<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink"><description><title-info><genre>poetry</genre> <author><first-name>Булат</first-name><middle-name>Шалвович</middle-name><last-name>Окуджава</last-name><id>6a291aa0-2a93-102a-9ac3-800cba805322</id></author><book-title>Стихотворения</book-title> <annotation>
<p>В настоящую книгу Булата Шалвовича Окуджавы вошли избранные произведения, написанные поэтом на протяжении почти полувекового творческого пути. В ней широко представлены как известные стихи-песни раннего периода, которые не раз звучали по радио, с концертной эстрады, с киноэкранов, так и стихотворения последних лет.</p>
</annotation> <coverpage> <image l:href="#cover.png"/></coverpage> <lang>ru</lang> </title-info> <document-info><author> <nickname>shum29</nickname> <email>au.shum@gmail.com</email> </author> <program-used>FB Writer v2.2, FB Editor v2.0</program-used> <date value="2008-02-02">02.02.2008</date> <src-ocr>ada</src-ocr> <id>eda200f5-237d-102b-9d2a-1f07c3bd69d8</id> <version>1.0</version> <history> 
<p>v 1.0 – создание fb2 – shum29</p>
</history> </document-info> <publish-info><book-name>Булат Окуджава. Стихотворения</book-name> <publisher>Профиздат</publisher> <city>Москва</city> <year>2001</year> <isbn>5-255-01377-3</isbn> <sequence name="Поэзия XX века"/></publish-info> </description><body><title>
<p>Булат Окуджава</p>

<p>Стихотворения</p>
</title><epigraph>
<p>Посвящаю эту книгу моей маме</p>
</epigraph><section><title>
<p>НОВОЕ УТРО</p>
</title><poem><stanza><v>Не клонись-ка ты, головушка,</v><v>от невзгод и от обид,</v><v>мама, белая голубушка,</v><v>утро новое горит.</v><v>Все оно смывает начисто,</v><v>все разглаживает вновь…</v><v>Отступает одиночество,</v><v>возвращается любовь.</v><v>И сладки, как в полдень пасеки,</v><v>как из детства голоса,</v><v>твои руки, твои песенки,</v><v>твои вечные глаза.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Пароход попрощается басом,</v><v>и пойдет волной его качать…</v><v>В жизни я наошибался.</v><v>Не пора ли кончать?</v><v>Вот я снова собираю пожитки</v><v>и… опять совершаю ошибки.</v><v>А кто-то кричит мне с порога:</v><v>– Это ж не дорога, а морока!…</v><v>А мне спешить далеко-далеко:</v><v>жизнь не дается на два срока.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ПОЛНОЧНЫЙ ТРОЛЛЕЙБУС</p>
</title><poem><stanza><v>Когда мне невмочь пересилить беду,</v><v>когда подступает отчаянье,</v><v>я в синий троллейбус сажусь на ходу,</v><v>в последний,</v><v>в случайный.</v><v>Полночный троллейбус, по улице мчи,</v><v>верши по бульварам круженье,</v><v>чтоб всех подобрать, потерпевших в ночи</v><v>крушенье,</v><v>крушенье.</v><v>Полночный троллейбус, мне дверь отвори!</v><v>Я знаю, как в зябкую полночь</v><v>твои пассажиры – матросы твои —</v><v>приходят</v><v>на помощь.</v><v>Я с ними не раз уходил от беды,</v><v>я к ним прикасался плечами…</v><v>Как много, представьте себе, доброты</v><v>в молчанье,</v><v>в молчанье.</v><v>Полночный троллейбус плывет по Москве,</v><v>Москва, как река, затухает,</v><v>и боль, что скворчонком стучала в виске,</v><v>стихает,</v><v>стихает.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ПЕРВЫЙ ДЕНЬ НА ПЕРЕДОВОЙ</p>
</title><poem><stanza><v>Волнения не выдавая,</v><v>оглядываюсь, не расспрашивая.</v><v>Так вот она – передовая!</v><v>В ней ничего нет страшного.</v><v>Трава не выжжена, лесок не хмур,</v><v>и до поры</v><v>объявляется перекур.</v><v>Звенят комары.</v><v>Звенят, звенят</v><v>возле меня.</v><v>Летят, летят —</v><v>крови моей хотят.</v><v>Отбиваюсь в изнеможении</v><v>и вдруг попадаю в сон:</v><v>дым сражения, окружение,</v><v>гибнет, гибнет мой батальон.</v><v>А пули звенят</v><v>возле меня.</v><v>Летят, летят —</v><v>крови моей хотят.</v><v>Кричу, обессилев,</v><v>через хрипоту:</v><v>«Пропадаю!»</v><v>И к ногам осины,</v><v>весь в поту,</v><v>припадаю.</v><v>Жить хочется!</v><v>Жить хочется!</v><v>Когда же это кончится?…</v><v>Мне немного лет…</v><v>гибнуть толку нет…</v><v>я ночных дозоров не выстоял…</v><v>я еще ни разу не выстрелил…</v><v>И в сопревшую листву зарываюсь</v><v>и просыпаюсь…</v><v>Я, к стволу осины прислонившись, сижу,</v><v>я в глаза товарищам гляжу-гляжу:</v><v>а что, если кто-нибудь в том сне побывал?</v><v>А что, если видели, как я воевал?</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>АНГЕЛЫ</p>
</title><poem><stanza><v>Выходят танки из леска,</v><v>устало роют снег,</v><v>а неотступная тоска</v><v>бредет за нами вслед.</v><v>Победа нас не обошла,</v><v>да крепко обожгла.</v><v>Мы на поминках водку пьем,</v><v>да ни один не пьян.</v><v>Мы пьем напропалую</v><v>одну, за ней вторую,</v><v>пятую, десятую,</v><v>горькую, десантную.</v><v>Она течет, и хоть бы черт,</v><v>ну хоть бы что – ни капельки…</v><v>Какой учет, когда течет?</v><v>А на закуску – яблоки.</v><v>На рынке не развешенные</v><v>дрожащею рукой,</v><v>подаренные женщиной,</v><v>заплаканной такой.</v><v>О ком ты тихо плакала?</v><v>Все, знать, не обо мне,</v><v>пока я топал ангелом</v><v>в защитной простыне.</v><v>Ждала, быть может, слова,</v><v>а я стоял едва,</v><v>и я не знал ни слова,</v><v>я все забыл слова.</v><v>Слова, слова… О чем они?</v><v>И не припомнишь всех.</v><v>И яблочко моченое</v><v>упало прямо в снег.</v><v>На белом снегу</v><v>лежит оно.</v><v>Я к вам забегу</v><v>давным-давно,</v><v>как еще до войны,</v><v>как в той тишине,</v><v>когда так нужны</v><v>вы не были мне…</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ МАРШ</p>
</title>
<p><emphasis>Е. Евтушенко</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Надежда, я вернусь тогда,</v><v>когда трубач отбой сыграет,</v><v>когда трубу к губам приблизит</v><v>и острый локоть отведет.</v><v>Надежда, я останусь цел:</v><v>не для меня земля сырая,</v><v>а для меня – твои тревоги</v><v>и добрый мир твоих забот.</v><v>Но если целый век пройдет</v><v>и ты надеяться устанешь,</v><v>надежда, если надо мною</v><v>смерть распахнет свои крыла,</v><v>ты прикажи, пускай тогда</v><v>трубач израненный привстанет,</v><v>чтобы последняя граната</v><v>меня прикончить не смогла.</v><v>Но если вдруг когда-нибудь</v><v>мне уберечься не удастся,</v><v>какое новое сраженье</v><v>ни покачнуло б шар земной,</v><v>я все равно паду на той,</v><v>на той далекой, на гражданской,</v><v>и комиссары в пыльных шлемах</v><v>склонятся молча надо мной.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>КОРОЛЬ</p>
</title><poem><stanza><v>Во дворе, где каждый вечер все играла радиола,</v><v>где пары танцевали, пыля,</v><v>ребята уважали очень Леньку Королева</v><v>и присвоили ему званье короля.</v><v>Был король, как король, всемогущ. И если другу</v><v>станет худо и вообще не повезет,</v><v>он протянет ему свою царственную руку,</v><v>свою верную руку – и спасет.</v><v>Но однажды, когда «мессершмитты», как вороны,</v><v>разорвали на рассвете тишину,</v><v>наш Король, как король, он кепчонку, как корону —</v><v>набекрень, и пошел на войну.</v><v>Вновь играет радиола, снова солнце в зените,</v><v>да некому оплакать его жизнь,</v><v>потому что тот король был один (уж извините),</v><v>королевой не успел обзавестись.</v><v>Но куда бы я ни шел, пусть какая ни забота,</v><v>(по делам или так, погулять),</v><v>все мне чудится что вот за ближайшим поворотом</v><v>Короля повстречаю опять.</v><v>Потому что на войне, хоть и правда, стреляют,</v><v>не для Леньки сырая земля.</v><v>Потому что (виноват), но я Москвы не представляю</v><v>без такого, как он, короля.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О СОЛДАТСКИХ САПОГАХ</p>
</title><poem><stanza><v>Вы слышите, грохочут сапоги,</v><v>и птицы ошалелые летят,</v><v>и женщины глядят из-под руки?</v><v>Вы поняли, куда они глядят?</v><v>Вы слышите: грохочет барабан?</v><v>Солдат, прощайся с ней, прощайся с ней…</v><v>Уходит взвод в туман-туман-туман…</v><v>А прошлое ясней-ясней-ясней.</v><v>А где же наше мужество, солдат,</v><v>когда мы возвращаемся назад?</v><v>Его, наверно, женщины крадут</v><v>и, как птенца, за пазуху кладут.</v><v>А где же наши женщины, дружок,</v><v>когда вступаем мы на свой порог?</v><v>Они встречают нас и вводят в дом,</v><v>но в нашем доме пахнет воровством.</v><v>А мы рукой на прошлое: вранье!</v><v>А мы с надеждой в будущее: свет!</v><v>А по полям жиреет воронье,</v><v>а по пятам война грохочет вслед.</v><v>И снова переулком – сапоги,</v><v>и птицы ошалелые летят,</v><v>и женщины глядят из-под руки…</v><v>В затылки наши круглые глядят.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Глаза – неведомые острова</v><v>лугов зеленых,</v><v>тобою населенных.</v><v>Там не в чести слова</v><v>и часовые стерегут кордоны.</v><v>Там, прямо в утро</v><v>окуная головы,</v><v>воркуют голуби</v><v>задумчиво и мудро.</v><v>Там окна плещут</v><v>на рассвете ставнями…</v><v>А я прикинусь странником,</v><v>мешок – за плечи.</v><v>Мне нужно в ту страну!</v><v>И, поздно или рано,</v><v>я зоркую охрану</v><v>обману.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ПОДМОСКОВЬЕ</p>
</title><subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>Март намечается.</v><v>Слезою со щеки</v><v>вдруг скатывается издалека…</v><v>И вербины цветы, как серые щенки,</v><v>ерошат шерсть и просят молока.</v><v>И тополи попеременно</v><v>босые ноги ставят в снег,</v><v>скользя,</v><v>шагают, как великие князья, —</v><v>как будто безнадежно, но надменно.</v></stanza></poem><subtitle>2</subtitle><poem><stanza><v>Кричат за лесом электрички,</v><v>от лампы – тени на стене,</v><v>и бабочки, как еретички</v><v>горят на медленном огне.</v><v>Сойди к реке по тропке топкой,</v><v>и понесет сквозь тишину</v><v>зари вечерней голос тонкий,</v><v>ее последнюю струну.</v><v>Там отпечатаны коленей</v><v>остроконечные следы,</v><v>как будто молятся олени,</v><v>чтоб не остаться без воды…</v><v>По берегам, луной залитым,</v><v>они стоят: глаза – к реке,</v><v>твердя вечерние молитвы</v><v>на тарабарском языке.</v><v>Там птицы каркают и стонут.</v><v>Синеют к ночи камыши,</v><v>и ветры с грустною истомой</v><v>все дуют в дудочку души…</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>На белый бал берез не соберу.</v><v>Холодный хор хвои хранит молчанье.</v><v>Кукушки крик, как камешек отчаянья,</v><v>все катится и катится в бору.</v><v>И все-таки я жду из тишины</v><v>(как тот актер, который знает цену</v><v>чужим словам, что он несет на сцену)</v><v>каких-то слов, которым нет цены.</v><v>Ведь у надежд всегда счастливый цвет,</v><v>надежный и таинственный немного,</v><v>особенно, когда глядишь с порога,</v><v>особенно, когда надежды нет.</v></stanza></poem><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>А знаешь ты,</v><v>что времени у нас в обрез</v><v>и кошельки легки без серебра,</v><v>учитель мой, взъерошенный как бес,</v><v>живущий в ожидании добра?</v><v>Когда-нибудь</v><v>окончится осенний рейс,</v><v>и выяснится, наконец, кто прав,</v><v>и скинет с плеч своих наш поздний лес</v><v>табличку медную:</v><v>«За нарушенье – штраф!»</v><v>Когда-нибудь</v><v>внезапно стихнет карусель</v><v>осенних рощ и неумытых луж,</v><v>и только изумленное:</v><v>«Ужель</v><v>возможно это?!» —</v><v>вырвется из душ.</v><v>И в небеса</v><v>взовьется белый дым змеей,</v><v>и, словно по законам волшебства,</v><v>мы пролетим над теплою землей</v><v>в обнимку,</v><v>как кленовая листва…</v></stanza></poem><subtitle>5</subtitle><poem><stanza><v>Где-то там, где первый лег ручей,</v><v>где пробился корм, парной и смачный,</v><v>начинаются бунты грачей</v><v>и жуков торжественные свадьбы.</v><v>И меж ними, словно меж людьми,</v><v>разворачиваются,</v><v>как горы,</v><v>долгие мистерии любви</v><v>и решительные разговоры.</v><v>И к коричневым глазам коров,</v><v>и к безумным бусинкам кошачьим</v><v>подступают из глубин дворов</v><v>и согласие и неудачи…</v><v>И тогда доносится с небес,</v><v>словно мартовская канонада:</v><v>– Вы хотите друг без друга,</v><v>без маеты?…</v><v>– Не надо! Нет, не надо!</v></stanza></poem>
<p>1956-1957</p>
</section><section><title>
<p>ВОБЛА</p>
</title><poem><stanza><v>Холод войны немилосерд и точен.</v><v>Ей равнодушия не занимать.</v><v>…Пятеро голодных сыновей и дочек</v><v>и одна отчаянная мать.</v><v>И каждый из нас глядел в оба,</v><v>как по синей клеенке стола</v><v>случайная одинокая вобла</v><v>к земле обетованной плыла,</v><v>как мама руками теплыми</v><v>за голову воблу брала,</v><v>к телу гордому ее прикасалась,</v><v>раздевала ее догола…</v><v>Ах, какой красавицей вобла казалась!</v><v>Ах, какой крошечной вобла была!</v><v>Она клала на плаху буйную голову,</v><v>и летели из-под руки</v><v>навстречу нашему голоду</v><v>чешуи пахучие медяки.</v><v>А когда-то кружек звон, как звон</v><v>наковален,</v><v>как колоколов перелив…</v><v>Знатоки ее по пивным смаковали,</v><v>королевою снеди пивной нарекли.</v><v>…Пятеро голодных сыновей и дочек.</v><v>Удар ножа горяч как огонь.</v><v>Вобла ложилась кусочек в кусочек —</v><v>по сухому кусочку в сухую ладонь.</v><v>Нас покачивало военным ветром,</v><v>и, наверное, потому</v><v>плыла по клеенке счастливая жертва</v><v>навстречу спасению моему.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>А.Ш.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Нева Петровна, возле вас – все львы.</v><v>Они вас охраняют молчаливо.</v><v>Я с женщинами не бывал счастливым,</v><v>вы – первая. Я чувствую, что – вы.</v><v>Послушайте, не ускоряйте бег,</v><v>банальным славословьем вас не трону:</v><v>ведь я не экскурсант, Нева Петровна,</v><v>я просто одинокий человек.</v><v>Мы снова рядом. Как я к вам привык!</v><v>Я всматриваюсь в ваших глаз глубины.</v><v>Я знаю: вас великие любили,</v><v>да вы не выбирали, кто велик.</v><v>Бывало, вы идете на проспект,</v><v>не вслушиваясь в титулы и званья,</v><v>а мраморные львы – рысцой за вами</v><v>и ваших глаз запоминают свет.</v><v>И я, бывало, к тем глазам нагнусь</v><v>и отражусь в их океане синем</v><v>таким счастливым, молодым и сильным…</v><v>Так отчего, скажите, ваша грусть?</v><v>Пусть говорят, что прошлое не в счет.</v><v>Но волны набегают, берег точат,</v><v>и ваше платье цвета белой ночи</v><v>мне третий век забыться не дает.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Не бродяги, не пропойцы,</v><v>за столом семи морей</v><v>вы пропойте, вы пропойте</v><v>славу женщине моей!</v><v>Вы в глаза ее взгляните,</v><v>как в спасение свое,</v><v>вы сравните, вы сравните</v><v>с близким берегом ее.</v><v>Мы земных земней.</v><v>И вовсе</v><v>к черту сказки о богах!</v><v>Просто мы на крыльях носим</v><v>то, что носят на руках.</v><v>Просто нужно очень верить</v><v>этим синим маякам,</v><v>и тогда нежданный берег</v><v>из тумана выйдет к вам.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ВАНЬКА МОРОЗОВ</p>
</title>
<p>А. Межирову</p>
<poem><stanza><v>За что ж вы Ваньку-то Морозова?</v><v>Ведь он ни в чем не виноват.</v><v>Она сама его морочила,</v><v>а он ни в чем не виноват.</v><v>Он в старый цирк ходил на площади</v><v>и там циркачку полюбил.</v><v>Ему чего-нибудь попроще бы,</v><v>а он циркачку полюбил.</v><v>Она по проволоке ходила,</v><v>махала белою рукой,</v><v>и страсть Морозова схватила</v><v>своей мозолистой рукой.</v><v>А он швырял большие сотни:</v><v>ему-то было все равно.</v><v>А по нему Маруся сохла,</v><v>и было ей не все равно.</v><v>Он на извозчиках катался,</v><v>циркачке чтобы угодить,</v><v>и соблазнить ее пытался,</v><v>чтоб ей, конечно, угодить.</v><v>Не думал, что она обманет:</v><v>ведь от любви беды не ждешь…</v><v>Ах Ваня, Ваня, что ж ты, Ваня?</v><v>Ведь сам по проволке идешь!</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ГОЛУБОЙ ШАРИК</p>
</title><poem><stanza><v>Девочка плачет: шарик улетел.</v><v>Ее утешают, а шарик летит.</v><v>Девушка плачет: жениха все нет.</v><v>Ее утешают, а шарик летит.</v><v>Женщина плачет: муж ушел к другой.</v><v>Ее утешают, а шарик летит.</v><v>Плачет старушка: мало пожила…</v><v>А шарик вернулся, а он голубой.</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ВЕСЕЛЫЙ БАРАБАНЩИК</p>
</title><poem><stanza><v>Встань пораньше, встань пораньше,</v><v>встань пораньше,</v><v>Когда дворники маячат у ворот.</v><v>Ты увидишь, ты увидишь</v><v>как веселый барабанщик</v><v>в руки палочки кленовые берет.</v><v>Будет полдень, суматохою пропахший,</v><v>звон трамваев и людской водоворот,</v><v>но прислушайся – услышишь,</v><v>как веселый барабанщик</v><v>с барабаном вдоль по улице идет.</v><v>Будет вечер – заговорщик и обманщик,</v><v>темнота на мостовые упадет,</v><v>но вглядись – и ты увидишь,</v><v>как веселый барабанщик</v><v>с барабаном вдоль по улице идет.</v><v>Грохот палочек… то ближе он, то дальше.</v><v>Сквозь сумятицу, и полночь, и туман…</v><v>Неужели ты не слышишь,</v><v>как веселый барабанщик</v><v>вдоль по улице проносит барабан?!</v></stanza></poem>
<p>1957</p>
</section><section><title>
<p>ТАМАНЬ</p>
</title><poem><stanza><v>Год сорок первый. Зябкий туман.</v><v>Уходят последние солдаты в Тамань.</v><v>А ему подписан пулей приговор.</v><v>Он лежит у кромки береговой,</v><v>он лежит на самой передовой:</v><v>ногами – в песок,</v><v>к волне – головой.</v><v>Грязная волна наползает едва —</v><v>приподнимается слегка голова;</v><v>вспять волну прилив отнесет —</v><v>ткнется устало голова в песок.</v><v>Эй, волна!</v><v>Перестань, не шамань:</v><v>не заманишь парня в Тамань…</v><v>Отучило время меня дома сидеть.</v><v>Научило время меня в прорезь глядеть.</v><v>Скоро ли – не скоро, на том ли берегу</v><v>я впервые выстрелил на бегу.</v><v>Отучило время от доброты:</v><v>атака, атака, охрипшие рты…</v><v>Вот и я гостинцы раздаю-раздаю…</v><v>Попомните</v><v>трудную щедрость мою.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Не вели, старшина, чтоб была тишина.</v><v>Старшине не все подчиняется.</v><v>Эту грустную песню</v><v>придумала война…</v><v>Через час штыковой начинается.</v><v>Земля моя, жизнь моя,</v><v>свет мой в окне…</v><v>На горе врагу улыбнусь я в огне.</v><v>Я буду улыбаться, черт меня возьми,</v><v>в самом пекле рукопашной возни.</v><v>Пусть хоть жизнь свою укорачивая,</v><v>я пойду напрямик</v><v>в пулеметное поколачиванье,</v><v>в предсмертный крик.</v><v>А если, на шаг всего опередив,</v><v>достанет меня пуля какая-нибудь,</v><v>сложите мои кулаки на груди</v><v>и улыбку мою положите на грудь.</v><v>Чтоб видели враги мои</v><v>и знали бы впредь,</v><v>как счастлив я за землю мою умереть!</v><v>…А пока в атаку не сигналила медь,</v><v>не мешай, старшина, эту песню допеть.</v><v>Пусть хоть что судьбой напророчится:</v><v>хоть славная смерть,</v><v>хоть геройская смерть —</v><v>умирать все равно, брат, не хочется.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Я ухожу от пули,</v><v>делаю отчаянный рывок.</v><v>Я снова живой</v><v>на выжженном теле Крыма.</v><v>И вырастают</v><v>вместо крыльев тревог</v><v>за моей человечьей спиной</v><v>надежды крылья.</v><v>Васильками над бруствером</v><v>уцелевшими от огня,</v><v>склонившимися</v><v>над выжившим отделением,</v><v>жизнь моя довоенная</v><v>разглядывает меня</v><v>с удивленьем.</v><v>До первой пули я хвастал:</v><v>чего не могу посметь?</v><v>До первой пули</v><v>врал я напропалую.</v><v>Но свистнула первая пуля,</v><v>кого-то накрыла смерть,</v><v>а я приготовился</v><v>пулю встретить вторую.</v><v>Ребята, когда нас выплеснет</v><v>из окопа четкий приказ,</v><v>не растопчите</v><v>этих цветов в наступленье:</v><v>пусть синими их глазами</v><v>глядит и глядит на нас</v><v>идущее за нами поколенье.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>ДО СВИДАНИЯ, МАЛЬЧИКИ</p>
</title><poem><stanza><v>Ах, война, что ж ты сделала, подлая:</v><v>стали тихими наши дворы,</v><v>наши мальчики головы подняли —</v><v>повзрослели они до поры,</v><v>на пороге едва помаячили</v><v>и ушли, за солдатом – солдат…</v><v>До свидания, мальчики!</v><v>Мальчики,</v><v>постарайтесь вернуться назад.</v><v>Вы не прячьтесь, вы будьте высокими,</v><v>не жалейте ни пуль, ни гранат.</v><v>И себя не щадите вы!</v><v>И все-таки</v><v>постарайтесь вернуться назад.</v><v>Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:</v><v>вместо свадеб – разлуки и дым,</v><v>наши девочки платьица белые</v><v>раздарили сестренкам своим.</v><v>Сапоги – ну куда от них денешься?</v><v>Да зеленые крылья погон…</v><v>Вы наплюйте на сплетников, девочки.</v><v>Мы сведем с ними счеты потом.</v><v>Пусть болтают, что верить вам не во что,</v><v>что идете войной наугад…</v><v>До свидания, девочки!</v><v>Девочки,</v><v>постарайтесь вернуться назад.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Сто раз закат краснел, рассвет синел,</v><v>сто раз я клял тебя, песок моздокский,</v><v>пока ты жег насквозь мою шинель</v><v>и блиндажа жевал сухие доски.</v><v>А я жевал такие сухари!</v><v>Они хрустели на зубах, хрустели…</v><v>А мы шинели рваные расстелим —</v><v>и ну жевать.</v><v>Такие сухари!</v><v>Их десять лет сушили, не соврать,</v><v>да ты еще их выбелил, песочек…</v><v>А мы, бывало, их в воде размочим —</v><v>и ну жевать, и крошек не собрать.</v><v>Сыпь пощедрей, товарищ старшина!</v><v>Пируем – и солдаты и начальство…</v><v>А пули?</v><v>Пули были. Били часто.</v><v>Да что о них рассказывать, —</v><v>война.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>САПОЖНИК</p>
</title><poem><stanza><v>Кузьма Иванович – сапожник ласковый.</v><v>Он сапоги фасонные тачает.</v><v>А черный молоток его, как ласточка,</v><v>хвостом своим раздвоенным качает.</v><v>Он занят целый день поклонами,</v><v>тот молоток. Он по подметкам метит.</v><v>А к вечеру – все гвоздики поклеваны,</v><v>все сапоги починены на свете.</v><v>Я слышу рассуждения домашние,</v><v>когда над головою свет потухнет:</v><v>кто носит сапоги – пускай донашивает…</v><v>А сам Кузьма Иваныч носит туфли.</v><v>Постукивает под крыльцом, позевывает</v><v>и постепенно понимает вроде,</v><v>что ну их к черту, сапоги кирзовые…</v><v>А сапоги фасонные не в моде.</v><v>Кузьма Иванович, ступай на пенсию:</v><v>есть фабрики – военных обошьют.</v><v>Но пусть война останется за песнею.</v><v>А ласточке твоей пора на юг.</v><v>Она хвостом своим качнет раздвоенным,</v><v>из рук твоих натруженных рванется</v><v>и полетит над грозами, над войнами…</v><v>А ты сиди и жди. Она вернется.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>ИСКАЛА ПРАЧКА КЛАД</p>
</title><poem><stanza><v>На дне глубокого корыта</v><v>так много лет подряд</v><v>не погребенный, не зарытый</v><v>искала прачка клад.</v><v>Корыто от прикосновенья</v><v>звенело под струну,</v><v>и плыли пальцы, розовея,</v><v>и шарили по дну.</v><v>Корыта стенки как откосы,</v><v>омытые волной.</v><v>Ей снился сын беловолосый</v><v>над этой глубиной.</v><v>И что-то очень золотое,</v><v>как в осень листопад…</v><v>И билась пена о ладони —</v><v>искала прачка клад.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О КОМСОМОЛЬСКОЙ БОГИНЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Я смотрю на фотокарточку:</v><v>две косички, строгий взгляд,</v><v>и мальчишеская курточка,</v><v>и друзья кругом стоят.</v><v>За окном все дождик тенькает:</v><v>там ненастье во дворе.</v><v>Но привычно пальцы тонкие</v><v>прикоснулись к кобуре.</v><v>Вот скоро дом она покинет,</v><v>вот скоро вспыхнет гром кругом,</v><v>но комсомольская богиня…</v><v>Ах, это, братцы, о другом!</v><v>На углу у старой булочной,</v><v>там, где лето пыль метет,</v><v>в синей маечке-футболочке</v><v>комсомолочка идет.</v><v>А ее коса острижена,</v><v>в парикмахерской лежит.</v><v>Лишь одно колечко рыжее</v><v>на виске ее дрожит.</v><v>И никаких богов в помине,</v><v>лишь только дела гром кругом,</v><v>но комсомольская богиня…</v><v>Ах, это, братцы, о другом!</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Е. Рейну</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Из окон корочкой несет поджаристой.</v><v>За занавесками – мельканье рук.</v><v>Здесь остановки нет, а мне – пожалуйста:</v><v>шофер в автобусе – мой лучший друг.</v><v>А кони в сумерках колышут гривами.</v><v>Автобус новенький, спеши, спеши!</v><v>Ах, Надя, Наденька, мне б за двугривенный</v><v>в любую сторону твоей души.</v><v>Я знаю, вечером ты в платье шелковом</v><v>пойдешь по улице гулять с другим…</v><v>Ах Надя, брось коней кнутом нащелкивать,</v><v>попридержи-ка их, поговорим!</v><v>Она в спецовочке, в такой промасленной,</v><v>берет немыслимый такой на ней…</v><v>Ах Надя, Наденька, мы были б счастливы…</v><v>Куда же гонишь ты своих коней!</v><v>Но кони в сумерках колышут гривами.</v><v>Автобус новенький спешит-спешит.</v><v>Ах Надя, Наденька, мне б за двугривенный</v><v>в любую сторону твоей души!</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Часовые любви на Смоленской стоят.</v><v>Часовые любви у Никитских не спят.</v><v>Часовые любви</v><v>по Петровке идут неизменно…</v><v>Часовым полагается смена.</v><v>О великая вечная армия,</v><v>где не властны слова и рубли,</v><v>где все – рядовые: ведь маршалов нет у любви!</v><v>Пусть поход никогда ваш не кончится.</v><v>О, когда б только эти войска!…</v><v>Сквозь зимы и вьюги к Москве подступает</v><v>весна.</v><v>Часовые любви на Волхонке стоят.</v><v>Часовые любви на Неглинной не спят.</v><v>Часовые любви</v><v>по Арбату идут неизменно…</v><v>Часовым полагается смена.</v></stanza></poem>
<p>1958</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА ОБ АРБАТЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Ты течешь, как река. Странное название!</v><v>И прозрачен асфальт, как в реке вода.</v><v>Ах, Арбат, мой Арбат,</v><v>ты – мое призвание.</v><v>Ты – и радость моя, и моя беда.</v><v>Пешеходы твои – люди невеликие,</v><v>каблуками стучат – по делам спешат.</v><v>Ах, Арбат, мой Арбат,</v><v>ты – моя религия,</v><v>мостовые твои подо мной лежат.</v><v>От любови твоей вовсе не излечишься,</v><v>сорок тысяч других мостовых любя.</v><v>Ах, Арбат, мой Арбат,</v><v>ты – мое отечество,</v><v>никогда до конца не пройти тебя.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>ЖИВОПИСЦЫ</p>
</title><poem><stanza><v>Живописцы, окуните ваши кисти</v><v>в суету дворов арбатских и в зарю,</v><v>чтобы были ваши кисти словно листья.</v><v>Словно листья,</v><v>словно листья к ноябрю.</v><v>Окуните ваши кисти в голубое,</v><v>по традиции забытой городской,</v><v>нарисуйте и прилежно и с любовью,</v><v>как с любовью мы проходим по Тверской.</v><v>Мостовая пусть качнется, как очнется!</v><v>Пусть начнется, что еще не началось!</v><v>Вы рисуйте, вы рисуйте,</v><v>вам зачтется…</v><v>Что гадать нам:</v><v>удалось – не удалось?</v><v>Вы, как судьи, нарисуйте наши судьбы,</v><v>наше лето, нашу зиму и весну…</v><v>Ничего, что мы – чужие.</v><v>Вы рисуйте!</v><v>Я потом, что непонятно, объясню.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Когда затихают оркестры Земли</v><v>и все музыканты ложатся в постели,</v><v>по Сивцеву Вражку проходит шарманка —</v><v>смешной, отставной, одноногий солдат.</v><v>Представьте себе:</v><v>от ворот до ворот,</v><v>в ночи наши жесткие души тревожа,</v><v>по Сивцеву Вражку проходит шарманка,</v><v>когда затихают оркестры Земли.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>АРБАТСКИЙ ДВОРИК</p>
</title><poem><stanza><v>…А годы проходят, как песни.</v><v>Иначе на мир я гляжу.</v><v>Во дворике этом мне тесно,</v><v>и я из него ухожу.</v><v>Ни почестей и ни богатства</v><v>для дальних дорог не прошу,</v><v>но маленький дворик арбатский</v><v>с собой уношу, уношу.</v><v>В мешке вещевом и заплечном</v><v>лежит в уголке</v><v>небольшой,</v><v>не слывший, как я, безупречным</v><v>тот двор с человечьей душой.</v><v>Сильнее я с ним и добрее.</v><v>Что нужно еще?</v><v>Ничего.</v><v>Я руки озябшие грею</v><v>о теплые камни его.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>ДЖАЗИСТЫ</p>
</title>
<p><emphasis>С. Рассадину</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Джазисты уходили в ополченье,</v><v>цивильного не скинув облаченья.</v><v>Тромбонов и чечеток короли</v><v>в солдаты необученные шли.</v><v>Кларнетов принцы, словно принцы крови,</v><v>магистры саксофонов шли,</v><v>и, кроме,</v><v>шли барабанных палок колдуны</v><v>скрипучими подмостками войны.</v><v>На смену всем оставленным заботам</v><v>единственная зрела впереди,</v><v>и скрипачи ложились к пулеметам,</v><v>и пулеметы бились на груди.</v><v>Но что поделать, что поделать, если</v><v>атаки были в моде, а не песни?</v><v>Кто мог тогда их мужество учесть,</v><v>когда им гибнуть выпадала честь?</v><v>Едва затихли первые сраженья,</v><v>они рядком лежали. Без движенья.</v><v>В костюмах предвоенного шитья,</v><v>как будто притворяясь и шутя.</v><v>Редели их ряды и убывали.</v><v>Их убивали, их позабывали.</v><v>И все-таки под музыку Земли</v><v>их в поминанье светлое внесли,</v><v>когда на пятачке земного шара</v><v>под майский марш, торжественный такой,</v><v>отбила каблуки, танцуя, пара</v><v>за упокой их душ.</v><v>За упокой.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>РОДИНА</p>
</title><poem><stanza><v>Говоришь ты мне слово покоя.</v><v>Говоришь ты мне слово любви.</v><v>Говоришь ты мне слово такое,</v><v>восхищенное слово «Живи!».</v><v>Я тобою в мучениях нажит,</v><v>в долгих странствиях каждого дня.</v><v>Значит, нужен тебе я и важен,</v><v>если ты позвала вдруг меня.</v><v>Говоришь ты мне долгие сроки.</v><v>Говоришь ты мне слово «Твори!».</v><v>Мои руки – они твои слуги,</v><v>не мои они слуги – твои.</v><v>И твое меня греет дыханье.</v><v>Значит, с празднествами и бедой,</v><v>с мелочами моими, с грехами</v><v>я единственный, праведный, твой.</v><v>Значит, люб я тебе хоть немного,</v><v>если, горечь разлуки клубя,</v><v>говоришь ты мне слово «Тревога!»,</v><v>отрываешь меня от себя.</v><v>И наутро встаю я и снова</v><v>отправляюсь в решительный бой…</v><v>Остается последнее слово.</v><v>Оставляю его за собой.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Опустите, пожалуйста, синие шторы.</v><v>Медсестра, всяких снадобий мне не готовь.</v><v>Вот стоят у постели моей кредиторы</v><v>молчаливые: Вера, Надежда, Любовь.</v><v>Раскошелиться б сыну недолгого века,</v><v>да пусты кошельки упадают с руки…</v><v>Не грусти, не печалуйся, о моя Вера, —</v><v>остаются еще у тебя должники!</v><v>И еще я скажу и бессильно и нежно,</v><v>две руки виновато губами ловя:</v><v>– Не грусти, не печалуйся, матерь Надежда, —</v><v>есть еще на земле у тебя сыновья!</v><v>Протяну я Любови ладони пустые,</v><v>покаянный услышу я голос ее:</v><v>– Не грусти, не печалуйся, память не стынет,</v><v>я себя раздарила во имя твое.</v><v>Но какие бы руки тебя ни ласкали,</v><v>как бы пламень тебя ни сжигал неземной,</v><v>в троекратном размере болтливость людская</v><v>за тебя расплатилась… Ты чист предо мной!</v><v>Чистый-чистый лежу я в наплывах рассветных,</v><v>перед самым рождением нового дня…</v><v>Три сестры, три жены, три судьи милосердных</v><v>открывают последний кредит для меня.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>О.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Мы стоим – крестами руки —</v><v>безутешны и горды,</v><v>на окраине разлуки,</v><v>у околицы беды,</v><v>где, размеренный и липкий,</v><v>неподкупен ход часов,</v><v>и улыбки, как калитки,</v><v>запираем на засов.</v><v>Наступает час расплаты,</v><v>подступает к горлу срок…</v><v>Ненадежно мы распяты</v><v>на крестах своих дорог.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>ТЕЛЕГРАФ МОЕЙ ДУШИ</p>
</title>
<p><emphasis>С. Ломинадзе</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Стихло в улицах вранье.</v><v>Замерло движенье.</v><v>Улетело воронье</v><v>на полях сраженья.</v><v>Лишь ползут из тишины,</v><v>сердце разрывая,</v><v>как извозчики войны,</v><v>красные трамваи.</v><v>Надеваю шинель —</v><v>главную одежду,</v><v>понимаю сильней</v><v>всякую надежду.</v><v>Замирает в тиши,</v><v>чуткий, голосистый,</v><v>телеграф моей души:</v><v>нет телеграфиста.</v><v>Он несет свой синий кант</v><v>по сраженьям грозным.</v><v>Он уже прописан там.</v><v>Там с пропиской просто.</v><v>Южный фронт. Бельэтаж.</v><v>У конца дороги.</v><v>От угла – второй блиндаж…</v><v>Вытирайте ноги!</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>О.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>…И когда под вечер над тобою</v><v>журавли охрипшие летят,</v><v>ситцевые женщины толпою</v><v>сходятся – затмить тебя хотят.</v><v>Молчаливы. Ко всему готовы.</v><v>Окружают, красотой соря…</v><v>Ситцевые, ситцевые, что вы!</v><v>Вы с ума сошли: она ж – своя!</v><v>Там, за поворотом Малой Бронной,</v><v>где окно распахнуто на юг,</v><v>за ее испуганные брови</v><v>десять пар непуганных дают.</v><v>Тех, которые ее любили,</v><v>навсегда связала с ней судьба.</v><v>И за голубями голубыми</v><v>больше не уходят ястреба.</v><v>Вот и мне не вырваться из плена.</v><v>Так кружиться мне, и так мне жить…</v><v>Я – алхимик.</v><v>Ты – моя проблема</v><v>вечная…</v><v>тебя не разрешить.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>О.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Мне нужно на кого-нибудь молиться.</v><v>Подумайте, простому муравью</v><v>вдруг захотелось в ноженьки валиться,</v><v>поверить в очарованность свою!</v><v>И муравья тогда покой покинул,</v><v>все показалось будничным ему,</v><v>и муравей создал себе богиню</v><v>по образу и духу своему.</v><v>И в день седьмой, в какое-то мгновенье,</v><v>она возникла из ночных огней</v><v>без всякого небесного знаменья…</v><v>Пальтишко было легкое на ней.</v><v>Все позабыв – и радости и муки,</v><v>он двери распахнул в свое жилье</v><v>и целовал обветренные руки</v><v>и старенькие туфельки ее.</v><v>И тени их качались на пороге.</v><v>Безмолвный разговор они вели,</v><v>красивые и мудрые, как боги,</v><v>и грустные, как жители земли.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>О.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Звезды сыплются в густую траву…</v><v>Я в деревне Лазаревке живу,</v><v>где налево от ворот любых</v><v>километры лесов голубых,</v><v>где направо от любых ворот</v><v>волчьих вотчин невпроворот.</v><v>Я в деревне Лазаревке живу,</v><v>вдоль по Лазаревке странствую…</v><v>Ты пошли мне, Лазаревка, жену,</v><v>как ты, Лазаревка, ласковую,</v><v>как ты, Лазаревка, крутую в мороз,</v><v>как ты, Лазаревка, жаркую;</v><v>чтоб звалась она Марфою,</v><v>чтобы ей без меня не жилось,</v><v>чтобы отражались в тихой заводи</v><v>армии Марфиных соловьев,</v><v>чтобы таял от тихой зависти</v><v>синий снег под пимами ее.</v><v>А когда трактора приползают с марша,</v><v>тарахтя на все голоса,</v><v>чтоб маячила у околицы Марфа,</v><v>тоненькая, как лоза.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Раскрываю страницы ладоней,</v><v>молчаливых ладоней твоих,</v><v>что-то светлое и молодое,</v><v>удивленное смотрит из них.</v><v>Я листаю страницы.</v><v>Маячит</v><v>пережитое.</v><v>Я как в плену.</v><v>Вон какой-то испуганный мальчик</v><v>сам с собою играет в войну.</v><v>Вон какая-то женщина плачет —</v><v>очень падают слезы в цене,</v><v>и какой-то задумчивый мальчик</v><v>днем и ночью идет по войне.</v><v>Я листаю страницы,</v><v>листаю,</v><v>исступленно листаю листы:</v><v>пережитого громкие стаи,</v><v>как синицы,</v><v>летят на кусты.</v><v>И уже не найти человека,</v><v>кто не понял бы вдруг на заре,</v><v>что погода двадцатого века</v><v>началась на арбатском дворе.</v><v>О, ладони твои все умеют,</v><v>все, что было, читаю по ним,</v><v>и когда мои губы немеют,</v><v>припадаю к ладоням твоим,</v><v>припадаю к ладоням горячим,</v><v>в синих жилках веселых тону…</v><v>Кто там плачет?…</v><v>Никто там не плачет…</v><v>Просто дети играют в войну!</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>БУМАЖНЫЙ СОЛДАТИК</p>
</title><poem><stanza><v>Один солдат на свете жил,</v><v>красивый и отважный,</v><v>но он игрушкой детской был:</v><v>ведь был солдат бумажный.</v><v>Он переделать мир хотел,</v><v>чтоб был счастливым каждый,</v><v>а сам на ниточке висел:</v><v>ведь был солдат бумажный.</v><v>Он был бы рад – в огонь и в дым,</v><v>за вас погибнуть дважды,</v><v>но потешались вы над ним:</v><v>ведь был солдат бумажный.</v><v>Не доверяли вы ему</v><v>своих секретов важных,</v><v>а почему?</v><v>А потому,</v><v>что был солдат бумажный.</v><v>В огонь? Ну что ж, иди! Идешь?</v><v>И он шагнул однажды,</v><v>и там сгорел он ни за грош:</v><v>ведь был солдат бумажный.</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Б.А.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Рифмы, милые мои,</v><v>баловни мои,</v><v>гордячки!</v><v>Вы – как будто соловьи</v><v>из бессонниц и горячки,</v><v>вы – как музыка за мной,</v><v>умопомраченья вроде,</v><v>вы – как будто шар земной,</v><v>вскрикнувший</v><v>на повороте.</v><v>С вами я, как тот богач,</v><v>и куражусь и чудачу,</v><v>но из всяких неудач</v><v>выбираю вам удачу…</v><v>Я как всадник на коне</v><v>со склоненной головою…</v><v>Господи,</v><v>легко ли мне?…</v><v>Вам-то</v><v>хорошо ль</v><v>со мною?…</v></stanza></poem>
<p>1959</p>
</section><section><title>
<p>О КУЗНЕЧИКАХ</p>
</title><poem><stanza><v>Два кузнечика зеленых в траве, насупившись,</v><v>сидят.</v><v>Над ними синие туманы во все стороны летят.</v><v>Под ними красные цветочки и золотые лопухи…</v><v>Два кузнечика зеленых пишут белые стихи.</v><v>Они перышки макают в облака и молоко,</v><v>чтобы белые их строчки было видно далеко,</v><v>и в затылках дружно чешут, каждый лапкой</v><v>шевелит,</v><v>но заглядывать в работу</v><v>один другому не велит.</v><v>К ним бежит букашка божья, бедной барышней</v><v>бежит,</v><v>но у них к любви и ласкам что-то сердце не</v><v>лежит.</v><v>К ним и прочие соблазны подбираются, тихи,</v><v>но кузнечики не видят – пишут белые стихи.</v><v>Снег их бьет, жара их мучит, мелкий дождичек</v><v>кропит,</v><v>шар земной на повороте</v><v>отвратительно скрипит…</v><v>Но меж летом и зимою, между счастьем и бедой</v><v>прорастает неизменно вещий смысл работы той,</v><v>и сквозь всякие обиды</v><v>пробиваются в века</v><v>хлеб (поэма),</v><v>жизнь (поэма),</v><v>ветка тополя (строка)…</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Г.В.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Тьмою здесь все занавешено</v><v>и тишина, как на дне…</v><v>Ваше величество женщина,</v><v>да неужели – ко мне?</v><v>Тусклое здесь электричество,</v><v>с крыши сочится вода.</v><v>Женщина, ваше величество,</v><v>как вы решились сюда?</v><v>О, ваш приход – как пожарище.</v><v>Дымно, и трудно дышать…</v><v>Ну, заходите, пожалуйста.</v><v>Что ж на пороге стоять?</v><v>Кто вы такая? Откуда вы?!</v><v>Ах, я смешной человек…</v><v>Просто вы дверь перепутали,</v><v>улицу, город и век.</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>СТАРЫЙ ПИДЖАК</p>
</title>
<p><emphasis>Ж.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Я много лет пиджак ношу.</v><v>Давно потерся и не нов он.</v><v>И я зову к себе портного</v><v>и перешить пиджак прошу.</v><v>Я говорю ему шутя:</v><v>«Перекроите все иначе.</v><v>Сулит мне новые удачи</v><v>искусство кройки и шитья».</v><v>Я пошутил. А он пиджак</v><v>серьезно так перешивает,</v><v>а сам-то все переживает:</v><v>вдруг что не так. Такой чудак.</v><v>Одна забота наяву</v><v>в его усердьи молчаливом,</v><v>чтобы я выглядел счастливым</v><v>в том пиджаке. Пока живу.</v><v>Он представляет это так:</v><v>едва лишь я пиджак примерю —</v><v>опять в твою любовь поверю…</v><v>Как бы не так. Такой чудак.</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>ДЕЖУРНЫЙ ПО АПРЕЛЮ</p>
</title>
<p><emphasis>Ж.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Ах, какие удивительные ночи!</v><v>Только мама моя в грусти и тревоге:</v><v>– Что же ты гуляешь, мой сыночек,</v><v>одинокий,</v><v>одинокий? —</v><v>Из конца в конец апреля путь держу я.</v><v>Стали звезды и круглее и добрее…</v><v>– Мама, мама, это я дежурю,</v><v>я – дежурный</v><v>по апрелю!</v><v>– Мой сыночек, вспоминаю все, что было,</v><v>стали грустными глаза твои, сыночек…</v><v>Может быть, она тебя забыла,</v><v>знать не хочет?</v><v>Знать не хочет? —</v><v>Из конца в конец апреля путь держу я.</v><v>Стали звезды и круглее и добрее…</v><v>– Что ты, мама! Просто я дежурю,</v><v>я – дежурный</v><v>по апрелю…</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>ПО СМОЛЕНСКОЙ ДОРОГЕ</p>
</title>
<p><emphasis>Ж.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>По Смоленской дороге – леса, леса, леса.</v><v>По Смоленской дороге – столбы, столбы, столбы.</v><v>Над Смоленской дорогою, как твои глаза, —</v><v>две вечерних звезды – голубых моих судьбы.</v><v>По Смоленской дороге – метель в лицо, в лицо,</v><v>все нас из дому гонят дела, дела, дела.</v><v>Может, будь понадежнее рук твоих кольцо —</v><v>покороче б, наверно, дорога мне легла.</v><v>По Смоленской дороге – леса, леса, леса.</v><v>По Смоленской дороге – столбы гудят, гудят.</v><v>На дорогу Смоленскую, как твои глаза,</v><v>две холодных звезды голубых глядят, глядят.</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>ОСЕНЬ В КАХЕТИИ</p>
</title><poem><stanza><v>Вдруг возник осенний ветер,</v><v>и на землю он упал.</v><v>Красный ястреб в листьях красных</v><v>словно в краске утопал.</v><v>Были листья странно скроены,</v><v>похожие на лица, —</v><v>сумасшедшие закройщики кроили эти листья,</v><v>озорные, заводные посшивали их швеи…</v><v>Листья падали</v><v>на палевые</v><v>пальчики</v><v>свои.</v><v>Называлось это просто: отлетевшая листва.</v><v>С ней случалось это часто</v><v>по традиции по давней.</v><v>Было поровну и в меру в ней</v><v>улыбки и страданья,</v><v>торжества и увяданья,</v><v>колдовства и мастерства.</v><v>И у самого порога, где кончается дорога,</v><v>веселился и кружился и плясал</v><v>хмельной немного</v><v>лист осенний,</v><v>лист багряный,</v><v>лист с нелепою резьбой…</v><v>В час, когда печальный ястреб вылетает</v><v>на разбой.</v></stanza></poem>
<p>1960</p>
</section><section><title>
<p>ЧУДЕСНЫЙ ВАЛЬС</p>
</title>
<p><emphasis>Ю. Левитанскому</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Музыкант в лесу под деревом</v><v>наигрывает вальс.</v><v>Он наигрывает вальс</v><v>то ласково, то страстно.</v><v>Что касается меня,</v><v>то я опять гляжу на вас,</v><v>а вы глядите на него,</v><v>а он глядит в пространство.</v><v>Целый век играет музыка.</v><v>Затянулся наш пикник.</v><v>Тот пикник, где пьют и плачут,</v><v>любят и бросают.</v><v>Музыкант приник губами к флейте.</v><v>Я бы к вам приник!</v><v>Но вы, наверно, тот родник,</v><v>который не спасает.</v><v>А музыкант играет вальс.</v><v>И он не видит ничего.</v><v>Он стоит, к стволу березовому прислонясь</v><v>плечами.</v><v>И березовые ветки вместо</v><v>пальцев у него,</v><v>а глаза его березовые</v><v>строги и печальны.</v><v>А перед ним стоит сосна,</v><v>вся в ожидании весны.</v><v>А музыкант врастает в землю…</v><v>Звуки вальса льются…</v><v>И его худые ноги</v><v>как будто корни той сосны —</v><v>они в земле переплетаются,</v><v>никак не расплетутся.</v><v>Целый век играет музыка.</v><v>Затянулся наш роман.</v><v>Он затянулся в узелок, горит он – не</v><v>сгорает…</v><v>Ну давайте ж успокоимся!</v><v>Разойдемся по домам!…</v><v>Но вы глядите на него…</v><v>А музыкант играет.</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>В БАРАБАННОМ ПЕРЕУЛКЕ</p>
</title><poem><stanza><v>В Барабанном переулке</v><v>барабанщики живут.</v><v>Поутру они как встанут,</v><v>барабаны как возьмут,</v><v>как ударят в барабаны,</v><v>двери настежь отворя…</v><v>Где же, где же, барабанщик,</v><v>барабанщица твоя?</v><v>В Барабанном переулке</v><v>барабанщиц нет, хоть плачь.</v><v>Лишь грохочут барабаны</v><v>ненасытные, хоть прячь.</v><v>То ли утренние зори,</v><v>то ль вечерняя заря…</v><v>Где же, где же, барабанщик,</v><v>барабанщица твоя?</v><v>Барабанщик пестрый бантик</v><v>к барабану привязал,</v><v>барабану бить побудку,</v><v>как по буквам, приказал</v><v>и пошел по переулку,</v><v>что-то в сердце затая…</v><v>Где же, где же, барабанщик,</v><v>барабанщица твоя?</v><v>А в соседнем переулке</v><v>барабанщицы живут</v><v>и, конечно, в переулке,</v><v>очень добрыми слывут,</v><v>и за ними ведь не надо</v><v>отправляться за моря…</v><v>Где же, где же, барабанщик,</v><v>барабанщица твоя?!</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Всю ночь кричали петухи</v><v>и шеями мотали,</v><v>как будто новые стихи,</v><v>закрыв глаза, читали.</v><v>Но было что-то в крике том</v><v>от едкой той кручины,</v><v>когда, согнувшись, входят в дом</v><v>постылые мужчины.</v><v>И был тот крик далек-далек</v><v>и падал так же мимо,</v><v>как гладят, глядя в потолок,</v><v>чужих и нелюбимых.</v><v>Когда ласкать уже невмочь</v><v>и отказаться трудно…</v><v>И потому всю ночь, всю ночь</v><v>не наступало</v><v>утро.</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА ОБ ОТКРЫТОЙ ДВЕРИ</p>
</title><poem><stanza><v>Когда метель кричит как зверь —</v><v>протяжно и сердито,</v><v>не запирайте вашу дверь,</v><v>пусть будет дверь открыта.</v><v>И если ляжет дальний путь,</v><v>нелегкий путь, представьте,</v><v>дверь не забудьте распахнуть,</v><v>открытой дверь оставьте.</v><v>И, уходя, в ночной тиши</v><v>без долгих слов решайте:</v><v>огонь сосны с огнем души</v><v>в печи перемешайте.</v><v>Пусть будет теплою стена</v><v>и мягкою – скамейка…</v><v>Дверям закрытым – грош цена,</v><v>замку цена – копейка.</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О ПЕХОТЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Простите пехоте,</v><v>что так неразумна бывает она:</v><v>всегда мы уходим,</v><v>когда над землею бушует весна.</v><v>И шагом неверным</v><v>по лестничке шаткой</v><v>спасения нет…</v><v>Лишь белые вербы,</v><v>как белые сестры, глядят тебе вслед.</v><v>Не верьте погоде,</v><v>когда затяжные дожди она льет.</v><v>Не верьте пехоте,</v><v>когда она бравые песни поет.</v><v>Не верьте, не верьте,</v><v>когда по садам закричат соловьи:</v><v>у жизни и смерти</v><v>еще не окончены счеты свои.</v><v>Нас время учило:</v><v>живи по-походному, дверь отворя…</v><v>Товарищ мужчина,</v><v>а все же заманчива доля твоя:</v><v>весь век ты в походе,</v><v>и только одно отрывает от сна:</v><v>чего ж мы уходим,</v><v>когда над землею бушует весна?</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Допеты все песни.</v><v>И точка.</v><v>И хватит, и хватит о том.</v><v>Ну, может, какая-то строчка</v><v>осталась еще за бортом.</v><v>Над нею кружатся колеса,</v><v>но, даже когда не свернуть,</v><v>наивна и простоволоса,</v><v>она еще жаждет сверкнуть.</v><v>Надейся, надейся, голубка,</v><v>свои паруса пораскинь,</v><v>ты хрупкая, словно скорлупка,</v><v>по этим морям городским.</v><v>Куда тебя волны ни бросят,</v><v>на помощь теперь не зови.</v><v>С тебя ничего уж не спросят:</v><v>как хочется – так и плыви,</v><v>подобна мгновенному снимку,</v><v>где полночь и двор в серебре,</v><v>и мальчик с гитарой в обнимку</v><v>на этом арбатском</v><v>дворе.</v></stanza></poem>
<p>1961</p>
</section><section><title>
<p>КАК Я СИДЕЛ В КРЕСЛЕ ЦАРЯ</p>
</title><poem><stanza><v>Век восемнадцатый.</v><v>Актеры</v><v>играют прямо на траве.</v><v>Я – Павел Первый,</v><v>тот, который</v><v>сидит России во главе.</v><v>И полонезу я внимаю,</v><v>и головою в такт верчу,</v><v>по-царски руку поднимаю,</v><v>но вот что крикнуть я хочу:</v><v>«Срывайте тесные наряды!</v><v>Презренье хрупким каблукам…</v><v>Я отменяю все парады…</v><v>Чешите все по кабакам…</v><v>Напейтесь все,</v><v>переженитесь</v><v>кто с кем желает,</v><v>кто нашел…</v><v>А ну, вельможи, оглянитесь!</v><v>А ну-ка денежки на стол!…»</v><v>И золотую шпагу нервно</v><v>готовлюсь выхватить, грозя…</v><v>Но нет, нельзя.</v><v>Я ж Павел Первый.</v><v>Мне бунт устраивать нельзя.</v><v>И снова полонеза звуки.</v><v>И снова крикнуть я хочу:</v><v>«Ребята,</v><v>навострите руки,</v><v>вам это дело по плечу:</v><v>смахнем царя… Такая ересь!</v><v>Жандармов всех пошлем к чертям —</v><v>мне самому они приелись…</v><v>Я поведу вас сам…</v><v>Я сам…»</v><v>И золотую шпагу нервно</v><v>готовлюсь выхватить, грозя…</v><v>Но нет, нельзя.</v><v>Я ж – Павел Первый.</v><v>Мне бунт устраивать нельзя.</v><v>И снова полонеза звуки.</v><v>Мгновение – и закричу:</v><v>«За вашу боль, за ваши муки</v><v>собой пожертвовать хочу!</v><v>Не бойтесь,</v><v>судей не жалейте,</v><v>иначе —</v><v>всем по фонарю.</v><v>Я зрю сквозь целое столетье…</v><v>Я знаю, ч т о я говорю!».</v><v>И золотую шпагу нервно</v><v>готовлюсь выхватить, грозя…</v><v>Да мне ж нельзя.</v><v>Я – Павел Первый.</v><v>Мне бунтовать никак нельзя.</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>ЛЕНИНГРАДСКАЯ МУЗЫКА</p>
</title><poem><stanza><v>Пока еще звезды последние не отгорели,</v><v>вы встаньте, вы встаньте с постели,</v><v>сойдите к дворам,</v><v>туда, где – дрова, где пестреют мазки</v><v>акварели…</v><v>И звонкая скрипка Растрелли</v><v>послышится вам.</v><v>Неправда, неправда,</v><v>все – враки, что будто бы старят</v><v>старанья и годы! Едва вы очутитесь тут,</v><v>как в колокола</v><v>купола золотые ударят,</v><v>колонны</v><v>горластые трубы свои задерут.</v><v>Веселую полночь люби – да на утро надейся…</v><v>Когда ни грехов и ни горестей не отмолить,</v><v>качаясь, игла опрокинется с Адмиралтейства</v><v>и в сердце ударит, чтоб старую кровь отворить.</v><v>О вовсе не ради парада, не ради награды,</v><v>а просто для нас, выходящих с зарей из ворот,</v><v>гремят барабаны гранита,</v><v>кларнеты ограды</v><v>свистят менуэты…</v><v>И улица Росси поет!</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Оле</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Я никогда не витал, не витал</v><v>в облаках, в которых я не витал,</v><v>и никогда не видал, не видал</v><v>городов, которых я не видал.</v><v>И никогда не лепил, не лепил</v><v>кувшин, который я не лепил,</v><v>и никогда не любил, не любил</v><v>женщин, которых я не любил…</v><v>Так что же я смею?</v><v>И что я могу?</v><v>Неужто лишь то, чего не могу?</v><v>И неужели я не добегу</v><v>до дома, к которому я не бегу?</v><v>И неужели не полюблю</v><v>женщин, которых не полюблю?</v><v>И неужели не разрублю</v><v>узел, который не разрублю,</v><v>узел, который не развяжу,</v><v>в слове, которого я не скажу,</v><v>в песне, которую я не сложу,</v><v>в деле, которому не послужу…</v><v>в пуле, которую не заслужу?…</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>ДВА ВЕЛИКИХ СЛОВА</p>
</title><poem><stanza><v>Не пугайся слова «кровь» —</v><v>кровь, она всегда прекрасна,</v><v>кровь ярка, красна и страстна,</v><v>«кровь» рифмуется с «любовь».</v><v>Этой рифмы древний лад!</v><v>Разве ты не клялся ею,</v><v>самой малостью своею,</v><v>чем богат и не богат?</v><v>Жар ее неотвратим…</v><v>Разве ею ты не клялся</v><v>в миг, когда один остался</v><v>с вражьей пулей на один?</v><v>И когда упал в бою,</v><v>эти два великих слова,</v><v>словно красный лебедь,</v><v>снова</v><v>прокричали песнь твою.</v><v>И когда пропал в краю</v><v>вечных зим,</v><v>песчинка словно,</v><v>эти два великих слова</v><v>прокричали песнь твою.</v><v>Мир качнулся.</v><v>Но опять</v><v>в стуже, пламени и бездне</v><v>эти две великих песни</v><v>так слились, что не разнять.</v><v>И не верь ты докторам,</v><v>что для улучшенья крови</v><v>килограмм сырой моркови</v><v>нужно кушать по утрам.</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>НОЧНОЙ РАЗГОВОР</p>
</title><poem><stanza><v>– Мой конь притомился.</v><v>Стоптались мои башмаки.</v><v>Куда же мне ехать?</v><v>Скажите мне, будьте добры.</v><v>– Вдоль Красной реки, моя радость,</v><v>вдоль Красной реки,</v><v>до Синей горы, моя радость,</v><v>до Синей горы.</v><v>– А как мне проехать туда?</v><v>Притомился мой конь.</v><v>Скажите пожалуйста,</v><v>как мне проехать туда?</v><v>– На ясный огонь, моя радость,</v><v>на ясный огонь,</v><v>езжай на огонь, моя радость,</v><v>найдешь без труда.</v><v>– А где ж этот ясный огонь?</v><v>Почему не горит?</v><v>Сто лет подпираю я небо ночное плечом…</v><v>– Фонарщик был должен зажечь,</v><v>да, наверное, спит,</v><v>фонарщик-то спит, моя радость…</v><v>А я ни при чем.</v><v>И снова он едет один</v><v>без дороги</v><v>во тьму.</v><v>Куда же он едет,</v><v>ведь ночь подступила к глазам!…</v><v>– Ты что потерял, моя радость? —</v><v>кричу я ему.</v><v>И он отвечает:</v><v>– Ах, если б я знал это сам…</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>КАРАВАЙ</p>
</title><poem><stanza><v>Вы видели, щиток приоткрывая,</v><v>в задумчивой и душной глубине</v><v>прищуренные глазки каравая,</v><v>когда он сам с собой наедине?</v><v>Когда очнуться не хватает мочи,</v><v>когда румяный край – под цвет зари,</v><v>о чем он думает?</v><v>О чем бормочет,</v><v>ленивые глотая пузыри?</v><v>А в нем живут сгоревшие поленья,</v><v>старанья мастериц и мастеров.</v><v>Он, как последнее стихотворенье,</v><v>и добр, и откровенен, и суров.</v><v>И задыхается на белом блюде</v><v>от радости рожденья своего…</v><v>И кланяются караваю люди</v><v>и ломтики уносят от него.</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>ГЛАВНАЯ ПЕСЕНКА</p>
</title><poem><stanza><v>Наверное, самую лучшую</v><v>на этой земной стороне</v><v>хожу я и песенку слушаю —</v><v>она шевельнулась во мне.</v><v>Она еще очень неспетая.</v><v>Она зелена как трава.</v><v>Но чудится музыка светлая,</v><v>и строго ложатся слова.</v><v>Сквозь время, что мною не пройдено,</v><v>сквозь смех наш короткий и плач</v><v>я слышу: выводит мелодию</v><v>какой-то грядущий трубач.</v><v>Легко, необычно и весело</v><v>кружит над скрещеньем дорог</v><v>та самая главная песенка,</v><v>которую спеть я не смог.</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>СТИХИ БЕЗ НАЗВАНИЯ</p>
</title>
<p><emphasis>Оле</emphasis></p>
<subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>Вся земля, вся планета – сплошное «туда».</v><v>Как струна,</v><v>дорога звонка и туга.</v><v>Все, куда бы ни ехали, только – туда,</v><v>и никто не сюда. Все – туда и туда.</v><v>Остаюсь я один. Вот так. Остаюсь.</v><v>Но смеюсь (я признаться боюсь, что боюсь).</v><v>Сам себя осуждаю, корю.</v><v>И курю.</v><v>Вдруг какая-то женщина (сердце горит)…</v><v>– Вы куда?! – удивленно я ей говорю.</v><v>– Я сюда… – так влюбленно она говорит.</v><v>«Сумасшедшая! – думаю. – Вот ерунда…</v><v>Как же можно «сюда», когда нужно – «туда»?!»</v></stanza></poem><subtitle>2</subtitle><poem><stanza><v>Строгая женщина в строгих очках</v><v>мне рассказывает о сверчках,</v><v>о том, как они свои скрипки</v><v>на протянутых носят руках,</v><v>о том, как они понемногу,</v><v>едва за лесами забрезжит зима,</v><v>берут свои скрипки с собою в дорогу</v><v>и являются в наши дома.</v><v>Мы берем их пальто, приглашаем к столу</v><v>и признательные расточаем улыбки,</v><v>но они очень скромно садятся в углу,</v><v>извлекают</v><v>свои допотопные скрипки,</v><v>расправляют</v><v>помятые сюртучки,</v><v>поднимают</v><v>над головами смычки,</v><v>распрямляют</v><v>свои вдохновенные усики…</v><v>что за дом,</v><v>если в нем</v><v>не пригреты сверчки</v><v>и не слышно их музыки!…</v><v>Строгая женщина щурится из-под очков,</v><v>по столу громоздит угощенье…</v><v>Вот и я приглашаю заезжих сверчков</v><v>за приличное вознагражденье.</v><v>Я помятые им вручаю рубли,</v><v>их рассаживаю</v><v>по чину и званию,</v><v>и играют они вечный вальс</v><v>по названию:</v><v>«Может быть, наконец,</v><v>повезет мне в любви…»</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>Я люблю эту женщину.</v><v>Очень люблю.</v><v>Керамический конь увезет нас постранствовать,</v><v>будет нас на ухабах трясти и подбрасывать…</v><v>Я в Тарусе ей кружев старинных куплю.</v><v>Между прочим,</v><v>Таруса стоит над Окой.</v><v>Там торгуют в базарные дни земляникою,</v><v>не клубникою,</v><v>а земляникою,</v><v>дикою…</v><v>Вы, конечно, еще не встречали такой.</v><v>Эту женщину я от тревог излечу</v><v>и себя отучу от сомнений и слабости,</v><v>и совсем не за радости и не за сладости</v><v>я награду потом от нее получу.</v><v>Между прочим, земля околдует меня</v><v>и ее</v><v>и окружит людьми и деревьями,</v><v>и, наверно, уже за десятой деревнею</v><v>с этой женщиной мы потеряем коня.</v><v>Ах, как гладок и холоден был этот конь!</v><v>Позабудь про него.</v><v>И, как зернышко – в борозду,</v><v>ты подкинь-ка, смеясь, августовского хворосту</v><v>своей белой пригоршней в красный огонь.</v><v>Что ж касается славы, любви и наград…</v><v>Где-то ходит, наверное, конь керамический</v><v>со своею улыбочкой иронической…</v><v>А в костре настоящие сосны горят!</v></stanza></poem><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>Вокзал прощанье нам прокличет,</v><v>и свет зеленый расцветет,</v><v>и так легко до неприличья</v><v>шлагбаум руки разведет.</v><v>Не буду я кричать и клясться,</v><v>в лицо заглядывать судьбе…</v><v>Но дни и версты будут красться</v><v>вдоль окон поезда,</v><v>к тебе.</v><v>И лес, и горизонт далекий,</v><v>и жизнь, как паровозный дым,</v><v>все – лишь к тебе, как те дороги,</v><v>которые</v><v>когда-то</v><v>в Рим.</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>МУЗЫКА</p>
</title>
<p><emphasis>Симону Чиковани</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Вот ноты звонкие органа</v><v>то порознь вступают,</v><v>то вдвоем,</v><v>и шелковые петельки аркана</v><v>на горле</v><v>стягиваются</v><v>моем.</v><v>И музыка передо мной танцует гибко,</v><v>и оживает все</v><v>до самых мелочей:</v><v>пылинки виноватая улыбка</v><v>так красит глубину ее очей!</v><v>Ночной комар,</v><v>как офицер гусарский, тонок,</v><v>и женщина какая-то стоит,</v><v>прижав к груди стихов каких-то томик,</v><v>и на колени падает старик,</v><v>и каждый жест велик,</v><v>как расстоянье,</v><v>и веточка умершая</v><v>жива, жива…</v><v>И стыдно мне за мелкие мои</v><v>старанья</v><v>и за</v><v>непоправимые слова.</v><v>…Вот сила музыки.</v><v>Едва ли</v><v>поспоришь с ней бездумно и легко,</v><v>как будто трубы медные зазвали</v><v>куда-то горячо и далеко…</v><v>И музыки стремительное тело</v><v>плывет,</v><v>кричит неведомо кому:</v><v>«Куда вы все?!</v><v>Да разве в этом дело?!»</v><v>А в чем оно? Зачем оно? К чему?!!</v><v>…Вот черт,</v><v>как ничего еще не надоело!</v></stanza></poem>
<p>1962</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>М. Хуциеву</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Мы приедем туда, приедем,</v><v>проедем – зови не зови —</v><v>вот по этим каменистым,</v><v>по этим</v><v>осыпающимся дорогам любви.</v><v>Там мальчики гуляют, фасоня,</v><v>по августу, плавают в нем,</v><v>и пахнет песнями и фасолью,</v><v>красной солью и красным вином.</v><v>Перед чинарою голубою</v><v>поет Тинатин в окне,</v><v>и моя юность с моей любовью</v><v>перемешиваются во мне.</v><v>…Худосочные дети с Арбата,</v><v>вот мы едем, представь себе,</v><v>а арба под нами горбата,</v><v>и трава у вола на губе.</v><v>Мимо нас мелькают автобусы,</v><v>перегаром в лицо дыша…</v><v>Мы наездились, мы не торопимся,</v><v>мы хотим хоть раз не спеша.</v><v>После стольких лет перед бездною,</v><v>раскачавшись, как на волнах,</v><v>вдруг предстанет, как неизбежное,</v><v>путешествие на волах.</v><v>И по синим горам, пусть не плавное,</v><v>будет длиться через мир и войну</v><v>путешествие наше самое главное</v><v>в ту неведомую страну.</v><v>И потом без лишнего слова,</v><v>дней последних не торопя,</v><v>мы откроем нашу родину снова,</v><v>но уже для самих себя.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ХРАМУЛИ</p>
</title><poem><stanza><v>Храмули – серая рыбка с белым брюшком.</v><v>А хвост у нее как у кильки,</v><v>а нос – пирожком.</v><v>И чудится мне, будто брови ее взметены</v><v>и к сердцу ее все на свете крючки сведены.</v><v>Но если вглядеться в извилины жесткого дна —</v><v>счастливой подковкою там шевелится она.</v><v>Но если всмотреться в движение чистой струи —</v><v>она как обрывок еще не умолкшей струны.</v><v>И если внимательно вслушаться, оторопев, —</v><v>у песни бегущей воды эта рыбка – припев.</v><v>На блюде простом, пересыпана пряной травой,</v><v>лежит и кивает она голубой головой.</v><v>И нужно достойно и точно ее оценить,</v><v>как будто бы первой любовью себя осенить.</v><v>Потоньше, потоньше колите на кухне дрова,</v><v>такие же тонкие, словно признаний слова!</v><v>Представьте, она понимает призванье свое:</v><v>и громоподобные пиршества не для нее.</v><v>Ей тосты смешны, с позолотою вилки смешны,</v><v>ей четкие пальцы и теплые губы нужны.</v><v>Ее не едят, а смакуют в вечерней тиши,</v><v>как будто беседуют с ней о спасенье души.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ПОСЛЕДНИЙ МАНГАЛ</p>
</title>
<p><emphasis>Тамазу Чиладзе</emphasis></p>

<p><emphasis>Джансугу Чарквиани</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Когда под хохот Куры и сплетни,</v><v>в холодной выпачканный золе,</v><v>вдруг закричал мангал последний,</v><v>что он последний на всей земле,</v><v>мы все тогда над Курой сидели</v><v>и мясо сдабривали вином,</v><v>и два поэта в обнимку пели</v><v>о трудном счастье, о жестяном.</v><v>А тот мангал, словно пес – на запах</v><v>орехов, зелени, бастурмы,</v><v>качаясь, шел на железных лапах</v><v>к столу, за которым сидели мы.</v><v>И я клянусь вам, что я увидел,</v><v>как он в усердьи своем простом,</v><v>как пес, которого мир обидел,</v><v>присел и вильнул жестяным хвостом.</v><v>Пропахший зеленью, как духами,</v><v>и шашлыками еще лютей,</v><v>он, словно свергнутый бог,</v><v>в духане</v><v>с надеждой слушал слова людей…</v><v>…Поэты плакали. Я смеялся.</v><v>Стакан покачивался в руке.</v><v>И современно шипело мясо</v><v>на электрическом</v><v>очаге.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ФРЕСКИ</p>
</title><subtitle>1. ОХОТНИК</subtitle><poem><stanza><v>Спасибо тебе, стрела,</v><v>спасибо, сестра,</v><v>что так ты кругла</v><v>и остра,</v><v>что оленю в горячий бок</v><v>входишь, как бог!</v><v>Спасибо тебе за твое уменье,</v><v>за чуткий сон в моем колчане,</v><v>за оперенье,</v><v>за тихое пенье…</v><v>Дай тебе бог воротиться ко мне!</v><v>Чтоб мясу быть жирным на целую треть,</v><v>чтоб кровь была густой и липкой,</v><v>олень не должен предчувствовать смерть…</v><v>Он должен</v><v>умереть</v><v>с улыбкой.</v><v>Когда окончится день,</v><v>я поклонюсь всем богам…</v><v>Спасибо тебе, Олень,</v><v>твоим ветвистым рогам,</v><v>мясу сладкому твоему,</v><v>побуревшему в огне и в дыму…</v><v>О Олень, не дрогнет моя рука,</v><v>твой дух торопится ко мне под крышу…</v><v>Спасибо, что ты не знаешь моего языка</v><v>и твоих проклятий я не расслышу.</v><v>О, спасибо тебе, расстояние, что я</v><v>не увидел оленьих глаз,</v><v>когда он угас!…</v></stanza></poem><subtitle>2. ГОНЧАР</subtitle><poem><stanza><v>Красной глины беру прекрасный ломоть</v><v>и давить начинаю его, и ломать,</v><v>плоть его мять,</v><v>и месить,</v><v>и молоть…</v><v>И когда остановится гончарный круг,</v><v>на красной чашке качнется вдруг</v><v>желтый бык – отпечаток с моей руки,</v><v>серый аист, пьющий из белой реки,</v><v>черный нищий,</v><v>поющий последний стих,</v><v>две красотки зеленых, пять рыб голубых…</v><v>Царь, а царь,</v><v>это рыбы раба твоего,</v><v>бык раба твоего…</v><v>Больше нет у него ничего.</v><v>Черный нищий, поющий во имя его,</v><v>от обид обалдевшего</v><v>раба твоего.</v><v>Царь, а царь,</v><v>хочешь, будем вдвоем рисковать:</v><v>ты башкой рисковать, я тебя рисовать?</v><v>Вместе будем с тобою</v><v>озоровать:</v><v>бога – побоку,</v><v>бабу – под бок, на кровать?!</v><v>Царь, а царь,</v><v>когда ты устанешь из золота есть,</v><v>вели себе чашек моих принесть,</v><v>где желтый бык —</v><v>отпечаток с моей руки,</v><v>серый аист, пьющий из белой реки,</v><v>черный нищий, поющий последний стих,</v><v>две красотки зеленых,</v><v>пять рыб голубых…</v></stanza></poem><subtitle>3. РАБ</subtitle><poem><stanza><v>Один шажок</v><v>и другой шажок,</v><v>а солнышко село…</v><v>О господин,</v><v>вот тебе стожок</v><v>и другой стожок</v><v>доброго сена!</v><v>И все стога</v><v>(ты у нас один)</v><v>и колода меда…</v><v>Пируй, господин,</v><v>до нового года!</v><v>Я амбар —</v><v>тебе,</v><v>а пожар —</v><v>себе…</v><v>Я рвань,</v><v>я дрянь,</v><v>меня жалеть опасно.</v><v>А ты живи праздно:</v><v>сам ешь,</v><v>не давай никому…</v><v>Пусть тебе – прекрасно,</v><v>госпоже – прекрасно,</v><v>холуям – прекрасно,</v><v>а плохо пусть —</v><v>топору твоему!</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>МАРТ ВЕЛИКОДУШНЫЙ</p>
</title><poem><stanza><v>У отворенных</v><v>у ворот лесных,</v><v>откуда пахнет сыростью,</v><v>где звуки</v><v>стекают по стволам,</v><v>стоит лесник,</v><v>и у него —</v><v>мои глаза и руки.</v><v>А лесу платья старые тесны.</v><v>Лесник качается</v><v>на качкой кочке</v><v>и все старается не прозевать весны</v><v>и первенца принять у первой почки.</v><v>Он наклоняется – помочь готов,</v><v>он вслушивается,</v><v>лесник тревожный,</v><v>как надрывается среди стволов</v><v>какой-то стебелек неосторожный.</v><v>Давайте же не будем обижать</v><v>сосновых бабок и еловых внучек,</v><v>пока они друг друга учат,</v><v>как под открытым небом</v><v>март рожать!</v><v>Все снова выстроить – нелегкий срок,</v><v>как зиму выстоять, хоть и знакома…</v><v>И почве выстрелить свой стебелек,</v><v>как рамы выставить хозяйке дома…</v><v>…Лес не кончается.</v><v>И под его рукой</v><v>лесник качается, как лист послушный…</v><v>Зачем отчаиваться,</v><v>мой дорогой?</v><v>Март намечается</v><v>великодушный!</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>КРАСНЫЕ ЦВЕТЫ</p>
</title>
<p><emphasis>Ю. Домбровскому</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Срываю красные цветы.</v><v>Они стоят на красных ножках.</v><v>Они звенят, как сабли в ножнах,</v><v>и пропадают, как следы…</v><v>О эти красные цветы!</v><v>Я от земли их отрываю.</v><v>Они как красные трамваи</v><v>среди полдневной суеты.</v><v>Тесны их задние площадки —</v><v>там две пчелы,</v><v>как две пилы,</v><v>жужжат,</v><v>добры и беспощадны,</v><v>забившись в темные углы.</v><v>Две женщины на тонких лапках.</v><v>У них кошелки в свежих латках,</v><v>но взгляды слишком старомодны,</v><v>и жесты слишком благородны,</v><v>и помыслы их так чисты!…</v><v>О эти красные цветы!</v><v>Их стебель почему-то колет,</v><v>Они, как красные быки,</v><v>идут толпою к водопою,</v><v>у каждого над головою</v><v>рога сомкнулись, как венки…</v><v>Они прекрасны, как полки,</v><v>остры их красные штыки,</v><v>портянки выстираны к бою.</v><v>У командира в кулаке —</v><v>цветок на красном стебельке…</v><v>Он машет им перед собою.</v><v>Качается цветок в руке,</v><v>как память о живом быке,</v><v>как память о самом цветке,</v><v>как памятник поре походной,</v><v>как монумент пчеле безродной,</v><v>той,</v><v>благородной,</v><v>старомодной,</v><v>летать привыкшей налегке…</v><v>Срываю красные цветы.</v><v>Они еще покуда живы.</v><v>Движения мои учтивы,</v><v>решения неторопливы,</v><v>и помыслы мои</v><v>чисты…</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ЭТА КОМНАТА</p>
</title>
<p><emphasis>К. Г. Паустовскому</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Люблю я эту комнату,</v><v>где розовеет вереск</v><v>в зеленом кувшине.</v><v>Люблю я эту комнату,</v><v>где проживает ересь</v><v>с богами наравне.</v><v>Где в этом, только в этом</v><v>находят смысл</v><v>и ветром</v><v>смывают гарь и хлам,</v><v>где остро пахнет веком</v><v>четырнадцатым</v><v>с веком</v><v>двадцатым пополам.</v><v>Люблю я эту комнату</v><v>без драм и без расчета…</v><v>И так за годом год</v><v>люблю я эту комнату,</v><v>что, значит, в этом что-то,</v><v>наверно, есть, но что-то —</v><v>и в том, чему черед.</v><v>Где дни, как карты, смешивая —</v><v>грядущий и начальный,</v><v>что жив и что угас, —</v><v>я вижу как насмешливо,</v><v>а может быть, печально</v><v>глядит она на нас.</v><v>Люблю я эту комнату,</v><v>где даже давний берег</v><v>так близок – не забыть…</v><v>Где нужно мало денег,</v><v>чтобы счастливым быть.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О НОЧНОЙ МОСКВЕ</p>
</title>
<p><emphasis>Б.А.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Когда внезапно возникает</v><v>еще неясный голос труб,</v><v>слова, как ястребы ночные</v><v>срываются с горячих губ,</v><v>мелодия, как дождь случайный,</v><v>гремит; и бродит меж людьми</v><v>надежды маленький оркестрик</v><v>под управлением любви.</v><v>В года разлук, в года сражений,</v><v>когда свинцовые дожди</v><v>лупили так по нашим спинам,</v><v>что снисхождения не жди,</v><v>и командиры все охрипли…</v><v>он брал команду над людьми,</v><v>надежды маленький оркестрик</v><v>под управлением любви.</v><v>Кларнет пробит, труба помята,</v><v>фагот, как старый посох, стерт,</v><v>на барабане швы разлезлись…</v><v>Но кларнетист красив как черт!</v><v>Флейтист, как юный князь, изящен…</v><v>И вечно в сговоре с людьми</v><v>надежды маленький оркестрик</v><v>под управлением любви.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ПИСЬМО АНТОКОЛЬСКОМУ</p>
</title><poem><stanza><v>Здравствуйте, Павел Григорьевич!</v><v>Всем штормам вопреки,</v><v>пока конфликты улаживаются и рушатся</v><v>материки,</v><v>крепкое наше суденышко летит по волнам</v><v>стрелой,</v><v>и его добротное тело пахнет свежей смолой.</v><v>Работа наша матросская</v><v>призывает бодрствовать нас,</v><v>хоть вы меня и постарше, а я помоложе вас</v><v>(а может быть, вы моложе, а я</v><v>немного старей)…</v><v>Ну что нам все эти глупости?</v><v>Главное – плыть поскорей.</v><v>Киплинг, как леший, в морскую дудку</v><v>насвистывает без конца,</v><v>Блок над картой морей просиживает,</v><v>не поднимая лица,</v><v>Пушкин долги подсчитывает,</v><v>и, от вечной петли спасен,</v><v>в море вглядывается с мачты</v><v>вор Франсуа Вийон!</v><v>Быть может, завтра меня матросы</v><v>под бульканье якорей</v><v>высадят на одинокий остров</v><v>с мешком гнилых сухарей,</v><v>и рулевой равнодушно встанет</v><v>за штурвальное колесо</v><v>и кто-то выругается сквозь зубы</v><v>на прощанье мне в лицо.</v><v>Быть может, все это так и будет.</v><v>Я точно знать не могу.</v><v>Но лучше пусть это будет в море,</v><v>чем на берегу.</v><v>И лучше пусть меня судят матросы</v><v>от берегов вдали,</v><v>чем презирающие море</v><v>обитатели твердой земли…</v><v>До свидания, Павел Григорьевич!</v><v>Нам сдаваться нельзя.</v><v>Все враги после нашей смерти</v><v>запишутся к нам в друзья.</v><v>Но перед бурей всегда надежней</v><v>в будущее глядеть…</v><v>Самые чистые рубахи велит капитан надеть!</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>В ГОРОДСКОМ САДУ</p>
</title><poem><stanza><v>Круглы у радости глаза и велики у страха,</v><v>и пять морщинок на челе от празднеств и обид…</v><v>Но вышел тихий дирижер, но заиграли Баха,</v><v>и все затихло, улеглось и обрело свой вид.</v><v>Все стало на свои места, едва сыграли Баха…</v><v>Когда бы не было надежд —</v><v>на черта белый свет?</v><v>К чему вино, кино, пшено,</v><v>квитанции Госстраха</v><v>и вам – ботинки первый сорт, которым</v><v>сносу нет?</v><v>«Не все ль равно: какой земли касаются</v><v>подошвы?</v><v>Не все ль равно: какой улов из волн несет</v><v>рыбак?</v><v>Не все ль равно: вернешься цел</v><v>или в бою падешь ты,</v><v>и руку кто подаст в беде – товарищ</v><v>или враг?…»</v><v>О, чтобы было все не так,</v><v>чтоб все иначе было,</v><v>наверно, именно затем, наверно, потому,</v><v>играет будничный оркестр привычно и вполсилы,</v><v>а мы так трудно и легко все тянемся к нему.</v><v>Ах музыкант мой, музыкант, играешь,</v><v>да не знаешь,</v><v>что нет печальных и больных и виноватых нет,</v><v>когда в прокуренных руках</v><v>так просто ты сжимаешь,</v><v>ах музыкант мой, музыкант,</v><v>черешневый кларнет!</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ФРАНСУА ВИЙОН</p>
</title><poem><stanza><v>Пока земля еще вертится,</v><v>пока еще ярок свет,</v><v>господи, дай же ты каждому</v><v>чего у него нет:</v><v>мудрому дай голову,</v><v>трусливому дай коня,</v><v>дай счастливому денег…</v><v>И не забудь про меня.</v><v>Пока Земля еще вертится, —</v><v>господи, твоя власть! —</v><v>дай рвущемуся к власти</v><v>навластвоваться всласть,</v><v>дай передышку щедрому</v><v>хоть до исхода дня.</v><v>Каину дай раскаяние…</v><v>И не забудь про меня.</v><v>Я знаю: ты все умеешь,</v><v>я верую в мудрость твою,</v><v>как верит солдат убитый,</v><v>что он проживает в раю,</v><v>как верит каждое ухо</v><v>тихим речам твоим,</v><v>как веруем и мы сами,</v><v>не ведая, что творим!</v><v>Господи мой боже,</v><v>зеленоглазый мой!</v><v>Пока Земля еще вертится,</v><v>и это ей странно самой,</v><v>пока ей еще хватает</v><v>времени и огня,</v><v>дай же ты всем понемногу…</v><v>И не забудь про меня.</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ОСЕНЬ В ЦАРСКОМ СЕЛЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Какая царская нынче осень в Царском селе!</v><v>Какие красные листья тянутся к черной земле,</v><v>какое синее небо и золотая трава,</v><v>какие высокопарные хочется крикнуть слова.</v><v>Но вот опускается вечер,</v><v>и слышится ветер с полей,</v><v>и филин рыдает, как Вертер,</v><v>над серенькой мышкой своей.</v><v>Уже он не первую губит,</v><v>не первые вопли слышны.</v><v>Он плоть их невинную любит,</v><v>а души ему не нужны.</v><v>И все же какая царская осень в Царском селе!</v><v>Как прижимаются листья лбами к прохладной</v><v>земле,</v><v>какое белое небо и голубая трава,</v><v>какие высокопарные хочется крикнуть слова!</v></stanza></poem>
<p>1963</p>
</section><section><title>
<p>ЗНОЙ</p>
</title><poem><stanza><v>Питер парится. Пора парочкам пускаться в поиск</v><v>по проспектам полуночным за прохладой.</v><v>Может быть</v><v>им пора поторопиться в петергофский</v><v>первый поезд,</v><v>пекло потное покинуть, на перроне позабыть.</v><v>Петухи проголосили, песни поздние погасли.</v><v>Прямо перед паровозом проплывают и парят</v><v>Павловска перрон пустынный,</v><v>Петергофа плен прекрасный,</v><v>плеть Петра,</v><v>причуды Павла,</v><v>Пушкина пресветлый взгляд.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ИЗ ОКНА ВАГОНА</p>
</title><poem><stanza><v>Низкорослый лесок по пути в Бузулук,</v><v>весь похожий на пыльную армию леших —</v><v>пеших,</v><v>песни лихие допевших,</v><v>сбивших ноги,</v><v>продрогших,</v><v>по суткам не евших</v><v>и застывших,</v><v>как будто в преддверье разлук.</v><v>Их седой командир, весь в коросте и рвани,</v><v>пишет письма домой на глухом барабане,</v><v>позабыв все слова, он марает листы.</v><v>Истрепались знамена, карманы пусты,</v><v>ординарец безумен,</v><v>денщик безобразен…</v><v>Как пейзаж поражения однообразен!</v><v>Или это мелькнул за окном балаган,</v><v>где бушует уездных страстей ураган,</v><v>где играют безвестные комедианты,</v><v>за гроши продавая судьбу и таланты,</v><v>сами судьи и сами себе музыканты…</v><v>Их седой режиссер, обалдевший от брани,</v><v>пишет пьеску на порванном вдрызг барабане,</v><v>позабыв все слова, он марает листы,</v><v>декорации смяты,</v><v>карманы пусты,</v><v>Гамлет глух,</v><v>и Ромео давно безобразен…</v><v>Как сюжет нашей памяти однообразен!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ОДНА МОРКОВЬ С ЗАБРОШЕННОГО ОГОРОДА</p>
</title><poem><stanza><v>Мы сидим, пехотные ребята.</v><v>Позади – разрушенная хата.</v><v>Медленно война уходит вспять.</v><v>Старшина нам разрешает спать.</v><v>И тогда</v><v>(откуда – неизвестно,</v><v>или голод мой тому виной),</v><v>словно одинокая невеста,</v><v>выросла она передо мной.</v><v>Я киваю головой соседям:</v><v>на сто ртов</v><v>одна морковь – пустяк…</v><v>Спим мы или бредим?</v><v>Спим иль бредим?</v><v>Веточки ли в пламени хрустят?</v><v>…Кровь густая капает из свеклы,</v><v>лук срывает бренный свой наряд,</v><v>десять пальцев,</v><v>словно десять свекров,</v><v>над одной морковинкой стоят…</v><v>Впрочем, ничего мы не варили,</v><v>свекла не алела, лук не пах.</v><v>Мы морковь по-братски разделили,</v><v>и она хрустела на зубах.</v><v>Шла война, и кровь текла рекою.</v><v>В грозной битве рота полегла.</v><v>О природа, ты ж одной морковью</v><v>словно мать насытить нас смогла!</v><v>И наверно, уцелела б рота,</v><v>если б в тот последний грозный час</v><v>ты одной любовью, о природа,</v><v>словно мать</v><v>насытила бы нас!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ВРЕМЕНА</p>
</title><poem><stanza><v>Нынче матери все</v><v>словно заново</v><v>всех своих милых детей полюбили.</v><v>Раньше тоже любили,</v><v>но больше их хлебом корили,</v><v>сильнее лупили.</v><v>Нынче, как сухари,</v><v>и любовь, и восторг, и тревогу,</v><v>и преданность копят…</v><v>То ли это инстинкт,</v><v>то ли слабость души,</v><v>то ли сам исторический опыт?</v><v>Или в воздухе нашем само по себе</v><v>развивается что-то такое,</v><v>что прибавило им суетливой любви</v><v>и лишило отныне покоя?</v><v>Или, ждать отказавшись, теперь за собой</v><v>оставляют последнее слово</v><v>и неистово жаждут прощать, возносить</v><v>и творить чудеса за кого-то другого?</v><v>Что бы ни было там,</v><v>как бы ни было там</v><v>и чему бы нас жизнь ни учила,</v><v>в нашем мире цена на любовь да на ласку</v><v>опять высоко подскочила.</v><v>И когда худосочные их сыновья</v><v>лгут, преследуют кошек,</v><v>наводняют базары,</v><v>матерям-то не каины видятся – авели,</v><v>не дедалы – икары!</v><v>И мерещится им</v><v>сквозь сумбур сумасбродств</v><v>дочерей современных,</v><v>сквозь гнев и капризы</v><v>то печаль Пенелопы,</v><v>то рука Жанны д'Арк,</v><v>то задумчивый лик Монны Лизы.</v><v>И слезами полны их глаза,</v><v>и высоко прекрасные вскинуты брови.</v><v>Так что я и представить себе не могу</v><v>ничего,</v><v>кроме этой любови!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ПРОЩАНИЕ С ОСЕНЬЮ</p>
</title><poem><stanza><v>Осенний холодок. Пирог с грибами.</v><v>Калитки шорох и простывший чай.</v><v>И снова</v><v>неподвижными губами</v><v>короткое, как вздох:</v><v>«Прощай, прощай…»</v><v>«Прощай, прощай…»</v><v>Да я и так прощаю</v><v>все, что простить возможно,</v><v>обещаю</v><v>и то простить, чего нельзя простить.</v><v>Великодушным я обязан быть.</v><v>Прощаю всех, что не были убиты</v><v>тогда, перед лицом грехов своих.</v><v>«Прощай, прощай…»</v><v>Прощаю все обиды,</v><v>обеды у обидчиков моих.</v><v>«Прощай…»</v><v>Прощаю, чтоб не вышло боком.</v><v>Сосуд добра до дна не исчерпать.</v><v>Я чувствую себя последним богом,</v><v>единственным умеющим прощать.</v><v>«Прощай, прощай…»</v><v>Старания упрямы</v><v>(знать, мне лишь не простится одному),</v><v>но горести моей прекрасной мамы</v><v>прощаю я неведомо кому.</v><v>«Прощай, прощай…» Прощаю,</v><v>не смущаю</v><v>угрозами,</v><v>надежно их таю.</v><v>С улыбкою, размашисто прощаю,</v><v>как пироги, прощенья раздаю.</v><v>Прощаю побелевшими губами,</v><v>пока не повторится все опять —</v><v>осенний горький чай, пирог с грибами</v><v>и поздний час —</v><v>прощаться и прощать.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>То падая, то снова нарастая,</v><v>как маленький кораблик на волне,</v><v>густую грусть шарманка городская</v><v>из глубины двора дарила мне.</v><v>И вот, уже от слез на волосок,</v><v>я слышал вдруг, как раздавался четкий</v><v>свихнувшейся какой-то нотки</v><v>веселый и счастливый голосок.</v><v>Пускай охватывает нас смятеньем</v><v>несоответствие мехов тугих,</v><v>но перед наводнением смертельным</v><v>все хочет жить.</v><v>И нету прав других.</v><v>Все ухищрения и все уловки</v><v>не дали ничего взамен любви…</v><v>…Сто раз я нажимал курок винтовки,</v><v>а вылетали только соловьи.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>МОЙ КАРАНДАШНЫЙ ПОРТРЕТ</p>
</title><poem><stanza><v>Шуршат, шуршат карандаши</v><v>за упокой живой души.</v><v>Шуршат, не нашуршатся,</v><v>а вскрикнуть не решатся.</v><v>А у меня горит душа,</v><v>но что возьмешь с карандаша:</v><v>он правил не нарушит</v><v>и душу мне потушит.</v><v>…Последний штрих, и вот уже</v><v>я выполнен в карандаше,</v><v>мой фас увековечен…</v><v>Но бушевать мне нечем,</v><v>и жилка не стучит в висок,</v><v>хоть белый лоб мой так высок,</v><v>и я гляжу бесстрастно</v><v>куда-то все в пространство.</v><v>Как будет назван тот портрет?</v><v>«Учитель»,</v><v>«Каменщик»,</v><v>«Поэт»,</v><v>«Немой свидетель века»?…</v><v>Но мне ли верить в это?</v><v>Я смертен. Я горю в огне.</v><v>Он вечен в рамке на стене</v><v>и премией отмечен…</v><v>…да плакать ему</v><v>нечем.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Ярославу Смелякову</emphasis></p>
<poem><stanza><v>В детстве мне встретился как-то кузнечик</v><v>в дебрях колючек, трав и осок.</v><v>Прямо с колючек, словно с крылечек,</v><v>спрыгивал он как танцор на носок,</v><v>передо мною маячил мгновенье</v><v>и исчезал иноходцем в траве…</v><v>Может быть, первое стихотворенье</v><v>зрело в зеленой его голове.</v><v>– Намереваюсь! – кричал тот кузнечик.</v><v>– Может ли быть? – усмехался сверчок.</v><v>Из-за досок, из щелей, из-за печек</v><v>крался насмешливый этот басок.</v><v>Но из-за речек, с лугов отдаленных:</v><v>– Намереваюсь! – как песня, как гром…</v><v>Я их встречал, голубых и зеленых.</v><v>Печка и луг им служили жильем.</v><v>Печка и Луг – разделенный на части</v><v>счастья житейского замкнутый круг,</v><v>к чести его обитателей частых,</v><v>честных, не праздных, как Печка и Луг,</v><v>маленьких рук постоянно стремленье,</v><v>маленьких мук постоянна волна…</v><v>Пламени этого столпотворенье</v><v>не успокоят ни мир, ни война,</v><v>ни уговоры его не излечат,</v><v>ни приговоры друзей и врагов…</v><v>– Может ли быть?! – как всегда из-за печек.</v><v>– Намереваюсь! – грохочет с лугов.</v><v>Годы прошли, да похвастаться нечем.</v><v>Те же дожди, те же зимы и зной.</v><v>Прожита жизнь, но все тот же кузнечик</v><v>пляшет и кружится передо мной.</v><v>Гордый бессмертьем своим непреклонным,</v><v>мировоззреньем своим просветленным,</v><v>скачет, куражится, ест за двоих…</v><v>Но не молчит и сверчок тот бессонный.</v><v>Все усмехается.</v><v>Что мы для них?</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ФОТОГРАФИИ ДРУЗЕЙ</p>
</title><poem><stanza><v>Деньги тратятся и рвутся,</v><v>забываются слова,</v><v>приминается трава,</v><v>только лица остаются</v><v>и знакомые глаза…</v><v>Плачут ли они, смеются —</v><v>не слышны их голоса.</v><v>Льются с этих фотографий</v><v>океаны биографий,</v><v>жизнь в которых вся, до дна</v><v>с нашей переплетена.</v><v>И не муки и не слезы</v><v>остаются на виду,</v><v>и не зависть и беду</v><v>выражают эти позы,</v><v>не случайный интерес</v><v>и не сожаленья снова…</v><v>Свет – и ничего другого,</v><v>век – и никаких чудес.</v><v>Мы живых их обнимаем,</v><v>любим их и пьем за них…</v><v>…только жаль, что понимаем</v><v>с опозданием на миг!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Мгновенно слово. Короток век.</v><v>Где ж умещается человек?</v><v>Как, и когда, и в какой глуши</v><v>распускаются розы его души?</v><v>Как умудряется он успеть</v><v>свое промолчать и свое пропеть,</v><v>по планете просеменить,</v><v>гнев на милость переменить?</v><v>Как умудряется он, чудак,</v><v>на ярмарке</v><v>поцелуев и драк,</v><v>в славословии и пальбе</v><v>выбрать только любовь себе?</v><v>Осколок выплеснет его кровь:</v><v>«Вот тебе за твою любовь!»</v><v>Пощечины перепадут в раю:</v><v>«Вот тебе за любовь твою!»</v><v>И все ж умудряется он, чудак,</v><v>на ярмарке</v><v>поцелуев и драк,</v><v>в славословии</v><v>и гульбе</v><v>выбрать только любовь себе!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>КАПЛИ ДАТСКОГО КОРОЛЯ</p>
</title>
<p><emphasis>Вл. Мотылю</emphasis></p>
<poem><stanza><v>В раннем детстве верил я,</v><v>что от всех болезней</v><v>капель Датского короля</v><v>не найти полезней.</v><v>И с тех пор горит во мне</v><v>огонек той веры…</v><v>Капли Датского короля</v><v>пейте, кавалеры!</v><v>Капли Датского короля</v><v>или королевы —</v><v>это крепче, чем вино,</v><v>слаще карамели</v><v>и сильнее клеветы,</v><v>страха и холеры…</v><v>Капли Датского короля</v><v>пейте, кавалеры!</v><v>Рев орудий, посвист пуль,</v><v>звон штыков и сабель</v><v>растворяются легко</v><v>в звоне этих капель,</v><v>солнце, май, Арбат, любовь —</v><v>выше нет карьеры…</v><v>Капли Датского короля</v><v>пейте, кавалеры!</v><v>Слава головы кружит,</v><v>власть сердца щекочет.</v><v>Грош цена тому, кто встать</v><v>над другим захочет.</v><v>Укрепляйте организм,</v><v>принимайте меры…</v><v>Капли Датского короля</v><v>пейте, кавалеры!</v><v>Если правду прокричать</v><v>вам мешает кашель,</v><v>не забудьте отхлебнуть</v><v>этих чудных капель.</v><v>Перед вами пусть встают</v><v>прошлого примеры…</v><v>Капли Датского короля</v><v>пейте, кавалеры!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>КАК НАУЧИТЬСЯ РИСОВАТЬ</p>
</title><poem><stanza><v>Если ты хочешь стать живописцем,</v><v>ты рисовать не спеши.</v><v>Разные кисти из шерсти барсучьей</v><v>перед собой разложи,</v><v>белую краску возьми, потому что</v><v>это – начало, потом</v><v>желтую краску возьми, потому что</v><v>все созревает, потом</v><v>серую краску возьми, чтобы осень</v><v>в небо плеснула свинец,</v><v>черную краску возьми, потому что</v><v>есть у начала конец,</v><v>краски лиловой возьми пощедрее,</v><v>смейся и плачь, а потом</v><v>синюю краску возьми, чтобы вечер</v><v>птицей слетел на ладонь,</v><v>красную краску возьми, чтобы пламя</v><v>затрепетало, потом</v><v>краски зеленой возьми, чтобы веток</v><v>в красный подбросить огонь.</v><v>Перемешай эти краски, как страсти,</v><v>в сердце своем, а потом</v><v>перемешай эти краски и сердце</v><v>с небом, с землей, а потом…</v><v>Главное – это сгорать и, сгорая,</v><v>не сокрушаться о том.</v><v>Может быть, кто и осудит сначала,</v><v>но не забудет потом!</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>На арбатском дворе – и веселье и смех.</v><v>Вот уже мостовые становятся мокрыми.</v><v>Плачьте, дети!</v><v>Умирает мартовский снег.</v><v>Мы устроим ему</v><v>веселые похороны.</v><v>По кладовкам по темным поржавеют коньки,</v><v>позабытые лыжи</v><v>по углам покоробятся…</v><v>Плачьте, дети!</v><v>Из-за белой реки</v><v>скоро-скоро кузнечики к нам заторопятся.</v><v>Будет много кузнечиков. Хватит на всех.</v><v>Вы не будете, дети,</v><v>гулять в одиночестве…</v><v>Плачьте, дети!</v><v>Умирает мартовский снег.</v><v>Мы ему воздадим генеральские почести.</v><v>Заиграют грачи над его головой,</v><v>грохнет лед на реке в лиловые трещины…</v><v>Но останется снежная баба вдовой…</v><v>Будьте, дети, добры и внимательны</v><v>к женщине.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О ХУДОЖНИКЕ ПИРОСМАНИ</p>
</title>
<p><emphasis>Николаю Грицюку</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Что происходит с нами,</v><v>когда мы смотрим сны?</v><v>Художник Пиросмани</v><v>выходит из стены,</v><v>из рамок примитивных,</v><v>из всякой суеты</v><v>и продает картины</v><v>за порцию еды.</v><v>Худы его колени</v><v>и насторожен взгляд,</v><v>но сытые олени</v><v>с картин его глядят,</v><v>красотка Маргарита</v><v>в траве густой лежит,</v><v>а грудь ее открыта —</v><v>там родинка дрожит.</v><v>И вся земля ликует,</v><v>пирует и поет,</v><v>и он ее рисует</v><v>и Маргариту ждет.</v><v>Он жизнь любил не скупо,</v><v>как видно по всему…</v><v>Но не хватило супа</v><v>на всей земле</v><v>ему.</v></stanza></poem>
<p>1964</p>
</section><section><title>
<p>ГРИБОЕДОВ В ЦИНАНДАЛИ</p>
</title><poem><stanza><v>Цинандальского парка осенняя дрожь.</v><v>Непредвиденный дождь. Затяжной.</v><v>В этот парк я с недавнего времени вхож —</v><v>мы почти породнились с княжной.</v><v>Петухи в Цинандали кричат до зари:</v><v>то ли празднуют, то ли грустят…</v><v>Острословов очкастых не любят цари, —</v><v>бог простит, а они не простят.</v><v>Петухи в Цинандали пророчат восход,</v><v>и под этот заманчивый крик</v><v>Грибоедов, как после венчанья, идет</v><v>по Аллее Любви напрямик,</v><v>словно вовсе и не было дикой толпы</v><v>и ему еще можно пожить,</v><v>словно и не его под скрипенье арбы</v><v>на Мтацминду везли хоронить;</v><v>словно женщина эта – еще не вдова,</v><v>и как будто бы ей ни к чему</v><v>на гранитном надгробьи проплакать слова</v><v>смерти, горю, любви и уму;</v><v>словно верит она в петушиный маневр,</v><v>как поэт торопливый – в строку…</v><v>Нет, княжна, я воспитан на лучший манер,</v><v>и солгать вам, княжна, не могу,</v><v>и прощенья прошу за неловкость свою…</v><v>Но когда б вы представить могли,</v><v>как прекрасно упасть, и погибнуть в бою,</v><v>и воскреснуть, поднявшись с земли!</v><v>И, срывая очки, как винтовку с плеча,</v><v>и уже позабыв о себе,</v><v>прокричать про любовь навсегда, сгоряча</v><v>прямо в рожу орущей толпе!…</v><v>…Каждый куст в парке княжеском</v><v>мнит о себе.</v><v>Но над Персией – гуще гроза.</v><v>И спешит Грибоедов навстречу судьбе,</v><v>близоруко прищурив глаза.</v></stanza></poem>
<p>1965</p>
</section><section><title>
<p>ВСТРЕЧА</p>
</title>
<p><emphasis>Кайсыну Кулиеву</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Насмешливый, тщедушный и неловкий,</v><v>единственный на этот шар земной,</v><v>на Усачевке, возле остановки,</v><v>вдруг Лермонтов возник передо мной,</v><v>и в полночи рассеянной и зыбкой</v><v>(как будто я о том его спросил)</v><v>– Мартынов – что… —</v><v>он мне сказал с улыбкой. —</v><v>Он невиновен.</v><v>Я его простил.</v><v>Что – царь? Бог с ним. Он дожил до могилы.</v><v>Что – раб?… Бог с ним. Не воин он один.</v><v>Царь и холоп – две крайности, мой милый.</v><v>Нет ничего опасней середин.</v><v>Над мрамором, венками перевитым,</v><v>убийцы стали ангелами вновь.</v><v>Удобней им считать меня убитым:</v><v>венки всегда дешевле, чем любовь.</v><v>Как дети, мы все забываем быстро,</v><v>обидчикам не помним мы обид,</v><v>и ты не верь, не верь в мое убийство:</v><v>другой поручик был тогда убит.</v><v>Что – пистолет?… Страшна рука дрожащая,</v><v>тот пистолет растерянно держащая,</v><v>особенно тогда она страшна,</v><v>когда сто раз пред тем была нежна…</v><v>Но, слава богу, жизнь не оскудела,</v><v>мой Демон продолжает тосковать,</v><v>и есть еще на свете много дела,</v><v>и нам с тобой нельзя не рисковать.</v><v>Но, слава богу, снова паутинки,</v><v>и бабье лето тянется на юг,</v><v>и маленькие грустные грузинки</v><v>полжизни за улыбки отдают,</v><v>и суждены нам новые порывы,</v><v>они скликают нас наперебой…</v><v>Мой дорогой, пока с тобой мы живы,</v><v>все будет хорошо у нас с тобой…</v></stanza></poem>
<p>1965</p>
</section><section><title>
<p>ЦИРК</p>
</title>
<p><emphasis>Юрию Никулину</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Цирк – не парк, куда вы входите</v><v>грустить и отдыхать.</v><v>В цирке надо не высиживать,</v><v>а падать и взлетать,</v><v>и под куполом,</v><v>под куполом,</v><v>под куполом скользя,</v><v>ни о чем таком сомнительном</v><v>раздумывать нельзя.</v><v>Все костюмы наши праздничные —</v><v>смех и суета.</v><v>Все улыбки наши пряничные</v><v>не стоят ни черта</v><v>перед красными султанами</v><v>на конских головах,</v><v>перед лицами,</v><v>таящими надежду, а не страх.</v><v>О Надежда,</v><v>ты крылатое такое существо!</v><v>Как прекрасно</v><v>твое древнее святое вещество:</v><v>даже, если вдруг потеряна</v><v>(как будто не была),</v><v>как прекрасно ты распахиваешь</v><v>два своих крыла</v><v>над манежем</v><v>и над ярмаркою праздничных одежд,</v><v>над тревогой завсегдатаев,</v><v>над ужасом невежд,</v><v>похороненная заживо,</v><v>являешься опять</v><v>тем,</v><v>кто жаждет не высиживать,</v><v>а падать и взлетать.</v></stanza></poem>
<p>1965</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Надежда, белою рукою</v><v>сыграй мне что-нибудь такое,</v><v>чтоб краска схлынула с лица,</v><v>как будто кони от крыльца.</v><v>Сыграй мне что-нибудь такое,</v><v>чтоб ни печали, ни покоя,</v><v>ни нот, ни клавиш и ни рук…</v><v>О том, что я несчастен,</v><v>врут.</v><v>Еще нам плакать и смеяться,</v><v>но не смиряться,</v><v>не смиряться.</v><v>Еще не пройден тот подъем.</v><v>Еще друг друга мы найдем…</v><v>Все эти улицы —</v><v>как сестры.</v><v>Твоя игра – их голос пестрый,</v><v>их каблучков полночный стук…</v><v>Я жаден до всего вокруг.</v><v>Ты так играешь, так играешь,</v><v>как будто медленно сгораешь.</v><v>Но что-то есть в твоем огне,</v><v>еще неведомое мне.</v></stanza></poem>
<p>1965</p>
</section><section><title>
<p>ПРОЩАНИЕ С НОВОГОДНЕЙ ЕЛКОЙ</p>
</title><poem><stanza><v>Синяя крона, малиновый ствол,</v><v>звяканье шишек зеленых.</v><v>Где-то по комнатам ветер прошел:</v><v>там поздравляли влюбленных.</v><v>Где-то он старые струны задел —</v><v>тянется их перекличка…</v><v>Вот и январь накатил-налетел,</v><v>бешеный как электричка.</v><v>Мы в пух и прах наряжали тебя,</v><v>мы тебе верно служили.</v><v>Громко в картонные трубы трубя,</v><v>словно на подвиг спешили.</v><v>Даже поверилось где-то на миг</v><v>(знать, в простодушьи сердечном):</v><v>женщины той очарованный лик</v><v>слит с твоим празднеством вечным.</v><v>В миг расставания, в час платежа,</v><v>в день увяданья недели</v><v>чем это стала ты нехороша?</v><v>Что они все, одурели?!</v><v>И утонченные как соловьи,</v><v>гордые, как гренадеры,</v><v>что же надежные руки свои</v><v>прячут твои кавалеры?</v><v>Нет бы собраться им – время унять,</v><v>нет бы им всем – расстараться…</v><v>Но начинают колеса стучать:</v><v>как тяжело расставаться!</v><v>Но начинается вновь суета.</v><v>Время по-своему судит.</v><v>И в суете тебя сняли с креста,</v><v>и воскресенья не будет.</v><v>Ель моя, Ель – уходящий олень,</v><v>зря ты, наверно, старалась:</v><v>женщины той осторожная тень</v><v>в хвое твоей затерялась!</v><v>Ель моя, Ель, словно Спас-на-крови,</v><v>твой силуэт отдаленный,</v><v>будто бы след удивленной любви,</v><v>вспыхнувшей, неутоленной.</v></stanza></poem>
<p>1966</p>
</section><section><title>
<p>ПУТЕШЕСТВИЕ В ПАМЯТИ</p>
</title>
<p><emphasis>Анатолию Рыбакову</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Не помню зла, обид не помню,</v><v>ни громких слов,</v><v>ни малых дел</v><v>и ни того, что я увидел,</v><v>и ни того, что проглядел.</v><v>Я все забыл, как днище вышиб</v><v>из бочки века своего.</v><v>Я выжил.</v><v>Я из пекла вышел.</v><v>Там не оставил ничего.</v><v>Теперь живу посередине</v><v>между войной и тишиной,</v><v>грехи приписываю богу,</v><v>а доблести – лишь Ей одной.</v><v>Я не оставил там ни боли,</v><v>ни пепла, ни следов сапог,</v><v>и только глаз мой карий-карий</v><v>блуждает там, как светлячок.</v><v>Но в озаренье этом странном,</v><v>в сиянье вещем светляка</v><v>счастливые былые люди</v><v>мне чудятся издалека:</v><v>высокий хор поет с улыбкой,</v><v>земля от выстрелов дрожит,</v><v>сержант Петров, поджав коленки,</v><v>как новорожденный лежит.</v></stanza></poem>
<p>1967</p>
</section><section><title>
<p>ГРУЗИНСКАЯ ПЕСНЯ</p>
</title>
<p><emphasis>М. Квливидзе</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Виноградную косточку в теплую землю зарою,</v><v>и лозу поцелую, и спелые гроздья сорву,</v><v>и друзей созову,</v><v>на любовь свое сердце настрою…</v><v>А иначе зачем на земле этой вечной живу?</v><v>Собирайтесь-ка, гости мои, на мое угощенье,</v><v>говорите мне прямо в лицо,</v><v>кем пред вами слыву,</v><v>царь небесный пошлет мне прощенье</v><v>за прегрешенья…</v><v>А иначе зачем на земле этой вечной живу?</v><v>В темно-красном своем</v><v>будет петь для меня моя Дали,</v><v>в черно-белом своем</v><v>преклоню перед нею главу,</v><v>и заслушаюсь я,</v><v>и умру от любви и печали…</v><v>А иначе зачем на земле этой вечной живу?</v><v>И когда заклубится закат,</v><v>по углам залетая,</v><v>пусть опять и опять предо мною</v><v>плывут наяву</v><v>синий буйвол,</v><v>и белый орел,</v><v>и форель золотая…</v><v>А иначе зачем</v><v>на земле этой вечной живу?</v></stanza></poem>
<p>1967</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О ДАЛЬНЕЙ ДОРОГЕ</p>
</title>
<p><emphasis>Б. Золотухину</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Забудешь первый праздник и позднюю утрату,</v><v>когда луны колеса</v><v>затренькают по тракту,</v><v>и силуэт совиный склонится с облучка,</v><v>и прямо в душу грянет</v><v>простой романс сверчка.</v><v>Пускай глядит с порога красотка, увядая,</v><v>та гордая, та злая, слепая и святая…</v><v>Что – прелесть ее ручек? Что – жар ее перин?</v><v>Давай, брат, отрешимся.</v><v>Давай, брат, воспарим.</v><v>Жена, как говорится, найдет себе другого,</v><v>какого-никакого, как ты, недорогого.</v><v>А дальняя дорога дана тебе судьбой,</v><v>как матушкины слезы всегда она с тобой.</v><v>Покуда ночка длится, покуда бричка катит,</v><v>дороги этой дальней на нас обоих хватит.</v><v>Зачем ладонь с повинной ты на сердце кладешь?</v><v>Чего не потеряешь – того, брат, не найдешь.</v><v>От сосен запах хлебный,</v><v>от неба свет целебный,</v><v>а от любови бедной сыночек будет бледный,</v><v>а дальняя дорога…</v><v>а дальняя дорога…</v><v>а дальняя дорога…</v></stanza></poem>
<p>1967</p>
</section><section><title>
<p>СТАРИННАЯ СТУДЕНЧЕСКАЯ ПЕСНЯ</p>
</title><poem><stanza><v>Поднявший меч на наш союз</v><v>достоин будет худшей кары,</v><v>и я за жизнь его тогда</v><v>не дам и ломаной гитары.</v><v>Как вожделенно жаждет век</v><v>нащупать брешь у нас в цепочке…</v><v>Возьмемся за руки, друзья,</v><v>чтоб не пропасть поодиночке.</v><v>Среди совсем чужих пиров</v><v>и слишком ненадежных истин,</v><v>не дожидаясь похвалы,</v><v>мы перья белые почистим.</v><v>Пока безумный наш султан</v><v>сулит нам дальнюю дорогу,</v><v>возьмемся за руки, друзья,</v><v>возьмемся за руки, ей-богу.</v><v>Когда ж придет дележки час,</v><v>хлеб дармовой не нас поманит,</v><v>и рай настанет не для нас,</v><v>зато Офелия помянет.</v><v>Пока ж не грянула пора</v><v>нам отправляться понемногу,</v><v>возьмемся за руки, друзья,</v><v>возьмемся за руки, ей-богу.</v></stanza></poem>
<p>1967</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>П. Луспекаеву</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Ваше благородие, госпожа разлука,</v><v>мне с тобою холодно, вот какая штука.</v><v>Письмецо в конверте</v><v>погоди – не рви…</v><v>Не везет мне в смерти,</v><v>повезет в любви.</v><v>Ваше благородие госпожа чужбина,</v><v>жарко обнимала ты, да мало любила.</v><v>В шелковые сети</v><v>постой – не лови…</v><v>Не везет мне в смерти,</v><v>повезет в любви.</v><v>Ваше благородие госпожа удача,</v><v>для кого ты добрая, а кому иначе.</v><v>Девять граммов в сердце</v><v>постой – не зови…</v><v>Не везет мне в смерти,</v><v>повезет в любви.</v><v>Ваше благородие госпожа победа,</v><v>значит, моя песенка до конца не спета!</v><v>Перестаньте, черти,</v><v>клясться на крови…</v><v>Не везет мне в смерти,</v><v>повезет в любви.</v></stanza></poem>
<p>1967</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О МОЦАРТЕ</p>
</title>
<p><emphasis>И.Б.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Моцарт на старенькой скрипке играет.</v><v>Моцарт играет, а скрипка поет.</v><v>Моцарт отечества не выбирает —</v><v>просто играет всю жизнь напролет.</v><v>Ах, ничего, что всегда, как известно,</v><v>наша судьба – то гульба, то пальба…</v><v>Не оставляйте стараний, маэстро,</v><v>не убирайте ладони со лба.</v><v>Где-нибудь на остановке конечной</v><v>скажем спасибо и этой судьбе,</v><v>но из грехов своей родины вечной</v><v>не сотворить бы кумира себе.</v><v>Ах, ничего, что всегда, как известно,</v><v>наша судьба – то гульба, то пальба…</v><v>Не расставайтесь с надеждой, маэстро,</v><v>не убирайте ладони со лба.</v><v>Коротки наши лета молодые:</v><v>миг —</v><v>и развеются, как на кострах,</v><v>красный камзол, башмаки золотые,</v><v>белый парик, рукава в кружевах.</v><v>Ах, ничего, что всегда, как известно,</v><v>наша судьба – то гульба, то пальба…</v><v>Не обращайте вниманья, маэстро,</v><v>не убирайте ладони со лба.</v></stanza></poem>
<p>1969</p>
</section><section><title>
<p>РОМАНС</p>
</title><poem><stanza><v>Арбатского романса знакомое шитье,</v><v>к прогулкам в одиночестве пристрастье;</v><v>из чашки запотевшей счастливое питье</v><v>и женщины рассеянное «здрасьте»…</v><v>Не мучьтесь понапрасну: она ко мне добра.</v><v>Светло иль грустно – век почти что прожит.</v><v>Поверьте, эта дама из моего ребра,</v><v>и без меня она уже не может.</v><v>Бывали дни такие – гулял я молодой,</v><v>глаза глядели в небо голубое,</v><v>еще был не разменен мой первый золотой,</v><v>пылали розы, гордые собою.</v><v>Еще моя походка мне не была смешна,</v><v>еще подошвы не поотрывались,</v><v>за каждым поворотом, где музыка слышна,</v><v>какие мне удачи открывались!</v><v>Любовь такая штука: в ней так легко пропасть,</v><v>зарыться, закружиться, затеряться…</v><v>Нам всем знакома эта возвышенная страсть,</v><v>поэтому нет смысла повторяться.</v><v>Не мучьтесь понапрасну: всему своя пора.</v><v>Траву взрастите – к осени сомнется.</v><v>Вы начали прогулку с арбатского двора,</v><v>к нему-то все, как видно, и вернется.</v><v>Была бы нам удача всегда из первых рук,</v><v>и как бы там ни холило, ни било,</v><v>в один прекрасный полдень оглянетесь вокруг,</v><v>и все при вас, целехонько, как было:</v><v>арбатского романса знакомое шитье,</v><v>к прогулкам в одиночестве пристрастье,</v><v>из чашки запотевшей счастливое питье</v><v>и женщины рассеянное «здрасьте»…</v></stanza></poem>
<p>1969</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Владлену Ермакову</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Тот самый двор, где я сажал березы,</v><v>был создан по законам вечной прозы</v><v>и образцом дворов арбатских слыл:</v><v>там, правда, не выращивались розы,</v><v>да и Гомер туда не заходил…</v><v>Зато поэт Глазков напротив жил.</v><v>Друг друга мы не знали совершенно,</v><v>но, познавая белый свет блаженно,</v><v>попеременно – снег, дожди и сушь,</v><v>разгулы будней и подъездов глушь,</v><v>и мостовых дыханье,</v><v>неизменно</v><v>мы ощущали близость наших душ.</v><v>Ильинку с Божедомкою, конечно,</v><v>не в наших нравах предавать поспешно,</v><v>и Усачевку, и Охотный ряд…</v><v>Мы с ними слиты чисто и безгрешно,</v><v>как с нашим детством – сорок лет подряд;</v><v>мы с детства их пророки…</v><v>Но Арбат!</v><v>Минувшее тревожно забывая,</v><v>на долголетье втайне уповая,</v><v>все медленней живем, все тяжелей…</v><v>Но песня тридцать первого трамвая</v><v>с последней остановкой у Филей</v><v>звучит в ушах, от нас не отставая.</v><v>И если вам, читатель торопливый,</v><v>он не знаком, тот гордый, сиротливый,</v><v>извилистый, короткий коридор</v><v>от ресторана «Прага» до Смоляги,</v><v>и рай, замаскированный под двор,</v><v>где все равны:</v><v>и дети и бродяги,</v><v>спешите же…</v><v>Все остальное – вздор.</v></stanza></poem>
<p>1970</p>
</section><section><title>
<p>ПРИЕЗЖАЯ СЕМЬЯ ФОТОГРАФИРУЕТСЯ У ПАМЯТНИКА ПУШКИНУ</p>
</title><poem><stanza><v>На фоне Пушкина снимается семейство.</v><v>Фотограф щелкает, и птичка вылетает.</v><v>Фотограф щелкает,</v><v>но вот что интересно:</v><v>на фоне Пушкина!</v><v>И птичка вылетает.</v><v>Все счеты кончены, и кончены все споры.</v><v>Тверская улица течет,</v><v>куда не знает.</v><v>Какие женшины на нас кидают взоры</v><v>и улыбаются…</v><v>И птичка вылетает.</v><v>На фоне Пушкина снимается семейство.</v><v>Как обаятельны</v><v>(для тех, кто понимает)</v><v>все наши глупости и мелкие злодейства</v><v>на фоне Пушкина!</v><v>И птичка вылетает.</v><v>Мы будем счастливы</v><v>(благодаренье снимку!).</v><v>Пусть жизнь короткая проносится и тает.</v><v>На веки вечные мы все теперь в обнимку</v><v>на фоне Пушкина!</v><v>И птичка вылетает.</v></stanza></poem>
<p>1970</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Зачем торопится в Сибирь поэт Горбовский?</v><v>Чтоб делать там</v><v>с души своей наброски.</v><v>Под ребрами, в таинственной глуши,</v><v>отчаиваясь и надеяясь сладко,</v><v>как разноцветные карандаши,</v><v>она истаивает без остатка.</v><v>Покуда мир совсем не перешит,</v><v>ее бродячий скарб увязан снова.</v><v>Все плачет в ней,</v><v>ликует, верещит,</v><v>безумствует</v><v>и просит слова.</v><v>Что она, боже, делает с собой!</v><v>То красным коршуном она забьется,</v><v>то нежностью зальется голубой,</v><v>то черною слезою вдруг прольется…</v><v>Пока асфальт холодный топчем мы,</v><v>все то же повторяя, как по нотам,</v><v>он дожидается конца зимы</v><v>и улетает со своим блокнотом</v><v>туда, где дни, как вольные стрелки,</v><v>чем безвозвратней —</v><v>тем сильнее…</v><v>Там лучше ловятся</v><v>слова</v><v>в силки,</v><v>а сердцу там вольнее и больнее…</v><v>Дуй, паровоз, в трубу, свисти в свисток,</v><v>пугай прохожих старомодным ликом.</v><v>Спеши, лошадка,</v><v>торопись, ездок…</v><v>Эй, женщины, не поминайте лихом!</v></stanza></poem>
<p>1970</p>
</section><section><title>
<p>СЧИТАЛОЧКА ДЛЯ БЕЛЛЫ</p>
</title><poem><stanza><v>Я сидел в апрельском сквере.</v><v>Предо мной был божий храм.</v><v>Но не думал я о вере,</v><v>я глядел на разных дам.</v><v>И одна, едва пахнуло</v><v>с несомненностью весной,</v><v>вдруг на веточку вспорхнула</v><v>и уселась предо мной.</v><v>В модном платьице коротком,</v><v>в старомодном пальтеце,</v><v>и ладонь – под подбородком,</v><v>и загадка на лице.</v><v>В той поре, пока безвестной,</v><v>обозначенной едва:</v><v>то ли поздняя невеста,</v><v>то ли юная вдова.</v><v>Век мой короток – не жалко,</v><v>он длинней и ни к чему…</v><v>Но она петербуржанка</v><v>и бессмертна посему.</v><v>Шли столетья по России,</v><v>бил надежды барабан.</v><v>Не мечи людей косили —</v><v>слава, злато и обман.</v><v>Что ни век – все те же нравы,</v><v>ухищренья и дела…</v><v>А Она вдали от славы</v><v>на Васильевском жила.</v><v>Знала счет шипам и розам</v><v>и безгрешной не слыла.</v><v>Всяким там метаморфозам</v><v>не подвержена была…</v><v>Но когда над Летним садом</v><v>возносилася луна,</v><v>Михаилу с Александром,</v><v>верно, грезилась она.</v><v>И в дороге, и в опале,</v><v>и крылаты, и без крыл,</v><v>знать, о Ней лишь помышляли</v><v>Александр и Михаил.</v><v>И загадочным и милым</v><v>лик Ее сиял живой</v><v>Александру с Михаилом</v><v>перед пулей роковой.</v><v>Эй вы, дней былых поэты,</v><v>старики и женихи,</v><v>признавайтесь, кем согреты</v><v>ваши перья и стихи?</v><v>Как на лавочках сиделось,</v><v>чтобы душу усладить,</v><v>как на барышень гляделось,</v><v>не стесняйтесь говорить.</v><v>Как туда вам все летелось</v><v>во всю мочь и во всю прыть…</v><v>Как оттуда не хотелось</v><v>в департамент уходить!</v></stanza></poem>
<p>1972</p>
</section><section><title>
<p>БАТАЛЬНОЕ ПОЛОТНО</p>
</title><poem><stanza><v>Сумерки. Природа. Флейты голос нервный.</v><v>Позднее катанье.</v><v>На передней лошади едет император</v><v>в голубом кафтане.</v><v>Серая кобыла с карими глазами,</v><v>с челкой вороною.</v><v>Красная попона. Крылья за спиною,</v><v>как перед войною.</v><v>Вслед за императором едут генералы,</v><v>генералы свиты,</v><v>славою увиты, шрамами покрыты,</v><v>только не убиты.</v><v>Следом – дуэлянты, флигель-адъютанты.</v><v>Блещут эполеты.</v><v>Все они красавцы, все они таланты,</v><v>все они поэты.</v><v>Все слабее звуки прежних клавесинов,</v><v>голоса былые.</v><v>Только цокот мерный, флейты голос нервный,</v><v>да надежды злые.</v><v>Все слабее запах очага и дома,</v><v>молока и хлеба.</v><v>Где-то под ногами и над головами —</v><v>лишь земля и небо.</v></stanza></poem>
<p>1973</p>
</section><section><title>
<p>СТАРИННАЯ СОЛДАТСКАЯ ПЕСНЯ</p>
</title><poem><stanza><v>Отшумели песни нашего полка,</v><v>отзвенели звонкие копыта.</v><v>Пулями пробито днище котелка,</v><v>маркитантка юная убита.</v><v>Нас осталось мало: мы да наша боль.</v><v>Нас немного, и врагов немного.</v><v>Живы мы покуда, фронтовая голь,</v><v>а погибнем – райская дорога.</v><v>Руки на затворе, голова в тоске,</v><v>а душа уже взлетела вроде.</v><v>Для чего мы пишем кровью на песке?</v><v>Наши письма не нужны природе.</v><v>Спите себе, братцы, – все придет опять:</v><v>новые родятся командиры,</v><v>новые солдаты будут получать</v><v>вечные казенные квартиры.</v><v>Спите себе, братцы, – все начнется вновь,</v><v>все должно в природе повториться:</v><v>и слова, и пули, и любовь, и кровь…</v><v>времени не будет помириться.</v></stanza></poem>
<p>1973</p>
</section><section><title>
<p>ЖИЗНЬ ОХОТНИКА</p>
</title>
<p><emphasis>К. Ваншенкину</emphasis></p>
<subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>Первый день,</v><v>первый день!</v><v>Все прекрасно, все здорово,</v><v>хоть уж на всем второго</v><v>дня</v><v>лежит косая тень.</v></stanza></poem><subtitle>2</subtitle><poem><stanza><v>День второй – день чудес,</v><v>день охоты, день объятий,</v><v>никаких еще проклятий</v><v>ни из уст</v><v>и ни с небес.</v><v>Все пока как будто впрок,</v><v>все еще полно значенья,</v><v>голосок ожесточенья</v><v>легкомыслен, как щенок.</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>Третий день – день удач.</v><v>За удачею —</v><v>удача.</v><v>Удивляйся и чудачь,</v><v>поживи еще,</v><v>чудача.</v><v>Нет пока лихих годин</v><v>выражений осторожных…</v><v>Бог беды</v><v>на тонких ножках</v><v>в стороне бредет один.</v><v>И счастливой на века</v><v>обещает быть охота,</v><v>и вторая капля пота,</v><v>как амброзия,</v><v>сладка.</v></stanza></poem><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>День четвертый.</v><v>Рука</v><v>оперлась на подлокотник…</v><v>Что-то грустен стал охотник,</v><v>нерешителен слегка.</v><v>Вездесущая молва,</v><v>о возможном</v><v>все страннее,</v><v>капли пота солонее</v><v>и умеренней слова.</v><v>Счастлив будь, Сурок в норе!</v><v>Будь спокойна, Птица в небе!</v><v>Он —</v><v>в раздумьях о добре,</v><v>в размышлениях о хлебе.</v><v>Из ствола не бьет дымок,</v><v>стрелы колют на лучину.</v><v>Все,</v><v>что было лишь намек,</v><v>превращается в причину.</v></stanza></poem><subtitle>5</subtitle><poem><stanza><v>Пятый день.</v><v>Холодна</v><v>за окном стоит погода.</v><v>Нет охоты —</v><v>есть работа.</v><v>Пота нет —</v><v>лишь соль одна.</v><v>Отрешенных глаз свинец,</v><v>губ сухих молчанье злое…</v><v>Не похоже,</v><v>чтоб скупец,</v><v>скапливающий былое.</v><v>Не похоже,</v><v>чтоб глупец,</v><v>на грядущее плюющий,</v><v>пьянствующий иль непьющий,</v><v>верующий</v><v>или лжец.</v><v>Может, жизнь кроя свою</v><v>на отдельные полоски,</v><v>убедился,</v><v>что в авоське</v><v>больше смысла,</v><v>чем в раю?…</v><v>Или он вдруг осознал,</v><v>что, спеша и спотыкаясь,</v><v>радуясь и горько каясь,</v><v>ничего не обогнал?</v><v>Что он там?</v><v>Чему не рад</v><v>сам себе холоп и барин?</v><v>Был, как бес, высокопарен,</v><v>стал задумчив, как Сократ.</v></stanza></poem><subtitle>6</subtitle><poem><stanza><v>День шестой,</v><v>день шестой…</v><v>Все теперь уже понятно:</v><v>путь т у д а такой простой —</v><v>это больно и приятно.</v><v>Все сбывается точь-в-точь,</v><v>как напутствие в дорогу.</v><v>Тайна улетает прочь…</v><v>Слава богу,</v><v>слава богу.</v><v>Доберемся как-нибудь</v><v>(что нам – знойно или вьюжно?),</v><v>и увязывать не нужно</v><v>чемоданы в дальний путь.</v><v>Можно просто налегке,</v><v>не трясясь перед ошибкой,</v><v>с дерзновенною улыбкой,</v><v>словно с тросточкой в руке.</v><v>Остается для невежд</v><v>ожиданье дней,</v><v>в которых</v><v>отсыревший вспыхнет порох</v><v>душ</v><v>или раздастся шорох</v><v>вновь проснувшихся надежд.</v><v>Что ты там ни славословь,</v><v>как ты там ни сквернословь,</v><v>не кроится впрок одежда…</v><v>Жизнь длиннее, чем надежда,</v><v>но короче, чем любовь.</v></stanza></poem><subtitle>7</subtitle><poem><stanza><v>День седьмой.</v><v>Выходной.</v><v>Дверь открыта выходная.</v><v>Дверь открыта в проходной…</v><v>До свиданья,</v><v>проходная!</v></stanza></poem>
<p>1973</p>
</section><section><title>
<p>ПОСЛЕВОЕННОЕ ТАНГО</p>
</title>
<p><emphasis>Вяч. Кондратьеву</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Восславив тяготы любви и свои слабости,</v><v>слетались девочки в тот двор,</v><v>как пчелы в августе;</v><v>и совершалось наших душ тогда мужание</v><v>под их загадочное жаркое жужжание.</v><v>Судьба ко мне была щедра:</v><v>надежд подбрасывала,</v><v>да жизнь по-своему текла – меня не спрашивала.</v><v>Я пил из чашки голубой – старался дочиста…</v><v>Случайно чашку обронил —</v><v>вдруг август кончился.</v><v>Двор закачался, загудел,</v><v>как хор под выстрелами,</v><v>и капельмейстер удалой кричал нам что-то…</v><v>Любовь иль злоба наш удел?</v><v>Падем ли, выстоим ли?</v><v>Мужайтесь, девочки мои! Прощай, пехота!</v><v>Примяли наши сапоги траву газонную,</v><v>все завертелось по трубе</v><v>по гарнизонной.</v><v>Благословили времена шинель казенную,</v><v>не вышла вечною любовь – а лишь сезонной.</v><v>Мне снятся ваши имена – не помню облика:</v><v>в какие ситчики вам грезилось облечься?</v><v>Я слышу ваши голоса – не слышу отклика,</v><v>но друг от друга нам уже нельзя отречься.</v><v>Я загадал лишь на войну – да не исполнилось.</v><v>Жизнь загадала навсегда —</v><v>сошлось с ответом…</v><v>Поплачьте, девочки мои,</v><v>о том, что вспомнилось,</v><v>не уходите со двора:</v><v>нет счастья в этом!</v></stanza></poem>
<p>1973</p>
</section><section><title>
<p>ВЕСНА</p>
</title><poem><stanza><v>Небо синее, как на картинке.</v><v>Утро майское. Солнце. Покой.</v><v>Улыбается жук на тростинке,</v><v>словно он именинник какой.</v><v>Все устали от долгой метели,</v><v>раздражительны все потому…</v><v>Что бы там о зиме вы ни пели,</v><v>но длиннее она ни к чему.</v><v>Снег такой, что не сыщешь друг друга:</v><v>ночь бездонная, словно тюрьма;</v><v>все живое засыпала вьюга,</v><v>а зачем – позабыла сама.</v><v>Всяк, заблудший во льдах ее синих,</v><v>поневоле и слеп и безуст…</v><v>Нет, увольте от сложностей зимних,</v><v>от капризов ее и безумств.</v><v>Слава богу, что кущи и рощи</v><v>наполняются звоном опять.</v><v>Пусть весна легковесней и проще,</v><v>да ведь надо же чем-то дышать!</v><v>Наслаждается маем природа,</v><v>зверь в лесах и звезда в небесах;</v><v>а из самого сердца народа</v><v>вырывается долгое «ах!».</v></stanza></poem>
<p>1974</p>
</section><section><title>
<p>ЧАЕПИТИЕ НА АРБАТЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Пейте чай, мой друг старинный,</v><v>забывая бег минут.</v><v>Желтой свечкой стеаринной</v><v>я украшу ваш уют.</v><v>Не грустите о поленьях,</v><v>о камине и огне…</v><v>Плед шотландский на коленях,</v><v>занавеска – на окне.</v><v>Самовар, как бас из хора,</v><v>напевает в вашу честь.</v><v>Даже чашка из фарфора</v><v>у меня, представьте, есть.</v><v>В жизни выбора не много:</v><v>кому – день, а кому – ночь.</v><v>Две дороги от порога:</v><v>одна – в дом, другая – прочь.</v><v>Нынче мы – в дому прогретом,</v><v>а не в поле фронтовом,</v><v>не в шинелях,</v><v>и об этом</v><v>лучше как-нибудь потом.</v><v>Мы не будем наши раны</v><v>пересчитывать опять.</v><v>Просто будем, как ни странно,</v><v>улыбаться и молчать.</v><v>Я для вас, мой друг, смешаю</v><v>в самый редкостный букет</v><v>пять различных видов чая</v><v>по рецептам прежних лет.</v><v>Кипятком крутым, бурлящим</v><v>эту смесь залью для вас,</v><v>чтоб былое с настоящим</v><v>не сливалось хоть сейчас.</v><v>Настояться дам немножко,</v><v>осторожно процежу</v><v>и серебряную ложку</v><v>рядом с чашкой положу.</v><v>Это тоже вдохновенье…</v><v>Но, склонившись над столом,</v><v>на какое-то мгновенье</v><v>все же вспомним о былом:</v><v>над безумною рекою</v><v>пулеметный ливень сек,</v><v>и холодною щекою</v><v>смерть касалась наших щек.</v><v>В битве выбор прост до боли:</v><v>или пан, или пропал…</v><v>А потом, живые, в поле</v><v>мы устроили привал.</v><v>Нет, не то чтоб пировали,</v><v>а, очухавшись слегка,</v><v>просто душу согревали</v><v>кипятком из котелка.</v><v>Разве есть напиток краше?</v><v>Благодарствуй, котелок!</v><v>Но встревал в блаженство наше</v><v>чей-то горький монолог:</v><v>«Как бы ни были вы святы,</v><v>как ни праведно житье,</v><v>вы с ума сошли, солдаты:</v><v>это – дрянь, а не питье!</v><v>Вас забывчивость погубит,</v><v>равнодушье вас убьет:</v><v>тот, кто крепкий чай разлюбит,</v><v>сам предаст и не поймет…»</v><v>Вы представьте, друг любезный,</v><v>как казались нам смешны</v><v>парадоксы те из бездны</v><v>фронтового сатаны.</v><v>В самом деле, что – крученый</v><v>чайный лист – трава и сор</v><v>пред планетой, обреченной</v><v>на страданье и разор?</v><v>Что – напиток именитый?…</v><v>Но, средь крови и разлук,</v><v>целый мир полузабытый</v><v>перед нами ожил вдруг.</v><v>Был он теплый и прекрасный…</v><v>Как обида нас ни жгла,</v><v>та сентенция напрасной,</v><v>очевидно, не была.</v><v>Я клянусь вам, друг мой давний,</v><v>не случайны с древних лет</v><v>эти чашки, эти ставни,</v><v>полумрак и старый плед,</v><v>и счастливый час покоя,</v><v>и заварки колдовство,</v><v>и завидное такое</v><v>мирной ночи торжество;</v><v>разговор, текущий скупо,</v><v>и как будто даже скука,</v><v>но… не скука —</v><v>естество.</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>Я ПИШУ ИСТОРИЧЕСКИЙ РОМАН</p>
</title><poem><stanza><v>В склянке темного стекла</v><v>из-под импортного пива</v><v>роза красная цвела</v><v>гордо и неторопливо.</v><v>Исторический роман</v><v>сочинял я понемногу,</v><v>пробиваясь как в туман</v><v>от пролога к эпилогу.</v><v>Были дали голубы,</v><v>было вымысла в избытке,</v><v>и из собственной судьбы</v><v>я выдергивал по нитке.</v><v>В путь героев снаряжал,</v><v>наводил о прошлом справки</v><v>и поручиком в отставке</v><v>сам себя воображал.</v><v>Вымысел – не есть обман.</v><v>Замысел – еще не точка.</v><v>Дайте дописать роман</v><v>до последнего листочка.</v><v>И пока еще жива</v><v>роза красная в бутылке,</v><v>дайте выкрикнуть слова,</v><v>что давно лежат в копилке:</v><v>каждый пишет, как он слышит.</v><v>Каждый слышит, как он дышит.</v><v>Как он дышит, так и пишет,</v><v>не стараясь угодить…</v><v>Так природа захотела.</v><v>Почему?</v><v>Не наше дело.</v><v>Для чего?</v><v>Не нам судить.</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА КАВАЛЕРГАРДА</p>
</title><poem><stanza><v>Кавалергарды, век не долог,</v><v>и потому так сладок он.</v><v>Поет труба, откинут полог,</v><v>и где-то слышен сабель звон.</v><v>Еще рокочет голос струнный,</v><v>но командир уже в седле…</v><v>Не обещайте деве юной</v><v>любови вечной на земле!</v><v>Течет шампанское рекою,</v><v>и взгляд туманится слегка,</v><v>и все как будто под рукою,</v><v>и все как будто на века.</v><v>Но как ни сладок мир подлунный —</v><v>лежит тревога на челе…</v><v>Не обещайте деве юной</v><v>любови вечной на земле!</v><v>Напрасно мирные забавы</v><v>продлить пытаетесь, смеясь.</v><v>Не раздобыть надежной славы,</v><v>покуда кровь не пролилась…</v><v>Крест деревянный иль чугунный</v><v>назначен нам в грядущей мгле…</v><v>Не обещайте деве юной</v><v>любови вечной на земле!</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Ю. Трифонову</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Давайте восклицать, друг другом восхищаться.</v><v>Высокопарных слов не стоит опасаться.</v><v>Давайте говорить друг другу комплименты —</v><v>ведь это все любви счастливые моменты.</v><v>Давайте горевать и плакать откровенно</v><v>то вместе, то поврозь, а то попеременно.</v><v>Не нужно придавать значения злословью —</v><v>поскольку грусть всегда соседствует с любовью.</v><v>Давайте понимать друг друга с полуслова,</v><v>чтоб, ошибившись раз, не ошибиться снова.</v><v>Давайте жить, во всем друг другу потакая, —</v><v>тем более что жизнь короткая такая.</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>БОЖЕСТВЕННАЯ СУББОТА</p>
</title><poem><stanza><v>или стихи о том, как нам с Зиновием</v><v>Гердтом в одну из суббот не было</v><v>куда торопиться</v><v>Божественной субботы</v><v>хлебнули мы глоток.</v><v>От празднеств и работы</v><v>закрылись на замок.</v><v>Ни суетная дама,</v><v>ни улиц мельтешня</v><v>нас не коснутся, Зяма,</v><v>до середины дня.</v><v>Как сладко мы курили!</v><v>Как будто в первый раз</v><v>на этом свете жили,</v><v>и он сиял для нас.</v><v>Еще придут заботы,</v><v>но главное в другом:</v><v>божественной субботы</v><v>нам терпкий вкус знаком!</v><v>Уже готовит старость</v><v>свой непременный суд.</v><v>А много ль нам досталось</v><v>за жизнь таких минут?</v><v>На пышном карнавале</v><v>торжественных невзгод</v><v>мы что-то не встречали</v><v>божественных суббот.</v><v>Ликуй, мой друг сердечный,</v><v>сдаваться не спеши,</v><v>пока течет он грешный,</v><v>неспешный пир души.</v><v>Дыши, мой друг, свободой…</v><v>Кто знает, сколько раз</v><v>еще такой субботой</v><v>наш век одарит нас.</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Ю. Левитанскому</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Заезжий музыкант целуется с трубою,</v><v>пассажи по утрам, так просто, ни о чем…</v><v>Он любит не тебя. Опомнись. Бог с тобою.</v><v>Прижмись ко мне плечом,</v><v>прижмись ко мне плечом.</v><v>Живет он третий день в гостинице районной,</v><v>где койка у окна – всего лишь по рублю,</v><v>и на своей трубе, как чайник, раскаленной</v><v>вздыхает тяжело…</v><v>А я тебя люблю.</v><v>Ты слушаешь его задумчиво и кротко,</v><v>как пенье соловья, как дождь и как прибой.</v><v>Его большой трубы простуженная глотка</v><v>отчаянно хрипит. (Труба, трубы, трубой…)</v><v>Трубач играет туш, трубач потеет в гамме,</v><v>трубач хрипит свое и кашляет, хрипя…</v><v>Но как портрет судьбы – он весь в оконной раме,</v><v>да любит не тебя…</v><v>А я люблю тебя.</v><v>Дождусь я лучших дней и новый плащ надену,</v><v>чтоб пред тобой проплыть, как поздний лист,</v><v>дрожа…</v><v>Не много ль я хочу, всему давая цену?</v><v>Не сладко ль я живу, тобой лишь дорожа?</v><v>Тебя не соблазнить ни платьями, ни снедью:</v><v>заезжий музыкант играет на трубе!</v><v>Что мир весь рядом с ней, с ее горячей медью?…</v><v>Судьба, судьбы, судьбе, судьбою, о судьбе…</v></stanza></poem>
<p>1975</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>О. Чухонцеву</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Я вновь повстречался с Надеждой —</v><v>приятная встреча.</v><v>Она проживает все там же —</v><v>то я был далече.</v><v>Все то же на ней из поплина</v><v>счастливое платье,</v><v>все так же горяч ее взор,</v><v>устемленный в века…</v><v>Ты наша сестра,</v><v>мы твои непутевые братья,</v><v>и трудно поверить,</v><v>что жизнь коротка.</v><v>А разве ты нам обещала</v><v>чертоги златые?</v><v>Мы сами себе их рисуем,</v><v>пока молодые,</v><v>мы сами себе сочиняем</v><v>и песни и судьбы,</v><v>и горе тому, кто одернет</v><v>не вовремя нас…</v><v>Ты наша сестра,</v><v>мы твои торопливые судьи,</v><v>нам выпало счастье,</v><v>да скрылось из глаз.</v><v>Когда бы любовь и надежду</v><v>связать воедино,</v><v>какая бы (трудно поверить)</v><v>возникла картина!</v><v>Какие бы нас миновали</v><v>напрасные муки,</v><v>и только прекрасные муки</v><v>глядели б с чела…</v><v>Ты наша сестра.</v><v>Что ж так долго мы были в разлуке?</v><v>Нас юность сводила,</v><v>да старость свела.</v></stanza></poem>
<p>1976</p>
</section><section><title>
<p>ДОМ НА МОЙКЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Меж домом графа Аракчеева и домом Дельвига,</v><v>барона,</v><v>не просто тротуар исхоженный, а поле – вечно</v><v>и огромно,</v><v>вся жизнь, как праздник запоздалый,</v><v>как музыкант в краю чужом,</v><v>отрезок набережной давней, простертой</v><v>за его окном.</v><v>Меж домом графа Аракчеева и домом Дельвига,</v><v>барона,</v><v>все уместилось понемногу: его любовь,</v><v>его корона,</v><v>беспомощность – его кормилица, и перевозчика</v><v>весло…</v><v>О чем, красотка современная, ты вдруг</v><v>вздохнула тяжело?</v><v>Меж домом графа Аракчеева и домом Дельвига,</v><v>барона,</v><v>как между Было и Не стало – нерукотворная</v><v>черта.</v><v>Ее мы топчем упоенно и преступаем окрыленно,</v><v>и кружимся, и кувыркаемся, и не боимся</v><v>ни черта.</v><v>Как просто тросточкой помахивать,</v><v>раскланиваясь и скользя!</v><v>Но род людской в прогулке той не уберегся</v><v>от урона</v><v>меж домом графа Аракчеева и домом Дельвига,</v><v>барона.</v></stanza></poem>
<p>1976</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Летняя бабочка вдруг закружилась над лампой</v><v>полночной:</v><v>каждому хочется ввысь вознестись над</v><v>фортуной непрочной.</v><v>Летняя бабочка вдруг пожелала ожить в</v><v>декабре,</v><v>не разглагольствуя, не помышляя о Зле</v><v>и Добре.</v><v>Может быть, это не бабочка вовсе, а ангел</v><v>небесный</v><v>кружит по комнате тесной с надеждой чудесной:</v><v>разве случайно его пребывание в нашей глуши,</v><v>если мне видятся в нем очертания вашей души?</v><v>Этой порою в Салослове – стужа, и снег,</v><v>и метели.</v><v>Я к вам в письме пошутил, что, быть может,</v><v>мы зря не взлетели:</v><v>нам, одуревшим от всяких утрат и от всяких</v><v>торжеств,</v><v>самое время использовать опыт крылатых</v><v>существ.</v><v>Нас, тонконогих, и нас, длинношеих, нелепых,</v><v>очкастых,</v><v>терпят еще и возносят еще при свиданьях</v><v>нечастых.</v><v>Не потому ль, что нам удалось заработать</v><v>горбом</v><v>точные знания о расстоянье меж Злом и</v><v>Добром?</v><v>И оттого нам теперь ни к чему вычисления эти.</v><v>Будем надеяться снова увидеться в будущем</v><v>лете:</v><v>будто лишь там наша жизнь так загадочно</v><v>не убывает…</v><v>Впрочем, вот ангел над лампой летает…</v><v>Чего не бывает?</v></stanza></poem>
<p>1980</p>
</section><section><title>
<p>ЕЩЕ ОДИН РОМАНС</p>
</title><poem><stanza><v>В моей душе запечатлен портрет одной</v><v>прекрасной дамы.</v><v>Ее глаза в иные дни обращены.</v><v>Там хорошо, и лишних нет, и страх не властен</v><v>над годами,</v><v>и все давно уже друг другом прощены.</v><v>Еще покуда в честь нее высокий хор поет</v><v>хвалебно,</v><v>и музыканты все в парадных пиджаках.</v><v>Но с каждой нотой, боже мой, иная музыка</v><v>целебна…</v><v>И дирижер ломает палочку в руках.</v><v>Не оскорблю своей судьбы слезой поспешной</v><v>и напрасной,</v><v>но вот о чем я сокрушаюсь иногда:</v><v>ведь что мы с вами, господа, в сравненье с дамой</v><v>той прекрасной,</v><v>и наша жизнь, и наши дамы, господа?</v><v>Она и нынче, может быть, ко мне, как прежде,</v><v>благосклонна,</v><v>и к ней за это благосклонны небеса.</v><v>Она, конечно, пишет мне, но… постарели</v><v>почтальоны</v><v>и все давно переменились адреса.</v></stanza></poem>
<p>1980</p>
</section><section><title>
<p>О ВОЛОДЕ ВЫСОЦКОМ</p>
</title>
<p><emphasis>Марине Владимировне Поляковой</emphasis></p>
<poem><stanza><v>О Володе Высоцком я песню придумать решил:</v><v>вот еще одному не вернуться домой из похода.</v><v>Говорят, что грешил, что не к сроку свечу</v><v>затушил…</v><v>Как умел, так и жил, а безгрешных не знает</v><v>природа.</v><v>Ненадолго разлука, всего лишь на миг, а потом</v><v>отправляться и нам по следам по его по горячим.</v><v>Пусть кружит над Москвою охрипший его</v><v>баритон,</v><v>ну а мы вместе с ним посмеемся и вместе поплачем.</v><v>О Володе Высоцком я песню придумать хотел,</v><v>но дрожала рука и мотив со стихом не сходился…</v><v>Белый аист московский на белое небо взлетел,</v><v>черный аист московский на черную землю</v><v>спустился.</v></stanza></poem>
<p>1980</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Глас трубы над городами,</v><v>под который, так слабы,</v><v>и бежали мы рядами</v><v>и лежали как снопы.</v><v>Сочетанье разных кнопок,</v><v>клавиш, клапанов, красот;</v><v>даже взрыв, как белый хлопок,</v><v>безопасным предстает.</v><v>Сочетанье ноты краткой</v><v>с нотой долгою одной —</v><v>вот и все, и с вечной сладкой</v><v>жизнью кончено земной.</v><v>Что же делать с той трубою,</v><v>говорящей не за страх</v><v>с нами, как с самой собою,</v><v>в доверительных тонах?</v><v>С позолоченной под колос,</v><v>с подрумяненной под медь?…</v><v>Той трубы счастливый голос</v><v>всех зовет на жизнь и смерть.</v><v>И не первый, не последний,</v><v>а спешу за ней, как в бой,</v><v>я – пятидесятилетний,</v><v>искушенный и слепой.</v><v>Как с ней быть? Куда укрыться,</v><v>чуя гибель впереди?…</v><v>Отвернуться?</v><v>Притвориться?</v><v>Или вырвать из груди?…</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>НАСТОЛЬНЫЕ ЛАМПЫ</p>
</title>
<p><emphasis>Арсению Тарковскому</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Обожаю настольные лампы,</v><v>угловатые, прошлых времен.</v><v>Как они свои круглые лапы</v><v>умещают средь книг и тетрадей,</v><v>под ажурною сенью знамен,</v><v>возвышают не почестей ради,</v><v>как гусары на райском параде</v><v>от рождения до похорон!</v><v>Обожаю на них абажуры,</v><v>кружевные, неярких тонов,</v><v>нестареющие их фигуры</v><v>и немного надменные позы.</v><v>И путем, что, как видно, не нов,</v><v>ухожу от сегодняшней прозы,</v><v>и уже настоящие слезы</v><v>проливать по героям готов.</v><v>Укрощает настольные лампы</v><v>лишь всесильного утра река.</v><v>Исчезает, как лиры и латы,</v><v>вдохновенье полночной отваги.</v><v>Лишь вздымают крутые бока</v><v>аккуратные груды бумаги,</v><v>по которым знакомые знаки</v><v>равнодушно выводит рука.</v><v>Свет, растекшийся под абажуром,</v><v>вновь рождает надежду и раж,</v><v>как приветствие сумеркам хмурым,</v><v>как подобье внезапной улыбки…</v><v>Потому что чего не отдашь</v><v>за полуночный замысел зыбкий,</v><v>за отчаяние и ошибки,</v><v>и победы – всего лишь мираж?</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>ДОРОЖНАЯ ПЕСНЯ</p>
</title><poem><stanza><v>Еще он не сшит, твой наряд подвенечный,</v><v>и хор в нашу честь не споет…</v><v>А время торопит – возница беспечный, —</v><v>и просятся кони в полет.</v><v>Ах, только бы тройка не сбилась бы с круга,</v><v>не смолк бубенец под дугой…</v><v>Две вечных подруги – любовь и разлука —</v><v>не ходят одна без другой.</v><v>Мы сами раскрыли ворота, мы сами</v><v>счастливую тройку впрягли,</v><v>и вот уже что-то сияет пред нами,</v><v>но что-то погасло вдали.</v><v>Святая наука – расслышать друг друга</v><v>сквозь ветер, на все времена…</v><v>Две странницы вечных – любовь и разлука —</v><v>поделятся с нами сполна.</v><v>Чем дольше живем мы, тем годы короче,</v><v>тем слаще друзей голоса.</v><v>Ах, только б не смолк под дугой колокольчик,</v><v>глаза бы глядели в глаза.</v><v>То берег – то море, то солнце – то вьюга,</v><v>то ангелы – то воронье…</v><v>Две верных дороги – любовь и разлука —</v><v>проходят сквозь сердце мое.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>АВТОПАРОДИЯ НА НЕСУЩЕСТВУЮЩИЕ СТИХИ</p>
</title>
<p><emphasis>А. Иванову</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Мы убили комара. Не в бою, не на охоте,</v><v>а в домашней обстановке, в будний вечер.</v><v>Видит бог,</v><v>мы не крадучись его, а когда он был в полете…</v><v>Мы его предупреждали – он советом пренебрег.</v><v>Незадолго перед тем дождь пошел осенний,</v><v>мелкий.</v><v>За стеной сосед бранился. Почему-то свет мигал.</v><v>Дребезжал трамвай.</v><v>В шкафу глухо звякали тарелки.</v><v>Диктор телевизионный катастрофами пугал.</v><v>Расхотелось говорить. Что-то вспомнилось</v><v>дурное,</v><v>так, какая-то нелепость, горечи давнишний след…</v><v>В довершенье ко всему меж окошком и стеною</v><v>вдруг возник как дуновенье комариный силуэт.</v><v>Мы убили комара.</v><v>Кто-то крикнул: «Нет покоя!</v><v>Неужели эта мерзость залетела со двора!…</v><v>Здесь село или Москва?…»</v><v>И несметною толпою</v><v>навалились, смяли…</v><v>В общем, мы убили комара.</v><v>Мы убили комара. Он погиб в неравной схватке —</v><v>корень наших злоключений, наш нарушивший</v><v>покой…</v><v>На ладони у меня он лежал, поджавши лапки,</v><v>по одежде – деревенский, по повадкам —</v><v>городской.</v><v>Мы убили комара.</v><v>За окошком колкий, мелкий,</v><v>долгий дождичек осенний затянуться обещал.</v><v>Дребезжал трамвай.</v><v>В шкафу глухо звякали тарелки.</v><v>Диктор телевизионный что-то мрачное вещал.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>ПОЛДЕНЬ В ДЕРЕВНЕ</p>

<p>(Поэма)</p>
</title>
<p><emphasis>Вл. Соколову</emphasis></p>
<subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>У дороги карета застыла.</v><v>Изогнулся у дверцы лакей.</v><v>За дорогой не то чтоб пустыня —</v><v>но пейзаж без домов и людей.</v><v>Знатный баловень сходит с подножки,</v><v>просто так, подышать тишиной.</v><v>Фрак малиновый, пряжки, застежки</v><v>и платочек в руке кружевной.</v></stanza></poem><subtitle>2</subtitle><poem><stanza><v>У оврага кузнечик сгорает,</v><v>рифмы шепчет, амброзию пьет</v><v>и худым локотком утирает</v><v>вдохновенья серебряный пот.</v><v>Перед ним – человечек во фраке</v><v>на природу глядит свысока</v><v>и журчанием влаги в овраге</v><v>снисходительно дышит пока.</v><v>Ах, кузнечик, безумный и сирый,</v><v>что ему твои рифмы и лиры,</v><v>строк твоих и напевов тщета?</v><v>Он иной, и иные кумиры</v><v>перед ним отворяют врата.</v><v>Он с природою слиться не хочет…</v><v>Но, назойлив и неутомим,</v><v>незнакомый ему молоточек</v><v>монотонно стрекочет пред ним.</v></stanza></poem><subtitle>3</subtitle><poem><stanza><v>Вдруг он вздрогнул. Надменные брови</v><v>вознеслись неизвестно с чего,</v><v>и гудение собственной крови</v><v>докатилось до слуха его.</v><v>Показалось смешным все, что было,</v><v>еле видимым сквозь дерева.</v><v>Отголоски житейского пира</v><v>в этот мир пробивались едва.</v><v>Что-то к горлу его подступило:</v><v>то ли слезы, а то ли слова…</v><v>Скинул фрак. Закатал рукава…</v><v>На платке оборвал кружева…</v><v>То ли клятвы, а то ли признанья</v><v>зазвучали в его голове…</v></stanza></poem><subtitle>4</subtitle><poem><stanza><v>И шагнул он, срывая дыханье,</v><v>спотыкаясь о струны в траве,</v><v>закружился, цветы приминая,</v><v>пятерней шевелюру трепля,</v><v>рифмы пробуя, лиру ломая</v><v>и за ближнего небо моля.</v><v>Он не то чтобы к славе стремился —</v><v>просто жил, искушая судьбу…</v><v>И серебряный пот заструился</v><v>по его не великому лбу.</v><v>Ручка белая к небу воздета.</v><v>В карих глазках – ни зла, ни обид…</v></stanza></poem><subtitle>5</subtitle><poem><stanza><v>Заждалась у дороги карета,</v><v>и лакей на припеке храпит.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p>Ю. Давыдову</p>
<poem><stanza><v>Нужны ли гусару сомненья,</v><v>их горький и въедливый дым,</v><v>когда он в доспехах с рожденья</v><v>и слава всегда перед ним?</v><v>И в самом начале сраженья,</v><v>и после, в пылу, и потом,</v><v>нужны ли гусару сомненья</v><v>в содеянном, в этом и в том?</v><v>Покуда он легок, как птица,</v><v>пока он горяч и в седле,</v><v>врагу от него не укрыться:</v><v>нет места двоим на земле.</v><v>И что ему в это мгновенье,</v><v>когда позади – ничего,</v><v>потомков хула иль прощенье?</v><v>Они не застанут его.</v><v>Он только пришел из похода,</v><v>но долг призывает опять.</v><v>И это, наверно, природа,</v><v>которую нам не понять.</v><v>…Ну, ладно. Враги перебиты,</v><v>а сам он дожил до седин.</v><v>И клетчатым пледом прикрытый,</v><v>рассеянно смотрит в камин.</v><v>Нужны ли гусару сомненья</v><v>хотя бы в последние дни,</v><v>когда, огибая поленья,</v><v>в трубе исчезают они?</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title>
<p><emphasis>Оле</emphasis></p>
<poem><stanza><v>По прихоти судьбы – разносчицы даров —</v><v>в прекрасный день мне откровенья были.</v><v>Я написал роман «Прогулки фрайеров»,</v><v>и фрайера меня благодарили.</v><v>Они сидят в кружок, как пред огнем святым,</v><v>забытое людьми и богом племя,</v><v>каких-то горьких дум их овевает дым,</v><v>и приговор нашептывает время.</v><v>Они сидят в кружок под низким потолком.</v><v>Освистаны их речи и манеры.</v><v>Но вечные стихи затвержены тайком,</v><v>и сундучок сколочен из фанеры.</v><v>Наверно, есть резон в исписанных листах,</v><v>в затверженных местах и в горстке пепла…</v><v>О, как сидят они с улыбкой на устах,</v><v>прислушиваясь к выкрикам из пекла!</v><v>Пока не замело следы их на крыльце</v><v>и ложь не посмеялась над судьбою,</v><v>я написал роман о них, но в их лице</v><v>о нас: ведь все, мой друг, о нас с тобою.</v><v>Когда в прекрасный день Разносчица даров</v><v>вошла в мой тесный двор, бродя дворами,</v><v>я мог бы написать, себя переборов,</v><v>«Прогулки маляров», «Прогулки поваров»…</v><v>Но по пути мне вышло с фрайерами.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>ПАРИЖСКАЯ ФАНТАЗИЯ</p>
</title>
<p><emphasis>Т. К.</emphasis></p>
<poem><stanza><v>У парижского спаниеля лик французского</v><v>короля,</v><v>не погибшего на эшафоте, а достигшего славы</v><v>и лени:</v><v>набекрень паричок рыжеватый, милосердие в</v><v>каждом движенье,</v><v>а в глазах, голубых и счастливых, отражаются</v><v>жизнь и земля.</v><v>На бульваре Распай, как обычно, господин</v><v>Доменик у руля.</v><v>И в его ресторанчике тесном заправляют</v><v>полдневные тени,</v><v>петербургскою ветхой салфеткой прикрывая</v><v>от пятен колени,</v><v>розу красную в лацкан вонзая, скатерть белую</v><v>с хрустом стеля.</v><v>Как стараются неутомимо бог, Природа, Судьба,</v><v>Провиденье,</v><v>короли, спаниели и розы, и питейные все</v><v>заведенья,</v><v>этот полдень с отливом зеленым между нами</v><v>по горстке деля…</v><v>Сколько прелести в этом законе!</v><v>Но и грусти порой…Voila!</v><v>Если есть еще позднее слово, пусть замолвят</v><v>его обо мне.</v><v>Я прошу не о вечном блаженстве —</v><v>о минуте возвышенной пробы,</v><v>где возможны, конечно, утраты и отчаянье даже,</v><v>но чтобы —</v><v>милосердие в каждом движенье и красавица</v><v>в каждом окне!</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>АРБАТСКИЕ НАПЕВЫ</p>
</title><subtitle>1</subtitle><poem><stanza><v>Все кончается неумолимо.</v><v>Миг последний печален и прост.</v><v>Как я буду без вас в этом мире,</v><v>протяженном на тысячи верст,</v><v>где все те же дома и деревья,</v><v>и метро, и в асфальте трава,</v><v>но иные какие-то лица,</v><v>и до вас достучишься едва?</v><v>В час, когда распускаются розы,</v><v>так остры обонянье и взгляд,</v><v>и забытые мной силуэты</v><v>в земляничных дворах шелестят,</v><v>и уже по-иному крылато</v><v>все, что было когда-то грешно,</v><v>и спасаться от вечной разлуки</v><v>унизительно мне и смешно.</v><v>Я унижен тобою, разлука,</v><v>и в изменника сан возведен,</v><v>и уже укоризны поспели</v><v>и слетаются с разных сторон,</v><v>что лиловым пером заграничным,</v><v>к меловым прикасаясь листам,</v><v>я тоскую, и плачу, и грежу</v><v>по святым по арбатским местам.</v><v>Да, лиловым пером из Риеки</v><v>по бумаге веду меловой,</v><v>лиловеет души отраженье —</v><v>этот оттиск ее беловой,</v><v>эти самые нежность и робость,</v><v>эти самые горечь и свет,</v><v>из которых мы вышли, возникли.</v><v>Сочинились…</v><v>И выхода нет.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
<subtitle>2</subtitle>
<p><emphasis>Ч. Амирэджиби</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Я выселен с Арбата, арбатский эмигрант.</v><v>В Безбожном переулке хиреет мой талант.</v><v>Вокруг чужие лица, безвестные места.</v><v>Хоть сауна напротив, да фауна не та.</v><v>Я выселен с Арбата и прошлого лишен,</v><v>и лик мой чужеземцам не страшен, а смешон.</v><v>Я выдворен, затерян среди чужих судеб,</v><v>и горек мне мой сладкий, мой эмигрантский хлеб.</v><v>Без паспорта и визы, лишь с розою в руке</v><v>слоняюсь вдоль незримой границы на замке</v><v>и в те, когда-то мною обжитые края</v><v>все всматриваюсь, всматриваюсь, всматриваюсь я.</v><v>Там те же тротуары, деревья и дворы,</v><v>но речи несердечны и холодны пиры.</v><v>Там так же полыхают густые краски зим,</v><v>но ходят оккупанты в мой зоомагазин.</v><v>Хозяйская походка, надменные уста…</v><v>Ах, флора там все та же, да фауна не та…</v><v>Я эмигрант с Арбата. Живу, свой крест неся…</v><v>Заледенела роза и облетела вся.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Всему времечко свое: лить дождю,</v><v>Земле вращаться,</v><v>знать, где первое прозренье,</v><v>где последняя черта…</v><v>Началася вдруг война – не успели попрощаться,</v><v>адресами обменяться не успели ни черта.</v><v>Где встречались мы потом?</v><v>Где нам выпала прописка?</v><v>Где сходились наши души, воротясь с передовой?</v><v>На поверхности ль земли?</v><v>Под пятой ли обелиска?</v><v>В гастрономе ли арбатском?</v><v>В черной туче ль грозовой?</v><v>Всяк неправедный урок впрок затвержен и</v><v>заучен,</v><v>ибо праведных уроков не бывает. Прах и тлен.</v><v>Руку на сердце кладя, разве был я невезучим?</v><v>А вот надо ж, сердце стынет в ожиданье</v><v>перемен.</v><v>Гордых гимнов, видит бог, я не пел окопной каше.</v><v>От разлук не зарекаюсь и фортуну не кляну…</v><v>Но на мягкое плечо, на вечернее, на ваше,</v><v>если вы не возражаете, я голову склоню.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>НАДПИСЬ НА КАМНЕ</p>
</title>
<p><emphasis>Посвящается учащимся 33-й московской школы, придумавшим слово «арбатство»</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Пускай моя любовь как мир стара, —</v><v>лишь ей одной служил и доверялся</v><v>я – дворянин с арбатского двора,</v><v>своим двором введенный во дворянство.</v><v>За праведность и преданность двору</v><v>пожалован я кровью голубою.</v><v>Когда его не станет – я умру,</v><v>пока он есть – я властен над судьбою.</v><v>Молва за гробом чище серебра</v><v>и вслед звучит музыкою прекрасной…</v><v>Но не спеши, фортуна, будь добра,</v><v>не выпускай моей руки несчастной.</v><v>Не плачь, Мария, радуйся, живи,</v><v>по-прежнему встречай гостей у входа…</v><v>Арбатство, растворенное в крови,</v><v>неистребимо, как сама природа.</v><v>Когда кирка, бульдозер и топор</v><v>сподобятся к Арбату подобраться</v><v>и правнуки забудут слово «двор» —</v><v>согрей нас всех и собери, арбатство.</v></stanza></poem>
<p>1982</p>
</section><section><title>
<p>МУЗЫКАНТ</p>
</title>
<p><emphasis>И. Шварцу</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Музыкант играл на скрипке – я в глаза ему</v><v>глядел.</v><v>Я не то чтоб любопытствовал – я по небу летел.</v><v>Я не то чтобы от скуки – я надеялся понять,</v><v>как способны эти руки эти звуки извлекать</v><v>из какой-то деревяшки, из каких-то бледных</v><v>жил,</v><v>из какой-то там фантазии, которой он служил?</v><v>Да еще ведь надо пальцы знать,</v><v>к чему прижать когда,</v><v>чтоб во тьме не затерялась гордых звуков</v><v>череда.</v><v>Да еще ведь надо в душу к нам проникнуть</v><v>и поджечь…</v><v>А чего с ней церемониться? Чего ее беречь?</v><v>Счастлив дом,</v><v>где голос скрипки наставляет нас на путь</v><v>и вселяет в нас надежды…</v><v>Остальное как-нибудь.</v><v>Счастлив инструмент, прижатый к угловатому</v><v>плечу,</v><v>по чьему благословению я по небу лечу.</v><v>Счастлив он, чей путь недолог,</v><v>пальцы злы, смычок остер,</v><v>музыкант, соорудивший из души моей костер.</v><v>А душа, уж это точно, ежели обожжена,</v><v>справедливей, милосерднее и праведней она.</v></stanza></poem>
<p>1983</p>
</section><section><title>
<p>ПРИЛОЖЕНИЕ</p>
</title>
<p><emphasis>Ю. Киму</emphasis></p>
<poem><stanza><v>Ну чем тебе потрафить, мой кузнечик,</v><v>едва твой гимн пространство огласит?</v><v>Прислушаться – он от скорби излечит,</v><v>а вслушаться – из мертвых воскресит…</v><v>Какой струны касаешься прекрасной,</v><v>что тотчас за тобой вступает хор,</v><v>таинственный, возвышенный и страстный</v><v>твоих зеленых братьев и сестер?</v><v>Какое чудо обещает скоро</v><v>слететь на нашу землю с высоты,</v><v>что так легко в сопровожденьи хора</v><v>так звонко исповедуешься ты?</v><v>Ты тоже из когорты стихотворной,</v><v>из нашего бессмертного полка.</v><v>Кричи и плачь, авось твой труд упорный</v><v>потомки не оценят свысока.</v><v>Поэту настоящему спасибо,</v><v>руке его, безумию его</v><v>и голосу, когда взлетев до хрипа,</v><v>он неба достигает своего.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Как наш двор ни обижали,</v><v>он в классической поре.</v><v>С ним теперь уже не справиться,</v><v>хоть он и безоружен.</v><v>А там Володя во дворе,</v><v>а его струны в серебре,</v><v>а его пальцы золотые,</v><v>голос его нужен.</v><v>Как с гитарой ни боролись —</v><v>распалялся струнный звон,</v><v>как вино стихов ни портили —</v><v>все крепче становилось.</v><v>А кто сначала вышел вон,</v><v>а кто потом украл вагон —</v><v>все теперь перемешалось,</v><v>все объединилось.</v><v>Может, кто и нынче снова</v><v>хрипоте его не рад.</v><v>Может, кто намеревается</v><v>подлить в стихи елея.</v><v>А ведь и песни не горят,</v><v>они в воздухе парят.</v><v>Чем им делают больнее,</v><v>тем они сильнее.</v><v>Что ж печалиться напрасно:</v><v>нынче слезы лей – не лей,</v><v>но запомним хорошенечко</v><v>и повод и причину.</v><v>Ведь мы воспели королей</v><v>от Таганки до Филей.</v><v>Пусть они теперь поэту</v><v>воздают по чину.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>ПРИМЕТА</p>
</title><poem><stanza><v>Если ворон в вышине,</v><v>дело, стало быть, к войне.</v><v>Если дать ему кружить,</v><v>если дать ему кружить,</v><v>значит, всем на фронт иттить.</v><v>Чтобы не было войны,</v><v>надо ворона убить.</v><v>Чтобы ворона убить,</v><v>чтобы ворона убить,</v><v>надо ружья зарядить.</v><v>Ах, как станем заряжать,</v><v>всем захочется стрелять.</v><v>А уж как стрельба пойдет,</v><v>а уж как стрельба пойдет —</v><v>пуля дырочку найдет.</v><v>Ей не жалко никого,</v><v>ей попасть бы хоть в кого:</v><v>хоть в чужого, хоть в свово,</v><v>лишь бы всех до одного.</v><v>Во и боле ничего!</v><v>Во и боле ничего,</v><v>во и боле никого,</v><v>во и боле никого,</v><v>кроме ворона того —</v><v>стрельнуть некому в него.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Антон Палыч Чехов однажды заметил,</v><v>что умный любит учиться, а дурак – учить.</v><v>Скольких дураков в своей жизни я встретил —</v><v>мне давно пора уже орден получить.</v><v>Дураки обожают собираться в стаю.</v><v>Впереди их главный во всей красе.</v><v>В детстве я верил, что однажды встану,</v><v>а дураков нету – улетели все.</v><v>Ах, детские сны мои – какая ошибка,</v><v>в каких облаках я по глупости витал.</v><v>У природы на устах коварная улыбка…</v><v>Видимо, чего-то я не рассчитал.</v><v>А умный в одиночестве гуляет кругами,</v><v>он ценит одиночество превыше всего.</v><v>И его так просто взять голыми руками,</v><v>скоро их повыловят всех до одного.</v><v>Когда ж их всех повыловят – наступит эпоха,</v><v>которую не выдумать и не описать…</v><v>С умным – хлопотно, с дураком – плохо.</v><v>Нужно что-то среднее. Да где ж его взять?</v><v>Дураком быть выгодно, да очень не хочется,</v><v>умным – очень хочется, да кончится битьем…</v><v>У природы на устах коварные пророчества.</v><v>Но, может быть, когда-нибудь к среднему придем.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Песенка короткая, как жизнь сама,</v><v>где-то в дороге услышанная,</v><v>у нее пронзительные слова,</v><v>а мелодия почти что возвышенная.</v><v>Она возникает с рассветом вдруг,</v><v>медлить и врать не обученная.</v><v>Она как надежда из первых рук,</v><v>в дар от природы полученная.</v><v>От двери к дверям, из окна в окно</v><v>вслед за тобой она тянется.</v><v>Все пройдет, чему суждено,</v><v>только она останется.</v><v>Песенка короткая, как жизнь сама,</v><v>где-то в дороге услышанная,</v><v>у нее пронзительные слова,</v><v>а мелодия почти что возвышенная.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Солнышко сияет, музыка играет.</v><v>Отчего ж так сердце замирает?…</v><v>Там за поворотом, недурен собою,</v><v>полк гусар стоит перед толпою.</v><v>Барышни краснеют, танцы предвкушают,</v><v>кто кому достанется, решают.</v><v>Но полковник главный на гнедой кобыле</v><v>говорит: «Да что ж вы все забыли:</v><v>танцы были в среду, нынче воскресенье,</v><v>с четверга – война. И нет спасенья.</v><v>А на поле брани смерть гуляет всюду.</v><v>Может, не вернемся – врать не буду».</v><v>Барышни не верят, в кулачки смеются,</v><v>невдомек, что вправду расстаются:</v><v>«Вы, мол, повоюйте, если вам охота,</v><v>да не опоздайте из похода».</v><v>Солнышко сияет, музыка играет.</v><v>Отчего ж так сердце замирает?…</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>В день рождения подарок</v><v>приподнес я сам себе.</v><v>Сын потом возьмет – озвучит</v><v>и сыграет на трубе.</v><v>Сочинилось как-то так, само собою,</v><v>что-то среднее меж песней и судьбою.</v><v>Я сижу перед камином,</v><v>нарисованным в углу.</v><v>Старый пудель растянулся</v><v>под ногами на полу.</v><v>Пусть труба, сынок, мелодию сыграет.</v><v>Что из сердца вышло – быстро не сгорает.</v><v>Мы плывем ночной Москвою</v><v>между небом и землей.</v><v>Кто-то балуется рядом</v><v>черным пеплом и золой.</v><v>Лишь бы только в суете не заигрался.</v><v>Или зря нам этот век, сынок, достался?</v><v>Что ж, играй, мой сын кудрявый,</v><v>ту мелодию в ночи.</v><v>Пусть ее подхватят следом</v><v>и другие трубачи.</v><v>Нам не стоит этой темени бояться,</v><v>но счастливыми не будем притворяться.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>ПЕСЕНКА О МОЛОДОМ ГУСАРЕ</p>
</title><poem><stanza><v>Грозной битвы пылают пожары,</v><v>и пора уж коней под седло…</v><v>Изготовились к схватке гусары —</v><v>их счастливое время пришло.</v><v>Впереди командир,</v><v>на нем новый мундир,</v><v>а за ним эскадрон</v><v>после зимних квартир.</v><v>А молодой гусар,</v><v>в Наталию влюбленный,</v><v>он все стоит пред ней</v><v>коленопреклоненный.</v><v>Все погибли в бою. Флаг приспущен.</v><v>И земные дела не для них.</v><v>И летят они в райские кущи</v><v>на конях на крылатых своих:</v><v>впереди командир,</v><v>на нем рваный мундир,</v><v>следом юный гусар</v><v>покидает сей мир.</v><v>Но чудится ему,</v><v>что он опять влюбленный,</v><v>опять стоит пред ней</v><v>коленопреклоненный.</v><v>Вот иные столетья настали,</v><v>и несчетно воды утекло.</v><v>И давно уже нет той Натальи,</v><v>и в музее пылится седло.</v><v>Позабыт командир —</v><v>дам уездных кумир.</v><v>Жаждет новых потех</v><v>просвещенный наш мир.</v><v>А юный тот гусар,</v><v>в Наталию влюбленный,</v><v>опять стоит пред ней</v><v>коленопреклоненный.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Все глуше музыка души,</v><v>все звонче музыка атаки.</v><v>Но ты об этом не спеши,</v><v>не обмануться бы во мраке:</v><v>что звонче музыка атаки,</v><v>что глуше музыка души.</v><v>Чем громче музыка атаки,</v><v>тем слаще мед огней домашних.</v><v>И это было только так</v><v>в моих скитаниях вчерашних:</v><v>тем слаще мед огней домашних,</v><v>чем громче музыка атак.</v><v>Из глубины ушедших лет</v><v>еще вернее, чем когда-то:</v><v>чем громче музыка побед,</v><v>тем горше каждая утрата.</v><v>Еще вернее, чем когда-то,</v><v>из глубины ушедших лет.</v><v>И это все у нас в крови,</v><v>хоть этому не обучались:</v><v>чем чище музыка любви,</v><v>тем громче музыка печали.</v><v>Чем громче музыка печали,</v><v>тем выше музыка любви.</v></stanza></poem>
<p>(пластинка, 1986)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Официант Антон Андрианович</v><v>ненавидит всякую снедь.</v><v>Официант Антон Андрианович</v><v>ненавидит посуды звон.</v><v>Все равно ему – оловянная,</v><v>серебряная, золотая…</v><v>И несдержанность постояльцев</v><v>оборачивается злом —</v><v>И тускнеет шевелюра его завитая.</v><v>Шеф-повар Антон Митрофанович</v><v>ненавидит всякую снедь:</v><v>ему бы селедки да хлеба кусочек.</v><v>А супруга пророчит мужу голодную смерть</v><v>и готовит ему повкуснее – а он не хочет.</v><v>Она идет к нему с блюдами, как на свидание,</v><v>но пончики портятся, прокисает рагу</v><v>и лежат нетронутыми караси в сметане,</v><v>как французские гренадеры в подмосковном снегу.</v><v>Полковник Антон Севастьянович</v><v>ненавидит шаг строевой:</v><v>человеку нужна раскованная походка.</v><v>Но он марширует, пока над его головой</v><v>клубится такая рискованная погодка.</v><v>Я, нижеподписавшийся, ненавижу слова,</v><v>слова, которым не боязно в речах поизноситься,</v><v>слова, от которых кружится говорящего голова,</v><v>слова, которые любят со звоном произноситься.</v><v>Они себя кулачками ударяют в свинцовую грудь,</v><v>выкрикиваются, выпеваются трубно…</v><v>Слова, которым так хочется меня обмануть,</v><v>хотя меня давно обмануть уже трудно.</v></stanza></poem>
<p>(концерт, 1985)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>После дождичка небеса просторны,</v><v>голубей вода, зеленее медь.</v><v>В городском саду флейты да валторны.</v><v>Капельмейстеру хочется взлететь.</v><v>Ах, как помнятся прежние оркестры,</v><v>не военные, а из мирных лет.</v><v>Расплескалася в улочках окрестных</v><v>та мелодия – а поющих нет.</v><v>С нами женщины – все они красивы —</v><v>и черемуха – вся она в цвету.</v><v>Может, жребий нам выпадет счастливый:</v><v>снова встретимся в городском саду.</v><v>Но из прошлого, из былой печали,</v><v>как ни сетую, как там ни молю,</v><v>проливается черными ручьями</v><v>эта музыка прямо в кровь мою.</v></stanza></poem>
<p>(концерт, 1985)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Из жизни прекрасной, но странной,</v><v>и короткой, как росчерк пера,</v><v>над дымящейся свежею раной</v><v>призадуматься, право, пора…</v><v>Призадуматься и присмотреться,</v><v>поразмыслить, покуда живой,</v><v>что там кроется в сумерках сердца,</v><v>в самой черной его кладовой.</v><v>Пусть твердят, что дела твои плохи,</v><v>но пора научиться, пора,</v><v>не вымаливать жалкие крохи</v><v>милосердия, правды, добра.</v><v>И пред ликом суровой эпохи,</v><v>что по-своему тоже права,</v><v>не выжуливать жалкие крохи,</v><v>а творить, засучив рукава.</v></stanza></poem>
<p>(концерт, 1985)</p>
</section><section><title>
<p>* * *</p>
</title><poem><stanza><v>Что-то дождичек удач падает нечасто,</v><v>впрочем, жизнью и такой стоит дорожить.</v><v>Скоро все мои друзья выбьются в начальство,</v><v>и, наверно, мне тогда станет легче жить.</v><v>Робость давнюю свою я тогда осилю.</v><v>Как пойдут мои дела, можно не гадать.</v><v>Зайду к Юре в кабинет, загляну к Фазилю,</v><v>и на сердце у меня будет благодать.</v><v>Зайду к Белле в кабинет, скажу:</v><v>«Здравствуй, Белла!»</v><v>Скажу: «Дело у меня. Помоги решить».</v><v>Она скажет: «Ерунда. Разве это дело?»</v><v>И, конечно, сразу мне станет легче жить.</v><v>Часто снятся по ночам кабинеты эти,</v><v>не сегодняшние – нет, завтрашние – да.</v><v>Самовары на столе, дама на портрете…</v><v>Вообщем, стыдно по пути не зайти туда.</v><v>Города моей страны все в леса одеты.</v><v>Звук пилы и топора трудно заглушить.</v><v>Может, это для друзей строят кабинеты.</v><v>Вот построят, и тогда станет легче жить.</v></stanza></poem>
<p>(концерт, 1985)</p>
</section></body><binary content-type="image/png" id="cover.png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAANUAAAE+CAMAAAAtaqVEAAADAFBMVEUEAhRsgowsQlSsws+Moq9MYmwMIjPM4vQcMkSMjqCsrsBsboDMzuRMTmQEEiM8UmScrrssMkR8kqC80uBccoQcIjPs8vw8QlK8wtJcYnQUEiR8gpPc8vyMmqucorPc4vSsustseoscKjvM2usEGiu8ytokOkwsOkxMWmtcanp8ips8Slucmqw0SlsMIjwcMkyktsScqrp8fpQcKkSUmqrc6vu8vtR0eonc3vTEytosOlRcXnRkansEChs0QlSUqrgMEiK0usrU2ulUWmmEippUanrU6viMlqSstsWcrsSEmqRESlp0ipy0ytSUorIUKjRsdoSEkqNkeowMGit0gpK0wtNUYnMUIizU4vIkMkTM1uZEWmTE2uxkcoIkJjjs+vzEwtwUGiqkorwkKjrk6vkMDiGUkqQEEixEUmMsMkzE0uKEhpqMmrSsutRsepS8yuQ0OkxcaoQ0QlyUoryEkqwMGjR0hZxUZnzU5fxkdoyMkqy0ssRMVmekr7wcJjw8Rly8xdz8/vwUKkHk+vwcHjSkqrt0doxkZnkkMkwkLkQ0PlSkrsQsQlx8hpzk8/ycprzc5vzM3vQkOlRMXnR8jqQ8TWQUJTyUnrR0fpTEzuRkboQEDiQMFiy0vtTU3vRUXnSEjqRETmS0xtwUIzT0/fwUHjREVWzE1uy0tsjU1uk0SmSktsycqsSMlqxsdowEBhgsRlQcNkSMkqOsssJscoPM0uJMUmAEFiScsrwsNkQcJjQ8RlS8xtRcZnZ8hpSMnqucprTc5vSsvsxsfoscLjzM3uy8ztskPkwsPkxMXmxcbnt8jpw8TlycnrEcLkSUnqzc7vx0fozEztwsPlRkbnwEDhw0RlQMFiS0vszU3uxUXmuEjpxETlyUprOElqMMHix0hpO0xtNUZnQUJizU5vMkNkRkdoTExtQUHiwkLjzk7vxEVmQsNkzE1uQ0PkwkNkykssTs9vwUFiQcNkzs/vykprwEFiyMnrSsvtRsfpS8zuRcboQ0RlyUpryElqwMHjQ853vPAAAgAElEQVR42ty9+39c1ZUn6lSn+VQ/Rm1nYkwuLSMfobNt1zWyWqgZzsBuIHSsCx1h3ZJsbU87jK89PYrSD3V1J+l8PrbEqMPk1MEtSE0op8FNoA/ux6eb9GAI7irhh6BsH2N/yphtl4xfwi4fbpU51BbNBEJSie5aa+8jZ364/0CE0aNUqjr7rLW/67uee1EmI+FD5cvKyUVKKddVnaJT0YcNP+qHXFcole106WfHgcfwuY6rHGnbUU6pD0VnmPzQPppTH35o2yoshFEUhirEV7HhMaUi22H4l/CH9E6OdHLwMz7owEvQtzknUlFnuezCc13p0DsLugJ6X8aYTf9YoOClGXxyQxWxMIQ/U0K4IiyoKFRikZQ5vMjbunM5laNVSOnYjo2vYsNz4ZoUvhcsAB7Ga4ILoz9R9KTIdTuF+6L7oZ1zJNwOfEyVI3j9ULhM0sdR6cAK8DuH7haL8M9zeCn4Wg6+LL6iWxYKf4QFM/gtrCcHC7XxAbwoXJAMJP2jtdEH/G0UwU+hECLpwhoZi3BVMhd15rvxSnFZcJEfig9hdTmbHoCbHdEX+HPXTbokNry6CO8l3FQWgcAUkzZLwAXDQmyFF1BQIQtsZkvG8H4wXJhSGWmuER7AZWb0YqX0pP7GUw7nnpNjqAgM/3PNeycZrBPEL2BVIK1AMsk82YB1cfjwYLENfNiTXrCIXiznTrg5lFMOVwVfQbB2pNWQlE6APPCLq1BhSIHwHtqwIJCxsuEXYbmsJANJw/JkwS6EoICBwyRdtowU3X5QPniHSL9sZLuRdPFW05ugfsIdE/DSDlP6zxxSeHgfXGEiCBhKSYWhANVGBY9wlfiBqgh3gMEzw8hdhLdOqc582VGdIH7V2UlqD0uzzdZCrdaKDY/aDl0ibQu8gajcrstALkyBaPArflOCNSVxXbSzFKo1isOTDgpckcZFcDOV1PsWXhE2OGytnGPuJemhQ3cPVw2aymAz2CinBCoh5wkv8EhcHBQElutx+CZSBVjjop07QVTKzQNAuJ36LfR6FCpJTi/fxReFL0IvjnYGXhhqIKoivg2oRBCB0gX6btqhjbofOAFcHqzGIaFp5dMal0Gt8/Rjkp5jM7xbuNBIMlAFeAH4kRmdRVEE9M+2CTfgjqHMUO1gWZHSi4OnBouaTcKLiU6DdwrVkOVQkewcrU9vKlQC0D2Gn93IIWAB9YY3Y7hK202CgtoaHQLbxn+JBF5mBB+OR/eaNI3RNrERfeCNNB4yfF16aYS+HGIEfk+fnXhfgR7YoSgnxVFcBy4ZpMgAHRz4wkgTlUEQkBX+XTk/4X6o4o2UhEtMlmkjAToI5hK2E8DQsgn7cB+CnpLGuDYLVSIT5BjeaJTfi8lSEnAJbwa8J95txAxCTtw+yikD2EQE54quXdGjaGQYKokWGSMp0gLhWwU4AFLh8G1CoyCohxfgMuArrBFEC2ARMEVogRpIi+h0QUiMUF0mmGObew8gAHsnhi5HYy+9mUMPoUBzAKXS/lABeoCYwxfDoyyZkCgrxEBcQQ63PN4OwDdJVoEE6NDrw6qNMLW2gg5K0g2brAO+AqKsTHCpDRasT3kBakoYwffMiAmB3fNwVTsJLTpdDX+kcSAswA7XRU3LoaDQAiOWK6MPkYpifFRuWWXA2EnZic8GuMl9GCTCJA/k0YCW5NHCyTjhf6BguB6QDt0fAgXFzLc2aiA+n5AwcuiX2oBqA4xqAaYDfg5BOqA9UYhIj8sBm6XBfxGKGC4fuIXK5WIkx38CFQ03BuI5wA8jILkOGNp+4bXCLfgwmUuoD9FSwR8dBWEFAewr1BWuMSI2SxlQHg2GWvaSsMYmhSOThkKBX9EuJoWVsHscuAlgJHArwXJQ5wCFSPXoE6FXiDaCbHOkANmPSkC//ISmJZ100QxvJ25htMRM30jbWBAyIhFyAmkAC96+AtrBeRJQF2EC1Nw+sSYZcryrEZkF4eobIuizS1iLd8wlAEc50RuDKEk2BHm0fR0HKR09hPaKNlMCv4MvDG8QWGPaYKSAsiFhvWyRNnXILcBUwft1dsI+09AuiTShIpL43M4soQYxM3o/tP74S3i5UsAeAhAq2QKsVCkZiFLRLynUdhs+NDbTHcFFkFnOMb0j8ZNNssAVEXUiY+jQtmM5zZYiFBWtiVZhR4YxwRdVQOXELxHwGVWAh1ADEaXzE0gmaVM5xl5pTaMV4Q0WWb29DdnEbaZ1KoO0bCoQ9RLoNSsEQUMUBEtWvrGiCVIjAyITtE0cJ9AY4JCoEReQMrukyHp7mVePtDrAmhSjDY0XSVQCF2CjHiKOkLoV9EYPcUcBw0V4IgyEh/PdKCp4h87OJC4E8M8Qd9BEsxpcCtzQyFXx1qILgCsQU2zmQtv0temh6benp3va26d7pn/zgx8fm0dWjU8M6UJxLaDXLOZiuE0dlCe+EugcgZB+niIGTwLUdB3fBW438HP7OnWHl8IvxAIR5bX8wAqDvcJVTUzE/IgMDlkWsDuODUDNcFEainF/IZPH96N9Th9eg82cH1p+/PSBUwN3HDhw/4pTLwx87dlPVn+9LMGE5XJ27kMNcCg4z5CnjMzIeKfiZ77TvJqDHEERqbCRFu80xgYWgLQFXQ3EOfzPBaV3iVsINIsKqUVDaiv8C7iqWAPLCA85lSQmmyRkB63TiEU44ThRGUyT5teEETntA8Ka5fxwz81XWh66oXbywI4djd3zt823/O5g1/GHQCmOep6dcNHhkWFCAOILYZfdo8Dzk8qSqFSgW+UEGpEQ7XcAnCTBbbB2AvCbZXEjAVQAmzVGCTdSZCwu+o7MLZdFEuiSWkLKiV5jIoGr6qzmyS4l9TYhlMXdjBfuRNrBcqWL9IZkpVEQKRzsM9vpTB65vX82rKgb+m5+6aUlojmxRs2v/bNzWV6X4KEkmh/KpsyEPDgKYGIjXXCaJTBnlUSCH+XJZGONsHkFrCjgcxL+F8kAYLQZCVwEOhpL8LpwPWigQBgN4EYGDgnTIzJdQYXDasDZIlnZjpvPI0dIghW1CbyBwCLiE3VVtG1hmRE55U6URDhx0COJNAFKqsNX2o5Z9kPDbQMHDhQDp6mS+UODaXivQjOVkqo5NsF4aMOajtbr9ZKQgeCgUGGxpWXWTyRYeKIRpqvcDqwbWJhMBg3eYokKoCxIjLxfumgi6khykVjgOgH4gE2IKAoJCiObCLxEr5GhGuQnksRSHU0d0NF3TLjA1ZjlIKmDFSgKWpCDhIYAhSk7VduzvX23pm44ve7k5s01VLFM/vizY3wrK4NFyzTn+69EYVgPS8VC8MYbBzcXggab4unCO29PHjk1PMyChiVe21EvVKfO9k3V65WZVddWp+rAIoCegGoVFKpYZDTPfJCkCEHJfxRuAZ6E7lwYLiLvgvZVDm2dHVuLHNNsCC/aptgEmWK9QKWum2IUW2e3ujrkW8ENnxk4v39/jQPVEOo53vCf+/F5AbKqtn+7rdZ4d2TT1fOH325rO7vZmuKVQnpkZNPBA69ePXCAB0vPfXD7Bw8W79126ty2Cxe2LNk2vWLFCQ+uWTBiEOg+hWGkmSB6AUDOJffgC/7ngQcJpIIhgUfHEveV86EK8xZRipwOK9GyyprXgBnU8NAJ7jgZMke7xzYYEKb9y6b66LkNt1ZsPnLu/MaNxbRlWa4os6eHR25+/GvptKO+u/9UVOw/8O76Q/uPnTt3YKUQjXqhdW6V4Os3r1ixopi+1PPy/gO1V7edu+Plji99qTh5+vOnVq9SgrOEh4Ri1EFCj6GXMIquO1JgeVEVGQEK7TFkBPI6Bk5IpvVMmnVFenU6eIXEEagEulNRRKEzWhh+B59z3RmVtyIWVvpPn+/tvbTj1dauLjdbGL5x8x2P9be0cOG/8Gy9YI2eOd81cw5kVVlyoeC3D26o1dPv3NQ7PDxzfvLc+kPLXuq56/YdL71cr3/wK4V19/ddKYMCeiAgkhCGxoAORehLoYDA2aLAAosojFYguk70FzQwl4uApQK3gFuPJB0xQHskaEkwJKSkjig5krtZor+ahzpO0mUa5GWno8pM3LDii11rz5599Hx/R2tfz7nd65/a19v3V41GxKzJDRYLSsXpE7V1c3N9hbqsHe44tYcV6gPvtBUKtRVT2w+tP3vjg9tP9R5av23b3pZly/vPjltOWWBkTBHSAS3HHa6JEjFBCaoIQqG4BeyyANZKARvSQHThJkROSwk4m0PhHkG4B7YgBvJ4NTki8TaLfa1IZZV7tCzZmlrrjiPnZ2cFq9dPPnvgCUv4Sx87+Di4celdI99YysfP9B8ulTZdvLjO5/6q9+/f4POwdNPFA9UqL7a88ej5bZtrLa+cfeHhu+6aqQ/f93irH/Asl2YRzEADykaDImocMUFBkgwRArWFRk8EDbjdLT4E2IBtBUzcLWOASaODMm4vy+kYIDl6iiIKjMIxZr3wJBZYlw/9+ysbNxbCJen+kwe6bq4lqqv7+4XYw6dTYxUZiqHzYWWktfUNIcXa4z+rsiB9/NOXjlmWsFlr/9x5a9TqP7tjNfzMzl3s/UaZNXnIeKAtrg2cLyJuC0iu4xU6NmMQhCG3OKrt1iJ4AGOyE0nXJscD7RVZrE64aAI6T8W7KNJh4VxWx6mTTgSGDY16FhxPmz10Yuj8WbA2DTZandqxuvWzFstuWNxXr9eGjqTmGa+uuLrmzOLLfX1XrGxl6OLmqkjUBjdf4kJULNb2mbWWxUq9x9tCy6o83Xqor1kHMJcsSzJSxGO1rDAk4KAbBTsLwxSedrCkXiKqoI5I2+ALy0AltaHi9GfwT0fYFYH/dZ5Nno9icRSZGH65bKswfeDsA6+BdsOq6lfWvrN2f/6E/z9eW8zYezeyYsXhfntfcaaj6/jxFMtfOrv2QjC88cIX1x9npVKjuvli1/E9gc0mf9ZmCfDROn52sBwlRChDxECGPkik/V4iICifSBHcC0LsCMWJ3IN+BfuKqCysChaBclJlsxb4nIzIE4loi5EMhUbGheXRukJmObkwYZ1cf2D1RKkkOJ9Zd2lzXwXIUanvImNrewMx1SienkxVi4d3HDrUYPec7Oo6UbCKV1etf3djoRDWLt50cf9D47MDQ20/s4Kg9Mamg99NW+UpNcZD7WvZ+ooxUmEjl6AgYAO3OCwz0HjRUBTSYPYiwnVbdZc7CfZMfJMcKhvFIOJABeD7QtACgcMNMTytV1sPmuooK607ff53S5xnGlt514oHjt9QscWLrb/X3j5ZtHhxib/pbKFUf+vApUtL2SvHb+9dNlOfPHBg+fal69cXijvOrwUC5bc+8PGGarPp/2Rxf2ANfbKbhQ7JCq0VYDdaJgfjZ6B4YIUDtM4AXID0ABvgB6A7yZyjDNAC1iTZRFkQrMO+YsYpdWhfkYIhZOQiE5bWyZk4lIFaGLJAHG3eMHzx5QPH8lKK3UsH514bWVOwj6qJz7z+xS/+bpptnfr8yecvbF0yNfL58+dvvHbuc7/de3L7tlPLTq4/uWl6enTjTafOWmHDf3XgUEEUChsX9+1qnfxneH8r0CYWnUsVGR/fQZyISCuJK0XIAvEHB0PIIEOUlXQSdj6PlIGyKsaPwjhqZ+SAf4Vecy5WO4eidBRdtSklgw8WbDu4QbQtXndwIM9Y5iebLvWN8Fvto0HCeqNtbq7KCmK69/nl6an6uftO9vQ8WpxpDPU+fO3zZ05v67rWes89RXbnnX1WQYTX+gZ9WEXxsZOXb/z67NZMMG6hHQoaOqAU4Fow9tlAH40zDAHxgGPkwDPxGB27/UVdFfqdnfkkBv1MRFWTdYzQYV4NPWKMBGUo/4GKigEf9IVdHdQAUsJK9shfXu043H74N//yLx/umWt7bL7qoVtww/43pawBZVr9wdxYfco/d61n+/Yz9UZ681unZwt1ce2D8bQQtRUfTK6e5xs39FxcZQVC+O/8r8tq1q1IZHwBZSgxeYXIC2/LjVHW8AGLDNECo2tJOQwABJRVznZEvoysPEnIbhtiLii2jpFGnZiJQ3ewE3X0i5KQuFLw9B469j++9xvHfnnlcBCkXh+48hFrVphIhMGbf/zRR2Cis+mnlB+AYytm0ukC7O09tXRWcL+WrsE9zq783Hyp0GwkS/4+vOUiSCVbBLBAMEsFDK7rgJ/mtLipFNJBBriB0c0Ci6NoOhMZsEUYrUMeOAGCSGLIwtEZzSjKGcZHqVJHEyYdQKBwO4bzbE0DBTvKJzbuq/q+P1udn58tT2Qz0hP8ST4z11Pt7uZAvq3qUi8bLhPWGNj1MOKBxabKnFtZIAWRqH7VtxxLRV+10DuVXFTzqG0gqIjSb0gmFJkoWGCEfjEjeqtXI+WC7uGiwAqb7MPEBGmfTUEQdd0dAdihTKZhT4R9NgaxUfVwi1E4BbygILQriD9rUikM7Kek+6QIQjYpd6dSKgPaAbdejgUCHXAvAjE0OV4Fx6xG4AjBUiwkG1SIkwCgc9qBRxNLbjwmFhXGKjD1Vs4i87WZXpuDggJkjyimpj0RsFeWoa/x5lLXnURKYUQ6bQ/rjCgRh3DhGpCHXwYVL8DQiI2RB7hieNCK/H1fOPI0CdaTwhFqZbfNymUKIQHT6rbcICqTjyZ4U6AOgN9dplAwJeTLAoNITGCKnhYkKACDpDYwvrAi0F+QE6khrIw4O/LAMhljWyfsMLpIZQImh+nICBcrOrOdVCiAikoipWw+cBAqExAYLeDNZsBs16lkvzHXNzKkLJ5MeujSBDavpEBmFR3O5YlKxoblS4znSkwu4q1iGTSzwNlc+F8Lip6M8TBJsSbcdRixQJMc2Trl45EPHGn9w0eQMel6CyS5OUqzmPwUJuMpiIcJQcqm5YzDqHO2GCrydno6pIeBENlETUB3K8MzvHvoR1/o+eUzmF/PSEYOZjdcn44ZOJ5ruxLjJGWilVT0kHCYZi0YlvMcUjo7jCKDd45OhUjQWsy8CTTADGPeCQ85BkE+rAiekSB7lUi4fn7BHlGUk+AA3hXT7hiIdhVltylWjNfFMMDuUsI4h/lyKtKg2HEUoS0Av2zDUFuqpaKAkiNXlipjZ1yn7MITHFlWGVdk4DODR+i+RF6Gou0gsGzWwVgCElbEOowjFVRBby0bV2dTZoR7SJIYK0QG4XUE/ij8hvJXjrTzE7bQaRBdMEIm1nM7KfyHV5/BcKFDVNDBXBY4k24usgHdnZTTjBNsYBp37mw24e0UX5n3S0g7US8zkjKlMtPc2VQq5agM2kH0tO1yhHBFdgIkB8oFq2Suh0UOFRVinh52tifDSPu8gDPJLHgnniDUoIqUIIAHpBcyCskgu0UNhGvD/BUgu02pA2IS+FYsyiAmdCsOmr9TEoKUy1p6lBPBogSF3n0GXWq477jPsABEeW7YzUpxWnOBh7iU3FEYoMPNhMJKUAYfUyQRR1+c4VvCk3lWBWh8ATXRd3Ko5AFouqs9eobAC/ZMBg3khSHzjNcMrH0R5/Io3DHwRJAyYVpFUKAiwqQbKr6jpPbsUWagXbAQV8EGdOFeeFSswUCzHPTwQH0S+FAm0/RS8N4VikxSiB02fQL2A17cmjVO0LQpZZwQilCB0U0k6pBBZhPC68H6gyyYbSUwgl5wGliS4mnkg7scKbhyT7v5AJQgW3h72yQgsd7CQVl1o3LnQOFgF0uqfcnYePs5igl3isyiowLK5iSoToCjRGRGoewweE3pPZMXZXgjJCuEuJvBPsFrEK5y+G0BrilwYYUCdASemcBlB7grPLxDdoY4uhIOA+VLoKcrMX8oCc4Ro3kmABkmPKnDuZTpCRR8zzHMmwjgsil2i/vKyl1nryAqb6fEu46aA5e6MwNankDBOJh5dHMehXA8Wgg9K0Cs5vCCsK+wAmS86UVhwMEvrnAO5opVZDCKNlcgdjMPy1gqkQDkhksK+DjcfPKRANvxpUC7wISVUQtZBc0XQAZ6+QiyBYJELywxSjDDwly4SRFtvFhWlKyQuXxeRyxNIYLOT7sUTadMkMyAdpHuSwnSBU3LORnZlLgRIqLVDHWb5fBl4XFAC7hKWwQYSsUt5AmWGU+xMdgOwlrqlqwxkeXj4ygKz4NNDwYALpyVxA3IKNAxDKMUEN0mPgq3g/EUsBCeaoJieh5qQJTQpTdos+A2SB5SEB7z+4QWjGQlkeUlTEkO6MJX0Zsvd3fnHZZRDsBwd77qz6vxcR/gIZ8fy/vliSgDquRifU8QhCWrAqqgVMkKs9Y8MNSwsJERARp32Dh4E40TfH+/9b3vDVxZuf+PN58qsUo9AmVaskSkLoggyX955YnUhZUr3nuvHKCXESg/KgEnBNmFWTcsR8ryxyxLZfP5atmSzUjTXbDlTT+UWZQkQgWQgEWZDJOwnQADkSiJHD7LS7ByVh3/26En2uc+85mBKlyt29lsPXiw7+CnR0ZGvl59quvTf/V7rZ/+eJwl5jduDKZONBr/s1F543jI+PDXv77q2JVVa+c2M1E9drGj43JHx8hfjHRs69nU23Xk7clp1dHxwTNDZ+/seIZtZWLz9Lb2rq7Hr960pmANXB3ZdO3qXzz/539uCRlyXiqevrx/Y8AaDZHdfnLwR291/FPrz3a1tb929uzl1oLFETwk8xq8XmebHv6JpVCHnQRPsF/QVSUSlLnsLitd1am3SbrZe7hj4MrwieP33nv5i1fSUmX/7tUH1l06tLj12LEnixsOres/Pni4/T0xc769/fD05NX3D2764qY3V5ayq65enRy63N7xhTlr3+X3e98I3hsYuPSp1wfe/ezrA5s3t773VbV9uzN86YVT20dZpSBW7T/11P33rz7/7nth+BvLVp5e/ejmn0RRJ4elBBunH13OAHIajXt++J8Prf5k/7rlrR9fXN3a29t78qU3G6VxMEEN+Fg2M7Nt+arWbrUT+RSiwyKdqE10lxHKqAw0UeDFdW+/1jqVTtetNOd96468C95AfrbyzsGDJ2d9fwnfmFqx7rXPTpVKtSPt8LL1fZV1x9df2h56z8lsEJw++Kkd716p1NZND9Srxcbata9XJx7aaAUXL10e2Ndk+by41Rr49f9+JiU4WzLza8vn5t5eGQZHedE6++ryZfmvum4m503xdN99p2/eLxKBZf0///kr/+5ENd1YN/eon7Xqy5btuPn+9qVlthN21pIH73n55U3rz/cLKr2h+pNFWL8FP5XL6JCA3GD7VWbaNr3+lvCDFB9vWBZfe+r9ktvkpepnjq8NqpVKg1dvvtrL/ZJttbfOWlaxHtTOHTnwO1YdMHy8Xt946ezADaWg2v7OSKNoH7t6dUOaM24de3vH0G/U0UaPM3/22W2/NTPFCg3r2bmvfOWFqGTxQrXng28tHct2N5vNCGCu3vFrNy8/VkoEhcJv//c/+OYNgHO/dfD7vijUZ2a+cvLUnFfGdGdjWWHJjTfe33fysfJzSleMOTldoSp3lpO6mghZ763nL594dWWaN4DzV6JoduCBU9/x3WYjXHzqgQJShpmBwwf5rSfC8oq/OA6gNMxTQhw5+/aJQioa55UKG7xcCoNw6mzrxSFWGzh8+AQgWWLju29+us2qeA7mhb1wy65bPjd2gTWsl9ZdvLiuGr1XSvd8wNKiAYZduV8ORsdWtK2/ffnNwgZTsPf/vPfeiaD+Su/jV7pZYcqyPr/jjpM8Qv+Fpe7e+4MfrH+0dYSXmw7TzIz8K9BCYs5Ojrhoafqdy5/ex1O2TCEZD9/4pb6fdo+Lh06vff3T6K/uW/fE9pZ6k1fmf6/vgaFKpQamdmbzYO8nRU+Oi2z2/LV3b2U8aFn78LVNxXnY2xUwMXzf3Nqzl6yStxNYC1NTS+t7ty3b0xCFttN9fW+MDft7Jq/V706hXUZHlY9uPXvHb91++x2gG7XaXbc8smt2TbH18bXjFhi2L33ppgOvnkwjBeWj1oPTq1atXz438nd5IKO6LlnLyk6UsbJKF0Ht+/dd77zGrFQZfp9zdu4snbt4sGvCGZ49uHjdO2G4cWPb5IVbg0SQ9JLD3/540ze+YbEpJ3vh7dbHLIdFzWKxvSdVaibHWbH9asMvXF29+gavmQiDkeMjr1snwH3wwPsSfOmF25/ZOhqlBgEn/1Njz9JtN4qaaNghApbrLfnmht7Pf+VX7n+hkgTuseeHHWOJEr/l9jl/PMPuWbVq+uS9DQsRkDfSd/7jkiWjl+cGN5exlgiDYtL4woCBkmotscbs6gOLW2ebQDvLDrAmxzr2wIEOYGUb37148Uq19vu/317y0d2WH8r5333z07OzeM8y83/4z4Ouk2LWiRNDn/bhj21PtOwuRc99+3vfyzeTXnjs6or3TwDLQZxtgCi94vd+9a+XbHlnsGvtWpbeeu3GPVt4KoRdnuBcTUWjv/2o/62XfvhSFix7IPbsEWtevLTtzmdnq37t89eu7b23bnGBvrK1cujlWm1p67renz3dJKdQ6VpOjK/kyxmwy0DGhfjlI+/863slGxAe+VMmk3+3b3FX0hPi1UtthRuGLl6EnW2n7GaimTg6v2cfkFUvkpnur//t3B9XVdN/7bX2DaUUmA2vwhvcX7EJXRPOrVXtBzvAM0GkAjdfNQrR0l976aalcwcvtbbOpiZv+rdvLgH2ZwdHkTBEY5//xyVLv3T/zbuEAB42hbHO2d4dj7/6h22PjfScOvVKrQgM0gkyzH/kJTE6Wlj5eG+/pYvagGAbtHCwMAFW5+Wq1eOfPr7WElwB0UOvPmcNHLy4eqzC+JF3D6yd+53+/jRwvqTbKXNJ2fwwhI3XBER1M4+88Ef556zKt7+9uBwlgJ3D23os2/MxsGFYh98/eLnPCngzwloq1qg8GC35f59d/vbc8b5f+qXpq7/67D0PLnN50MwlbMCbQv0f77eWjX1l767vUVG+zVln8tDJ+7v+r7m5k4/fcsuhqaWNBuwsFNQAACAASURBVKx+2FrRs2FmbCw9/Grbx4LrIkvpGLSwu8v0NQG+ysF3+haXEuAvNsHvkFEUvvb63MpSc/b1jovHW8++MzR0eTblCJ6Utn3U4SwMM6LpeJnujz/52+cs/+LQ0H4O7grQTtAzker5XctqAlT5sDlfn20ont25kwMR54XaLbd/94ebT65+oL//3b4Dvf9xazQK7v1RlQQDXFt+dtmWrfd8a+9XBqooXIyMBT/Ydd/YntmnW0Z37Oi9bwdsK/ZksOeW+5890Nc38Nhf9z8iiMKSvcqgF4s5EZ6j8tYwPH5p8cFZ9Ihcr1vCzysPrj9SyQZi9cHLA+nfu7xq1dA7+1IM/F+skrbBPheYLKeUv/mnuz71UHh4cLAE+xF9Ei/00v1DrBteJROoywNdV6oVrPBmoiktVnvr0c/9w13Ptl360YkT/smTL/zDUg+oQVmC48HqD57tP9sxctNjz958hxtwbjcD7jy541fa/a0ybNTq9XsPvLref84bP9N/uevve95+u2PTx+c7nMBzlIzRAuv0AS2kjb0HyeTrF9ce3xiASpE7AbLruLTWCr2H+h44e8IfG1m8+PXp8XqiKcCw2DJ0QF9SLKWasnnxYt++9y5///t51QTpJBoNsJtDu6xUCm6fNXxkxe+krCBKYLimwLbvufmJb/WuuGfurd5rjLWsen/Fvfu3ZjCsI2AVtbMdB9adbG3be+/jq32g4gIez39vR+/NluJA/bduvX/5qR1MLCvza60rp9KbN68GHtWxIdt0KCqWWKQ7lWyrjBI7KsG1/dSOtcctCRrInKBRmZk58kDbFZ+H/P2Lh6uZiZU9PcfXDbVwtkagr40+NhehbUmZ/LODrz20+JfCMCnB9WKJKEgV9w+lrPHxICH9d4/0dwmWCJGfKS/Vsn7b53adLczctXZHV70+OvtI3829vuc6O4Gt7ts3cO2O9D5rtlb9s8cexzCjDGRz7M9fOPt5CwO+U7Xa5146eTbiU+meJ9b7glWr0djixwcvpZsU6DP2ykFZuei/S2VZxzpWnywyx4vGYL+37N9/+fzZo4zve6Otq28jF9XXXz97evFj6ciJkoplw9FCQdRPbLgSCuv1Xzq+qv2d+fkI3DFq2whn2npDhpGzxJ7+3+m7VA0Yd2HPcW9C3PIf158d9wutLxz6/p49qdq5wYF7v58HeIrcwpIlt+wIqsASw+KKP+l6rtvGSJbr3vvd3n+X5VHIlm3ZcnrHzYcC4Z+ebE2zOtjlRvXZQ3NzYKF17TWsykav0cIMKqbtw7Dau66V1zNZcF95Y+Phw73txzYCjbt0cce7Ex4PZ2f7T+5vv8Nfg1kjFoKwlp1//+rQ368p8cMHv/h+EIYcIBEupBGNnXv/5TKYmxRXyb6BtQMWA+0Cf/zvZsUTL7/82xWrztrX/+r6L30pYDf8a++fz7ky48ovLz158tVVM5WEzdbMbh+66V0Lgwcy+8rgD3thSTyV2jI8vG39jnVLU2PX+p7zPVho6Inhey/1uiBrMsO/sKsCjAANTGKcjKzu7Iarp1bMRgyworCvF9y+1emGZLNzA4uHs1yF4KLNnT935MLuFJORaIhicUVP6lPHB0/Y6c9cXHvpVtAC6QCdqlqz9cP9hWpk237Jt/qutF3ZWHUr4/Am/6LaW/fesnlLAGTsVwaXZbNT49XhjtWrnwIV9L70yn/4DysEE0mWYKn63B/91VgQqAr3//SHJ8/XCqMpNlO/du3Quju3s5bewdUzvIC+2Hj2vbb+9gtjNgW7It1/lVPlTuAVun0n2Ld6bdultC+qTycPP7927aV0IEv7vvbmqrkrLX4F7NMND74/sLm9dCbfYHYYbN16ef9Ms721FLErf3tEVMfHE57N/f6rx0++ebBvxYmVn/3sioEr/V0HVg/uP95jrTq8YcPrzw92Te5Nlyy/fV3fweGZmXoIsHf7/cvHli0Tu++7/fZXtjZGp0YL2TPD/7D8b1hLi7dsz9im2w8ceLDORGHg4eXLH51ev2Vm/eGLa61SWOFr1vjV1n9a/a+Dw6o8rjwZLLJtbFtxJrqx85C6D5mwLl0dOjLwn1a/P/n84HvvtQSh9cZQ+8X317ZffcOqBIF3a+tQ/7/2vHm5xEG5guD33y2FlsVOpH82OVDFqsupgJUurV47dHnkyMj701/4wtBkT8/ftAHfGTlpsQ2bNj3/2jPPb5jNrpx+vuORwd72oaH+rCimbjm1/I6t39x60+PPPXd+z9JGkS0599jbvesefWnXrgf9dbec3fHWpumHb7x24/Mn77yz/a5i7/PXeruODL2Zsgq+f/HNocG+g23/q92pyshji0x/zkR3jgrhMRVQqub5d+c6ekZee6Nwg2XZgqVbv93/nYGf7Prxyt0ymw3GHhoaOnz16sgsqLl46KFdrbNBEJ5I+4cvh9aaMLQbdkMs/tngu8O8eSL1G+Pj/L33hleOWvxSW9uSaEaIFQOb0y2str6nq2tgxVNdr766wmp4LT/4m/Ptux/teWz93r333rc9+tZYanC67bGOXV2bNr1l7Zp79uSK06cGVm7YvL9//34rbfX3rTz9nRWrD4owKJXa3n/uvbWHjn+jXyheakrqlVO5HNZy6uIK5bLA2rdvXzq9z2+ZtzAyKmTxaUvsnp/1rTKGG7nPSy0tH7UEPBXwUmnDm19LTxQXrRl6c9in+HLIZpuvtTdb/KqVr/nVqj82a/l+o+XCM4MAGHv2pFtq/mjES7V/ObNv30x6927f8oKlxenHem+/8ML+Xzt9+nv7n9o0vX3LuBiztlq+56XqW/x0acvGuqhVt1a3zs4WG3X/7uruqj8vRIJZVmVDKS1LAmwXd6NA6Fyjk+ueiEhYuQhMP1YbylI2jErgFCgGdEgJ0bTgF964A+634mOWF7IseGg2rMrqenjXhm+s7hlKfZWBleHMk7XjQ9+4W4Xc4+BXcMkDJwWQOtb2go9pYB5x8CF4BO/jCZb1AcdYY1nLr03333TH1Ki/dGlx97q9Xa/NWy42KRbyectJWfDMgIWFkFXwTrMgVVAVwRTQlXB8fNZqMkxLisgurKFMD+yqnc5E3mAFfnDhMiDA4KtIwOEycxBygdMnPGyuiFysXG4Kivpj+12pe+DNyTcnP3ZnMNxcqSjO/D96+F+ARgkViTK8VaI5itHzlrm/8Nk4RqQjlo2yajQTZXWgPIrA+225ffCOwe/NNMCtrKWWPxHZTikqK+aCaYBbixXRWFatWAL0HfShEmTBwcLuFcaa8IpBBmgI4yorBFYTw6pknrJy7ofYhBWVyzbWaiWFbuEAVHGB68qoG4u2OjvhN06lsxklMglg5olE07/VX/mePFNKVIIQ0wKJcP4z/zzhJl0gh5Lt3JnA3pYMz8z/8Y/HnAgkrDxPhQ7QO5dndMFh04umsjPPTH//Byfru3dvGb32wYp0mTVtkcGG406uxnOBDBlInWNMuwKOGGC/jJoZ4cI9kcBKsy6GsWUUcu01KrBXE4iACiNASmYwUwHXQe1CyuuEp2Tgh5yzUHJBHYhRU41nMCqQsYU/DxRNga5VlAplM/NfLVdFGUwwuJjpzThwD6Vj3a2oYQLwyXWw6r+sBGZlPfhZLGHWPd+d+6u5ufPnW4c27d8t4MYyuJnd1IGYBC9WhJi2T2JvnOLlpPJclYU16TwvfLig3m7gRaZTCbNy2P/XiQ1zbtwgXBbUXEktt/hbUMZyOQv/K7ecpaot3X0JMs/JwGYu3DxKnmFprE62OQtNcujPOdgk7VFjMHbpYC6OssK6/wm4efeexoqPux555Miz7Ksho0cX+oeU/FApO6eLD3LMxtZL07cK7FEJ18GsJDZIi1CvCqtIYF8hYOQwda/7KF3K8WS4KTnTaV8QZoZLShzSSIAIwx2SY30s1y3y2Mbm6CZh6ZiKKPPmzDHCxpZcTLJhVgu7nOE9lzlRJcVK2THYF8IqCu4q3btPPWlUCIIpEEb1ptQLyDJxh1qkXKwvFbrZieIW4FRhVk5ndRzdv6V0f6xNbn/c7oitdK4NG09i3pBuX0La1HNKNTOB7iCjJjJbmQEF2CuH6XOsYcASB6ZLxx2pu0+pGABz6pjfEKKMcwnKZX/MZmKh60vpbne82dRawDDRpJuJTPudSeRQMZCtq7NAQFKBFVa5BRgM41RWkGN0nxH1c9RpiUVo8Fo7E7A4wTCEyHTLUXDUsaU0Mw0oWCCdozS7IEcVr1SJvDA2gSY/OHFXIPVrSN19CaAPXgwwnIT+jXCCgDQZ4xfYaZvDVhDMPAbYLAHaZ+tOfZCTLp2WelUO7St1vQdOr0vn39nRuC2L2vAxaiOwloR6VBWKglHXr+OYnJ6koBwtlEqzHf0jPJO+CXTPJc7FwL/CLYgKyYPIRkZfxh4e/LMm3XXzQjKgvRlgvwSmyGD1dIHMFEOi2mGLvSmS0V3QMkf7yqVuZjdeF1WwoE5LbKOAuwG83qaiNN2EhzEBylAKUHvdMI2lg7iTqYyLUeVGjpadoLpmna6Flw1oQ+lGPi1gaYdMJYUd4H3SQxEE9oEx2jbYr0MNCLonKZAJgKVA1wVQkRU2XioqkFGmYx1zpNpeUcVVUmCPTFK8CK+uwhdfZDTpIYQ1SbxP8KZR+CJ2loKrgH3B1KaKheOwfkZEUoKSgKlM6PIb/SGpHK6htYdEJnUvPb4G/SgTGVge3AjwPHDHBkFcnkRVS2hnzUejwekLM9V1CFBY9JOIqEb8F3ZVYD2Q3+bz2C1sZo/kqIWaVBXebA3uDhsMEthv6nNTdujaVDcJnxOoDhnTnJjTAwHQv5bIOrBhmScw5Kg7iMCn1fW+8Ece4GiAYT4aFoC1zf+T26CbNi2b4VgLUysMN7mAxV9hiNdVwL1cYDg8A4vrBBWtIUSAiTZ9xLSvEOHyeUBe7HoBQoRwqus5IwWvnaOmLCyBTGbL+A12wwqcbEEMH14WZ7Ngs6ALUCw9D9eP2wk9N/iK3ZpHbbrRto3ldgq/ygTeINYkselyCn1nGJWFUTtcCBeAFYFMF1sAMDawPgb4ckJSPSfcQ9bIcCCOsgG3ydOvRfXsABYKVoVxC9NxFcUzBChH4jlUXIsASs0XVJOBtTNYn6onHiggVAZkEDW8hH0U0wDyKHxCUWEglb4EcgEdAOJtpGhYuYKbAP4CLtYmLkZlqCpuzoyRTVEPNMFdRCVZVCaDRd/0C2C/pmww0NkD5eC+ytEtzynCFV0UTVcNwEbDDrDCzNFTOuIJP9Sh71ApK9DGCGiT7iwkpuTYZvoLGC7HfLg4KIVukCcjh8udHtwDXLSXqQD/Bb8FVYhmIpg6W1S4CPuu9CJlQC2cNKQDe7kRLbGJjroeBU1MiEhWztFcdFu+7OoJF0hUqDseH3CIB2INk4r7d8y8COyZp2lGVG3lulj1JI2ttIHmSjN2hmnygPlMHKii0GQDV5YRGQk9pYB6hmgn465lNOgBNxKCNVwx7i9dD6M7RVDJdZMZtsLQ3BiqK8IqJ0Ql6n7BHYG1MbkcUQgz0EBR2z1pIcbGsXMJ3pmaIHGwwUL/soOUPAUuhcwJqvElMCAkgP9yhkLZOGgF6UV3RDNTIt1Pg9AaUZsiWvWIPC/cXh5QIfAGRahpne7SBKHhhhZYgsPI4IFuqoDFHZzYeOAR7hJa6FW58a7CsSHYVeFJXddkGq5zigbUkAui7y8pmR61AQ9zZlOxMpUkYt0y6hWaWQAJRtNu9FAcjzibh6XkSNvJNlOZkHe91dvD6tQwnlcRl3sjtkfgw1NfY0D0ohAiCprRNZg4oRk52FWGuqPytxGQ4UQRhcV6VKbgGLQgj4I5Zo6GmZ/l0kwth7pQ3eaT2W7XsXQVGNzLkCpiDaOh8QbA17CqGF5rdBS+pesuqIJgEX1gxRl9i8kFUCX3y7BsXYOvYQFtAXa9wC+BZkRm0yFP4fEkEo0UGHtdpK0MamCn9jQkBgb1nBFqwnJMB61DRfkkPMQ+9FNsx9NzY8A3tD7paO+zQgYmEnSwghoIr48GCsXAp3iDsQafqnhYiAvfeTg+CWMc2DePuAzLhf8AQ0bR+fmyGhUoByxpJ1k6HqdeaM6SuqAQ7YLQkIglrAiBgtkhlgjaOnuQU/5tOHgsp+tu6f5LPTqItA/x2tEaiDsa6aCrJ9jo/CsX/o/f33dssaiJajIZFks8qAWl6njJ4sXq+Lhf8JkoFos1saU01di6tVhg9WKtsZtvyu5hvLhnT5GPLW1sdVNLxbL0MljwUquxCpGQ9hwVeNOsIrjLaLYWSvIjqvCk9kaciUNGBoFFTwQjK6wMtDtxH7ekhkftuxhXyIzoUjJy9YS5iIZfMJ7vf9P316xP/17lQFfX1O+8Vi2MiP1Xa+dH/P5W39+86eLG0cv7T54Pzp4ubNyxo+N0bWV7a3F48KlX11m7142M3Lz75jl2erDWemCm47xVq/UNPf+BFUULRerkDBbQdDnU3Qhyoc4E/dvrbS+B7j5ghrMTDyTOTkaV/ArHzEVyaOxbPCRFNxVj4MIxjhtZzSc2FFOFfSO9hy+ePr2279yFDy6me8+zjgPrp8+dPj05e2D5ptvb995+34G9tU2PPrr+/s9NF2+/+a5777DuW7LjllptbsemvcW3p9b99oXGLY3ajh13Fs+P1ht0yQAqjYZDOgpbhiO4o33CpQns8Mby+yjS43CoYRjnkmkNdHLd+Zxx5qi3BaSP42gIDOMpFhkzpQZr5XHNOWmmMjnB2PDhGi+IyrmRqam1azeeXTV1/t0t04LzC4fTG3t6Tp8Z6GU3PTh8dktX6sFN773XUes9PfPy6qVDF5bevurOmUOHbr9w535+X2F9b/HkuqX1HTtebtyCRTi6rYD2FfK9EIvhBPZt2iQkXZZvYCIwX3mCBz/nX+GaKG7B4kFIBOSM5VwcjIKDb8ycDl24r5+jK/rrx4YiIVYV3zt85vL69bNXay0jtf2L61tb1r3cMtXevn2m7dTWt2fe2j91y8xX7n3ppTu237ly5tBdq6brhZtuPnRfb29NvPXSpnX3rD878/YrteKSJTu2nd7YMG3C9peJFLnYko+FqIR9XsOjwI/taNqkS99BFgVy2uLYLfrCNH4RYcKmT47uq8AYjbYxETYnGBBRFNaKP/jdvR0zx6/Weo7VJ4U4/cGlVTvu6jm1OrXh7MF1wy+9xFumiyN7Z6Zn9rad6hv3/Wun3qovaf/myUN39x66o6N4//37T94yde+7p94qHOpd9dIrXV3rlp+eLuqyfFVAxgq7CLi6bOiWCuOkxx9YLY6NjliEnaCRRmZVuK/cnEZ5ff8Z4AHOrsHYie2QgXfIbBKz1WON9IQv+Cms+x8MTqas5ze+8fzddx/5YOOph3uf79ny/OSWD66dOXWq74O9xf9m/c22e359m/fyvdu2/frTf3Dftf21t/9g+eR/2f78LTfddM+2vYVrP3jl+Xu3XTt98oP77z/w/H/bupFYrdPAomqB7J1hEww86F5fD4YGGmawZdyEFRke+Au4Kp0ToVkkKkbuBE1LowAergp5gWlWJ3SkKAxGfMnrpUk2Fb9lZLhluGqdqBYKpWqtPjUzvHTm9Xqab2G12qqXz2z//r/dMb77dHTP7rtOndqdvWdg+z3nbtx8aEu9du7UmTOF8+mtp6bSG2Y+33rmwVPF4om3imk+ijyVqIIOHIFLQMaX7JLU/TvmM+kkTi+kUZC27tZMZGw/3wmIqDBImzRDftB3xCmCKiuxwkTSKtBLjKhLGodaJqkrGuia9Mq7Z11uBS46pNlA+U6pzPaM8VIZlN33ZXZezu/h8xYXX52fZ155j9Vysmt3CxdRbQwIVr3g7bPKRVFNB9ZsvS7SPpB1PYlNM0twiHGYBY7rkA3NxWSDAk4ipCeQ40kjWALCQJsiZ3mh+y7jkXoYVdL+kaMHqSF/QlKKmkfjvBwa4yh1u1JGUtdPRirO6UvTkU2Fw0QzyMGwd0lSDwx5LSBd9fHk5M+EOjGOhdsMr5/D5diCSxtc3WzIcT6bZGZYpcRgQaxpoPTU6B0Dhu7CoogD/UCeyFH5olLkC4OsWGen0oNu0aM3820VwboTO/VKxj7hwlhKh2Ip2jxTd0kUz6w03F5hL0lZujnqD4GXyA6Xgu16bgA2SEiQTVlHVjwcUqRwBCdeKJOCOpVCMx8h0kE07OtGBmljzIN2E9hmF7YU/c0iMyMyny/nMHSZw1GbNsYAsY0zoDluEueagr3ABLlNgxd14x2172D8zwxslJFxMxi1PuICPRq+2cygQiSodcehWYuebGbH5n2KQiNLiJhwbNQlpscMgdUNHaZDUCENAlYLomG4TIF+WQKdAR7okDGuLbS1XV5Ew7Cc8LZqOcI4ul0u654/cpxsmnzlEH3Poaz0pOCIxpDSFCOSBTotenpcnAliOyWXTmIhHYKdQR7mhnRuBCQblVIy4kKHOVGtGtx0/ZDAaLSImV5hmj8k02oXgC+zQCio9S/Q2hpQDw35wrQC2Fe3JbGxFqse4/SKJB9cd5rhZNEodrJsHbd34tmSNMcyJ3Wno8I0DCWAyIvB+cYRzeNLOqzT9PBj7NtLAGSRj2tTW6JMarjD7hKMfgQ02hFzihHFJckrJPcRe+Vo+JwiyAsVWxhBS8KFzbiIAjyODchOa2Dlck5P/LNBbTRjxwZux/j+Sg+8MJyCJkBjENAhqA90gsKjXiXCiQTXO88GeMhknCZ20lCKB961kKlEJmdAYgiQF+Bgh4gG6oWmSxa7WrH/zzyRxfuLpnNiXNU2EqQAFiaBAANB3xOwyyd8RbGvHObdaOatmWmqVJJuu27iRmeeGZ8E8y00OE9PSE04TgYdSrLqGRA/cGmsBiWXGo2BwxESI0qpJFgmxMxQg2MkjyJlEh2nCgAFxnEBMEAbG1iEi3NmVUiDiTWYyCiKfg79mDQKywIzGYyqSMhCdecnkmVUQdskQNwk/JSkOCa5VvjV1gOXHV3YhRVCGQ37ZjNRW7vGi5xOEzBpRjcmtEstKSKH1g7cYHAlMDUdurrnXJlJX6RNtgkf4zDMQgG7y2yMJVHYM45VO5hCsAkecma6CjZgM0b1gQBOdt4nDLcXVqXs2IOSNOxTUbelnllrthNhHya44qHPBsltk1MkrMC4HsAK176ZbRpxdSiTAAvjgZxyOTEEaJgIyLhKSumgXkUsqcd2KOpj1F7wURKRDnHjy+g5uMgDHVrVbTpptZDBYnhBmr7rRZgeStz8epY0jhvFeXuE7GiL9T3QGoltlPgfowFBylgtBE4WmYGoSIICblxDvNMkIpz8q80qxcACjYE0wFSv2eMUqrYjilXj4hl5kajFJFtQ5kWwAIwD5/1OZYbGmI71HOZisc/RieeqIGKgtuoJydTPSf3YDvVP46BDGgieiycKSyee/6rj2DS9F2cDw27UtzqMKF6Ji/L0lJ4E17m4ADsxAwqZatTmRC1EuV7OBqgnnjTmLLJVoEcl0F0IcHoR1t1iTh3QImcbDUSvCp1hzJ9SD6rUwXTJ4oGIOOVMN7Nrhx8Xp8k/DbjWYgowK4qhP8/G2DMlv9GV07lTvKuRCKXQMb8FVA5MxhyddUWdhRRsUbRhPG6GOer0DqMAOBo8rYO4/ehXVPVoI7fAGTEAHbaNA/ExRYiz1BXG3ZWelGCCaTSFQGAEgLqGNaXSA1xpPDduA+bEwoqBvayHppXJdVEUJsD+ZpzkTqRAZJM4Y128CK9cKFCFAY44wcm92hQ7gU22Cjc4PAHnoyDwU8ufUvGAcZQJ4OYiM/omf0MZWLielU9Q4Vz3dDOmop8orU4D5SKas0K1CUikHbP34i24MG2ezDXtrAyO4oyH5mNJuzZA3FsID9lmojLsK+pDtfUkdJNLpgyVoAyJowcTexpVKPuMSReeaJiQ0y/oqnA+O+yr/PyHxNWT8ckUNCaQ/Cwc6obzwfBPc5ik4do/YU6TObxpIuOeWbo5vyBm7F5C16BIitrTORQ4UN0JXBoVCjuLpvAqrBbSIw1t+NkOdXYDrRHDQZ7YMRwgUHJOqR5PxoSiIePYd6DRAwczE2OC7ZSfV2R03XK5U08xc+k4DEbpOJvKOPSwZQw6acd4IXKWo6FOyqbh8TpGqNN2hj9JjK/jy7F43rJ0QmpVJ0EgDwzRj5UJT8sqjIyl0vPLaBIxjY1OUHSWsqcB7jSbeCNYcsy7BjRA0YbdBatCI+ROpJMuVlHYNEpVU29FaSUaEUxYjXpH0y9oSAnAXc7E3b1YOszRg7QjjXiB6TQ0iV7HGC+alis5WaAw0HUMZhxqgKkbyl+RF6h9LT0TMJA0lZiQgUqlAi0sqf+A6TGxNmZQaW6MDWZoYt6lkeR6aJETxeNVIj3EGedmlZkTZyBzZhKGHvFsNhNcql4CskMcJktTLnEkC4YOc1qoC/FtZEKAxKqBFy89XkEhwe1XeuA1XDV+SxvKtgMTnQj0BtOf9LhU4oCMao6I19NWpFwj3K0J36WZsCqZLIuFyfIu4TDZSaS7Ns1DohR3Motzz5SuIlmYQYXLRlPg4gxGzZzsOEhAc1dx1EwuRyYhLJfBSxT6MAb0J/Ay0fcg3m0ODEHrGsZggmLCGWCBdrqwQdIh8k7kA0fswVOP4kr1qiLVfVuZZGVrCRDRpGEnCzVAJkyLH9yc5UKnVuiAhqknM5BH/WgxR1pgiKaaSnemcF2mZiq6SPNQexxbBx+IAhJb4JihQgqPZ21QmQZllplmfEzZ2u2k0wPICTOywjhS2S9TUEmnhM1YQHchFYzD4kMzFha3oStoVrsBSycet4WWMb4Fuh6LGXMQLUzAjH8MsMbHDvTQSaw9NXxBD1DR/hMqVUDjbPX4IEMn9MZjmteaQjPKatq2ZiOLTB1Y+TZlx0cNxctx4xmqZv4NznuOR+Gb4jo9oinHr0vCDGeRC//itKhn6fRnngAAIABJREFUEijmIapYwvQh3PgI862aMYGkghxVsTDDb2WAs0h4ImHkGhg/BJ4qjfdh2wujzVHawNm1cthlH0zwi8o5qlQzQ0FN5+euXUsMPSo6bsmmqJmkigulhatF4cSpyfgYI43vGP1lmhR7+qAGqZ1grCAyGECHNLBgIQwLu8KmGop4nzFSNgSDRFwvhAgR0cgiugVcajSxid0mcARlHsvEHOSBWbUwyxvFFZHIcJYgnl1Qpim3xFp1jNpUaupJ+CQxz8R94xHl+pwXaU6gMO3XgQ6MGQaB/JWisOBfoGuLYaYQXRIa3ogxJaCF5PgiFghixoAa+l6EOEUcx9NRUYKDWXCMxsD12RO35bTLS/PBcIw5ZnV0ZgdL8HQejukziXC0j3KE1lVbjytxzKFPVOmCpo1psxSXAMSISFYBwxx6+4TxFNRA/08PapFoD1KLjpDNhF+0bkriEhowdAwHUz40lI5L7TWynOXTjHJF4It6pk/46sRSX+ofUTS3iLyQMqmadGJ0ozppEijWBuBt8hZoBwWkMBZAfyGZjvpi2inQwbDAaJgMozgKoX3kIFZFpS1SENFqsJ7LJkOgSHwkoJiBkLulZ37LBFx02e9UP/eBOKfz3lREYkfxRDdTGq0JBf0aJasHuDtSj7SjJLiJBVLYmuGqqEM+Z85+wUQ2mSbkrLSfbEFGVFfV6UO7FNWY4c5iNGEEx6MBs9KHVWB0kxkKosFDBoYaS5y0h61kwNnxECgqw9IHANiKx2UdEbnoisUecVykRYO80AwkKQilcygstmtU0+EZgaEVxmJ8pbMNeF6awoHPURDYWoFCG5cZl2kgVZDa2NrSMCYOPiHeASmSVMJom2haYJ6oPWHae3pfdaqJG1w3h1tKCNSnnJkdgz5rbqGGm0Lkejq2KW9yTQkXRZVyJhvuxO6ILv+mPGcmpvIa9R2caEQB5YIekaqdWpQgVVWz6/9RaSMKLxE/FJqz5bCejjSOMbNCTHijB/0Luiqpu7y7851ALjqTAAZ6XiWW/rh6x8cHonA9Bdz0EJiTthAvMhgbY3qWYI4tOFkUyFhYCs1Ak15cqgSXhKfRBDpCi2ROLqwjDmFGisiuKV5mSSHoX2iKlfGviSJJigNg3BpcEgxSYU5kJ+zibj9HFClHcQoynxks6gHGnSubycs4Z9TWDM9lDkAEJfDIf6adiJPksGEiQefRkD/l6umSNp0Yl3P02XKUgLBh59uEgWiZYHHxnGspjVXWlT7EcRNILgLKLSAdDAxf156iDlCTP0IkRFc97kS9mZgvx1X6xgbjbEft/UdEE5jUrpUbcypYaaTdJYfsstQM3aGzqzxn4agsE9c1ozwNm0pwGec5AhoCHXZrEMQcD6FigEmriOlZZhi8AY9ej9QXSrcqyIjO8KLQInfCbMgoiMNMZQIAbvdt3VoenZ3Gr3DN6XF0dhnmqaj8jfypePatyYs4ypw3Znp+qMbx/+djIVGnCqEbUTLKDeksyQTFXaXEggqaj0aTsCMRIvOgk+MI4iKmq/MpaxB4CXhAxuX5Dp4WAKgZLtJVfuSJGEGZMdHq5wg7tWw4tD6Xkih4pAuL94zu+NAFgEwHyhx7IW8Sh6BRmjl99gvNRcMTGHTBNmE519mqIIE6iLHlwGlIOoWRCujAKTbVwoba6nMiMZajGOaz8HiHBiVEYJMtymG3MHB2sMI53QSoVYypuBZwIaBJnFdX8Jq1mmNu5IIXpk8jcoWKnStql1jQPhYH5DEUoBMGHtb8ASULsBwQq2mVbQ4XwjiNCEVZN3fEaeCIrHIcliIX2dF7jFCDBrSzRVSXCv7VbW5cI+3os4wMa2UUyMQldOrshm27jglqmGpqjZTG20hgexUNi/OuOyL0QXLSqXY8BBGtBk5N9hJaoag+XeK2N1N70f2TdAgjM+WnmBQKqLWJqSWYSdJLDVg8R1VnHPSqSFZ5ut/UXKspoFi4/3jVeEkL0WhdJq1UBh16irNjDTXeCl3/ZNpg9IFqC8BOKwv0lZlMKXqAeL6TA6tE4xMWsDsFK3wwS+Dpwd6eNEFo2UhwXYhGJ0JiOTviOiojnbkaME0MbapQxfrAcp6Kih0zHh8LKcDpCPH7zmxZ0MFsOjX3c7rlSeLpeNKYTYLNoZkDMNHcKVrQQH0vqWxRx5sYRglYLCS4QNCrkJK3BTzsjMq39ZG3hEywNjekemOgha4+ekiZYbB6AnMY6tfS1WfmHFTYVyCnTjoHldI8jj44UdedoXmJT2YUkaa0/9uU3/hMUUZWWnc9OvJ62EzqE/LwM7JLPM/IylfHym4YpTBmClDhUNFYoIf0eomGbKiILVQ00mAJhCJEF6HLU2WM+BH5LTpbRAENqc8AdOTEbeWFLe+Y1EdcOKzHMDMcxRFfLzJg8NLpYECARVBSUCDHkyYmk6HGKqItDmw0RIlxyfBskyg/PzYmbD78fz/7nU82b1fZ+ZqfxQ5ZFoIWYiWtiqj1I0qiggmBUiSUp+mINNYYC/SNnEWI1TKE7JqyB1QljavaCcrX7XdScb6pZ7cNxivTIaKjhFRXQgdJkeRcKhTUJ3QwR+OG3lALBkwpwwybIdzq7Ed58c7g4GDv4CNtfZ9Z3f9xW8fgjz5+g/N8Ol/WB9VgQQlpE8oCdpYdxPUIAPRU59hA6yUbHg801CdQ+gQnOORTGwo6hdLBfUUrwu3dGeH12ubQTLhkXSHhJbBvUx9zSbSJ2SavRVXgunsErp/rExr5TqzxcXH6l8pkWGm8MTa/va3jibnNqZTr707Dv/RHfnns2OY/Gxn5+13De/Y5XHh04onrFqIoGKXFAJCjIGjyMCaEAIzpWDI8nVELLLoeZ6egFMalAANhVbbGQLfTHAetiL/qRjTd+0JXHIOirl51Fngri+Ox+BAVg2LWI7NT0jlrmYxymuN75jf3PN/1VPqrfr2ODIdRQDAU8376o4+eWzz0F49NtWRTfBwus1BQBUqIklXHFh6asYwWDY+lYPRAQBk4XT9thsoqXfcOX3SMCYAirzOoiIJYMOKY+lN9eKxOrXmm9AWTPhGdZWYT5lExTxxtZ9d7aHHAa9PFMTsy63/j2tD+dNovBMCRwkaDNghmczlaYatlVvY98SOeHmvi7vMwbdzQ4QxPFugAa2pzxzxrfOpVRO0A2ocxHxFRriDu6cFVKcPWcSE5J46XoT9O4IaTkHXOUfdV6MCEbgJVHnVcuOWFoDuJGYTWzFNP73yuZ3p/iy+Y1wgjrNJnjQA2kRBRGa6wXlfNyE+3bH5mzm/BSwcai3wv0rEjSpsgtaLCoIIhGVTPEdnM1Ic39IRwrOGKlP0LuiqKkTg5N48NXtR/5VJjivFyGaWrKD/lUowCR4onDejD6uhQT4UJhzhVRdzC26m3Wkaq4Xx+7I8mv1NMMz4VwHbCzgrYL15IM4fDhSHyIkqP7Xqmq0UIKr4i4xXhPNGGLtIP3YD6WAH8Yo7O5SgzJwxTTQD6otieihi4E7teYFVEbTs7O7PkY2hLvFB9pcOaruatFHShuCY67zqgyXXwRlfAUO0W5iUlS92q1N9/cXcad0KSWsOwv6PAcUI5Cy0HBIajDmhs49i+4q4el7qFPRyxESGuIwZS25iGOUN1AU/w8FolvhwiA8IDbwQ2VQSElYuowlIhBppwuowpq4mLkVuLQc9ImnNrqdaYGiscKkHG9nSZw9nmyJKMxWrujMDzZ6n08NDQT+62aaQwyxClNS2MVL4d2jqmiGGHiMv82Ilrq2ZmeENQi1+kw08hoToTtqIByEECC4ACjDjZgSn4dP63UAfZK2RMeTzPj04YpkPJF7wrHR/DHkA8oVLRubUMpBpRFB3rtZyICLzuabIpjoNHH4MNrbDxlhWTlcpHa3T3s91sGnOAc7fIMeEm5y0p8sorkV+7evPNaQBJoQ849wI6Uj1BKZ/Ahg1UIQZomwwsNrrqlBBOPNf1P1Jb4RxaYWpdNIVyXnycduy6UgqRTK/BAmWiuVQ0ycxN0Aeh46+bIiN5OJ7un8xaFoaxiKeb0ApVlQIpQN4QCtu2RVnA68KO5xU+5vf0rEjzUTx5Bw9ioJhgRAFPRqGYwI6rzcw3P5fGs6n2MzQ5EaecL6MJzrlxwYuBQJ3K0UmO+NRz49lT+QGeEIhuJcZeIrXQ/SNTwZMFmTrTNenvpugNqiCZSY/rExP0QS3U+UjxFY6Ns57Keg1rZuaJU2e8RlzGiVGZEP8UQ2X4j8UReczJRaaMOqJaSTrwWolFNNFA5jrz3WUaM5VDH1IfaKhM4QWBAsadcFiHKJfLbhaVUZTN4SOuIyjbI7mKq4/xDkeNM6uvpX1QrsgFru6y8eZUYhyLg7Oh1+QmDzoeEHuFP2mCjwXIyFmxmJ58ZQ/ncd8RtZQzndIPdIufMqcYSnZ0IW4r44d0/gq94XK+cyHgrIPIpgfGRMsdascw2eydFPWMqNuX0jc6s6BMRiEDBgl4zpS1/doei3uKsKQBu2xsT21ePLdyZWXMz+IQF8CrhEoQHQoDbLQFohE1xNSUPzpZxLM4woXj1AuUXdQ1w6Z1Ms41xkkUnQeSplcOx2mAFcbGPySCuRgnKPdIQQqhi/FFDCI6dOskNJTYkQ7RImbGDnQQVAC4p3ktxUbxZDpvnI1ZpeFdI23TVx95pP1aF+wkL0GH26d4uVzK1/Jj87hUbAsUItVy/tFZrgsPGAdAwPgTFrQDyQtsvA2JgLYd06VM2MqjGPma5EHqCSu5CGQFm6qTgJq2E9UO0/wbFoeJdDRPj8hAbXRcgvzIOJR2Tmn2gdFp0IZ0z+oZvoQ3cEgd9/0Lj032zG1+w6vNzKTZ+WmFFI/46ezY2FNzPx4aevO1lfl0mXuFRiPYyqZ9nQ6xMUJOrhRGAyRVGLO4hS7A1Is+RjuQtl4UsNiFvsZyPg6Y6eywY+tjQxZi5joYvdBmS+3LMZ9IUGyaHEuOKXon4WX4072P1BqjFcYvXODW7Orph1cX07O7ixJbNEdn85OpclAIgig9+8Jv/mbPpzY82fz+P/948u+3p4PK6KhgtTtXWMEaGVZsffIJgnyCTAAOpLd1utscFsri4k9tCzB/hYec2MpEY0j3yjjLh6IxUez60YYzfjFjzkJMFzel5hb6nz5MHeScc7N8aKxQGC3wqY0b0yu+0PZcy56QFTgvZIXgwVTxvatVvK/7rky22XZtvmSVRbrqPN7z19g3UpiaOX/Wl3hmgI5MExJgJAPVzNQ34qAPm9L7dGFow2yKmds4aY+YUvk2HWLKmTa/BStFhoqy1thV48RNqfrQVI2QjiJXiPxJDKxjynV89zNPbYlGpxrFmWPHeoZEenc4DqStkS1d2bBhDCDx7h/1Cz61b93kiTOAisV6dcxh5TA9tnryyZmZIBKN3rEATS9nZF3pmHvd5ByZLIopIAZ31hT168A7/hd3AGbBXnWWaehS1iV6cb1+xOTRHFOtEJnsKImGCp0MZfRwUhYAGdyn1Ef/vMkfnXqQndnwwfT08JmHeMCVqHhZ9dd/+MILbeBXFRpv7274Uz1WLVUoFFu7Oj5Jp0A7xwD+9u6d4cust58sUwJbmTITTM1R7VNCH1+oD4+3NcRTIEbPv7B1NTGdUF/O53SV0c6d+jggpmLvj12vUNClm/b1ajMWFwXqcrqmKYzOWF7P2JJljX/buu3G5+6+uzRVwdgCl2XV/vXvfPLJ9j9xVFA7+IbvP7EynQJRDWwaYB3PzadU0GS+/8wzc7Xwm6uPW5LjPAzKkegKM51xIPKHAJHAkBOCRKST3nYckkINxBwqxW61BrpEb02czJxsKHUWVNIQB4r1xSkGxxzuQgFhHf4DnfD/ZG5LY+r/WHHjgZn/gpwO/Cg7C6qZeuCTb3zta5/95EnpiZVvnzk+fWacA2s/sOpvrqhvgz/lRV6leObMUN+e4orHbkhUgkyQYCYvTIk7c2KtNlUcB51Ik8WjAGpAcXn5C7oqba9y5Xm4whz+00aYmTMMHWkMmD4+WUM/BmsxkRQfgmjLONROPaqeFPVrVdZI77ixds9W2DZZ7jQxvqOy419LDf/pn/7dZyLJ6+Ixf7AgABer1e+fOH/whbk0RmdUYdj309NTW4b79jCyvLaOW9iU79FxZyKANjEOXCHO7whNVpI+mbkxEjl7jA/xAWXMju0VCkdHNM0hUroqEseUOQvlqDhlIJEB16Ai/b62Yj09fUvL1mWjX/Y8PPIqyCjnRG7+Rz8dTqXm5vKcNUT/6o49IbDYYnH42te/Oykt4BUeL/DxcZ9fS1s/VYmQ5j2EOl2HdUsgEidEaR1ltK8CXc6vmZSucGAaAyl90OnH+ueajnRTQ4bH3UfGNMcOl7RxOp3Chi0SKpb0I02SUnAcDajSPakW8fD5pyntBoyJeZEoo+5E6X/qefjhj+fH4Af/yqaUj/k3zj8abm/3J4TSWWHwjWda+3Z3gWvboMQIZpCdgAc07k3H/XSwQk/FaCDpZ5oiSm5OjidU7ryeEwEEt91I2gsNSZSc1605sTCRTtlqoXqYoXoj/lYinOpV3fx2y6pJ3jIVjIbL+JIlzAnpnLgoEVjzYFp9FjSjhPi4rSTwDKypKZX27y4JavLD4Rbg32dH1A5FZ+uanIIQkYiD0jTfAk/w1hkVacq5tB1T8elDwMFd6mvM6RYdRl8i40451MmDI8HwP2y1dXXLmRvXBvOczCSozC2F1YyB9cRw4Ql/9oIQBY6iaBQAgQVeRJRgE9Wqw+Fmj5c6vrMHu+Ytx0mFIGRKxYHvO85YxXt6Q+s/ISHSjRWepCqayI5neOjHJdNnDkdx+hhdf6ZPiiIT0zlPA34wcdMZH1uti31sQ3NNLYXpdtExTJpoBPzI1nzDDgSKrPTe5H/tj8aiSjiFiU/c4zgJVOGRmiKLLaegkyLZ8ifDvkA3Dz2NrAY4hud/wZO7p1raf4QpY6bnMWGUKcC0Bx2oyTBRFDiedsAiRXNKjAbidFNO3GInaqDuntBdHDRlUQ9MYBRNilhkEoxEi3Q+a+H4ZCapq9NmGdjJqVT6py9YX3W8ZtaT9XBsY61WE6zBsWvDSikypE5F8LHn3uyGq6lEODaQqXpoSuVC2JmcuXvGB7F+jrmigCE/PPI5DLGzM9RpBuJMDuaEKJCL6kvFZzjIKVzUbO7EQliVNwM7MNKMnQWM6rgjc4gtjX3THX96Y5lyszjCfpRKjWWlgod4VXt+Y8xJfRlcqhZv9Y6/npx8s6en/ds/aB/sV3eXn2PlcoReffqnky26Cev/6+77f+Q47/PYTavsTxcTDUUHtiJyac5LciGdiesBycCayg4cyhDCSFmK5KhhCEEqTBNOctnGsgJYPIG10dnxZWNPoI0S0bHVJVWgapwmjs3unSSL9sk3jpkVrVfc0xe65+Y0wd15si8ZuYKDrM2+z/N53z26f4IoURIpkrcz7/t+3s+X54vNdCKJcrqSwptxaANk/akfrXNuL5Bid6BUSaxgHAelG2+lZA+aOEGjsFkRhA2eCiZsxp4rEJHYwY37iUdo+uDghHxIyLThsSRriSuXo8+SgTTNIFc5cuTDu2qqmeju9WOfu3TpmX915YoaxLVcf/snRz93ac/b9Xq9GtmdunLfwTOqLFoYdNgVYaOPmxUTVTXbPXS1Y2+iMhYH8kB8ULkDqXOm3LoEeeogZykhlAGAJODKYXA12aU8NvGB9hNHTbQJXZJXknifhRzahxwQb4Z6Q3op4iF6LIuj9Pz5H73wdqlb+uOf/8dRI+qe6XQW465pdWsTnb1/3j58PQwj+yBh57OVOIrVSNnSxAYJLAF1zXgIy6j7xP/o2vhogw2mPWT+kQcBVndJ0FpsrxLToqmIwhCZpw7fiphuefa82Kfi/ArdGLRPBHFA7wXTBEwmKZt0w6MKCyGrZeh1V9yglH2F5MSJX60F0eonT+478zbOO941W7t5WtRuOryxp1bT9VjnZnWqMECbMhoY3EZgMcPRFmfk3Es7O4XphbEMh2VSBwpaD/ZsgkRgjz2N4AYoFQiJgJigEl2eZQmQ35QTtUV+6GT2NNgUNtMpMx269NANgEsBsgZ+SLcUMl6kweCOX/u1XddtbO51J+xSlB4uqEVwKe7uPFqrqaQOU2FMrykjgvA2ozkUzm2knJmxEbu24+nFlFBamZVKM3uIOxnMLAOfdSwsxpO5OA4bpu5YLypB2D2Y3N7HB2eoRpQr2WxGrkSmgIR1nrTSSdWV/PlmNJ5nqzDITw1O7d+/b1XlURGMLupIjyHgsvXz+Prnv/jFqQEGhQYj35JSZtTLRO/ZfkS4VtufVydbEH0unV6AIvZT5gyl0DhTzL4igmzocihkGjQNnfdLmFW7fRwvCqmKIlsp7shZBpUiCoMaAV5x8o2orgQAiE7FErsXaaWiOjt2XCwioGUjU4xcWz4Mvdhj2tj/8MOrKRi1kIVK7GnxBKwA0xt0KdO0jBafOnkdghVQixFMaungSzaVhTAagFlhyfUF4xZILtOTgL+k5BYOs+T2KaJfErdWxjfIhJBk3BPZ5KlS4TCHGruO2BlwzoMCLuqcuHRpsRfEeRQGlaZzt6ViRErIkT51bMeODlKJguoVcQulIMAuitA+MNThrXtu5xe6A9y8GAlLfiRZUVkk0oDRks+qUgmPuMQwQZjezv8KTwWeiFsrz1bE7ST5eIa8sN+qJq04Sfoc0hlR2uJQXC0BkxxA7HvX7t2nI84K0rCC4l9wWqVNhaBpk3f/4JlnYns/DQnAL4E9AGwdMzgg4eyO5Jzn+tW/6KZGIAn87IGH9YyBFoIEQqPa9ZdCRgxsi3foUyGy20s0uT1h44LMe2JSpXAkuFAoBoHnLQKyGRiHIYNDqN2ViKQqiMzqte9/v1vYYwinlDDhhxDMEjTK7HN1dz72WE2fijT9xZkbYqKa5oKatvsN109Z2/V0J4fbs2v5CegiVIQ5Gurj9IDkKpRX8eXRK4QhLZEd91WflQjduB0sBAAemgLr0ENKghD8/JgnD/eUnweJZHVYLDbb9fqUDX39MfdFGieovgE4yuP//f3vr9ogY9zKlIsQC4End2xrxMJmGvYWtoXTxhlABmOY1KZYZiNXLG4HTZMozL4iWIdK+jcUy3U2nnLRkbYXcKfv14pWSd680YNduDJJn8VH4onCTIRRmSARZrPz+sOf73Rk4sNROe5rW3cakuBwaUWLt+zbF9syGkBRGwIR2akAiJddsP2QB0HUuGv/cijrjC1FdT7cTrqIBaCI3ALpSD/m1BzET9xfRDFRZQpm3QYxEJfVJKyeq0TsU1kznpxMUHowHMplRmtuPGUFMjhefJuzkqjzR/+20wnh7upYSexjo3CwRy21YTBe/8aePavYHQ52VZLubD/xVvTz1JJ9qOGwmH+t3nIgCre3ZBpsg31qP73oqmJsn8qwW/neu4A9qU3MCr/vqdhsM0EbhiL0wACgWLQvPhFit801fPfCZb/QDOCGDT/xkZ+cOVMpE+X5nkoQ1cylgQhoXTmpVN+uriHY1q5Nso5ZmN13ZS8GezMIKpXFi7smlJ/MC+CHeBoYdZMRGNjqnjn7DO4FgcamNmxozhcC91Q2BlJuNEQMFFVrig642TCnjWHV8arwHOCvG7aZQsGJk84++sSP/mBqSiehFyol+j0M9CgiJi2K1vbfZ5+gKdKbRMGJHJuJe0RH20BYDAaX93/n3FBEBhRhkmPRXgJ/wMQIHdG4sIGDd6WSsKQ3+xb2DHW4Vlny1ltGg0YQCL3PE31IHvaaqcapB3o6cDo3GkFuqWnKR/6402k2Rx4TuEn8SYm0K7tHD6+ugvLPKsnWPKbsUb+nWqpeHABmb5+t0Y5PqYIrVAYUl4LcJ2VFS+WrRuMggT2RCCs9Vy53qvPQMjh92p8rZ5lMxiLftAA2Q1Xt200Diu1UnEy2JmOI8lO5PCulGgv7o0fKTieAqiyktaRdKmYMXJG4e8/GqRyyAqGRsg+sRnZZkkJ0NfNosLLy9fuul5FXUIWYADoYiBRDM2ZH+1NXGlG3FF1ijryNw3LKWmXyOEBQCBmCoym3/8wNQ33MFg3EIsobfi7UlX7zmT7cLEaha9Qg/mKgRW28NNra/dFdXYJYOI0vkl5S9Ip+P2YATChkmxfz85dmVw31hqlVgkBYAIaGBiREHx36EWNFqXQcFNxUOOpSRu6rcAmVCCaoyeQkwCFxpilyAakRwXYKtiSJgWfv87BlSUiNWeEbsKfR/5ff7diniSjQ4aQ7AKlRc2RjpkX31j2rQNnIQnHmyUvUFhiCISvy4cqhQy+et5dR7BYrxjfqXyzSvTuGSlYPh6twyaGo/AYfiz3HU+4rewvbyJ54hnBG/WOcriwUPXUgRYhcQnt9ktutRI6BNqdyurh2k3aPPdOBjNkp5h2ZIsSOgMEmyMGqe9fRdXs9ldWEMDp2xghejFs28g/Kir158yOXLg3O8Q6jiEDFUQ5QP2HsWmGOL8SIQJ4MLRoIWzKcAFHsJqja3N7XmXRvpUXdBMrXXp7yZscwGS0qD1TCIbfM9ZpkPNf9lx9Phd4sQKtNxVIdJ7auV2fax87EQFXlrNTZOiligTgb1UFIGK587+TJidtaRj5mTJlfRjq0OltVHypKpCalW3M/UFDOD0EQPyFkETG8n+Ts3owbMY7rwt50aBx4JnbjrMRhhyPRkrIL0vmdW/pofMiomJ1RynyG9muoYqFx8EPRYpNmDRr6ACnjWcHSFh91EA96+a9fKIrV2TiSJNbGcFBaoG9UhMrIntPoReeuLguFf8VuBnhMaJYKSt8gZ6dbCmj0gQhw4xUjvcu8Go6RUizzwhwBly+j7ipBduHtD/9+B6pb7GeEIoqfebB+UKtvmJaKbPYCW0DSCUzcwvUDwkuiI1td5cu73rh8uVIYSu0QbYuhG4rjQI5QUUpxpYVqVSn6AAAgAElEQVTLyBRTU6AOqlT2R1EuCFV795rOlKaOdCaWIuJ0Ys+QPZlK+p1htRQlZjUZjwcJQel4kMRbdB9+uEvCzpjgSE4GxZxG0ZNvHrwci1o83zbeL1sPlD/VSIeiO14/u9LrIS8XlrRNbEU2WlTOXALrfh9PFZ+cMaRkwHfT7nfiU7HxRZsUmtaA/eJMbCSTwIYjDk5R3kuDT1dmggQKPH7d/hlILvTU7zzcmZszkgVSo9TLaKV69PZz19bjBSoI5hU5NUCyhE4lHJDTKK5tXFnmmbe5DeD4Jl78WCEfvFfrxyXvBOzAkHKwUQX9C4rasQHH3CqvuB6Tzro4V4yBcyiP7d31Vw6lvoRwH1O2o9qCfgfDDP54we6THM57SZ37g9+fiiJPBqFEkbuik8zULh1aZReiTDRayr6/omTJp5pVU1++uuOOYjiMc5uxcs6jyio7UJSpGyu5p3k+Y2M/+meAmCmPk3YaTYVTxw7N7eO1Im7JiPBe5mDrTPtsjVwNIZsYaifw44Z4oedo3f7wj6cEJfhTpDKmGOeOtWtqMQYm2TTNCAldgPwOz8nuUBjMLu98qNEbFkUK/UZoQBrfjVGug8SBqRGzDaOp186taRMXjNFUYDOuyPmg2krk+pRxVeOki9tM3oilFdlRaSnJXJi2DoaiCSy2SrnG+oc/3mEzI8AexjyhmIVOezzIiyM/3DsB3fYQjC+UO0j50TCyf9dsIfLg1plt3Q21luY96KtkChtQFM3Imc6ZD1f7MpojyCfSom3kqBwiK0kFS5+z397JtMgeSBtWsnW6aDmQ8CSQgXTW8PBVNmTKckw7CDp7PzJVlk2deLqVfeHR4uIgj3uN3bvRSM+h0GkfaknuBsRs7ptaOpyZ+Y/Xvnx+RjkRiyXo9gLHGPO+MmVMtY7CBBV8eNivePyY1AcE8Kmxnwj6Meb2U4YQaTcXqNrN5m5i6BlV+5NxP8jUEsVCMb8VqI9MsGBHhShQTv3ej/oQcKqGS0QIYwSPdLO42DjYfn2VNk+2Dl2i4KW8F43kYX02n9m6/ckPPnTnVvvJ0pRoYSwSbik0nwv6QEkQ1G5cimGMRC2kGPiDScFlfQVHGyiJXp90jG2kgexeCjCYiuX8ofmphIPKCkkMR7bxLW2mHv/IFAza7CUh9GSb1pV5vqhW19t7jhTcVPy1bwnwsEgw77UVcl7Gdz/5X44/UFO9ddDKoMljehBc56GSvCgQuQH7VpaEWeylQcfgHOV9eoRUZvrX+2wxcTgs/icJFRcJUg0Ewc4/AgJpRtAKoYT4ppDG5lJt6s+0ssxG8WzJBUJdDtAae9+u750f2NRVi024bs6hoUvTkJFKU1sw1ufLsx+4o96KZC5KVxKUXGyGsXdtqC1AiR/l1B8kKyWNiFdjhTJIOiLmDDL6t3duhGMlb20uzCaMieI/GCcUxovbOHKqEuJtEv4MHNXDPnaa0/+0TzWaOPirUZzjL0g1wUkbxwsxHe2hmZkiqm/d9tC/a8zEvbRCcUctOE12nCGeRF1sYeDnFGhi0qSFUaq1o45yawbMA2Vq0OlnrhuTCDeOcIQgXFrSFHG0xwurGrgBKgsNNCwCF92hMlL2p/6rDSyphlx4CCWiAW/aVTNdP1KxgdAN4alKzW9x0ovTNI2HnZX7rjXi9VmEace7l/E8IVm8ZCWJxbWVpgS3s6oQ1h7aXanEp9zvQHug3uqcTqAvgKrxLez7gCRgrIotHgW36kYFgZND9ORNjhJK2eDd330c99pILIfAYS5taj3/3r+4KeZl4kWsM8G5EicW12r1cv7qtTPnYrUOoKODuVFa1NAkqhQCIDljgNtS6SwgGFa6ee6y57zHxsktkgXqpHMaZySTRpgU91gB3JnVVpBVAccvJX5Qc0kElzMqQ2Su5rdf4z89baMFOBZBM8+IWI5uuuldL56XEwXiOQdelcg0K0llZODGMByqxs6z52oxkbigCFdwhaIvz0kOrIYo9s3oEyoS9Q2dNn6qwdCsCCRIiT47rONP93E9CjoBlxXSPM1Mz66OaFdKFKE3uM8q7D4MKBUTUj/bXH/4dzodbaTJpCoj+witxcXpiZpMOLUr3OxhCqeSkLiXmq1LGieudVdrhSvXpZ7LON9h4uvSikDkL9yFBgykby2H43MltHDuQCIT7FOFS0Za6qj37LF21o3C1Pei7ZweSPNIEHQulUXLudn9vauf+EQ4JdWwrc7j21q16ek9K/YdLwVqaawhD6CPTqstu8ZF/aMffa4dNUSuQoVF7Jj/CTxDYvaeMSqwj9bzqnO5SA3C0CxwQs8oTwNBEws+kBNUuwMp5oOqUZjRThqKeBI8IHTzwyVBDY/BdSIqqL3S49Tjn+92QzF1RJsmylcv/fjHEwPjrkfhiKLRj3iBeDeaXa7X27MT0vTMmTGEZAKU4B4FvUJmdsjqx3o3TtxDwpvTKQyle8R2vOTskILokCPgAgKqYcjgkrGCvA/yDuIEk9mQTQ4uyowM1Y/PfiEsZh5pNvuP62gJHbio8viTj+yq122J626qnHK4nGUhvyhaUfR22m6/0ohW8WUxqDWexYtpJMjc2GhDTb0E5A4uxZVK20kzimVTKJQKpSvv0Kcit1uhFib3CgzASddMDyBJZFxId7zoRBQssaO9ViWGUSG1qJIwOfejJ554X1MijY3lE3sf0YuLVHrOgQsKnO1OWbRMhFRaXa9fO3bsXK2FaSGGjrG/EHEXukJXyfRKpPYpxWfsGcXpHENlaZTE9BClwhZ6dMm5MuYGP2jcSlXx+cqcuHRAhUFizkT9Nv6pLhRbndcf/u3fvo51ggdsvz9601YZsf3E9jJfAmkeZo/FVpiCmrCl6/3Ol4/fduZMXh/SCxQtU+FMogGJaSRAaZRNsS/CqZfjsBOLVehxteBEKP2sx0X2ObtWoSiyGZQiyKmAAQRAifuNT0knWtpDJwJ68qgzagNg2aLT9UceAUP4NhVH+Xp8/EQjSmH4Ni4gUd2xr2x/aiHpH/qhOmMriBKTVBuEiqRwAwv0wRH6ClK5Q6hguDEOHK4FnYqwy84kcd/AVDGKhOzdUi3/9tNI8Cb1OP9zzTKUnHa3O9FoDcJ26BUQRinTvzCda7L0xC//6COP/EbX7qXBHxdx7dqhqNazuacRn0kWIhWygRKVD/OocXhj9VS/hxmbiVAyUJ4whE0wqXWUWRRLTQw/uD9VHjp5LTM+zxKAU9qE4myJW579PF3YpEzS0sXVHHJFYbMJPSnhvWArj6mYtl4lKN50qDROobSsBslNhw49c96+xsownzi7f2Y+RuXtJ4uBGpk53POTAUgj5+9pz9fWS4J3cM9zR8cJXT7pJhxT+z9g6VAQkSFNwDxcIvYCjBTxHChF1xV/ZVwre7LtacIEFfR5e2vZqBe/RfVeNCmzCh4NrAVsNHvsaeuAriwU5rwiomTOTTWyH2S6b+NEVLzd3m0P1UJ9MIBCfig9BvM4LILCSmm33fIL13QDoOBhOExl4ApFAgItbfYj9oZBjyWLkAucVputr0QKzZbqgJuOtze0NxAuRDfGxtHbT3P0kfX7NOqGpmMs3RindO19AWz5YkTHchMpTmVvXBGxVjfd9My/b6hicX36wpO/rihAzn9wcyjdgYKCMWBOTE+rNaV6HF+VhtU0fXJwfVNJTIQ409ypSjlbTvrc8DG9vBMzAchlS+hQoa2FmzgsISJ7kqEblrnBqX2uSWmpl+NYRw2fMbqT7SjuPgRP2lT3K+fO6XY3iuaff9eTTlrTZhSBk7ZUehQHQbMShd3ahUtrZ/Ke+phdXbuVEll0sI7dL2WQLsgCdAngWF/QaZT4xEIpgaqMvRG3oBsEzYTr/Samckh0qcsY0FaKNktKe31K58URyk6+seIXwkI16dtffHn/MxMzC2uNxRxGrspWJXnBRMh+jNxEURQH6cqx9i0T86qlSlstpXqGWEpabAVO+1zE2pyklMQMZ9zLVI+nS4men0frsULEENVG9mZl1LRrdTuwc3L7Qp49pCR+QAAqmrsZqN3lppwUvosWmPKIBdyD2ly82Cle2/ZbM73hYFAZjfT/rNdHgyiaiyBvX1HlqCz3ROdeOHui0bdhTRciGgDbvTLwqrmy5YXTLBYUGLKwdlKbjDjtTVl85q48RZGMCpC7ux2ORibZZbLXb6Amq0lSner3J/tJq9/qT9kfxsRFVpMqmAdMbPstJLKlm3rY/da0mfr1vRf+achu+eQSWm32k8NFRjbA1qeeWqv98g+7l0XiFYRrD42ke0zFD8e141IgBua+B4jGmA0v0PPVw0rTadyFwHrYs+RCfUoUiaZtMjLvuVA7mz+F5CAIo7k55cwzsBGlSoSkkb/T7PeqO31ZmEJEM1fF8rMv/NNwuwpGlTBb4pJjzKxIgq41Gumlk435PvKDoi+H3pGskf44VA2mR2iDEv4SGyFtK+r9ckBekMQcGPEn1FIs0b/Q7rQtsoyZzZjYu2XbnDO1TeGrUgbEocd9G6/+j6+dh6KfF+LKqSbCUF6//Nobq/ODIp6c0wHeYU5ZZkxFJ2pHjz6094F5vv9cHAWd0Jar0sW1vXTRHJ/eUf4KWnrBwFXmVmN5rtDJL+JBeBSQMdm/o+x0B112IBNwB74VT9KMwpWNIeGoXp03cdSDwBHapb6ZYzhAZhMMogePbLzWqEUDZVeLdWl9lBZRvZzvfqt9771TtZJ61sgTbPKX0aFU7JiVfCwyCwMZBYjqVJGYwOVMQkp1XU5pA6L0s+/doe3NeK2gXISxIPJCjF+EfhBIO1zG4G6S7+4p929qk7DgZHyhErf9wuuXv3d27/nTdaVFbD8Nombto+rhjQv1J59cbfXiMsijlE7Vog455ylc4pHDJm8uQR1dQCo/8E1AzxfuUdSB9OpcWpTxhN5bZkDpV9i3OJUQdUqbIWfn5du1bAWSRSHK7KWTVwjhCgObWR+IqGadAy+risandl2on185Ze+nMq5OzNdWf+/ljTe/WFtUKr1oIOdApxa3Z6RECoj1peFISPU2JV1aki0E1mN3X09sOkj+2kybb5BTS9+hTyXJdjDZPW3jOmYw2vekq5vTg7FQuWioGhep1Lgaoz80m4RoD9ubN9bxcu3el3efPPjtxx9/+sNP7PjCaxsXPnv3RAOEibjUiwzbQHi53giS5VA4UIppgHYVFzJbALHs3cYwiGgiPJl87FjgnO/E786+EYeNsVVjp2+8SHm4FHpOWeiamoHZFLb0DuxJ6AAzosBn7zR2ELWq8gLX6431Ewd2v9hu/+q3fuaFN47NPLByLo621sMwtq8uwiEwY30qvmJkb2NR2TwQpJWQ/DQlOGm5FPvZq1HObkJaoqLTSLQLkHQhkQmnJeSxQZ2wI2hEKhvdQMxygrEjeSz3mfEuDhgeNSPodtsdU6lEamQDaxQuqHK9cWZtZaV7/fyZ5VqttZAOw4FJ08fBMLNXG13vJErYr2UjzmiUhmPzX0n7AkVx0VwyJLFcyr08uPNzQ7CK5DKC3r4mowLKsNlUJ8kkkmub1AYhcvxk0tmx0TLeqfuGpGdV0btIjGseJ/YqT7JE91sJjbKMxq8Py3S0fQYZq9129slb8FOt8TMns7n9uTLCZrT1g00wImrjjUqd2CUzumm0L9ehFU0khUj8gLGHApK445xC0+Sg2quyxw63YiUiQnScHsz5bYepWsVNZViSU1jQefw5zIH8Ql6ctpik+F4W2l8CqTgnNpBCMQxG3NR4wvw6Desgr46m7O+JULjQ2jlaHdnf3DTNx5tRM2bTq5lUZBTA1jqZs07UrHS6ZuzVwNLHeypRCFf0mKgugNxCDBuNu6XA2MSIEW5suLVxgFqTrs/kzpXhGBufocJiVfVjFYCcaoOFggYM8BKxfcwY4krRFMxizEI8GuFhmnmZR/kgj6NBnhf2P5FEpwAOL6SpSu3aB8oP7SUGui6T/IN+V+heULZXSZtaxptgQWfUSckMcguBkaD8kNLeJRciS6wkoosLSigpoWgNh2Gh7SUb6ZGpzEawm1NhxeT15ijV3OYYnEF1pF+7PmX0YDCrKrq72l/VKi70YjEYqCiua7z4K735tcX5+Vp3MeU1gR0ohgAQjyE2P+AlzW921wHTWlBzH6cwxujZ/tQWdyHZPDDhXkTs4HkNKqhDoKLkZ9lKqAhQehCtPeM0jMJULcSRKW869YmuzUWT+NxiXKstrvd7emi6tVpxrhblulaLDr3rmDr3cz83PBGv3Hv1116p9ffuLfbUa7VBvlDU9uRXPrW+9vwH33juuQO3/OFF0WNig9lpOMaUxHEYmdThoenNJoZF5F5x6LKFnsn2wU4D+Z15yU1QrygoWE3Y9EwER2I4e3Y3gF1Trx5qc/GRqm3/7H13Xf3Snj31w/v27fzON0/8m53f/EHtyPuPH7906djabfN7frP9kf072j+/vDwqatPT377lkb2ru9rt9+74wQ/iQq187/iF6dfWHrr5/s/cddfZCwcItaVOjhjWAPcHgA9pDO6K1lo8HcR60jfWnBIEkQlT/VAw4FIuYvxOxGyWKU8jKI1U1CyWBVsiAsUqGaqP2Vx833f3HXz0xRfbf/rfdv94x44dJ9//rxfrP/stW/ze8p93LNdf2/PA6qnucPqWW47Ujn5jYn7t+68Vy3veOFxXqh6v39I+XIsf+Gr7b16Zf/75F66sxuK+gTfv6fdK6BUkV8yIa0C+5M0SXL0sOkYOTZxNwuIach0QjWJ+IdMdmeX5bF2m9U48K+6zg4sLbRgVq0f/YmKtO99de+KJF9Ty6upKdf/V2pOL00/8ZVGsLl+cjtTBbi2Ke429u3evfePCX6rB4iv31WpXD87H9Xpvdf/Goai2uHX6np3btt1//+6Fm+oY/ODwg9wSiA6OUp42oh1B3T+MFt0s7UKJWyuis0J2VbALYcxIhCo3p5jKeSyMEfwS3HUpYJ7ZgBH30uhzh8AZVXG7faDRiqN4sf311e6bO1bzet1mOr9875HnakfWerP5nt27n4q6M/nM2o79R4qTr8yru++eeOPonlviYOvFD3797nX7J3x2nUwdTylwKaDy2q/Uys4j+iGKkYPjrOViHpUjt1gSLOekzy1QPGbQqwqXWITYcEiprMSXJdLZQVaQzjXRyVNlvH7w+P0raXTHvnb7i4uRior60b89f6D9H7r200WD+YMHT52v/9FBGya+dvTozu6g153/9vTrteGbexbrExP7NqKr31lNo/5LO66sRhcuHOzmYuGD0C6Ev3GU16nhQMt4z47xWsmoEo/tED+wd0XfzDWiA2TvJp9LM45PfUOK1U9JAqpyAb8kWcF+8Man/vRvT/VmP/HYY4/lrSi399Du2xovnlyzV1JeH5h7r64d2vjejgu3vvSPr776eu3OwwfrFw7Fa/fs7g0ndu48e+Svd3/ypiiff+4bO9aH9933Z4GkEjg1TqxNIN2xIDl1PnSArEiLzY0W1yVXaToGYIgYiGvLsO8OrJ6exCgExybxtmOSMARCDEQCzBmWDUmV2dZC7fp5PZt3d+3YMTUEW/O5z0fdd/3DYjS47baFn1v9zKHea/ED8wv/8OU3Hnustv69Z3duvDycjw8+ut7Y225Hy/t3D2zSNNuI35j+P/v2vd6NHx9bBeRkSgROVlSoGqLaoZ1HAB9bO50f5ItO30Jnnb6ekyLb3lm5ySremRDDD6lEkrhlSCB2OsteVBXed3p0uhs38+Smn/3JT7paDdTa//pWvPr1Q1pFw+EgWj36pcYX2veda90Rfejw4dqDf3LX0YM7X56f3//8xJWNK1eWj0y/Gttt21377LVD73nhhdn0YtPTpOTsMHunkrjdBhSeLpWz+oK/sGsTardp37lPxSr29BQ+PtrQYqak/CDup7TlhVkh7dpJ+Kux9oJmUtyMRjbliKc/+clOkEbF4qV9nd4z962qymBw8fxLuz7VHf7z3fnWU8evPvlk7dS2nduPvHTvevTitj3H1xuN3nDXC6dU887nbn739vWvvvTSjKq3IK5Pyytv8bIZLaTVCfpdyiGQZlNOB15LWks3xkaLqdMJkkAUo1mQMYJo4hMyjEg4u5LRb1kmzuG0DDmRotC3fbPJf7f5+NOPPP10q5nr6rGzH14s7v3HWZu9DpSafmHb1q0P9D69dutXt3360/f93Sl15+tnF5b/5hffc/Pdje3bJ/765U+p4QN/dPOXtn76gb97z3uWt9/dS10rOvA4fNAAydxEDKSGVkDFs/GoRHm1+jGnJzt9OhOVYqPFNDkmlhZrR19h4fs5zGDJAbkXlQfUeE6ZqF+Zevsjz1y/Hhg9e8f3dw/Wuod/8/0TC3F8Ztf0lVeeWx/eWb/5aP3Jr39948+23TE8e9f88rOvttPG7HDYuP/FDzTOfab9K9t+a9sHn/2lX/rFXuvuGpvRAHg5c2AnBcbwAfa76YkhL20R2byOKM4Jv0ZUiVAsmup4ESby1cVaXKhhoeso8EqWNprhxLR0zbuQDhpRvniifemWj388UsHi1TcPnLwarxy49uzi1q1vtv+mMX1v42uvTd9SW2vl+f3dre8+/ujy2oWzO9TlEzVjpj93qL3rWvvVjVO94+1fuOWWz+2cV+JSKbNxdx3LHSy9Mpp0FIL1Rlu2klbg6GhTKM0YCHULo/udTGj4Ql9kOJAHiEWYF2hKSWsT5BrZpsFGWqGMQWpO/3DXsR+9970P10w+/ZHD72rP9rr3bhw/e/arJ1biw29eu3BgobGe39bpPHXp7K0Ll3sLz8VlLW3aPFDVJmywePDtE4vdVqMWx6vdHpnq9tDMCPsDzuqOJOx4jCXHPzlxn06GKXC+dFgr5BZanz7N8oq5haxQ4uNCvAkGlPa6aPwq0dkOCMMQi8s4fzvvdmtBlJ+P39eIf1AMJ9br6+vzR+5+qjtfbFuOwSWNorX1By6vLQzW1+Zbw2bL/glTvXyxdqroraazq2hCzdt/RLFjEQKlT0dDJWltqOQnKJEw9pB2e3MobnkEci+FYacjessytQmo2Fg6u2ORW/GmDWIMp4zTcAPzh9GVXjnx6cXFfhTrVqFHtarNltYXa7V42/luo7a1p+bXuucHR46srKz1hsP1XlFbT8pZXZaRfSc2W7jSgsD0VvvpeirfGqihwIDGG07YY2POqROkyyHtE+WVYSVl8CgEz06Vkc5pxuxQoM8lG42odJXyMrcBVSAkX5LnHgNTTBFgSpqP4jx6+ukiqpjb7KMNkKIOojg+8OaO3//8Y+rBX7lvx4Vdp6enj77c3hiuX/zQrbuO7zgXRs2mitNBulCU0MYp7av4mP0h+je5Ekkf5S4mkRMNHTEJQASS5MYeTH57YipHYlmn42C34w6fT/XcMLHa8j9wxjzGzWaIY4YiWYAjFi8uVgaxjfRzzRq05c2qUn924OT0w4fjhZnayVcvFseO7Th+YPtwOPz7qxf2lGpGbtqeiZp6JonDMo1jlfaELixYYqN60mB1QRBu5MBswF8+GkDQIuUNLflwTt9uwaKCf2XPUjbuY7YyZ/ICGBNXMTHkfmDEK/1FPYYSiVW4+itdQJ3xtEPuZZAoPhHH3bfP/fP9Tw57y++fXl6NGo3zL7e3rS/csePm2sQpBYtemqVgI4YlCQE6CUdJ5ORrU5kEiadI6fJ0YJZCcacsBOHJyQnBx6I2aj9sVt7eGQ92ELCdxmYgnpjo/qHdK0aTusoup1PjhOwvS+yKRF+7HSp6cnJpLpNfa78PoqnVx6421m7dOFJEwWAQd2++sHLnyxtH7F2VxHZtqsPCxM2sH+swZk1Q9nUkayPuBmK3zhI2UGN6XCUdr47LPdhkiipb3HDHnIY0bGgmRV2AtMzQtBLxrKKfbd8kYnmTyByupIy0TlMjGHF1w5fw3+oZBBF0HC2qbz144dnz6zAICtKV9KFfOXAtXq6rIduLoBlwCEHhNJRuarzdKEVslKM2YZkKBy+O0IbKiQ8dz8ElgngtEtTCTIiYa7AxkUISATCBUHv3oFJcXITRPUYCVKJQ3pIotHLJ0CVe0jY7DE2zaZ4qitqVoweWh70cvJHZaOvrGxuLuGkjdwkFgNGmYz9EfPVQqkCyX0qnPE35TeUFL5wDtnSanNkSSRWSBxp0OT3izAENxGEd72HSeZ+OZ8Fsm7kuDX4YUZbV/uU2Ao8bueBhFI3KctbmHSsHXn59uRhKtI7u2Pvu5/9yGG1XUBakDJ2Y/CZ+vETDUbUZINTQsZEkAPK5TEwTMOPMKgKXEcKrjNpmNmuCoQj+uMlJmeRAlIlxwmunCgkBMS/znXdFe1ABEeSuq+93oIALmk1Y0ajZdOL97XtuXduuYrA1R2eee+jEV59fjmoUqnAW3aF2EqdE83qVcjBW6a8UuFmI3MJUK8hFo70iINyAkFxeYO/Qp8J9CrSSzQO1DBIkLxcGs2B7RKI9dKmhGXve+cusYF/X4y59zxsmPTAFSNPZstHeaMQbj14eKL04Gp059FBv+StHezNRVIYzNFBjS5OjQ7b7KqKpQL8kITgqDCEUGY2lk5GmGLqhPrt4URLhlLtokeHB+l0Tyrlyli8wLWU6Ebq7l4crTmI6W1PkztkRYWoEMVOiEdNKpQISIOj3epjWQ/X00+WpR9pF/MDz1/ZuW7hYX1n5/sb8/MLajv2X07qa8YZcFE1WIb15NdMGRboijltPMiNp1OLl4f/oCCLvjCAuAsuhsp/B7sCAY5EpzkQoSkxwQuxchTZVAnlHiam48hqj5CaascWitvkY1FAqtISCh0s529uy5YGvbEz1Z+cnnt/ViLoTH/7wa0dWt/eWB+/e+8CiH8Krgp+wAuFy+hfQBQjyORjsUGkq5UXl0kAO6NIcEWLsFqD9zaK3JDTnwbnifZVw2s0Zrxcx4yqJQ5etd9BjKgXTTpUH0TsTVSw82UAAABFbSURBVGoBDPCVgwMNi+SZU0+02xuPnWyV3T+8+dlvbawcbE9P7zs87A0+dHTfdPuJmhK3saLQeDvophPhGDjmJdJwY5xiB32IlPHPVbrpo90nqbMTwF6BG3lAp7Ew6F8X01nm7BXtdAYUd6RfLdmFtjKRWXHkwVE8D+x65jKyE+gUtqaq7di//5UDR6+oeN939jz3nYXnvrmwsHdfb3XvwYsX93zy8Lxzgx/6Vm3A5C+UiO7v9VwveZkR18EQ/wpbeDiRJjlWQrSQaIFzpey5IpdRRIiBHi7JMm21xk9jvKql8HnEDZq3cejcl8b84WjUHNi/mqbZmu12S9VQ+XD1cm19pbd6RKnLjWgYvE918ifPD/ihei5boMYS+hF5AGy0CYrAmU9IC0OsUgUrA0UC+UFCVyIy88XaAZVIEOb2ufod5JW0Tm715RkQ30F69tCYzLtSSnGciEWbUt7sVOjQJK5RxMr+zGzwVDwYdL92Mdq+Xnv0U/MXF/4+Wl7+5iu1hWF9tbby899Yq9AAhLkrubbGJa9qXEZ5m1P1/6dj4A2DipUzxULJhKFrpeI1VDNYbwjTKhRjDAQCG+ijULplRAiFMj4V+2tJBMrAP41L3wU/ODYVMPXQ5ugH3tz4QG3+oZNHr6xf2Hj+/vsvnHyhcXHilfbJs4cWlTdPZvMllEDOgB4QQiupUJ7dYO3i7kYcQkMZSG9NOWR9L3q3JCQFYFSI9ZqmmginV/bAVKsJeVcOO8KqpRUL7kzqZCWevXhuHYIxa79XAHNsNqPZ8Klzf/InLzbu3Xv5tat3bvzC8pUP3nr33euPfmZ9+UD7BzuffV+h2CKhcZXXLpOPOOMcUEqWUzJvdIqO4xMYUjRr6C5sOYJKebc8+2JETD8hMoGnCCD2DAkGCzZJAymuqjKPReG6UoJFdGNL7+YlJSuK5FHrVLt9+PX7G8Obt+16+YH1C/sX7rnnQ1+dP3Lgwvryo/vnxWaHQ0BJcoPSdc3t30MH28zZH1PsI8FLVMbafBrtRlkokwnZN86nxz6Tje1TXZ9YamH2aShLEW7r881S2EnQJJbArpzq/Bjd4pvYgLJgzp2O9Lld7fYX2mvzr7x24eCd8187+dLeAwfu2bZtvr39jr1nF+fr0h3KvHtjqQrfJitcheH1r8f+w07ZwrVhcuhzGqoaqwEIURUy1u0Osr/2tH0qXOxGYIEJh1RwD04kXzJUXM5Em1jBt7YUrIV41I7tXG1ugbuqIgcsjfrHX3jh+sFHJ77yoYXlhfUPvvTaBy5f7i0c+e5dE2sXDk7Uc0mvQAllR0KTG0z9A5iE4BFw/gVr7RZGpPUdq2eY4kJzSVROH8o8kD67vX2nOoEWhKMynmWvqfJlH61K6mQoMASngmO/UWeAOQeYtUokVTmuA0hrDuKWJvzzPXvu2PHcyoXXJ14d1qa/+9ft4XDiu/u+Mlxu/9/143tqFWKeMmA2Spn+KpEpCbXwUGUuLIbP4piEphByD4FiEJSAQw8pLSSjpZGpXIUmgMJvEUx3VlKkl5vNiPNLAjqSEdywmWwZcV1Cc0OLpXIQes6caN+GZDx89Pj993/5aGP95IlDuxr3tOcnDl67dmL+zVdfuvbK/rMH7oioCGaCJYMuhHPAkxo+B5RdkMQOLh0uicuwWywnr6rG+kU934/hDkQMrKJqBHc0YHIXOFcKBxfFdy1iPvg7Kx2WUFiczhdGifkScmCIVPO41R+sHz++cb7XPXz22nLj+Jcm4nN79569sPOVa1fX/uHwcuTcxyGZaHrwdnYO16EThkH8lhyDKyVlKa6kIesXLXFQgiS1SLwPKoj2Okg6vhstZSwwZ2ilg3IqU/zQeHRgUtISGPlVCW2OkjJTWehZZqErsdARSLqNRs0GhSMXV1qDtfcNB4OVlcZqI45qtfX5nhJ6OgcCLI6Y6lGtJw6KQroWUFEmUlD5mQcv7lRUpoci9hO66ou9i3foU1UqNrLb55rskOQXCCIa322Yo5SFTpzj5g2lYig96U3YvwNS+iDfHIyaNrQ3zShF0zIaDlS/dnGUq6ho5bmJ87gWD3FsIBkoRjWkOqOo0k6rF7FbXLKkdaYc93TJ1VMC8hcPNGYjULuEOXbOqhFT+iDukhAXAD4h2srGs2eRxxLT7j0CAHkMRT6KtPGmmzdkiWBXeShyqgtSpiwa2vLB/udiPR7RWBsqxIOWqhPix68HeXlfDqKnZCMa60db60oLyeFERE4vlCLY5Ykzrq3lgBeayIQAzSLkFsxzScQjhdGmKg7VytQCrBs8Zen0v0oXPpJECPluqcKUvdY8Is8hHJWwLVUwiwqMzudsmXTbbXWcd7tGsf15iNAVQ+VM4O2KadImNO2TZDSKcSeYQWqzGvF6WSp03uvaJ1H8F9BZGefCHQP6WOZ5JAHywciRXULqY3tSdOnU2pI4431VUvmrHBciIMEK3T5tlrCdRbu9Iog6UGDIZMkHVFwKCuxA1CLFx6DeWDp1Q5bVMh9wTleRh5XId5tKQCubkiopVVZtEKxI6ZXa+qpZod6J4APtF06MYK8mxwMrYbCaOd5BzBTt3moZoVMLcwCddx3xp1yrmlinrBQ9zFww2sKeAOElE/guWR5KkonCRBVeVyW15yKNczIUxA+b0blASTBTjW3OHSjxnFTiKRqlOc4lHLxz+1Rzc1ihxBk2OmdrJQ5EPFf9hGZLLc8/SEwL7eqyIj73HPtg/6H6dL4p2hlwkkmgOAAb6ykKG8R/o7MzdOa0zQt6VHoVVSlNbK3xjatQtPP5T+HOcW7bM4IgpFy7mFrYJaYHIF4t7ByyTR8X9qZ5tTJXEoFK5/WcQpJIi76A44lQ96301qLaJYhSYwkWj8vk9rR00qXZZfx5sB+OPvVgmEm9PtRRikMZug6Maz0z0g2dPgdN6vnHYNzUj4uxyhT1BWiEyqSQI3zJIoxrCIpuLpMHp2RpTxXR++QeuFEQfQFhchuWepNGjjw0Uy6dV+7UKg0pc64SEAYllG/4dMkilPdKL16rmYorGTZ6fI9xGDPlWoGlQ2IgvFMJF87xBNpirfh02IFUGlZeIpVQVC8KmyTVauLdrGUqJGhc5RZIa1+MOI1fD14I3U+jN5JpUo5suaRLB08CZy4mk7vkkypIWpaFU62wC5emfq0EgWW/R5reAOJvKLJw0pkXNRzoDdN6Q4fjY6GbbuRB8iA+uMvnEQKDEAYj6E2hihwrXWivFOs1YyXwqTFKXB5PsRklZW3kerQIDbb0i8j95ohxc1gqJC2dOwFESd/tc/PaLgMnAGFz4zihP0K5xYnhZAZoYvJEhKYqIr1uPuLkHUkkLVFkicQFO54Yo8pkUUlm76h12jPkvU6uqyjV+FzJHQqQPUK6/VAB9JkMQffYhE5aT0st4mCAw1yg+/hRAauePBUUjSwqrsoUU7mAYMeww+wAlQflYaI5aeM7eoPH3kpq4UY8ZVZuGhKJKImyVaOcJwfJHSu5iXeqK55ZHfJziNlJ2BMVdhgf+NpC5CBFJhrdCdSPUWUMcA+kD9CjxJs/WVCDM1LhJwmGjB0ai+P6SeBOndCHEk/Z9DdN6Dii3HKK4oeeKIK0CQNwt4UhrusAhfTEKd0IGb8zFRybksNBRUNMs5nPIiym4o7neMFSkaS+DA6EvMmqRGBNQtUXbUuyLXCTU10AvdikO0lcZpalRPvENs5HHAPPeQQCL6ZMOWlUhhTXIWvaLELoF3PjY+UlCOSbPCSnnazg8F0RaCp1gOkRJqcdXl1JmR8yPuixvHs+BiC4dpI7de63BNSOsBt4i8NZGZ4rey7sOevjBFWB4GQzWvAHLE5kQ2VKiE4AbZXkeusxZEF5bK6XlxGJESWnkueSLQDthvGh8zyWy2sTIIK5MC1EuEMZXRjoQ+cvp/woX43r4QCBIycaTVR8oQY95eY8uhlIb8IDA0WlVzReA9mFYGNpdYPyYToWtpXDKNHQE2XGRLZ0LvS7MrhxGE9vESPKWpLd8uIF0MAHFfcvsQWl1EruxOl6ptcrqAAEayLMt8w79Knka9r0tjuZTNrTPjdXUkQv9uFY+MWl3GpC4XZ4H1QaPDpROhfhr1TEE7z2nZbpofs9FL4tnYUCxy2SKPFc2c3jNfHFFkDaR2wZoawKhfcSSGspcGLgvHx9q8TQ9ELTxEf0mPBc1/uUkKZHhT0x5Wj8pkULtaQ+huO9MiSKbglvZc5DQif9y3UL/G/PBMmgpBrluJS0bZkW+AWg1DCGB25x7P+J2Y8ti/FaiXICJDvZdQTXbKhvOIoiX4r3sAVpG13Wu5My/KDoCBUZfDmvHI1X/uKLz9xUOvBRkBHdRI6bmDJfmmMpJUIEoyY48xUpuyTV51oxJ8JyBQ7kWPqPybzdpb9yaVNh0rlDIzgGqXQ7QhcNJWdCc3oLLuCK2OWxzLJPmZQCWoImZWbcSNG9ejAolNikOuse/L/UaTfNuRRLe+fhcHzWIMKZlfL4vBVkRSDCHtLyNmXfH1tIO68OPpn0WhwUNZeD5aDTahMZiGkxtYBiAlm3AFIXVkNd7fZDU0XGyo6tUc5SMxxnd07OzLdg2JBxhEHjU2aiIEsvVQihJkyZ3FBcjGACp+8LYiLKI+btNllqQducgu1K0QgK6noGtjw5hel6KBFLXroum9US2an9LRMSnY+ZSsB0B7rfqTL3c/bIZea1ExTLKtT4kmLg9shC+laQNceBqbiA58Jqo8khrtSmLxPdYgu0mmsVeHuaVCDPAn82pb+KgAtGrY7mBV6LfTojx6sc98mUAIvzNHB5PDmQ+GkbLcwScNtV+1SITJMYfnPOA1NuJQWHu4BLl6yKaJD9ilKCBaF4gveE08Gps6YAo96kXItsM3W7EBZdWkQyHGNgMZTrFSvI58yl/PWhvweXTv6HVCZ0BCD0gtaNHpIbsFrbwgQ7oNSeQ+WDaRBLw49ddbSYSid7QSp06V47+g/U0kdnSotrF9rF8FIUBWmcbgk3avPp5AnHKQGLQLIfpUDSMk8N2WpWopWFE8i2WOoskqUoKW/IMXjKdKCWkK3gXPFLTXanqlL7JmLIU8oCgezCy5nmNMCdlZmbX/VdPe+mFw4qzyXgZTCmaVOAKnQViJajxRRQDCrEtgAREIWvkGULF9ED6bfTFcEIAM1e0g6jmjIEuu0YysMSqWh34BKr3X73dBKIvA+7fpkRmyff6FNeBNil3mQ7A20nE28lUppBIYWqE9IYpx6a067UKfJsBkEJMh4hrBnpHRsuL2Xw6MV7/QBcRz7w+xDo7wIJ8Rjvb+Etaz98tTO1aQzgZx3EK5HOmDFauErdYRBSMZMP3frkatywy8edQRk5EgPqrzbGl1CGn5vnptRyyMTzj8XTEFZAWtJ3svB7BC2Fxo3fQMeSO650Uy+o2OGwCbMWCm2dfgBtPfgelE4qOnRcBL7dUpToqLUNbw4eyJRtiIAfI3R5tzjlht59Q7xEmgJbaOrxLRyKoyS1s/A2yrFrqw8SIkxshNySi1UjtkVc2sNXEhcorYCCDTaRI4WuQrAFHwqZ7OT1alhlSIvlK6NNnjvXXakLMTHmD1R4w3YMQ0/5h/o2fWMlIEDXLhxHB3f/yp/E+KVMq7Cvlr3OcrwbtdiatgrW7xA6l85ZqJxtCE3X3Y5lW2QzZcIHIKl4i+Sa9hGu982UvYarwNf2KbbJZB1ZHAX2bCalJJIkTiuQ2V7glFUQ/3Kgv9lUyByAVm2KPDuNocAJOMGrtnQlIiEvm51PJq9GGrpDnZIG3VPkC7NTQXUBbAcnTceJca7kI6DIdDsQEb2ThFVmrAmR3eWm918oIl2hTYhKCGxnRo0LE0Ei3DBdZ+TNx/mHl8JDXliR/pMItSknDLr5opVL+uzK5VouW/iIxMYlhbH2EGMz7uhuJveuGSNg6nfmU/0/6jUV/tNKKwAAAAAASUVORK5CYII=</binary></FictionBook>
