… Пожиратель душ… Все они казались силой, способной сокрушить практически любого противника. Теперь же пять из этих имен уже принадлежали мертвым. Одно — пленнице. И оставались лишь четверо. Хотя… Самым неприятным было вовсе не это. Смерть... в тёмных мирах никого особенно не удивляла.

К ней привыкали с детства. Страшным оказалось другое. За всю свою жизнь они никогда не оказывались в подобном положении. Обычно происходило наоборот. Они наступали. Они окружали. Они загоняли добычу. Именно противник лихорадочно искал возможность выжить. Именно враг думал, как уйти от очередной техники. Именно враг понимал, что любая ошибка станет последней. Теперь... все изменилось. Впервые за очень долгое время... загнанными чувствовали себя они сами.

Эта мысль оказалась неожиданно тяжелой. Каждый из четверых прекрасно понимал простую вещь. Неважно, как будут распределяться дальнейшие поединки. Неважно, кто с кем встретится. Рано или поздно... каждому из них придется выйти против этого спокойного юноши с черным посохом. Избежать этого уже невозможно. Именно поэтому теперь они невольно начали думать совсем иначе. Не о победе. Не о славе. Не о том, сколько трофеев удастся увезти домой. А о том... смогут ли вообще пережить этот турнир.

Это было особенно унизительно для элитных бойцов тёмных миров. С самого начала они приехали сюда с ощущением собственного превосходства. Они считали представителей светлых миров своей законной добычей. Считали этот турнир очередным шагом к будущим завоеваниям. А теперь сами оказались в положении, которого прежде почти не знали. Им приходилось обороняться. Просчитывать чужие действия. Опасаться каждого следующего поединка. И эта непривычная роль давила на них едва ли не сильнее, чем сам факт понесенных потерь.

Максим тем временем по-прежнему молча стоял напротив своего нового противника. Он не торопил события. Не пытался воспользоваться чужой неуверенностью. Но именно это спокойствие делало контраст еще сильнее. Один боец ожидал начала схватки с ровным дыханием и холодным взглядом. Другой — несмотря на всю свою подготовку и репутацию — чувствовал, как внутри постепенно нарастает понимание того, что в этот раз именно ему предстоит защищаться от того, кого еще совсем недавно представители тёмных миров высокомерно называли “наглым мелким щенком”.

Удар гонга вновь прокатился над ареной. Глухой, тяжелый звук еще не успел раствориться под сводами гигантского амфитеатра, когда новый представитель тёмных миров мгновенно исчез с того места, где только что стоял. По трибунам пронеслись удивленные возгласы.

— Исчез!

— Пространственная техника!

— Наконец-то!

— Хоть кто-то не собирается лезть напролом!

В отличие от нескольких предыдущих противников, этот боец не стал демонстрировать силу или пытаться задавить Максима лобовой атакой. Он сразу показал, что предпочитает совсем иной стиль боя. Максим даже не шелохнулся. Только его взгляд стал чуть внимательнее.

— Пространство?..

Едва эта мысль возникла, как справа от него воздух словно подернулся рябью. Не вспыхнул. Не раскололся. Именно исказился. Будто кто-то бросил камень в гладкую поверхность озера. Из этой ряби мгновенно вынырнул противник. В его руке уже сиял длинный изогнутый клинок, окутанный черно-фиолетовым свечением. Удар был нанесен без единого лишнего движения. Быстро. Точно. В шею. Максим лишь слегка отклонился назад. Лезвие прошло в нескольких сантиметрах от его лица. В следующую секунду противник уже исчез.

Новая вспышка пространственной ряби возникла позади. Затем сверху. Потом слева. Он двигался настолько быстро, что большинство зрителей перестали различать самого бойца. Они видели лишь короткие всплески искаженного воздуха. И каждый раз вслед за ними следовал новый удар. Меткий. Резкий. Хорошо рассчитанный.

Даже наставники Академий светлых миров заметно напряглись.

— Очень опасная техника...

— Если он действительно способен свободно перемещаться...

— Тогда попасть по нему будет крайне сложно...

Однако Максим не выглядел обеспокоенным. Наоборот. Он словно чего-то ждал. Его взгляд не следил за исчезающим противником. Вместо этого парень будто смотрел...сквозь пространство. Его нити Инь, незаметно для всех присутствующих, уже давно окутывали всю арену тончайшей сетью. Для посторонних их не существовало. Но для самого Максима они были подобны дополнительным органам чувств. Что фиксировали любое движение энергии. Любое изменение потоков силы. Любое колебание пространства. Все это мгновенно становилось ему известно. И именно поэтому уже после нескольких первых перемещений противника он неожиданно заметил одну странность. Перед каждым исчезновением... и перед каждым появлением... возникало одно и то же явление. Очень короткое. Почти незаметное. Но существовавшее.

От запястья противника, где поблескивал широкий темный браслет, каждый раз вытягивалась чрезвычайно тонкая энергетическая нить. Она мгновенно устремлялась вперед. Туда, где через долю секунды должен был появиться сам боец. И лишь затем происходил перенос. Настолько быстро, что обычное зрение не успевало уловить даже намек на этот процесс. Но нити Инь видели все.

Максим мысленно улыбнулся.

— Вот оно...

Но даже заметив это, некоторое время он продолжал уклоняться. Еще один удар. Ещё один прыжок… Ещё… И с каждым новым перемещением убеждался в своей догадке. Это не было свободным пространственным перемещением. Нет. Настоящее управление пространством выглядело бы совсем иначе. Здесь же работал вполне определенный механизм. Сначала артефакт выбирал конечную точку. Затем между ней и владельцем возникал тонкий энергетический канал. И только после этого происходил сам переход. По сути... Этот противник парня не разрывал пространство. Он просто чрезвычайно быстро проходил по уже созданному пути.

— Значит...ты не исчезаешь... Ты переходишь... по заранее сформированному каналу... Очень интересное решение.

Теперь Максим внимательно присмотрелся к самому браслету. Черный металл. Вплавленные серебристые символы. Небольшой прозрачный кристалл. Именно внутри него сейчас стремительно циркулировала энергия. И каждый новый переход заставлял кристалл на мгновение вспыхивать. Совсем слабо. Но достаточно, чтобы подтвердить догадку.

— Артефакт...

Не техника. Именно артефакт. Причем весьма качественный. Вероятно, накопитель и одновременно пространственный проводник. Без него противник вряд ли смог бы использовать подобный способ боя столь часто.

Тем временем демон продолжал атаковать. Он явно был уверен, что постепенно загоняет Максима. Каждый новый удар следовал почти без паузы. После промаха он немедленно уходил в очередной переход. Снова возникал с другой стороны. Опять наносил удар. Он не давал противнику времени на контратаку. По крайней мере... ему самому так казалось. По трибунам уже вновь побежали возбужденные голоса.

— Вот так!

— Не стой на месте!

— Не дай ему ударить!

— Изматывай его!

Представители тёмных миров заметно оживились. После предыдущих поединков впервые им казалось, что инициатива наконец-то перешла к их бойцу. Со стороны действительно складывалось впечатление, будто именно Максим теперь вынужден только защищаться.

Однако сам парень думал совсем о другом. Каждый новый переход давал ему все больше информации. Он уже видел, что энергетическая нить всегда появляется чуть раньше самого перемещения. Пусть всего на кратчайшее мгновение. Но появляется. А значит... существует небольшое окно между формированием пути и самим переходом. Совсем короткое. Практически незаметное. Однако оно существовало.

Максим мысленно отметил это как главную слабость противника. Если разрушить или перерезать этот энергетический канал в нужный момент, переход, вероятнее всего, сорвется или приведет к непредсказуемому результату. Но пока он не спешил проверять эту догадку на практике.

Он продолжал спокойно двигаться по арене, отражая очередные выпады посохом и внимательно наблюдая за тем, как темный артефакт раз за разом раскрывает принципы своей работы. Чем дольше затягивался бой, тем яснее для него становилось, что главным оружием этого противника является вовсе не клинок, а закрепленный на запястье браслет, превращавший сложную пространственную технику в последовательность заранее рассчитанных переходов. И чем лучше Максим понимал этот механизм, тем ближе становился момент, когда преимущество неожиданно сменит владельца.

Ещё несколько мгновений парень продолжал двигаться по арене спокойным, размеренным шагом. И со стороны даже казалось, будто бой продолжается в прежнем темпе. Противник по-прежнему исчезал… Появлялся… Наносил удар… Снова уходил в пространственный переход. Для большинства зрителей происходящее выглядело как непрерывная череда стремительных атак, в которой юноша с черным посохом был вынужден лишь защищаться. Но в действительности поединок уже закончился. По крайней мере — для самого Максима.

“Достаточно.”

Эта мысль возникла совершенно спокойно. Без раздражения. Без желания покрасоваться. Он уже увидел все, что хотел. Принцип действия пространственного артефакта оказался понятен. Каждый переход начинался одинаково. Браслет формировал энергетический канал. Тончайшая нить устремлялась в заранее выбранную точку. Лишь затем владелец проходил по ней. Изменить направление уже в процессе он не мог. Стоило начать переход — и его место выхода становилось предопределенным. Именно это теперь превращалось в главную слабость техники.

Очередная атака. Справа. Максим отбил клинок посохом. Противник привычно исчез. В этот же миг нити Инь вновь уловили появление знакомой энергетической дорожки. Она тонкой серебристой линией протянулась через пространство. Не для человеческих глаз. Но совершенно отчетливо для чувствительности Инь. Максим даже не повернул головы. Он уже видел конечную точку.

“Там.”

Никаких сложных расчетов больше не требовалось. Правая рука плавно скользнула вперед. Чёрный посох описал короткую дугу. На мгновение показалось, будто парень просто отпускает его. Но в следующую секунду тяжелое древко сорвалось с места. Оно понеслось вперед с оглушительным свистом. Не туда, где находился противник. И не туда, где его видели остальные. А именно в ту точку, куда уже тянулась пространственная нить. На трибунах представителей тёмных миров кто-то даже успел насмешливо выкрикнуть:

— Промахнулся!

Несколько зрителей поддержали смешками. Им казалось очевидным, что Максим бросил оружие в пустоту. Но смех оборвался почти сразу. Пространственная рябь раскрылась именно там, куда летел посох. Из нее, как и десятки раз до этого, начал выходить боец тёмных миров. Для него все происходило привычно. Переход завершался. Нога уже коснулась камня арены. Сознание только успело отметить, что впереди что-то чернеет. Он даже попытался поднять взгляд. Но времени уже не осталось. Посох Инь оказался перед ним в то же мгновение, когда пространственный переход полностью завершился. Изменить траекторию своего движения ему теперь было просто невозможно. Остановиться — тоже. Инерция собственного перемещения лишь усилила столкновение. Глухой удар эхом прокатился по арене.

Тело бойца отбросило назад с такой силой, что оно, потеряв целостность от чудовищного импульса, рухнуло на каменные плиты уже без признаков жизни. Сам посох, пробив путь насквозь, с тяжелым звоном ударился о каменное ограждение арены.

Наступила абсолютная тишина. Даже ветер словно перестал гулять между высокими трибунами. Тысячи зрителей неподвижно смотрели вниз. Никто не произносил ни слова. Еще несколько секунд назад им казалось, что преимущество находится на стороне бойца Тёмных миров. Теперь же стало очевидно другое.

Максим не пытался угадать, где появится противник. Он дождался, пока тот сам выберет место выхода, и превратил эту уверенность в ловушку. Судья – Древень медленно перевел взгляд с неподвижного тела на спокойно стоящего юношу. Затем негромко произнес:

— Победа... Мин-сока... Представителя... Светлых миров.

Над ареной вновь прокатился удар гонга. Словно именно этот звук снял оцепенение. Сектор представителей Светлых миров взорвался ликованием. Сначала поднялись несколько голосов. Потом десятки. Через мгновение уже тысячи зрителей вскочили со своих мест. Кто-то смеялся… Кто-то выкрикивал имя победителя… Наставники, сохранявшие сдержанность на протяжении предыдущих боев, теперь уже не скрывали эмоций. Даже бойцы команды Светлых миров переглядывались с выражением искреннего изумления. Они прекрасно понимали значение произошедшего.

Седьмая победа подряд. Причем одержанная одним и тем же человеком. Подобный результат сам по себе становился событием, о котором будут вспоминать ещё очень долго. Не только потому, что побед оказалось так много. Но и потому, что каждая из них была добыта против противников, владевших совершенно разными стилями боя, техниками и способностями.

Совсем иной была атмосфера на стороне представителей Темных миров. Там царило тяжелое молчание. Никто больше не смеялся. Никто не выкрикивал угроз. Лица оставшихся бойцов становились все мрачнее. Теперь они уже не смотрели на Максима как на удачливого юношу. Перед ними стоял противник, который раз за разом разбирал сильные стороны их лучших воинов, находил слабое место и завершал поединок с холодной расчетливостью.

И именно это понимание оказалось страшнее любых громких слов. Над древней ареной ещё не успело стихнуть ликование Светлых миров, когда со стороны трибун Темных миров внезапно поднялся настоящий гул. Сначала это были отдельные выкрики. Потом десятки голосов. Затем сотни. И буквально за несколько мгновений весь сектор Темных миров взорвался яростными криками.

— Это невозможно!

— Так не бывает!

— Он не подросток!

— Нас обманывают! Это не человек!

— Подменили бойца!

— Он скрывает настоящий возраст!

— Проверьте его!

Чем громче становились эти возгласы, тем больше они напоминали уже не обвинения, а отчаянную попытку найти хоть какое-то объяснение происходящему. Никто из них уже не хотел признавать очевидное. Слишком уж болезненной оказалась правда. Перед ними действительно стоял молодой юноша. Не старый мастер. Не легендарный отшельник, омолодивший свое тело. Не древний демон, скрывающийся под чужой внешностью. А самый настоящий подросток. И сейчас именно этот факт ранил их гордость сильнее всего. Если бы их бойцов победил какой-нибудь седой старик, проживший несколько столетий, это еще можно было бы принять. Но проиграть мальчишке... Причем семь раз подряд... Подобное оказалось слишком унизительным.

— Не верю!

— Это невозможно!

— Он специально скрывает возраст!

— Требуем проверки!

— Немедленной проверки!

Некоторые уже вскочили на ноги. Несколько представителей тёмных миров даже направились к краю трибун, продолжая громко выкрикивать обвинения.

Один из них, высокий демон с пепельно-серой кожей, указал прямо на Максима.

— Он использует запрещенные средства! Он не может обладать такой силой! Это обман!

Но на этом они не остановились. Почти сразу кто-то выкрикнул новую мысль.

— Артефакты! Заберите у него артефакты!

После этого словно прорвало плотину.

— Да!

— Именно артефакты!

— Без них он никто!

— Отберите у него посох!

— Изымите оружие!

— Тогда посмотрим, чего он стоит!

Очень быстро именно эта идея стала главной. Теперь уже сотни голосов требовали одного и того же.

— Черный посох нарушает правила!

— Это явно древний артефакт!

— Он слишком сильный!

— Запретить использовать его!

— Пусть дерется голыми руками! Тогда сразу станет понятно, кто он такой!

Некоторые представители светлых миров уже начали раздраженно переглядываться. Несколько наставников даже собирались что-то ответить. Однако прежде, чем они успели открыть рот, вперед медленно шагнул древний судья. Энт поднял свою огромную древесную руку. И этого движения оказалось достаточно. Шум на трибунах начал постепенно стихать. Не сразу. Но даже самые разгоряченные спорщики понимали, что перебивать судью не стоит. Древень медленно обвел взглядом трибуны. Его голос, как всегда, звучал спокойно. Без раздражения. Без гнева. Но каждое слово разносилось по всей арене.

— Вы... заявляете... что использование... артефактов... является... нарушением... правил?

Среди Тёмных миров сразу раздались многочисленные выкрики.

— Именно!

— Да!

— Запретить!

— Он побеждает только благодаря оружию!

Судья несколько секунд молчал. Затем неторопливо повернул голову туда, где ещё недавно лежало тело того самого бойца, с которым парень только что провёл бой. От него уже почти ничего не осталось — слуги арены успели убрать погибшего. Но на специальном каменном столе рядом с ареной среди прочих трофеев лежал широкий темный браслет. Древень поднял свою руку ещё выше. Толстая древесная ветвь указала именно на него.

— Тогда... объясните... мне... что... это такое?

Наступила тишина. А судья продолжил.

— Этот... пространственный... браслет... что является... артефактом. Именно он... позволял... своему владельцу... перемещаться... сквозь пространство…

Затем он медленно перевел взгляд на представителей тёмных миров.

— Кто-нибудь... из вас... до начала... поединка… потребовал... его изъять?

На это обвинение ответа естественно не последовало. Но Древень не торопился. Он снова заговорил.

— Первый... противник... использовал... артефакты... для управления... марионетками. Второй... применял... усиленные... демонические... предметы. Другие... использовали... накопители... оружие... доспехи... усилители... Никто... не возражал.

Он сделал короткую паузу.

— Почему?

Ему снова никто не ответил. Тогда судья сам произнес:

— Потому что… правила... турнира... не запрещают... использование... артефактов.

Его древесное лицо по-прежнему оставалось совершенно бесстрастным. Но в голосе словно появилась едва заметная тяжесть.

— Они... запрещают... только... вмешательство... со стороны. И... запрещенные... посмертные... техники. Все остальное... допустимо.

Он вновь посмотрел на Максима. Тот спокойно стоял возле своего отряда, держа черный посох в руке. Затем судья снова обратился к трибунам.

— Если... ваши... бойцы... могут... использовать... артефакты... то... и их... противник... имеет... такое же... право. Правила... едины... для всех.

Последние слова прозвучали особенно отчетливо.

— Турнир... не изменяет... правила... только потому... что... одной... из сторон... не нравится... результат поединка.

На трибунах, где сидели представители тёмных миров, снова повисла тяжелая тишина. И всё только потому, что возразить ему им было просто нечего. Каждый присутствующий прекрасно понимал, что судья сказал чистую правду. Их собственные бойцы действительно всегда широко использовали артефакты — накопители энергии, зачарованное оружие, защитные амулеты, пространственные предметы и другие усилители. До тех пор, пока победы оставались за ними, никто не ставил это под сомнение. Теперь же, когда один юноша с черным посохом сумел обратить их же силу против них самих, прежние доводы внезапно перестали казаться убедительными. Именно это понимание раздражало представителей тёмных миров сильнее всего. Они проигрывали не из-за нарушения правил, а потому, что противник оказался искуснее и хладнокровнее.

С каждым новым ударом гонга атмосфера на арене менялась все сильнее. Если в самом начале турнира представители тёмных миров сидели на своих местах с высокомерными улыбками, обсуждая, кто именно первым "сломает" неизвестного мальчишку с чёрным посохом, то теперь от той уверенности не осталось почти ничего. После семи подряд поражений их лучших бойцов между рядами трибун больше не раздавался громкий смех.

Теперь там царили напряженные перешептывания. Все пытались найти объяснение. Кто-то винил командиров… Даже наставников… Кто-то — жребий. Кто-то утверждал, что светлые миры специально скрывали истинную силу своего представителя. Но объединяло их одно. Страх. Не перед самим поражением. Перед неизвестностью. Они больше не понимали, что ещё способен сделать этот юноша. У самой арены оставшиеся трое бойцов стояли уже совсем иначе. Еще недавно каждый из них выглядел хищником. Теперь же каждый невольно поглядывал на своих товарищей. Никто больше не спешил выходить первым. Каждый надеялся, что жребий или решение судьи укажет на кого-нибудь другого. И это прекрасно видел Максим. Сейчас он не испытывал ни злорадства, ни удовольствия. Он лишь спокойно наблюдал. Страх меняет людей. И меняет их стиль боя. А испуганный противник почти всегда начинает совершать ошибки.

Следующим вперед все же вышел высокий воин в темно-синих доспехах, поверхность которых покрывали непрерывно движущиеся серебристые символы. В отличие от предыдущих бойцов он не производил впечатления чудовища. Скорее наоборот. Спокойный. Сдержанный. Даже красивый. Но стоило ему поднять ладонь, как вокруг него появились десятки тонких энергетических колец. Они медленно вращались, образуя вокруг хозяина многослойную конструкцию. Каждое кольцо двигалось независимо. Одни ускорялись. Другие неожиданно меняли направление. Третьи вспыхивали короткими разрядами темной энергии. Максим почти сразу понял их назначение. Это была не столько атака, сколько система непрерывного давления и контроля пространства вокруг владельца. Стоило противнику приблизиться — кольца мгновенно перестраивались, ограничивая пути для движения и открывая возможности для ответного удара. Техника требовала великолепного контроля и большого опыта. По меркам большинства мастеров она была чрезвычайно опасной. Первые минуты боя именно так и выглядели. Максим спокойно двигался между возникающими перед ним энергетическими дугами. Иногда отбивал их посохом. Иногда просто уходил в сторону. Со стороны казалось, что кольца постепенно сжимают круг. Представитель Тёмных миров даже начал успокаиваться. Ему показалось, что противник наконец оказался в неудобном положении. Именно в этот момент он допустил единственную ошибку. Все кольца одновременно перестроились, чтобы завершить окружение. На долю мгновения между ними возникла жесткая энергетическая связь.

Максим увидел этот узел. И нанес один точный удар. Не по человеку. По месту соединения. Система потеряла устойчивость. Несколько колец столкнулись друг с другом, нарушив собственную структуру. Этого оказалось достаточно. Защитная схема рассыпалась. Следующий удар посоха поставил точку в поединке. Судья без промедления объявил победителя. На трибунах представителей тёмных миров снова стало заметно тише.

Следующим на арену вышел противник совершенно иного склада. Невысокий. Очень худой. С длинными руками и почти белой кожей. Его глаза постоянно меняли цвет. Иногда становились полностью черными. Иногда алыми. Едва прозвучал сигнал к началу боя, воздух вокруг Максима начал покрываться десятками полупрозрачных силуэтов. Каждый выглядел как настоящий человек. Каждый двигался самостоятельно. Каждый обладал собственной аурой. Их становилось все больше. Десятки… Потом сотни… Вся арена превратилась в настоящий лабиринт из ложных целей. Зрители начали терять настоящего противника из виду.

Казалось, что Максим окружен бесчисленными врагами. Но нити Инь не реагировали на иллюзии. Они ощущали только реальные потоки силы. Настоящий источник оказался лишь один. Так что Максим не спешил. Он спокойно шел вперед, позволяя фантомам проходить сквозь себя или рассеиваться от легких движений посоха. Настоящий противник, рассчитывавший на растерянность жертвы, слишком поздно понял, что его искусство не достигло цели. А когда он попытался сменить позицию, Максим уже смотрел прямо на него. Короткий обмен ударами закончился так же быстро, как и начался. Иллюзии исчезли одновременно с потерей контроля над техникой. Над ареной вновь прозвучал голос судьи. Очередная победа.

Теперь оставался только один. Последний представитель основной десятки представителей тёмных миров. Он выходил на арену медленно. Не потому, что хотел произвести впечатление. Потому что ноги стали тяжелыми. Каждый шаг давался с трудом. Он уже видел гибель всех своих товарищей. Каждый из них считался сильнее большинства мастеров собственного мира. Каждый владел уникальными техниками. И каждый проиграл. Перед ним стоял тот же самый спокойный юноша. Чёрный посох по-прежнему лежал на плече. Лицо оставалось совершенно невозмутимым. Будто предыдущих боев вовсе не было.

Последний боец оказался мастером демонического пламени. Но это пламя отличалось от обычного огня. Оно не вспыхивало яркими языками. Наоборот. Казалось почти бесцветным. Лишь воздух начинал дрожать. Камень под ногами медленно темнел. Даже свет вокруг словно становился слабее. Он создавал зоны, где любая энергия постепенно теряла устойчивость. Расчет был прост. Лишить противника возможности долго использовать техники, одновременно ограничивая его передвижение.

Парень некоторое время наблюдал за распространением этого необычного пламени. Затем спокойно вышел из зоны его действия. Противник начал расширять область воздействия. Ещё шире… Ещё… Все сильнее расходуя собственные силы. Именно этого Максим и ждал. Когда концентрация энергии достигла предела, он нанес единственный удар плетением Инь, направив его не в человека, а в наиболее насыщенный узел техники. Две противоположные силы столкнулись. Демоническое пламя потеряло устойчивость. И вся построенная на этом структура разрушилась почти мгновенно. Оставшийся без своей главной опоры мастер уже не смог восстановить инициативу. Поединок завершился спустя считанные мгновения. Когда древний судья в десятый раз поднял руку, над ареной воцарилась почти полная тишина.

Вся выставленная против Максима десятка перестала существовать как боевая сила. Одни погибли в ходе поединков. Одна участница оказалась побеждена и взята в плен по правилам турнира. Для Темных миров это был не просто проигрыш отдельной серии боев. Это стало тяжелым ударом по их уверенности. На трибунах все чаще слышались встревоженные вопросы. Что произошло? Как такое оказалось возможным? Кто на самом деле этот юноша? Никто больше не называл его “наглым мальчишкой”. Теперь на него смотрели совсем иначе. И именно это было заметнее всего. Даже самые непримиримые сторонники Тёмных миров перестали выкрикивать насмешки. На смену презрению пришло молчание, в котором все отчетливее проступала тревога. Они понимали, что стали свидетелями события, которое еще долго будут обсуждать в обоих лагерях, а имя Максима, кого они знали как Мин-сока, уже невозможно будет вычеркнуть из истории этого турнира…

Высоко над ареной, значительно выше обычных зрительских трибун, располагались отдельные каменные террасы, предназначенные для тех, чье положение позволяло не смешиваться с остальными. Именно там, в глубокой тени огромной черной колоннады, неподвижно сидел человек, чье имя во многих Темных мирах произносили почти шепотом. Старец… Рисан… Глава Академии Тёмного мира. Человек, сумевший при жизни подняться до уровня Доу Хуан седьмой звезды. Легендарного уровня Императора. Даже среди многочисленных Академий Тёмных миров подобные мастера являлись величайшей редкостью. Но страшным его делал вовсе не уровень культивации. Его боялись за другое. Именно за то, каким путем он пришел к своей силе.

По обе стороны от его кресла неподвижно стояли две фигуры. С первого взгляда их можно было принять за живых людей. Высокие. Красивые. Спокойные. На лицах — полное отсутствие эмоций. Но если присмотреться внимательнее... Кожа. Она была слишком ровной. Слишком бледной. Не дышала. Глаза. Не моргали. Совсем. И лишь едва заметные темные нити духовной энергии соединяли их с сидящим стариком. Это были марионетки. Но не обычные. Когда-то обе эти фигуры были живыми людьми. Лучшими учениками самого Рисана. Талантливыми. И даже гениальными. Каждый из них при жизни сумел достичь уровня Доу Лин, как минимум, пятой звезды. Любой подобный мастер мог бы сам стать старейшиной крупной Академии. Но для Рисана они оказались всего лишь... материалом. Когда оба ученика достигли своего предела развития, старик лично извлек их ядра. Разрушил души. Перестроил меридианы. Соединил тела с демоническими печатями. После чего создал двух идеальных телохранителей – марионеток. Без боли. Без сомнений. Без собственной воли. Лишь абсолютное подчинение хозяину. Именно поэтому даже старейшины других Академий старались не встречаться с ним взглядом. Они уважали его жуткую силу. Но презирали путь, которым она была достигнута.

Сам Рисан сейчас сидел совершенно неподвижно. Только пальцы его правой руки медленно постукивали по широкому подлокотнику трона.

Тук… Тук… Тук…

Очень тихо. Но каждый новый удар означал лишь одно. Он был зол. Очень зол. Все пошло не так. Совсем не так. Ещё несколько дней назад будущее казалось ему практически определенным. Королева Крови. Его лучшая ученица на данный момент. Его главное творение. Та, в которую он вложил десятилетия подготовки. Она должна была стать главным украшением турнира. Не просто победить. А именно раздавить противников. Показать всем превосходство Тёмных миров. После чего... начались бы переговоры. Именно ради этого он лично прибыл сюда. Весь этот турнир Тьмы и Света был лишь красивой оболочкой. Настоящая цель заключалась совсем в другом. Светлые миры… Новые территории… Новые Академии… Новые ученики… Новые... жертвы… Для большинства присутствующих подобные слова прозвучали бы чудовищно. Для Рисана же они являлись обычными ступенями развития. Дао не интересуется моралью. Дао интересует только сила. Так считал старик. И именно поэтому он никогда не испытывал сожаления о содеянном. Каждый сильный культиватор представлял собой ресурс. Материал. Основа для новых исследований. Каждое сильное тело можно было превратить в превосходную марионетку. Каждое мощное ядро — использовать в очередном эксперименте. Каждая душа становилась топливом для новых техник. Именно так он достиг уровня Императора. И именно так собирался двигаться дальше. Однако... Все рухнуло. И разрушил его планы один единственный юноша.

Рисан вновь перевел взгляд на арену. Туда, где сейчас спокойно стоял тот самый Мин-сок. Слишком молодой. Слишком спокойный. Слишком... непонятный.

Старик мысленно вновь прокрутил весь турнир. Первый бой. Уничтожение кукловода. Холодный расчет. Никаких лишних движений. Второй. Летающий противник. Один удар. Без эмоций. Третий. Ленты темной энергии. Этот странный парень практически мгновенно понял принцип техники. Четвертый. Каменный мастер. Нашел настоящую сущность противника. Пятый... Королева Крови. Именно здесь все окончательно перестало укладываться в привычную картину мира.

Рисан медленно прикрыл глаза. Он прекрасно помнил этот момент. Кровавый Туман. Его лучшая ученица использовала свою сильнейшую технику. И вдруг... Прорыв.

Старик снова открыл глаза. Нет. Что-то здесь не сходилось. Совсем. Да Доу Ши. Пятая звезда. Именно такой уровень он видел у этого наглого мальчишки перед началом боя. Уж в этом он точно ошибиться никак не мог. Культиватор уровня Доу Хуан ощущал подобные вещи слишком хорошо. Даже если мальчишка скрывал часть своей силы. Даже если использовал артефакт. Даже если применял особую технику маскировки. Разница между уровнями Да Доу Ши и Доу Лин ощущалась совершенно иначе. Он бы заметил. Обязательно. Но после прорыва... Перед ним стоял уже мастер Доу Лин второй звезды! Не первой… А именно второй.

Обдумывая эти странности, Рисан медленно нахмурился. Такого... не существовало. Во всяком случае, он никогда не встречал ничего подобного. Обычный прорыв поднимал культиватора лишь на следующую ступень. Иногда позволял закрепиться немного выше благодаря накопленной энергии. Но не... через целую границу большого ранга с последующим продвижением еще на одну звезду. Это противоречило всему, что он изучал за свою долгую жизнь.

— Что именно ты сделал?.. — Едва слышно произнес старик, не сводя своего пристального взгляда с стройной фигуры этого мальчишки. Обе его марионетки даже не пошевелились. Они вообще не реагировали на слова. Кровавый Туман. Именно он стал отправной точкой. Это видел Рисан. Он лично изучал эту технику. Он сам когда-то обучал ей Королеву Крови. Она не обладала подобными свойствами. Не могла вызвать столь чудовищный скачок. Не могла. Значит... дело не в технике. Тогда... в самом мальчишке? Или... в том, что он использовал?

Рисан начал мысленно разбирать бой буквально по мгновениям. Он вспоминал каждое движение. Каждый поток энергии. Каждый всплеск ауры. Но ответа на интересующие его вопросы не находил. И именно это раздражало его сильнее всего. Так как он привык понимать происходящее. Он десятилетиями изучал техники. Создавал новые школы. Проводил тысячи экспериментов. Даже самые странные явления рано или поздно получали объяснение. Но сейчас... Перед ним оказалось событие, которое не вписывалось ни в одну известную ему закономерность. Его взгляд вновь остановился на Мин-соке.

Юноша уже спокойно разговаривал со своими товарищами. Будто только что не уничтожил почти всю команду Тёмных миров. Будто не изменил ход турнира. Будто ничего особенного вообще не произошло. Именно это спокойствие настораживало Рисана больше всего. Не сила. Не техники. А способность сохранять полное самообладание. Так ведут себя не горячие юнцы. Так ведут себя опытные мастера, привыкшие заранее просчитывать последствия каждого своего шага.

Во время размышлений пальцы старика снова начали размеренно постукивать по подлокотнику. Теперь уже медленнее. Он больше не испытывал той вспышки ярости, что охватила его сразу после поражения ученицы. Сейчас его гнев постепенно сменялся другим чувством. Интересом. Холодным. Расчетливым. Опасным. Если этот мальчишка действительно владеет способом столь необычного развития... Если существует техника, позволяющая столь невероятно усиливать культиватора... Если она реальна... То подобное знание стоит дороже целого мира.

Подумав об этом, Рисан медленно улыбнулся. Очень слабо. Почти незаметно. В его голове уже рождались новые планы. Одно он понял совершенно точно. Как бы ни завершился турнир, историю с этим юношей он не собирался оставлять незаконченной. Ему были нужны ответы. Любой ценой.

Когда последний бой закончился, на арене, и вокруг неё, вновь воцарилась тишина. Судья уже успел объявить результат, а команды Светлых миров начали постепенно отходить от площадки, когда над верхними террасами словно сгустилась тяжелая тень. Рисан больше не двигался. Его лицо по-прежнему оставалось спокойным. Но именно это спокойствие было самым опасным. Те, кто знал главу Академии Темного мира достаточно давно, прекрасно понимали одну простую истину. Пока Рисан кричит — он еще способен мыслить. Когда же становится совершенно спокойным. Значит, внутри него уже принято решение.

Перед глазами старика один за другим вновь пронеслись события последних часов. Десять лучших бойцов. Уничтожены. Королева Крови. Побеждена. Причем не просто проиграла. По всем правилам турнира она стала пленницей победителя. А вместе с ней рухнули и все тщательно выстроенные планы. Этот турнир должен был стать началом. После убедительной победы команды Темных миров представители слабых Светлых миров наверняка согласились бы на навязанные им Древним договором условия. Где-то пришлось бы уступить. Где-то — открыть границы. Где-то — разрешить совместные экспедиции. А дальше... Все развивалось бы само собой. Новые земли. Новые секты. Новые территории для Академий. Новые жертвы. Для Рисана человеческие жизни давно превратились лишь в цифры количества ресурсов. Каждый сильный культиватор был материалом. Каждый погибший мастер — заготовкой. Каждый захваченный город — огромной мастерской. Он десятилетиями строил путь к следующей ступени постижения Дао Цзы. И теперь... Один неизвестный мальчишка одним своим появлением перечеркнул столетия его расчетов.

Пальцы старика медленно сжались, и каменный подлокотник его кресла жалобно затрещал под их давлением. Потом... рассыпался серой пылью. Никто даже не заметил самого усилия. Мастеру уровня Доу Хуан не требовалось применять технику. Одной силы хватило, чтобы превратить твердый камень в крошку.

— Значит...Так... — Тихо произнес Рисан. Его голос услышали только две фигуры, неподвижно стоявшие возле кресла. Марионетки. Когда-то они были его учениками. Теперь же являлись продолжением его собственной воли.

— Приведите его ко мне.

Никаких эмоций в его голосе не прозвучало. Никакого гнева. Лишь короткий приказ.

— Живым. Если получится. Если нет... Сохраните тело. Особенно голову. И ядро.

Обе марионетки одновременно подняли свои равнодушные глаза. Темные печати вспыхнули под их кожей. По телам прошла волна энергии. Суставы негромко щелкнули. Будто просыпались древние механизмы. В следующую секунду обе фигуры исчезли. И это была не телепортация. Просто они сразу развили настолько невероятную скорость, что обычный взгляд переставал различать движение. Воздух на их пути взорвался двумя ударными волнами. Каменная площадка под ногами покрылась густой сетью трещин. Сейчас они устремились именно туда, куда направлялся Мин-сок вместе со своей командой.

Лишь после этого поднялся сам Рисан. Медленно. Неторопливо. Не используя никаких видимых техник. Его тело просто оторвалось от пола террасы. Словно окружающий мир перестал иметь над ним власть. Мантия тяжело колыхнулась. Длинные седые волосы медленно поднялись в воздух. А затем... над всей ареной развернулась его аура. Если раньше присутствующие ощущали давление сильных мастеров Доу Лин, то теперь разница оказалась подобна сравнению ручья с океаном. Воздух стал тяжелым. Настолько тяжелым, что многие зрители инстинктивно пригнулись. Некоторые культиваторы низших уровней побледнели. У самых слабых задрожали ноги. По каменным плитам побежали тонкие трещины. Даже защитные формации арены вспыхнули, автоматически принимая на себя часть чудовищного давления. Небо словно потемнело. Само пространство вокруг старика едва заметно искривилось. Это уже была сила существа, стоящего на уровне Императора. Доу Хуан. Даже первая звезда этого ранга означала пропасть между ним и большинством присутствующих. А у него был уровень силы куда выше.

По трибунам прокатилась волна потрясенных голосов.

— Император...

— Он раскрыл ауру Доу Хуан...

— Что он собирается делать?

— Он нарушает нейтралитет арены...

Даже многие представители Темных миров смотрели на происходящее с беспокойством. Да. Сейчас они понимали главу одной из Тёмных Академий. Но понимали они и другое. Он действовал слишком открыто. Ведь сейчас Рисан не обращал внимания ни на кого. Его взгляд был прикован только к одной фигуре. Мин-соку. Тот уже успел остановиться. Спокойно обернулся. И посмотрел прямо на стремительно приближающихся марионеток. Всё это происходило слишком уж странно. Без видимой суеты. Без паники. Без попытки немедленно отступить. И именно эта реакция вновь неприятно кольнула сердце старика. Даже сейчас мальчишка выглядел слишком спокойным. Словно уже заранее ожидал чего-то подобного.

— Ты разрушил мои планы! — Негромко произнес Рисан, хотя его голос благодаря духовной силе словно небесный гром прокатился по всей арене. — Теперь я сам найду ответы на интересующие меня вопросы.

Его глаза холодно сузились.

— Ты слишком интересен, чтобы просто позволить тебе уйти.

Он уже не думал о турнире. Не думал о дипломатии. Не думал о последствиях. Перед ним стояла новая цель. Заполучить этого юношу. Выяснить природу его силы. Понять источник столь невероятного скачка развития. И если для этого придется превратить его в очередную марионетку... Сейчас Рисан не видел в подобном решении ничего предосудительного. Для него это был всего лишь очередной эксперимент.

А две безмолвные фигуры, несущиеся к Максиму с невероятной скоростью, уже поднимали руки, вокруг которых начали раскрываться сложные смертоносные плетения, свидетельствуя о том, что приказ своего хозяина они намеревались исполнить без малейшего колебания. Еще мгновение назад Рисан был абсолютно уверен, что все уже решено. Его две сильнейшие марионетки, созданные из тел бывших учеников, неслись к Максиму с такой скоростью, что большинство присутствующих видело лишь две размытые темные полосы.

Сам старик парил высоко над ареной, полностью раскрыв ауру Доу Хуан. Чудовищное давление Императора продолжало накрывать арену тяжелой волной. Многие культиваторы младших уровней уже не могли подняться с колен. Даже старейшины различных Академий ощущали неприятную тяжесть в груди. Казалось, еще немного — и воля Императора окончательно подавит любое сопротивление.

Рисан уже видел исход. Еще несколько секунд… Его верные марионетки схватят мальчишку… Остальное — лишь вопрос времени. Но… Именно в этот миг произошло то, чего не ожидал никто. Не вспышка. Не техника. Не плетение. Само пространство над ареной вдруг дрогнуло. Словно невидимая рука коснулась ткани мира. И...

БУМ!

Раздался удар. Настолько чудовищный, что звук пришел позже самой ударной волны. Воздух буквально взорвался. Кольцо невидимой силы одновременно накрыло всю арену. Марионетки даже не успели изменить направление движения. Их тела словно столкнулись с невидимой горой. Раздался отвратительный треск. Ломались кости. Рвались сухожилия. Разрушались внутренние печати. Обе, до этого стремительно двигающиеся, фигуры отбросило в разные стороны с такой силой, что они несколько раз перевернулись в воздухе, после чего тяжело ударились о каменные плиты. Но куда сильнее досталось самому Рисану.

Честно говоря, в самом начале, он даже не понял того, что произошло. Ещё мгновение назад он находился высоко над ареной. В следующее... невидимая сила врезалась ему прямо в грудь. Защитная аура Доу Хуан вспыхнула ослепительным сиянием. И... лопнула. Будто тонкое стекло.

— Кха... — Изо рта старика брызнула кровь. Его тело камнем полетело вниз. Он ударился о край арены. Не остановился. Продолжил скользить по камню, оставляя за собой глубокую борозду. Лишь после этого его с чудовищной силой впечатало в массивное каменное ограждение. Огромные блоки треснули. Несколько из них рухнули прямо на него. На арене повисла абсолютная тишина.

И тут... небо над ареной раскололось. Именно так это выглядело. Без всяких плетений. Без каких-либо подготовительных движений. В пространстве появилась длинная темная трещина. Она медленно расширилась. Словно кто-то раздвигал саму ткань мира. Из разрыва повеяло древней, непостижимой силой. От одного только присутствия этой энергии многие культиваторы почувствовали, как их собственная духовная сила невольно сжимается. Даже судья арены медленно поднялся со своего места. Впервые за весь турнир его обычно невозмутимое лицо стало предельно серьезным. Из пространственного разлома неторопливо вышло существо. Высокое. Исполинское. Его тело напоминало древний дуб. Кора служила кожей. Массивные ветви образовывали широкие плечи. Из-под тяжелых древесных наростов спокойно светились древние изумрудные глаза. Каждый его шаг сопровождался едва уловимой вибрацией пространства. Он не шел по воздуху. Сам воздух словно становился для него дорогой.

И в тот же миг все присутствующие поняли главное. Это был уже не Доу Хуан. И даже не следующий уровень силы. Перед ними стоял как минимум… Святой… Доу Шен… Это была та самая ступень силы, которую большинство культиваторов считало почти легендой. Уровень, до которого многие не доходили даже за тысячелетия. Даже не раскрывая ауру полностью, это существо буквально придавило все вокруг своим присутствием. Многие зрители не выдержали. Опустились на колени. Некоторые вообще распростерлись ничком. Даже мастера уровня Доу Лин ощущали себя так, словно на их плечи легла целая гора.

Максим спокойно поднял взгляд. Теперь он понимал, почему древний судья вел себя настолько уверенно. Те, кто охранял это место... действительно могли обеспечить исполнение его законов.

Энт медленно перевел взгляд на пытавшегося подняться Рисана. И зазвучавший над древней ареной голос существа больше походил на скрип древнего леса во время сильного ветра. Глухой. Низкий. Неторопливый. Но каждое слово отчетливо слышали абсолютно все.

— Правила... турнира... едины... для всех... — Он сделал еще один шаг, и воздух вновь дрогнул. — Здесь... никому... не позволено... нарушать... установленный... порядок... Даже Императору.

На лице Рисана впервые появилась не злость. Страх. Настоящий. Он наконец осознал, с кем столкнулся. Попытался что-то сказать. Поднять защиту. Активировать технику. Но не успел.

Энт медленно поднял руку. И... едва заметно щелкнул пальцами. Казалось, ничего не произошло. Но спустя долю секунды невидимая сила вновь ударила Императора. На этот раз гораздо мощнее. Рисан даже не вскрикнул. Его тело буквально исчезло за облаком каменной крошки. Он пробил первое ограждение. Второе. Третье. Несколько массивных стен обрушились одна за другой. После чего маленькая темная фигура исчезла далеко за пределами арены. Над местом удара еще долго поднималась густая пыль.

Энт даже не посмотрел вслед. Он просто сделал еще один шаг. И пространство перед ним вновь разошлось. Будто открылась невидимая дверь. Без малейших усилий Святой вошел в этот разлом. Явно намереваясь лично довести наказание нарушителя до конца. Пространственная трещина почти сразу же закрылась за его спиной. Словно ничего и не происходило.

Лишь теперь взгляды присутствующих обратились к двум марионеткам. Они лежали неподвижно. Изломанные. Исковерканные. Но самое страшное заключалось даже не в повреждениях. Те самые темные нити, связывавшие их с хозяином, полностью исчезли. Печати, удерживавшие остатки жизни в искусственно созданных телах, рассыпались серым прахом. Глаза, прежде наполненные тусклым свечением духовной силы, окончательно потухли. Теперь перед всеми лежали лишь безжизненные тела. Обычные останки тех, кто когда-то давно был талантливыми учениками, а затем превратился в безвольные орудия своего наставника.

Именно одним ударом Святой уничтожил не только их физические оболочки, но и саму силу, поддерживавшую существование этих марионеток. На арене вновь воцарилась тишина. Но теперь это была уже не тишина удивления. Это была тишина людей, только что своими глазами увидевших, насколько ничтожными оказываются даже Императоры перед теми, кто стоит на ступени Святого и беспристрастно хранит древние законы этого места.

Паника не возникла мгновенно. Она накатывала волнами. Сначала на трибунах воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь глухим эхом разрушенных каменных ограждений, куда всего несколько мгновений назад был отброшен Рисан, которого ещё не так давно многие считали непобедимым и могущественным.

Затем кто-то негромко произнес:

— Святой... — Этого одного слова оказалось достаточно. Оно словно разрушило невидимую плотину. Представители Темных миров вскочили со своих мест. Кто-то судорожно оглядывался по сторонам. Кто-то поспешно начал собирать свои вещи. Некоторые старейшины побледнели настолько сильно, что их лица стали почти серыми. Еще совсем недавно они были готовы поддержать действия главы Академии Темного мира. Теперь же каждый из них лихорадочно вспоминал собственные поступки. Не нарушил ли он случайно каких-нибудь древних законов? Не сделал ли чего-то такого, что могло привлечь внимание подобных хранителей? Если один Святой способен одним щелчком пальцев отбросить Императора так, словно перед ним оказался ребенок... То, что же произойдет с ними? Ответ был очевиден. Даже сопротивляться они не смогут. Однако не меньший ужас охватил и представителей Светлых миров. Да, они были рады, что нарушителя остановили. Но сейчас это уже не имело значения. Все мысли были заняты совершенно другим. Они всегда знали, что древняя раса хранителей – энтов следит за проведением подобных турниров. Знали, что именно представители этой загадочной расы выступают судьями, хранителями правил и гарантами древних договоров. Но... Никто и представить себе не мог, что среди них существуют существа уровня Доу Шен. Святые. Ожившие Легенды. Практически недосягаемые вершины культивации.

Многие старейшины академий обменивались потрясенными взглядами. В их головах рождался один и тот же вопрос. Если обычный судья оказался достаточно силен, чтобы спокойно вести турнир... А Святой появился лишь тогда, когда правила были действительно нарушены... То сколько вообще подобных существ существует? И... Кто стоит выше них? Сама только эта мысль была настолько пугающей, что многие предпочитали не развивать ее дальше. Впервые за долгие годы некоторые из сильнейших культиваторов ощутили себя лишь маленькими песчинками перед по-настоящему древней силой. Пока трибуны постепенно захлестывала растерянность, Максим, напротив, сохранял спокойствие. Его взгляд лишь на мгновение задержался на том месте, где исчез пространственный разлом.

“Значит... Вот насколько серьезно они относятся к своим законам...”

Парень мысленно кивнул своим собственным выводам. Это объясняло очень многое. В том числе и абсолютное спокойствие древнего судьи на протяжении всего турнира. Он действительно не опасался никаких нарушений. Не потому, что был сильнейшим. А потому, что прекрасно знал о том, что в случае необходимости придет тот, кто сильнее любого нарушителя.

Убедившись в том, что все внимание присутствующих приковано к последствиям появления Святого, Максим почти незаметно изменил направление движения. Несколько спокойных шагов. И… Он оказался прямо возле лежащих неподалеку тел двух уничтоженных марионеток. Вернее... того, что от них осталось. На первый взгляд это были просто мертвые тела. Но для его нитей Инь картина выглядела совсем иначе. Они сразу же увидели то, что было скрыто от остальных. Несмотря на окончательную смерть, ядра культиваторов все еще сохраняли огромное количество духовной силы. Меридианы тоже не успели полностью разрушиться. В них еще бурлили остатки накопленной энергии. Для любого другого мастера все это уже было бесполезно. Но только не для него.

Медленно выдохнув, Максим незаметно опустил ладонь. Из-под широкого рукава беззвучно скользнули тончайшие нити Инь. Настолько тонкие, что даже мастера Доу Лин не смогли бы их увидеть. Они мягко коснулись тел. Затем... словно живые корни... проникли внутрь. Сначала — в меридианы. Потом — потянулись к ядрам. И лишь после этого началось настоящее поглощение. Энергия Инь не пыталась разрушать. Она действовала иначе. Мягко. Неумолимо. Словно вода, постепенно заполняющая пустоты. Она проникала во все энергетические каналы погибших. Подчиняла себе остатки духовной силы. Разбирала их на мельчайшие составляющие. И вот уже очищенный поток постепенно возвращался обратно по нитям в тело самого Максима. Ядро внутри его даньтяня едва заметно дрогнуло. Навстречу новым потокам. Словно иссохшая земля принимала долгожданный дождь.

Даже несмотря на то, что это были марионетки, количество энергии оказалось огромным. Все же перед ним лежали бывшие мастера уровня Доу Лин пятой звезды. Даже после смерти в их телах оставались поистине колоссальные запасы силы. Нити Инь работали все быстрее. Все глубже. Все увереннее. Так что, буквально на глазах, кожа погибших начала терять цвет. Мышцы стремительно высыхали. Лица проваливались. И всего лишь через несколько мгновений обе марионетки уже напоминали древние мумии.

Но на этом процесс не остановился. Последние крупицы духовной силы покинули даже костный мозг. Высохшие тела начали покрываться трещинами. Потом... рассыпались. Сначала крупными кусками. Затем мелкой серой пылью. И наконец... их просто не стало. Будто этих двух существ никогда и не существовало. Даже остаточной духовной ауры не осталось. Все без остатка растворилось в силе Инь. И только теперь сам Максим медленно выдохнул. Полученная энергия была тщательно очищена еще во время поглощения. Никакой чужой воли. Никаких следов прежних хозяев. Только чистая сила.

— Любопытная техника. — Спокойный голос прозвучал совсем рядом. Максим мгновенно поднял голову. Перед ним уже стоял судья. Он появился настолько тихо, что даже нити Инь не предупредили заранее. Это обстоятельство само по себе заставило парня внутренне насторожиться. Его рука почти незаметно легла на посох. Не в угрожающем жесте. Скорее инстинктивно. После всего произошедшего он вполне допускал, что судья мог счесть подобное использование тел погибших нарушением древних правил.

В голове парня быстро промелькнули десятки вариантов развития событий. Однако лицо древнего хранителя оставалось все таким же спокойным. Он внимательно посмотрел сначала на то место, где еще несколько секунд назад лежали тела марионеток, затем перевел взгляд на Максима. В его мудрых глазах не читалось ни осуждения, ни гнева. Лишь спокойный, изучающий интерес. Именно это спокойствие почему-то заставило Максима насторожиться еще сильнее, чем если бы судья сразу начал предъявлять обвинения.

Максим молча смотрел на древнего судью. Он не пытался оправдываться. Не искал подходящих слов. И уж тем более не собирался отрицать произошедшее. Если стоявший перед ним хранитель действительно видел настолько многое, насколько показывали последние события, то любая ложь выглядела бы попросту бессмысленной. Несколько долгих секунд судья просто разглядывал паренька. Затем его древнее лицо впервые за все время едва заметно смягчилось.

— Не тревожься. — Голос Энта прозвучал спокойно, без какой-либо угрозы или осуждения. — Ты не нарушил ни одного закона этого места.

Максим продолжал внимательно слушать. А судья снова медленно перевел взгляд на серую пыль, оставшуюся от двух бывших марионеток.

— Я сразу понял... что ты сделал.

Он снова посмотрел на парня. И неожиданно еле заметно кивнул.

— Но я также понял... чего именно ты не сделал.

При этих словах парень слегка приподнял бровь. Судья спокойно пояснил:

— Ты не осквернил их души. Ты не попытался обратить их в подобных существ. Ты не украл их судьбу. Ты лишь забрал ту силу... которая уже не принадлежала никому. А это большая разница.

Парень всё также молчал. А древний хранитель неожиданно продолжил совсем другую мысль.

— Ты — культиватор силы Инь… Не Тьмы… Не смерти… Именно Инь…

Последние слова он произнес с особым ударением. Будто хотел, чтобы Максим навсегда запомнил это различие.

— Многие считают эти понятия одинаковыми. Они сильно ошибаются.

Судья медленно поднял руку. Над его ладонью появились два небольших светящихся шара. Один сиял мягким золотистым светом. Другой был глубокого серебристо-черного оттенка. Они медленно вращались друг вокруг друга. Не сталкиваясь. Не поглощая один другого. Наоборот. Каждый будто усиливал существование второго.

— Ян. Инь. Тепло... и Покой… Созидание... И… Завершение… День... и ночь… Жизнь... и… Смерть…

Он внимательно посмотрел на парня.

— Большинство разумных видят только последнее. И потому совершают одну и ту же ошибку. — Шары продолжали вращаться. — Они называют Инь... Чистым Злом. Они называют Тьму... источником всех бед. Они начинают уничтожать тех... кто способен работать с этой силой.

Голос древнего хранителя стал заметно тяжелее.

— Так происходило уже не раз. И каждый раз миры дорого за это расплачивались.

Он медленно развел ладони. Золотой шар внезапно увеличился, а тёмный стал почти незаметным. И сразу же золотое сияние начало мерцать. Потом... тускнеть. Затем и вовсе стало нестабильным. Будто само разрушало себя.

— Если остается только Ян... он начинает сжигать сам себя.

Затем ситуация изменилась. Теперь вырос темный шар. Золотой почти исчез. И уже темная энергия стала хаотичной. Рваной. Разрушительной.

— Если остается только Инь... происходит то же самое. Обе крайности... одинаково губительны.

Он вновь объединил оба шара. И они снова начали спокойно вращаться. Теперь энергия вновь стала устойчивой. Спокойной. Совершенной.

— Равновесие. Вот что поддерживает существование миров. Не добро. Не зло. Именно равновесие.

От всего этого Максим невольно задумался. Многие вещи, которые раньше казались ему странными, внезапно начали складываться в единую картину.

Судья же продолжал свои откровения:

— Когда-то людей, подобных тебе, уничтожали повсюду. Без суда. Без попыток разобраться. Стоило лишь почувствовать силу Инь... и за таким человеком начиналась охота. Потому что его считали слугой смерти. Демоном. Предвестником бедствий.

Он едва заметно покачал головой.

— Какая глупость... Именно тогда равновесие миров оказалось нарушено. Очень сильно. Некоторые миры до сих пор ощущают последствия тех решений. Леса погибают без причины. Реки меняют течение. Духовные жилы истощаются. Появляются чудовища. Разрушаются древние печати. Все потому... что кто-то однажды решил уничтожить одну половину Мироздания.

Максим молча слушал.

— Поэтому... я рад. Очень рад. Что нынешние поколения перестали бездумно убивать подобных тебе. Пусть даже многие еще не понимают... насколько это важно.

Наступило короткое молчание. Затем судья неожиданно улыбнулся. Совсем немного. Но для столь древнего существа даже такая улыбка выглядела необычно.

— К тому же... ты весьма аккуратно обращаешься со своей силой. Это тоже заслуживает уважения.

После этих слов он спокойно перевел взгляд немного в сторону. Туда, где среди серой пыли что-то негромко звякнуло.

Максим тоже посмотрел. Лишь теперь он заметил, что после полного разрушения марионеток на земле осталось несколько предметов. Два пространственных кольца. Несколько древних нефритовых пластин. Потемневший медальон. Какие-то металлические печати. И несколько небольших кристаллов. Все то, что не смогла разрушить даже сила Святого. Судья спокойно указал на них рукой.

— Это принадлежит тебе.

Максим вопросительно посмотрел на него.

— По древним законам турнира. — Он произнес эти слова так, будто цитировал правило, существовавшее многие тысячелетия. — Эти создания напали на тебя. Не на арене. Не во время поединка. А уже после окончания боя. Следовательно... они нарушили закон турнира. Их хозяин уже понес свое наказание. Но сами нападавшие также считаются проигравшей стороной.

Он снова посмотрел на оставшиеся предметы.

— Все имущество нарушителей переходит тому... на кого было совершено нападение. Это компенсация. И одновременно подтверждение того...что древние законы защищают каждого участника одинаково. Без различия миров. Светлых… Темных… Или любых иных.

Голос судьи прозвучал твердо:

— На этом турнире разрешено убивать. Разрешено применять любые техники. Разрешено использовать любые артефакты. Но... только на арене. Только после объявления начала поединка. И только до объявления его окончания. Все остальное... уже преступление против законов турнира.

Он сделал небольшую паузу.

— Именно поэтому Святой вмешался. Не потому, что хотел защитить лично тебя. А потому, что был нарушен Закон. А Закон для хранителей выше любых имен, титулов и уровней силы.

После этих слов древний судья спокойно развернулся, словно сказал все, что считал необходимым. Лишь на мгновение остановившись, он произнес, уже не оборачиваясь:

— Береги свою силу, юный культиватор Инь. Такие, как ты... появляются значительно реже, чем думают люди. И исчезают значительно быстрее, чем должны.

События на арене постепенно подходили к концу. Разрушенные участки были давно восстановлены. Следы сражений исчезли. Даже кровь, еще недавно покрывавшая каменные плиты, растворилась без следа под действием древних техник хранителей. Лишь лица присутствующих продолжали хранить отпечаток пережитого…

Команда Светлых миров уже собиралась покидать арену. Наставники тихо переговаривались между собой. А три девушки то и дело бросали взгляды на Максима. Причем теперь не только с беспокойством. После всего произошедшего они явно еще пытались осмыслить, что вообще произошло за этот день. Сам же парень был занят куда более практичной проблемой. Рядом с ним, все еще не приходя в сознание, находилась плененная Королева Крови. Её уже успели привести в порядок, остановив кровотечение и оказав первую помощь. Однако девушка по-прежнему была без сознания.

Максим задумчиво потер подбородок.

— И что мне теперь с тобой делать?.. — Вопрос был совершенно искренним.

Он прекрасно понимал, что оставлять её без присмотра было просто нельзя. Отпускать — тем более. Нести на руках через несколько миров — тоже удовольствие сомнительное. Да и объяснять каждому встречному, почему рядом с ним находится одна из сильнейших представительниц Тёмных миров, теперь связанная с ним древним договором... Подобная перспектива его совершенно не радовала.

Именно в этот момент рядом совершенно бесшумно возник высокий силуэт. Максим машинально повернулся. Перед ним снова стояло существо из народа древних древесных хранителей – Энтов. Все тот же высокий рост. Та же кора вместо кожи. Те же светящиеся зеленоватые глаза. Та же спокойная величественная осанка.

Парень несколько секунд внимательно разглядывал гостя. И неожиданно понял одну любопытную вещь.

“...А ведь... — Он мысленно усмехнулся. — Я совершенно не могу понять... Это тот же самый cудья... или другой представитель их народа?”

Он честно попытался вспомнить хоть какие-нибудь отличительные черты. Цвет листьев? Практически одинаковый… Структуру древесной коры? Тоже почти не различить… Рост? Одинаковый… Даже голос, казалось, звучал почти одинаково.

Максим внутренне покачал головой.

“Наверное... для них мы выглядим точно так же.”

Эта мысль почему-то показалась ему довольно забавной. Древний хранитель спокойно протянул вперед руку. На раскрытой ладони лежали три предмета. Широкий темный пояс. И два массивных нефритовых браслета. Все три вещи сразу привлекали внимание. От них исходили сильные волны пространственной энергии. Максим сразу понял. Это были артефакты-хранилища. Причем весьма высокого уровня. Особенно пояс. По его внутренней стороне располагался целый ряд аккуратных карманов. Каждый был прошит пространственными рунами. Даже парню сейчас беглого взгляда хватило, чтобы понять — вместимость подобных карманов значительно превосходила обычные пространственные кольца.

Парень осторожно принял вещи. Нити Инь сразу же коснулись артефактов. Не для взлома. Лишь чтобы ощутить их природу. Да. Все три предмета были подлинными пространственными сокровищами. И явно принадлежали очень сильному культиватору. Древний хранитель спокойно произнес:

— Это тоже принадлежит тебе.

Максим вопросительно посмотрел на него.

— Компенсация. За нарушение законов турнира. — Он слегка коснулся рукой пояса. — Эти вещи также принадлежали тому... кто нарушил древние правила.

Слова прозвучали совершенно спокойно. Без каких-либо эмоций. Будто речь шла о самом обычном судебном решении. Однако смысл сказанного был предельно понятен. Максим невольно подумал:

“Значит... Этот мерзкий старик действительно не смог уйти...”

Святой довел исполнение приговора до конца. Иначе подобные трофеи никогда не оказались бы здесь. Заметив взгляд Древня парень лишь молча кивнул. Особого сожаления он не испытывал. Этот Доу Хуан сам сделал свой выбор. Нарушил правила. Попытался напасть вне арены. А затем еще и бросил вызов тем, кто эти правила охранял. Последствия оказались вполне закономерными.

Максим перевел взгляд на пояс. Ему было действительно интересно. Что может хранить у себя культиватор уровня Доу Хуан? Какие техники? Какие материалы? Какие редкие артефакты? Какие записи? Какие секреты создания марионеток? Особенно последняя мысль заставила его глаза едва заметно блеснуть. Он сразу вспомнил древнего голема, которого когда-то разобрал почти на отдельные детали и до сих пор хранил среди своих трофеев. Если удастся найти полноценные трактаты... Очень многое может измениться. Но открывать подобные хранилища сейчас он, разумеется, не собирался. Слишком много посторонних глаз. Тем временем древний хранитель неожиданно сделал несколько шагов вперед. Так, чтобы его было хорошо слышно всей арене. Даже зрители, уже начавшие расходиться, невольно остановились. Хранитель поднял руку. Его голос, усиленный древней силой, прокатился над всем огромным пространством.

— Турнир завершен. — Наступила полная тишина. — Победителем признана команда Светлых миров.

Эти слова уже никого не удивили. Все и так прекрасно понимали итог. Однако хранитель продолжил. И именно следующая фраза заставила тысячи разумных буквально оцепенеть.

— Согласно древнему Договору. Мир, потерпевший поражение во всех десяти поединках... переходит под юрисдикцию мира-победителя.

После такого заявления вокруг арены воцарилась тишина. Такая глубокая, что было слышно, как где-то далеко перекатывается небольшой камешек. Никто не произнес ни слова. Многие решили, что ослышались. Особенно представители Тёмных миров. Они ошеломленно переглядывались. Кто-то даже переспросил соседа. Но ответом было лишь такое же растерянное лицо. А хранитель спокойно продолжил:

— Отныне победивший Светлый мир получает законное право предъявлять требования, предусмотренные древним соглашением. В том числе... на часть ресурсов проигравшего мира. На установленные договором территории. На иные обязательства, закрепленные древними законами.

Теперь потрясение охватило уже обе стороны. Светлые миры были не менее поражены. Они веками привыкли к совершенно иной картине. Именно Тёмные миры нападали. Именно они требовали дань. Именно они стремились расширять свои владения. Именно они диктовали условия после побед. Никто даже не допускал мысли, что однажды ситуация способна полностью измениться. Что Светлый мир получит законное право предъявлять требования Темному. Причем не как захватчик. А именно как победитель, действующий в рамках Древнего Договора. Эта мысль казалась настолько непривычной, что многие старейшины просто стояли, не находя слов. Некоторые из представителей Тёмных миров побледнели сильнее, чем во время появления Святого.

Потому что сейчас они наконец осознали истинную цену проигранного турнира. Ведь теперь речь шла уже не о десяти бойцах. И не о личном позоре. На кону оказался целый мир. И теперь именно из-за десяти последовательных поражений, восемь из которых нанес один-единственный юный культиватор с черным посохом, многовековой порядок сил мог измениться впервые за бесчисленные поколения. Несколько долгих мгновений после объявления древнего хранителя никто из команды Светлых миров так и не мог окончательно прийти в себя. Слишком многое произошло за один день. Сначала один мальчишка, которого большинство противников даже не воспринимали всерьез, последовательно победил десятерых представителей Тёмных миров.

Потом вмешательство старика уровня Доу Хуан. Затем появление Святого, буквально разорвавшего пространство. После этого — выяснилось, что весь турнир решал судьбу целого мира. И словно этого было мало, теперь рядом с их командой сейчас находилась та самая пленница, одна из сильнейших культиваторов Темных миров, Королева Крови. Казалось, происходящее давно перестало укладываться в привычную картину мира.

Первой пришла в себя молодая наставница Ли. Она глубоко вздохнула. Провела ладонью по лицу, словно пытаясь окончательно стряхнуть накопившееся напряжение. Затем посмотрела на Максима. Тот, как ни в чем не бывало, уже успел убрать в собственное хранилище новые трофеи и теперь задумчиво разглядывал широкий пространственный пояс, явно прикидывая, когда сможет спокойно изучить его содержимое.

Наставница несколько секунд молча наблюдала за ним. Но потом все же покачала головой.

— Мин-сок...

Парень поднял взгляд.

— Да?

— Ты ничего не забыл?

Он искренне задумался.

— Кажется... нет.

Наставница молча указала рукой в сторону. Туда, где две сопровождающие аккуратно поддерживали все еще находившуюся без сознания Королеву Крови. Несколько секунд Максим смотрел в ту сторону. Потом понимающе кивнул.

— А...Точно.

Наставница скрестила руки на груди.

— И?

Парень вопросительно посмотрел на нее.

— Что "и"?

— Что ты теперь собираешься с ней делать?

Этот вопрос заставил остальных членов команды тоже обратить внимание на пленницу. Действительно. За всеми последними событиями они как-то совершенно забыли о том, что произошло после боя. А ведь речь шла не просто о пленнице. Перед ними находилась культиватор уровня Доу Лин. Причем далеко не рядовой. Обладательница крайне опасных техник крови. Та самая, которой боялись даже многие представители Темных миров. И теперь именно она по древнему закону принадлежала Максиму. Как личная собственность. Наставница заговорила уже серьезнее:

— Не стоит недооценивать подобного противника. Даже если между вами существует древняя связь. Она сильна. Очень сильна. По меркам нашей Академии... она вообще могла бы считаться одной из самых опасных… Некоторые из старших наставников вряд ли сумели бы легко справиться с ней.

Она ненадолго замолчала.

— Поэтому я еще раз спрашиваю... что ты собираешься делать?

Все остальные тоже внимательно посмотрели на Максима. Даже девушки перестали переговариваться. Ответ действительно был важен. Кто-то ожидал услышать, что он попытается получить знания о техниках крови. Кто-то предполагал, что он сделает ее личным телохранителем. Кто-то думал, что он захочет использовать ее силу во время будущих походов. Вариантов было множество. Так что Максим же совершенно спокойно пожал плечами. Будто вопрос касался какой-нибудь бытовой мелочи.

— Вообще-то... я давно мечтал о личной служанке.

После этих слов повисла тишина. А наставница несколько раз растерянно моргнула.

— О... чем?

Парень совершенно серьезно продолжил:

— Ну, сами подумайте. Очень удобно. Будет приносить мне чай, пока я изучаю древние трактаты. — Он задумчиво посмотрел куда-то вверх. — Если понадобится — заварит что-нибудь вкусное. Поможет книги разобрать. Пыль с полок вытрет.

Затем, совершенно невозмутимо, добавил:

— Ну и, если совсем уж будет заняться нечем... может пятки мне почесать.

Вот тут тишина стала совершенно абсолютной. Даже ветер словно решил остановиться. Наставница Ли медленно открыла рот. Потом закрыла. Снова открыла. Но слов у неё так и не нашлось. Остальные члены команды выглядели ничуть не лучше. Кто-то застыл с приоткрытым ртом. Кто-то непонимающе переводил взгляд с Максима на бессознательную Королеву Крови. Потом обратно. Один из старших учеников даже несколько раз потер переносицу, будто решил, что ему просто послышалось.

"Служанка..."

"...чай..."

"...пятки..."

Мысли явно отказывались складываться в осмысленную картину. Перед их глазами находилась девушка, которая совсем недавно едва не уничтожила целую арену своей техникой Кровавого Тумана. Культиватор уровня Доу Лин. Опаснейший мастер техник крови. Гордость Темных миров. И этот невозможный мальчишка только что совершенно серьезно заявил, что собирается поручить ей, в лучшем случае... приносить чай. А в худшем… Пятки чесать! Первой не выдержала та самая огненная девушка. Она сначала тихонько фыркнула. Потом прикрыла рот ладонью. Плечи начали подрагивать. Ещё через секунду раздался короткий смешок.

— Пф...

Следом еще один.

— Ха...

И вдруг она согнулась пополам.

— Ха-ха-ха-ха!

Слезы буквально выступили у нее на глазах. Она всё же попыталась что-то сказать.

— Представила... ха-ха... Королеву Крови... с чайником...

Но договорить уже не смогла. Новый приступ смеха окончательно лишил ее возможности говорить. Ее смех оказался настолько заразительным, что почти сразу прыснула еще одна девушка. Следом третья. Потом кто-то из старших учеников громко расхохотался. Ещё через несколько секунд смеялась уже почти вся группа. Даже несколько обычно невозмутимых наставников отвернулись, старательно скрывая улыбки. Один из пожилых преподавателей тихо пробормотал:

— За несколько сотен лет... никогда бы не подумал... что услышу подобное...

После чего сам не выдержал и рассмеялся. Молодая наставница сначала изо всех сил всё же пыталась сохранить строгое выражение лица. Она несколько раз глубоко вдохнула. Посмотрела на совершенно серьезного Максима. Потом на бессознательную Королеву Крови. И… Окончательно сдалась. Тихий смех быстро превратился в искренний, звонкий хохот.

— Максим... Ты... Ты хоть понимаешь...кого сейчас собрался заставить...чай подавать?..

Парень совершенно спокойно пожал плечами.

— А что? Чай — дело полезное.

Все снова дружно расхохотались.

— И вообще… — невозмутимо продолжил он, — если уж человек оказался у меня в услужении, пусть занимается чем-нибудь действительно полезным. Не заставлять же ее целыми днями стоять с грозным видом. Это, по-моему, очень скучно.

Эти слова вызвали новую волну смеха, окончательно разрядив напряжение, которое сковывало всю команду после череды смертельно опасных поединков и потрясений последних часов.

Максим сначала тоже невольно улыбнулся. Нарисованная им самим картина действительно выглядела забавно. Лу Фэнъэр уже буквально держалась за живот, пытаясь перевести дыхание. Линь Сюэ сидела прямо на ступеньке, вытирая выступившие слезы. Даже несколько пожилых наставников, обычно сохранявших безупречное самообладание, теперь смеялись совершенно искренне. Казалось, вся команда одновременно потеряла способность говорить. Но... Улыбка постепенно исчезла с лица парня. Что-то в этом смехе показалось ему неправильным. Он внимательно посмотрел на каждого. Именно внимательно. Не на лица. А в глаза.

Лу Фэнъэр смеялась. Но по щекам текли вовсе не только слезы от смеха. Вторая девушка пыталась что-то сказать, однако каждый раз лишь начинала смеяться еще сильнее. При этом плечи у нее заметно дрожали. Один из старших учеников громко хохотал, запрокинув голову назад. Однако Максим отчетливо видел, как тот время от времени судорожно сжимает кулаки. Еще одна наставница вообще отвернулась. И было непонятно... Плачет она... Или смеется. Скорее всего... И то, и другое одновременно. Именно тогда Максим наконец понял. Это вовсе не обычный смех. Это была самая настоящая истерика. Та самая эмоциональная разрядка, которая приходит лишь тогда, когда человек слишком долго жил в ожидании чего-то страшного. Слишком долго. Слишком напряженно. И наконец понял... Что остался жив.

Парень медленно перевел взгляд на молодых бойцов своей команды. И неожиданно вспомнил всё. Сколько месяцев они готовились к этому турниру… Каждый день… Каждая тренировка… Каждый спарринг… Каждый разговор наставников… Все сводилось только к одному. Выжить… Если получится. Потому что никто особенно не надеялся победить.

Все прекрасно знали историю подобных турниров. За тысячи лет. Снова и снова. Тёмные миры приходили сюда с одной целью. Убивать. Не побеждать. Именно убивать. Именно этим они всегда отличались. Для большинства их представителей смерть противника была не средством достижения победы. Она и была самой целью. Даже если правила позволяли оставить врага в живых. Даже если пленник мог принести больше пользы. Даже если можно было закончить бой без убийства. Они все равно предпочитали проливать кровь. Это стало частью их культуры. Частью их воспитания. Частью их силы.

Поэтому каждый раз, отправляя команду на турнир, Академии Светлых миров прекрасно понимали одну простую вещь. Обратно вернутся далеко не все. А иногда… Не возвращался вообще никто. Именно поэтому подготовка шла совсем не так, как к обычным соревнованиям. Это была подготовка к возможной смерти. Молодым культиваторам заранее объясняли главное. Если придется погибнуть... Нужно сделать это достойно. Если получится... Унести с собой хотя бы одного врага. Именно этому их учили.

В этот момент Максим вспомнил лица девушек еще несколько месяцев назад. Тогда они улыбались значительно реже. Многие почти не шутили. Даже обычные разговоры часто заканчивались обсуждением техник, пилюль, способов выживания. Каждый прекрасно понимал. Очень скоро кому-то из них придется выйти на арену. Возможно... В последний раз в жизни.

Молодая наставница тогда тоже изменилась. Она стала гораздо строже. Требовательнее. Иногда даже жестче. Но теперь Максим понимал. Она вовсе не издевалась над учениками. Она просто пыталась сделать все возможное... Чтобы хотя бы кто-нибудь из них потом вернулся домой. Живым.

И вот теперь... Все закончилось. Причем настолько невероятно... Что никто из них даже не успел по-настоящему испугаться. Потому что Максим один за другим выходил на арену. Снова. И снова. И снова. Постепенно принимая на себя весь удар. Сначала одного противника. Потом второго. Третьего. Четвертого. Пятого. Потом... Всех остальных. Он настолько быстро ломал привычный ход турнира, что остальные члены команды постепенно перестали готовиться к собственным боям. Не потому, что не хотели. Просто... До них очередь так и не дошла. Каждый раз, когда казалось:

“Теперь наверняка выйду я...”

На арену снова спокойно шел Максим. И снова возвращался. Победителем. Он стал своеобразной стеной. О которую разбивались один за другим лучшие бойцы Темных миров. Пока наконец... Не закончились совсем.

Он снова посмотрел на смеющихся товарищей, но теперь уже совсем другими глазами. Сейчас они смеялись вовсе не над его шуткой. Она лишь стала последней каплей. Тем самым маленьким толчком. После которого рухнула стена напряжения, державшаяся многие месяцы. Теперь наружу вырывалось все сразу. Страх… Бессонные ночи… Изматывающие тренировки… Ожидание смерти… Прощание с родными… Мысли о том, что домой можно уже не вернуться… Все это теперь растворялось в этом, казалось бы, совершенно безудержном смехе.

Даже наставники выглядели так, словно с их плеч внезапно сняли огромную каменную глыбу. Они больше не были обязаны отправлять учеников почти на верную смерть. Не должны были выбирать, кто следующим выйдет на арену. Не должны были смотреть, как погибают те, кого они сами учили долгие годы. В этот раз... Им не пришлось никого хоронить. Вообще никого. И, наверное, именно это потрясало их сильнее всего.

Максим молча оглядел всю свою команду. И впервые за долгое время ощутил странное, теплое чувство. Не гордость. Нет. Скорее... Спокойное удовлетворение. Да. Он действительно вышел на арену в основном потому, что хотел защитить собственные тайны, добиться победы и не дать Темным мирам получить преимущество.

Но сейчас перед ним стояли живые люди. Все. До единого. Никого не несли на носилках. Никого не оплакивали. Никто не лежал под погребальным покрывалом. Все были живы. И именно сейчас он понял, что, пожалуй, это и стало самым важным итогом всего турнира. Не титул абсолютного победителя. Не трофеи. Не пространственные артефакты. Не древние техники. А то, что впервые за бесчисленные поколения команда Светлых миров покидала арену в полном составе. Без единой потери. А сам он, сам того не желая, стал тем, кого, возможно, будут вспоминать еще многие столетия как первого абсолютного чемпиона турнира за тысячи лет — человека, который в одиночку переломил ход состязания, считавшегося для Светлых миров почти безнадежным…

………..

Сознание возвращалось медленно. Очень медленно. Словно она поднималась со дна глубочайшего озера, сквозь толщу ледяной воды, где каждый новый миг требовал огромных усилий. Сначала появилась боль. Глухая. Тяжелая. Она растекалась по всему телу. Особенно сильно ломило спину. Затылок буквально пульсировал. Каждый удар сердца отдавался тупой болью где-то в основании черепа. Казалось, будто ее несколько раз с размаху ударили о каменную стену. Потом пришли звуки. Сначала они были совершенно неразборчивыми. Какой-то далекий гул. Будто шум большого водопада. Затем постепенно начали выделяться отдельные голоса. Их было очень много. Десятки. Нет... Сотни. Кто-то смеялся. Причем настолько громко и искренне, что ей показалось странным. Смеяться... После турнира? Она попыталась открыть глаза. Но веки словно налились свинцом. Поэтому девушка решила пока не двигаться. Сначала разобраться. Понять... Что произошло. Она сосредоточилась на слухе.

— ...видел его лицо?..

— ...ха-ха... никогда...

— ...служанка...

— ...чай...

Слова складывались в совершенно бессмысленные обрывки. Она нахмурилась. Почему... О чем вообще идет речь? К сознанию постепенно возвращались воспоминания. Арена… Мальчишка… Чёрный посох… Кровавый Туман… Потом... Столб энергии… Невозможный прорыв… Она отчетливо вспомнила тот момент. Её техника вдруг перестала ей подчиняться. Будто кто-то другой... Перехватил над ней власть. Нет. Не просто перехватил. Преобразил. Переделал. Она до сих пор не понимала, каким образом подобное вообще возможно. Затем... Вихрь. Жуткая энергия. Ударная волна. После этого... Темнота. Девушка попыталась осторожно пошевелить пальцами. Получилось. Значит... Она жива. Эта мысль заставила ее немного расслабиться. Хотя... Лишь на одно мгновение. Потому что почти сразу возник следующий вопрос. Почему?

Она прекрасно помнила правила. Если противник оставался жив... Его судьбу решал победитель. Если же победитель не желал сохранять ему жизнь... Все заканчивалось прямо там. На арене. Без лишних разговоров. Она ведь проиграла. Совершенно однозначно. Значит... Почему до сих пор жива? В этот момент до нее донесся еще один разговор. Совсем рядом.

— Никогда бы не подумал... что Темные миры могут проиграть вообще все бои...

— Все десять...

— Даже представить невозможно...

— Абсолютный разгром...

Все десять? Внутри души Юэ Жуянь словно что-то оборвалось. Она застыла. Нет... Этого не могло быть. Она прекрасно знала силу остальных. Каждый из них являлся элитой. Некоторые были значительно старше её. Некоторые обладали техниками, куда опаснее ее собственных. Даже тот отвратительный старик-марионеточник выставил весьма сильных бойцов. Все они... Проиграли? Нет. Это невозможно. Она напрягла слух еще сильнее. И почти сразу услышала новое.

— Он ведь их одного за другим...

— Никого не пожалел...

— Семерых вообще убил почти мгновенно...

— Только девушку оставил...

Только девушку... Её. Дыхание едва заметно сбилось. Нет... Нет... Этого просто не может быть. Перед внутренним взором начали всплывать лица.

Кукловод. Высокомерный. Всегда уверенный в собственной власти. Мертв… Крылатый охотник. Смеявшийся перед началом боя. Мертв… Мастер кровавых лент. Мертв… Каменный, воплощенный в Стихию. Мертв… Демон. Странник пространства… Остальные... Все… Она вдруг отчетливо поняла. Что из всей десятки... В живых действительно осталась только она.

В этот момент ей вдруг стало холодно. Очень холодно. Причем вовсе не телу. Душе. Она слишком хорошо знала порядки собственного мира. Там поражение уже считалось тяжелейшим позором. А подобное поражение... Когда уничтожена вся элитная команда... Это была настоящая катастрофа. И теперь её имя наверняка уже стало символом провала.

Но... Это было еще не самое страшное. В памяти внезапно всплыл голос древнего судьи, что она услышала всего лишь краем своего угасающего сознания. Совершенно спокойный. Без малейших эмоций.

— Победитель вправе решить дальнейшую судьбу побежденного. Убить… Продать… Или отпустить…

Потом... Еще что-то. Какой-то цветок. Странный сладковатый запах. Что-то заставили выпить победителя. Пыльца... Легшая ей на лицо. Именно в этот момент внутри словно ударил колокол. Рабыня!

Она все вспомнила. До последнего слова. Связь. Подчинение. Невозможность причинить вред хозяину. Невозможность ослушаться. Освободить её теперь мог только он. И только по собственной воле.

Она медленно стиснула зубы. Если бы могла... Наверное, сейчас закричала бы. Но вместо этого продолжала неподвижно лежать. С закрытыми глазами. Гордость буквально выла внутри. Она... Королева Крови. Ученица самого старца Рисана. Бессменного главы Академии Тёмного мира. Воин уровня Доу Лин. Та, чье имя внушало страх. Та, перед которой склоняли головы десятки учеников Тёмной Академии. Та, кого называли будущей надеждой своего мира. Теперь... Рабыня.

Хуже этого она не могла представить ничего. Даже смерть. Смерть закончила бы все быстро. А это... Это могло длиться долгие годы. Возможно... Всю жизнь. И именно поэтому ей было страшно открыть глаза. Она не знала... Что увидит первым. Лицо своего нового хозяина. Или презрение окружающих. И что окажется больнее, она сейчас сказать уже не могла.

Девушка резко вдохнула. Боль тут же пронзила грудь, спину и затылок, однако сейчас она уже не обращала на нее никакого внимания. Все мысли слились в одну-единственную.

Бежать.

Нет... Даже не так. Вырваться. Любой ценой. Пока еще есть хотя бы малейший шанс. Пока сознание окончательно не смирилось с произошедшим. Пока тело еще помнит, что такое свобода. Потому что потом... Потом может оказаться поздно.

Она прекрасно знала историю подобных пленников. Особенно тех, кто попадал в руки действительно опытных культиваторов. Сначала человек сопротивляется. Потом его ломают. Потом заставляют повиноваться. Потом... Он уже и сам не понимает, когда перестал бороться. Для представителей Тёмных миров подобное было вполне обычным явлением. Она сама не раз видела таких людей. Когда-то сильные. Гордые. Опасные. А спустя несколько лет... Пустой взгляд. Безукоризненное выполнение любого приказа. Никаких эмоций. Никаких желаний. Только воля хозяина. Именно поэтому мысль о собственном пленении вызывала у нее почти животный ужас. Она была готова умереть. Готова потерять тело. Даже принять мучительную смерть. Но... Не стать чьей-то вещью.

Перед глазами всплыли две знакомые фигуры. Марионетки наставника. Двое его бывших учеников. Когда-то они тоже были живыми людьми. Талантливыми. Амбициозными. Достигшими уровня Доу Лин пятой звезды. Их уважали. Ими восхищались. А потом... Что-то произошло. Теперь они лишь безмолвно следовали за своим хозяином. Их лица давно утратили всякое выражение. Они двигались идеально. Сражались безошибочно. Но в них уже не осталось ничего человеческого. Девушка всегда считала такую судьбу страшнее смерти. Потому что смерть ставила точку. А подобное существование... Было бесконечной пустотой.

— Нет... Ни за что... — Её губы едва слышно шевельнулись. В следующий миг она распахнула глаза. Сознание ещё оставалось немного затуманенным. Перед взглядом все плыло. Солнечный свет резал глаза. Голоса вокруг смешивались в сплошной гул. Но этого оказалось достаточно. Инстинкты сработали быстрее разума.

Она рывком попыталась подняться. Мышцы протестующе вспыхнули болью. Перед глазами потемнело. Однако девушка буквально заставила себя вскочить. Колени дрогнули. Но она удержалась.

— Сейчас!

Почти одновременно с движением она попыталась призвать духовную силу. По привычке. Без раздумий. Как делала тысячи раз прежде. Кровь. Энергия. Меридианы. Ядро. Все должно было откликнуться. И действительно... Она почувствовала силу. Почувствовала собственное ядро. Почувствовала меридианы. Они были истощены после боя, но далеко не разрушены. Значит... Еще можно сражаться.

Она резко выбросила вперед руку. Собираясь сформировать первую кровавую иглу. И одновременно оценивала окружающую обстановку. Несколько человек. Наставники. Ученики. Если ударить неожиданно... Прорваться... Захватить кого-нибудь... Использовать как щит... Добраться до выхода... Дальше... Как получится.

В голове девушки уже выстраивалась цепочка действий. Быстрая. Холодная. Просчитанная. Именно так, как ее учили. Но... Ровно в тот миг, когда духовная сила должна была подчиниться ее воле... Произошло нечто странное. Она отчетливо сформировала приказ. Собственная кровь обязана была откликнуться. Однако… Внутри словно возникла невидимая преграда. Не физическая. И даже не энергетическая. Скорее... Что-то более глубокое.

Она нахмурилась. Сильнее потянулась к собственной силе. Ещё раз. Еще. Ничего. Нет. Не совсем ничего. Сила откликалась. Но... Будто ждала чьего-то разрешения. Холод пробежал по позвоночнику. Она резко попыталась сделать следующий шаг. Хотела броситься вперед. Однако ноги неожиданно словно налились свинцом. Не потому, что были ранены. Нет. Они просто... Не захотели двигаться в выбранном направлении.

— Что?..

Впервые за многие годы в ее голосе прозвучал настоящий страх. Она снова заставила себя шагнуть. И снова. Безрезультатно. Тело подчинялось ей. Руки двигались. Голова поворачивалась. Она могла дышать. Могла говорить. Но стоило у неё только возникнуть намерению причинить вред окружающим или попытаться прорваться силой... Как все словно упиралось в невидимую стену.

Девушка застыла. Постепенно до нее начал доходить смысл произошедшего. Это было не обычное ограничение. Не печать. Не блокировка меридианов. Не подавление духовной силы. Нет... Она по-прежнему ощущала собственную мощь. Но между намерением и действием появилась непреодолимая преграда. Именно тогда она окончательно осознала слова судьи. Связь действительно существовала. Она не лишила её сознания. Не превратила в безвольную куклу. Не стерла личность. Она по-прежнему оставалась собой. Со своими воспоминаниями. Характером. Гордостью. Ненавистью. Но в тот момент, когда эта воля пыталась обратиться против установленного запрета... Она больше не могла воплотиться в действие.

Эта мысль ударила больнее любого оружия. Потому что теперь девушка поняла разницу между марионетками своего наставника и собственной судьбой. Те уже давно ничего не чувствовали. Им не было больно. Им было безразлично. А она... Она должна была помнить все. Осознавать каждое мгновение. Понимать, чего хочет. И одновременно знать, что некоторые решения больше недоступны ей. И именно это ощущение бессилия оказалось страшнее любой раны, полученной на арене.

Девушка застыла. Её грудь тяжело вздымалась после бесплодной попытки вырваться. Пальцы были судорожно сжаты. Она чувствовала собственную духовную силу. Чувствовала кровь, текущую по венам. Чувствовала каждую нить энергии внутри своего тела. И одновременно понимала, что воспользоваться всем этим так, как хотела, уже не может. Именно в этот момент совсем рядом раздался спокойный голос. Без раздражения. Без злости. Именно это почему-то напугало ее сильнее всего.

— Ну что? — Произнес молодой голос с легкой насмешкой. — Успокоилась? Или мне уже пора начинать воспитывать свою новую пленницу?

Она резко повернула голову. Перед ней стоял он. Тот самый парень. Его чёрный посох сейчас был спокойно опущен к земле, а сам он выглядел так, словно вокруг не произошло ничего необычного. Никакого торжества. Никакого высокомерия. Даже победителем он себя не держал. Скорее... Человеком, который просто закончил очередное дело. На его губах всё также играла легкая улыбка. Совсем слабая. Будто всё происходящее его скорее забавляло. Но... Именно тогда девушка встретилась взглядом с его глазами. И внутри нее все мгновенно сжалось. Ледяные. Именно такими они были. Не по цвету. По ощущению. Спокойные. Неподвижные. Холодные. Слишком спокойные. Настолько спокойные, что ей вдруг стало не по себе.

Она уже видела подобный взгляд. Много раз. У своего наставника. Когда тот решал судьбу очередного ученика. Когда создавал марионеток. Когда без малейших эмоций приносил людей в жертву ради собственных техник и усиления. Тогда его глаза выглядели именно так. Будто перед ним не живые существа. А очередной материал для работы. Но... Наставник прожил почти полторы тысячи лет. За это время можно было утратить большую часть обычных человеческих эмоций. Можно было привыкнуть к смерти. Можно было перестать удивляться чему-либо. Так что у него всё это выглядело... естественным. Жутким. Да. Но естественным.

Однако сейчас... Перед ней стоял мальчишка. Даже если слухи о его возрасте были неверны… Даже если ему было не шестнадцать... И не семнадцать... Все равно он был почти ребенком. Тем более по меркам культиваторов. И вот именно это пугало. Такой взгляд не должен был принадлежать человеку его возраста. Осознав это, она невольно задержала дыхание. А парень между тем спокойно продолжил:

— На всякий случай сразу объясню, чтобы потом не возникало недоразумений. — Он говорил так буднично, словно обсуждал распорядок дня. — Теперь тебе запрещено причинять вред кому-либо.

Он сделал небольшую паузу. После чего добавил:

— Особенно без моего разрешения.

Слова были произнесены совершенно спокойно. Без давления. Без демонстрации власти. Но... В тот же миг внутри девушки словно что-то дрогнуло. Она даже не успела подумать. Не успела возразить. Как вдруг совершенно ясно... Без всяких сомнений... Поняла. Да. Она действительно не сможет. Не потому, что испугается. Не потому, что не захочет. Не потому, что станет слабее. А потому... Что сам приказ уже стал частью чего-то более глубокого. Стоило ей только представить попытку нарушить его... Как внутри возникало отчетливое понимание невозможности подобного поступка. Словно сама реальность отвечала ей отказом. Она медленно опустила взгляд. Так как, впервые за долгие годы, ей стало по-настоящему страшно. Не за свою жизнь. За собственную свободу.

— Ты... — Голос неожиданно охрип. — Что ты со мной сделал?..

Парень чуть наклонил голову.

— Я?

Он даже удивился.

— Ничего. — После чего совершенно спокойно кивнул куда-то в сторону. — Это судья. Он просто воспользовался одним из древних способов заключения договора. Я всего лишь согласился.

Эта простота ответа только усилила тревогу девушки. Будто речь шла не о сломанной судьбе живого человека, а о какой-то формальности.

Она вновь подняла глаза. И снова увидела эту улыбку. Мягкую. Даже дружелюбную. Но глаза... Глаза совершенно ей не соответствовали. Они оставались такими же неподвижными. Спокойными. Внимательными. Словно он сейчас наблюдал вовсе не за пленницей. А за результатом какого-то интересного опыта.

В этот момент девушке стало окончательно ясно, почему во время боя он ни разу не запаниковал. Почему не дрогнул перед ее аурой. Почему не испугался техники Кровавого Тумана. Почему, даже оказавшись в центре смертельно опасного плетения, сумел сохранить полное самообладание.

Перед ней стоял человек, который привык думать прежде, чем действовать. Который не позволял страху управлять собой. И именно поэтому оказался настолько опасен. Не своей силой. Не своим странным посохом. Не загадочными техниками. А тем холодным спокойствием, с которым принимал решения. И почему-то именно сейчас ей пришла в голову неожиданная мысль. Возможно... Самым опасным оружием этого странного юноши была вовсе не уровень его культивации. И даже не чёрный посох. А его разум.

Юэ Жуянь продолжала молча смотреть на своего победителя. Внутри нее все ещё боролись злость, унижение и страх. Она уже ожидала следующего приказа. Какого-нибудь унизительного испытания. Или демонстрации своей власти. Все-таки именно так обычно поступали представители Тёмных миров. Сначала нужно было сломать пленника. Лишить достоинства. Заставить почувствовать собственное бессилие. А уже потом использовать его. Она была уверена, что сейчас увидит именно это. Но вместо ожидаемого произошло совершенно другое.

Парень спокойно опустился на корточки возле нее. Не слишком близко. Оставляя ей личное пространство. После чего коснулся своего кольца-хранилища. На его ладони одна за другой появились небольшие нефритовые бутылочки. Одни были темно-зелеными. Другие — белыми. Ещё две были выполнены из какого-то голубоватого полупрозрачного камня. Он без всякой торжественности протянул их девушке.

— Держи.

Она машинально посмотрела сначала на бутылочки. Потом на него. И не пошевелилась. Тот, кого все звали Мин-сок, чуть приподнял бровь.

— Что? Боишься, что яд?

Она промолчала. Это был вполне логичный вопрос. Он только что победил ее. Она стала его пленницей. Подсыпать что-нибудь в лекарства... Было бы самым обычным делом. Парень только тихо вздохнул.

— Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это еще на арене. — Он слегка качнул рукой. — Бери уже. Это лекарства. Для восстановления меридианов. Для ядра. И ещё пара хороших эликсиров. После твоей встречи с моей Инь организму сейчас приходится несладко. Лучше не затягивать с лечением.

Она продолжала смотреть на него. Все происходящее казалось каким-то неправильным. Нелогичным. Непонятным.

Мин-сок же, заметив ее растерянность, сам вложил бутылочки ей в ладонь. Совершенно спокойно. Без грубости. После чего поднялся. Отряхнул одежду. И совершенно будничным тоном сказал:

— В общем... Как следует восстановись. Отдохни. Пока что... — Он сделал совершенно серьезное лицо. — ...у меня пятки не чешутся.

После его странных слов вокруг несколько секунд стояла абсолютная тишина. Королева Крови даже не сразу поняла смысл услышанного. Зато люди, стоявшие рядом... Отреагировали весьма своеобразно. Сначала кто-то громко кашлянул. Потом ещё один. Потом сразу трое. Причем кашель получался каким-то подозрительным. Рваным. Будто люди изо всех сил пытались что-то удержать внутри. Через мгновение девушка поняла. Они давились смехом. И сейчас изо всех сил старались не расхохотаться в полный голос.

Особенно трое девушек из команды Светлых миров. Одна из них вообще отвернулась. Но её плечи уже заметно подрагивали. Другая крепко прикусила губу. Третья и вовсе закрыла лицо ладонью. Именно тогда вперед неожиданно шагнула молодая женщина в одеждах наставницы Академии. Она с совершенно невозмутимым выражением лица подошла к Максиму. И... Совершенно спокойно отвесила ему легкий подзатыльник.

— Ай!

Парень удивленно потер затылок.

— Наставница! За что?!

Та строго посмотрела на него.

— За язык.

Он искренне заморгал.

— А что я такого сказал?

— Перед тобой раненая девушка. Пусть даже бывший противник. А ты опять начинаешь свои глупые шуточки. — Она покачала головой. — Хоть иногда веди себя серьезнее.

Мин-сок виновато опустил голову. И совершенно неожиданно для Юэ Жуянь произнес:

— Простите... Наставница. Я больше так не буду.

— Не будешь?

— Постараюсь.

— Уже лучше.

Женщина удовлетворенно кивнула. И только после этого слегка улыбнулась. Все произошло настолько естественно, словно подобные сцены случались постоянно. Мин-сок вовсе не выглядел человеком, которого только что отчитал более слабый культиватор. Он не спорил. Не пытался показать свое превосходство. Не напоминал о собственной силе. Просто... Принял замечание. И извинился. Королева Крови медленно переводила взгляд с одного на другого. Её мысли окончательно спутались. Она уже не понимала происходящего.

"Наставница?.."

Она внимательно присмотрелась к этой по сути ещё девушке. Да. Ошибки быть не могло. Уровень культивации этой девушки был заметно ниже. Теперь, после увиденного на арене, Юэ Жуянь уже достаточно хорошо ощущала подобные вещи. Мин-сок... Был сильнее. Значительно сильнее. И это ощущалось совершенно отчетливо. Тогда... Почему? Почему он обращается к ней именно так? Почему слушается? Почему спокойно принимает замечания?

В Академии Тёмного мира подобное было бы невозможно. Если ученик становился сильнее наставника... Все менялось. Авторитет определяла исключительно сила. Никакие прежние заслуги уже не имели значения. Слабый обязан был уступить место сильному. Иначе его просто переставали уважать. Таков был закон. Жестокий. Но понятный. А здесь... Все было наоборот. Мин-сок явно относился к этой женщине с искренним уважением. Не показным. Не вынужденным. Именно искренним.

В этот момент она задумчиво нахмурилась.

"Почему?.."

Ответа на этот вопрос у неё просто не находилось. Впервые за долгое время та, кого в Тёмных мирах знали как Королеву Крови, почувствовала себя человеком, который оказался в совершенно чужом мире. Мире, где сила не отменяла благодарности. Где наставника продолжали уважать не только за уровень культивации, но и за знания, заботу и время, вложенное в ученика. И именно эта простая сцена — легкий подзатыльник, спокойное замечание и искреннее извинение — почему-то поколебала ее привычную картину мира сильнее, чем даже собственное поражение на арене.

Когда парень направился прочь от арены, Юэ Жуянь молча пошла следом. Её шаги были размеренными. Лицо вновь стало почти бесстрастным. Лишь где-то глубоко внутри продолжали сталкиваться десятки противоречивых мыслей. Она все еще не могла до конца принять произошедшее. Ещё вчера она была сильнейшим бойцом своей команды, ученицей могущественного мастера, человеком, которого в Тёмных мирах знали и боялись.

А теперь... Она без единого слова следовала за юношей, который оказался ее победителем. И хуже всего было то, что каждый раз, когда ей приходила в голову мысль остановиться или уйти в другую сторону, внутри сознания возникало спокойное понимание — она этого не сделает. Не потому, что боится. Не потому, что не может физически. А потому что сама связь, наложенная древним судьей, мягко, но непреклонно направляла ее следовать за своим новым хозяином. Это ощущение было невыносимо.

Вскоре перед ними показался огромный воздушный корабль Энтов, который и привёз сюда представителей Светлых миров. Его корпус был фактически ожившим деревом, укрепленным духовными сплавами из печатей. По бортам сияли защитные массивы. На мачтах развевались знамена нескольких Академий. Корабль выглядел величественно. Совсем не так, как тяжелые летающие крепости Тёмных миров. Здесь было меньше мрачной монументальности. Зато больше изящества, и продуманности. Едва Максим поднялся по трапу, как на палубе поднялось заметное оживление.

— Вернулись!

— Они вернулись!

— Чемпион пришел!

Несколько молодых учеников едва ли не бегом бросились навстречу. Кто-то радостно улыбался. Кто-то кланялся. Кто-то с откровенным восхищением смотрел именно на мальчишку с черным посохом. За всем происходящим Юэ Жуянь внимательно наблюдала. Ей было интересно. Очень интересно.

К ним подошли несколько стариков. По одежде и украшениям было понятно, что это далеко не обычные наставники. Скорее старейшины различных Академий. Или представители влиятельных кланов. Один из них громко рассмеялся.

— Молодец! — Он хлопнул Мин-сока по плечу. — Такого турнира я за всю жизнь не видел!

Другой уважительно сложил ладони.

— Благодарю тебя от имени нашей Академии.

Третий просто молча поклонился. Не слишком низко. Но вполне искренне. Однако... Девушка быстро заметила странность. Не все реагировали одинаково. Часть стариков действительно выглядела счастливыми. Они словно сами помолодели на несколько десятков лет. Их лица буквально светились. Но... Нашлись и другие. Совсем другие.

Один высокий старик с длинной серебристой бородой улыбался. Правильно. Вежливо. Но... Глаза. В глазах улыбки не было. Он внимательно смотрел вслед Мин-соку. Слишком внимательно. Словно что-то просчитывал. Другой едва заметно поджал губы. Третий вообще отвернулся, стоило парню пройти мимо. Четвертый поздравил его. Даже достаточно громко. Но при этом девушка совершенно отчетливо уловила напряжение в голосе. Не радость. Именно напряжение. Она медленно прищурилась.

"Что происходит?"

Всё это было слишком уж странно. Очень странно. Они ведь победили. Причем победили настолько убедительно, что подобный турнир наверняка войдет в историю. Так почему же... Некоторые из этих людей выглядят так, словно лично у них произошла какая-то весьма серьёзная неприятность?

Юэ Жуянь уже много лет жила среди интриг. Её старый наставник постоянно заставлял учеников наблюдать за людьми. Учиться понимать ложь. Читать эмоции. Замечать скрытые мотивы. И сейчас накопленный опыт подсказывал ей только одно. Эти люди вовсе не рады тому, что произошло. Во всяком случае... Не все. Она украдкой прислушалась. Старики говорили тихо. Почти шепотом. Но ее слух позволял различать отдельные обрывки фраз.

— ...слишком многое изменится...

— ...теперь придется выполнять договор...

— ...кто же мог ожидать полного разгрома...

— ...этот мальчишка все испортил...

Последняя фраза заставила ее насторожиться.

"Все испортил?"

Еще один старейшина тихо произнес своему соседу:

— Если бы они проиграли...

Он сразу осекся, заметив неподалеку других людей. Но смысл сказанного уже был понятен. Если бы они проиграли... Что тогда? Девушка неожиданно начала складывать отдельные кусочки в единую картину. Тёмные миры собирались использовать победу, чтобы подчинить один из Светлых миров. Это знали все. Но... Получается... Некоторые представители самих Светлых миров вовсе не стремились помогать своим соседям?

В её памяти тут же всплыли слова дипломатов Тёмных миров. Ещё до турнира они часто говорили:

“Люди Света никогда не бывают едины.”

Тогда ей казалось, что это обычная пропаганда. Теперь... Она уже не была в этом уверена. Перед ее внутренним взором начала выстраиваться неприятная картина. Если бы мир Максима проиграл турнир... И оказался под ударом... Некоторые соседние Светлые миры вполне могли воспользоваться этим. Не пытаясь помогать. Не пытаясь вмешиваться. Просто сославшись на древние договоры. На нехватку сил. На защиту собственных границ. На любые удобные причины. Пока Тёмные миры были бы заняты одним направлением, остальные получили бы драгоценное время для собственного усиления. Жестокий расчет. Но... Вполне возможный.

Она невольно посмотрела на Мин-сока. Тот словно ничего не замечал. Или... Старательно делал вид, что не замечает. Он спокойно разговаривал со своей наставницей. Отвечал на поздравления. Иногда улыбался. Совершенно естественно. Однако девушка уже успела увидеть его глаза достаточно близко. И потому неожиданно подумала:

"Нет... Он точно все прекрасно видит."

Просто... Не показывает этого. И почему-то именно эта мысль заставила её вновь испытать странное чувство тревоги. Похоже, после турнира Тьмы и Света опасности для этого юноши вовсе не закончились. Они лишь сменили лицо. Теперь угрозу могли представлять уже не только открытые враги из Тёмных миров, но и те, кто внешне называл себя союзниками, а в глубине души был слишком уж недоволен тем, что одна неожиданная победа разрушила их собственные тщательно выстроенные расчеты.

Королева Крови уже некоторое время молча шла следом за Максимом по палубе корабля. Вокруг продолжали звучать поздравления. Кто-то уже вовсю обсуждал прошедший турнир… Кто-то строил планы на будущее… Кто-то до сих пор не мог поверить, что представители Светлых миров впервые одержали настолько сокрушительную победу… Но сама девушка почти ничего этого уже не слышала. Её задумчивый взгляд, раз за разом, возвращался к одному и тому же предмету. К длинному чёрному посоху. Тому самому. Спокойно лежавшему сейчас на плече мальчишки так, словно весил не больше обычной трости. Но именно этот предмет... Она помнила слишком хорошо.

Перед глазами снова вспыхивали картины недавних боев. Летающий демон... Буквально раздавленный одним ударом. Мастер Темных Лент... Пригвожденный к стене арены. Каменный культиватор... Чья сущность была уничтожена прямо под землей. Пространственный мастер… Вышедший из разрыва пространства прямо навстречу летящему посоху. И остальные... Все они… Все погибли. И почти в каждом бою решающий удар наносил именно этот странный чёрный посох. Без каких-либо украшений. Без драгоценных камней. Без рун, сияющих золотом и силой. Без ауры, от которой дрожало бы пространство. С виду... Самая обычная чёрная палка. Но... Именно это и пугало больше всего.

"Нет... — думала девушка. — Такого не бывает."

Она прекрасно знала оружейные артефакты. В Академии Тёмного мира им показывали десятки древних реликвий. Некоторые из них обладали чудовищной силой. Некоторые могли уничтожать города. Другие — изменять течение рек. Но даже самые могущественные из них всегда выдавали себя. Своей аурой. Своим присутствием. Своим давлением и духовной энергией. А этот... Не выдавал ничего. И именно поэтому он казался еще страшнее.

"Неужели это какой-то… Божественный артефакт...” — Эта мысль пришла сама собой. Хоть и звучало всё это довольно странно. Но другого объяснения у неё пока что просто не находилось.

"Наверное... Это оружие какого-нибудь древнего Святого... Или даже… — Она невольно вспомнила существо, которое одним движением руки смело мастера уровня Доу Хуан. — ...Бога."

Но тогда тут же возникал другой вопрос. Кто мог доверить подобное оружие подростку? Даже если этот подросток невероятно талантлив. Нет. Такими вещами не рискуют. Подобное оружие прячут. Оберегают. Используют только тогда, когда решается судьба мира. А не отправляют вместе с каким-то учеником на турнир. Это было совершенно нелогично.

В этот момент идущий впереди Мин-сок неожиданно остановился. Повернулся. И поймал ее взгляд. После чего несколько секунд молча смотрел на девушку. И только затем с легкой улыбкой спросил:

— Чего ты на него так смотришь?

Она немного замялась. Но все же честно ответила:

— Боюсь.

Парень удивленно моргнул.

— Меня?

— Нет. — Она перевела взгляд на посох. — Его.

Максим тихо хмыкнул.

— Правда?

— Именно этим оружием ты убил почти весь наш отряд. — Она медленно покачала головой. — Теперь я просто не понимаю...

— Чего?

— Кто доверил подростку настолько страшный артефакт? Такое оружие должно храниться как величайшая тайна. Его нельзя использовать на турнирах. Его берегут для настоящей войны. — Она внимательно посмотрела ему прямо в глаза. — Что это за артефакт?

Мин-сок несколько секунд помолчал. А потом... Неожиданно… Громко расхохотался.

— Вот ты о чем.

Посмеявшись от души, он совершенно спокойно снял посох с плеча. Подошел к ближайшей каменной плите. И... Просто положил его сверху. Тук… Раздался негромкий звук. Затем парень сделал шаг назад.

— Ну... Бери.

Девушка удивленно посмотрела сначала на него. Потом на посох.

— Что?

— Возьми его в руки. Ты же хотела посмотреть? Можешь даже пощупать.

Она растерянно нахмурилась.

— Ты... Разрешаешь?

— Конечно. Только духовной силой не балуйся.

Она еще сильнее удивилась.

— А если... Артефакт меня убьет?

На это предположение парень коротко фыркнул.

— Зачем мне это может быть нужно? Ты же теперь моя служанка. — Он совершенно спокойно пожал плечами, а потом махнул рукой. — Какой мне смысл убивать собственного человека? Так что… Смелее… Ничего с тобой не случится.

Тихо выдохнув, Юэ Жуянь подошла ближе. Очень осторожно. Словно перед ней лежала ядовитая змея. Она прекрасно знала, что многие древние артефакты защищали сами себя. И стоило только чужаку прикоснуться к подобному предмету... Как тут же происходило все, что угодно. От разрушения меридианов, до мгновенной смерти. И именно поэтому она сначала осторожно протянула лишь кончики пальцев. Коснулась посоха. И… Ничего. Никакой реакции. Никакой вспышки. Никакой боли. Она удивилась. Осмелела. И уже более уверенно обхватила это странное чёрное древко обеими руками.

"Теперь..."

Она медленно потянула вверх. Но посох даже не шелохнулся. Девушка моргнула. Нахмурилась. Уперлась ногами. И потянула сильнее. Но… Безрезультатно… Эта чёрная палка всё ещё лежала на каменной плите так, словно приросла к ней. Юэ Жуянь аж до боли прикусила губу. И в следующий момент задействовала всю физическую силу. Мышцы напряглись. На лбу выступили капельки пота. И… Ничего. Даже... На толщину ногтя. Посох не приподнялся ни на волос.

"Невозможно..."

Королева Крови уже не понимала происходящего. Она была Доу Лин. Пускай после боя ослабленной. Но все равно. Она должна была хотя бы сдвинуть его. Однако... Ничего. Тогда она решилась использовать духовную силу. Энергия привычно хлынула по меридианам, и наполнила руки девушки. И... В тот же миг произошло нечто странное. Она вдруг почувствовала... Нарастающую слабость. Не сопротивление. Не удар. А именно слабость. Словно её собственные силы начали куда-то стремительно утекать. Перед глазами всё поплыло. В ушах появился неприятный звон. Колени слегка дрогнули. Она машинально отпустила посох. Но было уже поздно. Голова кружилась все сильнее…

Мин-сок тут же шагнул вперед, и… Совершенно легко… Одной рукой… Без малейшего напряжения… Поднял этот чёрный посох. Будто тот вообще ничего не весил. Закинул его обратно на плечо. И, с легкой усмешкой глядя на девушку, сказал:

— Я же говорил... Не балуйся.

Она растерянно посмотрела на него.

— Что... Это было?..

Мин-сок лишь коротко пожал плечами.

— Потом как-нибудь объясню. — После чего улыбнулся уже чуть шире. — А пока... Не заставляй меня носить тебя на плече, как мешок с корнями. Если ещё немного так поупираешься, просто потеряешь сознание.

Он покачал головой.

— А мне потом объясняй всем, почему моя служанка решила упасть в обморок, пытаясь поднять обычную палку.

Позади снова послышались приглушенные смешки его спутников. А сама Королева Крови молча смотрела то на юношу, то на его оружие. Теперь она была уверена лишь в одном. Этот чёрный посох был вовсе не таким, каким казался снаружи. И ещё больше её поражало другое. Если даже она, культиватор уровня Доу Лин, не смогла сдвинуть его с места, то каким же чудовищным должно было быть тело самого Мин-сока... или, что было ещё более вероятно, насколько глубокой оставалась тайна, которую этот спокойный юноша продолжал скрывать за своей неизменной легкой улыбкой.

……….

Всё ещё стараясь осмыслить всё то, что с ней произошло за последнее время, Юэ Жуянь молча поднялась по широкому трапу корабля вслед за Мин-соком. Лишь теперь у нее появилась возможность как следует рассмотреть тот самый корабль, который доставил представителей Светлых миров на турнир. Когда они только прибыли, её внимание было сосредоточено совсем на другом. На соперниках. На предстоящих боях. На собственной победе, в которой она тогда совершенно не сомневалась. Теперь же она смотрела на это артефактное сооружение совсем иначе. И чем дольше смотрела, тем сильнее поражалась. Это был вовсе не корабль в привычном понимании. Скорее... Огромное живое дерево. Или даже целый лес, каким-то невероятным образом выросший в форме величественного воздушного судна. Исполинский ствол образовывал центральную часть корпуса. Тысячи переплетенных между собой ветвей заменяли балки. Корни, давно покинувшие землю, сплелись в настолько плотный каркас, что казались прочнее любого металла. По всей поверхности корабля тянулись живые лозы. Они медленно двигались. Совсем немного. Но это всё происходило настолько плавно, что становилось заметно лишь после долгого наблюдения. Отчего создавалось стойкое ощущение, будто весь корабль продолжает жить собственной жизнью. Будто он не был построен. А именно вырос.

Еще сильнее поражали цветы. Их здесь были тысячи. Большие. Маленькие. Белые. Лазурные. Золотистые. Темно-фиолетовые. Некоторые раскрывались при приближении людей. Другие, наоборот, медленно закрывали свои лепестки, словно старательно скрывая какую-то тайну от чужих глаз. На одних мерцали крошечные капли росы, внутри которых переливалась духовная энергия. Другие источали едва уловимый аромат. Но Королева Крови быстро поняла, что это вовсе не украшения. Каждый цветок был частью огромной системы. Так как фактически от каждого она ощущала слабые колебания духовной силы. И эта энергия непрерывно текла между ветвями, листьями, лозами и цветами, образуя колоссальную сеть плетений. Никаких выгравированных рун. Никаких искусственных массивов. Само растение являлось артефактом. Живым. Дышащим. Развивающимся. И именно это вызывало у нее настоящее восхищение.

"Неудивительно... — Подумала девушка. — Если судьями здесь служит раса разумных деревьев... то именно они и могли создать нечто подобное."

Кто ещё мог быть способен вырастить настолько совершенный живой артефакт? Кто еще вообще знает путь в это скрытое пространство? Очевидно, что посторонних сюда просто не допускают. Этот корабль наверняка прибывал сюда уже бессчетное количество раз. И так же спокойно покидал это место после окончания каждого турнира. Однако очень скоро внимание девушки переключилось совсем на другое. На людей. Точнее... На их поведение.

По палубам двигались десятки молодых культиваторов. Многие вообще не принимали участия в турнире. Кто-то сопровождал своих наставников. Кто-то помогал старейшинам. Кто-то просто обслуживал корабль. Но... Стоило только Мин-соку появиться поблизости... Как вокруг него словно возник невидимый круг. Люди автоматически уступали дорогу. Причем делали это настолько естественно, будто даже не задумывались. Никто не приближался слишком близко. Никто случайно не задевал его плечом. Даже самые разговорчивые ученики резко понижали голос. Некоторые вообще предпочитали перейти на другую сторону палубы.

За всем этим сейчас Юэ Жуянь очень внимательно наблюдала. Она прекрасно умела различать страх. И сейчас видела именно его. Не ужас. Не панику. А уважительный... Осторожный страх.

"Боятся..."

Она медленно перевела взгляд на Мин-сока. Тот же, как обычно, словно совершенно не замечал происходящего. Или... Старательно делал вид, что не замечает. Все так же спокойно шёл вперед. Иногда отвечал на приветствия. Иногда коротко кивал. И совершенно не обращал внимания на то, как люди расступаются перед ним.

Впрочем... Разве это было бы удивительно? Ещё совсем недавно все присутствующие считали его обычным учеником. Пусть в чём-то и достаточно талантливым. Но всего лишь учеником. А потом... На глазах тысяч зрителей этот мальчишка последовательно победил десятерых сильнейших представителей Тёмных миров. Затем прямо во время боя прошел загадочный прорыв. И теперь... Его уровень силы уже заставлял многих смотреть на него совсем иначе. В некоторых Академиях подобного уровня достигали лишь старейшины. Люди, десятилетиями считавшиеся опорой своих школ. А здесь... Подросток.

Именно в этот момент девушка случайно услышала разговор двух молодых культиваторов, шедших немного позади. Хотя они и говорили очень тихо. Почти шепотом.

— Ты видел лицо Цзяня? Как его перекосило... Явно уже и сам понял, что теперь ему конец.

Второй нервно усмехнулся.

— Сам виноват. Кто же знал... Тогда все думали, что этот Мин-сок просто какой-то деревенский мальчишка.

Первый тут же покачал головой.

— А ведь Цзянь ему прямо сказал... Что без своей Академии он никто. И что таким, как он, лучше молчать при людях благородной крови.

Второй болезненно поморщился.

— Да не только он. Там еще трое были. Все пытались показать и доказать своё происхождение. Один даже сказал, что если Мин-сок ещё раз, даже случайно, заденет его одежду, то заплатит за это всей жизнью.

После этих слов оба одновременно тяжело вздохнули.

— Теперь... Думаешь, он вспомнит?

Первый долго молчал. Потом тихо ответил:

— Если честно... Надеюсь, что нет. Потому что если вспомнит...

Он не договорил. Но второй прекрасно понял его намёк. И лишь мрачно кивнул.

Слушая всё это, Юэ Жуянь еле заметно нахмурилась. Она неожиданно начала понимать. Получается... Ещё совсем недавно… Все эти люди смотрели на Мин-сока сверху вниз. Из-за происхождения. Из-за положения. Из-за влиятельности семей. Из-за уверенности в том, что этот спокойный парень никогда не сможет им ответить.

Теперь же все изменилось. Кардинально. Она слишком хорошо знала нравы влиятельных кланов. Они были примерно одинаковы как в Тёмных мирах, так и в Светлых. Если молодой гений, способный в столь юном возрасте достичь подобных высот, однажды станет их врагом... Это может обернуться настоящей катастрофой. Не только для конкретного человека. Для целого рода. Ведь никто не мог гарантировать, насколько сильным он станет через десять, двадцать или пятьдесят лет. Поэтому многие семьи предпочли бы решить проблему заранее. Публично принести извинения… Наказать собственного отпрыска… Компенсировать нанесенное оскорбление… Лишь бы не допустить появления смертельной вражды с тем, кто однажды может стать ещё сильнее. Куда сильнее, чем весь их клан.

Она снова посмотрела на Мин-сока. Тот в этот момент спокойно разговаривал со своей молодой наставницей, чему-то улыбаясь. Со стороны он выглядел совершенно обычным юношей. Без высокомерия. Без желания демонстрировать свое превосходство. Без попыток воспользоваться тем страхом, который теперь испытывали окружающие.

И именно это показалось Королеве Крови самым необычным. Во многих Тёмных мирах человек, внезапно получивший такую славу и силу, уже наслаждался бы чужим унижением. Этот же словно вовсе не придавал происходящему значения. Но девушка уже успела понять одну важную вещь. Иногда самые опасные люди — вовсе не те, кто громче всех угрожает. А те, кому вообще не нужно никому ничего доказывать. Они просто идут вперед, и окружающий мир сам начинает менять свое поведение, подстраиваясь под них… И почему-то у неё сейчас возникло очень стойкое чувство, что сейчас она столкнулась именно с таким человеком…