Артефактный корабль неспешно плыл сквозь безбрежное межмировое пространство. Он не рассекал пустоту, как это делали грубые суда смертных, а словно прорастал сквозь нее, оставляя позади тонкие светящиеся нити духовной энергии. Казалось, сам мир склонялся перед этим древним творением. Этот гигантский корабль был настолько огромен, что его невозможно было охватить взглядом целиком. По своей форме он напоминал легендарные корабли-сокровищницы древних империй — многопалубный исполин с высокими башнеобразными надстройками, бесчисленными террасами, широкими переходами и десятками мачт. Но ни одна доска на нем не была созданной при помощи рук.

Весь корпус представлял собой живое переплетение тысяч растений. Толстые стволы неизвестных деревьев образовывали киль. Гибкие лианы, прочнее любой небесной стали, заменяли канаты. Гигантские листья складывались в многослойные паруса, переливающиеся всеми оттенками зеленого, бирюзового и золотистого света. По всему кораблю цвели цветы. Белые… Алые… Лазурные... Золотые… Некоторые были размером с ладонь, другие превосходили человеческий рост. Их лепестки непрерывно раскрывались и закрывались, поглощая духовную энергию окружающего пространства и направляя ее вглубь живого судна. От цветов исходил легкий аромат. Он не был навязчивым. Напротив. Стоило вдохнуть его лишь однажды, как мысли становились спокойнее, дыхание ровнее, а духовная энергия внутри тела начинала течь значительно плавнее. Всякий впервые оказавшийся на борту испытывал странное ощущение. Будто находился не на корабле. А внутри исполинского дерева, которое само решило отправиться путешествовать между мирами.

Именно на самой корме этого удивительного судна сейчас и сидел юноша. Совсем молодой. На вид — обычный подросток. Светлая кожа. Спокойное лицо. Черные волосы, которые сейчас лениво перебирал ветер межмировых течений. Он сидел на самом краю живого борта, свесив одну ногу вниз. Под ним не было ничего. Лишь бесконечная бездна межмирового пространства.

Где-то далеко проплывали гигантские острова из застывшего света. Еще дальше кружились целые облака разноцветных духовных потоков. Иногда вдали вспыхивали целые реки звездной пыли, похожие на сверкающие водопады. Но парень почти не обращал на все это внимания. Со стороны могло показаться, что он просто отдыхает после долгого путешествия. Спокойный. Расслабленный. Даже немного скучающий. Вот только его глаза… Они непрерывно наблюдали. За всеми. Не прямо. Исподволь. Словно случайно. За долгие месяцы странствий Максим давно привык замечать то, чего не видел никто другой. И сейчас он видел очень многое.

Прошло всего несколько дней после завершения Турнира Тьмы и Света. Того самого состязания, куда собирались сильнейшие молодые культиваторы множества миров. Того самого турнира, где решалась не только честь Академий или Великих Сект. Там решалось гораздо большее. Статус. Будущее. Право называться истинным гением эпохи. Именно там и произошло то, что теперь обсуждали практически все.

Мин-сок. Под этим именем его знали здесь. Никто даже не подозревал, что его настоящее имя — Максим. Но для всех он был именно Мин-соком. Тихим. Несколько странным. Не слишком разговорчивым. Хотя и очень талантливым юношей, достигшим в свои неполные семнадцать лет уровня Да Доу Ши Пятой Звезды. Даже это уже считалось практически чудом. Подобные достижения обычно принадлежали наследникам древнейших родов. Избранным Небом. Людям, за спиной которых стояли неисчислимые ресурсы. Легендарные наставники. Редчайшие духовные травы. Драгоценные пилюли. Многолетние закрытые тренировки. Обычному человеку подобное было почти недостижимо. Именно поэтому многие уже тогда относились к нему с уважением. Но... Одновременно с этим находились и те, кто смотрел свысока. Всегда находятся. Даже среди гениев существует своя иерархия. Пятая звезда Да Доу Ши... Да. Сильный. Но не сильнейший. Талантливый. Но существуют таланты и ярче. Именно так рассуждали многие молодые мастера. Особенно наследники самых различных Великих кланов. Особенно те, кому с самого рождения внушали, что они превосходят остальных. Они могли улыбаться. Вежливо приветствовать. Но в глубине души оставались уверены:

— Он талантлив... Но не ровня нам.

Так было. До последнего дня турнира. До того самого момента, когда Мин-сок решил перестать скрываться. Даже сейчас, вспоминая тот день, многие ощущали, как по спине пробегает холод. Они собственными глазами видели невозможное. Так как произошло то, чего никто не ожидал. То, чего не должно существовать. Не после многолетних тренировок. Не после чудовищных духовных испытаний. И уж точно... Не за одно мгновение. Перед глазами сотен сильнейших молодых культиваторов десятков миров его аура начала стремительно изменяться. Это был прорыв. Настоящий. Без подготовки. Без закрытой медитации. Без защитных формаций. Без помощи старейшин. Без духовных массивов. Сначала... Да Доу Ши шестой звезды. Потом... Седьмой… Восьмой… Девятой… На глазах у всех. Именно так он достиг уровня Доу Лин. И даже этим все не закончилось. Его духовная энергия продолжала расти. Плотность увеличивалась. Законы Дао становились все яснее. И лишь спустя несколько мгновений все завершилось. Его аура достигла уровня второй звезды Доу Лин. Тишина тогда стояла такая, что можно было услышать собственное сердцебиение. Никто не закричал. Никто не заговорил. Потому что разум каждого пытался понять увиденное. Но не мог. Семь ступеней. За считанные мгновения. Подобного не существовало ни в одной известной летописи. Даже самые древние хроники рассказывали лишь о постепенных прорывах, пусть и необычайно быстрых. Но чтобы... Сразу через семь ступеней. Нет. Это уже выходило за пределы здравого смысла.

Максим тогда лишь спокойно стряхнул пыль с рукава. Будто ничего особенного не произошло. Именно это произвело на окружающих едва ли не большее впечатление, чем сам прорыв. Если человек настолько спокойно относится к подобному... То что же для него считается действительно выдающимся?

Сейчас же, сидя на корме корабля, он видел плоды той самой показательно демонстрации силы. Когда он только поднялся на палубу утром, сразу несколько молодых мастеров, обычно занимавших лучшие места возле обзорной площадки, почти одновременно сделали шаг в сторону. Совершенно молча. Без приказов. Без просьб. Они просто... Уступили дорогу. Раньше такого никогда не случалось. Тогда они могли позволить себе не замечать его. Иногда обменивались между собой насмешливыми взглядами. Порой говорили достаточно громко, чтобы он услышал. Не оскорбления. Нет. Скорее колкости. Замечания. Тонкие намеки. Теперь же... Даже самые гордые старались случайно не встретиться с ним взглядом. Стоило Максиму появиться на палубе, как разговоры мгновенно стихали. А если он подходил ближе то... Кто-нибудь обязательно находил срочную причину уйти.

Он медленно перевел взгляд вправо. Там, возле одной из живых мачт, собралась небольшая группа учеников нескольких известных Академий. Еще неделю назад они громче всех обсуждали достоинства своих школ. Теперь же разговор шел почти шепотом. И хотя никто не смотрел прямо в его сторону... Каждые несколько секунд кто-нибудь украдкой бросал взгляд на корму. Проверял. Не идет ли Мин-сок сюда.

В этот момент Максим едва заметно усмехнулся. Совсем немного. Настолько, что практически никто этого не заметил. Страх... Удивительная вещь. Иногда он действует куда сильнее открытой демонстрации силы. Ведь никто не знает, чего ожидать от человека, однажды разрушившего привычные представления о пределах возможного. Если он смог перескочить семь ступеней развития одним рывком... То где гарантия, что завтра не перепрыгнет еще столько же? Если он сумел скрывать подобную силу до самого конца турнира... То сколько еще тайн остается у него в запасе? И наконец — вопрос, который теперь особенно тревожил многих. А что, если Мин-сок не прощает обид?

В памяти некоторых слишком живо всплывали собственные насмешки, высокомерные замечания и снисходительные улыбки. Тогда они казались безобидными. Теперь же каждое сказанное слово словно превратилось в тяжелый камень, повисший на душе. Никто не знал его характера настолько хорошо, чтобы ответить наверняка. Одни утверждали, что он необычайно спокоен и равнодушен к мелочам. Другие вспоминали о том, с какой холодной решимостью он сражался на арене, и делали противоположный вывод. Самые осторожные предпочитали вовсе не строить догадок. Они лишь старались лишний раз не попадаться ему на пути. И Максим, продолжая сидеть на самом краю живого корабля, прекрасно чувствовал на себе эти осторожные, наполненные невысказанными вопросами взгляды. Однако внешне он оставался совершенно невозмутимым. Словно происходящее его нисколько не касалось. Лишь ветер межмирового пространства тихо шевелил его волосы, а где-то впереди, среди бескрайней сияющей пустоты, уже начинал проступать едва различимый силуэт нового мира, к которому неумолимо несло величественный живой корабль.

Парень по-прежнему сидел на самом краю кормовой площадки, внешне сохраняя полнейшее спокойствие. Со стороны могло показаться, что его внимание целиком принадлежит бескрайнему межмировому пространству. Временами он наблюдал за проплывающими мимо духовными потоками. Иногда переводил взгляд на далекие осколки миров, окутанные сияющими туманностями. Порой казалось, что он вообще погрузился в собственные мысли. Но это впечатление было обманчивым. Ещё в прошлой жизни он усвоил одну простую истину. Человек, который перестает замечать происходящее вокруг себя, рано или поздно становится добычей. А мир культиваторов лишь многократно подтвердил правильность этого правила. Поэтому даже сейчас, оставаясь внешне расслабленным, Максим краем глаза отслеживал буквально все, что происходило на кормовой палубе. Особенно... За своей спиной.

Там, в нескольких шагах от него, под раскидистой кроной одного из деревьев, выросших прямо из палубы живого корабля, неподвижно сидела девушка. Та самая Юэ Жуянь. Королева Крови. Такое прозвище ей дали еще в Тёмных Мирах. Не только за происхождение. И даже не за принадлежность к одному из сильнейших родов тёмных культиваторов. Она заслужила его собственными победами. Жестокими. Безжалостными. Быстрыми. О ней ходили десятки историй. Говорили, что она не знает поражений. Что её техники способны превратить поле боя в настоящее море крови. Что многие молодые мастера Тёмных Миров предпочитали отказаться от участия в турнирах, лишь бы не оказаться с ней на одной арене. И именно эту девушку... Победил Мин-сок. Причем настолько убедительно, что после окончания поединка у судей не возникло ни малейших сомнений относительно победителя. Сейчас же от прежней грозной воительницы почти ничего не осталось. Нет. Она не выглядела жалкой. Подобное определение совершенно ей не подходило. Даже сидя в медитации, девушка сохраняла удивительное достоинство. Прямая спина. Спокойное дыхание. Сложенные в печать ладони. Длинные черные волосы свободно спадали почти до самой палубы, напоминая шелковый водопад. Белоснежная кожа. Аристократичное лицо... Красивое настолько, что невольно притягивало взгляд. Тонкие черты. Изящный подбородок. Длинные ресницы. Сейчас глаза были закрыты, но Максим прекрасно помнил их. Темно-алые. Похожие на два отполированных рубина. Даже среди красавиц многочисленных Академий она выглядела настоящей драгоценностью. Причем не броской. Не вызывающей. А именно редкой. Такой, которую невозможно забыть однажды увидев.

Сейчас перед ней стояло несколько небольших флаконов. Часть уже была пуста. Рядом лежала открытая нефритовая шкатулка. Внутри оставалось еще несколько пилюль. Быстро бросив в её сторону внимательный взгляд, Максим невольно отметил, что дыхание девушки стало значительно ровнее. Значит, лекарства действовали. Он не пожалел хороших восстановительных ресурсов. И причина этому поступку с его стороны была проста. Если уж он принял решение сохранить ей жизнь, то не собирался экономить на лечении. Многие на его месте поступили бы иначе. Кто-то добил бы опасного противника сразу после турнира. Кто-то отпустил бы, предоставив судьбе самой распорядиться ее дальнейшей жизнью.

Максим же выбрал третий путь. Он предложил ей службу. Да. Вынужденную. Но не как унижение. Не как издевательство. А как возможность выжить. Конечно, со стороны подобное решение могло показаться жестоким. Особенно тем, кто не знал порядков Темных Миров. Но Максим успел услышать достаточно разговоров наставников, старейшин и даже некоторых представителей самих темных фракций.

Все они сходились в одном. Проигрыш Королевы Крови станет для нее не просто пятном на репутации. Там подобные вещи редко заканчивались лишь насмешками. В зависимости от нравов конкретного клана или государства проигравшего могли лишить положения, превратить в политический инструмент, использовать как заложника в борьбе за власть или подвергнуть суровому наказанию, если поражение сочли позором для рода. Победа и сила в тех землях ценились чрезвычайно высоко, а поражение от представителя Светлых Миров неизбежно привлекло бы самое пристальное внимание. Максим не мог знать, какой именно путь ожидал девушку. Но все, что он успел узнать о Тёмных Мирах, говорило лишь об одном. Возвращение домой едва ли принесло бы ей покой. Именно поэтому он тогда и принял такое решение. Ему просто не хотелось, чтобы такой вполне достойный противник глупо погиб.

Да. Максим вовсе не считал, будто одно решение способно мгновенно изменить человека. Если окружающая среда годами формировала чей-то характер, новые привычки и взгляды тоже требуют времени. В памяти всплыла старая поговорка из его прежнего мира.

“С волками жить — по-волчьи выть.”

Когда-то она казалась ему обычной народной мудростью. Теперь же обрела совершенно иной смысл. Если ребенок растет среди бесконечной борьбы, где слабость считается преступлением, а милосердие воспринимается как смертельная ошибка, неудивительно, что со временем он начинает жить по этим правилам. Это вовсе не означало, что человек рождается жестоким. Иногда... Он лишь привыкает к единственному способу выживания, который знает. Именно поэтому Максим не спешил делать окончательные выводы о девушке. Пусть ее прошлое было тяжелым. Пусть за её плечами наверняка оставалось множество кровавых сражений. Но он предпочитал сначала понять человека, а уже потом судить его.

Разумеется, у этого решения была и вполне практическая сторона. Тёмные Миры оставались для него почти неизученной территорией. Их школы культивации. Боевые искусства. Способы обращения с энергией Инь. Уникальные техники. Особенности кланов. Политика. Обычаи. Все это представляло огромную ценность. Живой свидетель, выросший в той среде, мог рассказать намного больше, чем любые древние свитки. Однако Максим прекрасно понимал, что знания, полученные под принуждением, редко бывают надежными.

Поэтому он не собирался торопить события. Сначала девушка должна была окончательно восстановиться. Привыкнуть к новой обстановке. Осознать, что рядом с ним ей не приходится ежеминутно ожидать удара в спину. Лишь после этого можно будет постепенно разговаривать о Тёмных Мирах и их наследии.

Он вновь едва заметно перевел взгляд через плечо. Тёмная духовная энергия вокруг девушки уже не бурлила хаотично. Тонкие нити Инь спокойно циркулировали по меридианам, постепенно устраняя последствия полученных на арене повреждений. Он хорошо помнил тот момент. Последний обмен ударами. Всплеск энергий. Столкновение Ян и Инь. Обратная волна силы отбросила девушку к защитному ограждению арены с такой мощью, что даже древние барьеры заметно задрожали. Именно после этого она потеряла сознание, а судьи объявили окончание поединка. К счастью, самые тяжелые последствия удалось снять вовремя. Качественные пилюли. Редкие восстанавливающие эликсиры. И собственная крепкая основа культивации девушки делали свое дело. По расчетам Максима, если не возникнет непредвиденных осложнений, то к тому времени, когда живой корабль достигнет родного мира, где расположена Академия Небесного Свода, она уже сможет свободно двигаться и постепенно вернуться к обычным тренировкам.

А пока корабль продолжал безмолвно скользить через сияющую бездну между мирами, юноша сидел на корме с прежним невозмутимым видом, а за его спиной, среди шелеста живых ветвей и аромата цветущих растений, та, кого еще недавно страшились сильнейшие молодые мастера Тёмных Миров, спокойно восстанавливала силы, вступая в совершенно новую главу своей жизни.

Размышляя над всем этим, парень не шевелился достаточно долго. Со стороны казалось, что его внимание по-прежнему приковано к переливающимся потокам межмировой энергии, медленно струящимся вокруг живого корабля. Однако в действительности его восприятие охватывало почти всю кормовую палубу. Он давно привык использовать не столько глаза, сколько совокупность ощущений. Малейшие колебания духовной энергии… изменение ритма шагов, едва уловимые оттенки голосов… Именно поэтому легкое движение сбоку привлекло его внимание практически сразу. Не поворачивая головы, он лишь слегка перевел взгляд. Там стояли трое. Как он и ожидал. Это были те самые девушки, с которыми ему довелось пройти значительную часть пути еще до начала турнира Тьмы и Света.

Сейчас они стояли немного в стороне, возле одного из широких живых мостиков, оплетенного цветущими лианами. Хотя они и разговаривали очень тихо. Практически шепотом. Но даже отсюда было заметно, что разговор вновь превращается в спор. Вернее... В привычное для этой троицы выяснение отношений.

Первой, как обычно, не могла спокойно стоять на месте Лу Фэнъэр, следовавшая Пути Огня. Даже ее характер удивительно соответствовал избранной Стихии. Стоило ей чем-нибудь увлечься — и она мгновенно начинала говорить быстрее. Стоило чему-нибудь возмутить ее — эмоции вспыхивали так же стремительно, как языки пламени. Она то резко взмахивала рукой, то недовольно складывала руки на груди, то вновь начинала что-то горячо доказывать своим спутницам.

Задумчиво отслеживая всё это, Максим невольно усмехнулся про себя.

“Ничего не меняется...”

Он уже давно перестал удивляться тому, насколько сильно путь культивации порой отражал внутренний мир человека. Конечно, не всегда. Но совпадения встречались слишком часто, чтобы считать их случайностью. Вторая девушка являлась полной противоположностью первой. Это была Линь Сюэ. Она стояла неподвижно. Спокойно. Даже слишком спокойно. Словно вокруг нее существовала собственная невидимая зима. Её лицо, как и прежде, оставалось почти непроницаемым. Никаких лишних эмоций. Никаких резких движений. Лишь иногда она коротко отвечала своей вспыльчивой спутнице. Тихо. Ровно. Без раздражения. Вот только Максим уже не раз замечал одну странность. Когда девушка думала, что он не обращает на неё внимания... Она смотрела на него. Долго. Очень внимательно. И в этом взгляде не было ни высокомерия, ни страха. Скорее... Какая-то трудноуловимая печаль. Или сожаление. Или тоска. Он так и не смог понять. Да и не пытался особенно. У каждого человека есть свои причины молчать.

Третьей была его наставница. Самая молодая среди наставников объединенного отряда. Многие старейшины относились к ней несколько снисходительно. Слишком молода. Недостаточно опыта. Недостаточно заслуг. Подобные разговоры Максим слышал неоднократно. Но сам никогда не разделял подобного мнения. Потому что прекрасно помнил тот день. Именно она первой не стала смеяться над странным деревенским юношей. Именно она увидела в нем не происхождение, а способности. Именно благодаря ее поддержке перед ним впервые по-настоящему открылись двери Академии Небесного Свода.

Этого Максим забывать не собирался. Никогда. Даже если завтра сильнейшие старейшины Светлых Миров начнут наперебой приглашать его стать их личным учеником. Предательство ради выгоды никогда не входило в число его жизненных принципов. Однако сейчас его внимание привлекло вовсе не поведение девушек. А происходящее вокруг них.

Максим почти незаметно сузил глаза.

— Началось...

Действительно. К их небольшой группе один за другим начали подходить люди. Сначала это были пожилые мастера… Наставники… Старейшины… Представители различных Академий… Известные мастера нескольких Великих Сект… Некоторых Максим уже видел на турнире. Других лишь мельком замечал среди почетных гостей. Теперь же почти каждый из них, словно невзначай, останавливался возле девушек. Обменивался несколькими фразами. Вежливо улыбался. После чего разговор постепенно становился значительно серьезнее. Со стороны это выглядело совершенно естественно. Будто старые знакомые просто решили побеседовать после завершения соревнований. Но Максим слишком хорошо понимал человеческую натуру. Особенно когда дело касалось сильных культиваторов. Ничего случайного здесь не происходило. Они искали ответы. И, судя по всему, решили начать с самого простого источника информации. С наставницы Ли. Ведь если где и могли узнать хоть какие-то подробности... То именно у человека, сопровождавшего его последние месяцы. Он даже мысленно представил себе вопросы, которые сейчас наверняка звучали один за другим.

— Когда вы впервые заметили его талант?

— Как именно проходили его тренировки?

— Какие техники он изучал?

— Использовал ли особые пилюли?

— Кто составил для него методику развития?

— Не наблюдали ли вы необычных изменений во время его прошлых прорывов?

Да. Вопросы могли отличаться. Но суть оставалась неизменной. Все хотели понять одно. Каким образом этот юноша совершает невозможное. Ведь если первый подобный случай еще можно было назвать счастливым совпадением... То второй уже заставлял задуматься. А третий... Третий превращал совпадение в полноценную закономерность. И Максим прекрасно понимал ход их рассуждений.

“Один необычный прорыв?”

Редкость.

“Два?”

Очень странно.

“Три подряд?”

Нет. Здесь уже должна существовать какая-то причина. Особенность организма. Уникальная техника. Неизвестное наследие. Или нечто еще более ценное. Именно это сейчас и пытались выяснить старейшины. Не обязательно ради праздного любопытства. Кто-то надеялся найти способ повторить подобное для своих учеников. Кто-то искал объяснение, которое вписывалось бы в известные законы культивации. А кто-то, возможно, просто не любил существование загадок.

Сам парень всё это время внутренне оставался совершенно спокойным. Потому что понимал одну простую вещь. Они ищут ответ совсем не там. Его наставница действительно знала многое. Она была свидетелем его упорных тренировок. Видела результаты. Помнила предыдущие прорывы. Но существовала одна деталь, о которой не знал практически никто. Даже она.

Во время финального поединка большинство зрителей искренне поверили, что именно в разгар боя Мин-сок внезапно прорвался сразу на новую ступень развития. Вся эта картина выглядела настолько убедительной, что сомнений почти ни у кого не возникло. Однако правда была куда сложнее. Настоящий прорыв произошел раньше, задолго до выхода на арену. Все это время Максим тщательно скрывал достигнутый уровень. С помощью печатей сокрытия, постоянного контроля собственной ауры и других приемов он поддерживал видимость более низкой ступени развития, не позволяя окружающим легко определить его истинную силу.

А затем судьба сама подарила ему удобный момент. Когда Королева Крови выпустила густой кровавый туман, закрывший обзор арены, зрители на несколько мгновений потеряли возможность ясно видеть происходящее. Этого короткого промежутка оказалось достаточно. Использовав заранее подготовленный духовный артефакт, в виде кристалла Чистой Инь, он создал убедительную картину резкого изменения собственной ауры. Со стороны все выглядело как стремительный прорыв прямо посреди смертельного поединка.

Результат превзошел ожидания. Его противница на мгновение утратила привычную уверенность, пытаясь понять, что произошло. Зрители были поражены. А после окончания боя именно эта версия событий быстро разошлась среди представителей различных Академий и Сект.

Максим вновь бросил короткий взгляд в сторону своей наставницы. Она держалась достойно. Спокойно отвечала на вопросы. Где-то вежливо улыбалась. Где-то лишь слегка качала головой, показывая, что сама не знает большего. И это, как ни странно, было лучшей защитой. Потому что рассказать о том, чего ей не было известно, она попросту не могла. А сам юноша, сидя на самом краю живого корабля, лишь молча наблюдал за разворачивающейся картиной, понимая, что настоящий интерес к его личности только начинается. Победа на турнире принесла ему не только признание, но и пристальное внимание тех, кто всю жизнь посвятил поиску редких талантов, необычных методов культивации и объяснений тому, что на первый взгляд казалось невозможным.

Он продолжал сидеть неподвижно. Лишь легкий ветер, рожденный течениями межмирового пространства, едва заметно колыхал его волосы и широкие рукава одежды. Со стороны он казался совершенно безучастным. Будто происходящее на другой стороне кормовой палубы его совершенно не касается. Однако взгляд юноши постепенно становился все более внимательным. Он начал замечать одну странную деталь. Старейшины, окружившие его наставницу, слишком уж часто смотрели не только на него самого. Нет. Их взгляды постоянно скользили дальше. Туда... Где за его спиной, под сенью переплетенных ветвей, продолжала спокойно медитировать темноволосая девушка. Он практически сразу отметил это для себя.

“Странно...”

Если бы их интерес касался исключительно необычных прорывов, они вообще не обращали бы внимания на пленницу. Но нет. Каждый второй разговор сопровождался именно этими осторожными, оценивающими взглядами. Словно они прикидывали что-то. Высчитывали. Сравнивали. Через несколько минут подозрения только усилились. Один из старейшин — высокий седовласый мужчина в длинных серебристых одеждах — неожиданно достал небольшую нефритовую шкатулку. Даже отсюда Максим видел, насколько качественным был сам нефрит. Подобные вещи не использовали для хранения обычных лекарств. Затем крышка слегка приоткрылась. Внутри что-то ярко сверкнуло. Наставница Ли лишь спокойно посмотрела на содержимое. Даже не притронулась. Старик что-то негромко произнес. Она покачала головой. Через некоторое время вперед выступил уже другой представитель какой-то Великой Секты. На этот раз в его ладони появился пространственный мешочек. Не простой. Судя по тонкости духовных узоров, это был весьма дорогой пространственный артефакт. Следом появился небольшой браслет-хранилище. Потом кольцо. Затем еще одна искусно вырезанная шкатулка. Максим даже не пытался определить их содержимое. Ему было вполне достаточно самого факта. Разговор явно перестал быть обычной беседой. Его глаза едва заметно сузились.

“Вот оно что...”

Теперь отдельные кусочки мозаики начали складываться воедино. Да, их интересовал он. Безусловно. Но не только. Им была интересна и девушка из Тёмных Миров. Причем интерес этот выглядел вовсе не праздным. Максим слишком хорошо успел познакомиться с нравами мира культиваторов. Любая редкость быстро превращалась в объект торга. Редкий духовный зверь. Необычный артефакт. Уникальная техника. Носитель редкой родословной. Все это легко становилось предметом переговоров между сектами и кланами. Поэтому мысль возникла сама собой.

“Они решили попробовать выкупить её...”

Ведь формально после завершения турнира именно он нес ответственность за дальнейшую судьбу побежденной девушки в рамках установленных организаторами правил состязания. А значит, обращаться напрямую к нему или искать посредника было вполне объяснимой попыткой выяснить, готов ли он вообще обсуждать ее дальнейшую участь.

Парень задумчиво перевел взгляд на наставницу. Та слушала очередного собеседника с неизменным спокойствием. Никакого волнения. Никакой растерянности. Лишь привычная доброжелательная вежливость. Когда старейшина вновь слегка подтолкнул вперед нефритовую шкатулку, она даже не посмотрела внутрь. Вместо этого спокойно произнесла несколько слов. Старик нахмурился. Попытался возразить. Молодая наставница вновь покачала головой. Теперь уже чуть тверже. После чего негромко развела руками. Жест был настолько понятным, что даже Максим, находившийся довольно далеко, без труда уловил его смысл.

“Это не мое… Я не распоряжаюсь подобными вопросами… Решение принимает только он…”

Она даже слегка повернула голову в сторону сидящего на корме юноши. Совсем ненадолго. Этого оказалось достаточно. Разговор сразу стал заметно менее оживленным. На губах Максима появилась едва заметная кривая усмешка.

— Хитро...

Он слишком хорошо знал свою наставницу. Она вовсе не была настолько наивной, чтобы не понимать, к чему ведут подобные разговоры. И уж тем более она прекрасно представляла характер собственного ученика. За время совместного путешествия она не раз убеждалась в одном. Если Максим принимал какое-либо решение... Переубедить его было почти невозможно. Особенно если дело касалось вопросов, которые он считал принципиальными. Именно поэтому сейчас она поступила самым разумным образом. Не стала никого оскорблять отказом. Не вступила в спор. Не начала читать нравоучений. Она просто переложила ответственность туда, где ей и следовало быть. На владельца права принимать решение. Причем сделала это настолько спокойно, что формально придраться было совершенно не к чему. Хотите обсудить? Обсуждайте. Но не со мной.

Мысленно хмыкнув, парень вновь посмотрел через плечо. Девушка из Тёмных Миров продолжала медитировать. Похоже, она была полностью сосредоточена на восстановлении внутренних меридианов. Размеренное дыхание. Спокойная циркуляция духовной энергии. Она явно не замечала направленных на нее взглядов. Или же... Делала вид, что не замечает. В любом случае Максим не собирался тревожить ее без необходимости.

Он вновь перевел внимание на группу старейшин. Теперь их поведение стало ещё интереснее. После очередного спокойного отказа наставницы никто из них не проявил раздражения. Напротив. Они начали переглядываться. Тихо переговариваться между собой. При этом взгляды некоторых невольно устремлялись к Максиму. Вот только в этих взглядах уже не было прежней уверенности. Скорее... Осторожность и определённое опасение. Даже некоторая нерешительность. Кто-то явно предлагал подойти к самому юноше. Другой почти незаметно отрицательно качал головой. Третий лишь задумчиво поглаживал длинную бороду.

Максим невольно усмехнулся ещё сильнее.

“Не решаются...”

Всё это было вполне объяснимо. Еще совсем недавно он считался просто талантливым учеником. Теперь же его имя уже связывали с тем, что многие считали невозможным. Человек, трижды подряд продемонстрировавший необычные прорывы в развитии, неизбежно становился загадкой. А к загадкам в мире культиваторов относились с уважением... и определённой осторожностью. Никто не знал, какие силы стоят за ним. Какие козыри он ещё скрывает. И насколько разумно сейчас испытывать терпение подобного юноши. Поэтому, несмотря на явный интерес и к нему самому, и к его спутнице, никто из старейшин пока не спешил делать первый шаг. Они предпочли наблюдать. Выжидать. И… максимально возможно собирать сведения.

Максим же только мысленно отметил эту перемену. Если раньше его изучали как редкого талантливого ученика, то теперь начали вести себя так, словно перед ними находился человек, вокруг которого еще слишком много неизвестного, чтобы позволить себе необдуманную настойчивость. Именно эта осторожность окружающих показалась ему куда более красноречивой, чем любые предложения, скрытые за дорогими шкатулками и редкими пространственными артефактами.

Он проводил внимательным взглядом расходящихся по огромному живому кораблю участников объединенного отряда. Напряжение, сковывавшее людей на протяжении последних месяцев, постепенно исчезало. Кто-то наконец позволил себе расслабиться и негромко засмеяться… Кто-то направился к обзорным площадкам, впервые за долгое время любуясь красотой межмирового пространства не как воин перед решающим испытанием, а как обычный человек… Некоторые сразу отправились в выделенные им жилые каюты, намереваясь как следует выспаться… Даже опытные наставники сейчас выглядели куда спокойнее. Ещё недавно каждый из них невольно просчитывал десятки возможных исходов турнира. Теперь же все было позади. И им всем можно было наконец выдохнуть. И даже с определённым облегчением.

Подумав об этом, Максим едва заметно улыбнулся. Совсем немного. Перед его глазами сами собой начали всплывать воспоминания последних месяцев. После объявления состава объединенного отряда вся жизнь молодых культиваторов превратилась в одну бесконечную тренировку. Не было ни одного лишнего дня. Ни одного спокойного вечера. Подъем ещё до восхода солнца… Медитация… Работа над меридианами… Поединки... Изучение новых техник… Испытания… Снова медитация… И опять поединки… Каждый из них прекрасно понимал, что времени осталось слишком мало. Турнир Тьмы и Света никогда не ждал отстающих.

Особенно старались те самые три Великие Академии. Академия Небесного Свода… Академия Алого Пламени… Академия Звериного Дао… Впервые за долгое время между ними почти исчезло привычное соперничество. Нет. Оно никуда не делось окончательно. Каждая по-прежнему считала себя лучшей. Каждая хотела доказать собственное превосходство. Но перед лицом общей угрозы все личные амбиции временно отступили на второй план. Слишком многое зависело от исхода турнира. Именно поэтому склады с духовными ресурсами открывались один за другим. Редкие травы… Высококачественные пилюли… Эликсиры… Артефакты… Даже некоторые техники, которые обычно выдавались лишь внутренним ученикам высшего ранга… Всё это неожиданно стало доступно тем, кому предстояло выйти на древнюю арену, чтобы участвовать в смертельном поединке.

В тот момент руководство Академий не жалело практически ничего. Все прекрасно понимали одну простую вещь. Лучше потратить сейчас огромное количество ресурсов... Чем потом десятилетиями расплачиваться за поражение. Даже его молодая наставница изменилась за это время. Подумав об этом, Максим невольно вспомнил и тот вечер, когда она наконец сумела совершить собственный прорыв.

Она тогда почти сутки не выходила из закрытой медитации во время уединения. А когда появилась... Даже её походка стала немного иной. Более уверенной. Более легкой. Её духовная энергия заметно окрепла. Конечно, по сравнению с настоящими старейшинами это был не столь огромный скачок. Но для неё самой тот прорыв значил очень многое. Тогда и сам Максим искренне порадовался за неё. Потому что прекрасно понимал, сколько усилий она приложила ради этого.

Остальные тоже не сидели без дела. Практически каждый участник объединенного отряда сумел хотя бы немного усилить собственную культивацию. Кто-то укрепил духовное основание. Кто-то освоил новую боевую технику. Кто-то научился лучше контролировать свою стихию. Ведь теперь даже самые талантливые понимали... Перед турниром нельзя останавливаться. Любая дополнительная крупица силы однажды может решить исход боя. Или сохранить жизнь.

Однако Максим прекрасно видел и другое. Хотя руководство всех трех Академий официально заявляло, что делает ставку на всю команду... В действительности существовало несколько человек, на которых возлагались особые надежды. И среди них он занимал далеко не последнее место. Скорее... Наоборот. Именно его считали неизвестной величиной. Тем самым фактором, который невозможно заранее просчитать. Тёмной лошадкой. Ни представители Тёмных Миров. Ни даже союзные Академии до конца не понимали пределов его возможностей. И именно это обстоятельство оказалось одним из самых ценных преимуществ.

Парень хорошо помнил разговоры старейшин. Разумеется, они не посвящали учеников во все подробности своих расчетов. Но некоторые вещи он сумел понять сам. Противники наверняка будут готовиться к привычным направлениям развития. К мастерам Огня… К ледяным техникам… К звериным школам… К мастерам меча… К духовным формациям… Все это они знали. Все это встречалось десятки раз за предыдущие турниры. Но... Сила Инь, которой владел Максим, значительно отличалась от того, к чему привыкли их противники. Её природа вступала в сложное взаимодействие с техниками, основанными на иных принципах циркуляции духовной энергии. Те, кто прежде не сталкивался с подобным сочетанием, могли неверно оценить ситуацию или выбрать не самый удачный способ противодействия. Именно на подобной неожиданности он во многом и строил свой расчет. Не потому, что рассчитывал лишь на эффект неожиданности. Нет. Любой опытный противник способен приспособиться. Но иногда... Одного-единственного мгновения замешательства оказывается достаточно. Чтобы изменить весь бой.

Так и произошло. Некоторые представители Тёмных Миров явно ожидали совершенно иных приемов. Их собственный опыт подсказывал одни решения. Максим же заставлял их сталкиваться с совершенно другой картиной. Пока они пытались понять происходящее... Он уже переходил в атаку. Именно эта потеря темпа не раз приносила ему преимущество. Он медленно поднял взгляд к огромным живым парусам корабля. Листья мягко шелестели, впитывая духовные потоки межмирового пространства. Ветер тихо гудел среди переплетений гигантских лиан.

“Интересно...”

Вспоминая обо всём этом, Максим невольно задумался о будущем. Следующий Турнир Тьмы и Света. Когда он состоится? Через десять лет? Или позже? Он невольно усмехнулся. Скорее всего... Представители Тёмных Миров теперь постараются максимально отсрочить новую встречу. Если только позволят правила. Потому что нынешний турнир наверняка заставил их пересмотреть многие оценки. А главное... Через десять лет ему исполнится всего двадцать семь. Возрастной предел участников по-прежнему останется недостигнутым. Он все еще сможет выйти на арену. Эта простая мысль сама по себе выглядела достаточно неприятной для тех, кто уже однажды столкнулся с ним. Возрастное ограничение существовало не случайно. В турнире могли участвовать лишь молодые культиваторы, не достигшие тридцати лет. Так как считалось, что именно молодое поколение лучше всего отражает будущее своего мира.

Опыт старших мастеров был огромен. Но турнир задумывался как испытание тех, кому еще только предстояло стать опорой своих Академий, Сект и государств. Именно поэтому каждая сторона десятилетиями выращивала новое поколение сильнейших учеников. Отбирала самых талантливых. Вкладывала в них редчайшие ресурсы. Надеясь однажды увидеть их победителями.

Но главная причина подобной подготовки крылась вовсе не в славе. Максим слишком хорошо изучил правила турнира, чтобы относиться к ним легкомысленно. На первый взгляд они казались удивительно простыми. Две стороны. Серия поединков. Определение победителя. Однако последствия поражения могли оказаться куда серьезнее, чем утрата престижа. В некоторых случаях исход турнира становился основанием для серьезных политических и военных изменений между мирами. Именно поэтому каждая сторона относилась к состязанию чрезвычайно серьезно, стремясь избежать разгромного результата. По сути, турнир служил не только состязанием молодых талантов, но и способом ограничить более масштабные конфликты заранее установленными правилами. Жестокими. Безжалостными. Но вполне понятными для всех участников Древнего соглашения. Хочешь принять участие — принимаешь и последствия. Не хочешь связывать судьбу своего мира с подобным риском — не вступай в соглашение о турнире.

Он никогда не испытывал иллюзий относительно справедливости таких порядков. Однако он уже давно понял, что мир Дао редко спрашивает, кажутся ли человеку его законы справедливыми. Они просто существуют. И тем, кто хочет выжить, приходится учитывать их такими, какие они есть. Максим едва заметно повернул голову. Совсем немного. Лишь настолько, чтобы краем глаза вновь увидеть темноволосую девушку, неподвижно сидевшую за его спиной.

Она по-прежнему находилась в глубокой медитации. Вокруг нее медленно вращались тонкие нити темной духовной энергии, уже утратившие прежнюю хаотичность. Они плавно втягивались обратно в меридианы, восстанавливая нарушенное после тяжелого поединка равновесие. Дыхание девушки стало ровнее. Лицо уже не казалось таким бледным, как сразу после окончания турнира. Даже аура постепенно приобретала прежнюю устойчивость.

“Хорошо...” — мелькнула у него спокойная мысль. Значит, лечение действительно оказалось своевременным. Он вновь отвернулся. И его внимательный взгляд устремился вперед, в бесконечную сияющую пустоту между мирами. Но мысли уже унеслись совсем в другое место. Десять побед. Подряд. Вспомнив которые Максим сам невольно усмехнулся. Когда он только прибыл на Турнир Тьмы и Света, подобный исход показался бы невероятным большинству участников. Даже самые оптимистичные наставники надеялись прежде всего на достойное выступление объединенной команды. О полном разгроме противников вслух почти никто не говорил. Слишком хорошо все помнили историю предыдущих турниров. Слишком сильными были представители Тёмных Миров. Слишком долго они совершенствовали свои школы. Но судьба распорядилась иначе. И сейчас, когда напряжение последних дней постепенно отпускало, Максим наконец смог спокойно осмыслить произошедшее. Ему удалось одержать победу над всеми десятью противниками, которых выставили против него в ходе турнира. Каждый бой отличался. Каждый требовал иной тактики. Где-то решала скорость. Где-то расчет. Где-то терпение. А где-то приходилось идти на риск. Теперь же, когда все закончилось, до него постепенно начинал доходить настоящий масштаб последствий. Победа оказалась не просто личным достижением. Она затрагивала интересы целых миров.

Он действительно хорошо изучил правила турнира ещё задолго до того, как впервые ступил на арену. Они казались предельно простыми. И одновременно пугающими. Пока противостояние ограничивалось ареной, кровь проливали лишь добровольно заявившиеся участники.

Но итог турнира влиял далеко за пределами самой арены. Победа открывала победившей стороне право первой определять дальнейшие отношения с проигравшим миром в рамках существующих соглашений. Именно поэтому каждая победа воспринималась как нечто гораздо большее, чем успех отдельного культиватора.

Мысленно усмехнувшись, парень медленно провел пальцами по живому борту корабля. Теплая древесная кора едва ощутимо откликнулась на прикосновение.

— Теперь начнется совсем другая игра...

Он практически не сомневался в этом. Сначала появятся разведывательные группы. Не военные. Нет. Слишком рано. Скорее... Наблюдатели… Ученые… Картографы… Исследователи духовных жил… Алхимики… Мастера формаций… Все те, кому необходимо понять, с чем именно предстоит иметь дело. За ними последуют представители крупных Академий… Великих Сект… Могущественных кланов… Каждый постарается занять наиболее выгодное положение. Получить разрешения. Заключить соглашения. Добиться права первым отправить собственную экспедицию. И чем ценнее окажутся земли Тёмного Мира... Тем ожесточеннее станет соперничество уже между самими союзниками Светлых Миров.

Максим слишком хорошо понимал человеческую природу. Даже общая победа редко означала полное отсутствие внутренних противоречий. Наоборот. Когда появлялась возможность получить редкие ресурсы или древние наследия, желающих становилось слишком много.

Одни начнут вести переговоры. Другие искать обходные пути. Третьи постараются заручиться поддержкой влиятельных Академий. Не исключено, что возникнут взаимные подозрения, попытки опередить соперников или скрыть особенно ценные находки. Он почти не сомневался, что борьба за влияние начнется задолго до появления первых крупных экспедиций.

А сам Тёмный Мир... В отношении него Максим не питал никаких иллюзий. Его жители не станут спокойно наблюдать за происходящим. Если дело дойдет до вооруженного противостояния, сопротивление наверняка окажется ожесточенным. Люди, десятилетиями жившие в суровых условиях, не привыкли легко уступать. Он видел это собственными глазами на арене. Каждый из их молодых мастеров сражался до последнего. И это говорило о многом.

Его мысли невольно вновь вернулись к девушке за спиной. Она была одним из немногих людей, которых он успел узнать хоть немного из представителей того мира. Не по слухам. Не по рассказам. А лично. И именно поэтому Максим все меньше воспринимал Тёмные Миры как безликую массу врагов. Там тоже жили люди. Со своими школами. Традициями. Амбициями. Ошибками. И жестокими законами. Это вовсе не означало, что между мирами исчезнут противоречия. Но напоминало ему о простой вещи. Любой большой конфликт неизбежно затрагивает множество судеб, а не только тех, кто принимает решения.

Он невольно вспомнил и собственное прошлое. Точнее... Те месяцы, когда только оказался в этом мире. Тогда он почти ничего не понимал. Ни законов культивации. Ни местных обычаев. Ни того, насколько опасной может оказаться любая необычная способность. Лишь постепенно, наблюдая за жизнью Академий и разговорами наставников, он осознал одну неприятную истину.

Редкость здесь далеко не всегда означала счастливую судьбу. Иногда наоборот. Всё необычное неизбежно привлекало к себе самое пристальное внимание. А внимание сильных мира сего редко бывало бескорыстным. Одни хотели заполучить редкое наследие… Другие — изучить неизвестную технику… Третьи — найти способ воспроизвести уникальные свойства духовной энергии… Мир культиваторов постоянно стремился понять и освоить все, что давало преимущество. Именно поэтому Максим с самого начала старался не демонстрировать все свои возможности раньше времени. Ему было важно сначала обрести положение, которое обеспечило бы хотя бы минимальную защиту. Стать учеником Великой Академии… Заслужить доверие наставников… Обзавестись союзниками и репутацией… Лишь после этого он начал постепенно раскрывать часть своего потенциала. Он прекрасно понимал, что без подобной опоры одинокому человеку с необычными способностями было бы значительно труднее противостоять давлению куда более влиятельных сил.

Тяжело вздохнув, парень медленно выдохнул. Ветер вновь донес до него аромат цветущих растений, из которых был соткан древний корабль. Путешествие домой ещё продолжалось. Однако юноша уже чувствовал, что настоящее испытание, возможно, только начинается. Победа на Турнире Тьмы и Света изменила не только его собственную судьбу. Она заставила множество людей обратить на него внимание. А внимание в мире, где сила ценилась превыше всего, нередко становилось таким же опасным испытанием, как и любой поединок на арене.

Максим неторопливо перевел взгляд в сторону другого борта. Поначалу его внимание привлекли не голоса, а необычное поведение окружающих. Небольшая группа молодых культиваторов, еще недавно оживленно переговаривавшихся между собой, теперь выглядела заметно напряженной. Несколько человек то и дело косились куда-то в центр своей компании. Кто-то пытался что-то негромко объяснить. Кто-то едва заметно качал головой. Кто-то вовсе предпочитал молчать. Словно понимал, что любые слова окажутся бесполезными.

Внимательно отслеживая всё это, Максим слегка прищурился.

— Интересно...

Через несколько мгновений он уже без труда нашел источник происходящего. Им оказался молодой мужчина лет двадцати трех или двадцати четырех. Высокий. Красивый. Безусловно, неплохо сложенный. Однако первое впечатление портила одна простая деталь. Он буквально кричал своим внешним видом о собственном происхождении.

Его одежды были настолько роскошными, что казались скорее парадным облачением наследного принца, чем дорожным костюмом. Многослойный халат был расшит золотыми и серебряными нитями. По краям рукавов переливались тончайшие духовные узоры. На поясе висело сразу несколько нефритовых подвесок. На каждом пальце поблескивали кольца. Даже сапоги были украшены инкрустацией из редких духовных камней. А длинные волосы удерживала золотая диадема, выполненная в виде распростершего крылья небесного феникса. Все это выглядело дорого. Очень дорого. И... Слишком нарочито.

Внимательно рассматривая этого индивидуума, Максим невольно подумал о том, что некоторые артефакты из его собственных пространственных хранилищ стоили бы значительно больше всей этой показной роскоши. Просто он никогда не видел смысла носить подобные вещи ежедневно. Для него одежда оставалась прежде всего удобной. А не способом сообщить окружающим, насколько богат ее владелец.

— Династия... Почти наверняка.

Максим быстро вспомнил карту союзных Светлых Миров. Живой корабль действительно должен был пройти мимо одного из второстепенных миров. Насколько он помнил рассказы наставников, именно там правила одна из древних правящих династий, славившаяся богатством и любовью к пышным церемониям. Скорее всего... Этот юноша как раз возвращался домой. И, судя по поведению, за всю жизнь так и не привык слышать слово “нет”.

Однако заинтересовал Максима вовсе не наряд незнакомца. А направление его весьма пристального взгляда. И сейчас тот, практически не мигая, смотрел... За спину Максима. Туда, где неподвижно медитировала девушка из Тёмного Мира. И сейчас в его глазах читалось откровенное восхищение. Нет… Скорее... Жадность… Та самая, с которой коллекционер рассматривает редчайшую драгоценность. Или охотник — необычный трофей. И самому Максиму подобный взгляд не понравился сразу. Очень не понравился.

Стоявшие рядом спутники молодого аристократа явно чувствовали себя неловко. Один несколько раз осторожно коснулся его локтя. Другой что-то быстро прошептал. Третий даже бросил короткий взгляд в сторону Максима. В этом взгляде легко читалось беспокойство. Словно человек прекрасно понимал, чем может закончиться подобное поведение. Но остановить своего господина или товарища уже не мог. Тем временем голос молодого дворянина становился все громче. Поначалу Максим различал лишь отдельные слова. Затем уже целые фразы.

— ...подобная красавица...

— ...не должна...

— ...какому-то простолюдину...

Затем раздался громкий смешок.

— Такой цветок обязан цвести в моем саду!

Несколько молодых культиваторов рядом с ним буквально побледнели. Кто-то быстро оглянулся. Кто-то снова попытался что-то сказать. Но тот лишь раздраженно махнул рукой. Будто отгонял надоедливых насекомых.

Максим внутренне лишь вздохнул.

“Похоже... действительно избалован.”

Некоторые люди, рожденные в богатстве, начинали искренне считать, будто мир существует исключительно ради исполнения их желаний. Этот молодой человек производил именно такое впечатление. Причем особенно странным выглядело одно обстоятельство.

Осознав это, Максим невольно присмотрелся внимательнее. Духовная энергия. Основа культивации. Манера держаться. Нет... Каким-то выдающимся мастером тот явно не был. Даже приблизительно.

По опыту Максима, многие ученики объединенного отряда обладали куда более устойчивой аурой и производили впечатление значительно лучше подготовленных бойцов. Это лишь усиливало ощущение, что уверенность незнакомца опирается прежде всего на происхождение и привычку получать желаемое, а не на собственные достижения. Но на этом тот не остановился. Окрыленный собственным красноречием, молодой дворянин широким жестом обвел рукой почти всю палубу.

— Да что там одна! — громко заявил он. — Если пожелаю, смогу добиться расположения любой красавицы на этом корабле!

Его палец описал ленивую дугу. Сначала указал на темноволосую пленницу. Потом... На троих девушек, стоявших возле наставницы Максима. На вспыльчивую последовательницу Огня. На молчаливую красавицу, шедшую путем Льда. И... Даже на саму наставницу. Будто речь шла не о людях со своей волей и своим достоинством, а о дорогих украшениях, которые достаточно просто купить. Максим слегка приподнял бровь.

“Аппетиты у него... впечатляющие.”

Разумеется, он не собирался делать поспешных выводов лишь по нескольким громким фразам. Но уже увиденного хватало, чтобы понять характер этого человека. Тот привык считать свое положение достаточным основанием для любых притязаний. И, судя по лицам его спутников, подобные выходки происходили далеко не впервые. Они уже заранее ожидали неприятностей. И теперь лишь с тревогой наблюдали за человеком, которого, похоже, не могли ни урезонить, ни остановить.

Сам же Максим продолжал сидеть неподвижно. Его лицо оставалось совершенно спокойным. Даже равнодушным. Но внутри он уже сделал простой вывод. Самоуверенность без соответствующих способностей редко бывает надежной опорой. Особенно в мире, где истинную цену словам нередко определяют не громкие титулы и роскошные одежды, а личная сила, выдержка и умение вовремя понимать границы дозволенного.

Именно поэтому во всё это он пока что не вмешивался. Он лишь молча наблюдал, позволяя событиям развиваться своим чередом, в то время как все больше людей на палубе начинали прислушиваться к громким выкрикам молодого аристократа, предчувствуя, что столь вызывающее поведение едва ли останется без последствий. Между тем сам виновник всеобщего недовольства, похоже, окончательно утратил чувство меры. Он еще несколько мгновений наблюдал за темноволосой пленницей, неподвижно сидевшей в медитации за спиной Максима, после чего презрительно усмехнулся.

— Чего вы все стоите? — громко бросил он своим сопровождающим. — Приведите её ко мне в каюту. Немедленно. Я собираюсь поразвлечься.

Двое мужчин, державшихся немного позади него, одновременно напряглись. В отличие от своего молодого господина, они вовсе не выглядели самоуверенными. Оба были значительно старше. Опытнее. Да и духовная аура у них ощущалась куда плотнее.

Даже не всматриваясь специально, парень отметил про себя, что оба слуги как культиваторы превосходили своего хозяина. Что, впрочем, было и неудивительно. Во многих знатных семьях личную охрану подбирали именно по силе, а не по происхождению.

Один из них осторожно наклонился к молодому аристократу. Что-то тихо сказал. Но тот раздраженно нахмурился.

— Я приказал привести ее. Не обсуждать! Привести!

Последнее слово прозвучало настолько громко, что его услышали уже практически все находившиеся на кормовой палубе. Несколько человек одновременно подняли головы. Разговоры начали постепенно стихать. Все понимали, что сейчас происходит нечто крайне неуместное.

Двое слуг переглянулись. По выражению их лиц было видно, что выполнять подобный приказ им совершенно не хочется. Но приказ оставался приказом. Они сделали несколько шагов вперед. Ещё несколько. И направились прямо в сторону Максима. Точнее... К сидевшей за его спиной девушке. Однако пройти им удалось совсем недалеко.

Перед ними неожиданно возник молодой культиватор в тёмно-зеленых одеждах Академии Звериного Дао. Он словно заранее ожидал подобного развития событий. Ни суеты. Ни резких движений. Просто сделал один спокойный шаг вперед. И этого оказалось достаточно, чтобы полностью перегородить проход. Рядом с ним почти беззвучно поднялся крупный древесный волк. Тело которого выглядело так, будто было сплетено из темных корней, гибких ветвей и прочной древесной коры. Изумрудные глаза зверя спокойно смотрели на незваных гостей. Но это спокойствие сейчас явно было обманчивым. Так как стоило одному из слуг сделать ещё полшага вперед, как волк медленно обнажил свои весьма крупные клыки. Не рыча. Не бросаясь. Просто... Предупреждая. А парень из Академии Звериного Дао спокойно сложил руки за спиной.

— Господа… — произнес он ровным голосом. — Прежде чем тянуть руки к тому, что вам не принадлежит, советую хорошо подумать.

Один из слуг нахмурился.

— Это не твое дело.

— Ошибаетесь. — Юноша даже не повысил голоса.— Пока мы находимся на этом корабле, подобные вещи касаются каждого.

Он слегка повернул голову, словно невзначай указывая на окружающие их живые стены корабля.

— Вы сейчас стоите не на территории правящей династии своего родного государства. И не на земле какой-либо секты. Это судно принадлежит хозяевам турнира. Тем, кого многие называют Древнями. Или Энтами.

Его древесный волк тихо переступил лапами. И сухая кора едва слышно скрипнула.

— Если хотите проявить здесь силу или устроить драку... — Он сделал короткую паузу. — Сначала спросите разрешения у настоящих хозяев корабля.

Слуги заметно изменились в лице. Так как они и сами уже прекрасно поняли, к чему клонит молодой культиватор. А тот, словно желая окончательно развеять последние сомнения, спокойно добавил:

— Надеюсь, вы не забыли, что произошло на турнире с тем человеком, который решил нарушить установленные правила?

После этих слов на палубе воцарилась тишина. Этого напоминания оказалось более чем достаточно. Перед глазами многих сразу всплыла та самая картина. Могущественный мастер… Уровень Доу Хуан… Император… Человек, привыкший повелевать другими… Тогда он попытался решить вопрос силой, полагая, что его положение и культивация позволяют игнорировать правила. Но хозяева турнира вмешались практически мгновенно. И показали всем присутствующим, что их законы одинаковы для каждого. Независимо от титула. Происхождения. Или уровня развития. Даже столь могущественный культиватор оказался бессилен перед волей тех, кто охранял порядок на турнире.

И сейчас от подобного воспоминания оба слуги резко побледнели. Один нервно сглотнул. Другой почти незаметно опустил взгляд. Нет. Они вовсе не были трусами. Просто умели правильно оценивать ситуацию. Ведь вступать в конфликт на корабле, принадлежащем тем, чья сила и власть уже были продемонстрированы столь убедительно, теперь любому казалось откровенным безрассудством.

Один из мужчин коротко поклонился.

— Мы поняли.

После чего оба сделали шаг назад. Потом еще один. И молча вернулись к своему господину. Реакция молодого аристократа оказалась именно такой, какой и ожидали окружающие. Его холёное лицо практически мгновенно покраснело.

— Бесполезные трусы!

Он резко выхватил украшенную серебром плеть. Раздался резкий свист. Затем хлёсткий удар… Второй… Кожаные сплетённые ремни с сухим хлопком рассекли воздух и оставили на одежде слуг длинные следы.

Оба мужчины лишь стиснули зубы. Никто из них даже не попытался уклониться. Не возразил. Не поднял головы. Они молча приняли наказание. Не потому, что считали его справедливым. А потому, что выбор был предельно очевиден. Несколько ударов разгневанного молодого господина были куда меньшей бедой, чем возможные последствия нарушения порядка на корабле.

Всё это время Максим наблюдал за происходящим все с тем же невозмутимым выражением лица. Он не вмешался во всё это. Не произнес ни слова. Так как в этом даже не возникло необходимости. Достаточно оказалось одного спокойного культиватора из Академии Звериного Дао, который просто напомнил этим наглецам о существующих правилах. А все, кто когда-либо имел дело с Энтами, прекрасно знал о том, что для них самое нерушимое – это правила. Здесь же существовало правило, что их корабли – это нейтральная территория. И любой идиот, что решит нарушить подобное уложение, мгновенно становится смертельным врагом.

Мысленно хмыкнув, парень отметил это для себя. И даже с определённым уважением. Не каждый стремится решать подобные ситуации демонстрацией собственной силы. Иногда вовремя сказанные слова производят куда больший эффект. Особенно если за ними стоит память о событиях, которые еще слишком свежи в сознании каждого, кто присутствовал на Турнире Тьмы и Света.

Спустя полчаса вся эта ситуация, казалось, уже начала понемногу успокаиваться. Большинство находившихся на палубе вновь вернулись к своим делам, хотя многие продолжали исподтишка наблюдать за компанией заносчивого молодого аристократа. Сам же Максим по-прежнему сидел на корме, словно происходящее его совершенно не касалось. Он даже не обернулся. Лишь спокойно смотрел вперед, где бескрайняя чернота межмирового пространства переливалась тонкими лентами духовного света. Однако слух у культиватора его уровня давно превосходил возможности обычного человека. Поэтому он без труда различил осторожные шаги за своей спиной. Не тяжелые. Не боевые. Скорее... Размеренные. Неторопливые. Как у человека, который прекрасно понимает, что приближается к тому, кого злить сейчас было бы крайне нежелательно.

Максим лишь слегка повернул голову. Когда перед ним всё-таки остановился один из тех самых слуг. Этот мужчина был уже далеко не молод. Его лицо, когда-то возможно даже симпатичное, избороздили глубокие морщины. Волосы заметно поседели. Во взгляде чувствовалась привычка долгие годы исполнять чужую волю. И вместе с тем... Что-то ещё. Максим сразу отметил про себя, что этот человек, вероятнее всего, был не простым телохранителем. Слишком уверенно он держался. Слишком спокойно говорил. Да и манеры выдавали человека, который когда-то занимался воспитанием молодого господина. Или, по крайней мере, обучал его основам культивации и придворного этикета.

Всё это парень отметил практически сразу, как только этот слуга сложил ладони в традиционном приветствии.

— Молодой господин Мин-cок...

Его голос был подчеркнуто уважительным. Настолько уважительным, что это выглядело почти неестественно.

— Позвольте сказать несколько слов.

Максим едва заметно кивнул.

— Говорите.

Мужчина на мгновение замялся. Будто подбирал наиболее безопасные выражения.

— Мой молодой хозяин... — Он бросил короткий взгляд на медитирующую за спиной парня Юэ Жуянь. — ...проявил искренний интерес к вашей пленнице.

Слушая всё это, Максим просто молчал. А слуга продолжил:

— Возможно... было бы разумно с вашей стороны преподнести её ему в качестве дара. Это помогло бы избежать ненужного недоразумения.

Вот тут Максим спокойно посмотрел на собеседника. Не перебивая. Не торопя. Лишь выжидая. И тот, очевидно приняв молчание за возможность продолжать, заговорил увереннее.

— Поверьте, мой молодой хозяин принадлежит к весьма влиятельной семье. Его расположение способно принести немало пользы. А вот отказ... — Он сделал многозначительную паузу. — Может вызвать его неудовольствие.

Максим слегка наклонил голову.

— Неудовольствие?

— Именно так. — Слуга осторожно кивнул. — Иногда разумнее уступить в малом, чтобы избежать больших сложностей в будущем.

Максим ещё несколько секунд молча смотрел на него. Потом совершенно спокойно спросил:

— Простите... а кто такой ваш хозяин?

Этот вопрос оказался настолько неожиданным, что мужчина на мгновение растерялся.

— Наследник...

Он быстро назвал титул и имя своей династии. Максим выслушал. После чего задумчиво произнес:

— Понятно. — После чего совершенно искреннее добавил. — Но я так и не понял... наследник… чего?

Слуга растерянно моргнул. А Максим продолжил все тем же ровным голосом:

— Хозяин своего клана? Своей семьи? Своего дворца? Это одно… Но почему вы говорите так, словно он вправе распоряжаться людьми, которые к нему не имеют никакого отношения?

Мужчина открыл было рот. Однако Максим спокойно поднял ладонь, показывая, что еще не закончил.

— Среди культиваторов титулы уважают. До определённой степени. Но уважение не заменяет силу. И не дает права приказывать каждому встречному.

После таких слов слуга заметно напрягся. Однако, видимо, многолетняя привычка отстаивать интересы своего господина все же взяла верх. Он глубоко вдохнул. И заговорил уже значительно увереннее.

— Молодой господин Мин-сок... Вы еще очень молоды. Не всё понимаете. Есть вещи, которые определяются происхождением. Мой хозяин рожден управлять. И подобная рабыня... — Он вновь посмотрел в сторону девушки. — Должна служить достойному человеку. И именно мой господин вправе решить, кому подобает находиться рядом с ним.

С каждым словом он говорил все увереннее. Словно сам начинал верить собственным словам.

— Такая женщина не должна принадлежать... — Он бросил взгляд на простую одежду Максима. — ...простолюдину.

В ответ на подобное, достаточно оскорбительное заявление, Максим не произнес ни слова. Просто позволил собеседнику договорить. Полностью. Без единого замечания.

Когда этот старый слуга наконец замолчал, наступила короткая тишина. И только шелест огромных живых листьев нарушал её. Затем Максим спокойно поднялся на ноги. Не спеша. Без малейшей демонстрации духовной силы. После чего посмотрел прямо в глаза пожилому мужчине. И негромко сказал:

— Хорошо. Если вашему молодому хозяину так сильно хочется получить эту девушку...

Слуга едва заметно оживился. Но Максим договорил совсем не то, чего тот ожидал.

— ...пусть сам попробует взять ее в плен.

Мужчина непонимающе нахмурился.

— Я даже не стану вмешиваться. — Максим слегка пожал плечами. — Более того. Я даже разрешу ей сражаться в полную силу. Если ваш хозяин считает, что достоин подобной пленницы... То пусть докажет это так же, как доказывают подобные вещи культиваторы. Пусть победит её в честном бою. И тогда можно будет говорить дальше.

Несколько секунд старый слуга просто смотрел на него. Не моргая. Словно не сразу понял смысл услышанного. А затем... Его лицо начало стремительно бледнеть. Скорее всего перед внутренним взором сейчас невольно всплыли картины недавнего турнира. Где проявила себя та самая девушка… Королева Крови… Воительница, заставившая многих сильных молодых культиваторов признать ее опасность… С кем даже поединок с Мин-соком до последнего оставался ожесточенным и непредсказуемым.

И теперь... Этот спокойный юноша предлагал выставить против нее его избалованного молодого хозяина. Одного. Без помощи. Без вмешательства. Со всем её мастерством и силой. В этот момент слуга непроизвольно сглотнул. Он слишком хорошо знал способности своего воспитанника. И слишком хорошо понимал, чем подобная затея закончится. Ответ был настолько очевиден, что возразить оказалось банально нечем. Слова, которыми он ещё минуту назад пытался убеждать Максима, вдруг потеряли всякую убедительность. Так что он медленно опустил взгляд, и почтительно сложил ладони.

— Прошу... простить за беспокойство.

После чего сделал шаг назад. Затем еще один. И, больше не пытаясь продолжать разговор, поспешил вернуться к своему господину.

Максим же лишь негромко хмыкнул и снова сел под край живого борта. За его спиной темноволосая девушка продолжала медитировать, не открывая глаз, а легкий ветер межмирового пространства по-прежнему неспешно перебирал листья древнего корабля, словно для него все только что произошедшее было не более чем мимолетным шумом среди бесконечного пути между мирами.

Сам же Максим не изменил ни позы, ни выражения лица. Задумчиво поглядывая в сторону бездонной межмировой пустоты, словно все произошедшее окончательно перестало его интересовать. Со стороны именно так все и выглядело. Большинство окружающих уже решили, что разговор закончился. Старый слуга получил отказ. Вернулся к своему господину. На этом история должна была завершиться. Однако была одна маленькая особенность, о которой почти никто не знал.

После нескольких последовательных прорывов контроль Максима над собственной энергией Инь стал значительно тоньше. Он уже не воспринимал ее исключительно как разрушительную силу. Для него она давно превратилась в своеобразное продолжение собственного восприятия. Тончайшие нити духовной энергии почти незаметно растекались по всей поверхности живого корабля. Они не вмешивались в чужую культивацию. Не проникали в меридианы окружающих. Лишь осторожно касались пространства вокруг, передавая владельцу едва уловимые колебания воздуха, интонации голосов и всплески духовной энергии. Даже опытный мастер не обратил бы на подобное внимание. Потому что энергия Инь не проявляла ни малейшей агрессии. Она просто... Слушала. Именно поэтому Максим совершенно отчетливо услышал все, что происходило после возвращения старого слуги. Молодой аристократ встретил его крайне недовольным взглядом.

— Ну?

Слуга ему что-то тихо ответил. Из-за осторожности Максим не мог разобрать каждое слово. Зато прекрасно уловил общий смысл. Отказ. Очередной отказ. Лицо молодого дворянина исказилось.

— Жалкий простолюдин... — Он раздраженно сжал кулак. — Думает, что может мне отказывать...

Несколько молодых людей рядом заметно занервничали. Кто-то вновь попытался что-то сказать. Однако тот уже не слушал никого.

— Не сейчас... Потом... Все равно будут моими...

Эти отдельные фразы Максим услышал уже совершенно ясно. После чего этот благородный молодой человек неожиданно понизил голос. Но для нитей Инь, которые парень уже стянул к нему поближе, подобное не имело никакого значения. Они исправно донесли до Максима каждое слово.

— Такая женщина обязана принадлежать мне. — Он бросил взгляд в сторону медитирующей Юэ Жуянь. — Подобная воительница стоит целой армии. Если она станет выполнять мои приказы... Любой непокорный вассал быстро забудет о неповиновении.

Максим едва заметно приподнял бровь.

“Вот как...”

Значит, дело было не только во внешности. Юноша действительно мыслил прагматично. По-своему. Он видел в сильном культиваторе прежде всего инструмент усиления собственной власти. Но дальше стало еще интереснее. Палец молодого аристократа лениво скользнул в сторону трех других девушек.

— И те трое...Тоже.

Максим незаметно проследил направление. Наставница Ли Юньсюэ… Ледяная красавица Линь Сюэ… И вспыльчивая Лу Фэнъэр… Все трое сейчас продолжали разговаривать между собой, даже не подозревая, что стали предметом столь странных рассуждений.

— Гарем давно пора менять... — Недовольно пробормотал молодой дворянин. — Одни бесполезные дочери благородных домов... Кроме красивых лиц... Ничего.

Разгадав этот замысел, Максим мысленно покачал головой. Судя по тону собеседника, тот говорил не столько о людях, сколько о предметах роскоши.

— А эти... — Он вновь посмотрел на девушек. — Совсем другое дело. Красивые. Молодые. Еще и культиваторы. Особенно эта... Он вновь кивнул в сторону Королевы Крови. Представляете, сколько пользы можно получить?

Максим продолжал молча слушать. Постепенно разговор начал принимать иной характер. Из отдельных обрывков складывалась вполне понятная картина. Этот молодой дворянин строил далеко идущие планы относительно собственного будущего. Он неоднократно упоминал возвращение домой. Говорил о власти. О наследстве. О княжестве своей семьи. Полностью Максим не услышал полного плана. Да и сам аристократ явно больше хвастался перед спутниками, чем обсуждал готовое решение. Однако одно стало совершенно очевидно. Тот мечтал однажды занять место главы своей династии. И ради этого был готов идти на самые разные шаги. В том числе против собственных родственников. При упоминании подобного, один из его спутников заметно побледнел.

— Молодой господин… Подобные слова... Не стоит произносить вслух...

Тот лишь раздраженно махнул рукой.

— Боишься?

— Я — нет.

Максим спокойно выслушал и это. Хвастливые речи далеко не всегда превращаются в реальные поступки. Но они многое говорят о самом человеке. Затем разговор вновь вернулся к девушкам.

— Главное... Не пытаться действовать грубо.

Это замечание принадлежало уже старому слуге. В его голосе слышалась осторожность.

— Эти девушки слишком сильны. — Он явно оценивал ситуацию значительно трезвее своего воспитанника. — Если они не захотят подчиняться... Открытым принуждением ничего не добиться. Нужно искать иной способ.

Молодой аристократ раздраженно фыркнул. Но не стал спорить. Похоже, даже он понимал очевидное. Как бы высоко он ни оценивал собственное происхождение, реальное соотношение сил было не в его пользу. Четыре опытные девушки – культиватора, каждая из которых прошла суровую подготовку и неоднократно участвовала в опасных сражениях, не выглядели противниками, которых можно без труда заставить повиноваться. И сейчас даже его собственная охрана прекрасно это осознавала.

Думая об этом, Максим медленно прикрыл глаза. Внешне казалось, будто он вновь погрузился в созерцание межмировых потоков. На самом же деле парень спокойно анализировал услышанное. Не угрозы. Нет. Пока что это были лишь пустые разговоры, перемешанные с самоуверенностью и несбыточными фантазиями человека, привыкшего считать свои желания будущей реальностью.

Однако одно Максим отметил совершенно отчетливо. Если этот молодой дворянин действительно попытается воплотить подобные замыслы в жизнь, то неизбежно столкнется с людьми, которых он сейчас слишком сильно недооценивал. И в первую очередь — с теми самыми четырьмя молодыми девушками, которых уже мысленно записал в свою собственность. И от одной только этой мысли на губах Максима появилась едва заметная усмешка. Он достаточно хорошо успел узнать каждую из них. И потому не сомневался лишь в одном. Если этот самоуверенный наследник когда-нибудь всерьез попытается принудить любую из них к подчинению силой или обманом, последствия окажутся совсем не такими, как он сейчас самоуверенно представляет.

………

За толстой дверью выделенной ему каюты молодой дворянин резко сбросил с плеч богато расшитую накидку и раздраженно швырнул ее на широкий резной стул.

— Болваны! — процедил он сквозь зубы, бросив сердитый взгляд на двух слуг. — Не способны выполнить даже простейшее поручение.

Никто из них ничего не ответил ему на это обвинение. Старый воспитатель лишь молча опустил голову. Он прекрасно понимал, что любые оправдания сейчас только сильнее разозлят молодого хозяина. Тот несколько раз прошелся по каюте. В отличие от палубы, здесь царила роскошь.

Стены были отделаны редкой древесиной, источавшей тонкий аромат духовных масел. По углам стояли резные шкафы с многочисленными шкатулками и футлярами. В центре находился широкий стол, заставленный дорогой посудой, кувшинами с вином и разнообразными алхимическими принадлежностями.

Внезапно молодой дворянин остановился. И в его глазах мелькнуло выражение человека, которому пришла в голову новая мысль.

— Если силой не получится... значит, понадобится хитрость.

Он подошел к одному из шкафов и открыл скрытое отделение. Оттуда появилась небольшая нефритовая шкатулка. Внутри которой лежал запечатанный кувшинчик необычного темно-синего стекла.

— Молодой господин... — негромко произнес старый воспитатель, сразу узнав этот сосуд.

Но на лице его хозяина уже появилась самодовольная улыбка.

— Вот именно. — Он осторожно провел пальцами по печати. — Алхимики нашей династии умеют создавать не только пилюли.

По его словам было ясно, что содержимое сосуда предназначалось для воздействия на разум и подавления воли человека. От чего старый слуга заметно помрачнел.

— Молодой господин... подобные средства запрещено использовать против представителей других миров, и тем более… Академий. Если это обнаружат...

— Не обнаружат.

— А если обнаружат?

На этот раз в голосе старика прозвучала необычная твердость.

— Среди этих девушек есть ученицы Великих Академий другого мира. Если хоть одна из них докажет применение подобных средств, то весьма серьёзные последствия коснутся не только вас.

Молодой дворянин раздраженно поморщился.

— Снова начинаешь читать мне наставления?

— Я напоминаю о возможных последствиях. — Старик медленно покачал головой. — После Турнира Тьмы и Света за каждым участником наблюдают десятки влиятельных людей. Сейчас не время для подобных интриг.

Однако молодой хозяин уже почти не слушал. Он смотрел на запечатанный сосуд так, словно видел в нем решение всех своих проблем. В ответ старый воспитатель лишь тяжело вздохнул. За долгие годы он слишком хорошо изучил характер своего подопечного. Когда тому приходила в голову очередная опасная идея, переубедить его становилось почти невозможно.

Именно поэтому в душе старика впервые за долгое время зародилось по-настоящему дурное предчувствие. Он уже не сомневался в том, что если молодой господин не откажется от своих замыслов, то очень скоро столкнется не с беспомощными жертвами, а с последствиями, к которым оказался совершенно не готов.

………

Максим уже собирался подняться. Не потому, что сомневался в силах девушек. Ли Юньсюэ, Линь Сюэ и Лу Фэнъэр вовсе не были беспомощными. Каждая из них являлась опытным культиватором, способным постоять за себя в открытом бою. Но одно дело — честное столкновение. И совсем другое — попытка добиться своего обманом. Его пальцы уже слегка коснулись края живого борта. Тонкие нити Инь мягко дрогнули, собираясь обратно к своему хозяину. Однако...

В следующее мгновение Максим неожиданно остановился. Не потому, что передумал. А потому, что почувствовал нечто гораздо более древнее и могущественное. По живому кораблю словно пробежала едва заметная волна. Листья на ближайших ветвях одновременно качнулись. Цветы, еще секунду назад спокойно покачивавшиеся на ветру, почти одновременно повернули свои венчики в одну сторону. Даже сама древесина под ногами будто тихо вздохнула. И Максим сразу понял.

— Хозяева...

Двое слуг этого самого молодого дворянина уже почти подошли к небольшой группе девушек. В руках одного находился искусно выполненный поднос. На нем стояли несколько изящных нефритовых чаш. Рядом покоился небольшой кувшин. Сам молодой дворянин наблюдал издали, явно рассчитывая, что его люди сумеют завязать разговор. Но... Не успели они сделать и двух последних шагов. Как перед ними совершенно бесшумно возникла высокая фигура. Никто не увидел, откуда именно она появилась. Будто еще мгновение назад здесь никого не было. И вот... Перед слугами уже стоял один из Древней. Его исполинское тело напоминало древнее дерево, прожившее многие тысячелетия. Широкие плечи были словно выточены из темной древесины. По коре медленно пробегали тонкие зеленоватые линии, похожие на жилки молодых листьев. Из густой кроны, заменявшей волосы, свисали длинные серебристые лианы. Янтарные глаза спокойно смотрели на людей. Без злости. Без раздражения. Но в этой невозмутимости ощущалась такая древняя сила, что оба слуги непроизвольно остановились.

Древень перевел свой немигающий взгляд на поднос с вином. Потом снова посмотрел на мужчин. Голос его прозвучал негромко. Глубоко. Словно шелест векового леса.

— Остановитесь.

Всего одно слово. Но его оказалось достаточно. Оба слуги одновременно замерли. Несколько человек на палубе уже начали оборачиваться. Разговоры постепенно стихали. Все понимали, что если один из хранителей корабля вмешался лично… Значит, произошло нечто серьезное.

Немного помолчав, Древень вновь спокойно заговорил:

— На этом корабле действуют законы его хозяев. — Он медленно обвел взглядом палубу. — Любые попытки принуждения, обмана или иных действий, нарушающих безопасность наших гостей, недопустимы.

Не было ни угроз. Ни повышения голоса. Лишь спокойная констатация факта. Но именно это спокойствие производило особенно сильное впечатление. Слуги заметно побледнели. Один из них торопливо поклонился.

— Мы...

Он запнулся. Потом быстро опустил голову еще ниже.

— Приносим извинения.

Древень молча смотрел на него еще несколько мгновений. После чего слегка кивнул.

— Вернитесь к хозяину. И не повторяйте подобного больше.

Больше никто не спорил. Не пытался оправдываться. Не искал объяснений. Оба мужчины почти одновременно развернулись и поспешно удалились. Их шаги были значительно быстрее, чем по дороге сюда. Максим лишь едва заметно расслабился. Похоже, вмешиваться действительно не понадобилось.

Когда слуги вернулись в каюту своего молодого хозяина, даже закрытая дверь не смогла полностью скрыть последовавший приступ ярости. Изнутри донесся глухой удар. Потом еще один. Что-то тяжелое с треском опрокинулось. Раздался звон разбившейся посуды. Затем — резкий грохот расколовшегося деревянного стола. Несколько стоявших неподалеку пассажиров невольно переглянулись. Шум продолжался еще некоторое время. Судя по звукам, молодой дворянин в бессильной злости крушил собственную мебель и все, что попадалось ему под руку. Однако никто из хозяев корабля не вмешивался. Разрушал он лишь имущество, предоставленное ему для проживания, а не нарушал безопасность других пассажиров.

Парень снова перевел взгляд на фигуру Древня. Тот уже медленно удалялся вдоль палубы. Его тяжелые шаги были почти неслышны. Лишь листья под ногами едва заметно шевелились, словно приветствуя одного из своих создателей.

В этот момент он мысленно усмехнулся. Теперь он окончательно убедился в том, о чем догадывался и раньше. Хозяева этого удивительного живого корабля не просто перевозили пассажиров между мирами. Они внимательно следили за всем, что происходило на борту. И пока корабль находился под их защитой, никто — независимо от богатства, происхождения или титула — не мог рассчитывать, что ему позволят безнаказанно нарушать установленный здесь порядок.

Максим ещё некоторое время смотрел вслед удалявшемуся Древню. Исполинская фигура неторопливо двигалась вдоль живой палубы, и казалось, что сама древесина корабля откликается на каждый его шаг. Листва едва слышно шелестела, цветы склоняли бутоны, а переплетенные лозы словно сами расступались перед одним из представителей древней расы.

Однако, вопреки ожиданиям Максима, тот не ушел далеко. Пройдя всего несколько десятков шагов, Древень неожиданно остановился. Медленно повернулся. И столь же неторопливо направился обратно. На этот раз — прямо к нему. Многие пассажиры сразу заметили происходящее. Все-таки подобное внимание со стороны хозяев корабля само по себе было весьма необычным. Несколько старейшин различных Академий невольно прекратили разговор. Даже молодая наставница Ли Юньсюэ краем глаза проследила за приближающейся фигурой, хотя внешне продолжала сохранять полное спокойствие.

Сам же Максим даже не пошевелился. Он лишь спокойно дождался, пока Древень подойдет почти вплотную. Только тогда слегка поднял голову. Этот древесный исполин остановился рядом с парнем. Несколько мгновений молча смотрел на юношу своими янтарными глазами. Потом неожиданно заговорил. Но настолько тихо, что его голос услышал только Максим. Даже сидевшая за спиной юноши Юэ Жуянь, продолжавшая медитировать, никак не отреагировала.

— Молодой культиватор Мин-сок...

Голос Древня был все тем же. Глубоким. Спокойным. Похожим на шелест многовекового леса.

— Старейшина моего народа поручил передать тебе слова благодарности.

Максим слегка наклонил голову.

— За что?

— За уважение к законам Турнира. За проявленную сдержанность. За то, что даже обладая необычной силой, ты не пытался нарушить установленный порядок.

В ответ на эти слова парень едва заметно улыбнулся.

— Правила существуют не просто так. — В янтарных глазах Древня будто мелькнуло одобрение. — Именно поэтому Старейшина пожелал обратиться к тебе с одной просьбой.

Вот тут Максим насторожился. Просьба? Не приказ. Именно просьба. И это уже само по себе говорило о многом. А Древень продолжил говорить:

— Во время Турнира наш Старейшина... — Он сделал небольшую паузу. — Тот, кого многие люди называют Святым... Почувствовал очень необычное колебание энергии.

Парень практически сразу понял, о чем идет речь. Но внешне никак этого не показал.

— Он ощутил источник Чистой Инь.

После этих слов на несколько секунд между ними воцарилась тишина. После чего Максим спокойно спросил:

— И что именно интересует вашего Старейшину?

Древень ответил без малейших попыток что-либо скрыть.

— Один небольшой кристалл Чистой Инь.

Максим молча посмотрел на него. Исполин сразу продолжил объяснение.

— Не спрашивай, каким образом Старейшина сумел это почувствовать. Для существ его уровня подобные вещи естественны. Он лишь отметил сам факт существования подобного предмета. И больше ничего.

Парень не перебивал его. А Древень же говорил все так же спокойно.

— Многие считают, будто наш народ полностью связан исключительно с жизнью, древесиной и энергией Ян. Это не совсем так. Любая жизнь требует равновесия.

Он медленно поднял руку. На его ладони появились две крошечные светящиеся сферы. Одна — золотистая. Другая — серебристо-черная. Они медленно вращались друг вокруг друга.

— Ян рождает рост. Инь позволяет завершиться старому, чтобы дать место новому. Если одна из сил начинает преобладать... Равновесие нарушается.

Сферы исчезли.

— Даже в нашем мире... — Произнес Древень. — За последние века возник перекос духовных потоков. Мы ищем способы восстановить естественное течение энергий. Источники Чистой Инь крайне редки. Особенно подобного качества. Поэтому Старейшина попросил узнать... Не согласишься ли ты расстаться с одним таким кристаллом добровольно.

Некоторое время парень просто помолчал. Предложение оказалось совершенно неожиданным. Он уже приготовился услышать просьбу о каком-нибудь совете относительно своей техники. Или вопрос о необычном прорыве. Но никак не ожидал, что речь пойдет именно о кристалле Чистой Инь. Древень, словно понимая его сомнения, спокойно добавил:

— Мы не просим подарить его. Наш народ никогда не берет подобные вещи без достойной платы.

После этих слов он плавно поднял правую руку.На одном из древесных пальцев находилось необычайно красивое кольцо. Максим сразу обратил на него внимание. Оно было выполнено из полупрозрачного нефрита с легким золотисто-зеленым отливом. Этот материал выглядел настолько чистым, что казался почти стеклянным. Внутри же словно медленно текли тончайшие духовные потоки. Даже не будучи мастером-артефактором, Максим понял, что перед ним исключительно редкая работа.

Древень осторожно коснулся кольца. И пространство перед ними едва заметно дрогнуло. Не открывая полностью содержимое хранилища, он позволил Максиму ощутить лишь малую часть находившихся внутри духовных колебаний. Этого оказалось достаточно. Юноша сразу почувствовал плотную, чистую ауру нескольких чрезвычайно мощных пилюль, а также огромного количества высококачественных камней души.

— Старейшина предлагает обмен. Три пилюли Божественного класса. И пять миллионов камней души превосходного качества. Если же ты не желаешь расставаться с кристаллом... Мы примем твой отказ. Без обиды. Без давления. Выбор останется исключительно за тобой.

Максим медленно перевел взгляд с кольца на спокойное лицо Древня. Ему понравилась одна деталь. За все время разговора представитель древнего народа ни разу не попытался воспользоваться своим положением. Не намекнул на долг. Не напомнил о помощи на турнире. Не пытался торговаться заранее. Он просто честно объяснил, зачем их народу нужен столь редкий предмет, и предложил, по их мнению, достойную цену, сразу дав понять, что окончательное решение остается за владельцем кристалла. Именно такой подход вызвал у Максима куда больше уважения, чем любые громкие слова о древности рода или величии целой цивилизации.

Хотя парень всё равно не спешил с ответом. Он продолжал спокойно смотреть на протянутую ладонь Древня, хотя мысли его в этот момент двигались значительно быстрее, чем могло показаться со стороны. Он никогда не принимал подобных решений сгоряча. Особенно если речь шла о столь редких вещах. Кристалл Чистой Инь... Сам по себе являлся огромной ценностью. Не только из-за заключенной внутри силы. Подобные предметы были настолько редки, что большинство культиваторов за всю свою жизнь могли лишь услышать о них в древних хрониках.

Даже Максим получил его не благодаря удаче или богатству. Обстоятельства сложились столь необычно, что повторить подобное было бы крайне непросто. Именно поэтому он привык относиться к каждому подобному предмету крайне бережно. Однако... Юноша прекрасно понимал и другое. Любая ценность имеет смысл лишь тогда, когда ее можно использовать. Если же редкий предмет способен принести гораздо большую пользу в обмен на действительно достойную компенсацию... То иногда разумнее именно обменять его. Тем более сейчас.

Максим еще раз посмотрел на Древня. За все время разговора тот ни разу не попытался воспользоваться своим положением. Не угрожал. Не уговаривал. Не обещал мифических благ. Все было предельно честно. Есть просьба. Есть объяснение. Есть предложение. Есть право отказаться. Подобный подход вызывал уважение. Наконец Максим спокойно произнес:

— Хорошо.

В янтарных глазах Древня промелькнуло едва уловимое удовлетворение.

— Благодарю.

Максим медленно поднял руку. В его ладони появился небольшой кристалл. Он выглядел так, словно был выточен из прозрачного ночного льда. В самой глубине медленно плавали тончайшие серебристо-черные нити. Даже окружающее пространство рядом с ним словно стало чуть прохладнее. Древень несколько мгновений молча смотрел на необычный предмет. И впервые за весь разговор на его спокойном лице появилось выражение, напоминавшее искреннее восхищение. Он осторожно принял кристалл обеими ладонями. Так бережно, словно держал в руках не драгоценность, а нечто неизмеримо более ценное. После этого представитель древнего народа столь же спокойно передал Максиму обещанное кольцо-хранилище.

Юноша принял его без лишних слов. Мысленно проверять содержимое прямо сейчас он не стал. Не потому, что не доверял. Просто подобная демонстрация выглядела бы невежливо. Тем более по отношению к тем, кто до сих пор вел себя исключительно достойно. Несколько секунд оба молчали. После чего Максим неожиданно негромко сказал:

— Возможно... — Древень спокойно поднял взгляд. — ...в будущем у меня еще могут появиться подобные кристаллы.

Он произнес эти слова очень осторожно. Без обещаний. Без уточнений. Без каких-либо подробностей. Лишь короткий намек.

— Если вашему народу снова понадобится подобный источник... — Максим слегка улыбнулся. — Думаю, мы всегда сможем найти взаимовыгодное решение.

Древень долго смотрел на юношу. Слишком долго. Словно пытался понять, насколько глубоко следует воспринимать сказанное. Потом медленно кивнул.

— Наш народ всегда ценит честный обмен. — Его голос оставался таким же спокойным. — Если однажды подобная возможность действительно появится... Мы будем рады вновь вести с тобой переговоры. Не больше. Но и не меньше.

Максим полностью уловил скрытый в этих словах смысл. Никаких попыток заранее закрепить соглашение. Никаких требований. Лишь признание того, что двери для будущего сотрудничества остаются открытыми. После этого Древень вновь приложил ладонь к груди в древнем приветствии своего народа.

— Благодарю тебя, молодой культиватор.

Парень ответил ему таким же уважительным кивком. И только когда исполинская фигура начала неторопливо удаляться, он спокойно убрал новое кольцо в один из внутренних карманов одежды. Движение было совершенно естественным. Без показной осторожности. Но... Именно в этот момент он почувствовал десятки взглядов.

Он незаметно скользнул глазами по палубе. И внутренне усмехнулся. Как он и ожидал... Обмен не остался незамеченным. Практически все старейшины различных Академий и Сект сейчас исподволь наблюдали именно за ним. Кто-то старался делать это незаметно. Кто-то уже откровенно повернулся в его сторону. Даже некоторые молодые ученики перестали разговаривать между собой. И основная причина всему этому была вполне очевидна. Представители народа Энтов крайне редко сами обращались к кому-либо с просьбами. А уж добровольный обмен с одним из них... Да еще на виду у стольких свидетелей... Подобное происходило нечасто.

Тем более, что и сам Максим уже прекрасно понимал, о чем сейчас думают многие из присутствующих. В мире культиваторов народ Древней пользовался почти легендарной репутацией. Их алхимическое искусство высоко ценилось во множестве миров. Ходили рассказы о редчайших пилюлях, необычных эликсирах и других духовных сокровищах, которые они создавали, хотя подробности этих историй нередко различались от рассказчика к рассказчику.

Именно поэтому возможность поддерживать с ними добрые отношения считалась чрезвычайно ценной. По этой причине многие влиятельные Академии, Великие Секты и древние кланы стремились заслужить доверие этого народа, предлагая сотрудничество и обмен знаниями или редкими ресурсами. Теперь же, прямо на глазах у многочисленных свидетелей, один из Древней не только лично подошел к молодому культиватору, но и провел с ним спокойный, уважительный обмен. Для наблюдателей сам этот факт выглядел не менее значимым, чем любые материальные ценности, перешедшие из рук в руки. Максим же, заметив усилившийся интерес окружающих, лишь мысленно вздохнул.

“Похоже... теперь вопросов ко мне станет еще больше.”

И почему-то эта мысль волновала его значительно сильнее, чем стоимость нового кольца-хранилища, лежавшего теперь среди остальных его вещей…

…………..

Живой корабль продолжал свой путь через межмировое пространство. Постепенно впереди начал проявляться новый мир. Сначала — огромная светящаяся сфера. Затем стали различимы горные хребты, широкие реки и многочисленные города, окутанные духовной дымкой. По мере приближения корабля к одному из крупнейших воздушных причалов стало заметно оживление внизу. На посадочной площадке уже ожидали встречающие. Пестрые знамена развевались на ветру. Выстроились почетные караулы. Несколько десятков чиновников и слуг терпеливо смотрели в небо. Судя по всему, прибытие кораблей Древней в этот мир всегда считалось большим событием. Едва корабль плавно опустился над огромной посадочной платформой, покрытой древними формациями, представители Древней открыли проход для тех пассажиров, чей путь на этом заканчивался.

Большинство спокойно направилось к трапу. Среди них оказался и тот самый молодой дворянин. Однако выглядел он далеко не так торжественно, как при посадке. За время обратного путешествия после окончания турнира его настроение лишь ухудшилось. Все его попытки добиться желаемого окончились ничем. Показная роскошь никого не впечатлила. Угрозы не сработали… Попытка действовать через слуг была остановлена… Даже его замыслы пресекли еще до того, как они могли принести какой-либо результат… Все это буквально кипело внутри него.

Спустившись на площадку, он почти сразу увидел встречавших его людей. Вперед вышел начальник дворцовой стражи. За ним несколько десятков хорошо вооруженных воинов. Позади ожидали чиновники и многочисленные слуги. Начальник стражи уважительно поклонился.

— Молодой господин...

Но договорить не успел.

— Немедленно!

Громкий окрик разнесся по всей площади, и молодой дворянин резко развернулся к кораблю. Его палец указывал прямо на палубу.

— Видите тех женщин? — Он говорил так громко, что его слышали даже оставшиеся на борту пассажиры. — Немедленно доставьте их ко мне!

На палубе воцарилась тишина. Ли Юньсюэ спокойно посмотрела вниз. Линь Сюэ даже не изменилась в лице. Лу Фэнъэр лишь недоверчиво фыркнула. Юэ Жуянь, уже завершившая восстановление, молча наблюдала за происходящим из-за плеча Максима. Никто из них не сделал ни малейшего движения навстречу. А слегка ошалевший от подобного наскока начальник стражи растерянно посмотрел сначала на своего молодого господина, потом — на огромный живой корабль.

— Молодой господин... Это...

— Выполнять! Я приказываю! — Тот почти сорвался на крик. — Они будут принадлежать мне!

Он сделал еще один шаг вперед.

— Всем четверым приказываю сдаться добровольно!

Ответом стало молчание. Это лишь сильнее распалило его. Он резко повернулся к стражникам.

— Чего стоите?! Поднимайтесь на корабль! Приведите их ко мне силой!

Услышав подобное Максим медленно поднялся. Его взгляд стал спокойным и сосредоточенным. Нити Инь уже почти незаметно скользнули вдоль рукавов. Он вовсе не собирался первым нападать. Но если кто-то действительно попытается ворваться на корабль и применить силу... Он был готов начать действовать. Рядом с ним почти одновременно напряглись несколько молодых культиваторов Академии Звериного Дао. Лу Фэнъэр вспыхнула духовной аурой Огня. Ледяная энергия вокруг Линь Сюэ стала ощутимо холоднее. Ли Юньсюэ тоже спокойно сделала шаг вперед. Однако... Никому из них не пришлось вмешиваться. Вся палуба неожиданно едва заметно вздрогнула. По корпусу живого корабля прокатилась глубокая вибрация. Переплетенные лозы начали быстро расправляться. Огромные древесные ветви пришли в движение. Перед самым трапом вновь появился Древень. На этот раз его голос прозвучал не тихо. Его услышали абсолютно все.

— Достаточно.

Одного слова оказалось достаточно, чтобы несколько стражников, уже успевших сделать шаг к трапу, непроизвольно остановились. Древень медленно посмотрел вниз. Его янтарные глаза остановились на молодом дворянине.

— Ты находился под защитой нашего корабля. Мы позволили тебе завершить путешествие. Но ты продолжаешь призывать к насилию на нашей территории. Это недопустимо.

Молодой аристократ лишь раздраженно рассмеялся.

— Это мой мир!

— Ошибаешься. — Спокойно ответил Древень. — Пока ты стоишь у борта нашего корабля, ты находишься там, где действуют наши правила.

Не успел молодой дворянин ответить. Древень медленно поднял руку. По земле мгновенно побежали толстые живые корни. Они выросли прямо из древесины посадочной платформы, словно спали внутри нее многие годы. Эти лозы мягко, но непреодолимо обвили ноги тех, кто уже собирался двинуться к трапу. Ещё один взмах… И их буквально отбросило назад. Не ударило. Не покалечило. Просто с огромной силой перенесло на безопасное расстояние от корабля. Хотя это произошло настолько быстро, что даже оружие вылетело из рук нескольких воинов. Через мгновение корни так же быстро исчезли, не оставив после себя ни малейшего следа. Воцарилась напряженная тишина.

А Древень медленно обвел взглядом собравшихся. И громко произнес:

— С этого дня корабли нашего народа более не будут посещать этот мир. Пока его правители не обеспечат уважение к нашим законам и безопасности наших гостей.

Эти слова словно ударили по площади сильнее любого духовного приема. Лица чиновников мгновенно побледнели. Начальник стражи застыл. Даже сам молодой дворянин наконец осознал смысл услышанного.

Именно в этот момент из дальнего конца площади поспешно выбежала новая процессия. Впереди бежал пожилой мужчина в роскошных одеждах правителя. За ним едва поспевали министры, советники и многочисленная охрана. Судя по всему, шум уже успел дойти до дворца. Правитель, тяжело дыша, почти подбежал к кораблю.

— Почтенный Хранитель! — Он глубоко поклонился. — Прошу… Выслушайте... Произошло недоразумение... Мы приносим искренние извинения... Виновные будут наказаны... Мы готовы компенсировать…

Он говорил быстро, почти сбиваясь. И по его лицу было видно, что известие о прекращении визитов Древней потрясло его куда сильнее, чем сама выходка молодого дворянина. Возможность принимать корабли этого древнего народа была не только вопросом престижа, но и открывала путь к торговле, культурным связям и редким духовным ресурсам. Потеря такого доверия грозила тяжелыми последствиями для всего мира.

Но Древень уже не ответил. Живой корабль начал медленно подниматься. Переплетенные ветви плавно втянули трап. Огромные листья раскрылись подобно парусам. Последний раз янтарный взгляд Хранителя скользнул по площадке. После чего корабль бесшумно устремился в небо. Внизу остались растерянные стражники. Ошеломленные чиновники. Молодой дворянин, впервые за долгое время выглядевший по-настоящему испуганным. И правитель, который еще долго смотрел вслед удаляющемуся кораблю, понимая, что безрассудный поступок одного человека способен обернуться серьезными последствиями для всего его княжества.

Спустя буквально десяток минут живой корабль уже начал растворяться в сиянии межмирового пространства. Огромные переплетенные ветви медленно раскрылись подобно крыльям, а тысячи светящихся листьев отражали лучи духовного света. И буквально с каждой секундой корабль становился все меньше. А вместе с ним... Исчезали и все мечты молодого дворянина. Несколько минут он стоял неподвижно. Запрокинув голову, и до боли сжав кулаки. Его лицо медленно исказилось. Сначала недоверием. Потом злостью. А затем... Яростью. Настоящей. Неконтролируемой.

— Нет... — Прошептал он. — Нет... Это невозможно...

Он сделал шаг вперед. Будто надеялся, что корабль вдруг остановится. Вернется. Исправит все. Но корабль продолжал удаляться. Спокойно. Неумолимо. Словно происходящее внизу больше не имело к нему никакого отношения. Перед глазами молодого аристократа одна за другой рушились тщательно выстроенные фантазии. Ещё совсем недавно он был уверен в том, что достаточно было бы проявить настойчивость — и все сложилось бы именно так, как он задумал. Теперь же в его сознании эти замыслы рассыпались подобно сухому песку под сильным ветром. Он видел себя будущим правителем… Представлял, как подчиняет себе сильных культиваторов… Как избавляется от соперников… Как никто уже не осмеливается перечить его воле…

Но действительность оказалась совершенно иной. Ни происхождение. Ни громкие слова. Ни показное богатство. Ни угрозы. Ничего из этого не заставило окружающих подчиниться его желаниям. Именно это оказалось для него самым тяжелым ударом. Не сам отказ. А само осознание того, что существуют люди, которые просто... не считают его требования обязательными к исполнению.

Он резко сорвал с пояса плеть. Свист. Удар. Сплетённые в единую жилу кожаные ремни со свистом рассекли воздух. Стоявший рядом молодой слуга едва успел отшатнуться. Следующий удар пришелся по деревянному столбу с закрепленным знаменем. Третий — уже по ни в чем не повинному чиновнику, не успевшему вовремя отойти. На площади мгновенно началась суматоха.

— Молодой господин!

— Осторожно!

— Уберите плеть!

Но он уже никого не слушал. Плеть вновь и вновь рассекала воздух. Он словно перестал различать окружающих. Перед ним существовал лишь один враг. Сам мир. Который посмел не исполнить его желания. В этот момент вперед поспешил пожилой правитель княжества. Лицо его все еще оставалось бледным после разговора с Древнем. Он явно пытался одновременно успокоить чиновников, оценить последствия произошедшего и понять, как теперь исправлять нанесенный репутации мира ущерб.

— Достаточно! — Громко произнес он. — Немедленно прекрати…

Но договорить он не успел. Раздался громкий свист. Плеть, описав широкую дугу, ударила и его. Да. Этот удар оказался не смертельным, но неожиданным настолько, что правитель на мгновение просто замер. Он даже не сразу понял, что произошло. Вокруг наступила мертвая тишина. А все присутствующие вокруг буквально оцепенели. Сам молодой дворянин, казалось, даже сам не осознавал того, кого именно сейчас ударил. Он лишь продолжал бессвязно выкрикивать:

— Они обязаны были подчиниться! Они не имели права мне отказывать! Это мое право! Все обязаны исполнять мою волю!

Правитель медленно поднял взгляд на сына. И сейчас на его лице больше не было ни гнева, ни растерянности. Лишь тяжелая усталость. И глубокое разочарование. Он долго молчал. Затем негромко произнес:

— Отберите у него плеть. — Несколько воинов нерешительно переглянулись. — Сейчас же.

На этот раз приказ прозвучал жестче. Стражники одновременно двинулись вперед. Молодой дворянин попытался вырваться. Плеть вновь описала круг. Но на этот раз ее перехватили. Еще двое воинов крепко удержали его за руки. Он отчаянно сопротивлялся, и пытался вырваться. При этом продолжал кричать.

— Вы не понимаете! Они должны были стать моими! Все обязаны мне подчиняться! Я наследник! Я имею право!

Его слова становились все менее связными. Он уже не спорил. Не убеждал. А лишь повторял одни и те же утверждения, будто надеялся, что многократное повторение изменит реальность. Слушая всё это, старый правитель устало закрыл глаза. Всего на несколько мгновений. После чего медленно сказал начальнику стражи:

— Отведите его прочь. Пусть лекари осмотрят его состояние. До их заключения он будет содержаться под надежной охраной, чтобы не причинить вреда ни себе, ни окружающим.

Начальник стражи молча поклонился. Он не стал задавать вопросов. Несколько воинов осторожно, но крепко удерживали молодого дворянина, который продолжал вырываться и выкрикивать бессвязные требования.

Его голос еще долго разносился над площадью.

— Это несправедливо! Они обязаны были согласиться! Я оказал им честь! Никто не смеет мне отказывать!

Но чем дальше его уводили, тем тише становились эти крики. На площади воцарилось тяжелое молчание. Чиновники избегали смотреть друг другу в глаза. Стражники молча приводили в порядок нарушенный строй. Сам правитель ещё долго стоял неподвижно, глядя в ту сторону, где исчез корабль Древней. Он понимал сразу две вещи. Первая касалась именно того, что восстановить доверие древнего народа будет чрезвычайно трудно. Вторая — куда более тяжелая проблема скрывалась внутри собственного дома. Сегодня даже ему стало очевидно, что годы безграничного потакания прихотям наследника привели к тому, что тот перестал отличать личные желания от действительности. И теперь последствия этого заблуждения пришлось увидеть всему княжеству.

………

Корабль Древней уже покидал пределы того мира. Под живыми парусами вновь неспешно струились потоки межмирового ветра, а впереди постепенно раскрывалась привычная безбрежная темнота, пронизанная бесчисленными мерцающими дорожками духовной энергии. Шум, оставшийся на посадочной площадке, давно должен был раствориться в пространстве. Но... Нити Инь, привычно раскинутые Максимом вокруг корабля, еще некоторое время сохраняли отголоски происходящего. И именно поэтому до его слуха неожиданно донеслись приглушенные, полные паники вопли.

— Вы не смеете!

— Отпустите меня!

— Я ваш господин!

— Да как вы смеете?!

Следом раздался еще чей-то громкий голос, разобрать который уже было невозможно. Потом снова крики. Гораздо более отчаянные. Максим несколько секунд молча слушал эти отголоски. После чего тихо хмыкнул. А уголки его губ сами собой поползли вверх.

— Ну надо же... — Едва слышно пробормотал он. — Все-таки доигрался...

Он негромко усмехнулся. Потом ещё раз. И наконец тихий смешок превратился в едва сдерживаемый смех. Именно в этот момент на него и обратили внимание остальные. Ли Юньсюэ, до сих пор спокойно наблюдавшая за удаляющимся миром, вопросительно посмотрела на своего ученика. Линь Сюэ слегка наклонила голову. Даже обычно вспыльчивая Лу Фэнъэр перестала что-то бурчать себе под нос и удивленно прищурилась. За спиной Максима открыла глаза и Юэ Жуянь. Все четверо молча смотрели на него. Словно пытаясь понять, что именно настолько развеселило юношу.

Максим же, заметив эти взгляды, быстро принял совершенно серьезный вид. Даже кашлянул для убедительности. Потом очень важно произнес:

— Вообще-то... — Он выдержал короткую паузу. — Это именно вам сейчас стоит испытывать некоторые угрызения совести.

На палубе повисла тишина. Четыре пары глаз одновременно непонимающе уставились на него.

— Нам?

Почти одновременно прозвучало сразу несколько удивленных голосов девушек. Максим с самым невозмутимым видом кивнул.

— Именно.

Он сложил руки на груди. Посмотрел сначала на Ли Юньсюэ… Потом на Линь Сюэ… На Лу Фэнъэр… И наконец перевел взгляд на Юэ Жуянь. После чего глубокомысленно вздохнул.

— Если бы вы... — Он снова сделал демонстративную паузу. — Не демонстрировали столь... кхм... развратный внешний вид...

Лу Фэнъэр моргнула.

— Что?..

А Максим уже продолжал абсолютно серьезным голосом:

— ...и не вели себя настолько бесстыдно...

Теперь уже растерялись все. Линь Сюэ даже несколько раз моргнула… Ли Юньсюэ слегка нахмурилась… Юэ Жуянь вообще смотрела на него так, словно пыталась понять, не перегрелся ли тот где-нибудь по дороге между мирами.

— ...то бедный молодой культиватор... — Совершенно спокойно закончил Максим. — Никогда бы не дошел до такого… нервного… потрясения.

На несколько секунд наступила абсолютная тишина. Лу Фэнъэр первой опустила взгляд на свою одежду.

— Подожди...

Она машинально провела ладонью по рукаву. Потом по поясу.

— Что не так?

Линь Сюэ тоже едва заметно осмотрела собственное одеяние. Все было как обычно. Плотная форма Академии. Аккуратно застегнутый воротник. Ни одной лишней детали. Ли Юньсюэ невольно поправила широкий рукав своего наставнического облачения, словно действительно проверяя, не случилось ли чего-нибудь незаметного. Даже Королева Крови машинально взглянула вниз на свою одежду. Её лицо впервые за долгое время выразило искреннее недоумение.

Максим наблюдал за происходящим с совершенно невозмутимым видом. Но внутри... Он уже едва держался. Особенно забавно выглядело то, что девушки действительно начали украдкой проверять свою одежду.

Лу Фэнъэр даже тихо проворчала:

— Да вроде все нормально...

Линь Сюэ осторожно коснулась воротника. Ли Юньсюэ бросила быстрый взгляд на собственные рукава. Юэ Жуянь слегка нахмурилась, словно всерьез пытаясь понять, что именно имел в виду ее новый хозяин. И именно это окончательно добило Максима. Он еще несколько секунд отчаянно пытался сохранить серьезное выражение лица. Потом уголок губ предательски дрогнул. Следом второй. И наконец... Он громко расхохотался. Парень смеялся так искренне и заразительно, что даже несколько учеников соседних Академий начали с любопытством оборачиваться.

Максим едва успевал перевести дыхание.

— Вы... — сквозь смех проговорил он. — Вы бы сейчас себя со стороны видели...

Только теперь девушки наконец поняли всё. Никакого "непотребного вида" не было. Никакой проблемы с одеждой тоже. Он просто решил их разыграть. Первой вспыхнула Лу Фэнъэр.

— Мин-сок! — Она сердито топнула ногой. — Да как тебе вообще такое в голову пришло?!

Но даже в ее голосе уже слышалось больше смущения, чем настоящего гнева. Линь Сюэ лишь прикрыла глаза и едва заметно покачала головой. На ее губах промелькнула почти незаметная улыбка. Даже обычно невозмутимая Ли Юньсюэ не смогла скрыть легкого смешка. Юэ Жуянь же несколько мгновений молча смотрела на смеющегося Максима. А потом неожиданно для самой себя тихо усмехнулась. Совсем едва заметно. Но впервые после окончания турнира ее лицо перестало выглядеть холодной неподвижной маской.

И Максим, отсмеявшись, подумал, что, пожалуй, этот короткий момент непринужденного смеха оказался куда приятнее, чем воспоминания о заносчивом дворянине, оставшемся далеко позади. Несколько долгих мгновений на палубе стояла удивленная тишина. А затем... Лу Фэнъэр первой пришла в себя.

— Ах ты...!

Она даже слов сразу подобрать не смогла. Лишь возмущенно всплеснула руками.

— Мин-сок!

Максим мгновенно понял по выражению ее лица, что сейчас последует.

— Ой...

Только и успел произнести он. Рядом уже шагнула вперед Линь Сюэ. Даже обычно спокойная ледяная красавица сейчас смотрела на него с таким видом, словно всерьез собиралась взыскать с него плату за столь удачную шутку. А следом, неожиданно даже для самого Максима, к ним присоединилась и Ли Юньсюэ. Наставница лишь слегка прищурилась.

— Значит... — Спокойно произнесла она. — Решил подшутить над наставницей?

Максим тут же выставил вперед ладони.

— Наставница, это недоразумение...

— Правда?

— Абсолютнейшая случайность!

— Конечно.

Она улыбнулась настолько спокойно, что юноша окончательно понял — пора спасаться.

— Беги. — Тихо сказала Лу Фэнъэр. — Пока можешь.

И он действительно побежал. Со стороны это выглядело настолько неожиданно, что половина пассажиров просто застыла. Юный культиватор стремительно сорвался с места. За ним почти сразу бросилась Лу Фэнъэр.

— Стоять!

— Не буду!

— Стой, кому сказала!

— Это очень вредно для здоровья!

— Для чьего?

— Для моего!

Максим ловко проскользнул между двумя живыми мачтами. За его спиной промелькнула фигура в красном Лу Фэнъэр. С другой стороны неожиданно появилась Линь Сюэ. Юноша едва успел изменить направление.

— Ого!

— Почти поймали!

— Почти не считается!

Ли Юньсюэ, несмотря на звание наставницы, тоже неожиданно включилась в эту веселую погоню. Конечно, она двигалась куда спокойнее остальных девушек. Но зато гораздо расчетливее. Она не пыталась догнать Максима напрямую. Вместо этого несколько раз спокойно выходила именно туда, куда он собирался свернуть.

— Наставница! — Возмутился юноша.— Это нечестно!

— Почему? — Совершенно невозмутимо спросила она.

— Вы же моя наставница!

— Именно поэтому.

Максим резко сменил направление.

— Значит, против меня заговор!

— Совершенно верно. — Невозмутимо ответила Линь Сюэ.

Палуба быстро наполнилась смехом. Максим ловко лавировал между живыми мачтами. Перепрыгивал через толстые переплетенные корни. Иногда даже использовал гибкие лианы, чтобы быстрее изменить направление. При этом он старательно держался на безопасном расстоянии.

— Даже не думайте! — Смеясь, крикнул он, когда заметил, что Линь Сюэ попыталась подманить его своим ухоженным пальчиком. — Я видел ваши ногти!

Лу Фэнъэр возмущенно посмотрела на собственные руки.

— И что с ними?

— Очень острые!

— Конечно!

— Вот именно!

— Тогда не убегай!

— После такого предложения — тем более… Живым не дамся!

Линь Сюэ уже почти догнала его. Максим успел проскользнуть буквально у нее под рукой.

— Эх... — Она лишь покачала головой. — Быстрый.

— Жить хочется! — Отозвался он. — Особенно со всеми волосами на голове!

Все происходило настолько естественно и непринужденно, что окружающие постепенно перестали делать вид, будто не замечают происходящего. Ученики разных Академий уже откровенно улыбались. Даже некоторые суровые старейшины невольно переглядывались. А кто-то уже тихо усмехнулся.

— Молодежь... — Пробормотал пожилой наставник. — Только недавно смертельный турнир пережили... А сейчас уже бегают, словно дети.

— Наверное, это даже хорошо. — Тут же ответил ему другой. Но на этом неожиданности не закончились. Неподалеку сидел молодой ученик Академии Звериного Дао. Возле него спокойно лежал огромный древесный волк. До сих пор зверь лениво наблюдал за происходящим одним глазом. Вдруг его уши поднялись. Он внимательно посмотрел на бегущего Максима. Потом на трех девушек. Негромко фыркнул. И... Одним мощным прыжком вскочил на лапы.

— Эй... — Удивленно произнес его хозяин. — Куда это ты?

Но было уже поздно. Огромный древесный волк, размером почти с крупного теленка, стремительно помчался вслед за компанией. При этом выражение его морды выглядело настолько довольным, что сразу становилось понятно — для него это вовсе не драка. А веселая игра. Он быстро описал широкий круг. И неожиданно выскочил прямо перед Максимом.

— Вот предатель! — Успел воскликнуть юноша. Волк игриво припал на передние лапы. Махнул хвостом. И негромко клацнул зубами. Совсем не угрожающе. Скорее приглашая продолжить игру.

— Ты же меня знаешь! — Тут же возмутился Максим. В ответ зверь радостно фыркнул. И снова попытался перегородить ему путь. Лу Фэнъэр первой поняла замысел.

— Справа! — Крикнула она. Линь Сюэ мгновенно сместилась левее. Ли Юньсюэ спокойно перекрыла путь назад. Максим огляделся.

— Так нечестно!

— Почему? — Сразу улыбнулась наставница.

— У вас уже сообщник появился!

Древесный волк радостно мотнул головой, словно понял, что речь идет именно о нем. После чего снова попытался мягко оттеснить Максима в сторону преследовательниц.

— Ты вообще на чьей стороне? — Игриво спросил юноша. Волк в ответ тихо тявкнул — неожиданно почти по-щенячьи для столь внушительного зверя. На палубе раздался новый взрыв смеха.

Даже хозяин волка развел руками.

— Похоже... Он сегодня решил, что помогает им.

Самым удивительным было вовсе не то, что трое девушек гонялись за одним юношей. И даже не участие в этой погоне огромного древесного волка. А атмосфера. Совсем недавно эти же люди участвовали в тяжелом турнире, где цена ошибки могла оказаться слишком высокой. Теперь же палубу живого корабля наполняли смех, беззлобные подначки и веселая суета.

Даже Юэ Жуянь, остававшаяся в стороне, наблюдала за этой погоней с заметным удивлением. Для нее подобная легкость в отношениях между сильными культиваторами была непривычной. Она молча следила за тем, как Максим в очередной раз ловко ускользнул от трех преследовательниц и игривого древесного волка, и впервые поймала себя на мысли, что здесь люди способны не только сражаться, но и искренне радоваться обществу друг друга — без скрытого расчета и без необходимости постоянно доказывать свое превосходство. Это наблюдение оказалось для нее не менее необычным, чем сам Турнир Тьмы и Света.

Веселая погоня постепенно охватила почти всю кормовую часть живого корабля. Максим в очередной раз ловко проскользнул между двумя переплетенными древесными колоннами, легко оттолкнулся от одной из живых мачт и, словно белка, одним движением оказался на толстом изгибе огромной лозы.

— Сто-о-ой! — возмущенно крикнула Лу Фэнъэр.

— Уже стою!

— Ты висишь!

— Это тоже разновидность стояния!

— Мин-сок!

Он снова рассмеялся и спрыгнул вниз. Однако далеко не все на палубе разделяли общее веселье. Неподалеку, ближе к носовой части корабля, стояла группа молодых культиваторов. Все они были хорошо одеты. Дорогие одежды. Искусно расшитые пояса. Украшенные нефритом ножны. На лицах — выражение подчеркнутого достоинства. Они наблюдали за происходящим с плохо скрываемым высокомерием. Один из них негромко фыркнул.

— Какие-то малолетки...

Второй сложил руки за спиной.

— Именно. Люди только что вернулись с Турнира Тьмы и Света... а ведут себя словно избалованные дети.

Третий покачал головой.

— Разве подобает культиваторам столь высокого уровня носиться друг за другом по палубе? Это лишь позорит их. И Академии, которые они представляют.

Последние слова были произнесены уже достаточно громко. Так, чтобы их услышали окружающие. Несколько учеников действительно повернули головы. Но большинство лишь равнодушно пожали плечами.

Максим тоже все услышал. Но он даже не остановился. Продолжая убегать от преследовательниц, юноша лишь краем глаза оценил говоривших. Да. Это были мастера уровня Да Доу Ши. И даже не самые сильные. Третья звезда... Вторая... У одного вообще едва ощущалась первая.

Разглядев всё это, он мысленно усмехнулся.

“Свой раздутый авторитет решили показать...”

При этом он прекрасно видел выражения их лиц. Это было не столько возмущение. Скорее желание выглядеть взрослее, серьезнее и важнее остальных. Причем именно за счет публичного осуждения чужого поведения.

В этот момент судьба будто сама решила подыграть Максиму. Навстречу как раз шел один из слуг Древней. Он спокойно нес большое деревянное ведро, наполненное мутной водой после уборки палубы и растительными остатками, которые использовались как удобрение для живого корабля.

Максим мгновенно сообразил, что нужно сделать. И его улыбка стала чуть шире.

— Простите. — Быстро сказал он слуге. И одним плавным движением подхватил ведро. Тот даже не успел удивиться. Но следующее произошло настолько быстро, что многие поняли случившееся уже после. Максим стремительно ускорился. Поставил ногу на край живой балки. Оттолкнулся. Перекувырнулся в воздухе. Сделал красивое сальто прямо над головами молодых культиваторов. И... В самый верхний момент прыжка резко перевернул ведро. Содержимое широким потоком обрушилось вниз.

— Что?!

— Осторожно!

Но было уже слишком поздно. Через мгновение несколько особенно надменных юношей оказались с головы до ног облиты мутной водой с растительными остатками. Раздались возмущенные возгласы. Кто-то инстинктивно отпрыгнул. Кто-то застыл, не веря в произошедшее. Сам же Максим, словно ничего необычного не произошло, уже поймал пустое ведро на обратном движении и с улыбкой вернул его ошарашенному слуге.

— Благодарю.

Тот машинально принял ведро, несколько раз моргнул и проводил юношу взглядом, явно не зная, смеяться ему или удивляться.

— Вот ты где!

Лу Фэнъэр почти настигла его. Максим мгновенно подпрыгнул. Оттолкнулся от перил. И буквально взлетел на одну из живых мачт. Линь Сюэ тоже попыталась перехватить его, но юноша оказался быстрее. Он уже сидел высоко над палубой, легко балансируя на широкой ветви. Ледяная красавица остановилась внизу и с раздражением произнесла:

— Настоящая обезьяна...

Максим наклонился вниз. На мгновение высунул кончик языка. Заметив это Линь Сюэ удивленно моргнула. Кажется, подобной реакции она совершенно не ожидала.

— Очень взросло... — сухо заметила она.

Максим же только усмехнулся.

— А знаешь... — Он удобно уселся на ветви. — Я вообще не вижу ничего обидного в сравнении с обезьянами.

От этих слов девушки растерянно переглянулись. Юноша продолжил уже чуть громче, так что его слышали и окружающие.

— Они хотя бы живут так, как есть. Не притворяются. Не прячутся за красивыми словами. Не рассказывают каждому встречному, какие у них великие предки. — Он слегка пожал плечами. — Иногда честное поведение ценнее громких родословных и воображаемого величия.

На палубе на мгновение стало тихо. Несколько старейшин переглянулись. Даже Ли Юньсюэ едва заметно улыбнулась уголками губ. Так как она прекрасно поняла, что именно сейчас сделал ее ученик.

А вот молодые культиваторы, еще не успевшие оправиться от неожиданного душа, поняли намек сразу. Их лица покраснели. Один сжал кулаки. Другой сделал шаг вперед. Но... Едва только они встретились взглядом с Максимом, сидевшим на ветви совершенно спокойно, раздражение быстро сменилось неуверенностью.

Все прекрасно помнили недавний Турнир. И прекрасно знали, кто именно сейчас сидит над ними. Даже если очень хотелось ответить, они понимали, что необдуманная ссора с культиватором, значительно превосходящим их по силе, вряд ли закончится в их пользу. Поэтому в итоге им оставалось лишь с явным раздражением приводить себя в порядок под взглядами многочисленных пассажиров, тогда как с другой стороны палубы вновь раздался звонкий смех Лу Фэнъэр, а огромный древесный волк, радостно виляя хвостом, словно приглашал Максима снова продолжить игру.

Веселый смех на палубе еще не успел окончательно стихнуть. Лу Фэнъэр все еще пыталась придумать, каким образом все-таки стащить Максима с живой мачты. Древесный волк нетерпеливо переступал с лапы на лапу, словно ожидая продолжения игры. Несколько учеников, наблюдавших за недавним конфузом заносчивых молодых культиваторов, негромко переговаривались между собой. Казалось... После напряженного турнира корабль наконец погрузился в редкое состояние почти безмятежного спокойствия. И именно в этот момент оно исчезло.

Сначала никто даже не понял, что именно изменилось. Не раздалось ни звука. Не вспыхнул свет. Не произошло никакого взрыва духовной силы. Просто... Само межмировое пространство впереди будто стало немного темнее. Настолько неуловимо, что человеческий разум сначала пытался убедить себя, будто это лишь игра зрения. Но уже через мгновение странность заметили многие. Потоки духовной энергии, по которым спокойно плыл живой корабль, неожиданно начали изгибаться. Не хаотично. А так, словно их притягивало присутствие чего-то колоссального.

В этот раз первым перестал улыбаться именно Максим. Нити Инь, незаметно рассеянные далеко вокруг корабля, внезапно дрогнули. Нет... Даже не дрогнули. Они словно одновременно ощутили присутствие чего-то настолько древнего, что сами духовные потоки на мгновение потеряли привычную устойчивость.

Парень медленно поднял голову. И посмотрел вперед. Тьма. Обычная межмировая тьма. Без звезд. Без видимых ориентиров. Без каких-либо привычных очертаний. Но... Она больше не казалась пустой. Возникало странное чувство. Будто эта бездонная чернота вовсе не являлась пустым пространством. Будто... Там всегда что-то находилось. Просто человеческий взгляд был слишком мал, чтобы это заметить.

Затем произошло то, отчего по всей палубе словно пронесся ледяной ветер. Хотя никакого ветра не существовало. Где-то невероятно далеко... Во тьме... Появилась тонкая светлая линия. Сначала почти незаметная. Потом она стала шире. Еще шире. И вдруг все присутствующие одновременно поняли страшную вещь. Это была не линия. Это медленно открывался огромный глаз. Хотя он и находился настолько далеко, что определить истинные размеры было невозможно.

Но именно это и пугало сильнее всего. Даже находясь на неизмеримом расстоянии, он казался чудовищно огромным. Само понятие расстояния будто теряло смысл. Никто не мог бы уверенно сказать, смотрит ли это существо действительно на корабль или просто его взгляд случайно оказался направлен в ту же сторону. Но ощущение было таким, словно живой корабль оказался замечен. Никто не произнес ни слова. Лу Фэнъэр застыла. Линь Сюэ медленно побледнела. Даже обычно невозмутимая Ли Юньсюэ не сводила взгляда с далекой темноты. Юэ Жуянь впервые с момента поражения выглядела по-настоящему потрясенной.

Максим медленно опустился с ветви на палубу. Инстинкт подсказывал ему одну простую мысль. Не двигаться. Не шуметь. Словно любое лишнее движение могло привлечь внимание чего-то, чему вообще невозможно дать человеческое название.

И тогда...Тьма вновь шевельнулась. Очень медленно. Настолько медленно, что разум сначала не хотел верить собственным глазам. Где-то рядом с тем самым глазом что-то плавно сместилось. Длинное. Изогнутое. Словно исполинское тело морского змея... Или невероятно огромное щупальце, скрытое большей частью в самой черноте межмирового пространства. Никаких подробностей различить было нельзя. Лишь едва заметное движение, заставившее окружающую тьму словно потечь вслед за ним. И этого оказалось более чем достаточно.

По палубе прокатилась тяжелая волна духовного давления. Не атака. Не намерение причинить вред. Скорее... Само присутствие. Настолько грандиозное, что его невозможно было полностью осознать. Несколько молодых учеников невольно опустились на одно колено. У других перехватило дыхание. Даже некоторые старейшины инстинктивно активировали защитные техники, хотя сразу стало понятно, насколько бессмысленным выглядел бы подобный жест перед лицом столь необъятной силы.

В этот момент произошло нечто еще более удивительное. Все Древни, находившиеся на корабле, почти одновременно остановились. Их кроны тихо зашелестели. Исполинские древесные фигуры синхронно повернулись в сторону далекой тьмы. Никто из них не проявил паники. Но и привычного спокойствия уже не было. Они молча наблюдали. С глубоким уважением. И настороженностью. Будто встретили явление, известное им лишь по очень древним преданиям.

Живой корабль не изменил курса. Не ускорился. Не стал сворачивать. Он лишь продолжил свое неторопливое движение сквозь безграничную темноту. А спустя несколько долгих мгновений гигантский глаз медленно закрылся. Тьма вновь стала просто тьмой. А то самое необъятное движение исчезло. Духовное давление постепенно рассеялось. И только тогда многие на палубе осознали, что все это время почти не дышали. Никто не спешил нарушать наступившую тишину. Потому что каждый понимал одно и то же. Каким бы высоким ни казался уровень силы культиваторов, какими бы великими ни считались древние секты и могущественные академии, бескрайнее межмировое пространство, вероятно, все еще скрывало существ и тайны, рядом с которыми даже самые прославленные мастера выглядели лишь крошечными путниками, ненадолго пересекающими безбрежный океан неизвестности.

После всего этого палуба словно вымерла. Никто не разговаривал. Даже листья живого корабля почти перестали шелестеть, будто и сама древняя конструкция прислушивалась к бескрайней темноте впереди. Там уже вновь царила обычная межмировая ночь. Никакого исполинского глаза. Никакого едва различимого движения. Лишь бездонная чернота. И все же... Каждый, кто только что видел это, прекрасно понимал — увиденное не было ни миражом, ни коллективным наваждением. Слишком уж отчетливо память удерживала ощущение чужого взгляда. Слишком тяжелым оказалось то безмолвное давление, которое лишь одним своим существованием заставило побледнеть даже старейшин.

Максим тоже смотрел в ту сторону. Внимательно. С неподдельным интересом. Настолько внимательно, что стоявшая неподалеку Линь Сюэ уже начала думать, будто юноша наконец осознал масштаб того, чему они только что стали свидетелями. Однако... Следующее мгновение разрушило эту мысль окончательно. Максим неожиданно шумно втянул носом воздух. Потом совершенно искренне причмокнул. И даже демонстративно облизнулся.

— М-м-м... — Протянул он с выражением человека, которому внезапно показали роскошный праздничный стол. Все головы одновременно повернулись к нему. А парень всё также, не отрывая взгляда от темноты, совершенно мечтательно произнес:

— Вот это, наверное... — Он слегка покачал головой.— ...мясо...

На палубе стало еще тише.

— Представляете? — Он продолжал рассуждать так, будто говорил о кабане или какой-нибудь редкой духовной рыбе. — Если такой кусочек хорошенько запечь на углях... Или...

Он задумчиво потер подбородок.

— Нет... Лучше долго тушить с овощами и ароматными травами. Чтобы мясо стало совсем мягким... Потом налить хорошего вина... И... — Он снова совершенно натурально сглотнул. — Эх... Наверное, вкус получился бы просто великолепный.

После таких слов на палубе снова наступила абсолютная тишина. Даже Лу Фэнъэр перестала дышать. Линь Сюэ медленно повернула голову к Максиму. Потом снова посмотрела в ту сторону, где совсем недавно открывался чудовищный глаз. Потом опять на Максима. Будто пыталась убедиться, что оба этих объекта действительно существуют в одной и той же Вселенной. Один из молодых культиваторов, еще недавно осуждавший поведение Максима, так и остался стоять с приоткрытым ртом. Он совершенно забыл о собственной обиде. И всё только потому, что его мысли сейчас были заняты совсем другим.

“Он... сейчас серьезно?..”

Даже старейшины различных Академий молчали. Кто-то медленно снял очки и машинально протер их. Другой несколько раз моргнул. Третий негромко пробормотал:

— Мне... показалось?

Сосед только медленно покачал головой.

— Боюсь, что... нет.

Юэ Жуянь, пережившая немало ужасов в своем мире, впервые за долгое время действительно растерялась. Она долго смотрела на своего нового хозяина. Потом тихо спросила:

— Ты... вообще понял, что мы сейчас видели?

Максим пожал плечами.

— Понял.

— И?..

— Очень большое существо. — Он спокойно кивнул. — Наверное, старое. Очень сильное.

Он снова посмотрел в темноту.

— Но любопытно же.

Королева Крови несколько секунд молчала.

— Что именно?

— Какое оно на вкус.

На этот раз не выдержал даже молодой ученик Академии Звериного Дао.

— Брат Мин-сок... — Осторожно произнес он. — Ты ведь шутишь?

Максим честно задумался.

— Наполовину.

— Наполовину?!

— Конечно. Если оно настолько огромное... — Он совершенно серьезно начал рассуждать. — То одного хвоста, наверное, хватило бы накормить несколько городов...

Пара стариков одновременно закашлялась. Кто-то из учеников едва не сел прямо на палубу. А Лу Фэнъэр хлопнула себя ладонью по лбу.

— Он невозможен... — Линь Сюэ тихо выдохнула. — Мы только что смотрели на существо, рядом с которым даже величайшие мастера нашего времени выглядели бы песчинками...

Она медленно покачала головой.

— А он... Думает об ужине.

— Именно.

Максим наконец повернулся к ним. И сейчас на его лице не было ни бахвальства, ни желания произвести впечатление. Он просто улыбался.

— Ну, а что? — Развел он руками. — Бояться неизвестного — вполне естественно. Но если уж мечтать, то почему бы не мечтать по-крупному?

Он еще раз посмотрел туда, где исчезло загадочное существо.

— Вряд ли я когда-нибудь вообще окажусь рядом с чем-то подобным. Но если представить совсем уж невозможное... — Он снова усмехнулся. — Почему бы и не представить, что однажды кто-нибудь сумеет приготовить из такого создания великолепное жаркое?

Несколько мгновений никто ничего не отвечал. Потом по палубе неожиданно прокатился негромкий смешок. Кто именно рассмеялся первым, уже невозможно было понять. Но напряжение, сковавшее людей после встречи с необъяснимым, начало понемногу отпускать. Даже те, кто еще недавно смотрел на Максима с раздражением или высокомерием, теперь невольно качали головами. И всё только потому, что он продолжал удивлять всех уже не только своей силой, но и совершенно необычным складом характера. Там, где большинство видело лишь всепоглощающий ужас, он умудрялся находить повод для шутки, пусть и настолько неожиданной, что она оставляла окружающих в полном недоумении.

Хотя, даже несмотря на это, то самое тревожное молчание еще долго не покидало палубу живого корабля. После того единственного взгляда из глубин межмировой тьмы никто уже не чувствовал себя прежним. Ещё совсем недавно здесь звучал смех. Лу Фэнъэр носилась за Максимом, обещая непременно надрать ему уши… Древесный волк радостно носился следом, принимая происходящее за веселую игру… Даже обычно невозмутимая Линь Сюэ позволяла себе едва заметную улыбку… Теперь же... Все словно разом вспомнили, насколько ничтожным может оказаться человек перед лицом бесконечного Мироздания.

Молодые ученики разговаривали вполголоса. Кто-то вообще предпочитал молчать. Некоторые время от времени бросали настороженные взгляды в ту сторону, где совсем недавно открывался тот исполинский глаз. Хотя там уже давно была лишь привычная бездонная темнота. Словно ничего и не происходило. Но память не позволяла поверить в это. Даже старейшины выглядели непривычно задумчивыми. Несколько человек уже начали обсуждать между собой старые легенды. Кто-то вспоминал древние хроники. Кто-то пытался найти хоть какое-нибудь объяснение увиденному. Однако ни у кого не находилось ответа.

Максим, оглядев притихшую палубу, тихо фыркнул.

— Эх... — Едва слышно пробормотал он себе под нос. — Совсем люди веселиться не умеют...

Он еще раз посмотрел по сторонам. Никто уже не смеялся. Даже Лу Фэнъэр сейчас выглядела непривычно серьезной. Тогда парень лишь пожал плечами.

— Ну и ладно...

После чего спокойно направился обратно к корме. Добравшись до своего привычного места, он привычным движением сел, скрестив ноги. Медленно выдохнул. Закрыл глаза. И почти сразу почувствовал знакомое присутствие за спиной. Юэ Жуянь. Девушка вновь молча устроилась позади него. Все в той же позе глубокой медитации. Её дыхание уже стало значительно ровнее. Лекарственные пилюли и эликсиры, полученные после турнира, постепенно восстанавливали поврежденные меридианы и внутренние органы. Даже ее аура уже не казалась столь нестабильной, как несколько часов назад. Максим лишь мысленно отметил это.

“Хорошо восстанавливается.”

Немного в стороне снова расположились три знакомые фигуры. Ли Юньсюэ. Линь Сюэ. И Лу Фэнъэр. Они стояли достаточно далеко, чтобы не мешать остальным. Но при этом явно обсуждали что-то между собой. Но сам парень открывать свои глаза не стал. Вместо этого привычно выпустил тончайшие нити Инь. Не для слежки. Скорее по привычке. После турнира подобная осторожность стала для него второй натурой. Очень скоро до него донеслись обрывки разговора.

— ...теперь все станет сложнее... — Тихо произнесла Лу Фэнъэр.

— Не горячись. — Спокойно ответила Ли Юньсюэ. — Пока ничего не произошло.

— Но она постоянно рядом... — Это уже была Линь Сюэ. Её голос звучал непривычно тихо. — И это может все испортить...

Наступила короткая пауза. Потом снова послышался голос наставницы.

— Не делайте поспешных выводов.

— Но...

— Сейчас главное — дождаться возвращения.

Максим слегка нахмурился.

“Что именно она может испортить?”

Он честно попытался понять смысл услышанного. Однако разговор быстро перешел на другие темы. Так что никаких пояснений не последовало.

“Странные... — Подумал юноша. — Что они вообще имеют в виду под этим своим "всё"?”

Как ни пытался, связать услышанное с чем-либо конкретным он так и не смог. Поэтому вскоре просто перестал об этом размышлять.

“Потом сами расскажут, если захотят.”

Куда больше его заинтересовало совсем другое. Нити Инь продолжали спокойно охватывать значительную часть палубы. И именно поэтому он почти сразу уловил еще один разговор. Разговаривали те самые старейшины. Те самые представители самых различных Академий и сект. Именно они совсем недавно пытались через наставницу приобрести Королеву Крови. Теперь же они снова собрались отдельной группой. И разговаривали уже значительно осторожнее.

— Через наставницу не получится... Она ясно дала понять свою позицию.

— Тогда нужно искать другой путь.

— Парень слишком молод.

— Да. Несмотря на силу... Он все равно остается подростком.

— Возможно... Его удастся заинтересовать.

— Чем?

— Хорошим артефактом. Или редким оружием.

— Молодежь любит красивые вещи. Можно предложить драгоценности. Или какие-то пространственные сокровища… Или техники высокого ранга…

Один из стариков негромко хмыкнул.

— Любой человек имеет свою цену. Нужно лишь подобрать подходящую.

Максим едва заметно приоткрыл один глаз. Совсем чуть-чуть. Лишь настолько, чтобы краем зрения увидеть собравшуюся группу. Они действительно говорили о нем. Причем с таким видом, словно обсуждали не человека, а очередную выгодную сделку.

— Он ведет себя слишком беспечно.

— Сегодня вообще бегал по палубе, словно ребенок.

— Значит, эмоционален. И это можно использовать.

— Главное... Не давить сразу. Действовать нужно постепенно. Сначала заинтересовать. Потом предложить обмен.

— В крайнем случае... Можно значительно увеличить цену.

Парень медленно снова закрыл глаз. На его лице появилась едва заметная усмешка.

“Значит... Решили, что меня можно купить. — Он мысленно покачал головой. — Забавно.”

Не потому, что ему никогда не приходилось торговаться. Наоборот. За свою недолгую жизнь в этом мире он прекрасно усвоил цену ресурсам, техникам и артефактам. Но сейчас эти люди, похоже, совершали одну и ту же ошибку. Они исходили из того, что Королева Крови для него — просто ценное приобретение. Трофей. Редкий ресурс. И именно поэтому им сейчас казалось, что будет достаточно подобрать столь же редкий эквивалент. Однако они не учитывали главного.

Именно того, что сам Максим уже принял решение оставить девушку под своим покровительством именно потому, что считал возвращение в ее прежний мир для нее почти наверняка гибельным исходом. Для него вопрос уже давно перестал сводиться к выгоде обмена. Поэтому все их расчеты строились на предпосылке, которую он сам не разделял. И, судя по спокойной уверенности, с которой старейшины обсуждали будущий торг, они еще не понимали, насколько неверно оценили человека, с которым собирались вести переговоры.

Живой корабль Древней продолжал неспешно скользить сквозь бескрайнее межмировое пространство. После недавней встречи с существом, скрывавшимся в бездонной тьме, на палубе воцарилась непривычная тишина. Даже самые разговорчивые ученики теперь предпочитали говорить вполголоса, словно опасаясь лишний раз нарушить покой бескрайнего океана между мирами.

Лишь изредка слышался негромкий шелест живых листьев, покрывавших палубу. Да тихое поскрипывание переплетенных древесных арок. На корме, словно высеченная из камня статуя, неподвижно сидел Мин-сок. Спина была абсолютно прямой. Руки спокойно лежали на коленях. Дыхание настолько ровное, что со стороны могло показаться — юноша вовсе перестал дышать. За его спиной, сохраняя положенную дистанцию, продолжала медитировать Королева Крови.

Со стороны они производили странное впечатление. Совсем ещё молодой хозяин. И не менее молодая пленница, которая после поражения на Турнире Тьмы и Света теперь добровольно соблюдала правила, установленные победителем.

Никто из них не двигался. Однако именно к этой паре время от времени возвращались взгляды многих пассажиров корабля. Особенно внимательно наблюдали представители одной из наиболее известных сект светлых миров. Секты Святых Небожителей. Во многих мирах их имя произносили с уважением. Их ученики носили безукоризненно белые одежды. Их дворцы строились на вершинах гор. Их наставники любили рассуждать о нравственности, духовном совершенствовании и следовании небесным принципам. Для большинства молодых культиваторов они казались почти идеалом. Однако те, кто прожил достаточно долгую жизнь и видел внутреннюю сторону мира Великих сект, прекрасно знали простую истину. Внешний блеск далеко не всегда совпадает с тем, что скрывается за закрытыми воротами.

Секта Святых Небожителей действительно обладала древней историей. И действительно воспитала множество выдающихся мастеров. Но одновременно с этим внутри секты существовали практики, о которых предпочитали не говорить вслух. Врагов там редко воспринимали как людей. Скорее — как ресурсы. Проигравший противник вполне мог закончить свои дни в роли материала для создания редких алхимических составов. Особо ценные пленники иногда становились источниками духовной энергии для сложных ритуалов. А носители необычных способностей представляли собой объект пристального интереса алхимиков и исследователей секты. Подобные методы оправдывались просто.

“Если человек поднял оружие против нас, он сам отказался от защиты небесных законов.”

Так звучала официальная формулировка. И многие поколения членов секты воспринимали подобную логику как нечто само собой разумеющееся.

Среди прибывших на корабль представителей этой секты особенно выделялся один старейшина. Высокий. Худощавый. С длинной серебристой бородой. Его лицо выглядело спокойным. Даже благожелательным. Но лишь для тех, кто не умел внимательно смотреть в глаза. Потому что глубоко внутри этих спокойных глаз уже давно поселилось другое чувство. Раздражение. Нет... Гораздо сильнее. Глухая, почти непрерывная неудовлетворенность.

Старейшина медленно перевел взгляд на корму. На того самого Мин-сока. Потом — на девушку за его спиной. Его пальцы незаметно сжались внутри широких рукавов.

“Так близко... — Мысленно произнес он. — И в то же время совершенно недосягаемо.”

Он слишком хорошо понимал ценность подобных трофеев. Не просто талантливого культиватора. Не просто пленника. А представителя темного мира, сумевшего достичь столь высокого уровня в юном возрасте. Подобный экземпляр встречался крайне редко. Даже по меркам великих миров.

Последние сто лет оказались для старейшины особенно тяжелыми. Когда-то он считался одним из самых перспективных членов своей секты. Ему прочили место в Совете Старейшин. Предсказывали блестящее будущее. Но... Время шло. Другие поднимались выше. А он... Остановился в своём развитии. Будто уперся в невидимую стену. Один десяток лет… Второй… Третий… Потом прошло полвека… Почти столетие… А следующая ступень Пути Дао так и оставалась недостижимой.

Сначала окружающие поддерживали его. Потом начали советовать новые методы. Еще позже стали избегать подобных разговоров. А совсем недавно... Появились намеки. Очень осторожные. Очень вежливые. Но именно поэтому особенно болезненные.

— Возможно... Возраст уже берет свое.

— Не каждому суждено идти дальше.

— Иногда следует принять предел собственных возможностей.

Эти слова произносились с сочувствием. Но для него они звучали как приговор. Особенно тяжело стало после нескольких заседаний Совета. Никто не говорил прямо. Однако отношение изменилось. Его мнение начали учитывать реже. Более молодые старейшины постепенно занимали место рядом с руководством секты. А он... Все чаще оставался лишь наблюдателем.

“Застрял...”

Эта мысль преследовала его уже многие годы. Именно поэтому взгляд старейшины вновь невольно остановился на внешне спокойно медитирующей Королеве Крови. В его сознании она уже перестала быть человеком. Он видел в ней прежде всего редкий ресурс — необычайно ценный источник, который, как ему казалось, мог помочь преодолеть собственный многолетний застой. Разумеется, это было его субъективное и крайне прагматичное восприятие, а не общепринятая истина.

Но между ним и желанной целью сидел тот самый юноша. Совсем молодой. На первый взгляд даже беспечный. Еще недавно носившийся по палубе с тремя девушками. Шутивший. Смеявшийся. Подшучивавший над окружающими.

Старейшина тихо прищурился.

— Странный мальчишка... — Едва слышно произнес он. Внешне Мин-сок действительно производил впечатление человека, которому еще не чужды подростковые выходки. Но тот же юноша сумел победить десятерых противников на турнире. Скрыть собственный уровень силы. Выдержать внимание десятков могущественных наблюдателей. А совсем недавно — без тени страха отпустить странную шутку после встречи с существом, одно присутствие которого заставило замолчать весь корабль. Все это плохо складывалось в образ наивного подростка. Именно это сильнее всего раздражало старейшину. Он не мог понять, где заканчивается легкомысленность этого юноши и начинается расчет. А человек, которого невозможно правильно оценить, становился опасным противником даже без обнаженного клинка в руке.

Старейшина еще некоторое время неподвижно стоял, наблюдая за кормой живого корабля. Сидевший там Мин-сок всё ещё не шевелился. И со стороны даже казалось, будто юноша полностью погрузился в медитацию и совершенно не замечает происходящего вокруг. Именно это зрелище постепенно подтолкнуло старейшину к одной мысли.

“Нет... самому сейчас подходить не стоит.”

Он слишком долго прожил на свете, чтобы идти на риск без необходимости. Любое неудачное слово могло испортить нужное ему впечатление. Любой отказ, высказанный прилюдно, лишь привлечет лишнее внимание остальных старейшин. А этого ему совершенно не хотелось.

Он медленно перевел взгляд на стоявших неподалеку учеников своей секты. Все четверо были молоды. Исполнительны. И, что было особенно важно, привыкли безоговорочно выполнять приказы наставников.

Старейшина едва заметно поманил их пальцем, и те немедленно подошли.

— Учитель.

Они одновременно сложили ладони в уважительном приветствии. Старейшина еще раз украдкой посмотрел в сторону Мин-сока.

— Видите того юношу?

— Да, Учитель.

— Подойдите к нему.

Ученики переглянулись. Один всё же, хотя и достаточно осторожно, уточнил:

— Что нам следует сделать?

Старейшина говорил спокойно, почти наставительно.

— Ничего сложного. Просто поговорите. Узнайте... — Он сделал короткую паузу. — Не собирается ли он расстаться со своей пленницей. Если собирается... Попробуйте выяснить, что именно он хотел бы получить взамен.

Ученики снова переглянулись. Один из них осторожно заметил:

— Учитель... многие уже пытались...

— Именно поэтому. — Тут же перебил его старейшина. — Вы не должны ничего требовать. Никакого давления. Никакого высокомерия. Разговаривайте спокойно. Будто просто интересуетесь.

На самом деле в голове старейшины уже выстраивалась совсем другая схема.

“Пусть сначала поговорят они… Если мальчишка окажется покладистым... Тогда вмешаюсь уже я.”

Если же разговор закончится неудачно… Он спокойно разведет руками. Скажет, что молодые ученики проявили никому ненужное усердие. Пожурит их. Возможно, даже показательно накажет. И тем самым снимет с себя всякую ответственность. Подобный прием он использовал уже не раз за долгие годы. Ведь чужая инициатива действительно иногда оказывалась очень удобным прикрытием.

“Зато если получится...” — Эта мысль заставила его сердце биться чуть быстрее. Тогда все складывалось почти идеально. Юный культиватор добровольно отдаст пленницу. Никакого конфликта. Никаких обвинений. Все произойдет по взаимному согласию. И главное... Он получит именно то, чего добивается уже долгие годы. Правда, существовала одна весьма неприятная проблема. Подумав о которой, старейшина мысленно поморщился.

“Что ему предложить?..”

Именно этот вопрос никак не давал покоя старому культиватору. Будь у него возможность распоряжаться сокровищницей секты... Все было бы значительно проще. Можно было бы подобрать редкий артефакт. Древнюю технику. Или по-настоящему ценную пилюлю. Но... Подобные сокровища находились под строгим учетом. Каждая пилюля высокого класса… Каждый древний свиток… Каждый редкий духовный металл… Все записывалось. Проверялось. И принадлежало не конкретному старейшине, а всей секте. Так что использовать подобные ресурсы по собственной прихоти он не имел права. Тем более ради личной выгоды. Если подобное вскроется, то... Последствия окажутся весьма неприятными даже для него. Именно поэтому сейчас у него под рукой оставались только собственные накопления. И вот тут настроение старейшины окончательно испортилось. Он прекрасно понимал реальную цену своего личного хранилища. Когда-то оно действительно выглядело внушительно. Но с тех пор прошло много лет. Многие вещи были использованы. Что-то обменяно. Что-то потрачено на собственную культивацию. А нового почти не появлялось. И дело было вовсе не в бедности. Просто их родной мир уже очень давно перестал быть землей открытий. Практически каждая духовная жила была разведана, и даже опустошена. Редкие растения давно выращивались под контролем крупнейших сект. Даже самые удаленные горные массивы были неоднократно обследованы. Каждая найденная сокровищница становилась добычей сильнейших организаций. До простых старейшин вроде него доходили лишь немногие возможности. Поэтому даже его личные запасы представляли собой скорее тщательно собранную коллекцию полезных вещей, чем настоящую сокровищницу.

Он тихо вздохнул.

“Придется обходиться тем, что есть.”

В памяти сразу начали всплывать предметы, лежавшие в его пространственном кольце. Несколько добротных, но далеко не уникальных артефактов. Пара старых техник среднего уровня. Немного редких духовных металлов. Несколько флаконов с алхимическими составами. Все это имело определенную ценность. Но... Достаточную ли? Старейшина не знал. И все же надежда не покидала его.

Он снова посмотрел на неподвижную фигуру юноши.

“Все-таки он еще очень молод. Как бы силен он ни был... Он остается мальчишкой.”

В представлении старейшины это означало, что опыт и хитрость должны оказаться на его стороне. Ему казалось вполне вероятным, что молодой культиватор может неверно оценить ценность предлагаемых предметов или заинтересоваться чем-то эффектным, но не столь редким на самом деле. Эта уверенность основывалась прежде всего на собственном представлении о возрасте Мин-сока, а не на знании его характера.

Именно поэтому старейшина позволил себе рассчитывать на успех. Он еще не подозревал, что главным препятствием может оказаться вовсе не цена предполагаемого обмена, а то обстоятельство, что для этого странного парня данный вопрос давно перестал быть обычной торговой сделкой. В его глазах Королева Крови уже была не просто ценным трофеем, а человеком, за судьбу которого он сознательно взял на себя ответственность после окончания турнира. Именно этого старейшина пока не понимал, а потому его тщательно выстроенный расчет опирался на предпосылку, которая могла оказаться неверной с самого начала.

Некоторое время Старейшина Секты Святых Небожителей просто стоял неподвижно, заложив руки за спину. Его взгляд неотрывно следил за четырьмя учениками, которые неторопливо направлялись к кормовой части живого корабля. Со стороны все выглядело безупречно. Они весьма старательно не демонстрировали никакой спешки. Никакого вызова. Ученики двигались спокойно, сохраняя подобающую секте сдержанность. Любой посторонний решил бы, что они просто собираются завести вежливую беседу. А старейшина именно этого и добивался.

“Хорошо... — Мысленно отметил он. — Не торопитесь. Сначала разговор. Потом посмотрим...”

Тем временем на корме живого корабля почти ничего не изменилось. Мин-сок по-прежнему сидел неподвижно в глубокой медитации. За его спиной, словно тень, сохраняла неподвижность Королева Крови. Чуть в стороне находились Ли Юньсюэ, Линь Сюэ и Лу Фэнъэр. Они уже не смеялись, как раньше. После появления загадочного существа в межмировой тьме даже их настроение стало гораздо спокойнее. Однако именно они первыми заметили приближение учеников чужой секты. Ли Юньсюэ едва заметно перевела взгляд. Линь Сюэ тоже спокойно повернулась. Лу Фэнъэр тихо прищурилась.

Четверо молодых культиваторов не успели пройти и половины пути. Три девушки почти одновременно сделали несколько шагов вперед. Без резких движений. Без демонстрации духовной силы. Они просто заняли пространство между учениками секты и кормой. Получилось настолько естественно, словно именно там они и собирались стоять с самого начала. Старший ученик вежливо сложил ладони.

— Уважаемые госпожи...

Ли Юньсюэ спокойно ответила:

— Что вам нужно?

— Мы лишь хотели поговорить с молодым мастером Мин-соком.

— Сейчас он медитирует.

— Разговор не займет много времени.

Линь Сюэ произнесла ровным голосом:

— Тогда он состоится позже.

Ученики слегка растерянно переглянулись. Разговор явно складывался не так, как ожидалось. Старший вновь попытался сохранить учтивость.

— Наш наставник желает обсудить взаимовыгодный обмен.

— Когда молодой мастер закончит медитацию. — Ответ Ли Юньсюэ прозвучал спокойно, но окончательно. — Если он сам захочет разговаривать.

Несколько секунд обе стороны молча смотрели друг на друга. Потом один из младших учеников все же сделал осторожный шаг вперед. Совсем небольшой. Будто пытаясь показать, что никакого конфликта не ищет. Однако Лу Фэнъэр немедленно сместилась ровно настолько, чтобы вновь закрыть проход. Она даже не повысила голос.

— Не советую.

Юноша остановился.

— Мы не собираемся нападать.

— Тогда вам тем более незачем идти дальше.

Старший ученик попытался возразить:

— Мы представители Секты Святых Небожителей...

Линь Сюэ спокойно перебила его:

— А это корабль Древней.

Наступила короткая пауза. После чего она продолжила:

— Правила здесь устанавливают не ваши старейшины. И не наши академии. Так что любая попытка навязать разговор человеку, который ясно дал понять, что желает побыть один, может быть расценена хозяевами корабля как нарушение порядка.

А Лу Фэнъэр добавила уже с привычной прямотой:

— Если очень хочется проверить, насколько терпеливы Древни, можете попробовать. Но потом не удивляйтесь последствиям. Которые могут стать весьма неприятными.

Ученики невольно переглянулись. Они прекрасно помнили события турнира. И прекрасно помнили, чем закончилась попытка одного чрезвычайно самоуверенного мастера нарушить правила, установленные хозяевами. Повторять подобный опыт никто не хотел.

Старший ученик медленно выдохнул.

— Мы поняли. — Он коротко поклонился. — Простите за беспокойство.

После чего вся четверка спокойно развернулась обратно. Издали старейшина наблюдал за происходящим с возрастающим раздражением. Он видел лишь общую картину. Ученики подошли. Девушки перегородили дорогу. Несколько слов. И... Его посланцы возвращаются ни с чем. Пальцы старейшины медленно сжались. Настолько сильно, что суставы побелели.

“Проклятье... Опять...”

Он сразу понял причину. Не сила. Не угрозы. А правила корабля. Именно присутствие Древней превращало любой необдуманный шаг в слишком большой риск. Настолько большой, что даже он сам не собирался испытывать терпение хозяев этого необычного судна.

Ученики подошли ближе.

— Учитель...

— Что произошло?

Старший негромко пересказал разговор. Ни слова лжи. Ни слова оправданий. Всё это старейшина слушал молча. Но внутри раздражение продолжало нарастать. Он прекрасно понимал, что формально девушки были правы. На борту чужого корабля устраивать давление действительно было бы крайне неразумно. И именно поэтому ему приходилось сдерживаться.

“Ничего... — Подумал он. — Не могут же они охранять его постоянно.”

Рано или поздно кто-нибудь отвлечется. Кто-нибудь уйдет. Тогда появится возможность спокойно поговорить. Главное — дождаться подходящего момента. Эта мысль немного успокоила старейшину. Совсем ненадолго. Потому что вскоре живой корабль начал постепенно менять направление. Впереди, среди потоков духовной энергии, уже становились различимы очертания нового мира. По палубе прокатилось оживление. Представители нескольких Академий начали готовиться к высадке.

Ли Юньсюэ спокойно посмотрела вперед.

— Почти прибыли.

Лу Фэнъэр улыбнулась.

— Скоро будем дома.

Линь Сюэ лишь тихо кивнула. Именно тогда старейшина почувствовал, как внутри все словно оборвалось.

“Нет... — Он резко поднял голову. — Их мир...”

Он только сейчас осознал очевидное. Эта группа вовсе не собиралась путешествовать дальше. Их путь заканчивался здесь. Через несколько минут они покинут корабль. А вместе с ними исчезнет и возможность хоть что-то предпринять в нынешних обстоятельствах. Долгие годы неудовлетворенности, раздражения и несбывшихся надежд словно разом поднялись из глубины сознания.

Старейшина резко обернулся к ученикам.

— Бесполезные!

Его голос впервые утратил привычное спокойствие. Ученики невольно вздрогнули. В их секте наставник и ученик были связаны особой кровной клятвой, призванной укреплять дисциплину и духовную связь. В моменты сильнейших эмоциональных всплесков опытного наставника эта связь могла болезненно отзываться у тех, кто находился с ним в резонансе.

Один из самых молодых учеников внезапно побледнел. Его дыхание сбилось. Он пошатнулся. Товарищи тут же подхватили его под руки. Юноша судорожно пытался восстановить дыхание, пока старейшина, заметив последствия собственной вспышки, усилием воли вновь взял эмоции под контроль. Несколько мгновений спустя ученик постепенно пришел в себя, хотя выглядел совершенно обессиленным. Сам же старейшина уже почти не обращал внимания на происходящее вокруг. Он смотрел только вперед. На приближающийся мир. Запоминая каждую деталь. Очертания духовных потоков. Особенности защитного барьера. Направление, с которого подходил корабль.

“Значит... вы отсюда... — Мысли постепенно вновь становились холодными и расчетливыми. — Сегодня возможность ушла. Но это еще не конец.”

Он понимал, что прямые действия против мира, где располагались сразу несколько сильных Академий, были бы слишком рискованными и зависели бы не только от его желаний. Однако сам факт, что он теперь знал место происхождения этих необычных молодых культиваторов, уже казался ему важным. Пока живой корабль медленно снижался к новому миру, старейшина молча строил планы о том, как в будущем получить возможность снова оказаться здесь — на этот раз подготовленным лучше и не полагаясь на случайную встречу во время межмирового путешествия.

Живой корабль Древней продолжал свой неспешный путь. Бескрайняя чернота межмирового пространства постепенно начала меняться. Впереди, среди потоков духовной энергии, возникло знакомое серебристое сияние. Огромная пространственная воронка медленно раскрывалась, словно гигантский цветок. Именно через этот проход несколько месяцев назад представители разных академий светлого мира отправлялись на Турнир Тьмы и Света. Теперь же настало время возвращения. По всему кораблю постепенно разнеслась негромкая команда Древня.

— Приготовиться к выходу из межмирового пространства.

Все невольно подняли головы. Даже Максим открыл глаза. Он медленно поднялся на ноги. Позади него так же спокойно завершила медитацию Юэ Жуянь. Ли Юньсюэ, Линь Сюэ и Лу Фэнъэр тоже подошли ближе к борту. Каждому хотелось увидеть родной мир. Мягко, без малейшего толчка, живой корабль вошел в сияющий пространственный разлом. На мгновение вокруг вспыхнул ослепительно-белый свет. А затем... Перед всеми раскинулось огромное звездное небо их родного мира. Но... Практически сразу Максим нахмурился.

— Что?.. — Тихо выдохнул он. Потому что зрелище оказалось совсем не таким, каким он его ожидал увидеть. Все пространство возле межмировых врат буквально кишело летающими артефактами. Их было невероятно много. Десятки... Нет. Наверное, даже сотни. Одни напоминали огромные боевые корабли, выкованные из духовного металла. Другие были похожи на целые воздушные дворцы. Третьи — на крепости, медленно плывущие в небесах. Некоторые представляли собой настоящие бастионы с десятками защитных формаций, сверкавших вокруг массивных стен. Повсюду развевались знамена. Флаги Великих Академий… Боевых сект… Древних кланов… Королевств… Империй… Даже независимых союзов культиваторов.

Слегка приподняв бровь, Максим медленно окинул взглядом всю эту армаду.

— Да тут... — Он невольно усмехнулся. — Целую войну собирались устраивать...

Рядом тихо вздохнула Ли Юньсюэ. Она тоже сразу поняла причину.

— Они готовились...

Линь Сюэ спокойно закончила мысль:

— К самому худшему…

И действительно. Сейчас все выглядело именно так. Никто из руководителей светлого мира не рассчитывал на безоговорочную победу. В лучшем случае ожидали равного счета. Или тяжелого поражения с минимальными потерями. Но... Имелся и самый страшный вариант. Полный разгром. Если бы победили представители тёмных миров... Они получили бы законное право начать полномасштабную экспансию. Именно поэтому сейчас возле пространственных врат собрались почти все значимые силы этого мира. Если враг придет... Его собирались встречать здесь. До последнего человека. На бортах многочисленных кораблей уже начали замечать появившийся живой корабль Древней. По строю защитников мгновенно прокатилось напряжение. Многие боевые формации сразу засветились. Оружие пришло в готовность. Тысячи духовных чувств одновременно устремились в сторону неожиданного гостя. На многих кораблях уже были готовы отдавать приказ к бою.

Однако Древень, управлявший живым кораблем, даже не замедлил движения. Огромное судно величественно приблизилось к специально подготовленной посадочной площадке. Мягко коснулось живыми корнями огромной каменной платформы. И только после этого вперед выступил сам представитель древнего народа. Высокий. Могучий. Покрытый древесной корой. Его голос, усиленный духовной силой, разнесся далеко вокруг.

— Представители светлого мира. — Он сделал небольшую паузу. — Турнир Тьмы и Света завершен.

Все замерли в ожидании. Казалось, что даже ветер перестал двигаться. Древень продолжил:

— Согласно древним законам Турнира... Команда вашего мира одержала полную победу.

Несколько секунд стояла абсолютная тишина. Будто никто просто не понял сказанного. А затем...По всей огромной армаде прокатился настоящий гул.

— Что?!

— Полная победа?!

— Не может быть!

— Он ошибся?

Но Древень уже произнес главное.

— Счет Турнира... — Его глубокий голос эхом разнесся над всем пространством. — Десять... — Небольшая пауза. — Ноль.

Наступила мертвая тишина. Даже самые опытные старейшины несколько мгновений просто смотрели на Древня, не в силах осознать услышанное. Десять — ноль. Это означало лишь одно. Не просто победу. А фактически абсолютный разгром.

Затем представитель Древней произнес следующую фразу.

— Согласно Древнему соглашению, устанавливающему правила Турнира... Именно ваш мир получает первоочередное право открыть экспедиции в проигравший тёмный мир. Любые подобные действия будут считаться законными в рамках Великого Договора, если будут соответствовать его условиям. Попытка проигравшей стороны вторгнуться в ваш мир без соблюдения этих условий повлечет предусмотренные Договором последствия.

Его слова были спокойными. Без торжества. Он лишь объявлял итог турнира. Но для собравшихся это прозвучало подобно удару грома. И только после этого участники турнира начали сходить с корабля. Один за другим. Совершенно живые. Практически все. Пускай уставшие. Пускай с заметными следами недавних боев. Но... Живые. По огромной площади постепенно начала распространяться новая волна удивления.

— Они вернулись...

— Все...

— Неужели...

— Никого не потеряли?

Даже те, кто обычно сохранял невозмутимость, сейчас не скрывали эмоций. Многие родители, наставники и старшие ученики, ожидавшие возвращения своих воспитанников, облегченно выдыхали. Для них уже одно это казалось почти чудом. Но настоящее потрясение ожидало их впереди. Когда вслед за Максимом с корабля спокойно сошла молодая темноволосая женщина. Ее одежда и аура ясно показывали, что она происходит из тёмного мира. Многие опытные культиваторы сразу насторожились. Однако она не проявляла агрессии. И не пыталась сопротивляться. Она просто остановилась на несколько шагов позади Максима. Словно признавая его старшинство. По толпе тут же прокатился новый шепот.

— Пленница?..

— Представитель тёмных миров...

— Неужели...

— Это одна из участников турнира?

Некоторые сразу вспомнили рассказы о тех представителях тёмных миров, что должны были участвовать в Турнире. Их глаза широко раскрылись. Радость постепенно охватывала всю огромную армаду. Напряжение последних месяцев исчезало буквально на глазах. Многие уже понимали главное. Их мир выстоял. Более того. Теперь именно они обладали преимуществом, которое по древним правилам турнира переходило к победителю.

Для большинства присутствующих это означало прежде всего одно… Угроза немедленного вторжения со стороны проигравшего мира отступила. Вместо ожидания обороны теперь предстояло решать совсем другие вопросы — как распорядиться открывшимися возможностями и какую политику избрать дальше.

А над всем этим, словно безмолвный свидетель, возвышался живой корабль Древней, спокойно завершивший еще одну страницу древней истории Турнира Тьмы и Света. Только первые волны радости немного улеглись, как от стоявших неподалеку воздушных бастионов отделились три группы культиваторов.

Они двигались быстро. Но без суеты. Каждый их шаг сопровождался едва ощутимым колебанием духовной энергии. Даже среди тысяч собравшихся эти трое сразу привлекали внимание. Не потому, что старались показать свою силу. Наоборот. Их ауры были настолько собраны и устойчивы, что сами говорили о многовековом опыте. Это были Великие старейшины трех Великих Академий, чьи воспитанники отправлялись на Турнир Тьмы и Света. Академии Небесного Свода. Академии Алого Пламени. И Академии Звериного Дао.

Все трое старались сохранять внешнее спокойствие. Однако каждый из них внимательно всматривался в лица молодых культиваторов. Для них эти несколько месяцев ожидания стали настоящим испытанием. Они прекрасно понимали правила турнира. Понимали то, что в случае поражения погибнуть могли не только отдельные участники, но и целые миры оказались бы втянуты в затяжную войну.

Именно поэтому сейчас они в первую очередь искали глазами своих учеников. Живы ли. Целы ли. Нет ли тяжелых ранений. Первым взгляд Максима встретился с глазами Великого старейшины Академии Небесного Свода. Тот, увидев возвращающихся, облегченно выдохнул. Ли Юньсюэ была жива. Линь Сюэ тоже. Максим выглядел невредимым. Даже темноволосая пленница спокойно стояла позади него. Но... Через мгновение опытный старейшина нахмурился. Его взгляд задержался именно на юноше.

“Что-то... Не так.”

Он не мог сразу понять, что именно изменилось. Внешне Максим оставался тем же самым. Та же простая одежда. То же спокойное выражение лица. Те же привычные движения. Однако… Аура парня. Она стала совершенно иной. Более глубокой. Более плотной. Гораздо устойчивее. Словно перед ним стоял уже совсем другой человек. Старейшина едва заметно прищурился. Почти одновременно то же самое почувствовали два других старейшины. Представитель Академии Алого Пламени первым нарушил молчание.

— Он... — Слегка удивленно произнес старик. — Разве перед турниром этот мальчик не находился на уровне Да Доу Ши пятой звезды?

Старейшина Звериного Дао внимательно всмотрелся в ауру Максима. Несколько секунд он молчал. После чего негромко сказал:

— Сейчас... Я ощущаю совершенно иной уровень.

Все трое переглянулись. Опыт подобных мастеров редко подводил. Ошибиться одновременно они практически не могли. Но тогда... Когда именно произошел прорыв? Во время турнира? После него? Или... Максим скрывал настоящий уровень? Пока старейшины обменивались взглядами, вперед спокойно вышла Ли Юньсюэ. Она сложила ладони перед грудью. И глубоко поклонилась.

— Ученица Ли Юньсюэ приветствует Великих старейшин.

Все трое одновременно кивнули.

— Докладывай.

Произнес старейшина Академии Небесного Свода.

Молодая наставница выпрямилась. Ее голос звучал спокойно. Без лишних эмоций. Как и подобало при официальном докладе.

— Перед началом турнира наставники трех Академий совместно обсудили возможные варианты действий. — Она ненадолго замолчала.— Поскольку сила противников оставалась неизвестной, было принято решение сначала проверить их возможности.

Старейшины внимательно слушали.

— Для этого первым на арену решили отправить самого молодого и, на первый взгляд, самого слабого участника нашей объединенной команды. — Она слегка повернула голову в сторону Максима.— Мин-сока.

По площади прокатился едва слышный шепот. Многие посторонние культиваторы тоже начали прислушиваться к докладу. А Ли Юньсюэ продолжила:

— Основной задачей было вовсе не добиться победы. Его задачей являлась разведка возможностей противника. Мы предполагали, что после первого поединка сможем скорректировать дальнейший порядок выступлений.

Старейшина Академии Алого Пламени медленно кивнул. Подобное решение действительно выглядело разумным. Однако дальше рассказ принял совершенно неожиданный оборот.

— После начала боя выяснилось... — Ли Юньсюэ произнесла это совершенно спокойно.— Что представители темного мира оказались совершенно не готовы к столкновению с чистой силой Инь.

Несколько старейшин одновременно удивленно подняли головы.

— Их техники испытывали серьезные затруднения при прямом столкновении с этой силой. Из-за этого преимущество, на которое они рассчитывали, быстро исчезло.

Она говорила без попытки что-либо приукрасить. Просто перечисляла события.

— Первый противник был побежден. После этого темная сторона выставила второго участника. Затем третьего. Четвертого.

На площади постепенно становилось все тише. Даже те, кто уже слышал объявление Древня о счете турнира, теперь с возрастающим интересом слушали подробности. А Ли Юньсюэ всё также спокойно продолжала.

— После каждой победы представители темного мира меняли бойца, рассчитывая подобрать более подходящего противника. Однако результат оставался прежним.

Старейшина Звериного Дао невольно спросил:

— Все десять... Проиграли… Ему?

Она спокойно кивнула.

— Да.

Теперь молчали уже абсолютно все. Даже окружающие культиваторы, не имевшие отношения к трем Академиям. Ли Юньсюэ закончила доклад той же спокойной интонацией, с какой начала его.

— В результате остальные участники нашей объединенной команды так и не получили возможности выйти на арену. Турнир завершился после десятой победы Мин-сока. Счет составил десять — ноль в пользу нашего мира.

Несколько долгих мгновений никто не произносил ни слова. Даже Великие старейшины выглядели так, словно услышали нечто совершенно невероятное. Они ожидали тяжелых боев. Потерь. Возможно, череды поединков, в которых каждый участник внесет свой вклад. Но действительность оказалась иной. Весь исход древнего турнира решил один-единственный семнадцатилетний юноша. И именно тогда взгляды всех троих старейшин вновь одновременно остановились на Максиме. Теперь они смотрели на него уже совсем иначе. Не просто как на талантливого ученика. И даже не как на счастливчика, сумевшего воспользоваться необычным преимуществом.

Перед ними стоял молодой культиватор, который в одиночку изменил положение целого мира в рамках древнего договора, существовавшего между светлой и темной сторонами. Масштаб этого достижения еще только предстояло осмыслить, а вместе с ним — разобраться в том, какие последствия оно будет иметь для академий, союзных сил и самого Максима.

Слова Ли Юньсюэ ещё продолжали звучать в сознании собравшихся. Десять побед. Один участник. Полный разгром. Даже для старейшин подобное казалось чем-то выходящим за пределы привычного понимания. По площади медленно распространялся негромкий гул. Кто-то недоверчиво качал головой. Кто-то уже возбужденно обсуждал услышанное с соседями. А три Великих старейшины продолжали внимательно рассматривать Максима.

Первым нарушил молчание старейшина Академии Алого Пламени. Пожилой мастер медленно провел ладонью по длинной багровой бороде. В его глазах постепенно появилось задумчивое выражение. Словно какая-то старая мысль настойчиво пыталась пробиться наружу.

— Постойте... — Негромко произнес он, и перевел взгляд с Ли Юньсюэ на Максима. — Если память мне не изменяет... Еще до начала турнира ходили весьма неприятные слухи.

Наставница спокойно кивнула.

— О каких именно слухах говорит Великий старейшина?

— Об одном бойце темной стороны. — Ответил тот после коротких раздумий. — Девушке, которую называли... Королевой Крови.

При одном только этом имени многие присутствующие заметно насторожились. Даже среди старейшин окружающих сект некоторые переглянулись. Это имя действительно уже успело разойтись по многим мирам. Говорили разное. Кто-то утверждал, что она владела запрещенными кровавыми искусствами. Другие рассказывали, будто за несколько лет она уничтожила десятки сильных противников. Третьи вообще называли ее главным оружием темного мира на предстоящем турнире. Конечно, далеко не все подобные слухи можно было считать достоверными. Но одно повторялось почти во всех рассказах. Это был чрезвычайно опасный противник.

Тихо вздохнув, старейшина Хо продолжил:

— Насколько мне известно... Именно на нее представители темного мира возлагали основные надежды.

Он вновь внимательно посмотрел на Максима.

— Не хочу умалять заслуг этого юноши. Но... — Он немного покачал головой. — Даже с учетом столь необычной силы Инь... Мне трудно представить, чтобы культиватор его возраста сумел победить подобного противника.

Его слова прозвучали без насмешки. Это было искреннее сомнение опытного человека. Но Ли Юньсюэ неожиданно едва заметно улыбнулась. Совсем немного. Настолько, что многие даже не сразу это заметили. Потом она спокойно сделала полшага в сторону. И открытой ладонью указала за спину Максима.

— Великий старейшина говорит именно о ней.

Несколько десятков взглядов одновременно повернулись в указанном направлении. Та самая темноволосая девушка всё также спокойно стояла за Максимом. Её аристократичное лицо оставалось невозмутимым. Никакого вызова. Никакой злобы. Только спокойствие. Несколько мгновений царило абсолютное молчание. Потом кто-то почти шепотом произнес:

— Не может быть...

Еще один старейшина недоверчиво прищурился.

— Она?..

Старейшина Академии Алого Пламени буквально застыл. Он несколько раз внимательно посмотрел на девушку. Потом вновь перевел взгляд на Максима. И снова обратно. Опыт подсказывал ему, что Ли Юньсюэ не стала бы шутить в подобной ситуации. Но разум отказывался принимать увиденное.

— Это... Действительно... Она?

Ли Юньсюэ спокойно кивнула.

— Да. Юэ Жуянь. Именно она известна как Королева Крови.

По огромной площади словно прокатилась невидимая волна. Теперь уже практически все присутствующие начали внимательно рассматривать девушку. Некоторые узнавали отдельные особенности ее ауры. Другие обращали внимание на характерные узоры духовной энергии крови. Постепенно сомнений становилось все меньше. Перед ними действительно стояла та самая участница турнира, о которой уже давно ходили многочисленные слухи.

Великий старейшина Академии Алого Пламени медленно выдохнул.

— Тогда... — Он вновь посмотрел на Ли Юньсюэ. — Каким образом... Она проиграла?

Наставница спокойно ответила:

— Во время боя Королева Крови применила одну из своих сильнейших техник. — Туман Крови.

Максим всё также молча стоял рядом. Лишь краем глаза на мгновение посмотрел на девушку за своей спиной. Та никак не отреагировала.

Ли Юньсюэ продолжила:

— После активации техники вся арена оказалась полностью скрыта плотным кровавым туманом. Наблюдатели практически перестали видеть происходящее внутри.

Несколько старейшин одновременно кивнули. Подобные техники действительно существовали. Они прекрасно подходили для ограничения обзора противника.

— Однако... — Произнесла наставница. — Именно тогда произошло событие, которого не ожидал никто.

Она ненадолго замолчала. Словно вновь вспоминая увиденное.

— Прямо во время боя Мин-сок совершил прорыв.

Эти слова вновь заставили многих переглянуться.

— Прорыв оказался настолько мощным... — Продолжала Ли Юньсюэ. — Что сопровождавшая его волна духовной энергии распространилась по всей арене.

Она говорила спокойно. Без попытки драматизировать.

— Королева Крови находилась слишком близко. И не успела полностью защититься. Получив тяжелый удар откатной волной, она потеряла возможность продолжать бой.

Молодая наставница не стала утверждать, что именно прорыв был единственной причиной исхода поединка. Она лишь описала ту последовательность событий, свидетелями которой стали участники и наблюдатели турнира.

Старейшина Звериного Дао медленно покачал головой.

— Значит... — Он тихо произнес. — Даже она... Проиграла...

Ли Юньсюэ вновь кивнула.

— После окончания боя, так как Юэ Жуянь осталась жива, но ранена… Согласно правилам турнира… Она стала пленницей победителя.

На площади вновь стало необычайно тихо. Теперь многие смотрели уже не только на Максима. Но и на спокойно стоявшую позади него девушку. Они начинали понимать, почему появление пленницы вызвало такой интерес у представителей разных сект ещё во время обратного пути. Перед ними находилась не просто побежденная участница. А одна из сильнейших бойцов команды темного мира. Ли Юньсюэ закончила доклад спокойным голосом:

— Она стала единственной участницей команды темного мира, пережившей турнир. Остальные представители проигравшей стороны погибли в ходе поединков в соответствии с установленными правилами турнира.

После этих слов на площади вновь воцарилось молчание. Даже опытные старейшины понимали, что последствия завершившегося турнира будут ощущаться далеко за пределами одной лишь арены. Победа изменила соотношение сил, а появление столь необычной пленницы рядом с Максимом неизбежно привлекало внимание тех, кто видел в ней не только побежденного противника, но и источник редких знаний о темном мире.

Слова Ли Юньсюэ еще не успели затихнуть, как старейшина Академии Алого Пламени вновь перевел взгляд на Максима. На этот раз значительно внимательнее. Настолько внимательно, что окружающие сразу поняли — опытный мастер уже не слушает разговор. Он изучает.

Старик медленно прищурился. Вокруг его глаз проступили тонкие морщины. Он не пытался грубо прощупать духовное море юноши. Подобное было бы нарушением всякого этикета. Но даже внешнего наблюдения оказалось достаточно. Аура Максима была необычайно спокойной. Слишком спокойной. Она не бушевала. Не пыталась подавить окружающих. Наоборот. Она была невероятно плотной и устойчивой. Словно спокойная гладь глубокого озера. И именно это заставило старейшину насторожиться еще сильнее.

“Нет... — Промелькнула мысль. — Это невозможно...”

Он сделал ещё один шаг ближе. Теперь расстояние между ними составляло всего несколько десятков шагов. Этого было вполне достаточно. Опыт прожитых столетий позволял ему различать подобные вещи практически безошибочно. Он внимательно присмотрелся к духовным колебаниям. К плотности Ци. К устойчивости меридианов. К тому, как окружающая духовная энергия естественным образом подчинялась присутствию юноши. И вдруг... Сердце старейшины словно пропустило удар.

— Нет...

Едва слышно сорвалось с его губ. Рядом удивленно посмотрели два других Великих старейшины.

— Что случилось?

Он не ответил. Продолжая смотреть исключительно на Максима. Будто надеялся, что ошибся. Что зрение подвело его. Что это какая-то странная иллюзия. Но чем дольше он наблюдал... Тем отчетливее понимал. Ошибки нет.

Очень медленно он повернул голову к старейшине Академии Небесного Свода. Их взгляды встретились. Достаточно было одного выражения лица. Тот сразу понял. Он тоже начал еще внимательнее всматриваться в Максима. Через несколько секунд выражение его лица изменилось точно так же. Затем к ним присоединился старейшина Академии Звериного Дао. И история повторилась вновь. Трое Великих мастеров молча переглянулись. Каждый уже получил один и тот же ответ. Первым нарушил молчание представитель Академии Алого Пламени. Его голос впервые за долгое время прозвучал с откровенным изумлением.

— Он... — Он медленно выдохнул. — Уже на уровне... Доу Лин...

Никто из окружающих сначала даже не понял смысла этих слов. Однако сами Великие старейшины прекрасно осознавали, что именно сейчас услышали. Да Доу Ши… Доу Лин… Для большинства молодых культиваторов между этими двумя ступенями пролегала настоящая пропасть. Это был не просто следующий уровень. Это была качественно иная стадия развития. Настоящий рубеж. Преодолеть который удавалось далеко не каждому. Многие талантливые культиваторы проводили десятилетия, пытаясь сделать этот последний шаг. Некоторые так и умирали, не сумев преодолеть этот барьер. А перед ними сейчас стоял... Семнадцатилетний мальчишка. Который... Не просто прорвался через этот предел. Он... Перешагнул через несколько ступеней сразу. Старейшина Академии Алого Пламени медленно покачал головой.

— Невероятно... — Произнес он почти шепотом. — Это уже... Не обычный прорыв.

Перед его глазами словно вновь всплыли рассказы Ли Юньсюэ. Прорыв прямо во время боя. Мощнейшая волна энергии. Поражение Королевы Крови. И только сейчас все окончательно сложилось в единую картину. Этот паренёк не просто усилился. Он преодолел один из важнейших рубежей на Пути Дао. Старейшина Академии Звериного Дао тихо усмехнулся. Но в этой усмешке не было ни капли веселья. Только искреннее удивление.

— Кажется... — Он медленно произнес. — Мы слишком часто употребляем слово "невозможно".

Несколько секунд никто не отвечал. Потом представитель Академии Алого Пламени коротко кивнул.

— Да... В отношении этого мальчика... — Он снова посмотрел на Максима.— Это слово лучше вообще больше не использовать.

Действительно. Совсем недавно считалось невозможным встретить культиватора чистой Инь. Потом невозможным называли его невероятные скачки силы. Затем невозможной объявили победу над десятью сильнейшими представителями темного мира. Теперь... Перед ними стоял юноша, который невозможное, казалось, просто никогда не принимал во внимание. Старейшина Академии Небесного Свода невольно перевел взгляд на стоявшую позади Максима девушку.

Та, кого ранее именовали Королева Крови, спокойно сохраняла молчание. Её аура была ничуть не слабой. Она по-прежнему оставалась мастером чрезвычайно высокого уровня. Он мысленно сравнил обе ауры. Максима. И его пленницы. Разница действительно существовала. Но... Не такая огромная, как должна была бы быть между хозяином и пленницей. Совсем небольшая.

“Невероятно... — Подумал старейшина. — Фактически рядом стоят два молодых культиватора высокого уровня...”

Причем оба были необычайно молоды. Оба обладали огромным потенциалом. И оба... Теперь находились на одной стороне. Старейшина Академии Алого Пламени тоже прекрасно понял последствия. Он медленно выдохнул.

— Академия Небесного Свода... — Негромко произнес он. — За один турнир получила сразу двух молодых бойцов, способных в будущем стать одними из сильнейших культиваторов своего поколения.

В его голосе не чувствовалось зависти. Скорее... Глубокое осознание масштаба произошедшего. Великие академии привыкли мыслить десятилетиями и столетиями вперед. И сейчас они понимали, что речь идет не только об итогах одного турнира. Если Максим и Королева Крови продолжат развиваться, сохранив свои нынешние темпы роста силы, то через годы они действительно могут стать фигурами, способными повлиять на расстановку сил далеко за пределами одной Академии. Именно эта перспектива теперь занимала мысли трех Великих старейшин куда сильнее, чем любые отдельные трофеи, привезенные с завершившегося Турнира Тьмы и Света.

…………

Только что отзвучали последние слова Ли Юньсюэ. Но тишина, накрывшая огромную посадочную площадку, оказалась куда красноречивее любых речей. Тысячи культиваторов продолжали смотреть на юношу, который, словно совершенно не замечая поднявшегося вокруг него переполоха, спокойно стоял возле борта живого корабля.

Будто все происходящее его совершенно не касалось. И именно это спокойствие сильнее всего действовало окружающим на нервы. Первым пришел в себя старейшина Академии Небесного Свода. Он резко повернулся к нескольким наставникам, прибывшим вместе с армадой встречающих.

— Всех участников турнира моей Академии ко мне. Немедленно. — Голос был спокойным. Но спорить с подобным приказом не осмелился бы никто. Почти одновременно раздались еще два приказа.

— Ученики Академии Алого Пламени! Ко мне!

— Представители Академии Звериного Дао! Немедленно сюда!

В считанные мгновения возле трех Великих старейшин уже выстроились молодые культиваторы, недавно вернувшиеся с турнира. Даже те, кто обычно держался с достоинством, сейчас выглядели заметно напряженными. Они прекрасно понимали, что их сейчас будут расспрашивать буквально обо всем. И именно так всё и произошло. Старейшины почти одновременно начали задавать вопросы. Причем вовсе не о победе. Не о трофеях. Не о наградах. И даже не о самой Королеве Крови. Их интересовало совершенно другое.

— Расскажите все по порядку.

— С самого начала.

— Не упускайте ни одной мелочи.

— Особенно то, что происходило непосредственно перед прорывом Мин-сока.

Вопросы сыпались один за другим.

— Как вел себя противник?

— Что происходило внутри Кровавого Тумана?

— Как выглядел выброс духовной энергии?

— Сколько времени длился сам прорыв?

— Видел ли кто-нибудь образование духовного вихря?

— Были ли какие-либо небесные знамения?

— Изменился ли запах духовной энергии?

— Почувствовали ли вы давление Небесного Дао?

Даже сами ученики начали постепенно путаться в ответах. Потому что большинство подобных деталей они тогда просто не успели заметить. Во время турнира все внимание было приковано к самому бою. Ли Юньсюэ отвечала спокойно и обстоятельно. Где-то ее дополняла Линь Сюэ. Иногда вмешивалась Лу Фэнъэр. Парень из Академии Звериного Дао тоже несколько раз уточнил отдельные моменты. Каждый рассказывал увиденное со своей точки зрения. И чем больше старейшины слушали... Тем менее понятной становилась произошедшая ситуация. Картина складывалась. Но объяснения ей по-прежнему не существовало. Сам Максим, заметив, что разговор обещает затянуться надолго, лишь едва заметно улыбнулся.

— Пойдем. — Тихо сказал он стоявшей позади девушке. И Юэ Жуянь без единого слова сделала шаг следом. Они спокойно отошли в сторону, оставляя старейшин обсуждать увиденное. Максим прекрасно понимал, что сейчас начнется. Практически все вопросы будут сводиться к одному. Каким образом семнадцатилетний юноша смог одним скачком преодолеть столь серьезный рубеж на Пути постижения Дао? Ответа, который удовлетворил бы всех, у него все равно не было. Да и раскрывать собственные секреты он не собирался. Поэтому сейчас было гораздо разумнее не вмешиваться.

Остановившись немного в стороне от общей толпы, Максим спокойно осмотрелся. И только теперь заметил, насколько сильно изменилось отношение окружающих. Если раньше многие просто бросали на него любопытные взгляды... То теперь десятки, если не сотни культиваторов буквально не сводили с него глаз. Кто-то смотрел с искренним восхищением. Кто-то — с уважением. Кто-то — с осторожностью. А некоторые... С откровенной настороженностью. Ведь всего несколько часов назад большинство из присутствующих ожидало совсем иной встречи. Они готовились отражать вторжение темных миров. Многие уже мысленно простились с жизнью. А вместо этого получили известие о полной победе. Причем победе, достигнутой практически одним человеком. Подобное трудно было сразу принять.

Также он заметил ещё одну любопытную деталь. По краям площадки стояли представители самых разных академий, школ и сект. И сейчас некоторые из их старейшин внимательно рассматривали вовсе не делегацию победителей в целом. А именно его. И Королеву Крови. Двух молодых культиваторов, обладавших весьма высоким уровнем силы для своего возраста. При этом многие почти не скрывали собственных мыслей. Кто-то явно уже прикидывал, каким образом можно было бы пригласить столь талантливого юношу в свою организацию. Другие внимательно оценивали стоявшую рядом девушку. Третьи тихо переговаривались между собой, время от времени переводя взгляд то на одного, то на другую. Максим даже без использования Нитей Инь понимал, к чему все это может привести.

— Скоро начнется... — Тихо пробормотал он себе под нос. Юэ Жуянь вопросительно посмотрела на него. Парень лишь усмехнулся.

— Предложения… Приглашения… Обещания несметных богатств… Редких техник… Должностей… Ресурсов… Возможно, даже браков по расчету.

Он слишком хорошо понимал, как мыслят представители любых возможных крупных и весьма влиятельных в этом мире сил. Появление молодого талантливого культиватора почти всегда вызывало борьбу за его расположение. Кто сумеет привлечь такого человека на свою сторону сегодня, тот через несколько десятилетий может получить могущественного союзника. Или, наоборот, не допустить появления опасного противника.

Но Максим понимал и другую сторону подобных интриг. Далеко не все будут ограничиваться честными предложениями. Там, где есть огромная выгода, всегда находятся и те, кто предпочитает действовать тайно. Попытки похищения… Шантаж… Подкуп… Провокации… Использование редких духовных техник... Все это вполне могло стать частью будущего противостояния различных сил вокруг неожиданно прославившегося юноши.

Он мысленно отметил, что теперь ему придется быть значительно осторожнее, чем прежде. Не только ради собственной безопасности, но и ради тех, кто находился рядом с ним. Королева Крови, стоявшая за его плечом, тоже неизбежно оказывалась в центре внимания, а значит, впереди их обоих ждали не только поздравления с победой, но и новые испытания, которые начнутся уже не на арене турнира, а в мире, где интриги порой были не менее опасны, чем открытый поединок.

Максим машинально отметил про себя одну неприятную мысль. Слишком неприятную. Стоило лишь окружающим осознать, что перед ними стоит семнадцатилетний культиватор, сумевший достичь столь высокого уровня и обладающий крайне редкой силой Инь, как неизбежно найдутся люди, которые перестанут видеть в нем человека.

Для них он станет лишь редким талантом, ценным ресурсом или предметом политических расчетов. Некоторые будут пытаться переманить его в свою секту. Другие — использовать его силу. Третьи — связать с ним свою родословную ради будущих поколений. От подобных мыслей Максим лишь едва заметно нахмурился. Ему совершенно не нравилось, что кто-то мог смотреть на него исключительно как на средство достижения собственных целей. Он слишком хорошо понимал, насколько беспощадным бывает мир культиваторов, где за редкие способности нередко разворачивались многолетние интриги. Впрочем, почти сразу он отбросил эти размышления. Сейчас рядом с ним находились люди, которых он успел узнать за время подготовки к турниру и самого путешествия. Он уже представлял их характеры, достоинства и недостатки, а потому не видел смысла строить предположения о незнакомцах, которых еще даже не встретил. Его взгляд невольно скользнул в сторону трех девушек, стоявших немного поодаль.

Первой была Линь Сюэ. Как и прежде, она держалась прямо, словно тонкая снежная сосна, выросшая на вершине холодной горы. Её красота не бросалась в глаза яркими красками. Она покоряла совсем другим. Спокойствием. Сдержанностью. Гармонией. Светлая кожа казалась почти фарфоровой. Темные, аккуратно уложенные волосы выгодно подчеркивали строгие черты лица. Её глаза были холодными, словно прозрачный горный лед, но Максим уже не раз замечал, что за этой внешней невозмутимостью скрывался внимательный и рассудительный человек. Она редко говорила лишнее, предпочитая сначала наблюдать, а уже потом делать выводы.

В бою она производила совсем иное впечатление. Её движения были точными и экономными. Никаких лишних жестов. Каждый шаг. Каждый взмах клинка. Каждая техника выглядели так, словно были частью единого непрерывного потока. Она не стремилась впечатлить окружающих. Просто делала то, что считала необходимым.

Немного поодаль стояла Лу Фэнъэр. Полная противоположность Линь Сюэ. Если рядом с первой невольно вспоминались заснеженные вершины, то Лу Фэнъэр напоминала живое пламя. Её эмоции почти никогда не задерживались внутри. Она легко смеялась. Так же легко возмущалась. Могла вспыхнуть из-за пустяка, но столь же быстро остывала. Именно эта открытость делала ее живой и непосредственной. В ее облике не было холодной отстраненности. Наоборот. Казалось, что само присутствие девушки словно наполняло пространство движением и теплом. Даже в сражении её техники отличались стремительностью и напором. Пламя в ее руках не просто уничтожало противника. Оно словно отражало ее собственный характер — яркий, прямой и неудержимый.

Чуть в стороне разговаривала с одним из старейшин Ли Юньсюэ. Несмотря на то что она была наставницей отряда, выглядела достаточно молодой. В ее облике не чувствовалось той суровой строгости, которую многие ожидали увидеть у наставника. Наоборот. Её движения отличались удивительной легкостью. Даже когда она просто шла, казалось, будто ветер сам подхватывает края ее длинных одежд. Хотя Ли Юньсюэ также владела техниками, связанными со стихией огня, ее манера использовать их заметно отличалась от вспыльчивой Лу Фэнъэр. В ее исполнении пламя выглядело не разрушительной бурей, а управляемым потоком энергии, в котором сила сочеталась с точностью и опытом. Максим хорошо помнил, что именно она первой обратила внимание на его способности и поддержала его стремление попасть в Академию Небесного Свода. Эта помощь стала одной из причин, по которым он относился к наставнице с искренним уважением.

Последней его взгляд остановился на девушке, молча стоявшей за его спиной. Юэ Жуянь. Той самой Королеве Крови. На фоне остальных она выглядела особенно необычно. Не потому, что происходила из тёмного мира. И не из-за своих техник. А благодаря удивительному сочетанию внешней хрупкости и внутренней силы. На первый взгляд она производила впечатление утонченной девушки, которой больше подошла бы тихая библиотека или цветущий сад, чем арена смертельного турнира. Стройная фигура. Плавные движения. Спокойное выражение лица. Темные волосы мягкими волнами спадали на плечи. Но стоило лишь вспомнить, как именно она сражалась... И первое впечатление мгновенно менялось. За этой кажущейся хрупкостью скрывалась опытная воительница, сумевшая заслужить грозное имя в своем мире. Её весьма опасные техники требовали не только высокого мастерства, но и исключительного самообладания. Даже сейчас, старательно восстанавливаясь после тяжелого боя, она сохраняла спокойствие и дисциплину. Максим понимал, что именно сочетание выдержки, силы и необычных знаний делает ее особенно ценным союзником для изучения незнакомых техник и традиций тёмных миров.

Окинув взглядом своих спутниц, Максим лишь едва заметно улыбнулся. За время путешествия они успели не раз спорить, подшучивать друг над другом, вместе проходить тяжелые испытания и сражаться плечом к плечу. Каждая из них была совершенно непохожа на остальных. Именно поэтому ему было легко понять, что внешнее сходство или принадлежность к одной Академии еще ничего не говорят о человеке. Характер, убеждения и поступки значили гораздо больше, чем громкое имя рода или происхождение. В мире культиваторов, полном интриг и борьбы за влияние, именно доверие, заслуженное общими испытаниями, казалось ему куда более прочной основой для любого союза, чем любые расчеты со стороны тех, кто видел в людях лишь средство достижения собственных целей.

Трое Великих старейшин еще некоторое время продолжали негромко переговариваться между собой. Вокруг них полукругом стояли наставники и ученики трех Великих Академий. Каждый докладывал то, что видел собственными глазами. Иногда рассказы совпадали почти дословно. Иногда дополняли друг друга небольшими, но важными подробностями. Постепенно перед старейшинами складывалась полная картина произошедшего. От первого выхода Мин-сока на арену. До последнего поединка. До вмешательства Древней. До объявления победителей. И чем больше они узнавали подробностей... Тем отчетливее понимали одно. Им невероятно повезло.

Наконец старейшина Академии Небесного Свода медленно поднял голову. Его взгляд скользнул по огромной площади. По многочисленным летающим кораблям. По бастионам. По тысячам культиваторов, до сих пор ожидавших какого-нибудь нового приказа. Затем он негромко произнес:

— Достаточно.

Его голос, усиленный духовной энергией, прокатился над всей площадью. Разговоры начали постепенно стихать. Даже те, кто находился далеко, обернулись в сторону трех Великих старейшин. Старейшина сделал несколько шагов вперед. Его широкие рукава слегка колыхнулись от ветра.

— На протяжении многих тысячелетий... — Спокойно начал он. — Наш мир жил под одной и той же угрозой.

Сейчас он говорил без лишнего пафоса. Но каждое слово звучало отчетливо.

— Каждые тридцать лет. Каждый новый Турнир Тьмы и Света… Каждый раз наши предки были вынуждены готовиться к одному и тому же. К войне.

По толпе прошла волна молчаливого согласия. Об этом знали все. Затем слово взял старейшина Академии Алого Пламени. Его мощный голос был гораздо громче.

— Если бы однажды наш мир потерпел сокрушительное поражение... Мы перестали бы быть хозяевами собственной судьбы. — Он обвел внимательным и тяжёлым взглядом собравшихся. — Мы превратились бы... В обычный ресурсный придаток. В то самое место, откуда победители забирали бы все, что пожелают. Духовные жилы… Редкие растения... Минералы… Артефакты… И даже... Людей…

Последнее слово прозвучало особенно тяжело. Многие невольно опустили глаза. Все прекрасно понимали, что означают подобные войны между мирами. Теперь вперед вышел старейшина Академии Звериного Дао.

— Однако... Сегодня произошло событие... Которое изменило будущее нашего мира. — Он медленно поднял руку. — Благодаря мужеству... Мастерству... И самоотверженности воспитанников трех Великих Академий... Наш мир одержал полную победу.

Он намеренно не стал называть конкретных имен. И никто не возразил на подобное решение. Ни Максим. Ни Ли Юньсюэ. Ни остальные участники турнира. Так как каждый сейчас прекрасно понимал причину для подобного. Подобная победа принадлежала не одному человеку. Официально. Она принадлежала всему миру. Хотя очень многие прекрасно знали, кто именно стал ее главным творцом.

По площади прокатился сначала тихий гул. Потом... Раздались первые радостные выкрики. Следом еще. И ещё. Через несколько мгновений вся площадка буквально взорвалась ликованием. Кто-то смеялся. Кто-то обнимал товарищей. Некоторые старики, пережившие уже не один подобный турнир, даже украдкой вытирали выступившие на глазах слезы. Для них сегодняшний день действительно становился историческим.

Старейшина Академии Небесного Свода вновь поднял ладонь. Шум постепенно стих.

— Согласно древним законам Турнира... Теперь именно наш мир получает законное право начать освоение территории проигравшей стороны.

По толпе вновь прошел негромкий гул. Все прекрасно понимали значение этих слов. Теперь уже никто не говорил о возможном вторжении тёмных миров. Все изменилось. Теперь именно светлые миры получали право отправлять туда собственные экспедиции. Исследовательские. Военные. Алхимические. Ремесленные. Торговые. Конечно... Только после соблюдения необходимых процедур и решений правителей, академий и союзных сил. Но само право уже было получено. И этого никто не мог оспорить, пока соблюдались древние правила Турнира. Старейшина Алого Пламени продолжил:

— Не стоит думать... Что нас ожидает легкая прогулка. — Его голос стал серьезнее. — Жители темного мира будут защищать свои земли. Свои секты. Свои города. Свои духовные жилы. Свои сокровища… И это неизбежно…

Многие согласно кивнули. Никто не строил иллюзий. Даже получив законное право на экспедиции, они понимали, что впереди их ждут тяжелые столкновения. Темный мир вовсе не собирался добровольно отдавать свои богатства.

— Будет кровь. — Спокойно произнес старейшина Звериного Дао. — Будут потери. Будут битвы. Возможно... Целые войны между сектами. Потому что слишком многие захотят получить свою долю добычи.

Эти слова тоже никого не удивили. Подобное происходило после каждого крупного изменения границ влияния между мирами. При этом никто из трех Великих старейшин не пытался представить будущие походы как нечто благородное или бескровное. Они открыто признавали, что освоение новых территорий неизбежно связано с сопротивлением и опасностями. На площади это понимали почти все. Культиваторы переговаривались между собой. Кто-то уже обсуждал возможность записаться в будущие экспедиции. Алхимики оживленно вспоминали редкие растения и материалы, о которых прежде знали лишь по старым трактатам. Мастера артефактов говорили о необычных рудах. Охотники — о духовных зверях. Каждый видел в открывшихся возможностях что-то свое.

Немного в стороне Максим молча наблюдал за происходящим. Он не разделял всеобщей эйфории, но и не удивлялся ей. Победа действительно снимала многовековую угрозу, под которой жил их мир, а потому радость окружающих была вполне понятной.

Вместе с тем он ясно осознавал, что окончание этого турнира не означает окончания борьбы. Теперь соперничество неизбежно перейдет в другую форму. Впереди будут переговоры между союзниками… Подготовка экспедиций… Споры за право первыми исследовать новые территории и столкновения с теми, кто станет защищать свой дом... Именно поэтому, несмотря на праздничные возгласы вокруг, Максим не позволял себе терять бдительность, понимая, что для него самого настоящие испытания, возможно, только начинаются.

Максим продолжал спокойно наблюдать за тем, как на площади постепенно воцаряется праздничная суета. Кто-то уже отдавал распоряжения. Кто-то спешил сообщить новости своим сектам. Над многочисленными летающими кораблями вспыхивали сигнальные огни, разнося известие о полной победе. Казалось, весь мир разом выдохнул после тысячелетий тревожного ожидания. Именно поэтому едва заметное движение в стороне сразу привлекло его внимание. Старейшина Академии Алого Пламени незаметно подозвал к себе Лу Фэнъэр. Не громко. Не демонстративно. Просто легким движением руки. Молодая девушка вопросительно посмотрела на наставника, после чего послушно подошла.

Старик отвел ее немного в сторону, туда, где их разговор уже не могли легко услышать окружающие. Они остановились возле одного из каменных обелисков, украшавших посадочную площадку. Со стороны казалось, будто наставник просто дает своей ученице обычные указания после завершения опасного путешествия. Но Максим слишком долго наблюдал за людьми, чтобы не замечать подобных мелочей. Старейшина говорил спокойно. Без резких жестов. Однако достаточно быстро. Иногда он поднимал ладонь, словно подчеркивая особенно важные слова. Иногда указывал взглядом в сторону Максима.

Лу Фэнъэр сначала слушала молча. Потом ее брови едва заметно нахмурились. На красивом лице промелькнуло выражение явного раздражения. Она что-то ответила. Достаточно эмоционально. Даже слегка развела руками. Словно пыталась возразить. Старейшина не повысил голоса. Лишь терпеливо продолжил объяснять что-то дальше.

Этот тихий разговор длился несколько минут. Постепенно выражение лица девушки менялось. Раздражение не исчезло полностью. Но уступило место задумчивости. В конце концов она тяжело выдохнула и медленно кивнула. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно. Так как старик удовлетворенно улыбнулся. И именно в этот момент Лу Фэнъэр подняла голову. Её задумчивый, и в чём-то даже рассеянный взгляд случайно... или совсем не случайно... Встретился со взглядом Максима. Она быстро отвела глаза. Но этой короткой секунды оказалось вполне достаточно. Максим лишь мысленно усмехнулся.

“Ну вот... — Подумал он. — Началось.”

Он даже примерно представлял себе содержание подобного разговора. Конечно, дословно угадать было невозможно. Однако сама логика происходящего была слишком очевидной. Еще совсем недавно он был всего лишь талантливым учеником. Да. Необычным. Способным. Перспективным. Но все же одним из многих молодых культиваторов. Теперь же... Все изменилось. Кардинально. Он больше не был просто талантливым юношей. Он стал живым доказательством того, что невозможное иногда все-таки происходит. Семнадцать лет. И уже Доу Лин второй звезды. Да ещё и после серии необычных прорывов, каждый из которых позволял ему перескакивать сразу через несколько ступеней. Подобного не помнили даже древние хроники. Так что сейчас Максим прекрасно понимал то, как мыслят многие влиятельные семьи, секты и Академии. Если появляется уникальный талант... Его пытаются удержать. Если удержать невозможно... Его пытаются сделать союзником. Если и это не удается... Начинают искать другие способы сохранить связь с таким человеком. И дело здесь было не только в самом Максиме. Гораздо важнее было другое. Его необычайный путь развития неизбежно вызовет множество вопросов. Почему именно он? Что отличает его от остальных? Является ли его способность следствием редкой техники, особенностей телосложения, влияния судьбы или чего-то еще? Ответов пока не существовало. Но многие наверняка будут искать их. Максим невольно покачал головой.

“Сейчас многие начнут строить собственные догадки...”

Кто-то будет искать тайную технику. Кто-то — забытое наследие. Кто-то решит, что причина кроется в особенностях его тела или происхождения. В мире культиваторов подобные слухи распространялись быстрее лесного пожара. И чем меньше было достоверных сведений... Тем больше появлялось фантазий. Он вновь посмотрел на Лу Фэнъэр. Та уже возвращалась к остальным. Однако выглядела заметно более задумчивой, чем прежде. Максим не испытывал к ней ни недоверия, ни раздражения. Скорее наоборот. Он прекрасно понимал, что молодые ученики далеко не всегда сами выбирают, какие поручения получают от своих наставников и старейшин. Затем его взгляд скользнул по окружающей толпе. И неожиданно он заметил еще одну закономерность. Теперь на него смотрели совсем иначе. Если раньше большинство оценивало прежде всего его боевое мастерство... То сейчас многие старшие культиваторы изучали его с куда более глубоким интересом. Не как победителя турнира. А как редкое исключение из привычных представлений о развитии. Подобные люди неизбежно становились предметом многочисленных исследований, обсуждений и попыток понять причины их успеха.

В этот момент Максим невольно вспомнил слова наставников, услышанные еще в первые месяцы обучения. Великие мастера, достигшие его нынешнего уровня силы, в большинстве своем были людьми значительно старшего возраста. Некоторым исполнилось пятьдесят лет. Другим — шестьдесят. А кто-то шел к этой ступени ещё дольше. Сам же он лишь недавно перешагнул семнадцатилетний рубеж. Разница выглядела слишком разительной, чтобы остаться незамеченной.

Он бросил короткий взгляд через плечо. Юэ Жуянь по-прежнему молча стояла рядом. Её сила тоже была весьма велика. Однако Максим прекрасно понимал, что сравнивать их путь было бы неправильно. О жизни девушки в тёмном мире он пока знал слишком мало. Какие методы подготовки применялись там? Какие испытания ей пришлось пройти? Какие ресурсы были вложены в ее развитие? Ответов пока не существовало.

Зато собственный путь он знал прекрасно. Большую часть своих достижений он добыл собственным трудом, постоянными тренировками, риском и использованием тех возможностей, которые удавалось найти самому. Именно это обстоятельство, как ему казалось, привлекало к нему столь пристальное внимание окружающих. В глазах многих он превратился в живую загадку — юношу, сумевшего пройти путь, который большинство считало недостижимым в столь раннем возрасте. И Максим не сомневался, что после возвращения домой вокруг этой загадки еще долго будут рождаться новые слухи, предположения и попытки разгадать секрет его стремительного роста. Максим лишь краем глаза продолжал наблюдать за происходящим. Стоило ему обратить внимание на старейшину Академии Алого Пламени, как почти сразу обнаружилась еще одна весьма любопытная картина.

На этот раз — со стороны Академии Звериного Дао. Он невольно усмехнулся.

— И здесь... Все по тому же сценарию. Только с небольшими отличиями.

Великий старейшина Академии Звериного Дао выглядел значительно спокойнее своего коллеги. Он не спешил. Не повышал голос. Не размахивал руками. Но именно эта внешняя невозмутимость говорила о том, что сейчас его мысли работают особенно быстро. Перед ним полукругом уже стояли трое молодых культиваторов, участвовавших в турнире. Рядом с каждым спокойно расположился духовный зверь. Огромный древесный волк сидел неподвижно, лишь время от времени настороженно поводя ушами. Два других духовных питомца тоже словно чувствовали серьезность момента и не издавали ни звука.

Максим сразу вспомнил одну особенность их команды. Если Академия Небесного Свода привезла как юношу, так и девушек... Если Академия Алого Пламени также отправила смешанную группу... То Академия Звериного Дао поступила иначе. Все трое представителей этого учебного заведения оказались юношами. Не потому, что в Академии не было талантливых девушек. Были. Но, по мнению руководства, именно эти трое лучше всего подходили для столь опасного турнира. Каждый обладал высокой боевой подготовкой. Каждый имел крепкую связь со своим духовным зверем. И каждый прошел суровый отбор. Сейчас же старейшина внимательно расспрашивал их вовсе не о сражениях. Максим прекрасно видел это даже со стороны. Он задавал совсем другие вопросы. Порой один из учеников отвечал долго. Потом вмешивался второй. Иногда третий начинал что-то эмоционально объяснять, активно жестикулируя. Старик лишь внимательно слушал. Изредка уточняя отдельные детали.

Максим тихо хмыкнул.

— Пытается собрать сведения...

Вряд ли старейшину сейчас интересовали техники самого боя. Для этого существовали официальные доклады. Нет. Скорее всего, он пытался понять другого рода вещи. Как вел себя этот необычный юноша в обычной жизни? Что любил? Что раздражало его? Какие привычки успели заметить спутники? Как реагировал на похвалу? На шутки? На опасность? На поражения? Подобная информация порой стоила не меньше редкого трактата.

Но всего через несколько секунд Максим вдруг едва не рассмеялся.

“Хотя... Есть одна проблема…”

Он мысленно перевел взгляд на трех парней.

“Кто именно рассказывает? — И сам же ответил. — Трое молодых парней.”

Он прекрасно понимал, насколько ограниченными могут оказаться подобные наблюдения. Они видели, как он тренировался. Как сражался. Как общался. Но многие тонкости человеческих отношений наверняка ускользнули от их внимания. В голове сама собой возникла забавная мысль.

“Похоже... Очень скоро Академия Звериного Дао неожиданно вспомнит о пользе обмена студентами. — Он едва заметно улыбнулся. — Только подозреваю... Обмен получится весьма своеобразным.”

Перед внутренним взором сразу возникла картина. На территорию Академии Небесного Свода прибывает новая делегация. Официально — для обмена опытом. Для совместной практики. Для укрепления дружбы между Великими Академиями. Для изучения особенностей культивации. Все исключительно красиво оформлено. По всем правилам. С торжественными речами. С официальными печатями. С подарками. Но Максим слишком хорошо понимал, что за подобными официальными формулировками могут скрываться и вполне прагматичные расчеты. Если руководство академий решит, что совместное обучение талантливых учеников принесет пользу обеим сторонам, то подобная программа действительно может появиться. Каким окажется ее состав и цели, покажет только время. Он лишь отметил про себя, что интерес к его персоне явно выходит далеко за рамки обычного любопытства после победы на турнире.

Его взгляд вновь скользнул по троице знакомых девушек. Линь Сюэ. Лу Фэнъэр. Ли Юньсюэ. Каждая совершенно разная. Ледяное спокойствие… Живое пламя… Мягкая уверенность наставницы… А за его плечом по-прежнему безмолвно стояла Королева Крови. Четыре совершенно разных характера. Четыре разных жизненных пути. За последние месяцы он успел увидеть их в самых разных обстоятельствах — во время тренировок, долгих переходов, опасных столкновений и напряженных обсуждений. Именно поэтому он понимал их гораздо лучше, чем мог бы понять случайных людей.

Подумав об этом, он тихо выдохнул.

— В любом случае... — Тихо пробормотал он себе под нос.— До Академии Небесного Свода нам ещё надо добраться.

Эта мысль неожиданно развеселила его. Он прекрасно знал порядки собственной академии. Попасть туда человеку со стороны было совсем не так просто. Особенно если речь шла о длительном пребывании. Подобные вопросы решались не на уровне рядовых наставников. И даже не всегда на уровне обычных старейшин. Любая серьезная программа обмена, если она вообще когда-нибудь появится, потребовала бы согласия руководства академии и соблюдения внутренних правил. Так что Максим не видел причин заранее переживать из-за возможных слухов или догадок. Сейчас его куда больше занимало то, как изменится жизнь после возвращения домой, когда эйфория от победы постепенно уляжется, а многочисленные взгляды, обращенные в его сторону, уступят место конкретным решениям, предложениям и новым испытаниям.

Он не стал вмешиваться в происходящее. Он по-прежнему стоял немного в стороне от основной толпы, позволяя старейшинам спокойно обсуждать результаты турнира. Со стороны могло показаться, что его совершенно не интересуют чужие разговоры. Однако спокойный взгляд юноши внимательно скользил по лицам окружающих, отмечая малейшие перемены в выражениях, жестах и даже положении рук.

И вскоре его внимание привлекла еще одна весьма любопытная картина. На этот раз — со стороны собственной Академии Небесного Свода. Великий старейшина Линь, высокий седовласый старик с величественной осанкой, подозвал к себе сразу двух человек. Первой подошла его внучка — Линь Сюэ. Следом приблизилась Ли Юньсюэ. Та самая молодая наставница, которая когда-то первой заметила никому не известного мальчишку и, вопреки сомнениям многих, поддержала его желание поступить в Академию Небесного Свода. Сейчас старик говорил негромко. Настолько тихо, что окружающие ничего разобрать не могли. Однако Максим уже давно привык использовать тончайшие нити собственной энергии Инь не только в бою. Они столь же успешно передавали ему слабые колебания воздуха. Не каждое слово. Но вполне достаточно, чтобы уловить общий смысл разговора.

— ...его нынешний уровень...

— ...не соответствует...

— ...ты уже не сможешь...

— ...понадобится наставник более высокого ранга...

Максим едва заметно улыбнулся.

“Вот оно... Все-таки началось.”

Он заранее предполагал нечто подобное. После столь стремительного роста силы подобный вопрос должен был возникнуть. Иначе просто не могло быть.

Линь Сюэ молча слушала деда. Иногда спокойно кивала. Не демонстрировала никаких возражений. Никаких лишних слов. Лишь внимательный взгляд. Она прекрасно понимала, что старик рассуждает исключительно с позиции пользы для Академии.

А вот реакция Ли Юньсюэ оказалась совсем иной. Она хоть и сохраняла уважительную осанку, однако легкая складка между бровями появлялась все чаще. Иногда девушка едва заметно морщилась. Иногда чуть крепче сжимала пальцы. Максим хорошо успел изучить собственную наставницу. Эти почти незаметные движения говорили о многом. Она была не согласна с тем, что сейчас слышит. Но спорить с Великим старейшиной открыто тоже не собиралась.

— Его нынешняя сила уже выше твоей прежней... Академия должна учитывать подобные вещи... Наставник обязан вести ученика... А не догонять его...

Слова старика звучали спокойно. Без раздражения. Без упреков. Скорее как сухая констатация.

Максим мысленно покачал головой.

“Уважаемый старейшина... Вы забываете одну очень важную вещь. — Он перевел взгляд на собственную наставницу. — Вы оцениваете лишь уровень силы. Но наставник — это далеко не только сила.”

Перед его глазами неожиданно всплыли воспоминания. Тот самый день. Когда он впервые переступил ворота Академии. Тогда он был практически никем. Обычным подростком. Без громкого имени. Без могущественного рода. Без влиятельных покровителей. Без горы драгоценных ресурсов. Большинство наставников лишь мельком смотрели на очередного кандидата. Некоторые вообще проходили мимо. Лишь Ли Юньсюэ тогда остановилась. Поверила в него. И именно она первой увидела в нем не нищего мальчишку, а человека, способного однажды добиться большего. Подобное не забывается. Никогда.

“Если бы тогда она отвернулась… Неизвестно, где бы я сейчас оказался.”

Поэтому мысли о смене наставника казались ему совершенно чуждыми. Даже странными. Максим вообще никогда не любил людей, которые начинают забывать прошлое сразу после первого успеха. Сегодня ты слаб. Завтра силен. А послезавтра найдется кто-то еще сильнее. Таков закон мира культиваторов, идущих по пути постижения Дао Цзы. В голове парня сама собой всплыла старая мысль, которую он еще в прошлой жизни слышал не один раз.

“Когда начинаешь считать, что уже достиг вершины... Ты перестаешь подниматься… А значит... Тебе остается только путь вниз.”

Он всегда считал эту мысль удивительно правильной. Особенно теперь. Да. Сегодня ему удалось прорваться к уровню Доу Лин. Да. Сегодня многие смотрели на него с восхищением. Да. Сегодня его имя знали тысячи людей. Но разве это означало, что он уже достиг предела? Конечно же нет. Он прекрасно понимал собственные недостатки. Ему по-прежнему не хватало опыта. Не хватало понимания множества техник. Не хватало знаний. Не хватало настоящего мастерства. Ведь сила — далеко не всегда означает умение этой силой пользоваться.

Турнир лишь подтвердил одну простую истину. Он победил вовсе не потому, что оказался самым совершенным бойцом. Наоборот. Во многом ему помогло стечение обстоятельств. Противники не ожидали появления культиватора, владеющего столь необычной энергией Инь. Они недооценили его. Они были уверены, что перед ними всего лишь молодой участник, которого можно быстро устранить. Они позволили себе расслабиться. А он воспользовался этим. Именно так и выигрываются многие сражения. Не только силой. Но и ошибками противника.

Максим не собирался превращать случайное преимущество в повод для гордыни. Он слишком хорошо понимал, насколько опасна подобная самоуверенность. Сегодня ошиблись они. Завтра ошибиться может уже он сам. И тогда цена окажется куда выше. Именно поэтому он даже мысленно не рассматривал возможность отказаться от Ли Юньсюэ. Пусть однажды настанет день, когда она уже не сможет научить его новым техникам. Пусть их уровни силы будут различаться. Но уважение, доверие и благодарность не измеряются количеством духовных звезд или ступеней культивации. В его понимании именно эти качества отличали настоящего ученика от человека, который меняет учителей всякий раз, когда появляется более выгодное предложение. Именно такой путь Максим считал для себя единственно правильным. Над огромной площадкой, где всего несколько минут назад царило тяжелое ожидание грядущей войны, постепенно начала меняться сама атмосфера. Напряжение постепенно уходило. Медленно. Словно невидимая пружина, сжимавшая сердца тысяч культиваторов, наконец разжалась. Кто-то облегченно выдохнул. Кто-то опустился прямо на каменные плиты, словно только сейчас почувствовал, насколько сильно устал. Кто-то смеялся. Кто-то открыто плакал, совершенно не стесняясь окружающих. Ведь многие из присутствующих действительно были уверены, что сегодня увидят совсем другую картину. Они ожидали возвращения лишь немногих выживших. Или вовсе появления армии Тёмных миров. Однако вместо этого вернулись все участники. Живыми. Да еще и с известием о полной победе.

Очень скоро по всей площади начали открываться пространственные браслеты и кольца. Из них один за другим появлялись кувшины с вином. Дорогие духовные напитки. Корзины с фруктами… Мясо духовных зверей… Редкие сладости… Кто-то уже доставал музыкальные инструменты. Кто-то громко выкрикивал здравицы. Даже многие суровые старейшины впервые за долгое время позволили себе улыбнуться. Сегодня действительно был день, который мог войти в историю. Однако... Максим довольно быстро заметил одну весьма неприятную особенность человеческой природы. Пока те, кто действительно участвовал в подготовке к турниру, спокойно принимали поздравления, в самых разных концах площади вдруг начали стремительно оживать совершенно другие люди. Вернее... Некоторые секты.

— Ха-ха-ха!

— Победа!

— Мы победили!

— Наш мир оказался сильнее!

— Именно этого мы и ожидали!

Громче всех почему-то радовались именно те, кого Максим прежде вообще не видел. Несколько старейшин каких-то небольших сект настолько увлеклись собственными криками, что начали буквально расталкивать окружающих локтями, стараясь оказаться поближе к центру всеобщего внимания. Будто именно они только что вернулись с поля боя.

Сейчас парень лишь молча наблюдал за происходящим. И чем дольше он смотрел... Тем сильнее изгибались уголки его губ.

“Интересно... А эти вообще кто?”

Он совершенно точно помнил подготовку. Особенно последний месяц. Изнурительные тренировки. Постоянные проверки. Совместные учения трех Академий. Бесконечные обсуждения тактики. Поиск сильнейших кандидатов. Рискованные прорывы. Расходование огромного количества ресурсов. Именно Академия Небесного Свода... Академия Алого Пламени... И Академия Звериного Дао... Несли основную тяжесть подготовки. Именно они отправили своих воспитанников. Именно их ученики были готовы погибнуть на древней арене.

А эти... Максим вновь посмотрел на особенно шумную группу. Нет. Он совершенно точно их никогда раньше не видел. Да и многие присутствующие сейчас удивленно переглядывались. Тем временем один особенно дородный старейшина уже вовсю вещал окружающим:

— Наша секта с самого начала принимала участие в подготовке! Именно мы внесли огромный вклад в будущую победу! Многие наши советы оказались чрезвычайно полезны!

Рядом несколько его учеников согласно закивали. Будто подтверждая каждое слово. Но сам Максим на всё это тихо фыркнул.

“Советы... Какие именно? Как получше спрятаться за чужими спинами?”

Но настоящий предел наглости последовал спустя несколько мгновений. Из соседней группы вперед неожиданно выступил другой старик. На вид весьма важный. В роскошном белоснежном одеянии. С длинной серебристой бородой. Он важно прокашлялся и, повысив голос так, чтобы услышали все вокруг, торжественно произнес:

— Особенно приятно видеть столь выдающегося молодого культиватора...

При этом его морщинистая ладонь неожиданно указала прямо... На Максима.

— Ведь именно наша секта в свое время оказала ему необходимую поддержку.

Максим моргнул.

— Можно сказать... — Продолжал старик. — Он практически воспитывался у нас. Мы долгое время обеспечивали его необходимыми условиями для роста...

Некоторые люди вокруг удивленно переглянулись. Кто-то даже согласно закивал. Все-таки этот старик говорил слишком уж уверенно. Без малейшего сомнения. Словно рассказывал общеизвестный факт.

Великий старейшина Академии Небесного Свода медленно повернул голову. На его лице появилось настолько искреннее удивление, что на несколько секунд он буквально потерял дар речи. Даже Ли Юньсюэ непонимающе нахмурилась. Линь Сюэ недоверчиво посмотрела сначала на говорившего старика, затем на Максима. Лу Фэнъэр тихо фыркнула. Даже Юэ Жуянь слегка приподняла бровь. А сам виновник происходящего несколько секунд просто смотрел на незнакомого старика. Пытаясь понять... Не ослышался ли. Потом перевел взгляд на его учеников. Снова на самого старика. И наконец совершенно спокойно спросил:

— Простите... — Воцарилась тишина. — А мы вообще знакомы?

Старик явно не ожидал подобного вопроса. Но быстро взял себя в руки.

— Конечно. Наша секта...

Однако договорить он уже не успел. Так как Максим с совершенно серьезным выражением лица задумчиво почесал затылок. После чего очень внимательно посмотрел на старика. Обошел его взглядом с головы до ног. Словно действительно пытался вспомнить. Потом честно развел руками.

— Странно...

Несколько человек рядом невольно прыснули.

— Потому что... — Парень совершенно спокойно продолжил. — Я впервые в жизни вас вижу.

На площади стало еще тише.

— И ваших учеников тоже. — Он перевел взгляд на окружающих. — Более того... Если память мне не изменяет... Во время подготовки к турниру я ни разу не встречал ни одного представителя вашей секты. Ни на совместных тренировках. Ни во время отбора. Ни во время подготовки. Ни на самом турнире. Так что...

Он снова посмотрел на старика.

— Мне самому очень хотелось бы узнать... Когда именно я успел у вас воспитываться?

Несколько мгновений стояла полная тишина. А потом... Где-то в толпе кто-то не выдержал. Послышался смешок. За ним второй. Третий. И уже через несколько секунд по площади прокатилась волна приглушенного смеха. Некоторые старейшины поспешили отвернуться, скрывая улыбки. Даже обычно невозмутимый Великий старейшина Академии Звериного Дао едва заметно дернул уголком губ. А Лу Фэнъэр уже совершенно открыто смеялась, нисколько этого не скрывая. Сам же старик, пойманный на столь откровенной неправде, сначала побледнел, затем покраснел. Но возразить ему оказалось нечего. Ведь тысячи людей прекрасно знали, кто именно проходил подготовку к турниру и какие Академии действительно отправили своих воспитанников рисковать жизнью. На фоне этих очевидных фактов попытка присвоить себе чужие заслуги выглядела настолько неуклюжей, что вместо восхищения вызвала лишь недоумение и насмешки. Даже те, кто прежде не был знаком с Максимом, теперь получили наглядный пример того, что он не собирается молча терпеть подобные выдумки, особенно когда речь заходит о заслугах людей, которые действительно помогли ему пройти путь до этого дня.

Ответ Максима прозвучал настолько спокойно и естественно, что спорить с ним оказалось попросту невозможно. Он не повышал голос. Не пытался кого-либо унизить. Не насмехался. Просто честно признался, что впервые в жизни видит этих людей. И этого оказалось вполне достаточно. Толпа сама сделала выводы. Вокруг старейшин, пытавшихся присвоить себе чужие заслуги, почти сразу образовалось пустое пространство. Кто-то недовольно покачал головой. Кто-то демонстративно отвернулся. А представители нескольких крупных сект вообще без лишних слов оттеснили незадачливых хвастунов назад, словно давая понять:

— Хватит позориться.

Сегодня здесь собрались слишком многие, чтобы подобная ложь могла сойти кому-либо с рук. Зато освободившееся место долго пустовать не стало. Наоборот. Словно кто-то только и ждал удобного момента. К Максиму один за другим начали подходить представители различных организаций. Великих сект. Старинных школ. Боевых кланов. Независимых объединений культиваторов. Даже нескольких влиятельных семей. Каждый считал своим долгом хотя бы перекинуться с ним несколькими словами.

— Молодой господин Мин-сок... Для нас было бы огромной честью познакомиться с вами поближе… Если однажды пожелаете сменить место обучения... Наши двери всегда будут открыты… Мы готовы предоставить лучшие условия... Любые необходимые ресурсы... Любые техники... Любую библиотеку...

Максим уже начинал понемногу уставать. Он терпеливо отвечал каждому. Вежливо благодарил. Однако все предложения были очень похожи друг на друга. Различались лишь формулировки. И вот... Один седовласый старик в темно-золотом одеянии неожиданно сказал нечто такое, отчего даже стоявшая рядом Ли Юньсюэ удивленно посмотрела на него.

— Молодой человек... Мы готовы сразу пригласить вас… На должность старейшины нашей секты.

Вокруг сразу стало необычайно тихо. Даже остальные представители различных организаций на мгновение перестали разговаривать. Подобные предложения звучали крайне редко. Особенно в адрес человека, которому едва исполнилось семнадцать лет. Максим несколько секунд молча смотрел на старика. Не потому, что раздумывал. А потому, что искренне пытался понять... Не ослышался ли.

“Старейшиной?.. — Он едва заметно моргнул. — Меня?”

В голове сразу возник весьма странный образ. Сам он. В длинной одежде старейшины. Сидит где-нибудь на возвышении. С серьезным видом читает наставления ученикам. Проверяет их домашние задания. Ругает за леность. Распределяет ресурсы. Проводит экзамены. Разбирает жалобы. Следит за дисциплиной. И почему-то именно эта картина показалась ему настолько нелепой, что ему с огромным трудом удалось сохранить серьезное выражение лица.

“Да какой из меня старейшина?..”

В его понимании само это слово имело совсем иной смысл. Старейшина... Это не просто сильный культиватор. Это человек, который десятилетиями воспитывал учеников. Передавал знания. Создавал новые методики обучения. Развивал собственную Академию или секту. Исправлял ошибки молодых наставников. Помнил историю своего учебного заведения. Принимал решения, от которых зависели судьбы сотен людей. Это была ответственность. Огромная. Заслуженная. А не очередной красивый титул.

Он сам еще совсем недавно был обычным учеником. Да и сейчас продолжал считать себя именно учеником. Пускай его сила заметно выросла. Пускай многие начали смотреть на него иначе. Но внутренне он нисколько не изменился.

Максим медленно сложил ладони в уважительном приветствии. После чего спокойно поклонился.

— Благодарю вас за столь высокую оценку.

Его голос звучал совершенно искренне. Без тени насмешки.

— Однако... — Он слегка улыбнулся. — Боюсь, вы слишком переоцениваете мои возможности.

Несколько человек удивленно переглянулись.

— По моему мнению... Я еще совершенно не достоин подобного звания.

Он говорил спокойно. Не торопясь. Будто рассуждал вслух.

— Старейшина — это человек, который посвятил многие годы воспитанию учеников и развитию своей школы или секты. Такой человек не только силен, но и обладает опытом, знаниями и умением направлять других.

Говоря это, Максим покачал головой.

— А я пока еще сам продолжаю учиться. — Он слегка усмехнулся. — Если честно... Иногда мне самому еще требуется хороший наставник, чтобы вовремя указать на собственные ошибки. Так что говорить о том, чтобы самому становиться старейшиной... Думаю, пока слишком рано.

Он вновь сделал небольшой поклон.

— Поэтому прошу простить меня. Но я вынужден отказаться. Мне ещё предстоит очень долгий путь. И бросать обучение я точно не собираюсь.

Эти слова прозвучали без ложной скромности. Именно поэтому они произвели куда более сильное впечатление, чем любые громкие заявления. Многие присутствующие ожидали совсем другого. Что юноша, неожиданно прославившийся на весь мир, начнет наслаждаться вниманием. Что станет принимать титулы. Потребует привилегий. Или хотя бы позволит себе немного высокомерия. Однако ничего подобного не произошло. Великий старейшина Академии Звериного Дао задумчиво провел ладонью по бороде.

— Хм... — Только и произнес он. Но его взгляд заметно изменился. Даже старейшина Академии Алого Пламени невольно кивнул. Ему уже приходилось видеть немало талантливых молодых культиваторов. Большинство из них ломались вовсе не из-за врагов. И даже не из-за недостатка таланта. Их губила собственная гордыня. Стоило добиться первого серьезного успеха... И человек начинал считать себя непогрешимым. Переставал слушать наставников. Переставал учиться. А затем неизбежно сталкивался с пределом своих возможностей.

А этот мальчишка... Несмотря на все пережитое. Несмотря на победу в турнире. Несмотря на невозможный прорыв. Несмотря на всеобщее восхищение. По-прежнему называл себя учеником. И говорил это так, словно иначе и быть не могло. Некоторые влиятельные старейшины переглянулись. Один из них тихо произнес соседу:

— Возможно... Именно поэтому он и сумел достичь столь многого. Потому что до сих пор считает, что ему есть чему учиться.

Стоявший рядом медленно кивнул. Никто не стал спорить. В мире культиваторов сила вызывала уважение. Но умение сохранить здравый взгляд на себя после громкой победы встречалось куда реже. И именно эта черта в характере Максима сейчас произвела на многих присутствующих не меньшее впечатление, чем его необычный талант и недавние достижения.

Постепенно шум праздника начал приобретать совсем иной оттенок. Если сначала к Максиму подходили в основном представители различных сект, надеясь переманить его к себе или хотя бы познакомиться поближе, то теперь юноша заметил совершенно другую группу людей. Они не спешили. Не перебивали друг друга. Не пытались перекричать соседей. И, что особенно бросалось в глаза, они вообще не шли к нему. Максим внимательно присмотрелся. Дорогие одежды. Неброские, но явно очень ценные защитные артефакты. Спокойные лица людей, давно привыкших отдавать приказы. Позади каждого стояло по нескольку весьма сильных телохранителей-культиваторов. Такие люди редко путешествовали без охраны.

“Правящие роды... — Мысленно отметил парень. — Или княжеские семьи...”

Некоторые гербы на их одеждах он прежде вообще никогда не видел. Значит, прибыли они действительно из самых разных частей этого огромного мира. Причем не прятались. Когда все ожидали вторжения Тёмных миров, они все же вывели собственные отряды на линию обороны. Пусть и не самые большие. Пусть не самые сильные. Но они пришли. А это уже многое говорило об их положении и ответственности.

Однако сейчас внимание этих людей оказалось приковано вовсе не к самому Максиму. Они направились... К Великому старейшине Академии Небесного Свода. Словно заранее договорившись. Один. Потом второй. Третий. Очень скоро возле старика образовался небольшой круг из весьма влиятельных людей. Разговор шел спокойно. Сдержанно. Без повышенных тонов. Но Максим сразу понял, что обсуждают они нечто весьма важное. Использовать нити Инь сейчас он даже не стал. Расстояние было небольшим. Да и собеседники говорили достаточно отчетливо.

— Великий старейшина... Для нашего рода будет честью... Если один из моих сыновей сможет обучаться в Академии Небесного Свода…

— Мы готовы предоставить все необходимые рекомендации…

— Наш род давно хотел укрепить отношения с вашей Академией…

Еще один мужчина, судя по роскошному темно-синему плащу — правитель какого-то крупного княжества, сделал шаг вперед. Он говорил весьма осторожно. Подбирая каждое слово.

— Если позволите... У меня есть еще одна просьба.

Старейшина спокойно посмотрел на него.

— Говорите.

Мужчина слегка поклонился.

— До нас уже дошли слухи... О необычном воспитании молодого господина Мин-сока.

Он ненадолго замолчал. После чего произнес то, отчего не только Максим, но и многие стоявшие поблизости люди удивленно посмотрели в его сторону.

— Если мои дети смогут успешно поступить в Академию... Я был бы весьма признателен... Если бы их обучал тот же наставник... Который воспитал столь выдающегося ученика.

Несколько мгновений... Воцарилась тишина. Даже сам Великий старейшина словно немного растерялся. Он медленно перевел взгляд... На Ли Юньсюэ. Потом... На Линь Сюэ. Обе девушки явно не ожидали подобного поворота. Линь Сюэ лишь чуть удивленно приподняла брови. А вот Ли Юньсюэ... Совершенно искренне замерла. Кажется, она вообще не сразу поняла смысл сказанного.

Заметив всё это, Максим едва заметно усмехнулся.

“Вот уж действительно... Интересно жизнь поворачивается.”

Совсем недавно многие считали молодую наставницу слишком неопытной. Некоторые даже открыто говорили, что ей доверили учеников слишком рано. А теперь... Правители влиятельных родов сами просят определить к ней собственных наследников. Причем не просто так. А именно потому, что под ее руководством оказался ученик, сумевший добиться столь громкого успеха. Ли Юньсюэ уже хотела что-то сказать. Максим даже заметил, как девушка слегка приоткрыла губы. Но... Великий старейшина оказался быстрее. Опыт прожитых столетий давал о себе знать. Он не позволил разговору уйти в сторону.

Старик спокойно сложил руки за спиной. И неторопливо произнес:

— Академия Небесного Свода всегда рада талантливым ученикам. — Он сделал небольшую паузу. — Однако... Не каждый достоин обучения у наставника, показавшего столь высокие результаты.

Его слова прозвучали спокойно. Но весьма весомо.

— Поэтому... Вашим детям сначала предстоит пройти вступительные испытания. Показать свои способности. Свой характер. Свое упорство. Лишь после этого Совет наставников сможет определить, кто именно будет заниматься их дальнейшим обучением.

Он перевел взгляд на собеседников.

— Если кто-либо действительно окажется достоин...Тогда этот вопрос можно будет рассмотреть.

Несколько представителей родов сразу же уважительно поклонились. Такой ответ их вполне устраивал. Никто даже не попытался возразить. Все прекрасно понимали. Попасть в Академию Небесного Свода уже считалось огромной удачей. А уж получить наставника, к которому выстраивается подобная очередь... Это вообще становилось редчайшей возможностью. И именно в этот момент Максим заметил ещё одну любопытную мелочь. Почти незаметную. Но весьма показательную. Великий старейшина словно совершенно случайно повернулся к девушкам.

— Линь Сюэ. Ли Юньсюэ. — Он говорил спокойно. — Не стойте здесь. Идите. Помогите Мин-соку.

Обе девушки удивленно посмотрели на него. Однако спорить не стали. Почтительно поклонились. И спокойно направились в сторону Максима. Когда они отошли достаточно далеко, старик едва заметно облегченно выдохнул.

Максим мысленно рассмеялся.

“Хитрый старик...”

Он прекрасно понял замысел. Великий старейшина попросту убрал девушек подальше от этих переговоров. Не потому, что хотел скрыть их. Совсем наоборот. Он не хотел, чтобы Ли Юньсюэ сейчас из природной скромности начала возражать или преуменьшать собственные заслуги. И не хотел, чтобы Линь Сюэ случайно сказала что-нибудь слишком прямолинейное. Теперь говорить будет только он. Как глава Академии. Именно его слова станут официальной позицией. Максим наблюдал за этим с искренним интересом.

“Вот она... Настоящая политика Академии.”

Одно неверное слово сейчас могло стоить очень дорого. Поэтому старик действовал предельно осторожно. И одновременно... Очень красиво. Он не отказал. Но и не пообещал. Не возвысил наставницу напрямую. Но дал всем понять, что обучение у нее — это уже не рядовая возможность, а привилегия, которую еще предстоит заслужить.

Максим был почти уверен, что после сегодняшнего дня положение Ли Юньсюэ в Академии Небесного Свода действительно изменится. Не потому, что ее ученик прославился, а потому, что руководство увидело. Она сумела вовремя разглядеть талант, поддержать его в начале пути и сохранить доверие ученика даже после того, как тот стал сильнее многих своих сверстников. Для мира культиваторов подобное тоже считалось важным достижением, хотя и совсем иного рода, чем победа в поединке.

Парень дождался, пока очередная волна приветствий и поздравлений немного схлынет. Площадь перед пространственными вратами, где еще совсем недавно царило напряжение, постепенно превращалась в настоящее море людей. Повсюду слышались радостные голоса, смех, громкие обсуждения будущих походов в Темный мир, споры алхимиков о редких ингредиентах, которыми теперь можно будет обзавестись, и восторженные рассказы тех, кто уже успел по десять раз пересказать окружающим одну и ту же историю о победе на Турнире Тьмы и Света.

Однако самого Мин-сока вся эта суета почему-то совершенно не привлекала. После нескольких месяцев непрерывных тренировок... После древних руин... После постоянного риска погибнуть... После самого турнира... После возвращения через межмировое пространство... он чувствовал вовсе не восторг. А банальную, тяжелую усталость. Не столько тела. Сколько души.

Он медленно перевел взгляд на молодую наставницу Ли Юньсюэ. Та, как обычно, держалась прямо и спокойно, хотя сейчас, когда вокруг больше не было необходимости постоянно сохранять безупречное лицо представителя Академии Небесного Свода, по легкой тени под глазами можно было понять, насколько она тоже измучена. Она ведь прошла через все это вместе со своими учениками. Чуть поодаль стояла Линь Сюэ. Ледяная красавица привычно сохраняла невозмутимое выражение лица. Только вот Максим уже достаточно хорошо научился замечать детали. Её плечи были чуть расслаблены. Дыхание стало значительно спокойнее. А значит... Она наконец позволила себе хоть немного выдохнуть. Лу Фэнъэр, наоборот, постоянно озиралась по сторонам. Каждые несколько мгновений кто-нибудь из знакомых подбегал поздравить ее, расспросить, действительно ли Мин-сок один победил всех десятерых противников… действительно ли Королева Крови теперь принадлежит Академии Небесного Свода... Отвечать ей это уже откровенно надоело. И она явно искала глазами возможность незаметно сбежать. Сам же Максим только тихо усмехнулся.

— Праздновать будете? — неожиданно спросила Лу Фэнъэр, подходя ближе. — Хотя бы сегодня?

Парень посмотрел вокруг. Праздновали действительно все. Кто-то уже открывал драгоценные кувшины с вином. Алхимики доставали редчайшие настойки. Музыканты разворачивали свои инструменты. Некоторые секты уже начали устраивать показательные выступления. Даже суровые старейшины сейчас позволяли себе улыбаться. Настолько велика была эта победа. Максим же отрицательно покачал головой.

— Нет.

Три девушки одновременно посмотрели на него.

— Я возвращаюсь в Академию.

Наступила небольшая пауза.

— Уже? — удивилась Лу Фэнъэр.

— А что мне здесь делать? — Он спокойно пожал плечами. — Праздник никуда не убежит. А вот восстановление после прорыва само собой не произойдет. Да и спать в нормальной комнате мне сейчас хочется гораздо сильнее, чем слушать речи очередного главы какой-нибудь секты.

Лу Фэнъэр невольно рассмеялась.

— Это уж точно похоже на тебя.

Линь Сюэ же смотрела внимательнее. Она прекрасно понимала... Парень говорит далеко не все. Максим немного помолчал. После чего тихо произнес:

— К тому же... Я прекрасно понимаю, что нас ждет после возвращения.

Ли Юньсюэ едва заметно нахмурилась.

— Совет старейшин.

Он спокойно кивнул.

— Именно. Причем весьма серьезный. — Он даже усмехнулся. — Не думаю, что кто-нибудь из Великих старейшин спокойно пройдет мимо возможности поговорить с человеком, который неожиданно перескочил сразу через границу Да Доу Ши и Доу Лин.

— И уж тем более... — Он намеренно внимательно посмотрел прямо на наставницу. — Они наверняка захотят меня забрать у вас, наставница.

На несколько мгновений вокруг стало совсем тихо. Даже Лу Фэнъэр перестала улыбаться. Ли Юньсюэ же лишь спокойно смотрела на своего ученика. Она тоже сейчас это понимала. Он был абсолютно прав. Совет старейшин действительно не упустит подобной возможности. Еще совсем недавно она была всего лишь младшей наставницей. Даже несмотря на собственный прорыв... Даже несмотря на повышение... По меркам академии она все еще оставалась слишком молодой. А теперь... Её ученик оказался сильнее подавляющего большинства наставников. Подобное положение вещей наверняка вызовет множество вопросов. Кто-то предложит передать его Великому старейшине. Кто-то — одному из старших наставников. Кто-то вообще попробует сделать его личным учеником главы Академии. Подобное было практически неизбежно. Именно поэтому девушка лишь слегка опустила взгляд. Она уже мысленно приготовилась к подобному разговору. И именно в этот момент Максим неожиданно произнес совершенно спокойным голосом:

— Только заранее предупреждаю. — Она подняла голову. — Я отказываться от наставницы не собираюсь.

Ли Юньсюэ замерла.

— Если кто-нибудь предложит мне перейти к другому учителю... — Парень только слегка улыбнулся. — Получит отказ.

— Но... — Она все же попыталась возразить.— Теперь разница между нашей силой...

— Не имеет значения.

Его ответ прозвучал удивительно твердо. Без малейших колебаний.

— Наставник — это не тот, кто просто сильнее. — Он спокойно посмотрел ей прямо в глаза. — Это тот, кто первым поверил в ученика.

Перед внутренним взором парня словно сами собой всплыли события прошлого. Когда он был никому не известным мальчишкой... Когда окружающие лишь посмеивались над его необычной силой Инь... Когда многие считали его опасной аномалией... Именно эта девушка первой увидела в нем не угрозу. А человека. Именно она дала ему шанс попасть в Академию Небесного Свода. Именно она защищала его тогда, когда другие предпочитали наблюдать со стороны. Именно она сопровождала его во все самые опасные экспедиции. Поэтому теперь... Когда он стал сильнее... Предать ее? Максим даже мысленно не допускал подобного. Так что он тихо покачал головой.

— Есть одна поговорка.

Девушки вопросительно посмотрели на него.

— Когда человек начинает думать, что уже достиг вершины... — Он поднял взгляд к небу. — Единственная дорога, которая перед ним остается — вниз с вершины…

Несколько секунд стояла полная тишина.

— Поэтому... — Он спокойно улыбнулся. — Я пока всего лишь ученик. Мне ещё очень многому предстоит научиться. Да... На турнире нам повезло. Противник ошибся, банально недооценив меня. Решив, что я обычный Да Доу Ши. Даже позволил себе расслабиться. И дорого за это заплатил.

Он не стал говорить о тщательно подготовленной иллюзии прорыва, о скрытой ауре и кристалле Чистой Инь. Эти обстоятельства оставались его тайной.

— Но это не значит, что я стал непобедимым. — Парень посмотрел на горизонт, где за праздничным шумом уже виднелись башни Академии Небесного Свода. — В этом мире наверняка есть тысячи людей, которые одним движением пальца смогут отправить меня в полет.

Немного подумав, парень хитро усмехнулся, и подмигнул наставнице.

— Значит... — Он спокойно развел руками. — Мне еще учиться и учиться.

Ли Юньсюэ долго молчала. А потом неожиданно улыбнулась. Не официальной улыбкой наставника. Не сдержанной улыбкой представителя Академии. А искренней. Теплой. Едва заметной.

— Спасибо. — Очень тихо сказала она.

Максим только удивленно моргнул.

— За что?

Она покачала головой.

— Просто... Спасибо.

Рядом Лу Фэнъэр с широкой улыбкой толкнула Линь Сюэ локтем.

— Видишь? А ты говорила, что он только дурачиться умеет.

Ледяная красавица, не сводя взгляда с Максима, тихо ответила:

— Нет. Я говорила совсем другое.

Ее голос прозвучал настолько тихо, что сам Максим уже не смог расслышать последних слов. Зато он видел выражение лиц девушек и понимал, что впереди их действительно ждет непростой разговор с Советом старейшин. Но впервые за долгое время он ощущал спокойную уверенность в одном — какое бы решение ни пытались навязать ему старшие, свой выбор он уже сделал.

Максим уже собирался было незаметно отойти куда-нибудь в сторону, чтобы не привлекать к себе очередную волну внимания, когда заметил едва уловимое движение среди собравшихся. Линь Сюэ, до этого спокойно стоявшая рядом с ним, неожиданно сделала несколько быстрых шагов вперед. Её легкие бело-голубые одежды плавно колыхнулись на ветру.

Девушка приблизилась к своему деду — Великому старейшине Академии Небесного Свода. Со стороны все выглядело вполне естественно. Внучка подошла к старшему родственнику. Склонилась в уважительном поклоне. После чего что-то очень тихо произнесла. Максим, конечно, мог бы воспользоваться нитями Инь, чтобы услышать всё. Но не стал. Иногда полезнее не знать чужих разговоров. Особенно если речь идет о людях, способных почувствовать даже малейшее вмешательство духовной силы.

Он лишь заметил, как лицо старика сперва стало задумчивым. Потом он бросил быстрый взгляд на самого Максима. Следом — на Ли Юньсюэ. Затем — на Юэ Жуянь, спокойно стоявшую за спиной юноши. После чего неожиданно улыбнулся. Совсем немного. Одними уголками губ. И почти сразу подозвал к себе двух других Великих старейшин. Главу Академии Алого Пламени. И главу Академии Звериного Дао. Трое стариков отошли немного в сторону. Они говорили совсем недолго. Однако даже со стороны было заметно, насколько быстро между ними возникло какое-то решение. Через несколько мгновений все трое одновременно кивнули друг другу. После чего вновь повернулись к многочисленным участникам встречи. Великий старейшина Академии Небесного Свода сделал шаг вперед. И его голос, усиленный духовной энергией, спокойно разнесся над всей площадью.

— Участники Турнира Тьмы и Света... — Все сразу стихли. — Выполнили возложенную на них задачу. Более того... Они принесли нашему миру победу.

Среди собравшихся снова прокатился радостный гул. Старик поднял руку. И тишина восстановилась мгновенно.

— Поэтому… Мы приняли совместное решение. — Он специально выделил слово “совместное”. — Все представители трех Великих Академий, принимавшие участие в турнире... На ближайшее время освобождаются от любых обязанностей.

Многие ученики заметно оживились. Но старейшина продолжил.

— До окончания праздничных мероприятий... Все они становятся гостями Академии Небесного Свода.

Максим едва заметно моргнул. Гостями? Не только воспитанники Небесного Свода. Но и Академии Алого Пламени. И Академии Звериного Дао. Он быстро перевел взгляд на двух других великих старейшин. И именно в этот момент глава Академии Алого Пламени громко рассмеялся.

— Давненько я не бывал у старого Линь! Надеюсь, винный погреб ты за эти годы не опустошил?

Великий старейшина Небесного Свода фыркнул.

— Не дождешься. Твои ученики в прошлый раз половину моих запасов выпили. Ещё и жаловались, что вино слабое.

— Потому что слабое и было! — моментально ответил старик из Алого Пламени.

Рядом уже рассмеялся глава Академии Звериного Дао.

— А я ведь тогда предупреждал... Не давайте огненным культиваторам хороший алкоголь. Они его все равно не чувствуют. Им хоть чистое пламя наливай, все равно скажут, что недостаточно крепкое.

Теперь уже рассмеялись все трое. Громко. Совершенно искренне. Будто действительно были старыми друзьями. Максим даже остановился. Он внимательно смотрел на происходящее. И никак не мог совместить увиденное со своими воспоминаниями. Совсем недавно... Ещё буквально несколько месяцев назад... Эти же самые Академии едва не воевали друг с другом. Постоянные конфликты… Провокации… Переманивание учеников… Даже убийства… Пусть и неофициальные… В приграничных районах нередко исчезали молодые культиваторы… Некоторые экспедиции так и не возвращались. Все прекрасно понимали, кто именно стоял за подобными событиями. Однако доказательств обычно не находилось. Каждая сторона обвиняла другую. Недоверие между Академиями росло годами. А теперь... Перед ним стояли три старика. Смеялись. Подшучивали друг над другом. Обсуждали вино. Какие-то старые истории. Даже хлопали друг друга по плечам.

Видя всё это Максим нахмурился.

— Не сходится...

Тихо пробормотал он себе под нос. Рядом стоявшая Ли Юньсюэ вопросительно посмотрела на него.

— Что именно?

Парень не сводил взгляда с трех Великих старейшин.

— Они... — Он слегка прищурился. — Слишком хорошо играют.

Наставница едва заметно улыбнулась.

— Думаешь, играют?

— Думаю. — Он спокойно кивнул. — Причем все трое.

Ли Юньсюэ ничего не ответила. Максим же продолжал внимательно наблюдать. За всю свою недолгую жизнь он уже успел понять одну простую вещь. Чем выше положение человека... Тем реже его настоящие эмоции совпадают с теми, которые он показывает окружающим. Особенно если этот человек руководит целой Великой Академией. Такие люди никогда ничего не делают случайно. Если улыбаются... Значит, это зачем-то нужно. Если смеются... Значит, в этом есть выгода. Если демонстрируют дружбу... Тем более. Он перевел взгляд с одного старика на другого. Нет... Их смех выглядел вполне естественным. Даже слишком. Вот именно это его и настораживало. Слишком естественно. Слишком спокойно. Слишком вовремя. Ещё недавно они были противниками. Теперь же выглядели так, словно вместе росли в одной деревне. Словно не существовало десятилетий взаимного соперничества.

“Не верю... — Мысленно произнес парень. — Не может настолько быстро измениться отношение между тремя Великими Академиями.”

Он снова вспомнил рассказы старших учеников. Вспомнил многочисленные слухи… Вспомнил погибших молодых культиваторов… Подобные вещи не забываются за один день. Даже после столь великой победы. Нет... Причина всего этого явно была гораздо глубже. Максим начал мысленно раскладывать происходящее по частям. Первая возможность... Общий внешний враг.

Теперь, когда открылась возможность вторжения в Тёмный мир, внутренние конфликты временно потеряли значение. Это вполне логично. Но... Недостаточно. Вторая возможность... Политика. Можно было показать многочисленным сектам, родам и княжествам, что три Великие Академии выступают единым фронтом. Тем самым не дать никому воспользоваться их прежними противоречиями. Это уже больше похоже на правду. Но... И этого будто бы не хватало. Тогда... Третья мысль заставила его невольно усмехнуться. Он незаметно посмотрел сначала на Ли Юньсюэ. Потом на Линь Сюэ. Потом на Лу Фэнъэр. После чего... На самого себя. И мысленно тихо вздохнул.

— Вот ведь... Кажется... Я снова оказался в самом центре их расчетов.

Если раньше три Академии соперничали между собой, то теперь у них внезапно появился общий интерес, способный заставить забыть многие старые обиды. Не только победа. Не только право на экспедиции в Тёмный мир. Перед ними стоял живой пример культиватора, в семнадцать лет достигшего уровня Доу Лин второй звезды и разгромившего сильнейших молодых воинов Тёмного мира. Если хотя бы часть причин его стремительного роста удастся понять, воспроизвести или закрепить в будущих поколениях учеников, выгода для любой академии окажется колоссальной. И если ради этого требовалось на время забыть прежние распри... То подобная дружба становилась вполне объяснимой.

В этот момент Максим едва заметно покачал головой.

— Нет... Не все так просто... Слишком уж старательно вы улыбаетесь друг другу. Значит... Либо вы уже о чем-то договорились… Либо собираетесь договариваться.

Он снова посмотрел на трех стариков. И впервые за все время почувствовал легкий холодок. Не от силы. Не от опасности. А от осознания того, что настоящая борьба, возможно, только начинается. Турнир Тьмы и Света закончился. Но впереди открывалась совсем другая партия — куда более тихая, тонкая и опасная, где главным оружием становились уже не техники Дао Цзы, а переговоры, союзы, взаимные уступки и тщательно скрытые расчеты. И в этой партии он, сам того не желая, уже превратился в одну из самых ценных фигур.

Решение трех Великих старейшин было исполнено практически мгновенно. Словно кто-то заранее ожидал именно такого приказа. Стоило только главе Академии Небесного Свода негромко произнести несколько слов одному из старших наставников, как тот коротко поклонился и исчез среди многочисленных людей.

Не прошло и четверти часа. Над площадью раздался низкий гул. Все присутствующие одновременно подняли головы. Из-за облаков медленно выплывал новый летающий артефакт. Это уже был не величественный живой корабль Древней, сотканный из древесины, лозы и цветов. Перед ними появилась совсем другая конструкция. Это была достаточно изящный корабль, напоминавшая древнюю морскую каравеллу. Только вместо воды его корпус мягко рассекал потоки духовной энергии. Тёмное дерево было отполировано до зеркального блеска. По всему борту серебром сияли защитные руны. Явно попутный. Но на его высоких мачтах уже развевались три огромных полотнища. Голубое знамя Академии Небесного Свода… Алое — Академии Алого Пламени… Темно-зеленое — Академии Звериного Дао…

Максим внимательно прищурился.

— Интересно...

Корабль плавно опустилась рядом с площадкой. Сразу стало заметно, что создавали ее вовсе не для роскошных путешествий. Каждая доска корпуса была усилена духовными печатями. Вдоль борта через равные промежутки размещались поворотные артефакты, напоминавшие небольшие баллисты. Только вместо стрел в их основании мерцали кристаллы Камней Души. Подобное вооружение предназначалось вовсе не против обычных разбойников. Это был полноценный боевой транспорт. Способный не только отбиться даже от весьма серьезного противника. Но и перевозить достаточно приличные грузы.

Однако заинтересовало Максима вовсе не это. Он спокойно наблюдал, как к лодке начали подходить люди. Один… Второй… Третий... Пятый... Десятый... И чем внимательнее он смотрел... Тем сильнее хмурился.

— Любопытно... — Тихо произнес парень.

Ли Юньсюэ повернула голову.

— Что такое?

Максим спокойно кивнул в сторону судна.

— Посмотрите внимательно.

Молодая наставница несколько секунд наблюдала. И тоже постепенно перестала улыбаться. Действительно... На корабль поднимались вовсе не только участники турнира. Следом за ними один за другим занимали свои места наставники. Причем... Очень необычные наставники. От Академии Небесного Свода их оказалось трое. Все молчаливые. Немолодые. В одинаковых темно-синих одеждах без каких-либо украшений. Они почти не разговаривали между собой. Каждый сразу занял заранее определенную позицию на палубе. Один — возле носовой части. Второй — в центре. Третий — на корме. Будто заранее распределяли сектора обороны. Практически одновременно на корабль поднялись трое представителей Академии Алого Пламени. Эти выглядели куда более открыто. Однако внимательный взгляд сразу замечал одинаковую походку. Спокойные движения. Положение ладоней. Все трое постоянно держали правую руку достаточно близко к пространственным кольцам. Так обычно вели себя люди, привыкшие в любой момент начать бой. Со стороны Академии Звериного Дао также появились трое. Причем рядом с каждым двигался духовный зверь. Огромный древесный волк… Черный горный барс... И весьма необычная серебристая птица, похожая на сокола. Все животные молчали. Не рычали. Не озирались. Но они явно очень внимательно наблюдали за окружающим пространством. Словно уже искали возможную угрозу.

Внимательно оценивая всё это, Максим мысленно выдохнул.

— Вот теперь все становится куда понятнее...

Ли Юньсюэ тихо спросила:

— Что именно?

Парень продолжал наблюдать.

— Это не обычные наставники.

— Тогда кто?

Он спокойно ответил:

— Скорее всего... Члены карательных отрядов.

Наставница внимательно посмотрела на него. Максим продолжил рассуждать.

— Посмотрите сами. Они не общаются. Почти не смотрят на учеников. Каждый сразу занял заранее определенную позицию. Ни одного лишнего движения. Все держат руки возле оружия. Даже духовные звери постоянно следят за окрестностями.

Он медленно покачал головой.

— Так ведут себя не преподаватели. Так ведут себя люди, которых учили сопровождать особо важные объекты.

Именно сейчас к ним подошел один из старших наставников Академии Небесного Свода. И спокойно произнес:

— Прошу всех участников турнира подняться на борт. До Академии вас будут сопровождать старшие представители трех Великих Академий.

Максим мысленно отметил одну маленькую деталь. Не "доставят". Не "проводят". Именно...

"Будут сопровождать."

Слово было выбрано очень точно. Задумчиво вздохнув, парень поднялся по трапу. Едва ступив на палубу, он незаметно провел взглядом по всему судну. И сразу заметив главное. Все. Абсолютно все позиции простреливались. Если бы кто-нибудь попытался напасть... Защитники перекрывали каждый возможный сектор. Даже каюты располагались таким образом, чтобы не оставлять слепых зон.

“Серьезно подготовились...” — Тихо подумал он. Однако настоящее удивление ожидало его позже. Когда корабль уже начал медленно подниматься в воздух. Максим по привычке бросил взгляд вниз. И неожиданно заметил движение. Далеко. На границе собственного восприятия. Несколько фигур. Всего лишь силуэты. Они двигались совершенно спокойно. Без суеты. Практически не выделяясь среди остальных культиваторов. Но... Через несколько мгновений одна из фигур исчезла. Потом появилась уже значительно дальше. Еще одна... Тоже. Обычный человек подобного сделать бы не смог.

Максим слегка прищурился. Он попытался определить их уровень. Безрезультатно. Никакой ауры. Вообще. Словно перед ним находились самые обычные смертные. Но именно это и настораживало сильнее всего. Настоящий смертный никогда не смог бы двигаться подобным образом.

— Значит...

Он продолжал внимательно наблюдать. Всего удалось заметить то, как минимум пятерых. Причем они держались на весьма приличном расстоянии. Не приближались. Но и не исчезали окончательно. Все время сохраняли возможность видеть лодку.

Заметив всё это, Максим тихо хмыкнул.

— Разведка...

Теперь сомнений практически не осталось. Эти люди явно не относились к экипажу. Не принадлежали сопровождающим наставникам. Они вообще старались сделать вид, будто их здесь нет. Настолько профессионально, что большинство присутствующих их попросту не замечало.

Однако Максим привык обращать внимание именно на подобные мелочи. Именно мелочи чаще всего спасали жизнь. Он незаметно осмотрел горизонт. Через некоторое время обнаружил еще двоих. Потом... Ещё одного.

— Семеро... Нет... Уже восемь...

Похоже, все пространство вокруг маршрута их полета контролировалось весьма тщательно. Причем не одной Академией. А всеми тремя одновременно. Максим медленно скрестил руки на груди. Теперь многое окончательно становилось понятным. Турнир закончился. Но настоящая опасность... Только начиналась. До этого момента все потенциальные противники прекрасно понимали, что участники турнира находились под защитой Древней. И любая попытка напасть на живой корабль прямо означала объявить войну целой расе, способной без особых усилий уничтожить даже культиваторов уровня Доу Хуан. Так что никто на подобное не решился бы. Теперь же... Защита Древней закончилась.

А значит... Начиналась территория, где действовали совсем другие правила. Слухи о победе уже начали распространяться. О необычном прорыве Мин-сока. О Королеве Крови. О праве вторжения в Тёмный мир. Возможно даже о его меновой торговле с Древнями. О новом кольце-хранилище. Так что теперь слишком много людей могли получить причины заинтересоваться ими. Кому-то нужен был сам Максим. Кому-то — его пленница. Кому-то — знания о Чистой Инь. Кому-то — возможность избавиться от будущего опасного соперника, пока тот еще молод. Именно поэтому три Великие Академии сейчас действовали настолько согласованно.

Максим медленно выдохнул. Расслабляться действительно было рано. Он бросил короткий взгляд на Юэ Жуянь, которая по своему обыкновению заняла место немного позади него, затем — на Ли Юньсюэ, Линь Сюэ и Лу Фэнъэр. После чего спокойно положил ладонь на край борта.

— Значит... До самой Академии... Лучше считать, что путешествие еще не закончилось.

И эта мысль почему-то показалась ему куда более правдоподобной, чем надежда на спокойную дорогу домой. За последние месяцы жизнь уже не раз доказала ему простую истину… Именно тогда, когда человек убеждает себя, что опасность осталась позади, она чаще всего и наносит свой самый неожиданный удар.

Летающая каравелла плавно покинула район пространственных врат. Огромная площадка, еще совсем недавно заполненная тысячами культиваторов, постепенно уменьшалась, превращаясь сначала в небольшое пятно, а затем и вовсе скрылась за облаками. На палубе воцарилась удивительная тишина. Ещё несколько часов назад здесь обсуждали победу, смеялись, поздравляли друг друга, строили планы на будущие экспедиции в Тёмный мир. Теперь же каждый словно погрузился в собственные мысли. Впереди был долгий путь. Даже столь быстрый летающий артефакт не мог мгновенно преодолеть расстояние до Академии Небесного Свода. Им предстояло провести в воздухе не меньше двух, а возможно, и трех суток.

Максим, как обычно, сидел на кормовой части корабля. Он специально выбрал именно это место. Отсюда открывался великолепный обзор. Перед глазами одна за другой проплывали бескрайние земли. Горные цепи. Настолько огромные, что отдельные вершины уходили далеко выше облаков. Некоторые пики были полностью покрыты снегом. Другие сияли зеленым цветом древних лесов. В одном месте он заметил водопад. Настолько высокий, что вода, падая вниз, превращалась в настоящее облако тумана ещё задолго до соприкосновения с землей. Через некоторое время горы закончились. Начались бескрайние равнины. Поля. Леса. Изредка попадались небольшие города. Иногда — величественные крепости, стоявшие прямо на вершинах скал. Каждая из них была окружена собственными защитными массивами. С высоты они выглядели как едва заметные полупрозрачные купола. Где-то далеко виднелись караваны. По дорогам медленно двигались торговцы. В некоторых местах можно было заметить небольшие группы культиваторов, путешествующих между поселениями. Иногда навстречу пролетали другие летающие артефакты. Небольшие лодки. Платформы. Даже отдельные мечи, на которых стояли культиваторы весьма высокого уровня.

При виде корабля, на котором виднелись своеобразные штандарты трех Великих Академий, они неизменно уступали дорогу. Никто даже не пытался приблизиться. Никто не проявлял любопытства. Знамена Академий говорили сами за себя. Первый день прошел удивительно спокойно. Большинство участников турнира наконец позволили себе просто отдыхать. Кто-то медитировал. Кто-то беседовал. Некоторые наставники обменивались впечатлениями о турнире. Даже сопровождавшие их бойцы постепенно немного расслабились. Но только внешне. Максим прекрасно видел, что каждые несколько часов они менялись местами. Проверяли артефакты. Осматривали горизонт. Постоянно поддерживали связь между собой короткими жестами. Охрана продолжала нести службу. Сам же Максим все это время изображал человека, полностью сосредоточенного на восстановлении. Он сидел в позе медитации. Дыхание было ровным. Аура... Нестабильной. По крайней мере, именно такое впечатление он старательно создавал. Время от времени вокруг его тела действительно происходили небольшие колебания духовной энергии. Будто ядро после недавнего прорыва ещё не успело окончательно успокоиться. Несколько наставников неоднократно бросали в его сторону внимательные взгляды. После чего понимающе кивали. Один даже тихо произнес своему товарищу:

— Ничего удивительного. Такой скачок силы... Даже месяц восстановления может оказаться недостаточным.

Слушая всё это, Максим мысленно усмехнулся. Именно этого он и добивался. Чем дольше окружающие будут считать его ослабленным после прорыва... Тем меньше станут задумываться о том, насколько уверенно он уже контролирует собственную силу.

Тем более, что настоящее состояние своего духовного ядра он раскрывать не собирался. К вечеру второго дня произошло именно то, чего он ожидал. Он как раз открыл глаза после очередной медитации. И совершенно случайно посмотрел назад. Туда... Откуда они прилетели. Сначала ничего необычного не было. Лишь облака. Солнце. Голубое небо. Но... Через несколько мгновений. Совсем ненадолго. Между двумя плотными облаками мелькнула небольшая темная тень. Настолько быстро, что обычный человек вообще ничего бы не заметил. Максим спокойно продолжил смотреть вперед. Словно ничего не произошло. Однако нить Инь уже незаметно растянулась в пространстве. Ещё несколько мгновений. И... Снова. Теперь уже значительно правее. Это была небольшая лодка. Очень маленькая. Раз в пять меньше той каравеллы, на которой летели они. Она практически полностью скрывалась в облаках. Даже защитные массивы были настроены таким образом, чтобы максимально размывать ее силуэт.

— Интересно... — Максим никак не изменился в лице. Через некоторое время он обнаружил вторую. Потом... Третью… Они держались очень далеко. Настолько далеко, чтобы их было трудно заметить. И при этом постоянно сохраняли дистанцию.

— Следят... — Парень сразу понял. Это были вовсе не случайные путешественники. Все три лодки двигались по одинаковой схеме. Стоило их кораблю изменить направление... Через некоторое время следом изменялось направление и этих небольших судов. Причем настолько плавно, чтобы не вызвать подозрений.

— Значит... — Он мысленно начал анализировать ситуацию. Напасть? Нет. Полное безумие. Даже если объединить все три лодки... Против такого количества сопровождающих наставников они ничего сделать не смогут. Особенно если среди охраны действительно присутствуют бойцы карательных подразделений. Тогда... Зачем? Ответ пришел практически сразу. Ожидание. Они просто ждали.

Максим перевел взгляд на многочисленных учеников. Кто-то любовался видами. Кто-то смеялся. Кто-то обсуждал будущую учебу. Любой молодой культиватор после столь громкой победы вполне мог... Потребовать остановку. Пожелать посетить какой-нибудь известный город. Или священную гору. Или древний источник. Или просто захотеть отпраздновать победу вне Академии. Подобное было вполне естественно. Особенно для молодых людей. Если каравелла остановится... Хотя бы ненадолго... Система охраны неизбежно изменится. Ученики разойдутся. Наставники будут вынуждены контролировать значительно большую территорию. Именно тогда появится шанс. Не обязательно нападать открыто. Достаточно заманить кого-нибудь в сторону. Отравить. Похитить. Или просто проследить.

Мысленно хмыкнув, Максим едва заметно покачал головой.

— Глупый план... Но... Рабочий.

Потому что действительно нашлось бы немало молодых культиваторов, которые после подобной победы начали бы чувствовать себя едва ли не непобедимыми. Стали бы требовать особого отношения. Особых привилегий. Особых остановок. Он даже невольно улыбнулся. Наверняка наблюдатели рассчитывали именно на него. Все-таки... Чемпион турнира. Самый молодой Доу Лин. Любимец публики. Если уж кто и мог сейчас начать капризничать... То именно он. Вот только они ошиблись.

Максим устало прикрыл глаза.

— Нет... Домой. Только домой.

Ему совершенно не хотелось сейчас никаких прогулок. Никаких праздников. Никаких экскурсий. Он прекрасно понимал, что настоящая работа только начинается. Впереди ожидал Совет старейшин. Затем подготовка к будущим экспедициям. Изучение техник Королевы Крови. Освоение нового уровня Доу Лин. Проверка полученных от Древней пилюль. Разбор содержимого нового кольца-хранилища. Планов него сейчас было столько, что времени на праздное любопытство попросту не оставалось. Именно поэтому сейчас он продолжал спокойно изображать человека, полностью сосредоточенного на восстановлении после прорыва. Изредка его аура снова слегка колебалась. Иногда дыхание будто сбивалось. Один раз он даже намеренно позволил духовной энергии ненадолго выйти из-под контроля, создав впечатление нестабильности ядра. Наставники сразу это заметили.

Один из сопровождавших их старших мастеров лишь удовлетворенно кивнул.

— Хорошо... Пусть отдыхает. Сейчас ему нельзя перенапрягаться.

Максим мысленно усмехнулся. Пока окружающие были уверены, что он занят исключительно восстановлением, никто не обращал внимания на то, что значительная часть его сознания непрерывно следила за пространством вокруг каравеллы. И каждый раз, когда между облаками вновь мелькала одна из маленьких лодок, он лишь укреплялся в своей догадке. Неизвестные преследователи не собирались рисковать открытым нападением. Они терпеливо ждали единственной ошибки — проявления самоуверенности или беспечности. А это означало, что самым надежным способом разрушить их планы было не дать им ни единого удобного случая. Поэтому каравелла продолжала без остановок рассекать небеса, день за днем приближаясь к Академии Небесного Свода, а Максим, сохраняя внешнее спокойствие и образ восстанавливающегося после весьма неожиданного прорыва юного культиватора, терпеливо ждал, кто именно первым устанет от этой затянувшейся игры в ожидание.

Чаще всего парень сидел у самой кормы летающей каравеллы, внешне ничем не выделяясь среди остальных пассажиров. Та же простая одежда. Та же расслабленная поза. Та же слегка прикрытая ладонью чашка с горячим травяным настоем, от которого медленно поднимался тонкий ароматный пар. Любой случайный наблюдатель решил бы, что после столь тяжелого турнира молодой культиватор наконец позволил себе отдых. Но только не тот, кто действительно умел видеть. Под полуопущенными веками его взгляд уже в который раз скользнул по облакам, оставшимся далеко позади. Там... Почти на самой границе видимости... Снова мелькнула темная точка. Совсем небольшая. Настолько небольшая, что обычный человек принял бы ее за крупную птицу. Однако Инь, растянутая вокруг корабля тончайшей паутиной, отчетливо чувствовала другое. Артефакт. Небольшая летающая лодка. Она вновь скрылась за плотным облаком. Спустя несколько минут показалась еще раз. Чуть левее.

— Все еще идут... — спокойно отметил про себя Максим.

Он даже мысленно усмехнулся. Очень аккуратно. Очень грамотно. Не приближаясь. Не демонстрируя враждебности. Не нарушая никаких правил. Просто... Следуют. Словно случайно. Еще одна лодка мелькнула значительно выше. Потом исчезла. Затем ее место заняла третья.

— Снова меняются... — Парень медленно сделал небольшой глоток настоя. — Значит, наблюдение организовано всерьез. Это уже не любопытные дворяне. И не случайные торговцы. Так работают люди, которых заранее учили слежке. Один наблюдает. Другой отдыхает. Третий принимает эстафету. Четвертый контролирует направление движения. Максим даже начал мысленно раскладывать всю их схему. Если бы это были обычные разведчики... Нет. Они бы давно попытались подойти ближе. Эти же постоянно держали одну и ту же дистанцию. Настолько большую, что никто на борту даже не пытался поднимать тревогу. Даже сопровождающие наставники делали вид, будто ничего необычного не происходит. Хотя... Парень уже давно заметил одну любопытную деталь. Каждый раз, когда позади показывалась очередная лодка, один из сопровождавших наставников словно случайно поднимался со своего места и некоторое время молча стоял у противоположного борта. Будто любовался пейзажем. Именно это окончательно убедило Максима. Они тоже все видят. Но пока не вмешиваются. Значит... Либо считают угрозу недостаточной. Либо специально позволяют наблюдателям чувствовать себя незамеченными.

— Интересно... Если бы я сейчас летел один... — Максим невольно улыбнулся. — Вот тогда все было бы значительно веселее.

Он даже представил подобную ситуацию. Одинокая небольшая лодка. Никакой охраны. Никаких старейшин. Никаких свидетелей. Лишь он... И где-то далеко позади несколько самоуверенных преследователей.

Обдумывая всё это, парень мысленно покачал головой.

— Я бы ни за что не стал убегать. Наоборот. Сам бы устроил охоту.

Он слишком хорошо понимал психологию подобных людей. Если добыча постоянно уходит вперед... Она остается добычей. Но если добыча вдруг начинает ошибаться... Останавливается... Сворачивает... Опускается в горное ущелье... Или делает вид, будто собирается переночевать... Вот тогда охотники сами начинают торопиться. Появляется жадность. Появляется азарт. Появляется уверенность.

"Ага... Попался... А мы ведь говорили, что этот мальчишка неопытен..."

Именно в этот момент они обычно перестают думать. Максим едва заметно провел пальцем по деревянному поручню корабля.

— Я бы выбрал какое-нибудь глубокое ущелье... Или старые развалины... Ещё лучше — густой лес.

Там Инь чувствовала себя особенно свободно. Там его техники становились почти невидимыми. Там можно было заранее подготовить десятки ловушек. Тончайшие нити. Печати. Запасные позиции. Ложные следы. Он слишком хорошо помнил поле битвы Древних Богов. Именно тогда он окончательно понял одну простую вещь. Самый сильный противник далеко не всегда самый опасный. Гораздо страшнее тот, кто заставляет врага думать, будто победа уже у него в руках.

— Они бы вошли... — Максим уже почти видел эту картину. Первая лодка осторожно снижается… Следом вторая… Третья перекрывает путь отхода… Все уверены, что окружили молодого культиватора. А затем... Вспыхивают печати. Закрывается пространство. Из земли поднимаются нити Инь. Меридианы противников начинают замерзать. Кто-то теряет возможность управлять духовной энергией. Кто-то уже не может двигаться. Кто-то вообще перестает понимать, где находится. После чего... Можно спокойно поговорить. Без спешки.

Парень никогда не испытывал особой любви к бессмысленным убийствам. Но вот получать информацию... Это было совсем другое дело. Каждый подобный противник являлся ходячим хранилищем сведений. Кто отправил? Зачем? Сколько людей участвует? Какие секты стоят за этим? Какие у них маршруты? Какие склады? Какие союзники? Какие тайники? Иногда одна подобная беседа стоила больше тысячи Камней Души. А если повезет... Можно было получить еще и пространственное кольцо. Или мешочек-хранилище. Или редкую карту. Или технику культивации. Или духовное оружие. Или алхимические рецепты. Все зависело лишь от того, насколько разговорчив окажется пленник.

— Богатство... — Парень снова усмехнулся. Очень многие считали, что богатство — это роскошные одежды. Дорогие украшения. Редкие артефакты. Показные экипажи. Он же давно понял совершенно другое. Чем богаче выглядит человек... Тем больше желающих его ограбить. Тем внимательнее за ним наблюдают. Тем осторожнее с ним разговаривают. Тем меньше совершают ошибок. Совсем другое дело... Бедный ученик. Простая одежда. Старые сапоги. Никаких золотых украшений. Никаких драгоценных поясов. Никаких вычурных артефактов. Такого человека обычно оценивают с первого взгляда. И сразу делают вывод.

— Обычный мальчишка...

— Наверное, повезло...

— Все ценности уже давно потратил...

— Что с него взять...

Именно тогда противник расслабляется. А расслабленный противник... Самый удобный противник. Максим давно привык жить именно так. Даже сейчас... После турнира... После победы... После получения кольца из Императорского стеклянного нефрита... После миллионов Камней Души... После пилюль Божественного класса... Он по-прежнему выглядел почти так же, как в тот день, когда впервые переступил порог Академии Небесного Свода. И его это полностью устраивало. Потому что внешняя бедность продолжала скрывать настоящее богатство. Его настоящей ценностью никогда не были пилюли. Не были Камни Души. Не были артефакты. Все это рано или поздно можно купить. Можно обменять. Можно найти. Но существовало то, чего не мог предложить никто. Энергия Чистой Инь.

Максим медленно прикрыл глаза. Где-то глубоко внутри его даньтяня медленно вращалось духовное ядро. Спокойное. Устойчивое. Чистое. Практически полностью стабилизированное. Большинство присутствующих сейчас на корабле, наверное, были уверены, что именно многочисленные награды, эликсиры и пилюли сделали возможными его стремительные прорывы.

Пусть так думают. Ему это было даже выгодно. В действительности же все эти драгоценные средства выполняли совсем иную роль. Они укрепляли тело. Заживляли микроповреждения меридианов. Помогали быстрее восстановиться после огромных нагрузок. Стабилизировали духовное ядро. Снижали риск внутренних травм. Но саму силу... Сам толчок к развитию... Ему давало совсем другое. То самое Ущелье Чистой Инь. Место, о существовании которого не должен был узнать никто. Именно там он получил возможность прикоснуться к энергии, которую этот мир почти утратил. Именно там его путь начал отличаться от путей всех остальных культиваторов.

Максим едва заметно улыбнулся. Нет... Этим секретом он не поделится ни с одной сектой. Ни с одной Академией. Ни с одним старейшиной. Потому что прекрасно понимал цену подобного знания. Стоило кому-нибудь узнать о существовании подобного источника — и уже через несколько дней вокруг ущелья соберутся тысячи культиваторов. А затем придут секты. Следом — великие Академии. Потом — правящие семьи. И очень скоро от тихого, наполненного чистой Инь места останется лишь выжженная земля, покрытая следами бесконечной войны за право обладать этой силой.

Этого Максим допустить не собирался. Поэтому он лишь спокойно продолжал изображать молодого культиватора, который все еще тяжело восстанавливается после невероятно удачного прорыва, позволяя окружающим строить любые догадки, пока позади каравеллы в облаках по-прежнему мелькали едва различимые силуэты чужих летающих лодок, терпеливо ожидавших, что их будущая добыча однажды сама совершит ошибку.

……….

К исходу второго дня полета окружающий пейзаж начал постепенно меняться. Если раньше под кораблем тянулись почти безлюдные горные цепи, густые леса и бескрайние долины, то теперь все чаще можно было заметить следы человеческой деятельности. Сначала появились отдельные деревни. Затем небольшие укрепленные поселения. Потом дороги, по которым медленно тянулись торговые караваны. А ещё спустя несколько часов на горизонте возникло огромное пятно, постепенно превращавшееся в настоящий город.

Максим медленно открыл глаза, прерывая медитацию. Он и без подсказок почувствовал, что корабль начал снижаться. Духовная энергия воздуха становилась плотнее. Снизу поднимался запах древесного дыма, горячего металла кузниц, свежей выпечки и множества людей.

Продолжая размышлять, парень подошел к борту. Перед ним раскинулся один из крупных торговых городов этого мира. Высокие каменные стены окружали десятки кварталов. За ними возвышались многоярусные пагоды. Блестели на солнце зеленые и золотистые черепичные крыши. По улицам текли настоящие человеческие реки. Повозки. Всадники. Носильщики. Торговцы. Даже какие-то бродячие культиваторы. И весьма многочисленные горожане. А чуть в стороне от самого города находилась огромная площадка, специально предназначенная для приема воздушных судов. Она представляла собой несколько широких каменных платформ, каждая из которых была покрыта сложными массивами духовных печатей. Именно они удерживали мощные воздушные потоки, позволяя даже весьма тяжелым артефактам спокойно совершать посадку. К моменту их прибытия там уже находилось несколько летающих кораблей. Небольшие торговые баржи. Пара военных судов какого-то княжества. И одна длинная узкая лодка, принадлежавшая, судя по эмблемам, весьма богатому торговому дому. Их каравелла медленно развернулась. Послышался низкий гул активирующихся духовных массивов. Корпус плавно начал опускаться. Никаких резких толчков. Никакой качки. Казалось, будто огромный корабль просто легонько поставили на невидимую ладонь. Послышался глухой удар.

— Посадка завершена. — По палубе сразу же зазвучали команды команды. — Закрепить носовые канаты! Проверить духовные якоря! Опустить трап!

Несколько членов экипажа быстро заняли свои места. Толстые канаты, сотканные не только из прочнейших волокон, но и усиленные духовными нитями, были переброшены к огромным каменным кольцам посадочной площадки. После этого начали медленно опускаться широкие деревянные сходни. Трап лег на отполированный камень. Лишь тогда капитан корабля дал разрешение на высадку.

Первым вниз отправился пожилой торговец. Максим видел его на корабле лишь мельком. Полный мужчина лет шестидесяти. Длинная аккуратно расчесанная борода. Шелковый халат. Несколько дорогих нефритовых украшений. Ничего показного. Но при этом каждый предмет одежды буквально кричал о богатстве владельца. Следом за ним двинулись приказчики. Человек двенадцать. Все в одинаковых серо-синих одеждах. Очень дисциплинированные. Без лишних разговоров. Они сразу же начали переносить груз. Вот только груз оказался весьма необычным. Не обычные мешки. Не ящики с тканями. А десятки специальных духовных контейнеров. Каждый представлял собой тяжелый деревянный сундук, полностью покрытый серебристыми печатями. Некоторые были размером с небольшой стол. Другие едва помещались на плечах сразу двух носильщиков. Каждый сундук переносили чрезвычайно осторожно. Настолько осторожно, будто внутри находилось что-то живое.

Максим незаметно прищурился. Его нити Инь слегка коснулись ближайшего контейнера. Пустота. Нет... Не совсем. Печати полностью отсекали духовное восприятие. Очень дорогая работа. Значит, внутри находится действительно ценный товар. Возможно... Редкие травы. Алхимические ингредиенты. Артефакты. Или даже духовные звери. По лицам приказчиков невозможно было ничего понять. Они молча выполняли свою работу. Тем временем снизу уже поднимались встречающие. Несколько управляющих торгового дома. Десятки грузчиков. Вооруженная охрана. Все двигались быстро, но без суеты. Было видно, что подобные разгрузки происходят здесь постоянно. Через полчаса весь товар уже оказался на земле. После этого торговец почтительно поблагодарил капитана. Оставил несколько духовных жетонов в качестве оплаты. Поклонился. И вместе со своей свитой спокойно покинул площадку.

Теперь настала очередь новых пассажиров. Подъем на борт проходил куда спокойнее. Кто-то путешествовал в соседний город. Кто-то направлялся в другую академию. Пара алхимиков. Несколько ремесленников. Две семьи с детьми. Несколько молодых культиваторов. Они предъявляли специальные пропускные таблички. Оплачивали перевозку. Экипаж записывал имена. После чего людей спокойно пропускали на корабль. Все происходило удивительно размеренно. И именно поэтому Максим почти сразу заметил то, что совершенно выбивалось из общего порядка.

— Подождите!!

— Не уходите!!

— Ещё есть места?

Откуда-то с дальнего конца площади донеслись крики нескольких людей. И все собравшиеся на площади невольно повернули головы в ту сторону. По дороге, ведущей к посадочной площадке, со всех ног бежала группа людей. Человек восемь. Нет... Девять. Все были запыхавшимися. Дорожная пыль тонким слоем покрывала их одежду. Несколько человек буквально задыхались. Один постоянно оглядывался назад. Другой поддерживал пожилого мужчину. Третий тащил сразу два больших узла. Словно они действительно без остановки пробежали многие километры. Когда до трапа оставалось всего несколько десятков шагов, корабельный служащий уже собирался отдать приказ поднимать сходни. Но один из бегущих буквально упал перед ним на колени.

— Подождите... Прошу... Возьмите нас...

Он тяжело дышал. Лицо покраснело. Пот стекал по вискам. Казалось, человек сейчас просто потеряет сознание. Старший над посадкой спокойно посмотрел на него.

— Куда направляетесь?

Именно после этого вопроса произошло первое, что насторожило Максима. Пытавшиеся отдышаться, люди коротко переглянулись. Совсем ненадолго. Буквально на мгновение. Но этого мгновения оказалось вполне достаточно. Словно они... Не знали ответа.

— Мы... Нам... Нужно...

Молодой мужчина запнулся. Потом быстро посмотрел на своих спутников. Пожилой почти незаметно качнул головой.

— В северные земли.

Ответ прозвучал слишком расплывчато. Старший нахмурился.

— В какой именно город?

Снова возникла пауза. Чуть длиннее предыдущей.

— Пока... Не решили... По пути определимся…

Максим медленно поставил чашку на поручень.

“Странно...”

Любой человек, покупающий место на воздушном корабле, прекрасно знает, куда летит. Такие перелеты стоили дорого. Очень дорого. Даже обеспеченные купцы заранее просчитывали маршрут. А тут...

"Куда-нибудь. По пути определимся."

Это звучало крайне неправдоподобно. Служащий тоже явно почувствовал неладное.

— Тогда хотя бы назовите конечную остановку.

И вновь... Переглядывания. Очень короткие. Практически незаметные. Но для человека, привыкшего читать поведение противника во время боя, они выглядели слишком очевидно.

— Нам... Главное попасть на маршрут. Дальше... Разберемся.

Теперь даже некоторые члены экипажа начали смотреть на пришедших с определенным подозрением. Однако дальше произошло нечто неожиданное.

Молодой мужчина молча достал из внутреннего кармана небольшой плотный мешочек. Развязал его. И перевернул содержимое себе на ладонь. Несколько десятков духовных камней. Не низшего качества. Не обычных. А среднего ранга. Даже на таком расстоянии Максим прекрасно ощущал заключенную в них духовную энергию. На посадочной площадке сразу же воцарилась тишина. Подобной оплатой пользовались крайне редко. Обычно духовные камни применяли при расчетах между сектами, академиями, влиятельными торговыми домами или культиваторами высокого уровня. За обычный проезд платили золотом. Серебром. Иногда духовными монетами. Но никак не полноценными духовными камнями. Старший экипажа слегка изменился в лице. Он быстро оценил предложенную сумму. Её оказалось более чем достаточно. Даже слишком. Он некоторое время молчал. После чего спокойно кивнул.

— Хорошо. Оплата принимается. Поднимайтесь.

Люди словно одновременно облегченно выдохнули. Почти незаметно. Но Максим все равно это увидел. Они слишком быстро успокоились. Словно самым главным было вовсе не попасть в определенный город. А именно оказаться на борту этого корабля. Эта мысль заставила его внутренне насторожиться еще сильнее. Пока остальные пассажиры почти не обратили внимания на произошедшее, Максим уже внимательно рассматривал каждого из новых попутчиков. Слишком уж многое в их поведении не совпадало с образом обычных путешественников. Они выглядели уставшими, но ладони большинства оставались почти без мозолей, словно тяжелую работу выполняли нечасто. Их одежда была нарочно покрыта дорожной пылью, однако сапоги оказались на удивление добротными и почти не изношенными. Даже узлы с вещами выглядели подозрительно легкими для людей, якобы проделавших долгий путь пешком. А главное — ни один из них, поднявшись на палубу, не стал с любопытством осматриваться, как это обычно делали новые пассажиры. Наоборот, они быстро и почти незаметно разошлись по разным участкам корабля, стараясь выглядеть неприметно. Именно это окончательно убедило Максима, что эти люди оказались здесь вовсе не случайно. Они не просто спешили на этот рейс. Они очень хотели попасть именно на этот корабль.

Слушая всё это, Максим не стал поворачивать голову. За последние годы он успел выработать привычку, которая не раз спасала ему жизнь. Настоящий наблюдатель никогда не смотрит на объект своего внимания слишком долго. Достаточно одного короткого взгляда. Потом второго. Третьего. А дальше картину начинает складывать память. Именно поэтому сейчас он спокойно продолжал сидеть у борта, словно происходящее нисколько его не интересовало. Даже чашку с уже остывшим настоем он продолжал лениво держать в руках. Но его сознание тем временем медленно сопоставляло одну деталь за другой.

“Нет... Слишком много совпадений.”

Нити Инь по-прежнему были едва заметно растянуты по палубе. Не настолько плотно, чтобы кто-нибудь почувствовал чужое вмешательство. Но вполне достаточно, чтобы ощущать малейшие изменения. Новые пассажиры уже разошлись. Один сел возле носовой части. Двое расположились неподалеку от грузового люка. Ещё трое заняли места возле правого борта. Оставшиеся словно случайно оказались ближе к корме. На первый взгляд... Обычная случайность. Но Максим слишком долго прожил среди людей, чтобы верить в подобные случайности.

Он мысленно провел несколько воображаемых линий. Если соединить их позиции... Получалось весьма любопытно. Практически вся палуба оказывалась под наблюдением. Любое движение пассажиров можно было заметить. Любой выход к трапу. Любой подход к каютам. Даже место, где сейчас сидела Юэ Жуянь за его спиной, находилось сразу в поле зрения двоих из новых пассажиров.

“Нет. Это уже не похоже на простых путешественников.”

Он вновь мысленно вернулся к их появлению. Они прибежали буквально в последние минуты. Запыхавшиеся. Уставшие. Будто преодолели огромное расстояние. Но... Почему? В этом-то как раз и скрывалась главная странность. Если человек заранее знает, что ему нужен именно этот корабль... Он приезжает заранее. Хотя бы за час. Лучше за несколько. Тем более если способен оплатить перелет духовными камнями. Такие люди обычно не считают каждую медную монету. Они спокойно снимают комнату в гостинице возле посадочной площадки. Ждут. Отдыхают. Обедают. А затем без спешки поднимаются на борт. Эти же... Бежали. Причем бежали настолько быстро, что едва не опоздали. Именно это никак не укладывалось в голове Максима.

— Если у вас есть Камни Души... Значит, и простые деньги для вас не проблема. Тогда почему вы экономите время настолько отчаянно? Нет... Не время.

Максим сразу же поправил сам себя.

— Они экономили вовсе не время. Они боялись упустить корабль. Именно этот корабль. Не следующий. Не любой. Именно этот.

Перед глазами снова всплыла картина последних двух дней. Маленькие летающие лодки. Мелькающие в облаках. Постоянная смена наблюдателей. Большая дистанция. Очень грамотное сопровождение. Потом... Большой торговый город. Именно здесь такие лодки вполне могли спокойно приземлиться где-нибудь за городской стеной или вообще в окрестностях. Летающие артефакты подобного размера не нуждались в огромной посадочной площадке. Достаточно было обычного поля. Или пустыря. Или даже широкой дороги. После этого... Высадиться. Спрятать лодку. И бегом направиться к главному воздушному порту.

Думая об этом, Максим невольно усмехнулся.

— Именно поэтому они так тяжело дышали.

Не потому, что долго путешествовали. А потому что буквально несколько минут назад сошли со своих артефактов. Затем... Побежали. Очень быстро. Настолько быстро, насколько позволяла культивация. Не теряя времени даже на повозку. Потому что искать транспорт... Договариваться. Объяснять. Это драгоценные минуты. А корабль мог улететь.

Он медленно провел пальцем по краю чашки. Ещё одна деталь. Очень интересная. Лошади. Или любые духовные звери. Их вообще не было. Хотя у столь обеспеченных людей обязательно должен иметься хотя бы один способ быстро передвигаться по земле. Если не ездовой зверь... То хотя бы арендованная карета. Да что там... Даже богатый купец никогда не станет бежать пешком несколько километров, если способен этого избежать. Особенно если при себе имеются духовные камни. Заплатил. Доехал. Без проблем. Но эти... Не воспользовались ничем. Словно... У них просто не было времени искать транспорт.

Максим прикрыл глаза. Теперь картина становилась почти завершенной. Летающие лодки преследователей. Посадка неподалеку. Спешный марш-бросок. Опоздание буквально на считанные минуты. Попытка попасть именно на этот корабль. Даже ценой весьма щедрой оплаты. Именно поэтому они без колебаний достали Камни Души. Они не торговались. Не возмущались стоимостью. Не пытались сбить цену. Просто... Заплатили. Столько, сколько попросили. Лишь бы оказаться внутри.

“Значит... Ваша цель вовсе не путешествие. Ваша цель...”

Его взгляд едва заметно скользнул по палубе. На мгновение встретился с глазами одного из новых пассажиров. Тот почти сразу отвел взгляд. Слишком быстро. Ещё одна ошибка. Опытный путешественник вообще не обратил бы внимания на сидящего подростка. Этот же... Сначала внимательно изучил Максима. Лишь потом сделал вид, будто ничего не произошло.

“Да...” — Теперь парень практически не сомневался. Они пришли именно за ним. Или... Не только за ним. Он незаметно перевел внимание на Юэ Жуянь. Та продолжала спокойно медитировать. Полностью сосредоточившись на восстановлении. Вряд ли кто-нибудь сейчас догадался бы, что девушка одновременно внимательно ощущает происходящее вокруг при помощи своих техник Крови. Максим уже успел убедиться в том, что, несмотря на внешнее спокойствие, она никогда полностью не теряла бдительности. После турнира она слишком хорошо усвоила цену беспечности.

Затем его взгляд ненадолго задержался на трех девушках. Ли Юньсюэ. Линь Сюэ. Лу Фэнъэр. Все трое сейчас разговаривали между собой, однако периодически тоже бросали короткие взгляды в сторону новых пассажиров.

Возможно... Они пока ничего не поняли. А возможно... Женская интуиция уже успела подсказать им, что на корабле появились люди, от которых лучше держаться подальше. Сам же Максим спокойно сделал последний глоток настоя.

“Хорошо... Очень хорошо.”

Он вовсе не испугался. Наоборот. Внутри появилось знакомое ощущение. То самое, которое всегда возникало перед очередной опасной игрой. Теперь оставалось понять лишь одно. Эти люди действительно настолько самоуверенны, что решили проникнуть на хорошо охраняемый корабль с сопровождающими наставниками трех великих Академий, или же они являются лишь глазами и ушами кого-то куда более опасного, кто все еще ждет удобного момента за пределами их поля зрения.

Именно ответ на этот вопрос, по мнению Максима, должен был определить, насколько серьезными окажутся события ближайших дней пути. Максим не стал никого окликать. Не изменился в лице. Даже взгляд его оставался таким же спокойным, словно он продолжал лениво любоваться проплывающими за бортом облаками.

Однако именно в этот момент одна из нитей Инь, незаметно растянутая вдоль палубы, передала ему ощущение легкого колебания духовной энергии. Очень слабого. Почти незаметного. Если бы он не привык работать с настолько тонкими потоками Инь, то попросту не обратил бы внимания. Его сознание сразу сосредоточилось на этом месте. Возле небольшого столика, за которым несколько корабельных слуг готовили чай, вино и легкие закуски для сопровождавших группу наставников. Ничего необычного. Обычная остановка. После взлета было принято предложить пассажирам горячий чай или немного вина, особенно тем, кто отвечал за безопасность полета. Именно туда сейчас и направился один из новых пассажиров. Он двигался совершенно спокойно. Даже приветливо улыбнулся одному из слуг. Перекинулся с ним несколькими ничего не значащими фразами. Словно просто решил уточнить, скоро ли будет подан ужин. Потом... Совершенно естественным движением чуть наклонился над подносом. Его рукав едва заметно качнулся. И в следующее мгновение нить Инь отчетливо уловила, как в один из кувшинов опустилось нечто крошечное. Даже не порошок. Скорее маленькая темная гранула. Она растворилась почти мгновенно. Без запаха. Без цвета. Без малейшего всплеска духовной энергии. Настолько чистая работа, что обычный человек не заметил бы абсолютно ничего.

Внимательно наблюдая за всем этим, Максим мысленно прищурился.

— Интересно...

Сам он не стал делать ни единого резкого движения. Вместо этого спокойно перевел взгляд в сторону Ли Юньсюэ. Молодая наставница как раз разговаривала с Линь Сюэ и Лу Фэнъэр. Парень едва заметно постучал пальцем по деревянному борту. Это был условный сигнал, который девушки уже успели запомнить за время совместного путешествия. Ли Юньсюэ незаметно повернула голову. Максим не стал смотреть ей в глаза. Только коротко коснулся пальцами собственного кубка. После чего провел большим пальцем по горлу. И отрицательно качнул головой. Всего одно мгновение. Этого оказалось достаточно. Молодая наставница даже не изменилась в лице. Лишь спокойно продолжила разговор. Через несколько секунд она словно случайно наклонилась к Линь Сюэ. Та едва заметно кивнула. Затем уже ледяная красавица подошла к одному из сопровождавших наставников Академии Небесного Свода, будто желая уточнить какой-то вопрос о дальнейшем маршруте. Разговор выглядел совершенно естественным. Никто из новых пассажиров не насторожился. А уже спустя минуту старший наставник незаметно оказался рядом с кувшином. Его рука лишь на мгновение коснулась сосуда.

Максим сразу понял, что тот делает. Проверяет. Прошло ещё несколько секунд. Наставник спокойно улыбнулся. Сделал вид, будто собирается налить себе вина. Но вместо этого незаметно передал кувшин одному из проверенных слуг Академии. Тот мгновенно понял без слов. Ушел на камбуз. И буквально через полминуты вернулся с внешне совершенно таким же сосудом. Различить их было невозможно. Даже расположение сургучной печати оказалось одинаковым. Только теперь внутри находилось уже совершенно другое вино. Отравленный же кувшин бесследно исчез. Тем временем в небольшой служебной каюте старший наставник вместе с корабельным лекарем внимательно изучали содержимое. Достаточно было одной капли. Лекарь осторожно нанес жидкость на специальную духовную пластину. И та почти сразу приобрела темно-синий оттенок. А старик нахмурился.

— Сильное...

Он достал вторую пластину. Потом третью. Каждая реагировала одинаково. Наконец он поднял мрачный взгляд.

— Не яд. Сонное зелье. Причем весьма дорогое.

Старший наставник задумчиво потер подбородок.

— Насколько сильное?

— Если выпьет обычный человек — проспит двое суток. Если культиватор...

Лекарь ненадолго задумался.

— Зависит от уровня. Но даже Да Доу Ши потеряет сознание минимум на несколько часов. А если человек перед этим расслабится, решив спокойно отдохнуть... — Старик медленно покачал головой. — Очень неприятная вещь. Насильно разбудить будет крайне сложно.

В каюте наступило молчание. Первым заговорил старший наставник.

— Значит... Им нужны не трупы.

Лекарь сразу согласился.

— Да. Иначе использовали бы яд. Здесь задача совсем другая. Они хотят лишить охрану возможности сопротивляться.

Старший наставник спокойно улыбнулся. Улыбка эта совершенно не коснулась глаз.

— Тогда... Подыграем.

Спустя несколько минут все выглядело так, словно ничего не произошло. Наставники спокойно расселись за столом. Им подали вино. Каждый поднял чашу. Неторопливо сделал несколько глотков. Со стороны все выглядело абсолютно естественно. Новые пассажиры тоже украдкой наблюдали. Особенно тот самый мужчина, который незаметно подсыпал гранулу. Максим ощущал его внимание буквально кожей. Он ждал результата. И дождался. Минут через десять один из наставников лениво потянулся.

— Что-то... Сегодня усталость навалилась...

Второй широко зевнул.

— Видимо... Последние дни дают о себе знать...

Третий даже потер виски.

— Голова какая-то тяжелая...

Ещё спустя несколько минут первый медленно опустил голову на сложенные руки. Будто просто решил немного подремать. Второй прислонился к мачте. Третий устроился возле борта. Потом четвертый. Пятый. Шестой. Один за другим сопровождавшие наставники начали демонстративно "засыпать". Некоторые даже негромко похрапывали. Со стороны создавалось впечатление, что сильнейшие защитники корабля действительно неожиданно погрузились в глубокий сон.

Максим едва заметно перевел взгляд на подозрительных пассажиров. Они старались сохранять спокойствие. Но нити Инь безошибочно улавливали учащенное сердцебиение. Почти незаметные переглядывания. Едва уловимые кивки. Напряжение, скрытое за внешней невозмутимостью. Они явно решили, что их план сработал. Никто из них не подозревал, что настоящее вино уже давно находилось в отдельном, надежно запечатанном сосуде как вещественное доказательство, а все наставники выпили совершенно чистый напиток. Более того, пока часть сопровождающих изображала глубокий сон на палубе, еще несколько опытных наставников уже незаметно заняли скрытые позиции внутри корабля, готовясь наблюдать за тем, что предпримут незваные пассажиры дальше.

Старший наставник не собирался спешить с задержанием. Его интересовало куда большее. Он хотел выяснить, действуют ли эти люди сами по себе или же являются лишь частью более крупного замысла. И если ради этого требовалось несколько часов изображать крепкий сон, то для опытного культиватора подобное ожидание было совсем небольшой платой за возможность выйти на настоящего заказчика.

Главарь нападавших не торопился. Едва только последний из сопровождавших наставников, по их мнению, окончательно “провалился” в сон, как мужчина, до этого изображавший обычного состоятельного торговца, медленно поднялся со своего места. На его лице больше не осталось ни тени подобострастной улыбки. Она исчезла так быстро, словно ее никогда и не существовало. Вместо нее появилась холодная, расчетливая маска человека, который много раз участвовал в подобных операциях. Он коротко поднял два пальца. Это был условный знак. Все остальные псевдоторговцы одновременно пришли в движение. Никакой суеты. Никаких громких приказов. Каждый словно заранее знал собственное место. Кто-то бесшумно скользнул вдоль правого борта. Двое перекрыли проход к средней палубе. Ещё несколько человек быстро заняли лестницы, ведущие вниз. Двое направились к носовой части корабля, отрезая путь возможного бегства. Оставшиеся полукольцом начали окружать корму, где после долгой дороги расположились участники недавнего турнира.

Всё это время Максим сидел все в той же позе медитации. Со стороны казалось, будто он ничего не замечает. За его спиной неподвижно, словно тень, находилась Юэ Жуянь. Чуть поодаль отдыхали Ли Юньсюэ, Линь Сюэ и Лу Фэнъэр. Представители Академии Звериного Дао негромко переговаривались между собой. Кто-то спокойно пил чай. Кто-то читал свиток. Все выглядело настолько безмятежно, что любой посторонний поверил бы — ученики действительно расслабились после тяжелого путешествия. Именно на это и рассчитывали нападавшие. Главарь остановился примерно в десяти шагах. Медленно улыбнулся.

— Не двигаться.

Его голос был спокойным. Даже ленивым. В следующий момент он достал из пространственного кольца странный предмет. Небольшой металлический диск размером с ладонь. Его поверхность покрывали десятки древних рун. Каждая линия была заполнена густым темно-фиолетовым веществом, похожим одновременно на металл и застывшую кровь. Артефакт выглядел очень старым. Очень дорогим. И очень опасным. Мужчина положил ладонь сверху. Влил внутрь немного духовной силы. Щелк. Руны одна за другой вспыхнули. Сначала тускло. Потом все ярче. В следующее мгновение...

БУМ...

По воздуху прокатилась почти неслышимая человеческому уху волна. Не звук. Не ветер. Что-то гораздо более странное. Воздух словно начал дрожать. Само пространство едва заметно завибрировало. Пол корабля тихо загудел. Деревянные балки низко застонали. Даже паруса слегка затрепетали, хотя никакого ветра сейчас не было. Почти сразу многие молодые культиваторы одновременно нахмурились.

— Что... Мое ядро... Ци...

Один из учеников Академии Алого Пламени попытался собрать духовную энергию. Ничего. Энергия будто перестала его слушаться. Другой хотел призвать духовного зверя. Контракт откликнулся... Но канал связи неожиданно словно захлебнулся. Парень побледнел.

— Я... не могу...

Ещё один попытался активировать защитную технику. Ладонь вспыхнула... И тут же огонь рассыпался россыпью искр. Словно кто-то невидимый просто раздавил технику в момент рождения. По палубе пробежал тревожный шепот. А главарь лишь довольно усмехнулся.

— Хорошая игрушка... — Он любовно провел рукой по поверхности диска. — Артефакт подавления духовных каналов... Молодые культиваторы совершенно беспомощны перед ним. Пока работает эта вещь, ваши меридианы будут находиться в постоянном резонансе. Чем слабее контроль над собственной Ци, тем сильнее воздействие.

Он специально говорил громко. Чтобы слышали все.

— Ученики... Даже гении... Перед этим артефактом становятся обычными людьми.

Надо сказать, что некоторые из молодых культиваторов, находящихся на палубе, действительно начали паниковать. Даже те, кто недавно прошел через смертельный турнир. Там они хотя бы могли использовать собственную силу. А сейчас... Будто лишились рук. Именно на подобный эффект и рассчитывали нападавшие. Один из них рассмеялся.

— Отличная покупка.

— Говорили же, что сработает.

— Наставники спят.

— Ученики без духовной силы.

— Теперь можно спокойно заканчивать дело.

Мечи один за другим покинули ножны. Звон металла разнесся над палубой. Несколько человек уже начали медленно приближаться.

В этот момент Максим спокойно открыл глаза. Никакой паники. Никакого напряжения. Он просто посмотрел на вибрирующий артефакт. Потом перевел взгляд на нападавших. Снова на артефакт. И неожиданно негромко произнес:

— Любопытная вещь.

Главарь хмыкнул.

— Поздно интересоваться. Теперь ты уже ничего не сделаешь.

Максим слегка склонил голову.

— Правда?

— Конечно. — Главарь даже усмехнулся. — Подобные вещи создавались именно против молодых культиваторов. Ваш уровень контроля слишком мал. Даже если среди вас есть Да Доу Ши...

Он не договорил. Потому что в этот момент... Максим медленно поднялся. Совершенно спокойно. Без малейшего напряжения. Будто никакой вибрации вокруг вообще не существовало. В этот момент главарь резко нахмурился.

— Что...

Парень сделал один шаг вперед. Палуба под его ногами тихо скрипнула. Вокруг его тела не было вспышек энергии. Не было ослепительной ауры. Но каждый опытный человек почувствовал нечто гораздо более неприятное. Давление. Тяжелое. Плотное. Уверенное. Словно перед ними стоял не семнадцатилетний юноша. А настоящий мастер. Главарь резко побледнел.

— Невозможно... Артефакт...

Максим спокойно ответил:

— Он действительно хорошо работает против большинства молодых культиваторов.

Пауза.

— Но есть одна маленькая проблема. — Он слегка улыбнулся. — Ты выбрал не ту цель.

И в этот момент... За его спиной медленно поднялась Юэ Жуянь. Та самая девушка, которую большинство пассажиров знало лишь как молчаливую рабыню. Она открыла глаза. Алые радужки вспыхнули густым кровавым светом. Несмотря на воздействие артефакта, вокруг нее медленно начала подниматься тяжелая кровавая аура. Сначала тонкими струйками. Потом густым туманом. Нападавшие одновременно сделали шаг назад. В этот момент и сам главарь явно почувствовал, как по спине пробежал холодный пот.

— Еще одна?..

Он быстро перевел взгляд с девушки на Максима. И только сейчас, словно удар молнии, до него дошла страшная ошибка. Перед ним находились не обычные ученики. Перед ним стояли два культиватора уровня Доу Лин. Люди, уже сумевшие переступить грань, отделявшую великих мастеров от настоящих духовных владык.

Артефакт действительно мог подавить молодых учеников. Мог спутать работу меридианов Да Доу Ши. Мог сделать беспомощными большинство участников турнира. Но против культиваторов уровня Доу Лин его силы воздействия уже не хватало. Да, воздействие ощущалось. Да, оно мешало. Но полностью подавить настолько мощное ядро и столь совершенный контроль над собственной Ци он был уже не способен. И именно это нападавшие не предусмотрели. А в следующую секунду где-то позади них раздался спокойный голос одного из “спящих” наставников:

— Закончили играть? Тогда, пожалуй... теперь наша очередь.

Главарь отряда еще несколько мгновений смотрел то на Максима, то на Юэ Жуянь. И сейчас в его взгляде боролись сразу несколько чувств. Удивление. Недоверие. И упрямство человека, который слишком далеко зашел, чтобы теперь отступать. Он несколько раз моргнул, словно надеясь, что увиденное ему просто почудилось.

— Два... Доу Лин... — почти беззвучно пробормотал кто-то из его людей. — Это невозможно... Они же... слишком молоды...

Несколько нападавших невольно сделали шаг назад. Но их главарь неожиданно поднял руку, запрещая кому-либо отходить. Его лицо быстро приобрело прежнее высокомерное выражение.

— Даже если это правда... — Он холодно усмехнулся. — Это ничего не меняет. Вы не сможете пользоваться своей силой на полную…

Максим лишь молча наблюдал. Нападавший перевел взгляд на Юэ Жуянь. Его глаза буквально вспыхнули жадностью. Он уже не пытался скрывать свои мысли. Смотрел не на человека. А словно на невероятно редкое сокровище.

— Какая удача... — Он медленно покачал головой. — Настоящая Королева Крови... Причем живая. Да еще и достигшая подобного уровня...

Он тихо рассмеялся.

— Если её захотят использовать как расходный материал… И сделают это правильно...

Один из его спутников благоговейно прошептал:

— Тогда получится пилюля почти легендарного качества... Или несколько...

— Нет... — Главарь покачал головой. — Не несколько. Одной будет достаточно. Такой ингредиент нельзя расходовать понапрасну.

Он снова посмотрел на девушку. Совершенно спокойно. Будто обсуждал редкое духовное растение.

— Твоя кровь... Твои меридианы... Твое ядро... Даже духовное сердце...

Он говорил размеренно .С профессиональным интересом алхимика.

— Все это может стать основой величайшей пилюли усиления культивации. Благодаря подобному сокровищу многие мастера сумели бы прорваться через границы, которые десятилетиями считались непреодолимыми.

Юэ Жуянь даже не изменилась в лице. Она лишь спокойно смотрела на него своими алыми глазами. Главарь же продолжал, словно не замечая ее взгляда.

— Для тебя это... — Он слегка развел руками. — Великая честь.

На палубе повисла тяжелая тишина. Несколько молодых учеников Академии Алого Пламени от услышанного невольно стиснули кулаки. Даже некоторые из самих нападавших чувствовали определенную неловкость. Но возражать не смели. Их предводитель говорил так, будто подобные рассуждения являлись совершенно естественными. Будто чужая жизнь действительно могла быть сведена к цене редкого ингредиента. Наконец он перевел взгляд на остальных. Его глаза остановились на Линь Сюэ. Потом на Лу Фэнъэр. После этого — на Ли Юньсюэ. На его губах появилась довольная улыбка.

— А эти... — Он неспешно указал рукой в их сторону. — Тоже весьма ценны. Молодые. Красивые. С прекрасными природными данными. Хорошая внешность. Высокий талант. Благородная осанка.

Он кивнул самому себе.

— Подобные девушки всегда нужны самым влиятельным семьям. Их происхождение уже не имеет особого значения. Главное — способности. Такие женщины смогут укрепить многие родословные. Полагаю... — Он задумчиво потер подбородок. — Некоторые княжеские дома заплатят за них целое состояние.

Рядом кто-то согласно усмехнулся.

— Особенно за ледяную красавицу… Или за ту, что владеет огненными техниками… Да и третья красотка выглядит достаточно молодой…

Главарь спокойно кивнул.

— На таких всегда найдутся желающие. Всем им можно подобрать влиятельных покровителей и хозяев. Они будут жить в богатстве. Конечно... — Он сделал небольшую паузу. — Уже не смогут сами выбирать собственную судьбу.

Но в его голосе не прозвучало ни капли сожаления. Будто речь шла о продаже дорогих артефактов. После этого он наконец перевел взгляд на остальных участников экспедиции. Особенно на юношей. И выражение его лица стало совершенно равнодушным.

— А вот с вами все значительно проще.

Один из учеников Академии Звериного Дао аж до скрипа сжал зубы.

— Что ты сказал?

Главарь даже не посмотрел в его сторону.

— Мужчины нам без надобности. Слишком много лишних проблем. Слишком велик риск мести. — Он равнодушно пожал плечами. — Поэтому... Быстро… Чисто… Без мучений… Это будет куда гуманнее…

Его слова прозвучали настолько спокойно, что по спине многих пробежал холодок. Словно он уже десятки раз принимал подобные решения. И не видел в них ничего необычного. Максим все это время молчал. Он внимательно наблюдал не столько за самим главарем, сколько за его людьми. Именно их лица сейчас говорили гораздо больше. Кто-то действительно разделял слова своего предводителя. Кто-то выглядел напряженным. Несколько человек явно избегали смотреть в глаза тем, чью судьбу их командир только что так буднично расписал.

А Юэ Жуянь неожиданно тихо усмехнулась. Совсем негромко. Но в наступившей тишине этот короткий смешок прозвучал особенно отчетливо. И от её усмешки главарь нахмурился.

— Что смешного?

Девушка впервые за все время сама ответила. И в этот момент её голос был спокойным. Почти ласковым.

— За годы жизни в Тёмных мирах... — Она слегка наклонила голову. — Я слышала немало подобных речей.

Алые глаза медленно обвели всех нападавших.

— И каждый раз те, кто заранее делил чужие жизни и судьбы, был абсолютно уверен в том, что победа уже у него в руках. — Она сделала шаг вперед. Кровавая аура вокруг нее стала чуть плотнее. — И каждый раз выяснялось, что они слишком рано начали обсуждать, кому что достанется.

После этих слов Максим наконец тоже улыбнулся. Совсем чуть-чуть. И спокойно произнес:

— Есть старая ошибка, которую совершают многие охотники.

Главарь насторожился ещё больше.

— Какая?

— Они начинают делить добычу... — Парень неторопливо посмотрел каждому из нападавших в глаза. — ...еще до того, как убедятся, что сами не оказались в роли добычи.

Главарь заговорщиков уже открыл рот, собираясь что-то ответить Максиму. Однако договорить он не успел. Из глубины палубы внезапно раздался спокойный голос:

— Любопытно... Очень любопытно…

Все нападавшие одновременно вздрогнули. Один за другим начали оборачиваться. Там, где еще мгновение назад неподвижно лежали “усыпленные” наставники, теперь медленно поднимались люди.

Первым сел старший наставник Академии Небесного Свода. Он совершенно спокойно потянулся, словно только что проснулся после обычного дневного отдыха. Следом поднялся наставник Академии Алого Пламени. Затем — двое представителей Академии Звериного Дао. Никто из них не выглядел сонным. Наоборот. Их взгляды были холодными и абсолютно ясными. А вот главарь резко побледнел.

— Н... невозможно... Вы...

Старший наставник неторопливо оправил рукав.

— Спали? Разумеется. — Он усмехнулся, и посмотрел прямо в глаза заговорщику. — Правда... Не после вашего вина…

Второй наставник добавил:

— Благодарить можете своего юного чемпиона. Если бы не его предупреждение... — Он покачал головой. — То, вполне возможно, ваша затея действительно оказалась бы весьма неприятным сюрпризом.

Третий наставник усмехнулся.

— Хорошее снотворное. Действительно хорошее.

— Даже нам было интересно посмотреть, насколько вы уверены в своей победе.

Главарь уже начинал понимать. И чем больше он понимал, тем сильнее менялось его лицо.

— Вы... Подменили...

— Именно. — Старший наставник спокойно кивнул. — Настоящее вино было заменено еще до того, как кто-либо сделал первый глоток. Мы решили немного подыграть.

— Хотелось узнать... — Он медленно обвел взглядом вооруженных людей. — Кто именно скрывается под масками мирных торговцев.

В этот момент со всех сторон послышались шаги. Тяжелые. Уверенные. Нападавшие резко обернулись. И только сейчас осознали, что произошло. Пока они были полностью сосредоточены на корме... Наставники уже успели занять все возможные выходы. Один стоял возле лестницы. Другой перекрывал путь к носовой части. Двое находились у бортов. Еще несколько медленно приближались сзади. Полукольцо незаметно превратилось в полноценное окружение. Теперь уже сами заговорщики оказались внутри ловушки.

— Отступаем! Быстро!

Крикнул кто-то. Но тут же понял бессмысленность собственного приказа. Выходов больше не существовало. В этот момент главарь аж до хруста стиснул зубы.

— Как... Как вы поняли?

Старший наставник спокойно пожал плечами.

— Иногда полезно доверять ученикам. Особенно тем... — Он с легкой улыбкой посмотрел на Максима. — Которые обладают весьма необычными способностями.

В этот самый момент сам Максим почти не слушал разговор. Все его внимание было сосредоточено на странном артефакте. Точнее... На том, что происходило внутри него. Тонкие, почти невидимые нити чистой Инь все это время продолжали осторожно касаться поверхности металлического диска. Не пытаясь разрушить его. Не пытаясь остановить. Они изучали. Максим буквально ощущал каждую руну на этом артефакте. Каждый духовный канал. Каждый поток энергии. Перед его внутренним взором постепенно складывалась целостная картина.

— Значит... — Мысленно произнес он. — Вот как он работает...

Оказалось, все было значительно интереснее. Артефакт вовсе не подавлял духовную силу напрямую. Он создавал устойчивые вибрации определенной частоты. Эти колебания входили в резонанс с еще недостаточно стабильными меридианами молодых культиваторов. Возникало своеобразное наложение волн. Из-за этого энергия переставала слушаться владельца. Для неопытного практика подобный эффект действительно выглядел почти непреодолимым. Но... У каждого подобного механизма существовала слабость. Любой резонанс можно было разрушить. Стоило лишь внести небольшое нарушение в общий ритм.

Теперь даже Максим едва заметно улыбнулся.

— Даже ломать ничего не придется...

Нити Инь медленно проникли глубже. Настолько осторожно, что владелец артефакта ничего не почувствовал. Они достигли самого центра. Того места, где пересекались все основные энергетические каналы. Парень мысленно сделал глубокий вдох. И... Едва заметно направил туда собственную силу. Не поток. Не удар. Лишь маленькую каплю идеально чистой энергии Инь. Совсем немного. Ровно столько, сколько требовалось. Артефакт дрогнул. Главарь тут же помрачнел ещё больше.

— Что за...

На поверхности металлического диска одна из рун неожиданно мигнула. Потом вторая. Третья. Затем все линии начали светиться неравномерно. Вместо ровного фиолетового свечения появились хаотичные вспышки.

— Нет... — Главарь резко посмотрел вниз. — Что происходит?!

Гул вокруг начал сбиваться. Вибрация стала неровной. Прерывистой. Будто невидимый музыкант внезапно потерял чувство ритма. Некоторые молодые культиваторы одновременно почувствовали, что давление на их меридианы быстро уменьшается.

— Моя Ци... Возвращается... Я снова чувствую ядро!

Главарь отчаянно вливал духовную силу в артефакт.

— Работай! Работай же!

Но было уже поздно. Нити Инь парня окончательно разрушили идеальный баланс внутренних потоков. Одна-единственная точка оказалась смещена. Этого оказалось достаточно. Трещина. Совсем маленькая. Появилась прямо посреди металлического диска. Затем вторая. Третья. Руны начали одна за другой гаснуть. Изнутри донесся неприятный треск. Главарь с ужасом смотрел, как драгоценный артефакт буквально начинает течь. Металл неожиданно стал мягким. Будто его бросили в кузнечный горн. Он попытался отбросить диск. Но тот уже прилип к ладони раскаленной вязкой массой.

— А-а-а!

Раздался крик боли. Он судорожно стряхнул расплавленный металл на палубу. Тот с тихим шипением растекся серебристо-фиолетовой лужицей. Несколько последних рун вспыхнули. И окончательно погасли. Гул исчез. Наступила абсолютная тишина. Молодые культиваторы один за другим почувствовали, как духовная энергия вновь свободно побежала по меридианам. Огненная Ци. Ледяная. Энергия звериных контрактов. Все вернулось. Лу Фэнъэр первой призвала язычок пламени на ладонь. Он вспыхнул ровно и ярко. Линь Сюэ почувствовала привычную прохладу собственной духовной силы. Представители Академии Звериного Дао вновь ощутили связь со своими духовными питомцами. Юэ Жуянь спокойно расправила плечи. Кровавый туман вокруг нее стал значительно плотнее.

А Максим лишь посмотрел на застывшего главаря. Тот все еще неверящим взглядом переводил глаза с расплавленного металла на собственную ладонь. Он прекрасно понимал цену уничтоженной вещи. Подобные артефакты создавались чрезвычайно редко, стоили целое состояние и зачастую передавались как сокровища между поколениями. И сейчас одно из таких сокровищ перестало существовать буквально за несколько мгновений. Только вот главарь еще не понимал самого страшного.

Сейчас Максим вовсе не ударил по артефакту грубой силой. Он просто понял принцип его работы. И, обнаружив слабое место, заставил устройство разрушить само себя. Именно это пугало куда сильнее, чем если бы парень оказался достаточно силен, чтобы просто раздавить его мощью.

После случившегося парень некоторое время молча рассматривал окруженных заговорщиков. Теперь, когда артефакт превратился в бесформенную лужицу расплавленного металла, а наставники окончательно перекрыли все пути к отступлению, исход столкновения уже ни у кого не вызывал сомнений.

Несколько нападавших медленно опустили оружие. Другие продолжали держать мечи в руках, но было хорошо видно — уверенность покинула их. Главарь же все еще с ненавистью смотрел на остатки уничтоженного артефакта. Он понимал. Операция провалилась. Полностью. Старший наставник Академии Небесного Свода сделал шаг вперед.

— Сложите оружие. И тогда...

Он не успел закончить, когда Максим неожиданно поднял руку.

— Наставник.

Несколько человек удивленно посмотрели на юношу. Тот спокойно улыбнулся.

— У меня есть предложение.

Наставник вопросительно приподнял бровь.

— Какое?

Парень неторопливо перевел взгляд на окруженных людей. Потом снова посмотрел на наставников.

— Не стоит марать руки об этих...

Он сделал небольшую паузу, словно подбирая наиболее подходящее слово. После чего усмехнулся.

— Охотников за одаренными детьми.

После его слов на палубе воцарилась странная тишина. Несколько учеников невольно переглянулись. Кто-то даже не удержался от смешка. Так как название получилось настолько точным, что сразу прижилось. Главарь побагровел.

— Что ты сказал?!

Максим совершенно спокойно повторил:

— Охотники за одаренными детьми. По-моему, очень подходящее название.

Он слегка пожал плечами.

— Одних хотите разобрать на ингредиенты. Других продать. Третьих убить. Исключительно потому, что они оказались талантливее вас. — Парень покачал головой. — Даже звучит довольно жалко. Ведь на что-то большее вы оказались банально не способны.

Некоторые наставники едва заметно улыбнулись. Они уже достаточно пожили на свете, чтобы понимать — сказанное юношей было недалеко от истины. Подобные организации действительно существовали. Они выслеживали молодых гениев, путешествовавших небольшими группами, похищали их, продавали, использовали в запрещенных ритуалах или передавали влиятельным заказчикам. Обычно подобные истории старались не предавать огласке. Но это вовсе не означало, что их не было.

Тем временем парень спокойно продолжил:

— Поэтому...

Он повернулся вполоборота.

— Предлагаю поступить иначе. — Все посмотрели на него. — Передайте их Юэ Жуянь.

Несколько человек непонимающе моргнули. Парень же всё также спокойно кивнул в сторону девушки.

— Она же Королева Крови. Так пусть немного потренируется.

Юэ Жуянь медленно подняла взгляд на своего хозяина. В алых глазах мелькнуло легкое удивление. Максим продолжал говорить все тем же спокойным голосом:

— Заодно и восстановит часть своих сил. После турнира ей это совсем не помешает.

Наступила такая тишина, что стало слышно, как ветер хлопает парусами. Потом среди нападавших раздался панический крик.

— Нет! Вы не можете!

Другой резко побледнел.

— Только не ей! Это же...

Еще один буквально шарахнулся назад.

— Королева Крови... Она же...

Даже главный заговорщик впервые за все время по-настоящему испугался. Он слишком хорошо слышал легенды. И слишком хорошо понимал, почему именно темные миры сделали ставку именно на эту девушку. Он резко выкрикнул:

— Она не имеет права!

Все удивленно посмотрели на него. Главарь поспешно продолжил:

— Она рабыня! Рабыня не может самостоятельно использовать подобные техники! Это запрещено! Вы сами нарушаете правила!

Максим вопросительно наклонил голову.

— Правда?

Главарь быстро закивал.

— Конечно! Она принадлежит тебе! Значит, не имеет права применять силу по собственной воле! Иначе это нарушение договора! И оно её убьёт!

Некоторые его люди тут же подхватили:

— Именно!

— Раб обязан выполнять приказы хозяина!

— Она не может сама принимать подобные решения!

Максим несколько секунд молча смотрел на них. Потом неожиданно расхохотался. Совершенно искренне. Настолько заразительно, что даже некоторые ученики Академии Звериного Дао начали улыбаться. Парень вытер выступившую от смеха слезинку.

— Какие же вы... — Он покачал головой. — Забавные.

Главарь непонимающе нахмурился.

— Что смешного?

Максим спокойно ответил:

— Вы сейчас сами сказали правильную вещь. Она действительно не может использовать свои силы без моего разрешения.

Нападавшие одновременно замерли. Парень добродушно улыбнулся.

— Только вот...

Он повернулся к Юэ Жуянь. И совершенно спокойным голосом произнес:

— Юэ Жуянь.

Девушка сразу сделала шаг вперед.

— Да, господин.

Максим посмотрел сначала на нее, потом на окруженных заговорщиков. И с легкой улыбкой сказал:

— Я разрешаю. — Повисла абсолютная тишина. — Используй против них всю силу, которую сочтешь необходимой. Можешь воспринимать это как тренировку после долгого перерыва. Заодно восстановишься.

Несколько нападавших одновременно побледнели. Главарь застыл с открытым ртом. Будто только сейчас понял смысл собственных слов. Он сам напомнил хозяину о существовании такого ограничения. И сам же дал Максиму повод официально снять его. Юэ Жуянь медленно поклонилась. Очень красиво. Очень спокойно.

— Благодарю за дозволение… господин…

Когда она выпрямилась, ее лицо уже совершенно изменилось. Исчезла тихая, молчаливая девушка, которая несколько дней безропотно следовала за своим хозяином.

Перед всеми снова стояла та самая Королева Крови. Вокруг нее медленно начал сгущаться густой багровый туман. Не взрывом. Не вспышкой. Он расползался по палубе плавно, словно живая кровь, разлитая по темному дереву. Воздух стал тяжелым. Появился едва уловимый металлический запах. У нескольких заговорщиков непроизвольно задрожали руки. Юэ Жуянь посмотрела на них с почти незаметной, холодной улыбкой.

— Забавно... — Ее голос звучал удивительно мягко. — Еще несколько минут назад вы обсуждали, на какие ингредиенты собираетесь разобрать меня.

Она медленно сделала шаг вперед. Багровый туман послушно двинулся следом.

— Теперь же... — Её алые глаза неторопливо обвели каждого из окруженных. — Посмотрим, насколько полезной окажется ваша собственная кровь.

Максим даже не шелохнулся. Он по-прежнему стоял чуть в стороне, сложив руки на груди, и с каким-то почти ленивым интересом наблюдал за тем, как меняются лица людей, еще мгновение назад уверенных в собственной победе. Главарь заговорщиков, пригвожденный десятками тончайших кровавых игл к деревянной мачте, судорожно дернулся.

— А-а-а!!!

Крик сорвался с его губ сам собой. Кровавые иглы были настолько тонкими, что почти не были заметны глазу, однако каждая из них прошла именно там, где следовало. Ни одна не задела сердце или жизненно важные органы. Но зато они намертво пробили мышцы, сухожилия и одежду, буквально приколотив человека к толстой древесине. Он попытался вырваться. Хруст. Из плеча брызнула кровь. Ещё одна попытка. На этот раз раздался мерзкий треск рвущихся мышечных волокон. И тогда он наконец понял... Он действительно не сможет сойти с этого места.

Юэ Жуянь улыбалась. Эта улыбка была настолько красивой и одновременно пугающей, что у нескольких нападавших по спине побежали мурашки. Она медленно посмотрела на кровь, стекавшую по собственной ладони. Красные капли не упали на палубу. Они зависли в воздухе. Словно живые. Потом начали вытягиваться. Закручиваться. Сплетаться. Через несколько мгновений вокруг девушки уже плавало несколько десятков тончайших алых игл. Каждая длиной всего в ладонь. Каждая настолько тонкая, что походила на человеческий волос. Но любой присутствующий культиватор чувствовал исходящую от них опасность. Даже наставники. Один из сопровождавших Академию Алого Пламени мастеров тихо пробормотал:

— Управление собственной кровью... Причем настолько совершенное...

Другой медленно кивнул.

— Недаром ее называют Королевой Крови...

Девушка сделала один единственный шаг вперед. Совершенно неторопливо. Будто гуляла по саду.

— Вы ведь сами пришли... — Её голос звучал удивительно спокойно, и девушка сделала ещё одни шаг. — Никто вас не приглашал. Никто вас не заставлял нападать.

Она слегка наклонила голову.

— А теперь... — На её красиво очерченных губах появилась почти детская улыбка. — Позвольте мне немного... размяться.

Один из нападавших неожиданно сорвался с места.

— УБЕЙТЕ ЕЕ!!

Он оказался культиватором уровня Да Доу Ши. Его духовная энергия вспыхнула вокруг его меча. Стальной клинок с ревом понесся вперед. Однако... Юэ Жуянь даже не посмотрела в его сторону. Лишь едва заметно шевельнула пальцем. Свист. Одна единственная кровавая игла сорвалась вперед. Звон. Меч внезапно вылетел из руки нападавшего. Кровавая игла ударила точно в кисть. Не пробила ее насквозь. Она прошла между костями, моментально лишив пальцы возможности удерживать оружие. Следом... Свист. Ещё две. Одна пробила колено. Другая локоть. И мужчина с криком рухнул на палубу.

— Слишком медленно... — Тихо произнесла девушка. — Совсем разучились двигаться...

Ещё трое бросились вперёд практически одновременно. Они прекрасно понимали, что поодиночке против такого противника не выстоят. Поэтому атаковали сразу с трех сторон. Но именно этого она словно и ждала. Её кровавые иглы вспыхнули алым облаком. И...

Свист...

Свист...

Свист...

Казалось, будто вокруг пронесся рой разъяренных ос. Через мгновение трое мужчин уже лежали на палубе. Один не мог пошевелить ногами. У второго были намертво пригвождены обе руки к деревянному настилу. Третий вообще оказался пришит собственной одеждой к борту корабля десятками тонких игл. Он дергался. Кричал. Но чем сильнее пытался освободиться, тем глубже иглы входили в древесину. Максим тихо присвистнул.

— Красиво работает...

Юэ Жуянь, даже не оборачиваясь, спокойно ответила:

— Благодарю, хозяин. Давненько мне не позволяли использовать техники.

В её голосе впервые за долгое время прозвучало настоящее удовольствие. Не злорадство. Именно удовольствие мастера, которому наконец позволили вновь воспользоваться собственным искусством. Оставшиеся заговорщики окончательно потеряли самообладание.

— Назад!!

— Отходим!!

— Быстрее!!

— К борту!!

Кто-то попытался перепрыгнуть через перила. Кто-то бросился к лестнице. Некоторые уже вообще забыли про оружие. Сейчас им хотелось только одного. Выжить.

Но Юэ Жуянь лишь медленно подняла окровавленную ладонь. Капли крови, оставшиеся на палубе после ранения главаря и его людей, вдруг задрожали. Максим сразу почувствовал движение духовной энергии.

“Вот оно... — Подумал он. — Значит, она может использовать не только собственную кровь...”

Алые капли стремительно потянулись друг к другу. Словно множество ручейков. Через несколько вдохов перед девушкой уже кружились десятки новых кровавых игл. Теперь их стало значительно больше.

— Неужели... — Тихо сказала она, и кровожадно улыбнулась. — Вы действительно решили... Что сможете убежать от Королевы Крови?

Свист… На этот раз иглы полетели настоящим дождем. Однако целью были вовсе не жизненно важные органы. Каждый удар был удивительно точным. Иглы пробивали рукава. Штанины. Пояса. Края одежды. Пригвождая людей к палубе, мачтам, бочкам и деревянным переборкам. Через считаные секунды весь кормовой участок корабля напоминал странную картину. Повсюду висели, стояли на коленях или лежали обездвиженные заговорщики. Никто из них уже не мог сделать ни одного полноценного движения. Наставники молча наблюдали за происходящим. Один из старших мастеров Академии Звериного Дао негромко произнес:

— Удивительный контроль...

Другой задумчиво добавил:

— Она могла убить каждого из них еще первым ударом. Но сознательно этого не сделала.

Максим спокойно ответил:

— Она тренируется.

Юэ Жуянь слегка повернула голову. В ее алых глазах мелькнула благодарность. Хозяин понял именно то, что она сейчас делала. Она не выпускала ярость. Она заново оттачивала мастерство после долгого перерыва. И потому каждый удар был не проявлением жестокости, а тщательно рассчитанным упражнением в контроле собственной техники.

Молодой охотник сломался первым. До этого он еще пытался держаться, стиснув зубы и стараясь не показывать страх перед товарищами. Но чем дольше продолжалась эта странная, почти безмолвная охота, тем сильнее менялось выражение его лица.

Юэ Жуянь не спешила. Она двигалась плавно, почти изящно. Капли крови, собранные с уже раненых противников, послушно кружились вокруг нее, превращаясь в новые алые иглы. Каждое движение ее пальцев заставляло одну или две иглы срываться с места, вынуждая очередного пленника отказаться от новой попытки вырваться. Она словно демонстрировала не разрушительную силу, а филигранный контроль над собственной техникой.

Молодой охотник оказался самым неопытным. Каждый раз, когда он пытался отползти, рядом с ним в деревянный настил с легким стуком впивалась очередная игла, перекрывая путь. Когда он резко менял направление, еще одна игла пришивала край его одежды к палубе. Он уже понял, что девушка могла попасть куда угодно. И именно это пугало сильнее всего. Его дыхание становилось все более частым. На лбу выступил холодный пот. Наконец нервы не выдержали.

— Хватит! — почти сорвался он на крик. — Хватит! Я все расскажу! Все! Только остановите ее!

Его голос эхом прокатился по палубе. Юэ Жуянь остановилась. Несколько алых игл замерли в воздухе буквально в нескольких ладонях от пленника.

Она спокойно посмотрела на Максима. Тот едва заметно кивнул. Этого оказалось достаточно. Её кровавые иглы медленно вернулись, продолжая кружить возле девушки подобно стае послушных алых птиц. Наставники переглянулись. Старший наставник Академии Небесного Свода сделал шаг вперед. Его лицо оставалось спокойным, однако взгляд стал холоднее стали.

— Не убивай его. — Негромко произнес он, обращаясь к Юэ Жуянь. — Если он действительно готов говорить, сначала следует выслушать.

Наставник Академии Алого Пламени согласно кивнул.

— Нас интересует не только само нападение. — Он медленно перевел взгляд на связанных людей. — Кто приказал вам атаковать корабль? Кто снабдил вас этим артефактом, подавляющим духовную силу? И кто решил перейти дорогу сразу трем Великим Академиям?

Последние слова прозвучали особенно тяжело. Даже пленники вздрогнули. Теперь речь шла уже не о разбое и не о похищении отдельных людей. Нападение было совершено на группу официальных участников турнира, находившихся под охраной наставников трех крупнейших академий мира. Подобное преступление неизбежно привлекло бы внимание множества влиятельных сил. Молодой пленник судорожно закивал.

— Я... я расскажу... — Он сглотнул. — Только...

Договорить он не успел.

— ЗАТКНИСЬ!!!

Голос главаря прогремел над палубой так резко, что многие невольно обернулись. Пригвожденный к мачте мужчина буквально сверлил молодого пленника яростным взглядом. На его лице уже не осталось прежней самоуверенности. Теперь там читалась почти звериная злоба.

— Ты понимаешь, что делаешь?!

Он дернулся, отчего несколько игл чуть глубже вошли в древесину. Тут же наступившая боль заставила его поморщиться, но он продолжил кричать.

— Думаешь, если предашь хозяев, тебе сохранят жизнь?! Ошибаешься! Они все равно тебя найдут! Где бы ты ни спрятался! Хоть на другом конце света! Хоть в чужом мире!

Его голос сорвался на хрип.

— Они достанут тебя! И тебя! — Он перевел взгляд на остальных пленников. — Всех, кто откроет рот!

Несколько связанных людей заметно побледнели. Было видно, что подобные угрозы для них не пустой звук. Максим, до этого молча наблюдавший за происходящим, слегка наклонил голову.

— Любопытно... — Он посмотрел сначала на главаря, затем на молодого пленника. — Странно получается.

Все невольно перевели взгляды на него.

— Человек, которого только что без особого труда обезоружили, связали и лишили возможности сопротивляться, сейчас больше всего переживает не о собственной судьбе.

Парень задумчиво прищурился.

— А о том, чтобы никто не назвал имя его хозяина. — Он улыбнулся. — Значит, имя действительно очень важное.

Наставники молча переглянулись. Этот вывод был вполне логичным. Если руководитель группы, оказавшись в безвыходном положении, продолжал любой ценой препятствовать признаниям своих людей, значит, тот, кто стоял за нападением, представлял для него куда больший страх, чем неминуемое наказание за само преступление. На палубе повисла напряженная тишина. Теперь все понимали… Впереди предстоял не просто допрос. Им нужно было выяснить, какая сила осмелилась организовать нападение на участников турнира и тем самым бросить вызов сразу трем Великим Академиям.

На палубе воцарилась тяжелая тишина. Максим некоторое время спокойно смотрел на пригвожденного к мачте главаря. Тот уже не кричал, лишь с ненавистью сверлил взглядом то пленников, то наставников, будто надеясь одной только волей заставить остальных молчать. Парень медленно перевел взгляд на Юэ Жуянь.

— Ты ведь лучше всех понимаешь техники, связанные с кровью?

Девушка слегка наклонила голову.

— Лучше большинства.

— Тогда, возможно, существует способ заставить его говорить без бессмысленного убийства.

На лице Королевы Крови промелькнула задумчивость. Она никогда не рассматривала свои техники именно с такой стороны. В Тёмных мирах их использовали главным образом в бою. Для нападения… Защиты… Отслеживания противника… И даже подавления духовной энергии… Искусство контроля крови было огромным по своей силы и влиянию направлением, но далеко не все его возможности были исследованы даже ею самой.

— Любопытная мысль... — тихо произнесла она.

Максим спокойно продолжил:

— Он больше всех уверен в своей правоте. Значит, именно он и станет лучшей проверкой того, насколько тонко можно применять подобные техники.

Стоявшие рядом наставники внимательно прислушивались к разговору. Старший наставник Академии Небесного Свода поднял руку.

— Только без необратимых последствий. Нам нужны сведения, а не месть.

Юэ Жуянь кивнула.

— Понимаю.

Она подошла ближе к пленнику. Вокруг ее ладони медленно закружились тончайшие алые нити духовной энергии. На этот раз они не превращались в иглы и не были похожи на оружие. Скорее они напоминали невесомые шелковые волокна, почти невидимые глазу.

Главарь нападавших сразу же ещё больше занервничал.

— Что... ты собираешься делать?

Девушка спокойно ответила:

— Проверить, насколько хорошо ты умеешь сохранять самообладание.

Алые нити коснулись его запястья. Максим сразу почувствовал, что она действует с невероятной осторожностью. Она не пыталась причинить вред. Вместо этого ее духовное чувство словно исследовало течение жизненной силы пленника, позволяя ощутить ритм циркуляции энергии и крови.

— Удивительно... — негромко сказала она. — Если сосредоточиться не на разрушении, а на контроле...

Она ненадолго закрыла глаза.

— Теперь понимаю, что имел в виду хозяин.

Максим лишь кивнул.

— Любая техника может развиваться. Главное — смотреть на неё шире, чем тебя учили.

Главарь попытался сохранить прежнее высокомерие, однако по его лицу уже было видно, что уверенность начинает исчезать. Он понимал лишь одно… Человек перед ним открывает для себя новые способы применения собственного искусства, и неизвестность возможных последствий от подобного развития пугала его сильнее любых угроз. Этого оказалось достаточно. Молодой пленник, который раньше собирался признаться, вдруг торопливо выкрикнул:

— Не надо! Я расскажу! Он все равно ничего нам не говорил до конца! Мы знаем только посредников и место встречи!

Наставники мгновенно сосредоточили внимание на говорившем.

— Начинай с самого начала… — Спокойно произнес старший наставник. — Кто вас нанял, через кого передавались приказы и как вы вышли на след нашего корабля?

Поняв, что молчание окончательно рушится, главарь лишь крепче стиснул зубы, но теперь его угрозы уже не производили прежнего впечатления. Его подчиненные впервые увидели, что страх перед неизвестным оказался сильнее страха перед далекими хозяевами.

Молодой охотник судорожно сглотнул. Было заметно, что каждое следующее слово давалось ему все тяжелее. Он то и дело бросал испуганные взгляды на своего бывшего командира, словно все еще ожидал, что тот каким-то образом сможет заставить его замолчать.

Старший наставник Академии Небесного Свода спокойно произнес:

— Говори. Пока ты сотрудничаешь, у тебя хотя бы есть шанс сохранить жизнь и предстать перед судом. Если продолжишь молчать, решение будут принимать уже без учета твоих слов.

Парень глубоко вдохнул.

— Мы... мы не принадлежим какой-то секте... — Он опустил голову. — Мы служим людям князя Сюй...

По палубе словно пробежал невидимый холодок. Наставники мгновенно насторожились.

— Продолжай.

— У княжества есть... особые отряды. Официально нас не существует. Мы занимаемся поиском людей... которые обладают редкими способностями к культивации.

Он замялся.

— Особенно молодых. Особенно тех... кто уже успел показать необычный талант.

Все эти откровения Максим показательно спокойно слушал. Он уже давно подозревал, что подобные вещи существуют. Мир культиваторов был слишком жесток, чтобы столь ценные таланты оставались вне внимания сильных мира сего.

— Что происходит после похищения? — Спросил один из наставников Академии Алого Пламени.

Молодой охотник побледнел.

— Их... не всегда убивают… — Он говорил почти шепотом. — Если человек обладает редкой родословной или выдающимся талантом, его стараются сохранить живым.

Несколько наставников переглянулись.

— Для чего?

— Чтобы... использовать... — Он крепко зажмурился. — Сильных культиваторов держат под постоянной охраной. Им не позволяют сбежать, применяя особые ограничивающие артефакты и печати. Потом их заставляют оставаться при дворе, рассчитывая получить потомков с высоким врожденным талантом к культивации.

После таких слов на палубе стало совсем тихо. Даже ученики перестали переговариваться. О подобном многие слышали лишь как о мрачных слухах, которыми иногда пугали молодых учеников. Но сейчас перед ними сидел человек, спокойно подтверждавший существование подобной системы.

— Это касается только девушек? — холодно спросил наставник Академии Звериного Дао.

— Нет... — Пленник покачал головой. — Мужчин с сильными родословными тоже стараются захватить живыми... Просто используют иначе. Все зависит от приказа и того, какой талант удалось обнаружить.

Максим медленно прищурился. Все складывалось в довольно неприятную картину. Поэтому их противники с самого начала не собирались устраивать бессмысленную резню. Они выбирали добычу. Именно поэтому их целью стали Юэ Жуянь и три девушки из группы. Именно поэтому молодых парней они собирались устранить как свидетелей. Все было рассчитано заранее. В этот момент вперед неожиданно вышел один из наставников Академии Алого Пламени. До сих пор он молчал. Теперь же лицо его стало необычайно мрачным.

— Постой... — Он внимательно посмотрел на пленника. — Ты сказал... княжество Сюй?

— Да...

— Южная граница? Горные перевалы?

Пленник неуверенно кивнул. Наставник резко сжал кулак.

— Проклятье...

Все повернулись к нему.

— Несколько лет назад, — медленно произнес он, — возле земель этого княжества исчезла группа наших учеников.

Его голос становился все тяжелее.

— Их отправили выполнять задание… Они были достаточно сильны… Их потом искали, но даже следов боя не нашли. Тел тоже.

Он поднял взгляд на пленника.

— Тогда мы решили, что они погибли в Разломе Зверей. — Наставник ненадолго замолчал. — Но, если всё то, что ты сейчас рассказал, правда...

Он не договорил. Продолжение было очевидным для всех присутствующих. Если талантливые ученики действительно исчезли именно в районе владений этого княжества, нельзя было исключать, что они вовсе не погибли. Возможно, их судьба оказалась куда страшнее. На лицах наставников трех Великих Академий появилась одинаково холодная решимость. То, что начиналось как расследование одного нападения на возвращавшихся с турнира участников, внезапно могло привести к раскрытию целой сети преступлений, существовавшей уже многие годы. И если признания пленника подтвердятся другими доказательствами, это дело перестанет быть внутренней проблемой одного княжества — оно станет вопросом, который затронет интересы сразу нескольких могущественных академий.

Максим, до этого молча наблюдавший за разговором наставников, неторопливо подошел к лежавшим на палубе остаткам странного артефакта. После того как он пропустил через него собственную силу Инь, металлический корпус оплавился, а большая часть внутренних духовных цепей превратилась в бесформенную массу. Однако кое-какие элементы все еще сохраняли первоначальный вид. Парень присел на корточки. Осторожно поднял один из фрагментов. Покрутил между пальцами.

— Мне кажется... — спокойно произнес он, — вы сейчас упускаете одну очень важную деталь.

Наставники одновременно посмотрели в его сторону. Он поднял обломок повыше.

— Вот это.

Все сразу поняли, о чем идет речь. Именно этот артефакт совсем недавно распространял по палубе странную вибрацию, из-за которой молодые культиваторы практически полностью потеряли возможность свободно управлять духовной энергией.

Наставник Академии Звериного Дао задумчиво нахмурился.

— Продолжай.

Максим медленно поднялся.

— Если верить словам этих людей, они уже давно занимаются подобной охотой. — Он спокойно посмотрел на молодого пленника. — Значит, нападение на нас вовсе не было первой подобной операцией.

Тот виновато опустил голову.

— Нет... Не первой...

Парень кивнул, словно только подтвердил собственные выводы.

— Тогда возникает вполне закономерный вопрос. — Он слегка подбросил в ладони обломок. — Откуда у них подобная вещь? И, судя по всему, далеко не одна…И не десяток…

На палубе снова воцарилась тишина. Действительно. Еще несколько минут назад все были настолько сосредоточены на самих нападавших, что почти забыли об их снаряжении. А ведь именно оно делало всю операцию возможной. А Максим продолжил:

— Если бы не опыт наших наставников... — Он перевел взгляд на старших мастеров. — Если бы они действительно выпили то вино...

Потом посмотрел на учеников.

— А этот артефакт продолжил работать... — Он покачал головой. — Большинство присутствующих здесь учеников оказалось бы практически беззащитным.

Несколько молодых культиваторов невольно переглянулись. Они слишком хорошо помнили то неприятное ощущение. Словно духовная энергия оставалась внутри тела, но переставала слушаться владельца. Старший наставник Академии Небесного Свода медленно произнес:

— Верно...

Максим продолжил рассуждать вслух.

— Теперь представьте обычную группу учеников, выполняющих задание вдали от Академии. Им по восемнадцать-двадцать лет. Они талантливы. Но боевого опыта у большинства немного. А их наставник, совершенно неожиданно, с помощью того же самого вина, оказывается выведен из строя... После чего рядом активируется подобный артефакт.

Он развел руками.

— Что произойдет дальше?

На его недвусмысленный вопрос никто не ответил. Ответ был очевиден. Молодые культиваторы, привыкшие полагаться на собственную духовную силу, внезапно лишались главного преимущества. После этого даже хорошо подготовленный отряд противников, уступающий им по индивидуальной силе, мог добиться победы за счет численного преимущества, дисциплины и заранее подготовленного плана.

Наставник Академии Алого Пламени медленно закрыл глаза. Перед его внутренним взором вновь всплыли имена учеников, исчезнувших несколько лет назад. Теперь их гибель уже не казалась единственным возможным объяснением.

Максим спокойно закончил:

— Поэтому искать нужно не только виновных. — Он снова посмотрел на обломок артефакта. — Необходимо выяснить, сколько подобных устройств существует… Кто их изготавливает… Кто снабжает ими такие отряды… И сколько подобных групп действует сейчас…

Эти слова заставили задуматься уже всех наставников. Один неизвестный артефакт вполне мог оказаться редкостью. Но если такие устройства производились регулярно, ситуация приобретала совсем иной масштаб.

Наставник Академии Звериного Дао медленно кивнул.

— Согласен.

Старший наставник Академии Небесного Свода тут же добавил:

— И действовать малыми силами уже нельзя. — Он обвел внимательным взглядом связанных пленников. — Если признания подтвердятся, потребуется не поисковый отряд, а полноценная карательно-следственная экспедиция.

Наставник Академии Алого Пламени закончил мысль:

— В ее состав должны войти опытные мастера. Не ученики и не младшие наставники. — Он посмотрел на своих коллег. — Люди, способные сохранить боеспособность даже при использовании подобных артефактов и готовые столкнуться с организованным сопротивлением.

Оба других наставника молча согласились. Теперь речь шла уже не о мести за нападение на корабль. Перед ними постепенно вырисовывалась куда более серьезная проблема — существование хорошо организованной сети, охотившейся за талантливыми молодыми культиваторами. И если эта сеть действительно действовала под покровительством влиятельных лиц, расследование потребует участия сильнейших представителей Академий и тщательного сбора доказательств, прежде чем будут приняты какие-либо дальнейшие решения.

Наставники переглянулись всего на одно мгновение. Этого оказалось достаточно. Каждый из них уже прекрасно понимал, что услышанная информация больше не относится к компетенции одного корабля или даже трех сопровождающих групп. Она требовала немедленной передачи в Академии. Немного погодя старший наставник Академии Небесного Свода первым нарушил молчание.

— Продолжайте охранять пленников. — Он посмотрел на остальных наставников. — Нам необходимо немедленно связаться с руководством.

Двое его коллег одновременно кивнули. Все трое почти одновременно отошли к носовой части корабля. За ними последовали еще несколько старших наставников. Никто не хотел, чтобы содержание сообщений услышали посторонние. Максим лишь проводил их спокойным взглядом. Он уже видел подобное раньше. Когда вопрос касался безопасности целой Академии, любые решения принимались быстро, без лишних обсуждений. Через несколько минут на палубе вспыхнули духовные печати связи. Один за другим наставники доставали из своих хранилищ небольшие нефритовые таблички, кристаллы передачи воли и специальные свитки, покрытые едва заметными серебристыми письменами. Каждый такой предмет стоил весьма дорого. Подобные артефакты берегли именно для случаев, когда промедление могло стоить человеческих жизней.

Сейчас Максим не прислушивался к ним. Но даже отсюда парень видел серьезные лица наставников. Никто не улыбался. Никто не пытался преувеличивать услышанное. Каждый докладывал только факты. Нападение на участников турнира. Попытка похищения молодых культиваторов. Неизвестный артефакт подавления духовной силы. Пленники. Полученные признания. Предположительная причастность одного из княжеств. Возможная связь с исчезновением учеников нескольких Академий. Спустя некоторое время один из наставников Академии Алого Пламени тяжело выдохнул.

— Ответ пришел быстро...

Стоявшие рядом посмотрели на него.

— Совет старейшин уже собирается. — Он немного помолчал. — Они требуют доставить пленников живыми.

Другой наставник тоже получил сообщение.

— Академия Звериного Дао начала проверку всех сведений о пропавших учениках за последние двадцать лет.

Третий, представлявший Академию Небесного Свода, спокойно убрал нефритовую пластину обратно.

— Наш Великий Старейшина приказал готовить специальную экспедицию. Если сведения подтвердятся... — Он сделал короткую паузу.— Будет проведена совместная операция.

Никто не стал уточнять подробностей. Все понимали смысл сказанного. Если окажется, что действительно существовала организованная сеть похищений молодых талантливых культиваторов, одними переговорами дело уже не ограничится. Подобные преступления затрагивали интересы практически всех крупных школ и Академий. И оставлять их без ответа означало бы подать опасный пример. Не только для виновных. Но и для всех остальных. Ведь завтра кто-нибудь еще мог решить, что талантливых учеников действительно можно безнаказанно превращать в добычу.

Тем временем Юэ Жуянь уже полностью успокоилась. После короткой схватки ее дыхание стало ровным. Она вновь приобрела то самое холодное достоинство, которое Максим впервые увидел во время турнира. Будто совсем недавно не она с пугающей легкостью обезоружила целую группу охотников. Затем девушка молча подошла к нему.

— Хозяин.

Он лишь слегка кивнул.

— Выпустила пар?

На ее губах впервые появилась едва заметная улыбка.

— Благодарю. Мне стало немного легче.

Максим коротко усмехнулся.

— Значит, польза всё-таки была.

Дальше он не стал ничего больше говорить. Иногда человеку действительно необходимо было просто избавиться от накопившегося напряжения. Особенно после всего того, что ей ранее пришлось пережить. После этого Максим неторопливо направился обратно на корму. Туда, где за последние дни уже привык проводить большую часть времени. Он сел на прежнее место. Скрестил ноги. Медленно прикрыл глаза. А позади почти бесшумно остановилась Юэ Жуянь. Как и раньше. Будто это место уже давно стало для нее привычным.

Однако погрузиться в медитацию Максим не спешил. Его мысли сами собой возвращались к событиям последних недель. Турнир Тьмы и Света... Когда они только отправлялись туда, ему казалось, что все закончится несколькими поединками. Максимум — тяжелым боем. Вместо этого одно событие словно тянуло за собой другое, словно это была цепочка, или… выставленное последовательным рядом домино... Победа над представителями Тёмного мира… Слишком демонстративный прорыв через границу большого ранга силы… Пленение Королевы Крови… Пресечение всех этих попыток выкупить её. Попытки похитить девушек. Странные сделки. Неожиданный интерес со стороны самых разных сил. Нападение прямо на корабле. Теперь ещё и сведения о целой сети охотников за талантливыми молодыми культиваторами.

Он мысленно усмехнулся.

“Похоже... Мы действительно разворошили осиное гнездо.”

Причем настолько основательно, что наружу полезло то, о существовании чего многие, вероятно, давно догадывались, но предпочитали не говорить вслух.

Не потому, что ничего не происходило. А потому, что подобные вещи было слишком сложно доказать. Исчез ученик... Можно списать на опасное задание. Не вернулся молодой культиватор... Можно решить, что погиб в Запретных землях. Пропала талантливая девушка... Можно предположить нападение духовных зверей или разбойников. По отдельности каждое подобное исчезновение выглядело трагедией. Но не более. Теперь же перед наставниками постепенно складывалась совсем другая картина. Если признания пленников подтвердятся другими доказательствами, станет ясно, что за многими подобными случаями могла стоять не случайность, а чья-то целенаправленная деятельность.

Максим медленно открыл глаза. За бортом корабля неспешно проплывали облака. Корабль продолжал свой путь так же спокойно, как и несколько часов назад. Но парень уже понимал, что после этого рейса мир вокруг них едва ли останется прежним. Победа на турнире изменила не только баланс сил между Светлыми и Темными мирами — она невольно заставила обратить внимание на проблемы, существовавшие внутри самого Светлого мира. И теперь многим влиятельным людям предстояло решить, готовы ли они действительно разобраться с ними до конца.

В глубине богатого княжеского дворца, за несколькими рядами охраны, тяжелыми дверями из черного железного дерева и многочисленными защитными формациями, располагались личные покои правителя небольшого, но весьма обеспеченного княжества. Это был не просто кабинет. Это был настоящий зал, призванный каждый миг напоминать любому вошедшему о власти его хозяина.

Высокий потолок терялся в полумраке, где переплетались искусно вырезанные балки из древесины тысячелетнего духовного дуба. Между ними свисали длинные полотнища дорогого шелка, вышитые золотыми нитями. На тканях изображались сцены древних побед рода, хотя многие из этих "подвигов" существовали лишь в семейных летописях, заботливо переписанных придворными историками.

Стены покрывали панели из тёмно-красного ароматного дерева. От них исходил легкий запах смолы и благовоний. Через равные промежутки висели старинные мечи, копья, алебарды, покрытые серебряной вязью духовных печатей. Некоторые были настоящими артефактами, другие являлись всего лишь украшениями, однако неискушенному гостю все это производило впечатление огромной военной мощи. Пол был сложен из огромных плит белого нефрита. По нему тянулись длинные ковры, сотканные из шерсти редких духовных зверей. По углам стояли массивные курильницы из черного золота, испускавшие тонкие струйки ароматного дыма.

Вдоль стен располагались шкафы, заставленные дорогими нефритовыми сосудами, древними свитками, драгоценными кубками, статуэтками и разнообразными редкостями, привезенными купцами из множества соседних государств.

Посреди зала возвышался широкий стол, вырезанный из цельного ствола дерева духовного железного кедра. На нем лежали карты. Планы… Родословные… Списки дворян… Печати… Документы… Все это свидетельствовало, что хозяин помещения привык считать себя человеком большого будущего. И сейчас именно этот человек быстрыми шагами ходил по залу. На его лице сияла широкая довольная улыбка. Иногда он даже негромко смеялся сам себе.

— Великолепно... просто великолепно...

Он остановился возле окна. За ним далеко внизу простирался город. Высокие стены. Башни. Площади. Рынки. Все это принадлежало ему. По крайней мере, именно так он привык считать. Он медленно провел ладонью по полированной поверхности стола.

— Если все получится... — Его глаза загорелись почти болезненным восторгом. — Тогда этот род станет сильнейшим во всем регионе...

Он снова начал ходить по залу. Мысли перескакивали одна через другую. Перед внутренним взором вновь возникла картина той самой площадки, где возвращались участники Турнира Тьмы и Света. Он прекрасно помнил их. Особенно молодых культиваторов. И особенно девушек. Не потому, что видел в них личности. Совсем нет. Для него они были возможностями… Инвестициями… Живыми сокровищами…

— Такая кровь... — Он почти благоговейно прошептал эти слова. — Такой талант...

В его понимании сильный культиватор являлся прежде всего ценным ресурсом. Особенно молодой. Особенно если речь шла о человеке, чья родословная могла передаться следующим поколениям. Он давно пришел к выводу, что золото заканчивается. Артефакты ломаются. Пилюли расходуются. Даже духовные жилы способны иссякнуть.

А вот сильная кровь... Она остается. Она работает поколениями. Она создает потомков. Именно поэтому последние годы его люди так старательно искали молодых одаренных. Неважно, из какой они были семьи. Неважно, к какой Академии принадлежали. Главное — талант. Остальное не имело значения.

Он остановился возле огромной карты собственного княжества. На ней были отмечены торговые пути. Перевалы. Горные тропы. Места исчезновения различных путешественников. И далеко не все эти отметки появились случайно.

Князь медленно провел пальцем вдоль одной из дорог.

— Еще немного... — Его улыбка стала шире. — И вся эта земля станет лишь началом...

Он уже видел себя намного выше. Сегодня — князь. Завтра — правитель большого государства. А потом... Кто знает? Возможно, однажды его потомки создадут собственную империю… А он сам… Сам благородный хотел бы стать Бессмертным. Но его собственный дар для этого был слишком мал. Но именно ради этого он годами собирал людей с хорошими задатками к культивации. Он искренне считал подобные действия проявлением дальновидности. В его сознании не существовало противоречия между словами "род", "будущее" и "принуждение".

Наоборот. Он был убежден, что действует во благо собственной династии.

— Когда мои наследники станут великими мастерами... — Он даже негромко рассмеялся. — Историки обязательно напишут, что именно наш род сыграл решающую роль после Турнира Тьмы и Света...

Он уже представлял себе торжественные хроники. Как спустя сотни лет придворные ученые будут читать детям:

“Наш великий предок сумел воспользоваться открывшимися возможностями после славной победы Светлого мира...”

При этой мысли он довольно прищурился. Историю всегда писали победители. А значит... Достаточно самому стать победителем. О происхождении силы потомков никто уже не станет спрашивать. Он вновь подошел к столу. На отдельном свитке были записаны несколько имен. Возле каждого стояли краткие пометки.

“Ледяная техника.”

“Высокая совместимость с духовной энергией.”

“Редкая огненная конституция.”

“Исключительный талант.”

Он вспоминал молодых культиваторов, которых успел увидеть издали. Особенно тех, кто сопровождал победителей турнира. В его памяти всплывали спокойная уверенность юной наставницы, холодная сосредоточенность Линь Сюэ, яркая энергия Лу Фэнъэр и даже необычная аура той загадочной пленницы из Тёмного мира.

Каждый подобный талант казался ему драгоценным камнем. Не как личность. Не как союзник. А как редкий ресурс, который можно обратить себе на пользу. Он был настолько поглощен собственными расчетами, что даже не замечал, насколько глубоко исказилось его мировоззрение. Люди давно перестали быть для него людьми. Каждый незнакомец автоматически превращался либо в полезный инструмент, либо в препятствие. Среднего не существовало. Он уже начал мысленно распределять роли будущих поколений своего рода. Кто станет военачальником. Кто алхимиком. Кто мастером формаций. Кто возглавит разведку. Все это выглядело для него настолько логичным, что он даже не допускал мысли, будто сами обладатели этих талантов могут иметь собственную волю, собственные цели или право выбирать свою судьбу. Именно поэтому князь сейчас пребывал в превосходном настроении. Он был абсолютно уверен, что его тщательно выстроенный план вот-вот начнет приносить первые плоды.

Он еще не знал... Что где-то далеко, на летящем к Академии Небесного Свода корабле, его люди уже провалили задание. Не знал он и того, что руководство всех трёх Великих Академий получили сведения о деятельности его княжества. Не знал, что тревожные послания уже мчатся по духовным каналам связи. И уж тем более не подозревал, что сейчас его собственное имя впервые прозвучало на Советах старейшин рядом со словами:

— Карательная экспедиция.

Князь вновь остановился перед огромной картой, занимавшей почти всю дальнюю стену его покоев. Карта была необычной. На ней были отмечены не только города, крепости и торговые дороги. Тонкими цветными нитями соединялись десятки благородных домов. Возле названий родов висели небольшие нефритовые таблички с короткими пометками.

“Сильная огненная родословная.”

“Мастера формаций.”

“Потомственные алхимики.”

“Союзники лишь до смерти нынешнего главы.”

“Два наследника. Между братьями постоянные распри.”

Для любого постороннего подобная схема выглядела бы запутанной паутиной. Для князя же она была будущим. Он медленно провел пальцем по одной из нитей.

— Нет... Так слишком медленно... — Он снял одну табличку и переставил её немного левее. — А вот так гораздо лучше...

В его голове рождалась очередная комбинация. Он давно перестал смотреть на соседние государства как на независимых правителей. Для него они были всего лишь фигурами на огромной доске. Кого-то можно купить. Кого-то запугать. Кого-то столкнуть с соседом. А кого-то… Привязать к своему роду родственными узами. Именно эта мысль сейчас казалась ему самой изящной.

— Сила меча способна захватить землю... — Он негромко усмехнулся. — Но кровь удерживает ее куда надежнее.

В этом заключалась основа его замыслов. Если удастся вырастить новое поколение талантливых наследников, обладающих редкими способностями к культивации, то со временем именно их можно будет выдавать замуж или женить на представителях наиболее влиятельных родов соседних княжеств. В его представлении подобные союзы были не способом укрепить дружбу между семьями. Они являлись долгосрочными политическими вложениями. Он начал медленно ходить вдоль карты.

— Один союз... — Палец коснулся небольшого княжества на востоке. — Второй...

Следующая отметка находилась уже южнее.

— Затем третий... — На лице появилась довольная улыбка. — И постепенно весь пояс княжеств окажется связан родственными обязательствами.

Он был уверен, что подобная сеть сделает влияние его дома значительно шире, чем позволяли размеры собственных владений. В его расчетах все выглядело удивительно стройно. Сегодня заключается выгодный брак. Через несколько лет рождаются дети. Появляются общие наследники. Возникают взаимные обязательства. А затем... Если в одном из соседних княжеств начинается спор за престол, болезнь старого правителя или борьба между наследниками, всегда можно поддержать ту ветвь семьи, которая окажется теснее связана с его собственным домом. Он видел в этом возможность постепенно усиливать влияние без открытых войн, используя дипломатию, деньги, брачные договоры и давние обязательства.

— Когда соседи сами просят помощи... — Он тихо рассмеялся. — Это куда дешевле осады крепостей.

Ему нравилось считать подобный путь вершиной политического искусства. В его воображении десятилетия складывались в единую картину. Родственные связи переплетались между собой. Торговые соглашения сменялись союзами. Военные договоры подкреплялись семейными клятвами. Каждый новый шаг, как ему казалось, делал положение его дома прочнее. Он подошел к шкафу и достал старый свиток. Это было генеалогическое древо собственного рода. Развернув его, князь долго всматривался в имена предков.

— Вы строили стены... — Тихо произнес он. — А я построю целую сеть союзов.

Он искренне считал себя человеком, мыслящим на поколения вперед. Ему казалось, что именно так рождаются великие династии. Не случайными победами. Не единственным талантливым наследником. А терпеливым расчетом, где каждое решение должно приносить пользу спустя десятки лет. Конечно, он понимал, что подобные планы требуют времени. Но это его не смущало. Культиваторы жили долго. Десятилетия для них нередко становились лишь очередным этапом пути. Поэтому князь был готов ждать. Лишь бы конечный результат оправдал ожидания. Он еще раз взглянул на карту. В его сознании уже выстраивалась почти завершенная картина будущего. Большое княжество. Связанные союзами соседи. Укрепившийся род. Наследники, которыми он надеялся гордиться. Он настолько увлекся собственными замыслами, что не заметил главного. Все его расчеты основывались на одном-единственном допущении — что события и дальше будут развиваться именно так, как он задумал.

Он не подозревал, что в этот самый момент несколько Великих Академий уже получили сведения о нападении на своих учеников, а тревожные донесения стремительно расходились по духовным каналам связи. Пока князь рисовал в воображении будущие союзы и влияние своего дома, за пределами его дворца постепенно складывались обстоятельства, способные превратить эти тщательно выстроенные планы в прах еще до того, как они успеют воплотиться.

Князь еще долго стоял перед картой, однако мысли его постепенно перестали вращаться вокруг соседних земель. Они вновь вернулись к тому, что сейчас казалось ему самым важным. К будущим пленникам. Он медленно опустился в кресло из темного духовного дерева и переплел пальцы.

— Прежде всего... размещение...

Его взгляд тут же стал задумчивым. Он прекрасно понимал, что появление сразу нескольких сильных культиваторов неизбежно создаст множество проблем. Подобных пленников нельзя было содержать в обычной темнице. Даже раненый мастер Дао оставался опасным противником. А молодые одаренные, особенно воспитанные Великими Академиями, отличались не только силой, но и железной волей. Он слишком хорошо знал это по прежним случаям.

— Значит, первые недели...

Он перевел взгляд на висевший рядом план дворца. Под главным корпусом располагался целый подземный уровень. Когда-то его строили как убежище на случай осады. Позже часть помещений превратили в тайные склады. Ещё глубже находились камеры, скрытые даже от большинства придворных. Именно туда, как считал князь, следовало поместить наиболее опасных пленников. Он мысленно перебирал помещения. Одни были слишком тесными. Другие — слишком сырыми. Третьи находились рядом с оружейными складами, а значит, в случае беспорядков могли стать источником дополнительной опасности.

— Нет... — Он покачал головой. — Лучше использовать западный подземный сектор.

Там располагались отдельные изолированные камеры. Толстые каменные стены. Несколько защитных формаций. Тяжелые двери из духовного металла. Каждая камера была рассчитана так, чтобы содержащихся внутри можно было держать раздельно, не позволяя им координировать побег или поддерживать друг друга. Князь был убежден, что именно изоляция быстрее всего подрывает сопротивление пленников. Он мысленно отметил, что придется усилить охрану. И явно не обычными солдатами. Нет. Понадобятся опытные культиваторы, способные вовремя заметить любую попытку использовать духовную силу или разрушить печати. Кроме того, следовало проверить все защитные массивы. Он не хотел рисковать. Особенно если среди пленников окажутся ученики Великих Академий. О подобных людях ходило немало историй. Даже оказавшись в безвыходном положении, некоторые из них находили способ вырваться или дождаться помощи. Этого князь допустить не собирался. Он взял со стола кисть и сделал несколько пометок на свитке.

“Проверить формации… Усилить охрану… Подготовить отдельные камеры… Осмотреть запасы ограничивающих артефактов…”

Каждый пункт сопровождался именем чиновника, которому он собирался поручить выполнение работы. Все выглядело привычно. Буднично. Словно речь шла о ремонте склада или строительстве новой башни. Именно это лучше всего показывало, насколько давно подобные действия стали для него частью обычного управления княжеством. Он даже не задавался вопросом, правильно ли поступает. Для него существовал лишь один критерий. Полезно ли это для его рода. Если ответ был положительным, все остальное переставало иметь значение. Наконец князь удовлетворенно свернул свиток.

— Осталось только дождаться известий...

Он был уверен в том, что вскоре гонец принесет радостную весть об успешном завершении операции. Ему и в голову не приходило, что в это самое время посланный им отряд уже потерпел полный провал, а их захваченный командир дает показания тем самым Академиям, чьих учеников князь рассчитывал сделать своей добычей. Расстояние между его ожиданиями и реальностью с каждой минутой становилось все больше, хотя сам он продолжал улыбаться, не подозревая, насколько близко к его владениям уже начинает сгущаться буря.

Князь только что аккуратно свернул очередной свиток и уже собирался подозвать управляющего, чтобы отдать несколько новых распоряжений, как внезапно...

ГРО-О-ОМ!

Глухой, невероятно тяжелый удар прокатился где-то далеко за пределами его покоев. Звук был настолько мощным, что даже толстые стены дворца едва заметно задрожали. Князь резко поднял голову. Лицо его мгновенно помрачнело. В первое мгновение он даже не подумал о какой-либо опасности. Нет. Его первой мыслью стало совсем другое.

— Кто... посмел?

Голос прозвучал холодно. В этом дворце существовали строгие правила. Каждый слуга. Каждый чиновник. Каждый офицер стражи. Все прекрасно знали, что в часы, когда князь находился в личных покоях, возле западного крыла запрещалось шуметь. Даже доклады приносили почти беззвучно. Двери открывали медленно. Шаги намеренно приглушались коврами. Никто не повышал голос. За долгие годы придворные привыкли жить так, словно рядом постоянно спал хищный зверь. А сейчас... Какой-то безумец осмелился нарушить этот порядок. Князь уже начал мысленно перебирать возможные наказания. И он собирался не просто казнить виновного. Нет. Подобное было слишком мягким. Он привык считать, что наказание должно служить примером для остальных. Чтобы страх оказался сильнее любых будущих ошибок. Он медленно выпрямился.

— Найти этого...

Но договорить он так и не успел.

БУ-У-УМ!!

Второй удар оказался куда страшнее первого. На этот раз задрожали уже не только стены. А даже и сам воздух словно сжался. По огромным окнам пробежала мелкая дрожь. Под потолком закачались тяжелые золотые светильники. Хрустальные подвески столкнулись друг с другом, издав тревожный звон. И в следующее мгновение по залу прокатилась мощная ударная волна. Она пришла будто издалека, однако сила ее оказалась настолько велика, что тяжелые портьеры взметнулись вверх. Пламя десятков ламп качнулось одновременно. Со шкафов посыпались мелкие нефритовые украшения. Несколько свитков сорвались со стола. Сам князь совершенно не ожидал подобного. Он лишь успел сделать шаг, когда его нога зацепилась за край длинного ковра. Тело потеряло равновесие.

— Что?..

Он инстинктивно попытался удержаться. Но было поздно. С глухим звуком князь рухнул вперед. К счастью для него, весь центральный участок пола в этом помещении покрывал толстый ковер из шерсти редкого духовного зверя. И именно поэтому падение оказалось не слишком болезненным. Однако… Сейчас боль волновала его меньше всего.

Несколько мгновений он просто лежал, не веря произошедшему. Он. Правитель княжества. Человек, перед которым склоняли головы сотни благородных и очень богатых людей. Только что... Упал. Пусть никто этого и не видел. Пусть свидетелей рядом не оказалось. Но сам факт подобного события уже казался ему чудовищным унижением.

Лицо медленно наливалось багровым цветом. На виске вздулась жилка. Пальцы сжались так сильно, что суставы побелели. Он медленно поднялся на ноги. Тяжело вдохнул. Затем ещё раз. Однако успокоиться уже не получалось. Наоборот. Каждое мгновение лишь сильнее разжигало внутри него ярость.

— Кто... — Произнес он почти шепотом. — Кто осмелился устроить подобное...

Он резко развернулся к дверям. В глазах сверкала холодная злость.

— Стража!

Голос прозвучал уже совсем иначе. Громко. Властно. Требовательно. Ответа не последовало. Это насторожило князя. Обычно личная охрана отзывалась почти мгновенно. Но сейчас... За дверями слышались лишь приглушенные крики. Топот множества ног. Какие-то неразборчивые команды. И... Ещё один далекий грохот. Правда, на этот раз значительно слабее предыдущих.

Князь нахмурился. Теперь охватившее его раздражение постепенно смешивалось с недоумением. Это уже переставало походить на случайность. Слишком много шума. Слишком много суматохи. Слишком необычная дрожь дворца. Он сделал несколько шагов к окну. Отдернул тяжелую портьеру. И замер. Пока он ещё не видел, что именно происходит за пределами дворца.

Но уже понимал одно. Источником этих ударов явно был не какой-нибудь нерадивый слуга и не случайное происшествие во внутреннем дворе. Происходило нечто куда более серьезное. И впервые за долгое время в душе человека, привыкшего считать себя полновластным хозяином положения, вместе с раздражением зародилось неприятное ощущение неизвестности.

Князь еще не успел до конца осознать происходящее, как новый удар заставил вздрогнуть уже весь дворец.

БУ-У-УМ!

Каменный пол ощутимо качнулся под ногами. С потолка сорвалось несколько золотых подвесок. По мраморной колонне побежала тонкая трещина. А затем... Ещё один удар. И ещё. Следующий. Словно где-то снаружи десятки гигантов одновременно обрушивали на защитные барьеры дворца исполинские молоты.

ГРОМ!

БУМ!

ТР-А-АХ!

Удары посыпались один за другим, не оставляя даже нескольких мгновений тишины. От этой обрушившейся на него какофонии князь невольно сделал шаг назад. Теперь дрожал уже не только зал. Казалось, вибрировал сам фундамент дворца. Тяжелые шкафы едва заметно смещались. Со стен срывались дорогие картины и декоративные свитки. На пол с глухим звоном падали нефритовые украшения. В следующее мгновение за высокими окнами вспыхнул ослепительный свет.

Князь резко повернулся. И застыл. За пределами дворца бушевало настоящее море духовных техник. Небо, которое всего несколько мгновений назад оставалось чистым, теперь было разорвано потоками разноцветной энергии. Огромный огненный поток ударил в один из внешних защитных барьеров. Пламя взметнулось на десятки метров вверх, окрашивая облака в багрово-золотой цвет. Почти сразу вслед за ним с другой стороны вспыхнуло холодное голубое сияние. По воздуху пронеслись десятки ледяных копий. Каждое было размером с осадное бревно. Они практически одновременно врезались в защитный купол дворца. Защитный барьер содрогнулся. По нему побежали тысячи светящихся трещин. Но не успел князь опомниться, как в бой вступили новые силы. Небо вспыхнуло зелеными потоками духовной энергии. Из земли поднялись исполинские корни. Они, словно живые змеи, начали обвивать защитные башни, сжимая камень с такой силой, что тот начал трещать. Следом ударили сверкающие молнии. Затем воздушные лезвия. Каменные копья. Потоки ослепительного света. Духовные печати дворца еще продолжали сопротивляться. Над крепостью одна за другой вспыхивали защитные формации. Они принимали на себя удар. Гасили часть энергии. Но... Каждый следующий удар становился тяжелее предыдущего. Князь видел, как над одной из башен вспыхнула огромная круглая печать. Она просуществовала всего несколько секунд. После чего рассыпалась тысячами светящихся осколков.

— Невозможно... — Тихо прошептал он. Защитные системы этого дворца создавались поколениями. Их усиливали лучшие мастера формаций княжества. На их создание были потрачены огромные средства. Эти печати должны были выдерживать длительную осаду. Но сейчас... Они разрушались буквально на глазах. В этот момент из глубины дворца донесся отчаянный крик.

— Враги!!

Следом другой.

— Западная стена прорвана!

Еще один.

— Отступаем!

— Барьер не держится!

— Лекарей сюда!

По длинным коридорам прокатилась волна паники. Послышался топот десятков ног. Кто-то отдавал команды. Кто-то звал подкрепление. Кто-то уже откровенно кричал от страха. И среди этого хаоса князь наконец различил слова, заставившие его похолодеть.

— На дворец напали!

— Карательные отряды!

— Это Великие Академии!

— Их слишком много!

Князь резко распахнул двери своих покоев. По коридору уже метались перепуганные слуги. Несколько чиновников, забыв о придворном этикете, буквально бежали, даже не замечая своего правителя. Навстречу выскочил окровавленный офицер внутренней стражи. Доспех его был покрыт трещинами. Одна рука безвольно висела. На лице застыло выражение ужаса. Увидев князя, он попытался опуститься на колено. Но не удержался и тяжело прислонился к стене.

— Ваше... высочество... — Он тяжело дышал. — Мы... не можем... остановить их...

— Кто это?!

Офицер судорожно сглотнул.

— Карательные подразделения... Сразу трех Великих Академий... Академии Небесного Свода... Академии Алого Пламени... Академии Звериного Дао...

Каждое название звучало словно удар молота.

— Они... — Он с трудом перевел дыхание. — Они даже не пытались вести переговоры... Сразу начали штурм...

Новый грохот заглушил его слова. В этот раз удар оказался настолько мощным, что по потолку пробежали новые трещины. Где-то далеко раздался грохот обрушивающейся башни.

Князь инстинктивно выглянул в окно. И увидел то, что окончательно разрушило его уверенность. Над внешними стенами дворца парили десятки фигур. Каждая из них излучала настолько плотную духовную ауру, что даже с большого расстояния воздух вокруг заметно искажался. Они действовали удивительно слаженно. Без суеты. Без лишних движений. Небольшие группы одновременно подавляли защитные узлы, прикрывали друг друга и продвигались вперед. Это были не разрозненные налетчики. И не наемники. Это были опытные карательные подразделения, привыкшие действовать как единое целое.

Князь с ужасом понял еще одну деталь. Среди атакующих он не ощущал ни одной слабой ауры. Каждый из тех, кто находился в первых рядах штурма, обладал силой не ниже уровня Доу Лин. Именно поэтому все происходило столь стремительно. Отряды культиваторов, которые десятилетиями собирали и обучали его предки, не успевали даже организовать оборону. Их построения разбивались несколькими сокрушительными атаками. Одни были вынуждены отступать. Другие теряли возможность продолжать бой после первых же столкновений. Штурмующие явно пришли не для демонстрации силы и не для затяжной осады. По их действиям было видно: операция тщательно подготовлена, цели определены заранее, а время переговоров давно прошло. Князь, еще совсем недавно строивший планы о расширении своего влияния, теперь впервые отчетливо понял, что буря, о которой он даже не подозревал, уже добралась до ворот его собственного дворца.

Следующий удар оказался настолько сокрушительным, что у князя даже не осталось времени осознать происходящее. Снаружи вспыхнула ослепительная вспышка. На одно короткое мгновение весь зал окрасился в ослепительно-белый цвет. А затем… Раздался оглушительный треск. Толстая наружная стена, которую десятилетиями укрепляли защитными формациями и слоями духовного камня, не выдержала. По каменной кладке стремительно побежали трещины. Они разрастались с пугающей скоростью.

Князь успел только широко раскрыть глаза.

— Нет... — Договорить он уже не успел.

С чудовищным грохотом огромный участок стены буквально влетел внутрь зала. Каменные глыбы, обломки деревянных балок и куски разрушенных печатей смешались в едином потоке. Ударная волна прокатилась по всему помещению. Тяжелый стол, ещё недавно заваленный картами и свитками, раскололся пополам. Дорогие кресла перевернулись. Шкафы с древними реликвиями рухнули, разлетаясь щепками. Осколки нефрита и металла с громким звоном посыпались по полу. Самого князя ударной волной отбросило назад. Он даже не успел сгруппироваться. Тело с силой ударилось о массивную внутреннюю стену. Воздух мгновенно вылетел из легких. Перед глазами вспыхнули разноцветные искры. Острая боль пронзила грудную клетку. Правая рука бессильно подвернулась под тело. Он попытался вдохнуть... Но вместо полноценного вдоха из груди вырвался лишь хрип. Каждое движение отзывалось резкой болью.

Князь инстинктивно прижал здоровую руку к боку. Даже без глубоких познаний в медицине он понял, что получил серьезные травмы. Он застонал, пытаясь подняться. Но тело почти не слушалось. Еще несколько секунд назад он был уверен, что полностью контролирует происходящее в собственном дворце. Теперь же с трудом мог перевернуться на бок. По полу продолжали катиться камни. Пыль настолько густо заполнила зал, что стало трудно различать очертания предметов. Сквозь этот серый туман доносились крики. Звон оружия. Грохот сталкивающихся духовных техник.

Князь попытался посмотреть в сторону разрушенной стены. И увидел, что образовавшийся пролом уже не пустовал. Через него стремительно входили вооруженные культиваторы. Их движения были быстрыми и удивительно слаженными. На одежде виднелись хорошо узнаваемые знаки одной из Великих Академий. Никакой суеты. Никаких лишних выкриков. Каждый словно заранее знал свою задачу. Несколько воинов князя, успевших собраться возле входа в покои правителя, попытались организовать оборону. Они образовали плотный строй, прикрывая друг друга. Однако штурмующие не стали останавливаться. Вперед выступили мастера, владевшие огненными техниками. По их команде вспыхнули сложные духовные печати. Потоки пламени устремились вперед, заполняя широкий проход между обломками. Жар мгновенно прокатился по разрушенному залу. Защитники были вынуждены отступить, теряя строй и пытаясь укрыться от стремительно распространявшегося огня. Пользуясь этим, другие бойцы карательного отряда быстро заняли выгодные позиции, постепенно оттесняя сопротивлявшихся глубже в помещение.

В зале становилось все больше дыма. Князь, тяжело дыша, понимал, что оставаться на открытом месте смертельно опасно. С трудом подтянувшись на здоровой руке, он пополз в сторону. Каждое движение отдавалось болью в груди. Разбитые камни впивались в ладонь. Одежда цеплялась за острые обломки.

Наконец он добрался до огромной колонны, рухнувшей во время обрушения стены. Когда-то она поддерживала своды этого роскошного зала. Теперь же лежала поперек пола, частично скрывая пространство за собой.

Князь прижался к ее холодной каменной поверхности, стараясь перевести дыхание. Сердце бешено колотилось. Совсем недавно он мечтал о расширении своего княжества, новых союзах и укреплении власти. Теперь же все эти планы исчезли, вытесненные одной-единственной мыслью о том, как пережить происходящее. За разрушенной колонной он слышал тяжелые шаги приближающихся штурмующих и понимал, что бой стремительно смещается в глубь дворца, а времени на раздумья остается все меньше.

Сражение ворвалось во дворец подобно горной лавине. Только что величественные коридоры, где на лакированных полах отражались отблески дорогих светильников, а по стенам тянулись шелковые гобелены с изображениями древних побед рода князя, превратились в настоящий лабиринт из дыма, огня и рушащегося камня. Каждый следующий удар сотрясал всё здание. Где-то сверху с чудовищным треском рухнула часть перекрытия. По длинным галереям, где еще совсем недавно бесшумно двигались слуги, теперь катились клубы пыли, перемешанные с искрами духовного пламени.

— Держать строй!

— Не подпускайте их!

— Активировать второй контур печатей!

— Защитить князя!

Крики накладывались друг на друга. Но в них уже почти не оставалось уверенности. Воины княжества были хорошо подготовлены. Во всяком случае, по меркам большинства соседних земель. Они действительно имели богатый боевой опыт. Многие прошли десятки сражений. Некоторые достигли уровня Да Доу Ши. Однако сейчас они столкнулись вовсе не с обычной армией. Во дворец ворвались карательные группы сразу трёх Великих Академий. Это были те самые люди, для которых уничтожение подобных преступных организаций являлось одной из основных обязанностей. Они не спорили. Не угрожали. Не пытались демонстрировать собственное превосходство. Каждое их движение было отточено до совершенства. Каждый шаг являлся частью общего построения. Каждый удар дополнял действия товарищей. Именно поэтому вся оборона княжества буквально рассыпалась за считанные минуты. В одном из внутренних дворов капитан охраны яростно взмахнул клинком.

— Сейчас!

Из-за его спины сразу несколько культиваторов вытащили из специальных футляров продолговатые металлические цилиндры, густо покрытые древними рунами. Каждый такой артефакт стоил огромных денег. Именно подобными устройствами они уже много лет охотились на молодых одарённых. Капитан собственноручно вложил духовную силу в центральную печать. По поверхности металла побежали серебристые линии. Раздался знакомый низкий гул. Воздух словно задрожал. Пространство вокруг стало вязким. Молодой культиватор неподалёку сразу ощутил, как духовная энергия внутри меридианов начала двигаться заметно тяжелее.

— Получилось!

— Работает!

Несколько защитников даже позволили себе облегчённо улыбнуться. Однако эта улыбка исчезла уже через мгновение. Из клубов дыма медленно вышел высокий мужчина в длинном тёмно-красном плаще наставника Академии Алого Пламени. Он даже не пытался уклоняться. Гул артефакта свободно прокатился по его телу. И... Ничего. Вообще ничего. Он лишь слегка наклонил голову.

— Вот значит, чем вы пользовались против детей...

В его голосе не было ярости. Именно это пугало сильнее всего. Потому что говорил человек, который уже вынес приговор. Один из защитников закричал:

— Усилить мощность!

Сразу ещё три культиватора направили духовную силу в подавитель. Гул стал настолько сильным, что оконные рамы начали дрожать. Даже каменная кладка покрылась тонкими трещинами. Но наставник лишь спокойно сделал шаг вперёд. Вокруг его тела вспыхнуло плотное духовное пламя. Оно не боролось с воздействием артефакта. Оно просто... Подавило его. Разница в уровнях оказалась слишком огромной. Если устройство действительно могло эффективно мешать молодым ученикам, ещё не научившимся свободно управлять собственной энергией, то против мастера уровня Доу Лин его воздействие ощущалось не сильнее лёгкого порыва ветра. Наставник спокойно поднял ладонь.

— Сжечь.

Огненная волна сорвалась вперёд. Не как хаотичный поток. Нет. Она двигалась узкой управляемой полосой. Прошла между колоннами. Обогнула союзников. И точно накрыла группу операторов подавителя. Раздались отчаянные крики. Артефакты один за другим начали раскаляться. Руны вспыхнули ослепительно-белым светом. Через мгновение металл не выдержал собственной энергии. Хлопок. Ещё один. Третий. Все подавители одновременно взорвались изнутри. Осколки раскалённого металла градом ударили по своим же владельцам. В другом крыле дворца похожая картина повторялась вновь и вновь. Защитники пытались активировать запасные устройства. Пытались выстроить ловушки. Пытались заманить противника в узкие переходы. Но карательные отряды явно были заранее предупреждены. Каждая группа двигалась с таким расчётом, словно заранее изучила внутреннее устройство дворца.

Впереди шли самые сильные мастера. Следом — наставники, прикрывавшие фланги. Позади двигались специалисты по разрушению защитных печатей. Стоило где-нибудь вспыхнуть новой духовной формации, как один из них сразу наносил несколько точных ударов по узлам построения. И сложнейшие защитные массивы, которые княжеский род создавал десятилетиями, один за другим гасли. Будто кто-то просто тушил свечи. В этот момент один из старейшин Академии Звериного Дао даже усмехнулся, заметив очередной подавитель.

— Любопытная игрушка.

Рядом с ним громадный духовный зверь, похожий на исполинского чёрного медведя, тяжело ударил лапой по полу. От ударной волны ближайшая стена сложилась внутрь. А сам подавитель, не выдержав чудовищной вибрации, просто рассыпался на десятки металлических обломков.

— Слишком слабые материалы. — Спокойно произнёс старейшина. — Для борьбы с учениками ещё годится. Против настоящих мастеров — бесполезно.

Постепенно по всему дворцу становилось очевидно одно. Главное оружие княжества оказалось полностью бесполезным. Его создавали для охоты на молодых культиваторов. Для засад. Для нападений исподтишка. Для тех, кто ещё не успел обрести достаточного опыта. Но сейчас во дворце находились люди, десятилетиями совершенствовавшие собственное Дао. Они не только значительно превосходили пределы, на которые были рассчитаны эти устройства. Они ещё и заранее знали об их существовании благодаря сведениям, полученным от захваченных охотников.

Поэтому никто не пытался бороться с подавителями привычными способами. Их просто уничтожали. Методично. Хладнокровно. Без малейших колебаний. И вместе с каждым разрушенным артефактом исчезала последняя надежда защитников остановить наступление. Дворец, ещё недавно казавшийся неприступной крепостью, стремительно превращался в ловушку уже для своих собственных хозяев.

Под сводами полуразрушенного дворца ещё долго перекатывалось гулкое эхо сражения. Где-то продолжали осыпаться каменные блоки. Тлели дорогие ковры. Дымились разбитые колонны. Запах благовоний, ещё недавно наполнявший покои князя, давно исчез, сменившись тяжёлым запахом гари, раскалённого камня и пыли. Бой уже почти закончился. Лишь изредка в дальних коридорах ещё раздавались короткие вспышки духовной силы — последние очаги сопротивления быстро подавлялись карательными группами. Именно в этот момент несколько культиваторов Академии Звериного Дао остановились возле груды обломков. Один из них медленно поднял руку.

— Здесь.

Духовный зверь, напоминавший массивного каменного барса, шумно втянул воздух. Затем негромко зарычал. Он отчётливо чувствовал человеческий запах. Двое бойцов быстро принялись разбирать завал. Огромный кусок колонны откатился в сторону. Следом подняли расколотую мраморную плиту. Под ней, прижавшись к полу и пытаясь даже не дышать, сидел князь. Его дорогое одеяние превратилось в лохмотья. Когда-то белоснежные рукава были покрыты кровью и пылью. Лицо стало серым. Сломанная рука бессильно висела вдоль тела. Каждый вдох сопровождался болезненной гримасой — сломанные рёбра не позволяли даже нормально дышать. Он поднял взгляд. И впервые за долгие годы в его глазах не осталось ни высокомерия, ни чувства собственного превосходства. Только страх.

— Не... не убивайте...

Ответом стало молчание. Один из культиваторов спокойно наклонился. Одной рукой поднял князя за ворот дорогого халата. Будто тот весил не больше ребёнка. Другой быстро надел на него специальные духовные оковы. Тонкие серебристые кольца сомкнулись на запястьях. По поверхности металла сразу побежали десятки мелких рун. Князь мгновенно почувствовал, как духовная энергия внутри его меридианов словно погрузилась под тяжёлый камень. Попытка призвать хоть каплю силы окончилась ничем.

— Ведите.

Его буквально волоком вытащили наружу. Полуразрушенный внутренний двор уже был полностью очищен. По обе стороны стояли карательные отряды. Дисциплинированные. Молчаливые. Никто не выкрикивал угроз. Никто не злорадствовал. Эта тишина производила куда более тяжёлое впечатление. В центре двора стояли трое пожилых культиваторов. Их одежды почти не были повреждены. Лишь слабые остатки духовной силы ещё мерцали вокруг рукавов. Именно они руководили всей операцией. Великие старейшины трёх Академий. Академии Небесного Свода… Академии Алого Пламени… Академии Звериного Дао…

Князя поставили перед ними на колени. Он попытался подняться. Но один из сопровождавших лишь слегка положил ладонь ему на плечо. Колени сами ударились о разбитую каменную плитку. Раздался болезненный стон. Несколько мгновений никто не говорил. Старейшины спокойно рассматривали человека, из-за которого сюда пришлось направить столь крупные силы. Наконец вперёд сделал шаг старейшина Академии Алого Пламени. Его голос звучал ровно.

— Теперь ты понимаешь, почему мы пришли?

Князь тяжело сглотнул.

— Н... нет...

— Правда? — Старик чуть прищурился. — Тогда мы напомним.

Он медленно поднял руку. Рядом один из наставников развернул несколько свитков.

— Некоторое время назад исчезла группа учеников Академии Алого Пламени.

Следующий свиток.

— Затем исчезли молодые культиваторы Академии Звериного Дао.

Ещё один.

— После этого начали пропадать ученики других школ.

Князь молчал. На его виске выступила крупная капля пота. Старейшина продолжил:

— Мы долго не могли понять, что объединяет эти случаи. Затем была предпринята попытка нападения на возвращавшихся участников Турнира Тьмы и Света.

При этих словах лицо князя заметно дрогнуло. В этот момент он понял… Именно тогда всё и рухнуло… Старейшина внимательно наблюдал за этой реакцией.

— Значит... догадался.

Рядом спокойно заговорил глава Академии Звериного Дао.

— Люди, которых ты отправил. Замаскированные под торговцев… Сонное зелье… Артефакт подавления духовной силы. Попытка захватить молодых культиваторов живыми. — Он сделал небольшую паузу. — Один из них оказался достаточно разговорчив.

Князь почувствовал, как сердце болезненно сжалось. Его пальцы непроизвольно задрожали.

— Он рассказал многое. — Теперь заговорил великий старейшина Академии Небесного Свода. — О ваших методах. О специальных кандалах. О похищениях. О тайных темницах. О принудительном удержании одарённых. И о том, что это происходило далеко не первый год.

Каждое слово словно становилось всё тяжелее.

— После этого мы сопоставили сведения. Проверили исчезновения. Проверили торговые пути. Проверили деятельность ваших людей. — Он медленно посмотрел прямо князю в глаза. — Картина оказалась весьма... цельной.

Князь попытался что-то сказать.

— Это... недоразумение...

Никто даже не шелохнулся.

— Недоразумение? — спокойно переспросил старейшина Академии Алого Пламени.

— Наши ученики исчезали. И их следы обрывались возле ваших земель. Ваши люди использовали специализированные артефакты против молодых культиваторов. Затем они же попытались повторить это против победителей Турнира Тьмы и Света. — Он слегка покачал головой. — Слишком много совпадений для одного… недоразумения… Во дворе вновь воцарилась тишина.

Князь медленно опустил голову. Теперь он уже понимал. Не нападение стало причиной их появления. Оно лишь сорвало завесу. Именно провал той группы охотников, отправленной за победителями турнира, дал Академиям живых свидетелей, захваченные артефакты и достаточно сведений, чтобы связать воедино целую цепочку давних преступлений.

То, что долгие годы оставалось скрытым за стенами княжества, наконец вышло наружу. И теперь перед ним стояли не люди, приехавшие за выкупом или переговорами. Перед ним стояли представители трёх Великих Академий, прибывшие выяснить масштаб произошедшего, найти всех причастных и положить конец охоте на молодых одарённых культиваторов, которая, как теперь стало ясно, велась на этих землях уже много лет.

Князь уже не пытался сохранять достоинство. Стоя на коленях среди развалин собственного дворца, с растрёпанными волосами, покрытый пылью и кровью, он метался взглядом между тремя Великими старейшинами, отчаянно пытаясь найти хоть малейший признак того, что с ними ещё можно договориться.

Но лица стариков оставались совершенно спокойными. И именно это спокойствие пугало его сильнее любого крика. Первым нарушил молчание Великий старейшина Академии Алого Пламени. Его ладонь медленно окуталась ярко-алым духовным огнём. Пламя не обжигало окружающий воздух. Оно словно горело само по себе, не нуждаясь ни в чём. Даже каменные плиты под ногами начали медленно краснеть. Старик сделал один неторопливый шаг.

— За нападение на учеников Академий...

Ещё один.

— За похищение молодых культиваторов...

Пламя стало выше.

— За использование их в качестве живого ресурса... — Температура вокруг заметно поднялась. — Я могу прямо сейчас сжечь тебя заживо.

Только теперь князь окончательно сломался.

— Нет!

Он буквально закричал.

— Нет! Это не только я! — Голос князя сорвался почти на визг. — Почему только меня?! Все так делают!

Несколько наставников переглянулись. Князь же продолжал выкрикивать слова, уже почти не понимая, что именно говорит.

— У нас все дворянские семьи этим занимались! Все! Каждый крупный род! Это обычное дело! — Он судорожно ткнул пальцем куда-то в сторону. — И соседи тоже! В соседних княжествах тоже похищают талантливых! Да, не так много... Не так открыто... Но делают! Почему только меня вы решили наказать?! Почему отвечать должен только я?!

Он всё говорил и говорил, захлёбываясь словами. Каждое новое признание делало окружающее молчание всё тяжелее. Старейшины не перебивали. Они внимательно слушали. Не потому, что хотели узнать что-то новое. А потому, что человек собственными словами подтверждал масштаб происходившего. Когда поток бессвязных оправданий наконец иссяк, Великий старейшина Академии Небесного Свода спокойно произнёс:

— Значит... — Он медленно обвёл взглядом остальных. — Это не случайность. Это система.

Старейшина Академии Звериного Дао коротко кивнул.

— Причём существующая уже давно.

После этих слов наступила короткая пауза. После чего глава Академии Алого Пламени произнёс всего одну фразу:

— Тогда наказание должно стать таким, чтобы о нём узнали все.

Никто не возразил. Решение было принято. До самого рассвета над столицей не стихал грохот. Жители города видели, как над небом один за другим вспыхивали силуэты могущественных культиваторов. Словно три огромные армии духовных мастеров окружили весь город. Но удары наносились не хаотично. Было видно, что карательные отряды действуют по заранее составленному плану. Сначала были полностью подавлены все оставшиеся защитные печати. Затем уничтожили склады оружия, арсеналы и казармы. После этого началась основная операция.

Главной целью стал Верхний город. Именно там располагались дворцы знати. Резиденции самых богатых родов. Поместья чиновников. Сокровищницы. Архивы. Все те, кто долгие годы пользовался плодами преступной системы или, по меньшей мере, знал о ней и не препятствовал ей. Над районом один за другим вспыхивали духовные массивы. Небо окрасилось в десятки оттенков. Ледяные техники покрывали улицы сияющими узорами. Порывы ветра срывали крыши дворцов. Каменные укрепления разрушались под ударами тяжёлых техник земли. Молнии рассекали башни.

А затем своё слово сказала Академия Алого Пламени. Высоко над Верхним городом вспыхнул огромный огненный массив. Казалось, будто в небе открылось второе солнце. Энергия этой огненная техника не разлеталась во все стороны. Она была направлена точно в центральную часть квартала знати. Через несколько мгновений раздался ослепительный всплеск света. А затем — удар. Настолько мощный, что его ощутили далеко за пределами столицы. Когда сияние постепенно рассеялось, Верхнего города больше не существовало. На его месте осталась огромная воронка, края которой представляли собой оплавленный камень. Там, где ещё недавно возвышались роскошные дворцы, широкие площади и древние особняки, теперь не осталось ни одного уцелевшего здания.

Остальные районы столицы также понесли тяжёлые разрушения. Военные объекты, административные здания и укрепления были выведены из строя, а многие кварталы оказались разрушены в ходе боевых действий и применения различных стихийных техник.

К утру город уже не напоминал прежнюю столицу. Над развалинами медленно поднимался дым. По улицам двигались только карательные группы, завершавшие проверку территории и освобождавшие обнаруженных пленников из подземных темниц.

Когда первые лучи солнца коснулись горизонта, три Великих старейшины уже стояли за пределами разрушенной столицы. Позади них медленно собирались отряды Академий. Великий старейшина Академии Алого Пламени ещё раз посмотрел на лежащий внизу город. Его голос прозвучал спокойно:

— Пусть эта ночь станет предупреждением.

Глава Академии Небесного Свода добавил:

— Любой, кто решит превратить учеников Академий в добычу, должен понимать цену такого выбора.

А старейшина Академии Звериного Дао лишь коротко произнёс:

— Теперь проверим соседние княжества.

Если слова пленённого князя окажутся правдой, карательная экспедиция на этом не закончится. Рассвет после уничтожения столицы наступил в необычайной тишине. Ещё накануне по всему региону расходились столбы дыма, а теперь над дорогами уже неслись десятки духовных птиц-посланников, сверкающих полосами света в утреннем небе. Новость распространялась быстрее любого гонца. За одну ночь перестало существовать целое княжество. И причиной стало вовсе не восстание, не вторжение Тёмных миров и не война между соседями. Три Великие Академии собственными руками уничтожили государство, чьи правители превратили молодых культиваторов в товар. Одного этого оказалось достаточно, чтобы по всему региону началась настоящая паника. Уже следующим утром карательная экспедиция разделилась. Вместо единой армии по дорогам, рекам и воздушным путям разошлись десятки самостоятельных отрядов.

В каждом находилось несколько мастеров уровня Доу Лин. Их сопровождали наставники, специалисты по духовным печатям, следопыты и алхимики, умевшие определять следы запрещённых техник. Их задачей больше не было уничтожение одного конкретного княжества. Теперь они проверяли всё. Каждый донос. Каждый слух. Каждое исчезновение молодых культиваторов за последние десятилетия. Любую странную историю, которую раньше предпочитали списывать на случайность.

И страх сделал то, чего не смогли добиться никакие угрозы. Правители соседних земель начали наперебой уверять представителей Академий в собственной непричастности. Во многих княжествах архивы открывали ещё до прибытия проверяющих. Начальники стражи сами приносили списки заключённых. Хозяева крупных родов торопливо приглашали наставников Академий осмотреть собственные владения. Некоторые правители даже лично сопровождали карательные отряды, словно пытаясь доказать:

— Нам нечего скрывать. Осматривайте всё. Любые подземелья. Любые склады. Любые тайные комнаты.

И всё лишь бы подозрение не задержалось на их землях. Но были и другие. Страх оказался прекрасным стимулом не только для оправданий. Он породил поток доносов. Иногда искренних. Иногда продиктованных старой враждой. Иногда — желанием избавиться от неудобных соседей руками Академий. Именно так один из князей небольшого приграничного княжества, встретивший карателей с подчеркнутым почтением, после завершения проверки неожиданно попросил разрешения поговорить наедине. Когда рядом остались лишь трое старейшин и несколько наставников, он низко поклонился.

— Почтенные... — Он явно колебался. — Если ваша цель — искоренить подобные преступления... Тогда вам следует обратить внимание на моих соседей.

Великий старейшина Академии Небесного Свода спокойно посмотрел на него.

— Продолжай. — Князь глубоко вдохнул, и виновато опустил взгляд. — Несколько лет назад неподалёку от их земель бесследно исчезла группа странствующих культиваторов. Потом ещё одна. Мы тогда не придали значения... Но позже начали ходить слухи. О подземных темницах. О клятвах крови. О духовном рабстве. О том, что сильных культиваторов заставляют сражаться вместо собственной дружины. А тех, кто пытается отказаться...

Он не договорил. Старейшины и без того прекрасно поняли смысл. Проверка началась немедленно. На этот раз каратели действовали ещё быстрее. Им уже не требовались месяцы расследований. Они прекрасно знали, на что обращать внимание. Следы специальных духовных оков. Кровавые алтари для принудительных клятв. Подземные камеры, стены которых были покрыты подавляющими духовную силу печатями. Остатки ритуальных формаций. И самое главное — живые свидетели. Когда в одной из крепостей нашли сразу нескольких истощённых культиваторов, всё ещё носивших духовные кандалы и связанных клятвами крови, сомнений уже не осталось. Люди были живы. Но их духовные ядра оказались настолько истощены постоянным принуждением к сражениям, что некоторые едва могли самостоятельно стоять. Один из освобождённых дрожащим голосом рассказал, как хозяева крепости годами отправляли их в самые опасные столкновения. Если погибнет наёмник — ничего страшного. Если погибнет собственный наследник — совсем другое дело. Поэтому впереди всегда шли рабы.

После этого разговоров уже никто не вёл. Приговор выносился прямо на месте. Карательные группы действовали одинаково. Сначала освобождали пленников. Затем выводили мирных жителей из опасной зоны. После чего уничтожали укреплённые усадьбы, крепости или замки, где были обнаружены подтверждённые свидетельства подобных преступлений. Никаких долгих осад. Никаких переговоров. Никаких выкупов.

Месяц спустя карта региона изменилась до неузнаваемости. Там, где ещё недавно возвышались богатые родовые поместья, теперь зияли огромные воронки с оплавленными краями. Некоторые крепости превратились в груды щебня… От других остались лишь обугленные фундаменты… Где-то стихия льда расколола башни на тысячи осколков... Где-то каменные стены были буквально смяты чудовищной силой техник земли… А в местах, куда приходили мастера Академии Алого Пламени, сама почва ещё долго оставалась чёрной и сплавленной в единый стекловидный пласт.

Не все доносы подтверждались. Некоторые оказывались попытками свести личные счёты. В таких случаях каратели уходили, не применяя силу. Но там, где находились прямые доказательства — пленники, запрещённые ритуалы, следы принудительных кровных клятв или систематического использования культиваторов как расходного ресурса, — решение принималось без промедления.

С точки зрения Великих Академий, подобные действия подрывали сам порядок мира культиваторов. Если сильный начинал безнаказанно превращать идущих по пути Дао Цзы в инструмент или имущество, это разрушало те правила, на которых держалось взаимодействие между школами, сектами и государствами. Поэтому наказание должно было быть не только суровым, но и показательным.

К концу месяца слухи о карательной экспедиции разошлись далеко за пределы нескольких княжеств. Многие правители поспешили сами распустить незаконные темницы, освободить удерживаемых силой культиваторов и отказаться от практик, которые могли привлечь внимание Академий. И хотя никто не мог с уверенностью сказать, что подобные преступления исчезли окончательно, одно стало очевидно для всех. После этой кампании цена за подобные злоупотребления выросла настолько, что желающих рисковать стало значительно меньше.

Летающая каравелла, на которой прибыли представители Академии Небесного Свода, медленно снижалась, рассекая белоснежные облака, которые плотным ковром укрывали вершины бесчисленных горных хребтов. Вскоре впереди показался знакомый силуэт. Огромный горный массив. Десятки пиков. Водопады, ниспадающие с отвесных скал серебристыми нитями. Сотни парящих над пропастями каменных площадок. И среди всего этого величия — Академия Небесного Свода. Даже после всего пережитого многие ученики невольно поднялись со своих мест и подошли к борту корабля. Дом. Именно это чувство сейчас читалось почти на каждом лице. Кто-то облегченно выдохнул. Кто-то впервые за много дней позволил себе улыбнуться. Кто-то просто молча смотрел вперед, словно до конца не веря, что действительно вернулся. Над Академией уже звенели огромные бронзовые колокола. Не один. Не два. А сразу все. И их тяжелый, глубокий гул расходился по окрестным горам, отражаясь от скал тысячекратным эхом. Подобный сигнал звучал лишь в самых исключительных случаях. Возвращение экспедиции. Или... Великая победа. По мере снижения корабля становилось видно, что центральная площадь академии буквально заполнена людьми. Ученики. Наставники. Старшие наставники. Старейшины. Даже многие затворники, которые годами не покидали своих павильонов, сейчас вышли наружу. Все смотрели только вверх. На приближающийся корабль. Их лица были удивительными. На них одновременно читались надежда... Недоверие... И тревога. Ведь несколько недель назад именно отсюда провожали небольшой отряд молодых культиваторов, прекрасно понимая, что большинство из них может уже никогда не вернуться.

Турнир Тьмы и Света никогда не считался безопасным испытанием. Это была настоящая битва насмерть. Именно поэтому многие ожидали увидеть возвращение лишь немногих. Если вообще хоть кого-нибудь. Когда корабль наконец приблизился к посадочной площадке, над площадью повисла почти абсолютная тишина. Слышался лишь шелест ветра. Да негромкий скрип древесины самого живого судна. Корабль плавно коснулся огромной каменной платформы. Корни, заменявшие ему якоря, медленно опустились вниз, впиваясь в специально подготовленные углубления.

Трап начал неторопливо раскрываться. Все замерли. Первым появился один из сопровождавших наставников. Живой. Без тяжелых ранений. Следом вышел второй. Потом третий. Затем начали сходить сами участники турнира. Один за другим. Живые. Практически все. Именно этот момент вызвал первую волну потрясения. По толпе словно прокатился невидимый порыв ветра.

— Все...

— Они все вернулись...

— Не может быть...

— Неужели...

Многие действительно не могли поверить собственным глазам. Но настоящий шок начался спустя несколько мгновений. Когда среди участников появился Мин-сок. Самый молодой. Тот самый юноша, которого еще совсем недавно многие ученики считали лишь необычайно талантливым новичком. Теперь же... Даже не обладая особыми способностями к распознаванию чужой культивации, многие инстинктивно чувствовали. Его присутствие изменилось. Он словно стал тяжелее. Спокойнее. Опаснее. Аура больше не казалась неустойчивой, как у подростка, который только начинает свой путь. Теперь она напоминала спокойно текущую реку, под поверхностью которой скрывалась огромная сила.

Некоторые старейшины переглянулись. Они уже слышали донесения. Но одно дело — услышать. И совсем другое — увидеть собственными глазами. Юноша, которому недавно исполнилось всего семнадцать лет... Стоял перед ними уже совсем на ином уровне развития. Именно это заставляло многих ощущать не столько радость, сколько искреннее изумление. Однако следующее открытие оказалось еще более неожиданным. За спиной Мин-сока, сохраняя безупречную дистанцию, спокойно шла молодая девушка. Она двигалась совершенно бесшумно. Каждый ее шаг был выверен. Каждое движение выглядело естественным. Но именно это спокойствие и настораживало опытных мастеров. Стоило нескольким старейшинам внимательнее присмотреться к ее ауре, как выражение их лиц изменилось.

— Это...

— Невозможно...

— Такая сила...

По площади снова прошел приглушенный гул. Они прекрасно чувствовали. Перед ними находилась чрезвычайно сильная культиваторша. Причем не из их мира. Ученики начали переглядываться. Кто-то узнал характерные одежды. Кто-то вспомнил рассказы участников турнира. По толпе стали расходиться тихие шепоты.

— Это ведь...

— Неужели...

— Та самая?

— Представительница темного мира...

И именно тогда один из наставников Академии громким голосом произнес:

— Представляем вам участников Турнира Тьмы и Света! — Его слова эхом разнеслись над всей площадью. — Благодаря их победе наш мир сохранил право самостоятельно распоряжаться собственной судьбой!

На мгновение воцарилась абсолютная тишина. А затем... Вся площадь взорвалась громовыми приветственными возгласами. Ученики радостно закричали. Кто-то поднял меч над головой. Кто-то ударил кулаком в грудь. Кто-то просто не скрывал слез облегчения. Они понимали главное. Тысячелетняя угроза, нависавшая над их миром, изменила свой характер. И в этом была заслуга небольшой группы молодых культиваторов, сумевших сделать то, чего многие поколения до них добиться не могли.

Сам же Максим почти не обращал внимания на этот шум. Он лишь спокойно оглядел знакомые павильоны Академии. Каменные лестницы. Старые сосны. Тренировочные площадки. Все выглядело почти так же, как в день его ухода. Изменился лишь он сам. И, судя по десяткам потрясенных взглядов, устремленных сейчас в его сторону, это понимали абсолютно все. Стоило последнему участнику турнира ступить на белый камень центральной площади Академии Небесного Свода, как ожидавшие впереди старейшины одновременно сделали несколько шагов навстречу. Их лица сохраняли достоинство, подобающее людям, десятилетиями посвятившим себя пути Дао, однако скрыть облегчение удавалось далеко не всем. Экспедиция вернулась. Практически в полном составе. Уже одно это было событием, достойным войти в летописи Академии.

Ответственный за встречу старейшина Лао первым сложил ладони в торжественном приветствии.

— Добро пожаловать домой.

Его голос, усиленный духовной энергией, спокойно прокатился по площади. За ним тот же жест повторили остальные старейшины. Ученики невольно последовали примеру наставников. На несколько мгновений вся огромная площадь застыла в торжественном молчании. Но именно в этот момент произошло нечто совершенно неожиданное. Из самой задней шеренги старейшин вдруг выскочил седой библиотекарь — тот самый старик, которого большинство учеников привыкло считать почти частью древних книжных стеллажей. Обычно он двигался медленно. Спокойно. Даже лениво. Теперь же... Он буквально проскользнул вперед с такой скоростью, что несколько наставников удивленно обернулись.

Старик остановился в нескольких шагах от Максима. Прищурился. Замер. А затем неожиданно громко рассмеялся.

— Ха-ха! Так и знал! — Он хлопнул себя ладонью по колену. — Я же говорил... говорил... говорил самому себе... но даже я не думал, что настолько быстро...

После чего, совершенно забыв о приличиях, принялся медленно обходить юношу по кругу. Раз. Другой. Третий. Будто опытный ученый рассматривал редчайший артефакт. И при этом непрерывно что-то бормотал себе под нос.

— Структура изменилась... Ядро стало устойчивее... Нет... не просто устойчивее... Интересно... Очень интересно...

Он наклонял голову то в одну сторону, то в другую. Иногда даже вытягивал вперед ладонь, словно стараясь лучше почувствовать движение духовной энергии. Со стороны это выглядело настолько необычно, что многие ученики переглянулись.

— Что происходит?..

— Библиотекарь...

— Он вообще когда-нибудь раньше так себя вел?

Даже старейшина Лао слегка нахмурился.

— Почтенный хранитель...

Но тот словно ничего не слышал. Продолжая кружить вокруг Максима, старик вдруг довольно потер ладони.

— Великолепно... Просто великолепно... Вот теперь становится понятно...

Потом резко поднял голову. И посмотрел прямо на остальных старейшин.

— Вы вообще смотрели?

Те недоуменно переглянулись.

— Куда?

— На него! — Старик раздраженно махнул рукой в сторону Максима. — Не глазами ученика! Не глазами политика! Не глазами человека, который видит перед собой героя! А глазами мастера!

Наступила тишина. После этих слов старейшины наконец перестали обращать внимание лишь на сам факт возвращения экспедиции и сосредоточились на ауре юноши. Несколько мгновений никто ничего не говорил. Затем выражения их лиц начали постепенно меняться. Сначала удивление. Потом недоверие. Затем настоящий шок.

— Это...

— Не может быть...

— Когда?..

Один из старших наставников даже сделал шаг вперед. Он был сильным мастером и прекрасно понимал, что ощущает. Перед ним стоял уже не тот молодой культиватор, которого Академия несколько недель назад отправила на Турнир Тьмы и Света. Его духовная энергия стала глубже. Плотнее. Спокойнее. Она больше не напоминала бурный поток, только что прорвавший плотину. Теперь это была широкая полноводная река, текущая уверенно и без малейших признаков нестабильности. Даже опытные наставники невольно ощущали исходящее от нее давление. По площади прокатился приглушенный шепот. Некоторые наставники впервые осознали простую мысль. По уровню личной силы этот семнадцатилетний юноша уже приблизился к той границе, за которой формальное звание “ученик” начинает плохо отражать действительность.

Это вовсе не означало, что ему больше нечему учиться — путь Дао бесконечен, а опыт, понимание техник и мудрость невозможно заменить одной лишь мощью. Но разрыв между ним и многими наставниками оказался настолько мал, а в отдельных случаях уже и вовсе исчез, что прежние представления приходилось пересматривать.

И лишь теперь внимание старейшин привлекла молодая женщина, спокойно стоявшая чуть позади Максима. Она не пыталась выделиться. Не демонстрировала силу. Просто молча наблюдала за происходящим. Однако ее присутствие невозможно было игнорировать. Опытные мастера сразу почувствовали, насколько собранной и опасной она оставалась. Даже сейчас. Даже находясь среди множества сильнейших культиваторов Академии.

— Интересно... — негромко произнес один из старейшин. — Она держится удивительно спокойно.

Старейшина Лао перевел взгляд с нее на Максима. В его глазах мелькнуло понимание. Очевидно было одно. За время турнира произошло гораздо больше событий, чем можно было передать несколькими короткими докладами. И теперь Академии предстояло узнать всю историю целиком.

Над центральной площадью Академии Небесного Свода постепенно воцарилась тишина. Даже многочисленные ученики, еще мгновение назад переговаривавшиеся между собой, один за другим умолкали, понимая, что сейчас прозвучит официальный доклад. Старейшина Лао медленно обвел взглядом собравшихся.

— Наставница Ли Юньсюэ.

Молодая женщина сделала шаг вперед. Она сложила ладони в почтительном поклоне.

— Уважаемые старейшины.

После чего медленно выпрямилась. Несмотря на усталость после долгого пути, ее голос звучал спокойно и уверенно.

— Согласно утвержденному перед отправлением плану, первым участником от нашей стороны должен был выйти самый молодой член отряда — ученик Академии Небесного Свода Мин-сок.

По площади прокатился негромкий шепот. Некоторые старейшины уже знали об этом решении. Но большинство слышало подобное впервые. Один из пожилых наставников даже невольно нахмурился.

— Самого молодого?

Ли Юньсюэ спокойно кивнула.

— Именно так. Его задача заключалась не в победе любой ценой, а в оценке возможностей противника. Мы исходили из того, что первый поединок позволит понять сильные и слабые стороны команды соперника, не раскрывая полностью потенциал остальных участников.

Несколько старейшин согласно кивнули. Подобная тактика действительно выглядела разумной. Однако никто не ожидал услышать продолжение.

— После начала поединка выяснилось, что противники оказались совершенно не готовы к особенностям силы Инь, которой владел наш ученик.

Теперь шепот стал заметно громче. А Ли Юньсюэ продолжила:

— Дополнительным фактором стало использование древнего посоха, позволившего максимально раскрыть возможности этой техники.

Она не стала вдаваться в подробности происхождения артефакта. Но даже этого оказалось достаточно. На лицах многих старейшин появилось понимание.

— Первый противник потерпел поражение… Затем второй… Потом третий… — Каждое следующее предложение словно тяжелый камень падало в наступившую тишину. — После нескольких подряд поражений представители другой стороны начали действовать все менее сдержанно. Их попытки изменить ход поединков привели к нарушениям установленного регламента, что было зафиксировано наблюдателями турнира.

По площади пробежал удивленный гул.

— Нарушения?

— Настолько серьезные?

Ли Юньсюэ вновь коротко поклонилась.

— Да.

— Именно после этого ситуация вышла за рамки обычного состязания.

Она не повышала голос.Но каждое слово звучало отчетливо.

— Несмотря на давление и попытки переломить ход событий, Мин-сок сумел сохранить инициативу и завершить все свои поединки победой.

Теперь уже даже многие старейшины не скрывали эмоций. Кто-то довольно улыбался. Кто-то качал головой. Некоторые смотрели на юношу так, словно видели его впервые. Наконец один из старших наставников тихо произнес:

— Значит... Остальным членам вашего отряда даже не пришлось вступать в решающие схватки...

— Именно так… — Спокойно ответила Ли Юньсюэ. — Их готовность сражаться до конца не вызывала сомнений. Однако обстоятельства сложились таким образом, что решающие события развернулись значительно раньше ожидаемого.

Несколько мгновений на площади царило молчание. Затем среди учеников раздались первые радостные возгласы. Кто-то не выдержал и громко выкрикнул:

— Слава Академии Небесного Свода!

Ему тут же ответили десятки голосов. Потом сотни. Но старейшины почти не обращали внимания на ликование молодых учеников. Их занимало другое. Они внимательно наблюдали друг за другом. И именно тогда Максим заметил странную деталь. Большинство присутствующих действительно испытывали искреннюю радость. На их лицах читалось облегчение. Гордость. Воодушевление. Однако среди многочисленных представителей различных павильонов и старейшин Академии нашлись несколько человек, чьи лица выглядели... иначе. Один пожилой старейшина слишком крепко сжал рукав собственного одеяния. Другой заметно побледнел. Третий почти сразу опустил взгляд, стараясь скрыть выражение лица. Со стороны могло показаться, будто они просто растерялись. Но Максим уже достаточно хорошо научился наблюдать за людьми. Он видел напряженные мышцы челюсти. Короткие переглядывания. Едва заметные знаки глазами. И главное — отсутствие той самой радости, которую сейчас испытывали почти все вокруг.

“Странно...” — спокойно отметил он про себя.

Политика крупных Академий всегда была сложнее обычных соревнований. Победа открывала новые возможности, но одновременно меняла прежний баланс влияния, усиливала одни группы и ослабляла другие. Поэтому было неудивительно, что столь значительное событие вызывало у разных людей разные чувства. Эта мысль лишь укрепила его решение не торопиться с выводами. Сначала следовало понять, кто именно так отреагировал и почему. Лишь после этого можно было делать какие-либо предположения. По площади Академии Небесного Свода продолжали расходиться волны радостного возбуждения. Одни ученики окружали вернувшихся участников турнира, осыпая их вопросами. Другие уже строили самые невероятные предположения о том, что происходило на древней арене. Третьи оживленно спорили о том, какие награды теперь ждут победителей. Праздничное настроение постепенно охватывало все больше людей. И именно тогда начали проявляться те, кого подобные события неизменно притягивали словно огонь ночных мотыльков. Несколько молодых учеников, державшихся немного поодаль, переглянулись. Их лица выражали ту самую самоуверенность, которая нередко появляется у людей, ощущающих безопасность в толпе. Один из них, бросив взгляд на стоявшую позади Максима Юэ Жуянь, усмехнулся.

— Так это и есть знаменитая Королева Крови?

Другой нарочито громко фыркнул.

— Какая теперь королева? Обычная пленница. Какая-то глупая девчонка.

Третий демонстративно покачал головой.

— Столько слухов ходило... А в итоге стоит молча, словно собственной тени боится.

Несколько стоявших рядом учеников негромко рассмеялись. Они не кричали. Не пытались открыто провоцировать. Но говорили достаточно громко, чтобы их слова были услышаны. Именно этого они и добивались.

Юэ Жуянь медленно перевела взгляд в их сторону. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Лишь глаза стали чуть холоднее. Когда-то подобной фразы хватило бы, чтобы весь зал, где ее произнесли, оказался залит кровью. Она слишком хорошо помнила, как в Темных мирах люди, позволившие себе подобное, редко успевали договорить до конца.

Но сейчас девушка осталась неподвижной. Это спокойствие оказалось куда страшнее любого выкрика. Некоторые из более опытных наставников сразу заметили выражение ее лица и едва заметно нахмурились. Однако молодые насмешники этого не понимали. Или не хотели понимать. Для них происходящее было всего лишь удобным случаем показать собственную удаль перед многочисленными зрителями.

— Видели? — усмехнулся один из них. — Даже ответить не смеет.

— Еще бы...

— Здесь ведь Академия Небесного Свода.

— Тут ей уже не на кого рычать.

Снова послышался смех.

Максим молча наблюдал за происходящим. Не вмешивался. Пока что. Его взгляд спокойно скользнул по лицам говоривших. Он узнал некоторых. Память у него была хорошей. Очень хорошей. Один из этих юношей когда-то проиграл ему учебный поединок за несколько мгновений. Другой оказался среди тех, кто после поражения долго утверждал, будто просто был не готов. Третий вообще предпочел тогда сдаться, едва почувствовав необычную силу Инь. Сейчас же все трое словно напрочь забыли о тех событиях.

Заметив всё это, парень мысленно усмехнулся.

“Любопытно...”

Победа действительно меняет людей. Причем далеко не всегда в лучшую сторону. Эти ученики сами не участвовали в Турнире Тьмы и Света. Не рисковали жизнью. Не выходили на арену против неизвестного противника. Не принимали решений, от которых зависела судьба экспедиции. Но теперь, оказавшись среди своих, уже говорили так, будто именно они одержали победу. Будто именно их усилиями был достигнут этот результат. Подобное поведение не укрылось и от некоторых наставников. Один из старших мастеров недовольно нахмурился. Другой бросил предупреждающий взгляд в сторону шумной компании. Но вмешиваться сразу не стал. Возможно, рассчитывая, что молодые люди сами поймут неуместность своих слов. Не поняли. Наоборот. Воодушевленные тем, что никто их не одернул, они стали говорить еще громче.

— Интересно, долго она такой спокойной останется?

— Может, просто поняла свое положение?

— Или боится даже поднять глаза?

В этот момент Максим наконец сделал небольшой шаг вперед. Совсем небольшой. Он даже не изменил выражения лица. Но тут же произошло нечто странное. Веселые разговоры вокруг этой группы начали стихать сами собой. Несколько человек неожиданно почувствовали, как по спине пробежал холодок. Кто-то инстинктивно сделал полшага назад. Не потому, что увидел угрозу. А потому, что внезапно вспомнил. Перед ними стоял вовсе не обычный ученик. Это был тот самый юноша, о котором только что докладывали старейшинам. Тот, кто сумел переломить ход Турнира Тьмы и Света. Тот, чья аура заставила опытных мастеров переглядываться с изумлением. И рядом с ним находилась воительница, силу которой сами наставники оценивали с большой осторожностью. Несколько насмешников словно только сейчас осознали, что говорили не о беззащитной пленнице, а в присутствии людей, которых даже старейшины Академии встретили с подчеркнутым уважением. По площади снова стало тихо. Даже те, кто еще мгновение назад улыбался, начали внимательно следить за тем, что произойдет дальше. Насмешки продолжались еще несколько мгновений. Один из молодых дворян, явно привыкший к тому, что окружающие поддерживают каждое его слово, даже картинно развел руками.

— И это та самая гроза Тёмных миров?

Рядом кто-то негромко рассмеялся. Другой с нарочитой небрежностью добавил:

— Слухи всегда оказываются красивее правды.

Третий лишь презрительно усмехнулся, словно уже вынес окончательный приговор. Максим все это время молча наблюдал за ними. Без раздражения. Без злости. Даже без насмешки. Словно рассматривал какое-то любопытное явление.

“Странная вещь человеческая память...” — мелькнула у него мысль.

Он прекрасно помнил каждого из этих людей. Помнил учебные поединки. Помнил, как некоторые из них еще совсем недавно покидали арену, поддерживаемые товарищами, после собственных самоуверенных попыток испытать его силу. Помнил их растерянные лица. Помнил, как потом они неделями объясняли окружающим, что проиграли случайно, были не готовы или просто недооценили противника. А теперь... Теперь, окруженные десятками зрителей и находясь на территории собственной Академии, они вновь обрели привычную уверенность. Вот только направили ее не на него. А на человека, который совсем недавно был его противником на Турнире Тьмы и Света.

Максим невольно покосился на Юэ Жуянь. Он слишком хорошо помнил тот бой. Если бы тогда он не сумел скрыть часть своих возможностей до самого подходящего момента... Если бы противница заранее знала о природе его силы... Если бы не стечение сразу нескольких обстоятельств... Исход того поединка мог оказаться совсем иным. Эта мысль не задевала его самолюбие. Наоборот. Она лишь усиливала уважение к силе соперницы. Поэтому нынешние насмешки казались ему особенно нелепыми. Люди, которые никогда не сталкивались с ней всерьез, позволяли себе судить о том, чего совершенно не понимали.

Когда голоса наконец стихли, Максим спокойно сделал шаг вперед. Он не повышал голоса. Не выпускал ауру. Даже выражение его лица не изменилось.

— Закончили?

Несколько человек удивленно посмотрели на него. Юноша продолжил так же спокойно:

— Тогда позвольте задать один вопрос. — Он посмотрел прямо на говоривших.— Кто из вас готов выйти против нее?

На площади воцарилась тишина. Максим слегка наклонил голову.

— Не на учебной арене, где наставники остановят поединок при первой опасности. Не в показательном выступлении. А в настоящем бою, где противник использует весь свой опыт и все свои техники.

Его голос оставался ровным. В нем не было ни вызова, ни издевки. Только спокойная констатация.

— Вы ведь только что убеждали всех вокруг, что она не заслуживает уважения? Значит, победить её в бою на смерть для вас не составит труда.

После этих слов он немного подождал, но ему никто так и не ответил. Тогда парень перевел взгляд с одного лица на другое.

— Или я чего-то не понимаю?

Теперь улыбки начали постепенно исчезать. Тот самый дворянин, который ещё недавно говорил громче остальных, невольно отвел глаза. Другой переступил с ноги на ногу. Третий неожиданно обнаружил, что ему очень интересно рассматривать каменную плитку под ногами.

Максим негромко усмехнулся.

— Вот именно. — Он слегка повернулся в сторону собравшихся учеников. — Очень легко насмехаться над человеком после того, как бой уже закончился. Гораздо сложнее было бы сказать то же самое до начала поединка. Или выйти самому против него на арену.

Его слова прозвучали негромко. Но на площади их услышали все. Даже старейшины, продолжавшие обсуждать доклад, на мгновение прервали разговор. Максим спокойно продолжил:

— Я видел ее в настоящем бою. И именно поэтому знаю цену этой силе. — Он посмотрел на Юэ Жуянь. — Недооценивать сильного противника — худшая привычка для любого культиватора. Она невероятно дорого обходится.

Эти слова парня уже были обращены не только к насмешникам. И их услышали многие ученики. Некоторые старшие наставники одобрительно кивнули. Один из старейшин даже негромко произнес:

— Хорошо сказано.

Тем временем трое недавних острословов уже окончательно утратили прежнюю уверенность. Они не спорили. Не пытались возражать. Лишь молча отступили на несколько шагов, стараясь раствориться в толпе. Их прежняя бравада исчезла так же быстро, как и появилась. Максим же не стал развивать тему дальше. Для него разговор был окончен. Не потому, что он стремился унизить этих учеников, а потому, что считал, что настоящий культиватор обязан уважать силу противника, даже если этот противник недавно был его врагом. Недооценка же соперника, которого сам не сумел проверить в деле, чаще всего становилась первым шагом к собственному поражению. На площади вновь стало тихо. Несколько молодых учеников, которых только что поставили в неловкое положение, поспешили смешаться с толпой. Однако сам инцидент уже привлек внимание многих наставников и старейшин.

Двое пожилых старейшин переглянулись. Оба принадлежали к числу тех людей, чьи семьи уже много поколений занимали заметное положение в Академии Небесного Свода. И оба прекрасно узнали среди пристыженных учеников своих родственников. Один из них медленно выступил вперед. Его голос прозвучал спокойно, но с оттенком наставительного упрека:

— Мин-сок.

Максим повернул голову.

— Ты проявил выдающиеся способности и принес Академии огромную честь. Никто этого не отрицает. Однако подобные резкие слова в отношении товарищей по Академии едва ли способствуют согласию. Они старше тебя и заслуживают хотя бы уважительного обращения.

Второй старейшина также негромко добавил:

— Молодость часто бывает горячей. Но человеку, на которого теперь смотрят сотни учеников, следует помнить, что каждое его слово становится примером для остальных.

Максим спокойно выслушал обоих. Не перебивая. Не меняясь в лице. Лишь когда они закончили, он сложил ладони в знак уважения.

— Позвольте ответить.

Старейшины слегка кивнули. Парень тут же заговорил. Ровно. Без вызова.

— Вы сказали, что они мои старшие товарищи.

— Да.

— Тогда позвольте спросить... — Он медленно перевел взгляд на тех самых учеников. — Где были все эти старшие товарищи, когда Академия формировала отряд на Турнир Тьмы и Света?

Несколько человек заметно напряглись. Максим продолжил:

— Насколько мне известно, желающих отправиться туда было совсем немного. Потому что все понимали, чем может закончиться этот путь. — Он спокойно посмотрел на одного из недавних насмешников. — Почему тогда никто из них не настаивал, что именно он достоин представлять Академию?

Ответа не последовало.

— Если они действительно настолько сильны и уверены в себе, почему комиссия выбрала меня — одного из самых молодых учеников?

Теперь на площади стало совсем тихо. Даже те, кто прежде сочувствовал пристыженным юношам, начали задумчиво переглядываться. Максим не повышал голос. Он лишь задавал вопросы.

— Разве дело было в возрасте? Или в происхождении? Может быть, в количестве духовных ресурсов, которыми располагали их семьи? — Он слегка покачал головой. — Многие из них имели гораздо лучшие условия для обучения, чем я. Лучшие тренировочные площадки. Лучшие техники. Лучшее снаряжение. Поддержку влиятельных родственников.

Затем он сделал небольшую, но весьма показательную паузу.

— И все же на турнир отправился я.

Эти слова прозвучали без хвастовства. Скорее как простое изложение фактов. Некоторые старейшины невольно опустили глаза. Возразить было трудно. Отбор действительно проводился по способностям и готовности выполнить чрезвычайно опасную задачу.

А Максим продолжал:

— Я не считаю возраст заслугой сам по себе. Старшинство заслуживает уважения тогда, когда за ним стоят опыт, ответственность и готовность принять на себя трудные решения. — Он вновь посмотрел на молодых дворян, и его голос всё также оставался спокойным. — Но сегодня они решили насмехаться над человеком, с которым сами никогда не сталкивались в настоящем бою. И сделали это уже после того, как опасность миновала. Я не услышал ни одного слова благодарности тем, кто действительно участвовал в турнире. Зато услышал насмешки со стороны тех, кто сначала струсил, а теперь строит из себя героя.

На площади вновь воцарилось молчание. Даже многие ученики, прежде переговаривавшиеся между собой, теперь внимательно слушали.

— Если бы мы потерпели поражение... — Максим на мгновение замолчал.— Думаете, тогда кто-нибудь стал бы вспоминать, кто из нас младше, а кто старше?

Никто не ответил.

— На той арене это не имело никакого значения. Имело значение только одно… Сможешь ли ты устоять. — Он перевел взгляд на старейшин. — Я не прошу для себя особого отношения. Но считаю несправедливым, когда люди, не разделившие опасности, начинают свысока судить тех, кто через нее прошел. Ну… Если они такие смелые… То я с удовольствием сам преподам им урок уважения. Даже гарантирую, что не стану применять к ним сил больше, чем применял на турнире! Итак… Кто первый?

Эти слова прозвучали без раздражения. Именно поэтому они произвели особенно сильное впечатление. Первым нарушил молчание тот самый седой библиотекарь. Он неожиданно тихо хмыкнул.

— Любопытно...

Все обернулись на его голос. Старик лениво оперся на свой посох.

— Юноша сейчас не спорил о возрасте. Он напомнил всем, что уважение в Академии должно опираться не на громкость фамилии, а на поступки.

После этих слов даже двое старейшин, выступивших с замечанием, не стали продолжать спор. Они обменялись короткими взглядами. И хотя было видно, что слова Максима задели их родственников, столь же очевидно было и другое… Сейчас, перед всей площадью, юноша говорил не ради того, чтобы унизить кого-либо, а чтобы напомнить о цене победы и о том, что она была достигнута благодаря тем, кто действительно вышел навстречу смертельному испытанию.

По площади Академии Небесного Свода словно прокатилась невидимая волна. Ещё мгновение назад звучали лишь отдельные смешки, ехидные замечания и высокомерные реплики нескольких молодых представителей влиятельных родов. Они чувствовали себя уверенно. Здесь были стены Академии. Вокруг — наставники, старейшины, ученики. Им казалось, что сейчас можно безнаказанно бросаться словами. Но после спокойного ответа Максима все изменилось. Наступила короткая, тяжелая тишина. И именно этой тишины оказалось достаточно.

— Простолюдин?.. — с презрительной усмешкой фыркнул один из молодых дворян, до этого стоявший чуть позади своих родственников. Этот юноша был старше Максима лет на пять-шесть. Дорогие одежды. Расшитый золотом пояс. На пальцах — несколько защитных колец. На груди — знак одного из влиятельных родов. И сейчас его холёное лицо резко покраснело. То ли от злости, то ли от унижения.

— Да кем ты себя возомнил? — Почти выкрикнул он. — Только потому, что тебе один раз повезло, ты решил, что можешь учить нас? Ты всего лишь простолюдин! Человек без рода! Без имени! Без достойных предков!

Он сделал шаг вперед.

— И какое ты вообще имеешь право...

— Замолчи.

Негромкий голос прозвучал настолько холодно, что парень вздрогнул. Старейшина его рода даже не повысил голос. Он просто посмотрел на своего младшего родственника. И этого оказалось достаточно. Молодой дворянин побледнел.

— Дядя, но...

— Я сказал... — Взгляд старика стал ледяным. — Замолчи.

Парень моментально опустил голову.

— Да...

Он даже сделал несколько шагов назад. Все прекрасно понимали одну простую вещь. Если старейшина говорит таким голосом, значит, терпение закончилось. Сам старик некоторое время молчал. Ему совершенно не хотелось сейчас продолжать этот разговор. Потому что… Максим был прав. И чем дольше он размышлял над сказанным, тем неприятнее становилось. Кто действительно отправился на Турнир Тьмы и Света? Не представители самых богатых родов. Если не считать внучки Великого старейшины Линь. Не наследники влиятельных семей. Не те, кто каждый день рассказывал о величии собственных предков. Нет. Туда пошли совсем другие. Те, кто действительно был готов умереть. Кто тогда первым согласился выйти на арену? Самый молодой ученик. Максим. Которому недавно исполнилось семнадцать лет. И кто принял первый удар представителей Темного мира? Он. Кто один уничтожил весь вражеский отряд? Он. Кто пережил чудовищный прорыв? Он. Кто привел с собой пленницу уровня Доу Лин? Опять он. А где тогда находились все эти благородные наследники?

Этот вопрос неожиданно начал возникать сразу у многих.

— А ведь... — Кто-то из учеников негромко произнес. — Он прав...

Сосед удивленно посмотрел на него.

— В каком смысле?

— Да сам вспомни... — Тот понизил голос. — Когда объявили отбор...

— И?

— Разве ты не заметил, что многие из этих "великих гениев" вдруг куда-то исчезли?

— Точно... — Еще один ученик нахмурился. — Помню. Один сказал, что отправился сопровождать торговый караван семьи… Другой неожиданно решил уйти в закрытую медитацию… Причем именно на время отбора.

— А сын семьи Чжао?

— Ха!

Кто-то не удержался от смешка.

— Тот вообще заявил, что заболел.

— Чем?

— Расстройством желудка.

Вокруг послышались сдавленные смешки.

— Помню...

— Тогда еще лекарь говорил, что никакой болезни у него нет. Просто человек очень сильно нервничает. Настолько сильно, что даже есть перестал.

— А разве...

— Да-да!

— Был еще один… Он вдруг вспомнил, что обязан срочно посетить семейное поместье. Причем именно тогда, когда начали составлять список участников.

Подобные разговоры начали возникать сразу в нескольких местах площади. Сначала тихо. Потом громче. Еще громче. Люди начали вспоминать. И память оказалась удивительно цепкой.

— Теперь понятно...

— Что именно?

— Почему тогда в списке оказался Мин-сок? Да именно потому, что остальные сделали всё, чтобы туда не попасть.

— Верно...

— А ведь действительно... Если бы все эти "великие наследники" не разбежались... Возможно, его самого вообще не пришлось бы отправлять.

Слушая всё это, некоторые старейшины заметно помрачнели. Они тоже прекрасно все помнили. Просто тогда предпочли не обращать внимания. Ведь подобные исчезновения выглядели вполне… правдоподобно… Кто-то действительно мог медитировать. Кому-то действительно требовалось уехать. У кого-то могли возникнуть семейные дела. По отдельности. Но сейчас... Когда все эти случаи неожиданно сложились в единую картину... Получалось весьма… Некрасиво.

Максим же стоял совершенно спокойно. Ни злости. Ни торжества. Он лишь смотрел на этих людей так же равнодушно, как несколько минут назад смотрел на насмешников.

Потом парень негромко произнес:

— Я никого не заставлял идти на турнир. Не обвинял тех, кто отказался. Это был их выбор. — Он слегка пожал плечами. — Но если человек сделал выбор спрятаться, то потом ему не стоит изображать героя перед теми, кто действительно рисковал жизнью.

Эти слова прозвучали негромко. Без пафоса. Без крика. Но именно поэтому ударили еще сильнее. Стоявший немного в стороне старый библиотекарь тихонько усмехнулся.

— Хорошо сказано... — И, слегка прищурившись, глухо пробормотал себе под нос. — Настоящий путь Дао никогда не начинается с громких слов. Он начинается с готовности сделать шаг тогда, когда остальные делают шаг назад.

Стоявшие рядом несколько старейшин невольно отвели глаза. Им неожиданно стало крайне неловко. Не из-за Максима. А из-за того, что теперь слишком многие в Академии начали задаваться одним и тем же вопросом:

Кто на самом деле оказался достоин звания ученика Великой Академии — безродный семнадцатилетний юноша, добровольно вышедший на смертельный турнир, или наследники влиятельных родов, исчезнувшие именно тогда, когда Академии понадобились самые сильные и самые смелые?

И ответ на этот вопрос читался сейчас на лицах большинства присутствующих без единого произнесенного слова. Максим даже не стал дожидаться, пока старейшины окончательно наведут порядок на площади. Вокруг уже раздавались примирительные голоса.

— Довольно...

— Не время для подобных споров...

— Сегодня день победы...

— Все мы немного переволновались...

Кто-то пытался сгладить острые углы. Кто-то — перевести разговор на другое. Кто-то уже торопливо объяснял, что молодые ученики просто слишком эмоциональны. Но Максим лишь устало махнул рукой. Словно отгонял надоедливую муху.

— Разбирайтесь сами. Но если кому-то снова захочется показать свой героизм… Я лично преподам им урок… Героизма… После которого не только у них будет возникать расстройство желудка каждый раз, когда они будут меня видеть… Если вообще выживут!

Он даже не стал никого обвинять. Не стал требовать наказаний. Не стал продолжать спор. Ему было совершенно безразлично. Он уже увидел достаточно. Вся эта сцена лишь окончательно подтвердила то, о чем он начал задумываться ещё во время полета обратно. Любая большая организация постепенно начинает жить собственной жизнью. Появляются кланы. Родственные связи. Любимчики. Политика. Те, кто действительно работает, редко оказываются самыми громкими. А вот желающих присвоить чужие заслуги всегда хватает. Он уже видел подобное. Не один раз. И вовсе не собирался тратить собственное время на попытки кого-либо перевоспитать. Подобные люди менялись только тогда, когда жизнь ломала их собственную гордыню. Да и то далеко не всегда. Так что, если уж ему и придётся преподать им такой урок, его нужно сделать максимально жестоким и показательным.

— Пойдем.

Спокойно произнес он. Не оборачиваясь. Юэ Жуянь молча сделала шаг следом. Как и всегда. Держась от него на расстоянии двух шагов. Чуть позади правого плеча. При всём этом двигаясь совершенно бесшумно.

Толпа сама собой начала расступаться. Причем происходило это довольно странно. Ещё совсем недавно многие с любопытством разглядывали пленницу. Теперь же... Большинство инстинктивно отходило с ее дороги. Особенно после слов Максима о поединке насмерть. Теперь уже каждый вспоминал, кем именно являлась эта девушка. Не просто пленница. Не просто красавица. Перед ними шла та самая Королева Крови. Одна из сильнейших представительниц Тёмного мира. Та, чье имя еще совсем недавно заставляло нервничать даже опытных наставников.

Сама Юэ Жуянь внешне оставалась совершенно спокойной. Лицо по-прежнему сохраняло привычную холодную красоту. Однако внутри… Ее кровь буквально кипела. Она прекрасно помнила каждого из тех наглецов. Каждое слово… Каждую насмешку… Особенно те, что были обращены вовсе не к ней самой. А к человеку, которому она теперь принадлежала. Для представителей Тёмных миров подобное выглядело совершенно иначе. Если хозяина публично оскорбляют... Это уже касается и его слуги. И наоборот. Её тонкие пальцы несколько раз непроизвольно сжались. Она прекрасно представляла... Насколько легко смогла бы решить эту проблему. Всего несколько капель крови. Несколько движений духовной силы. И вся эта компания уже лежала бы на земле, захлебываясь собственной кровью. Она даже знала... Кого убила бы первым.

Но... Договор есть договор. То, что сделали Энты, было хуже клятвы на крови. А значит без разрешения Максима она не могла самостоятельно нападать. Даже если очень хотелось. Она украдкой посмотрела на своего хозяина. Тот шел спокойно. Ровно. Даже лениво. Будто произошедшее уже полностью вылетело у него из головы. Однако Юэ Жуянь уже успела достаточно хорошо узнать этого странного человека. Она понимала... Он вовсе не простил. Он просто... Перестал считать этих людей достойными собственного внимания.

“Интересный... — Промелькнула у девушки мысль. — У нас так не поступают...”

В Тёмном мире подобное оскорбление закончилось бы рекой крови. Причем независимо от того, кто именно оказался виноват. Там уважение зачастую держалось именно на страхе. А здесь... Максим просто отвернулся. Будто эти люди перестали существовать. И подобное неожиданно выглядело куда унизительнее.

Сам же парень спокойно шел по знакомым дорожкам Академии. Мимо тренировочных площадок. Мимо искусственных ручьев. Мимо аккуратно подстриженных духовных деревьев. За время его отсутствия здесь почти ничего не изменилось. Все те же мостики… Все те же павильоны… Все те же ученики… Только вот теперь... На него смотрели уже совершенно иначе. Если раньше взгляды были настороженными... То теперь в них читалось совсем другое. Удивление… Опасение… Любопытство… Почти благоговение… Даже наставники провожали его долгими и весьма внимательными взглядами. Некоторые совершенно открыто пытались оценить его культивацию. И почти сразу недоуменно хмурились. Не получалось.

— Это действительно...

— Неужели Доу Лин?..

— В таком возрасте?..

— Невозможно...

— Но ведь его аура...

Подобные шепот доносился буквально отовсюду. Максим же привычно делал вид, что ничего не слышит. Юэ Жуянь тоже внимательно наблюдала за происходящим. И постепенно начинала понимать одну интересную вещь. Все эти люди... Очень много говорили. Очень громко спорили. Пытались изображать собственное величие. Но если сравнивать их силу... То картина выглядела совершенно иной. Она медленно переводила взгляд с одного наставника на другого. Потом на учеников.

Потом снова на Максима. И, судя по её задумчивому взгляду, разница ощущалась почти физически. Даже до турнира большинство этих молодых дворян не представляло для него серьезной угрозы. Теперь же... Все стало еще очевиднее. Она могла буквально ощущать духовным восприятием. Многие из тех, кто совсем недавно громче всех насмехался над ней, находились всего лишь на уровнях Да Доу Ши первой или второй звезды. Некоторые — третьей. Лишь единицы смогли пройти немного выше. И все. Она невольно усмехнулась. Если бы хозяин действительно захотел... Ему даже не пришлось бы поднимать оружие. Достаточно было полностью раскрыть собственную ауру Доу Лин. И духовное давление само заставило бы многих из этих хвастунов опуститься на колени. Не из-за страха. А потому что разница между ступенями уже стала слишком велика.

“Странные люди... — Подумала она. — Слабее... намного слабее... Но ведут себя так, словно уже покорили Небеса.”

В Тёмном мире за подобное поведение таких учеников быстро поставили бы на место. Иногда наставники. Иногда жизнь. Чаще — противники. Максим словно почувствовал ее взгляд. Не оборачиваясь, спокойно сказал:

— Не обращай внимания.

Юэ Жуянь слегка склонила голову.

— Они раздражают.

— Знаю.

— Разрешишь позже вызвать их?

Парень тихо усмехнулся.

— Зачем?

Девушка слегка удивилась.

— Чтобы наказать.

Максим отрицательно покачал головой.

— Нет смысла.

— Почему?

Он посмотрел вперед, где среди деревьев уже показался небольшой, хорошо знакомый ему домик, стоявший неподалеку от жилища его наставницы.

— Они уже сами себя наказали.

Юэ Жуянь непонимающе нахмурилась. А Максим продолжил тем же спокойным голосом:

— Пока другие рисковали жизнью, они прятались. Пока другие становились сильнее, они берегли собственную шкуру. Пока другие искали свой путь Дао, они прятались за именами предков. — Он едва заметно пожал плечами.— Такие люди сами однажды поймут, насколько далеко отстали.

Он остановился возле своего небольшого дома. Того самого, где жил до турнира. Небольшое деревянное строение выглядело точно так же, как и раньше. Тихий дворик. Несколько духовных деревьев. Каменная дорожка. Совсем рядом располагался дом молодой наставницы. Максим внимательно посмотрел на свое жилище и негромко произнес:

— Наконец-то...

После всего произошедшего за последние недели это место казалось удивительно спокойным. И впервые за долгое время он почувствовал, что действительно вернулся домой…

…………

Площадь Академии постепенно пустела. Шум недавнего торжества понемногу стихал. Ученики расходились небольшими группами, продолжая горячо обсуждать услышанное. Кто-то восхищался победителями турнира, кто-то спорил о подробностях сражения, кто-то пытался представить себе силу загадочного Доу Лин, которому совсем недавно исполнилось семнадцать лет. Однако возле центральной площадки все еще оставалась довольно большая группа старейшин. Их разговор уже не был таким уверенным, как несколько минут назад. Причина была проста. Все они прекрасно понимали, что сегодняшняя сцена получилась крайне некрасивой. Особенно на глазах практически всех представителей Академии, что собрались для встречи возвращающихся с турнира Тьмы и Света.

В этот момент вперед спокойно вышла Линь Сюэ. До этого она молча наблюдала за тем, как Максим вместе с Юэ Жуянь спокойно удалился по дорожке, ведущей к жилым павильонам младших наставников. Она долго смотрела им вслед. Пока обе фигуры окончательно не скрылись среди духовных сосен. Лишь после этого девушка медленно повернулась обратно. Её красивое лицо оставалось совершенно спокойным. Вот только холод в глазах сейчас чувствовался даже сильнее обычного. Она неторопливо обвела взглядом присутствующих старейшин. И только потом негромко произнесла:

— Думаю... — Она сделала короткую паузу. — Моему деду очень понравится сегодняшний рассказ.

Несколько старейшин сразу нахмурились. А Линь Сюэ продолжила говорить все тем же ровным голосом:

— Особенно та его часть, где младшие родственники некоторых весьма уважаемых старейшин Академии решили публично оскорбить человека, который только что спас наш мир.

После её слов повисла тишина. Неприятная. Тяжелая. Пока один из стариков осторожно не кашлянул.

— Госпожа Линь...

Но девушка уже подняла на него взгляд.

— Что?

Старейшина замялся.

— Не стоит настолько...

— Настолько что?

Она даже не повысила голос. Однако теперь каждый понимал, что она действительно раздражена.

— Может быть, я сказала неправду?

Никто не ответил. Линь Сюэ спокойно продолжила:

— Или кто-то считает, что сила ваших родственников действительно позволяет им разговаривать с Мин-соком подобным образом?

Она перевела взгляд на нескольких молодых дворян, которые до сих пор стояли в стороне, старательно делая вид, будто разговор их совершенно не касается.

— Тогда предлагаю провести небольшой опыт. — Все насторожились. — Пусть любой из них выйдет против него. Прямо сейчас. На тренировочной площадке. Без ограничений. И посмотрим...

Она слегка наклонила голову.

— Сколько ударов понадобится Мин-соку, чтобы убить своего противника.

Несколько молодых учеников заметно побледнели. Даже отвечать никто не рискнул. Все прекрасно понимали ответ. Не несколько ударов. Даже не один. Максим сейчас находился уже на совершенно иной ступени развития. Разница между ними стала настолько огромной, что никакое мастерство уже не смогло бы ее перекрыть.

Линь Сюэ продолжала говорить все так же спокойно.

— Если же говорить не о силе... — Она посмотрела на собравшихся. — Тогда, может быть, речь идет о заслугах?

Снова молчание.

— Кто-нибудь из них участвовал в финальном бою турнира? Нет. Может быть, кто-то победил хотя бы одного представителя Тёмного мира на турнире?

Опять тишина.

— Или хотя бы вышел на арену?

Ответ был очевиден. Несколько старейшин начали чувствовать себя весьма неловко. Один из них наконец решил вмешаться.

— Госпожа Линь... — Он примирительно улыбнулся. — Они ведь еще дети. Молодые люди. Горячая кровь. Иногда молодежь пытается самоутвердиться подобным образом. Не стоит относиться к этому настолько серьезно.

Линь Сюэ посмотрела на него долгим взглядом. Настолько долгим, что улыбка постепенно исчезла с лица старика. А затем девушка спокойно ответила:

— Самоутверждаться? — Она едва заметно кивнула. — Очень хорошее слово.

Сделала короткую паузу.

— Вот только место для подобного самоутверждения было совершенно другим. — Теперь в ее голосе появился едва уловимый холод. — Оно находилось не здесь. А на древней арене Турнира Тьмы и Света.

Каждое слово прозвучало удивительно отчетливо.

— Там были представители Темного мира. Там были настоящие противники. Там каждый мог доказать собственную силу.

Она медленно обвела взглядом молодых дворян.

— Почему же никто из этих героев не поспешил самоутверждаться именно там?

Ответа на её недвусмысленный вопрос снова не последовало.

— Напротив... — Продолжила девушка. — Насколько я помню...

Она слегка прищурилась.

— Именно перед отбором многие представители самых влиятельных семей Академии почему-то внезапно исчезли. У кого-то появились семейные дела. У кого-то медитация. У кого-то болезнь. — Она спокойно пожала плечами. — А теперь, когда все уже закончилось... Когда другие проливали кровь. Когда другие рисковали жизнью. Когда другие спасли Академию. И даже...

Она бросила взгляд в сторону дорожки, по которой недавно ушел Мин-сок.

— Весь наш мир. Теперь вдруг нашлись желающие самоутвердиться.

Некоторые ученики, еще не успевшие разойтись, невольно закивали. Слова Линь Сюэ полностью совпадали с тем, о чем они сами уже начали перешептываться. Один из старейшин недовольно нахмурился.

— Госпожа Линь... Не стоит преувеличивать. Все-таки Мин-сок тоже ученик Академии. А они... Его старшие товарищи.

Девушка впервые за весь разговор позволила себе легкую усмешку. Но эта усмешка получилась у неё какой-то слишком холодной.

— Старшие товарищи? — Она медленно повторила эти слова. — Очень интересно.

Затем посмотрела прямо в глаза говорившему.

— Тогда объясните мне одну вещь… Почему ваши "старшие товарищи" решили вспомнить о своем старшинстве только после его победы на турнире?

Она сделала ещё один шаг вперед.

— Когда требовалось отправляться на смертельный турнир... Они почему-то предпочли исчезнуть. А теперь... Вернулись. И сразу начали объяснять победителю, как тому следует себя вести. — Она покачала головой. — По-моему... Это выглядит очень… жалко…

Последнее слово прозвучало почти шепотом. Но именно оно ударило больнее всего. Несколько молодых дворян густо покраснели. Некоторые опустили головы. Даже их собственные родственники сейчас предпочитали молчать. Потому что возразить было нечего. Линь Сюэ наконец закончила:

— Поэтому... — Она вновь приняла совершенно спокойный вид. — Я бы на вашем месте сейчас думала вовсе не о том, как оправдать поведение собственных родственников.

Она посмотрела на каждого из старейшин по очереди.

— А о том... Как именно вы будете объяснять все произошедшее моему деду, когда он вернётся в Академию. — После этих слов девушка развернулась и, не дожидаясь ответа, спокойно направилась вслед за Максимом. А за ее спиной впервые за долгое время несколько весьма уважаемых старейшин Академии почувствовали себя не опытными наставниками, а провинившимися учениками, которых вскоре действительно ожидал весьма неприятный разговор с великим старейшиной Линь.

Линь Сюэ уже собиралась уйти вслед за Максимом, когда краем глаза уловила несколько коротких взглядов, которыми обменялись стоявшие неподалеку старейшины. Эти взгляды были слишком знакомыми. Она выросла рядом с главой Академии и с детства наблюдала за тем, как проходят заседания Совета старейшин. За долгие годы девушка научилась понимать подобные молчаливые переговоры почти безошибочно.

Кто-то уже просчитывал выгоду. Кто-то мысленно перебирал возможные союзы. Кто-то наверняка вспоминал, сколько у него в роду внучек, племянниц или других молодых родственниц подходящего возраста. Она мысленно вздохнула.

— Уже начали...

Эти негромкие слова заставили нескольких стариков насторожиться. Линь Сюэ спокойно повернулась обратно. На этот раз выражение ее лица стало совершенно бесстрастным.

— Позвольте дать вам один совет.

Несколько старейшин переглянулись.

— Какой именно?

Она выдержала небольшую паузу.

— Пересмотрите свои планы относительно Мин-сока.

Теперь уже все внимание оказалось приковано к ней.

— Почему?

Девушка посмотрела прямо на говорившего.

— Потому что мой дед уже имеет собственные планы относительно него.

Эти слова заставили нескольких старейшин заметно измениться в лице. Глава Академии. Великий старейшина Линь. Если он действительно принял какое-то решение... Игнорировать его никто не рискнет. Линь Сюэ продолжила тем же спокойным голосом:

— Поэтому не советую рассчитывать, что получится действовать за его спиной.

Один из стариков осторожно спросил:

— И что именно ты имеешь в виду?

Она едва заметно улыбнулась.

— Думаю, вы прекрасно понимаете.

Снова повисло молчание.

— Ваши внучки… Племянницы… Младшие родственницы… — Она спокойно перечисляла, внимательно наблюдая за лицами собеседников. — Те самые девушки, которых некоторые из вас уже наверняка собирались познакомить с Мин-соком.

Несколько старейшин отвели взгляд. Попала точно.

— Если бы я была на вашем месте... — Продолжила Линь Сюэ, и слегка наклонила голову. — То пока не торопилась бы. Более того... Посоветовала бы им вообще некоторое время держаться от него подальше.

Теперь один из стариков не выдержал:

— Это еще почему?

Девушка посмотрела на него совершенно спокойно.

— Потому что вы забываете одну важную деталь.

— Какую?

— Сегодня. — Она обвела взглядом площадь. — Ваши собственные младшие родственники публично пытались унизить человека, к которому вы теперь собираетесь сватать своих девушек.

Старик нахмурился.

— Молодежь часто ссорится...

— Нет. — Линь Сюэ покачала головой. — Здесь всё несколько сложнее.

Она невольно вспомнила один из разговоров на борту корабля. Тогда Мин-сок, смеясь после очередной перепалки, произнес весьма странную для нее фразу. На её вопрос, умеет ли он прощать обиды, парень тогда только усмехнулся.

“Я не злопамятный…”

Она еще тогда удивилась. А потом он добавил:

“Просто память у меня хорошая.”

И улыбнулся так спокойно, что смысл этих слов дошел до нее лишь спустя некоторое время. Он действительно редко вспоминал старые конфликты. Но... Никогда их не забывал. Линь Сюэ вновь посмотрела на старейшин.

— Не думаю, что он станет кому-либо мстить.

Несколько человек облегченно выдохнули. Но девушка сразу продолжила:

— Однако и забывать подобное он тоже не станет. — Она спокойно пожала плечами. — Поэтому прежде, чем строить планы, советую вспомнить сегодняшнюю сцену. Особенно тем семьям, чьи наследники решили самоутвердиться именно за его счет.

Старейшины вновь растерянно переглянулись. На этот раз куда тревожнее. Один из них задумчиво потер подбородок.

— Получается... Мы опоздали?

Но на этот вопрос Линь Сюэ ничего не ответила. Но ее молчание оказалось красноречивее любых слов. Ещё несколько дней назад подобный союз действительно мог стать вопросом переговоров. Теперь же... После сегодняшнего скандала... Вероятность того, что Мин-сок вообще захочет поддерживать какие-либо близкие отношения с подобными семьями, заметно уменьшилась. И многие это прекрасно понимали.

— Какая досада... — Глухо пробормотал один из стариков. Другой лишь тяжело вздохнул. Третий негромко произнес:

— Нужно было раньше думать...

Линь Сюэ больше ничего говорить не стала. Она итак уже сказала вполне достаточно. Спокойно поклонилась присутствующим. Развернулась. И медленно направилась к жилым кварталам Академии.

Дорожка проходила между аккуратно подстриженными духовными соснами. Легкий ветер шелестел листвой. Но сама девушка почти не замечала окружающей красоты. Мысли были заняты совсем другим. Она слишком хорошо помнила последние дни путешествия. Особенно дорогу обратно после окончания турнира. Мин-сок тогда почти постоянно проводил время в медитации. И именно поэтому она чаще наблюдала не за ним самим, а за окружающими. За взглядами. Жестами. Недосказанными разговорами. И одна деталь тогда постоянно бросалась ей в глаза. Та самая ученица Академии Алого Пламени. Огненная красавица Лу Фэнъэр. Держалась спокойно. Даже сдержанно. Но... Слишком часто смотрела именно в сторону Мин-сока. Не украдкой. А задумчиво. Будто пыталась понять что-то очень важное. Сначала Линь Сюэ решила, что ей показалось. Потом начала замечать это снова. И снова. А к концу путешествия уже не сомневалась. Эти взгляды были слишком красноречивыми.

— Значит... — Тихо произнесла девушка самой себе. — Я была права.

Она прекрасно знала свою давнюю соперницу. Они уже много лет пересекались на совместных состязаниях, встречах Академий и различных мероприятиях. И уступать друг другу никто не любил. Это не была ненависть. Скорее постоянное желание оказаться впереди.

С присутствием молодой наставницы Мин-сока Линь Сюэ еще могла смириться. Та сопровождала его с самого начала обучения. Их связывали совместная работа, доверие и наставничество. Это было естественно. Даже появление Юэ Жуянь, несмотря на всю необычность ситуации, воспринималось иначе — она была связана с Мин-соком той самой печатью Энтов после событий турнира. Но вот если в дело действительно решила вмешаться представительница Академии Алого Пламени...

При этой мысли Линь Сюэ невольно нахмурилась. Это уже выглядело совсем по-другому. Она слишком хорошо знала свою давнюю соперницу, чтобы считать подобные взгляды случайностью.

— Похоже... — Едва слышно произнесла она. — После турнира у нас начались совсем другие состязания.

И, продолжая размышлять над тем, какие перемены принесла победа на древнем турнире не только всему миру, но и судьбам отдельных людей, Линь Сюэ неторопливо направилась к своим покоям…

………..

Старейшины ещё некоторое время продолжали смотреть вслед удалявшимся фигурам. Юный победитель турнира уже давно скрылся за поворотом каменной дорожки, ведущей к жилым кварталам внутренних наставников. Следом за ним бесшумно исчезла высокая девушка в темных одеждах, не отстававшая ни на шаг. Затем разошлись и остальные участники экспедиции.

На просторной площади стало заметно тише. Лишь легкий ветер шелестел знаменами Академии Небесного Свода. И именно в этот момент молодая наставница Ли Юньсюэ, до сих пор спокойно стоявшая рядом, почувствовала на себе сразу несколько выжидающих взглядов. Несколько старейшин переглянулись. Один из них осторожно кашлянул.

— Наставница Ли... — Девушка медленно повернула голову. — Вы ведь... все-таки являетесь его наставницей...

В голосе старика звучала тщательно скрываемая надежда.

— Возможно... вы сумели бы... — Он специально сделал небольшую паузу. — ...немного повлиять на его поведение.

Другой старейшина тут же поддержал:

— Молодые люди часто бывают вспыльчивыми. Если объяснить ему, что произошедшее — всего лишь недоразумение...

Еще один поспешил добавить:

— Мы готовы принести необходимые извинения. Даже компенсировать моральный ущерб. Главное — чтобы мальчик не стал принимать поспешных решений...

Ли Юньсюэ несколько секунд молча смотрела на них. Потом едва заметно усмехнулась. Причем эта улыбка была настолько спокойной, что старейшинам почему-то стало не по себе.

— Вы действительно думаете... — негромко произнесла она, — что я могу заставить его изменить собственное мнение?

На площади воцарилось молчание.

— Он ведь мой ученик...

Старики поспешно закивали. Но молодая наставница только покачала головой.

— Именно потому, что он мой ученик, я прекрасно знаю одну простую вещь. — Она спокойно посмотрела каждому в глаза. — Если Мин-сок уже сделал вывод — переубедить его будет просто невозможно.

Несколько старейшин одновременно нахмурились.

— Но...

Ли Юньсюэ даже не дала договорить.

— Он всегда внимательно слушает чужие советы. — Она сделала небольшую паузу. — Но принимает решения самостоятельно.

Снова повисла тишина.

— И знаете... — На ее лице появилась легкая ирония. — Именно это мне в нем всегда нравилось.

Несколько стариков растерянно переглянулись.

— Поэтому... — Она совершенно спокойно развела руками. — Ищите виноватых не среди тех, кто сопровождал его на турнире.

После чего слегка повернула голову в сторону группы молодых дворян. Тех самых. Которые совсем недавно пытались насмехаться над пленницей Мин-сока.

— Лучше спросите у собственных родственников... — Голос девушки стал заметно холоднее. — ...зачем они решили оскорблять человека, который только что спас этот мир?

После этих слов Ли Юньсюэ даже не стала дожидаться ответа. Она просто развернулась. Полы ее светлого одеяния плавно качнулись. И молодая наставница неторопливо направилась вслед за своим учеником. Старейшины так и остались стоять на месте.

Не прошло и минуты, как с другой стороны площади раздались легкие шаги. Лу Фэнъэр. Огненная красавица тоже ненадолго задержалась. Она спокойно посмотрела на старейшин. Потом перевела взгляд на их понурившихся родственников. И на лице этой красивой девушки появилась насмешливая улыбка.

— А ведь... — Она тихо рассмеялась. — Я ещё до турнира Тьмы и Света предупреждала некоторых из вас...

Все собравшиеся вокруг снова замолчали, словно ожидая от неё продолжения.

— Но, видимо... — Она пожала плечами. — Вы решили, что происхождение важнее здравого смысла.

Ее взгляд задержался на одном из молодых наследников влиятельных семей. Тот поспешно отвел глаза.

— Забавно... Ведь он был полностью прав. — Немного помолчав, протянула Лу Фэнъэр.— Когда нужно было отправляться на Турнир Тьмы и Света, вас почему-то невозможно было найти.

Несколько молодых дворян покраснели.

— А теперь... — Она спокойно улыбнулась. — Вы внезапно вспомнили о своей гордости. Хотя… Уже слишком поздно. Вы сами свою гордость скинули в выгребную яму.

Всего несколько слов. Но они прозвучали куда тяжелее многих обвинений. После этого девушка легко взмахнула широким рукавом.

— Разбирайтесь теперь сами.

И, не удостоив больше никого даже взглядом, тоже ушла. Лишь теперь площадь окончательно погрузилась в тяжелое молчание. И только сейчас старейшины начали смотреть уже не вслед уходящим девушкам... а друг на друга.

Первым заговорил пожилой старик с густыми седыми бровями. Его лицо буквально перекосилось.

— Ты... — Он резко повернулся к собственному внуку, его голос начал резко повышаться. — Ты хоть понимаешь... что натворил?!

Молодой дворянин побледнел.

— Дедушка... я...

— Молчать!

Рявкнул старик так, что несколько учеников невольно вздрогнули.

— Ты решил показать свое происхождение? — Парень виновато опустил голову, а старик уже почти кричал, и каждое его слово било словно пощечина. — Перед кем?! Перед человеком, который один выиграл Турнир Тьмы и Света?! Перед мастером уровня Доу Лин?! Перед человеком, которого теперь лично поддерживает Великий старейшина Линь?!

Юноша окончательно ссутулился. Но хуже всего было то, что подобные сцены начали происходить почти одновременно сразу в нескольких местах площади.

— Идиот!

— Болван!

— Кто тебя за язык тянул?!

— Хотел показать себя?!

— Показал?!

Некоторые старейшины уже не скрывали ярости. Потому что теперь и они сами отчетливо понимали масштаб произошедшего. Один из них тяжело опустился на каменную скамью.

— Все... — тихо произнес он. — Мы сами все испортили.

Другой раздраженно ударил ладонью по перилам.

— Нет. — Сквозь зубы процедил он, и мрачно посмотрел на двух молодых родственников. — Не мы… Они… Сами…

После его слов снова наступило молчание. После чего один из самых опытных старейшин медленно произнес:

— Вы вообще понимаете...

Он говорил очень спокойно. Но именно поэтому его слова звучали особенно тяжело.

— ...что наши планы касались не только Мин-сока?

Несколько молодых дворян непонимающе переглянулись. Старик лишь устало покачал головой.

— Глупцы... — Он медленно указал в сторону дороги, по которой уже давно ушла высокая темноволосая девушка. — Вы хоть представляете...

— Кто? — Робко спросил один из учеников.

— Та самая пленница. — Ответ прозвучал почти шепотом. — Та самая Королева Крови.

Несколько стариков одновременно кивнули.

— Молодая... Исключительно талантливая... Но уже достигшая уровня культивации Доу Лин... Причем явно способная стать еще сильнее... И теперь находящаяся рядом с Мин-соком…

Один из старейшин тяжело вздохнул.

— Если бы обстоятельства сложились иначе... — Он не договорил. Но другой тут же закончил мысль вместо него.

— Мы собирались постепенно наладить отношения.

Третий спокойно добавил:

— Возможно... даже предложить брачный союз…

Несколько молодых дворян одновременно подняли головы.

— Что?..

Они явно не ожидали услышать подобное.

— Именно. — Холодно ответил один из старейшин, и устало покачал головой. — Но вы, идиоты, почему-то решили, что ценность представляет только сам Мин-сок. А ведь сейчас рядом с ним находится девушка... которая в семнадцать-восемнадцать лет уже обладает силой, недоступной большинству наставников нашей Академии.

Еще один старик мрачно произнес:

— Даже если забыть о происхождении... Даже если забыть о техниках крови... Даже если забыть о ее опыте... — Он посмотрел прямо на своего собственного внука. — Такой талант появляется раз в несколько поколений.

После таких слов тишина стала почти звенящей.

— И некоторые из нас... — Он обвел взглядом остальных старейшин. — Уже начали думать… как однажды сделать ее частью собственного рода.

Этого утверждения никто не стал отрицать. Потому что это действительно было так. Появление сразу двух молодых мастеров уровня Доу Лин открывало перед многими родами невероятные перспективы. Но теперь... Один из стариков лишь горько усмехнулся.

— Теперь можете забыть об этом.

Он посмотрел на своих родственников.

— После сегодняшнего представления... Если Мин-сок и запомнит кого-то из наших семей... — Он сделал короткую паузу. — То исключительно как сборище высокомерных дураков.

И никто из присутствующих уже не нашелся, что возразить. Именно несколько необдуманных насмешек, сказанных на глазах всей Академии, могли перечеркнуть месяцы тщательно выстроенных планов, дипломатии и будущих союзов. Старейшины прекрасно понимали цену подобных ошибок — и понимали, что исправить первое впечатление бывает куда труднее, чем добиться победы в самом тяжелом сражении.

…………

После этого позора на площади, старейшина Ло Чжэнь ушел прочь достаточно быстро. Настолько быстро, что его широкие рукава буквально рассекали воздух, а сопровождавшие его ученики старались держаться на почтительном расстоянии. Лицо старика оставалось внешне спокойным, однако любой, кто хоть немного разбирался в культиваторах подобного уровня, сразу понял бы — внутри него уже бушевала настоящая буря.

Позади, опустив голову, молча следовал его старший внук. Ло Цзинь. Ещё совсем недавно он стоял на площади Академии с гордо поднятой головой, рассчитывая блеснуть перед окружающими своим происхождением и положением семьи. Теперь же эта уверенность исчезла без следа. Он прекрасно понимал, что дед не станет устраивать ему выговор на глазах у всей Академии. Но именно это и пугало сейчас молодого парня сильнее всего.

Резиденция старейшины рода Ло располагалась на одном из высоких уступов Академии Небесного Свода. Несколько павильонов соединялись изящными крытыми переходами. Внутренний двор украшали древние сосны, каменные фонари и небольшой пруд, по поверхности которого лениво плавали белые духовные карпы. Обычно здесь царила почти безмятежная тишина. Однако сегодня... Едва тяжелые двери главного зала закрылись, как спокойствие исчезло. Ло Чжэнь медленно повернулся, и несколько секунд он просто смотрел на внука. Так молча. Так тяжело. Что молодому человеку стало не по себе.

— Дедушка... — Начал было он.

— ЗАТКНИСЬ!

Грохот голоса старейшины буквально прокатился по залу. Даже стоявшие вдоль стен тяжелые шкафы из темного духовного дерева слегка дрогнули. А сам Ло Цзинь невольно вздрогнул, и даже отступил на шаг назад. Он не мог припомнить, чтобы дед когда-нибудь был настолько зол.

— Ты... — Старик сделал несколько шагов вперед, и каждое его слово звучало все тяжелее. — Ты хоть понимаешь... что именно сегодня уничтожил по собственной глупости?

Молодой человек растерянно поднял голову.

— Я всего лишь...

— Всего лишь?!

Ло Чжэнь резко ударил ладонью по массивному столу. И толстая каменная столешница покрылась сетью мелких трещин.

— Всего лишь?! — Он уже почти рычал от рвущейся наружу ярости. — Да ты сегодня одним своим длинным языком разрушил планы, которые я выстраивал последние месяцы!

Внук окончательно побледнел.

— Какие планы?..

Стараясь успокоиться, старик тяжело выдохнул. Потом медленно опустился в кресло. Некоторое время он молчал. Словно всё ещё пытался взять свои эмоции под контроль. Но сейчас всё это помогало очень плохо.

— Ты ведь видел... — Тихо произнес он.— Как сегодня на площади вела себя Линь Сюэ?

Ло Цзинь осторожно кивнул.

— Видел.

— А видел ли ты... — Продолжил старик.— Как она разговаривает с Мин-соком?

— Да...

— А как она смотрит на него?

Молодой человек задумался.

— Ну...

Он явно не понимал, к чему ведет дед. Ло Чжэнь лишь устало прикрыл глаза.

— Глупец... — Он покачал головой. — Абсолютный глупец...

После чего медленно поднялся.

— Если бы у тебя хватило хоть немного ума... — Он начал неторопливо расхаживать по залу. — Я же собирался сначала помочь тебе сблизиться с Линь Сюэ.

Внук удивленно моргнул.

— Со... внучкой Великого Старейшины?

— Именно. — Ло Чжэнь спокойно кивнул. — Да. Это было бы непросто. Но всё ещё вполне возможно.

Он ненадолго замолчал.

— Особенно теперь, когда Академия переживает большие перемены.

Старик остановился у окна.

— Представь себе. — Он говорил уже значительно спокойнее. — Если бы между нашим родом и родом Великого Старейшины Линь появились более тесные связи...

Ло Цзинь начал постепенно понимать.

— Тогда...

— Именно.

Коротко ответил дед.

— Наше положение в Академии стало бы значительно прочнее. — Он повернулся. — Но это была лишь первая часть.

Внук внимательно слушал.

— Дальше... — Ло Чжэнь начал загибать пальцы. — Твой младший твой брат. Ло Минь.

Юноша снова кивнул.

— Он значительно спокойнее тебя. Терпеливее. И, в отличии от тебя, умеет держать язык за зубами.

На этих словах старик выразительно посмотрел на старшего внука. И тот тут же виновато отвел взгляд в сторону.

— Поэтому... — Продолжил Ло Чжэнь. — Именно его я собирался постепенно познакомить... — Он сделал небольшую паузу.— ...с Юэ Жуянь.

После этих слов в зале повисла тишина. А Ло Цзинь даже рот приоткрыл от удивления.

— С... Королевой Крови?

— Уже бывшей.

Холодно поправил его дед.

— Сейчас она пленница Мин-сока. — Старик медленно покачал головой. — Но она молодая. Исключительно талантливая. Уже достигшая уровня Доу Лин. Да ещё и обладающая уникальными техниками крови.

Старик негромко вздохнул.

— Даже если забыть о происхождении... Даже если забыть обо всем остальном... Такая девушка сама по себе является огромной ценностью.

Он вновь начал медленно ходить по комнате.

— А затем... — Он посмотрел на висевшее на стене родовое древо семьи Ло.— Я собирался предложить... Нашу младшую родственницу. Ло Янь.

Внук сразу вспомнил юную кузину. Спокойную. Вежливую. Очень красивую девушку.

—… Мин-соку…

Старик произнес это совершенно спокойно.

— Она молода. Хорошо воспитана. Достаточно талантлива. И, что особенно важно... — Он медленно поднял свой сучковатый палец. — До сегодняшнего дня никогда не пересекалась с ним.

Несколько секунд оба молчали. Потом Ло Чжэнь негромко продолжил:

— Если бы все получилось...

Он медленно провел ладонью по спинке кресла.

— Мы получили бы сразу несколько прочнейших связей. — Он снова начал перечислять. — Через тебя — род Великого Старейшины Линь… Через Ло Миня — Юэ Жуянь… Через Ло Янь — Мин-сока…

Он поднял взгляд.

— Три линии. Три будущих союза. Три поколения талантливых потомков. — Старик горько усмехнулся. — Таким образом наш род стал бы одним из сильнейших в Академии.

Сейчас он не говорил о власти. Не говорил о влиянии. Но всё это подразумевалось само собой. После долгого молчания Ло Цзинь тихо спросил:

— И... теперь?

Ло Чжэнь долго смотрел в окно. Во дворе ветер слегка качал ветви древних сосен. Наконец он ответил:

— Теперь... — Он устало потер переносицу, и медленно сел обратно в своё любимое кресло. — Теперь я даже не знаю, стоит ли вообще поднимать вопрос о каком-либо родстве. Ты решил показать свое высокомерие именно тому человеку, которого вся Академия теперь уважает как героя.

Он покачал головой.

— Причем сделал это на глазах не только десятков старейшин... Но и Линь Сюэ… И Ли Юньсюэ… И Лу Фэнъэр… И самой Юэ Жуянь. — Каждое названное им имя звучало все тяжелее. — Все они прекрасно видели, кто именно начал этот бессмысленный спор.

Ло Цзинь молчал. Ему нечего было сказать. А Ло Чжэнь устало закрыл глаза.

— Знаешь... — Тихо произнес он. — Сейчас меня сейчас пугает даже не то, что Мин-сок может отказаться иметь с нашей семьей какие-либо дела.

Он открыл глаза.

— Гораздо хуже другое.

Внук вопросительно посмотрел на него.

— Линь Сюэ сегодня прямо предупредила всех старейшин. — Голос старика стал совсем тихим, но при этом Ло Чжэнь криво, и даже как-то слишком мрачно усмехнулся. — У этого мальчишки очень хорошая память. Он не злопамятен... Но, как оказалось, действительно ничего не забывает.

В комнате вновь воцарилась тяжелая тишина. И впервые за многие годы старейшина рода Ло почувствовал, что неудачу ему принес не внешний враг, не интриги соперников и не политический просчет. Все тщательно выстроенные планы оказались разрушены самым банальным человеческим недостатком — самоуверенностью собственного наследника, который решил, что громкое имя рода дает ему право смотреть свысока на человека, уже доказавшего свою силу делом. Теперь же Ло Чжэню оставалось лишь размышлять, удастся ли когда-нибудь восстановить доверие, утраченное всего несколькими необдуманными словами…

………..

Тяжелые двери резиденции рода Чан с грохотом распахнулись. Слуги, еще мгновение назад спокойно занимавшиеся своими обязанностями, испуганно расступились. И никто даже не попытался заговорить. Так как по выражению лица старейшины Чан было понятно одно — сейчас лучше не попадаться ему на глаза. Его обычно тщательно уложенные седые волосы слегка растрепались, длинные рукава церемониального одеяния развевались при каждом стремительном шаге, а вокруг самого старика заметно подрагивала духовная энергия. Он был в ярости. Настоящей. Не показной. Двери личного кабинета захлопнулись с такой силой, что бронзовые петли жалобно заскрипели. Несколько мгновений стояла звенящая тишина. А затем...

— ПРОКЛЯТЬЕ!!!

Грохот разнесся по всей резиденции. Первой под удар попала массивная резная ширма из редкого красного дерева. Одного взмаха рукава оказалось достаточно. Ширма разлетелась на десятки щепок. Следом в стену полетела нефритовая ваза. Она разбилась с оглушительным треском. За ней — тяжелый письменный стол. Каменная столешница покрылась глубокими трещинами. Чернильницы, кисти, свитки, печати... Все это градом посыпалось на пол. Несколько древних книг, которые старейшина обычно берег больше любых сокровищ, сейчас оказались растоптаны его собственными ногами. Снаружи никто не смел войти. Все прекрасно знали... Если глава рода Чан впал в подобную ярость, лучше переждать.

Сам же старик тяжело дышал. Он стоял посреди разгромленного кабинета, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев. Перед глазами вновь и вновь всплывала одна и та же картина. Площадь Академии. Толпы учеников. Старейшины. И… Мин-сок. Этот проклятый мальчишка. Живой. Невредимый. Ещё и ставший героем Академии.

При одной только мысли об этом, лицо главы рода Чан исказилось от ярости.

— Почему?.. — Процедил он сквозь зубы. — Почему именно он?..

Последовал ещё один удар ладонью. На этот раз в стену. Камень тут же покрылся сетью трещин.

— Почему не кто-нибудь другой?!

Он вновь начал ходить по кабинету. Быстро. Резко. Словно загнанный зверь. Ведь он был уверен... Абсолютно уверен в том, что этот Турнир Тьмы и Света станет для этого выскочки могилой. Когда стало известно, что Мин-сок включен в состав команды... Глава рода Чан испытал настоящее облегчение. Он прекрасно знал историю этого турнира. Почти каждое проведение сопровождалось тяжелыми потерями. Иногда домой возвращалась лишь половина участников. Иногда и того меньше. Поэтому старейшина почти не сомневался. Если уж не представители темных миров... То сама судьба избавит Академию от этого мальчишки. А вместе с ним... Исчезнет и главная проблема семьи Чан.

Он остановился. Медленно поднял голову. Перед глазами возникло лицо собственного внука. Чан Вэя. Наследника рода. Когда-то одного из самых перспективных молодых учеников. Теперь... Заключенного Тюремной Башни Академии. И причиной всему был именно... Мин-сок. Нет. Не только он. Хотя и сам старейшина прекрасно понимал, что непосредственной причиной наказания стали действия самого Чан Вэя.

Попытка использовать запрещенную иглу разрушения меридианов против другого ученика была слишком серьезным преступлением, чтобы руководство Академии могло сделать вид, будто ничего не произошло. Именно после того случая Великому Старейшине Линь пришлось вмешаться лично. Приговор оказался суровым. И тогда Чан еще надеялся. Время пройдет. Страсти улягутся. Постепенно наказание удастся смягчить. Потом... Возможно... Добиться досрочного освобождения. Особенно если сам пострадавший... Погибнет. Мертвые ведь уже не предъявляют претензий. А значит... Со временем все постепенно забудется. Старик строил эти расчеты не один день.

Но теперь... Все рухнуло. Он с силой опустился в кресло. То жалобно заскрипело.

— Чемпион... — С ненавистью прошептал он. — Проклятый мальчишка...

Каждое новое известие било больнее предыдущего. Он выжил. Мало того... Победил. Практически в одиночку. Разгромил лучших бойцов темных миров. Взял в плен их сильнейшую представительницу. И... Совершил очередной прорыв. Старейшина сжал зубы.

— Доу Лин... — Эти слова давались ему с трудом. — Вторая звезда...

Он до сих пор не мог заставить себя спокойно принять этот факт. Всего несколько месяцев назад... Этот мальчишка считался талантливым учеником. Да. Необычным. Но всего лишь учеником. Теперь же... По уровню развития он уже превосходил значительную часть наставников Академии. Даже среди старейшин далеко не каждый мог похвастаться подобной скоростью роста.

— Эта энергия... — Пробормотал Чан. — Инь...

Он вспомнил рассказы очевидцев. Доклады наставников. Слова Ли Юньсюэ. Все они повторяли одно и то же. Сила Инь. Посох. Странные техники. Невероятные прорывы. Все это складывалось в пугающую картину. Старик медленно прикрыл глаза. Именно этого он и боялся. Не самого Мин-сока. А того... Что теперь этот мальчишка стал символом победы Академии. Любое слово против него будет воспринято как зависть. Любая попытка навредить — как преступление против героя. А дальше... Мысли старейшины стали еще мрачнее. Он прекрасно понимал, насколько быстро распространяются слухи среди влиятельных родов. Сегодня уже вся Академия обсуждает турнир. Завтра... Начнут вспоминать старые истории. Кто-то обязательно скажет:

"А разве не наследник рода Чан пытался убить этого мальчика?"

Другой добавит:

"Да, кажется, запрещенной иглой..."

Третий вспомнит:

"Иглой разрушения меридианов..."

И тогда... История приобретет совсем иной оттенок. Уже не как обычная ссора между учениками. А как попытка уничтожить человека, который впоследствии спас честь Академии и принес победу всему светлому миру.

Чан медленно сжал виски ладонями. Это было самое страшное. Не наказание. Не осуждение. А то, что теперь каждый противник их семьи получал удобный повод поставить под сомнение ее репутацию. Любое заседание Совета старейшин могло начаться с этого вопроса. Любая старая обида могла всплыть вновь. Любой политический соперник получил в руки сильный аргумент.

Думая об этом, старейшина горько усмехнулся.

— Какая ирония... — Тихо произнес он. — Я рассчитывал, что турнир избавит меня от этой проблемы...

Он медленно обвел взглядом разгромленный кабинет. Разбитая мебель. Рассыпанные свитки. Осколки нефрита. Все это казалось отражением его собственных планов.

— А вместо этого... — Он тяжело выдохнул. — Этот мальчишка вернулся сильнее... Знаменитее... И гораздо опаснее...

Впервые за долгое время Чан почувствовал не просто раздражение. Он почувствовал тревогу. Потому что теперь речь шла уже не только о личной неприязни или старом конфликте между учениками. Семье Чан предстояло жить в Академии, где герой турнира пользовался всеобщим уважением, а любое прежнее столкновение с ним неизбежно привлекало внимание. Старейшина понимал, что прошлое уже невозможно изменить, и теперь ему придется думать не о том, как избавиться от Мин-сока, а о том, как не позволить старым событиям окончательно подорвать положение собственного рода.

В разгромленном кабинете постепенно воцарилась тишина. Старейшина Чан еще несколько минут неподвижно сидел в кресле, глядя на разбросанные по полу осколки нефрита и разорванные свитки. Тяжелое дыхание постепенно выровнялось. Ярость не исчезла. Она лишь стала холоднее. А вместе с ней вернулась привычная для опытного интригана способность просчитывать дальнейшие шаги.

Старик медленно потянулся к висевшему у пояса небольшому нефритовому жетону связи. Пальцы коснулись выгравированной печати. По поверхности камня пробежала тонкая золотистая рябь.

— Чан Гань. — Его голос вновь звучал спокойно. — Немедленно ко мне.

Ответ пришел почти сразу.

— Да, отец.

Не прошло и четверти часа, как двери кабинета осторожно открылись. Внутрь вошел высокий мужчина лет сорока пяти. Широкие плечи. Строгая осанка. Дорогие темно-зеленые одежды старшего наставника. Это был единственный сын старейшины. Чан Гань. Едва переступив порог, он сразу заметил последствия недавнего приступа ярости. Разбитая мебель. Расколотый стол. Следы духовных ударов на стенах. Он невольно нахмурился.

— Отец...

Старейшина чал Чан лишь указал рукой на свободное кресло.

— Садись.

Когда сын выполнил приказ, старик некоторое время молчал. Наконец произнес:

— Ты уже слышал.

Это был не вопрос. И Чан Гань медленно кивнул.

— Да.

— Мин-сок вернулся. И он вернулся героем. И достиг уровня Доу Лин. — Ещё одна короткая пауза. — Наше положение ухудшилось.

Сын не стал спорить. Он прекрасно понимал, насколько изменился расклад сил всего за несколько дней. Раньше вокруг имени Мин-сока велись споры. Теперь... Его уже называли победителем Турнира Тьмы и Света. Человеком, спасшим честь Академии. Подобная слава становилась серьезным политическим фактором. Чан Гань тяжело вздохнул.

— Что будем делать?

Старик долго смотрел на языки пламени, горевшие в бронзовой курильнице. Потом негромко ответил:

— Сначала... — Он сделал ударение на этом слове. — Нужно решить другую проблему.

Сын сразу понял.

— Вэй.

Старейшина молча кивнул. Некоторое время оба молчали. Именно имя наследника рода сейчас висело между ними тяжелым грузом. Чан Гань первым нарушил молчание.

— Я получил последние сведения из Башни. — Старик поднял взгляд. — Его состояние ухудшается.

Он говорил спокойно, словно зачитывал обычный доклад. Но в голосе все равно чувствовалась тревога.

— Уровень культивации продолжает снижаться. Меридианы постепенно истощаются. Духовное ядро стало заметно слабее.

Старейшина Чан закрыл глаза. Он слишком хорошо знал, как устроена Тюремная Башня Академии. Это было не просто место заключения. Она создавалась столетиями как особое сооружение, предназначенное для содержания опасных культиваторов. Многочисленные печати постепенно вытягивали духовную энергию узников, лишая их возможности быстро восстановить силы и продолжать сопротивление. Для особенно длительных сроков такое истощение становилось тяжелым испытанием, способным надолго подорвать развитие заключенного.

Чан Гань тихо продолжил:

— Если он пробудет там слишком долго...

Он не договорил. Отец понял без слов. Наследник рода уже не будет прежним. Для семьи, десятилетиями вкладывавшей огромные ресурсы в его обучение, подобная перспектива выглядела настоящей катастрофой. Старейшина медленно поднялся. Несколько шагов. Остановка возле окна. За ним открывался вид на многочисленные павильоны Академии.

— Переговорами... — Тихо произнес он. — Этот вопрос уже не решить.

Чан Гань нахмурился.

— После возвращения Мин-сока?

— Именно.

Старик кивнул.

— Теперь никто не станет даже обсуждать возможность смягчения наказания. — Он горько усмехнулся. — Наоборот. Любая подобная просьба лишь привлечет лишнее внимание.

Сын молча слушал.

— Поэтому... — Старейшина повернулся. — Нам придется искать иной путь.

Чан Гань некоторое время внимательно смотрел на отца. Затем осторожно произнес:

— Ты говоришь об... исчезновении?

Чан не ответил сразу. Он лишь долго смотрел сыну в глаза. После чего негромко сказал:

— Если одна дверь закрыта... Ищут другую.

На лице Чан Ганя не появилось ни удивления, ни радости. Лишь глубокая задумчивость.

— Это будет очень опасно.

— Я знаю.

— Башня охраняется.

— Знаю.

— После последних событий меры безопасности наверняка усилят.

— Знаю.

Каждый ответ звучал одинаково спокойно. Сын тяжело выдохнул.

— Даже если представить, что он когда-нибудь вновь окажется на свободе... — Он тщательно подбирал слова. — Ему придется начинать почти с нуля.

Старейшина медленно кивнул.

— Возможно. Но это лучше... — Он сделал короткую паузу. — Чем окончательно потерять будущее.

В кабинете вновь стало тихо. Оба понимали, что обсуждают крайне рискованный замысел. Любая ошибка могла обернуться не только гибелью наследника, но и тяжелейшими последствиями для всего рода. Поэтому дальнейший разговор постепенно перешел от эмоций к осторожному обсуждению положения семьи, их оставшихся союзников и того, как пережить стремительно изменившуюся политическую обстановку в Академии. Ни отец, ни сын уже не строили иллюзий. После возвращения Мин-сока прежние способы влияния перестали работать, а любое необдуманное действие могло лишь ускорить падение рода Чан. Теперь им предстояло искать выход из кризиса, понимая, что любое решение будет сопряжено с серьезным риском.

Старейшина Чан молчал. Совсем недавно его кабинет сотрясался от ударов, дорогая мебель была превращена в груды щепок, а на лакированном полу темнели следы духовного пламени. Теперь же в помещении стояла почти гнетущая тишина.

Лишь тяжелое дыхание двух человек нарушало её. Сам старейшина сидел за массивным столом из черного железного дерева, поверхность которого покрывали глубокие трещины от его собственной ярости. Напротив, сохраняя почтительную осанку, стоял его сын — Чан Гань. Никто из них уже не позволял себе говорить на повышенных тонах. Такие разговоры следовало вести холодной головой.

— Если мы будем ждать... — наконец медленно произнес Чан, — ...то потеряем его.

Чан Гань слегка наклонил голову.

— Я тоже так думаю, отец.

— Ты знаешь, что происходит в Башне.

Это был не вопрос. Тюремная башня Академии Небесного Свода считалась одним из самых страшных мест во всем мире культиваторов. Снаружи она выглядела почти неприметной. Высокая. Темно-серая. Без украшений. Но именно простота внушала настоящий страх. Башню строили не для казней. Её строили для того, чтобы сломать даже сильнейших. Толща древнего камня была исписана миллионами печатей. Под фундаментом проходили духовные жилы земли. Все они работали одинаково. Медленно. Незаметно. Неотвратимо. Любой заключенный ощущал постоянную утечку духовной энергии. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту. Никакой боли. Никаких мучительных пыток. Просто энергия понемногу уходила. Если человек обладал сильной волей, он сопротивлялся месяцами. Кто-то годами. Но в конце концов проигрывали все. Когда духовное ядро иссыхало... меридианы начинали разрушаться сами собой. После этого восстановить культивацию становилось практически невозможно. А человек, десятилетиями привыкший жить силой Дао, превращался в обычного смертного. И чаще всего погибал в течение нескольких лет. Для культиватора подобная участь была страшнее смерти.

— Вэй уже ослаб...

Чан Гань тихо произнес:

— По последним сведениям... он потерял почти целую ступень в своей культивации.

Старейшина медленно закрыл глаза. Его пальцы с такой силой сжали подлокотник кресла, что древнее дерево жалобно заскрипело.

— Еще немного... и начнется разрушение основания ядра. Тогда он уже никогда не станет прежним.

Чан Гань кивнул. Он понимал это не хуже отца. Именно поэтому медлить было нельзя.

— Значит... Будем вытаскивать. Любой ценой.

Оба понимали, что сейчас переступают черту. Если побег обнаружат... их семью будут судить уже не за покушение наследника. А за измену Академии. Это означало только одно. Полное уничтожение рода. Без права на оправдание.

Чан Гань развернул карту Академии. На ней тонкими линиями были отмечены корпуса, тренировочные площадки, склады, павильоны старейшин. Но взгляд обоих сразу остановился на высокой восьмиугольной башне.

— Наш человек... Все еще служит здесь.

Он указал пальцем на боковой вход. Старейшина коротко кивнул.

— Наставник Хэ.

— Да. Двадцать два года назад. Еще до моего рождения ты помог его семье выбраться из голода. Потом оплатил лечение его дочери. Потом спас его сына. Он помнит.

Старик усмехнулся.

— Помнит. Поэтому и служит.

Наставник Хэ уже многие годы состоял в охране Башни. Никто даже не подозревал, что за все это время он оставался человеком семьи Чан. Он никогда не передавал важных сведений. Не устраивал диверсий. Не нарушал приказов. Он просто... ждал. Иногда самый ценный агент — тот, кто десятилетиями ничего не делает.

— Используем его. — Чан Гань немного помолчал. — Но... после побега...

Старик тут же закончил вместо него:

— Он должен умереть.

Между ними снова воцарилась тишина. Очень долгая. Наконец сын тихо спросил:

— Другого выхода нет?

Старейшина покачал головой.

— Нет. Если его схватят... то он расскажет слишком много. Даже если не захочет. Есть техники чтения памяти. Есть техники вскрытия души. Есть духовные пытки. Никто не выдержит.

Он говорил совершенно спокойно. Как человек, обсуждающий погоду. И именно поэтому эти слова звучали особенно страшно.

— Лучше... если его убьет сам Вэй.

Чан Гань нахмурился.

— А наследник поймет, когда это лучше всего будет сделать?

На лице старейшины впервые появилась слабая улыбка.

— Поймет.

Он медленно открыл один из скрытых ящиков стола. Внутри лежала небольшая лакированная шкатулка. Она была отделана серебром. Старинная. Потемневшая от времени.

Старик осторожно поднял крышку. На темно-синем бархате лежало кольцо. Толстое. Из темного металла. Украшенное крупным черным нефритом. С первого взгляда — драгоценность старого благородного рода. Но Чан Гань прекрасно знал его настоящую ценность. Это было родовое кольцо. Одно из тех, что использовались лишь в особых случаях. Старейшина осторожно повернул внутреннюю часть украшения. Послышался едва различимый щелчок. Из внутренней стороны кольца показался тончайший серебристый шип. Такой маленький, что его почти невозможно было заметить.

— Яд... "Сон Девяти Змей".

Чан Гань невольно задержал дыхание. Он прекрасно знал этот состав. Достаточно было едва оцарапать кожу. Через несколько вдохов человек переставал чувствовать конечности. Через минуту яд достигал сердца. Ещё через несколько мгновений... смерть. Без громких криков. Без судорог. Без возможности спастись. Даже многие мастера высокого уровня погибали, если не успевали мгновенно отсечь зараженную часть тела.

— Как только Вэй увидит это кольцо... он сам всё поймет.

Сын кивнул.

— Это знак.

— Именно. Если мы передаем семейную реликвию... значит... свидетелей оставлять нельзя.

Никаких записок. Никаких приказов. Никаких слов. Одного этого кольца будет вполне достаточно. Таковы были негласные правила семьи.

— Но...одного кольца мало. — Старейшина уже думал дальше. — Он выйдет из Башни истощенным. Ослабленным. Без духовной энергии. Без оружия. Без запасов.

Он начал перечислять:

— Пространственный мешок… Пилюли восстановления… Пилюли укрепления меридианов… Эликсиры крови… Камни Души… Запас обычного золота… Комплект одежды… Несколько личин… Карты… Поддельные документы… Два защитных артефакта… Амулет сокрытия ауры… И... — Старик немного подумал. — Руководство по смене техники дыхания.

Чан Гань сразу понял смысл. После побега Чан Вэй больше не сможет использовать родовые техники семьи. Любой опытный культиватор сможет узнать их. Значит... ему придется изменить саму основу собственного стиля. Начать новую жизнь. Под чужим именем.

— Куда он отправится?

Старик медленно провел пальцем по карте мира. Остановился на далеком горном районе.

— Сначала сюда. Здесь есть старая шахта. Потом... граница. Затем... малые княжества. Через несколько лет... посмотрим.

Чан Гань молча слушал. Каждый следующий шаг уже был просчитан. Оставался последний вопрос. Самый опасный. Алиби для них самих.

Старейшина медленно поднялся.

— В день побега... мы оба должны быть на глазах у всей Академии. Желательно... на Совете старейшин. Или во время публичной лекции. Чтобы нас видели десятки свидетелей.

Чан Гань кивнул.

— Если расследование начнется... никто не сможет обвинить нас напрямую.

— Именно.

Даже если возникнут подозрения, их присутствие в другом месте, подтвержденное множеством очевидцев, должно было стать первым рубежом защиты. Конечно, это не гарантировало безопасности. Но без такого прикрытия их семья погибла бы сразу после обнаружения побега.

Старейшина Чан еще раз посмотрел на лежавшее в шкатулке кольцо. Маленький предмет. Почти безобидный на вид. Но именно он теперь становился ключом ко всему их замыслу. И где-то глубоко внутри старик понимал, что если эта тщательно выстроенная цепочка даст хотя бы одну трещину, под удар попадет уже не только его внук, а весь род Чан…